Магия - суровая хозяйка

      Через месяц рождество. Снег за окном густой и похож на вату. Так и хочется выйти и прыгнуть в это мягкое пуховое одеяло. Правда, прыгнув, сразу понимаешь, что сделал это зря и, чертыхаясь, идёшь в гостиную сушиться. Гарри не дурак и таких глупостей не предпринимает. Он берет книги в библиотеке и отправляется к себе в кабинет.       Внутри чисто, и открывается чудесный вид из окна. Помимо шкафов, здесь появился стол и пара стульев.       Гарри взял книгу и принялся читать. Здесь Гарри нравилось. Тепло и уютно... Ну. Относительно, конечно. Сюда бы ещё ковер и обои, кресел. Но и так неплохо. Главное, тихо. Гарри и не знал до того, как приехал в Хогвартс, что привык к одиночеству. Здесь его не хватало... В гостиной слизеринцы и шум, в библиотеке... Не только слизеринцы, но зато тихо. А тут: и никого нет, и тихо. Идеально. Возможно, Гарри привел бы сюда Дафну, ему нравилось молча сидеть с ней и читать. Но... Не сейчас. Возможно, когда-нибудь потом.       Гарри читал о родах и истории Магического мира. Как оказалось, Гарри приуменьшал значение родов, проводя аналогию со средневековыми графами и лордами. Магические рода были как бы столпами магии – многочисленными обособленными группами людей, которые имели склонность к одному виду магии, имели множество различной магически значимой атрибутики (Мэноры, родовые камни, родовые кольца), помнили и хранили старинные знания, традиции и обряды, неукоснительно соблюдая их. В роду были Глава рода и его Наследники. Так же, в силу своей многочисленности и мощи, рода были богаты и обладали политической силой. Это произрастало еще с тех времен, когда магическим обществом управляли только члены Священных двадцати восьми – совета самых старых и сильных родов Англии. Сейчас этот совет практически не имел значения, так как после принятия Статуса Секретности в 1689 магическим миром не только в Англии, но и в мире, стали управлять Министерства Магии, объединенные Международной Конфедерации Магов.       И он сам был членом одного из Священных двадцати восьми... Но Гарри не чувствовал себя Наследником древнего рода. У него не было Мэнора, не было… ничего. Да и деньги - вроде есть, а вроде и нет. И ему даже никто не мог помочь, потому что, когда Гарри спрашивал преподавателей о своих родителях, ему говорили лишь о том, какие они были хороши, да о том, как Гаррины глаза похожи на глаза Лили, а сам он похож на Джеймса.       Гарри хотел узнать историю своей семьи и, возможно, найти их друзей и знакомых, которые знали их, и поспрашивать.       Но это все летом, а сейчас Гарри отложил книгу и стал тренировать заклинания. Точнее, учить новые. Из понравившихся Гарри было Конфундус. Это заклинание дезориентировало противника и ослабляло логическое мышление. Его он и тренировал. Ничего не выйдет, Гарри это знал, но он так же знал, что эти многочисленные попытки далеко не бесполезны - когда-нибудь благодаря ним заклинание получиться и выйдет идеальным. Ах, знали бы все те завистники, особенно Гермиона, сколько сил и времени он тратит, чтобы на уроках заклинаний у него все получалось с первого раза! Ведь если он попробует заклинание на уроке, у него ничего не выйдет, в отличие от остальных. Такого позора Гарри допустить не мог и заранее учил заклинания и чары. Благодаря этому сейчас он был где-то на середине года по программе. Упорным трудом. А вот трансфигурация у Гарри шла на ура. Даже не так, она летела! Гарри надо было только пожелать, и превращение выполнялось. К сожалению, так было лишь в практике, теория шла гораздо тяжелее.       После тренировки заклинаний Гарри дал себе отдохнуть. Он баловался трансфигурацией: превращал пергамент в кубок, нож, различные статуэтки - во все, что душа желала. Примерно пятнадцать минут такого развлечения вполне восполняли Гаррину способность учиться. Хотя, что значит учиться? Для Гарри изучение новых заклинаний было чем-то необычным, а магия - тем самым чудом, что он ждал, живя в чулане у Дурслей. К тому же магия давала силу. А личная сила, как понял Гарри, в этом мире многое значило. Как и в мире магглов, где сильные били его, а он, будучи слабым, ничем не мог ответить. Гарри не собирался оставаться на задворках общества, тем более такого, где взмахом палочки могут убить. К тому же Гарри вдоволь намылся пола да наприслуживался за свои одиннадцать лет. Поэтому он все силы бросил на обучение.       