Бело-черное

Казалось, что тьма душила Рурет, проникая в её лёгкие и горло, вырывая чёрными щупальцами вдохи воздуха. Тело словно горело, кожу разъедало. Если бы она опустила глаза на свои пальцы, то увидела бы как серела кожа, шла глубокими трещина и опадала шелухой. Вся энергия билась в её венах, прося освобождения. Её волосы и одежду мотало в сторону от порывов, а золотое ядро в груди разрывало. Рурет было не больно только смотреть на брата, потому что она помогала ему. Она бы стерпела любую боль ради него. Но она боялось одного: пик повредится. Казалось, что рушилось начало пика Чёрного Лотоса, утекает жизнь животных и растений, ученики задыхаются так же, как она. Их дом рушился от её силы, дрожали стены, а Рурет не была уверена в том, что ничего не сломает. За окном зелёные пышные листья иссохли, а ветвь почернела, как уголь. — Рурет! Она улыбнулась, чувствуя, как через зубы и губы просочилась кровь, пачкая серебряную одежду. Темнота все больше захватывала зрение, оставляя онемение в конечностях и звон в ушах. Напуганные глаза беспомощного брата застыли, мешая вдохнуть. Она сможет запечатать всю тьму, спрятать боль и тени. Сможет помочь любимому человеку. На этот раз твоя сестра защитит тебя. Вместо боли появились толчки. Вместо темноты давило толстое одеяло, а руки придерживали её за плечи. За окном свежие бутоны распускались на ветке. — Рурет? Её глаза встретились с синими. Эра, растрепанная от сна, опиралась на локоть, возвышаясь над ней. Её обеспокоенные глаза осматривали её, цепляясь за всклоченные волосы и ошалело мешающиеся глаза. Ласково она провела тыльной стороной ладони ото лба до виска, а спавшие с собственного плеча белые пряди смешались с чёрными. — Рури...— Нежные руки гладил её по голове, перебирали пряди и касались кончиками ногтей головы, — Все хорошо, это был просто кошмар. Ты в порядке, все в порядке... Эра прижала голову Рурет к груди, Продолжая поглаживать её и нежно шептать. Сама Рурет отдышалась, понимая — это был сон. То, что рушилась она, и её пик было сном. То, что она уничтожила источник силы своего дома, прокляла брата, было сном. Все хорошо, и она в объятьях Муан. Рурет торопливо поддалась на встречу, оплетая руками Эру, утыкаясь ей в плечо. Муан довольно проворковала, запуская ладонь в чёрные волосы на затылке. Девушка начала говорить: — Прости... — Ничего. Сейчас её брат и она в порядке, а Рурет не совершала той ошибки.