Но надо понимать, что обучение магии - это не повторение правила по английскому или формулы по математике. Это в основном практическая работа, да ещё и с такими результатами! Особенно нравилась Гарри трансфигурация, ведь она у него получалась, к тому же была очень полезна. Сейчас мальчик пробовал объединить два объекта трансфигурацией. В одной из книг он прочитал, что такая трансфигурация возможна. К примеру, использовать массу двух объектов, чтобы превратить их в нечто другое. Такие превращения требовали качественно другой техники, которую Гарри сейчас и осваивал. Следовало одновременно превратить два предмета, а потом в точке их соприкосновения провести превращение, обеспечивающее объединение объектов в один. Через час работы Гарри понял, что для начала стоит начать с множественных одновременных превращений, а потом уже пробовать объединить объекты. Ещё через час мальчик, наконец, провел одновременное превращение двух объектов и устало сел в кресло.       Взмахнув палочкой, Гарри наколдовал Темпус. Время было одиннадцать часов. Но он не волновался: Драко с Теодором звать декана не будут и покроют его, если что. За это Гарри обещал им изредка помогать с домашним заданием или практикой заклинаний. Как говорил Драко, ночью Гарри пашет, а днём показывает всем класс. Примерно так и было. Встав с кресла, Гарри потянулся и вышел из кабинета.       Мальчик осторожно шел самым кратчайшим маршрутом, но вдруг услышал мяуканье.       «Миссис Норрис!» - стрелой пронеслась в голове мысль, и Гарри тихо, но как можно быстрее, побежал назад.        Неожиданно голос Филча послышался не сзади, где была кошка, а справа. Гарри метнулся влево и поднялся на третий этаж. Из соседнего коридора - гораздо ближе, чем он ожидал - послышались шаги. Гарри, уже не скрываясь, побежал. В конце коридора оказалась какая-то дверь, и Поттер, окрылённый близким спасением, подбежал к ней. Она была заперта, но открылась простейшей Алохоморой.       Гарри захлопнул дверь и облегчённо вздохнул. Устало повернувшись, чтобы посмотреть, где он оказался, Гарри увидел прямо перед собой огромную трехголовую собаку, которая, казалось, была не прочь им поживиться. Три головы раскрыли свои пасти, с которых капала слюна, и смотрели на него своими маленькими глазками.       "Цербер!" – испуганно подумал Гарри.       Сзади был Филч, впереди - чудовище. Выбор был очевиден - назад! Гарри дёрнул дверь, и... Она оказалась заперта!       Только Гари осознал, что ему придется как-то защищаться, как его смела огромная лапа. Гарри упал и прокатился по полу до дальней стены. К счастью, монстр ударил по ногам и бил не сильно, очевидно, играясь со своей жертвой. На игру это было не похоже – боль от полученных ушибов давала о себе знать. Хорошо, что Цербер втянул когти. Понимая, что каждая секунда промедления ведет к его концу, Гарри вскочил и прыгнул в сторону. Там, где он только что был, клацнули зубы.       Гарри лихорадочно думал. Он заперт в одной небольшой комнате с Цербером. Что может помочь ему? К сожалению, времени подумать не было, так как чудовище рванулось к Гарри, чтобы схватить своими челюстями. Отпрыгнуть Гарри не успевал, поэтому ударил в тушу монстра Депульсо, из-за которого Цербер лишь слегка споткнулся, что дало Гарри необходимую секунду на то, чтобы забежать ему за спину. Только его прятки были бесполезны – монстр в развороте ударил его лапой. Совершенно не раздумывая, Гарри выложился на полную и наложил на себя Либерандум. Щит не отразил удар, так как масса Гарри была гораздо меньше, но спас мальчика от физических повреждений.       Гарри понимал, что долго так не выдержит. Помочь ему могло только чудо, либо же он сам. Но что он мог сделать? Пока Поттер бегал и летал, он заметил цепь, на которую был прикован Цербер. К сожалению, она была слишком длиной, и монстр мог спокойно передвигаться по всей комнате. Но Гарри хотел это исправить. Первым делом он, не снимая с себя оказавшийся спасительным Либерандум, трансфигурировал цепь. Она стала толще и тяжелее, благодаря чему движения монстра стали более медленными. Это дало Гарри ещё одно нужное мгновение для того, чтобы уменьшить цепь. Сделав это, Гарри отпрыгнул в дальний угол. Цербер, дёргался на вытянутой цепи, но дотянуться до мальчика не мог. Для верности он повторил манипуляции с цепью и сделал ее крепче.       Только после этого Гарри заметил люк в полу. Возможно, Цербер охранял его. И, только подумав об этом, Гарри сообразил, что попал в тот самый запретный коридор на третьем этаже! Правда, эта мысль ничуть не помогла ему выйти из положения. Благодаря тому, что Цербер теперь не мог добраться до Поттера, Гарри постарался отвлечься от него и подошёл к двери. Алохомора не сработала, чему Гарри был далеко не рад. Других открывающих заклинаний он не знал. Тогда Гарри отошёл на пару шагов, сосредоточился (что очень сложно, когда сзади на тебя кидается огромный монстр, и слюни из его пасти летят прямо на мантию) и применил Депульсо, вложив в него как можно больше магии. Обычно небольшой шар заклинания стал больше шара для боулинга и со свистом влетел в дверь. Она скрипнула, но выстояла. Тогда Гарри запустил несколько Депульсо послабее. Дверь прогнулась, и на её поверхности заискрилось защитное заклинание, которым его, видимо, заперли. Предчувствуя победу, Гарри отправил ещё три заклинания подряд, и дверь с хрустом и звоном от рухнувшей защиты слетела с петель и врезалась в профессора Снейпа. Гарри удивлённо воззрился на кряхтящего декана, выбирающегося из-под двери, и хотел было убежать, но был остановлен.       - Стойте Поттер! Отойдите подальше от Цербера, он опасен! С вами все в порядке?! – он взволнованно оглядел Гарри. Внешне тот выглядел целым, на встречу с чудовищем указывал лишь чрезмерно растрепанный вид, да ушибы и порезы, которых Снейп не мог увидеть, а Гарри не собирался о них говорить.       -Ммм... Да нет, сэр, уже нет, - нерешительно возразил Гарри, выходя в коридор.       - Что вы несёте, Поттер?! - встав, воскликнул Снейп. - Что вообще вы здесь делаете?! Почему, когда я подхожу к запретному коридору, в меня летит дверь, а за ней показывается ваша мордашка?! Которую я вижу практически в каждой переделке в этом замке! Тролль, драки, а тут вот ещё Цербер! - Снейп указал на чудовище. - Что вы с ним сделали?! Как вы вообще выжили?! Что с дверью, в конце концов?!       Видно было, что происходящее не вписывалось в рамки Снейпа. Он даже забыл упомянуть о том, что Гарри находится вне гостиной после отбоя. Гарри поспешил разъяснить ему ситуацию.       - Эээ... Ну... Я просто занимался и...       - И опять не следили за временем?! - воскликнул Снейп.       - Да нет, я намеренно задержался, чтобы лучше изучить материал, - пытался выплыть Гарри за счёт оправдания "тяга к знаниям", - а потом я пошел в гостиную, но меня приметил Филч, и я побежал... В общем, я оказался в этом коридоре и хотел спрятаться в этой комнате. Я ее открыл Алохоморой, вошёл и увидел Цербера...       - Ах, вы знаете, кто это?! Удивлен, Поттер, возможно, после Хогвартса вам надо будет на пару с Хагридом устроить бестиарий! - опять перебил его раздраженный Снейп.       - Эээ... - споткнулся Гарри. - Да сэр. Ага. И вот, я увидел Цербера и попытался открыть дверь, но она оказалась закрыта. А потом я стал сражаться с Цербером с помощью Депульсо и...       - Ну все, Поттер! - решительно прервал его декан. - Хватит нести всякую чушь, будете рассказывать это директору, я же не собираюсь, выслушивая этот бред, понижать уровень своего интеллекта.       Снейп закрыл дверь, схватил Гарри за рукав и потащил по коридору. Гарри, еле поспевая за ним, попытался оправдаться:       - Но, профессор Снейп, ведь это все правда!       - Ни слова больше! Будете такую правду рассказывать директору Дамблдору, на пару с ним угощаясь лимонными дольками. Возможно, ему понравятся ваши сказки. Но я, Поттер, примите это к сведению, буду настаивать на вашем исключении, - резко прервал Гаррины излияния Снейп.       После этого Гарри молчал. Они дошли до каменной горгульи, стоящей у стены.       - Лакричные батончики, - произнес Снейп и втолкнул Гарри на лестницу, которая открылась за отъехавшей в сторону горгульей. Лестница сама по себе поехала вверх и остановилась перед дверью, в которую Снейп постучал. Та через некоторое время открылась, и они оказались в кабинете директора.       Посередине кабинета стоял массивный стол, а у стены стояли шкафы. Особенно удивила Гарри необычная птица, спящая в клетке. Наверно, это и был прославленный директорский феникс. На другой стене висели спящие портреты директоров. В шкафах, на полках и даже на столе стояло множество странных приборов, которые щелкали и свистели. Все это так поразило Гарри, что он, осматривая кабинет, забыл о Снейпе и причине своего прихода. Вскоре в глубине кабинета открылась потайная дверь и в комнату вошёл Альбус Дамблдор.       - Здравствуй, Северус, Гарри, - он кивнул каждому. - Для чего вы пришли ко мне в такой поздний час?       - Директор Дамблдор. Я... - Снейп даже не мог подобрать слов. - Я встретил Поттера в комнате с Цербером после наблюдения за Ним, - с намеком произнес он. Дамблдор кивнул. - Подробности пусть Поттер расскажет сам.       После этих слов Снейп отошёл, как бы показывая, что Гарри сейчас совершенно один и пришел на суд, а не просто поболтать. Дамблдор вздохнул и сел за стол.       - Что ж, Гарри, присаживайся.       Гарри сел в кресло, на которое указал директор.       - Итак, расскажи нам о том, что ты делал в запретном коридоре после отбоя и как ты туда попал. С самого начала.       - Хорошо, сэр, - Гарри справился с волнением и начал. - Я занимался в одном из пустующих кабинетов на втором этаже. Я уже довольно часто занимаюсь там и сегодня... Ну... Решил, что ничего плохого не случится, если я задержусь и приду в гостиную после отбоя, - Гарри передохнул, понимая, что сейчас его судьба в руках Дамблдора. - После того, как я закончил, я направился в гостиную. Но наткнулся на мистера Филча и... Побежал от него. И совершенно случайно, сам того не осознавая, попал в запретный коридор. Я открыл Алохоморой дверь и забежал внутрь. Там оказался Цербер, но, когда я попытался выйти, оказалось, что дверь закрыта.       - Подожди, Гарри, ты сказал закрыта?       - Ну да, - недоуменно ответил Гарри. - Знаете, я побежал то в этот коридор как раз потому, что услышал чьи-то шаги. И... Я думаю... - замялся Гарри.       - Продолжай, - подбодрил его Дамблдор.       - Я думаю, что это был не мистер Филч, и, кто бы это ни был, именно он закрыл меня.       - Хорошо, но как ты поступил дальше? - заинтересовано спросил Дамблдор. - Ты был один в тесной запертой комнате наедине с огромной трехголовой собакой. Как я вижу, ты вполне здоров, значит, ты справился.       - Да, сэр, все так и было, и, надо сказать, вначале я знатно растерялся и перепугался. Я бегал от Цербера и уворачивался от клыков, помогая себе Депульсо и защищаясь Либерандумом.       - Прости, Гарри, ты сказал, что помогал себе заклинанием Депульсо? То есть, ты отталкивал многотонную тушу Цербера заклинанием второго курса? - неверяще переспросил Дамблдор       - Ну, не прямо уж Цербера, лапы или его пасти... - замялся Гарри.       Дамблдор взмахнул палочкой и наложил на стену голубой мерцающий щит.       - Наколдуй ещё раз Депульсо, Гарри, так, как ты делал это в комнате с Цербером.       - Хорошо, - недоуменно пожал плечами Гарри. - Только я весь день колдовал, да ещё и битва с Цербером... Вряд-ли я покажу что-то приемлемое, - скептично проговорил Гарри.       - Ничего, я приму это во внимание, - успокоил его Дамблдор.       Гарри взмахнул палочкой и проговорил: "Депульсо!", вложив столько магии, сколько он вкладывал в битве. Небольшой шар, размером чуть больше хорошего мяча для боулинга, вылетел из палочки и влетел в зазвеневший щит. Дамблдор поиграл бровями и невозмутимо снял щит.       - Хорошо, Гарри, а теперь, для большей достоверности рассказа, продемонстрируй нам свой щит, и можешь продолжать.       Гарри выполнил требования директора и продолжил:       - Ну, дак вот... - вспоминая, где остановился, проговорил Гарри. - Я отбивался от него как мог, и в голове у меня появился план. Когда появился подходящий момент, я трансфигурировал цепь, которой Цербер был прикован к стене, в более толстую. Примерно в два раза.       - Извини, Гарри, что опять перебиваю тебя, но ты хочешь сказать, что смог трансфигурировать цепь в более толстую?       Гарри это не казалось чем-то необычным, да к тому же то, что его постоянно перебивали, изрядно надоело ему.       - Да, я именно это и хочу сказать. Не зря же я так много занимаюсь. В общем, я сделал цепь толще, а потом уменьшил ее заклинанием Редуцио, и она стала короче, но при этом сохранила прежнюю толщину и прочность.       Профессор Снейп одобрительно хмыкнул на это, и, казалось, сам удивился своей реакции.       - Потом я ещё раз повторил эти превращения, и Цербер не смог отойти от стены даже на метр. Справившись с ним, я попытался открыть дверь Алохоморой. Но ничего не вышло! Да, она не открылась. Но я не растерялся и просто ударил по ней со всей силы любимым Депульсо. Хотя трансфигурацию я люблю больше. Ну вот, от одного Депульсо дверь даже не шелохнулась, но после шести таких раз заклинание спало, она слетела с петель и врезалась прямо в профессора Снейпа, - закончил Гарри.       Дамблдор задумался.       - Хорошо, Гарри, спасибо за рассказ. Хм, ну я думаю, что исключать Гарри нельзя, ведь он всего лишь тянулся к знаниям, и результаты этой тяги на лицо, не правда ли, Северус?       - Да, - поморщился Снейп.       - Поэтому я снимаю, скажем, пятьдесят баллов со Слизерина и добавляю ему двадцать баллов за прекрасное использование заклинаний и находчивость.       - И отработки два месяца! - добавил Снейп. - Мистеру Филчу очень понравилось, как вы работаете, Поттер!       - Хорошо, - подтвердил Дамблдор. - Профессор Снейп твой декан, Гарри, и вправе назначать такое наказание. А сейчас я пожелаю вам доброй ночи и, Гарри, - он внимательно посмотрел на мальчика, - постарайся больше не задерживаться и приходить в гостиную до отбоя.       - Хорошо, сэр, - кивнул Гарри.       Снейп вышел из кабинета, и Гарри отправился за ним. До гостиной они дошли в молчании. Уже ложась в кровать, Гарри понял, что забыл книги и сумку в комнате с Цербером. Придется просить Снейпа достать ее... Эта мысль была последняя: остальными завладел сон.

***

      На рождество Гарри оставался в Хогвартсе, что, впрочем, было логично. И так же логично было то, что Драко, Теодор и Забини отправлялись к своим семьям в теплую рождественскую обстановку. Но Гарри не сильно жалел о том, что останется почти один в огромном, полном всего интересного, замке. Ещё с вечера ребята собрали вещи, и вот уже Гарри и остальные едут к Хогвартс-экспрессу на каретах. Попрощавшись на станции с Дафной и парнями, Гарри сел в карету и отправился к замку. Было очень атмосферно ехать так в одиночестве в карете, которая едет сама, среди других таких же пустых карет. Вернувшись в замок, Гарри направился в гостиную.       Только когда замок опустел, Гарри заметил, что в Хогвартсе редко когда бывает совсем тихо, но сейчас тишина опустевших коридорах оглушала. Кроме Гарри остался Уизли с Гриффиндора и пара Хаффлпаффцев. То есть, учитывая размеры замка, Гарри будет встречаться с людьми только за приемами пищи. Если захочет, конечно.       Зайдя в гостиную, Гарри развалился в полный рост на кресле (ибо мог себе, наконец, позволить) и задумался о том, чем заняться. Можно было пойти в библиотеку и совершить налет на книги. Можно было отправиться бродить по Хогвартсу и идти, куда глаза глядят. Предупредив, что, если он не придет, к примеру, на ужин, - это значит, что он потерялся. Или поиграться с трансфигурацией и заклинаниями, поискать что-нибудь интересное и необычное и освоить. Это уже выглядело более интересно, чем остальные варианты.       Ещё Гарри хотел на этой неделе обустроить свой кабинет и поставить защиту. Ковер можно было бы найти в каком-нибудь из кабинетов, кресла тоже. Обои Гарри хотел заменить окрашивающим заклинанием. Только вот надо было его найти и научиться применять. Ещё было бы здорово подновить шкафы, но тут справятся Репаро и чистящие заклинания. Ну и неплохо было бы поработать над освящением: вечером спасал только Люмос. В общем, было понятно, что каникулы Гарри проведет за заклинаниями и обустройством кабинета. Ну и всё-таки стоило пару дней отвести на прогулки по замку. Тут Гарри пришла в голову ещё одна мысль, касающаяся кабинета. Каждый раз, когда он попадался после отбоя, это происходило на пути в гостиную. А что если вообще не приходить в гостиную и спать в кабинете? Не всегда, конечно, но в критических ситуациях. Учителя обходят лишь коридоры и уж точно не заглядывают в каждый кабинет. И проверять, спит Гарри в спальне или нет, Снейп точно не станет. Да даже если и обнаружится, что Гарри поспал разок не в спальне, а в одном из кабинетов, то что с того? Он же не по коридорам бродил. Ну, снимут опять баллы. И все. Что такого-то? Только где взять кровать? Ну, тут, наверно, отлично подойдёт трансфигурация. Главное - набрать побольше материала. Стульев, к примеру.       Наметив примерный план на каникулы, Гарри всё-таки направился в библиотеку. Мадам Пинс очень удивилась тому, что в каникулы кто-то посетил библиотеку, но, увидев Гарри, успокоилась. Тот углубился в дебри книжных полок. Библиотека Хогвартса не зря носила звание самой большой библиотеки Англии. Она ещё с древних времён была увеличена чарами расширения пространства и заполнялась книгами. Студенты Хогвартса пользовались только ближними разделами и секторами, в которых находилась вся необходимая информация для обучения и внеклассной деятельности. Эти книги были разложены по алфавиту и разделам, но если зайти вглубь, то всякая классификация пропадает, потому что здесь стояли достатусные книги. Как раз в такие дебри Гарри и углубился. Входя в библиотеку, Гарри хотел лишь найти интересные книги по заклинаниям, но сейчас к этому добавлялось желание забраться куда-нибудь вглубь и найти там не только что-нибудь интересное, но и старое. Испытывая исследовательский интерес, Гарри прошел через практически неиспользуемую секцию периодики, через секцию магических законов, далее - через секцию языков магических рас (такая секция точно существует?) и попал в хаос из книг, которые составляли здесь до того, как придумали слово "классификация". Этот хаос лишь пришелся по душе Гарри, что было очень необычно, учитывая его обычную тягу к порядку и аккуратности. Единственное, что не понравилось Гарри, это пыль, поэтому Гарри поскорее нырнул в книги. Вскоре ему попалась одна очень интересная книга, заклинания в которой носили не столько практический, сколько эстетический характер, и их реализация была очень необычная. К примеру, заклинание по очистке помещения от грязи и пыли. Казалось бы, что тут необычного? Дело в том, что очистка происходила с помощью миниатюрного смерча, который всасывал пыль на довольно большом расстоянии, а после улетал в окно. Или вот ещё, заклинание, позволяющее управлять водой и придавать ей любую форму посредством мысли. Тут же прилагались и закрепляющие чары. Водяная статуя в большом озере, вот было бы здорово! Схватив книгу, Гарри направился к выходу из лабиринта и очень обрадовался, когда попал в "землю обетованную", если так можно сказать о часто используемой секции заклинаний. Подтвердив у мадам Пинс, которая удивлённо воззрилась на книгу, как будто видела ее в первый раз, что забирает ее на неделю, Гарри вышел и направился в гостиную.       Там он разжёг камин и стал выписывать интересные заклинания. Их было много, и хотелось выучить все, но Гарри старался трезво оценивать свои силы и, к примеру, чары, призывающие тучу, бьющую разрушительными молниями в намеченную цель, не записывал, так как был уверен, что не освоит их. По крайней мере сейчас. Вот лет этак через пять... Или, хотя бы семь... Вот тогда да.       Вскоре, увлекшись, Гарри обнаружил, что пропустил обед, но не сильно волновался по этому поводу: есть он не хотел. Первое, что Гарри заметил, это странный язык заклинаний. До этой книги все заклинания, которые встречались Гарри, были на латинском и звучали привычно его уху. Но заклинания из этой книги были на странном языке, и это Гарри сильно удивляло. К примеру, для создания очищающего урагана следовало произнести такие слова: Ноэ'рэ Парами. А заклинание для придания воде формы произносилось как Ильмио Вэрте. Подумав об этом, Гарри решил как-нибудь на досуге заглянуть в тот самый раздел языков магических рас и в лингвистический раздел. А ещё стоило поискать книги, в которых встречаются употребления этого языка. Ведь в этой книге, к примеру, только сами заклинания были на этом неизвестном языке. Остальной же текст был на привычном английском. Ну как на привычном, на более старой его версии, но той, что современный англичанин ещё может прочитать без словаря. Проведя таким образом утро и обед, Гарри отложил в сторону книгу, перо и пергамент и решил прогуляться вокруг Хогвартса. Как бы холодно не было, а загнивать в замке, чахнув над книгами, Гарри не собирался. Ну, может и собирался, но прогуляться тоже надо.       На улице было, и правда, холодно, и ходить можно было лишь по прочищенным Хагридом тропинкам. В принципе, на улице делать нечего и, обойдя замок, а потом прогулявшись у застывшего озера, Гарри направился обратно в гостиную. Идя по коридорам, он отметил в свой внутренний блокнот заклинаний, что ему стоит обучиться хотя бы простейшим согревающим чарам.       Хорошо, что в гостиной они были без надобности, так как в ней было достаточно тепло от камина, у которого Гарри сейчас и отогревался, попутно тренируя взмах палочкой для заклинания Ноэ'рэ Парами. Через некоторое время Гарри почувствовал себя полностью отдохнувшим и направился к себе, чтобы начать по-настоящему тренировать это заклинание. Сколько он не пытался, у него ничего не получалось, но Гарри не отчаивался: терпение и труд, как говорится, все перетрут.       На ужин Гарри пошел, и оказалось, что, так как завтра рождество и учеников почти нет, оставшимся можно было есть с преподавателями. Гарри поздоровался с учителями и сел с краю стола.       - Здравствуй, Гарри, тебя не было на обеде, все нормально? - поинтересовался Дамблдор.       - Да сэр, спасибо за беспокойство, - вежливо ответил Гарри, - я просто занимался и немного увлекся.       - Такое чувство, Поттер, будто у вас одно оправдание на все случаи и времена, - едко прокомментировал Снейп.       - Но ведь это правда! - возмутился Гарри.       - И правда, Северус, что плохого в том, что мальчик много занимается? - мягко поддержал его Флитвик.       - То, что когда-нибудь это не доведет его до добра, - проворчал Снейп, но его никто не услышал.       - И чем же вы занимались, Гарри? Все же сейчас каникулы, и обычно молодые люди твоего возраста стараются отдохнуть от занятий, - спросил Дамблдор.       - Читал книгу о заклинаниях, сэр, - чистосердечно признался Гарри.       Больше его ни о чем не спрашивали и не трогали, что позволило ему спокойно есть. Но хорошего понемножку, и спокойствие это тоже не продлилось долго.       - А ты, Гарри, что об этом думаешь? - посмотрел на него профессор Дамблдор.       Учителя и студенты снисходительно смотрели на него, очевидно удивляясь про себя тому, что директор решил спросить мнения у какого-то первокурсника.       - Ээ... Простите, я не следил за разговором, о чем вы меня спрашиваете?       - Мы говорили, о том, эффективна ли боевая трансфигурация, - снисходительно пояснил шестикурсник с Хаффлпаффа.       - Я, как мастер трансфигурации, неоднократно применявший боевую магию в Первой Магической, говорю, что она эффективна, - настойчиво повторила Макгонагалл.       - Но, Минерва, я согласен с мистером Иденом, заклинания эффективнее, - вмешался Флитвик.       - Извините, что вмешиваюсь, - проговорил Гарри, - но, раз уж меня спросил директор Дамблдор, я отвечу. Заклинания это здорово, но на каждое действие нужно свое, отдельное заклинание. А с помощью Трансфигурации можно сделать что угодно.       - Вот именно! - воскликнула профессор Макгонагалл, с благодарностью взглянув на Гарри, - именно это я и говорила.       - Он всего лишь первокурсник и повторяет ваши слова! - воскликнул Хаффлпаффец.       - Ну уж нет! –спокойно ответил Гарри. - То, что я первокурсник, ничего не говорит. К слову, тролля я убил только трансфигурацией и Левиоссой.       - Н-неужели эти ис-с-стории - п-правда? - вмешался Квиррелл.       - Да, Квиринус, - подтвердил Дамблдор. - Интересно было бы услышать эту историю из уст самого Гарри. Ведь мы знаем ее лишь со слов Драко и Теодора, а их рассказ в основном был лишь о том, как они уворачивались от летящих щепок и досок.       - Да, да, было бы очень интересно, - подтвердил с энтузиазмом Флитвик.       Все замолчали и в ожидании уставились на Гарри.       - Ну... - неуверенно начал он, - на самом деле вы не справедливы к Драко и Теодору. Они поначалу растерялись, но потом здорово помогли мне. Как мы попали в туалет и очутились там вместе с троллем, вы, я думаю, и так знаете. Тогда я начну с того момента, как тролль вошёл в туалет и направился к нам. Я тогда знал очень мало заклинаний, да и заклинания там мало помогли бы. Потому я трансфигурировал умывальник в железный кол и Левиоссой отправил его в тролля. Тот отступил, заревел и начал размахивать дубиной. Потом он кинул ее и, пока она летела, я превратил ее в сеть. Накинув ее на голову тролля, мы побежали к выходу, но он оказался… Заперт, – Гарри удивленно посмотрел на преподавателей, – профессор Дамблдор. Мы, наверно, забыли об этом, после пережитых эмоций. Но нас, и правда, заперли, – мальчик взволнованно посмотрел на директора, - как тогда,- намекая на свою встречу с Цербером, произнес Гарри.       Преподаватели недоуменно переглянулись, не понимая, о каком тогда говорит мальчик, и почему директор понимает его. Дамблдор тем временем нахмурился.       - Я услышал тебя, Гарри, - потеряв всю свою веселость, ответил он, - продолжай.       Гарри собрался с мыслями и продолжил:       - Пока мы пытались открыть дверь, тролль скинул сеть и побежал на нас. Я с помощью Депульсо и Драко с Теодором, которые закидывали его мусором и разрушенными умывальниками, снизили скорость монстра, оттолкнули его и повалили. А после я трансфигурировал камни, и ими мы разбили монстру голову. Вот и все. Бой шел минуту-полторы.       - Т-так просто? - разочарованно переспросил Квиррелл.       - Ну, знаете, это в пересказе все просто, а вот тогда, стоя перед троллем...       - Но ведь Поттер только на первом курсе, он не мог провести такие превращения и использовать такие заклинания! - возмутился молчавший до этого Уизли.       - Мог, - единогласно подтвердили Дамблдор, Снейп и Макгонагалл.       - На моем уроке Гарри проявляет большие способности, которых у вас я, как и старания, не замечала, мистер Уизли, - пояснила Макгонагалл.       После этого разговор зашёл на студентов и их таланты. Гарри доел и удалился.       После ужина Гарри опять направился к себе и до самого вечера тренировал выбранные им заклинания. Комнатой он хотел заняться завтра.

***

      Утром Гарри вышел в гостиную и удивлённо уставился на небольшую кучку подарков под ёлкой. Он, конечно, отправил с Миролуном Драко, Теодору и Забини стандартный набор конфет, а Дафне - книгу, но он не думал, что те ответят. Как он и ожидал, однокурсники отправили конфеты, а Дафна - книгу. Книга эта была про трансфигурацию, и Гарри ее читал, но все равно было приятно. Разобрав подарки, Гарри удивлённо воззрился на ещё один свёрток. Может, кто-то ошибся и это не ему? Гарри всё-таки решил открыть свёрток и посмотреть. В нем оказалась очень необычная и приятная на ощупь мантия, которая при прикосновении, странно отреагировала. Как палочка, только слабее. Помимо мантии было записка:       «Эта мантия принадлежала твоему отцу, и пришла пора вернуть ее тебе. Используй ее с умом».       Почерк был смутно знакомым, но Гарри так и не смог вспомнить, где его видел. Надев мантию, Гарри подошёл к зеркалу и испуганно отпрыгнул: в зеркале отразилась только его голова. Посмотрев на себя, Гарри обнаружил, что все, скрытое мантией, исчезло. Сняв мантию и ещё раз надев ее, Гарри с восторгом понял, какой подарок ему прислали: мантию-невидимку! Теперь не придется опасаться, что его поймают после отбоя. Покрутившись перед зеркалом, Гарри сложил мантию в карман, где она прекрасно уместилась.       На завтраке витала праздничная атмосфера, но Гарри недолго задержался в ней, потому что его ждали дела. До обеда можно было разобраться со сканирующими заклинаниями, а после - вплотную заняться убранством комнаты. Идя с книгой по коридору, Гарри на автомате свернул, открыл дверь и вошёл в кабинет. Подняв глаза, Гарри обнаружил, что стоит совершенно в другом месте, а в центре стоит огромное зеркало в красивой раме с надписью: "ычтем еынневоркос иовт а, еинежарто ёовт ен юавызакоп я". Подойдя к зеркалу, Гарри посмотрел в него и обнаружил высокого сурового мужчину с палочкой в руке. От него веяло силой, а за его плечами было множество сторонников. Гарри вглядывался в черты мужчины и вдруг понял - это он, только взрослый! Это что, будущее? Подумав, Гарри посмотрел на надпись. Вряд-ли такой язык существует, хотя Гарри и не мог с уверенностью утверждать. Через пять минут Гарри понял, что это надпись записана наоборот. «Получается то, что он видит, это его мечта? Он мечтает о том, что он станет сильным магом? Ну да, ведь он только и делает, что учит заклинания,» - задумавшись, Гарри вышел из комнаты и пошел к себе.       Он не стал заниматься, а просто сидел и думал о своем будущем. Да вот хотя бы о лете: где он будет жить? У Дурслей? Он все равно не мог колдовать, поэтому они так и будут вытирать об него ноги. Ещё стоило разобраться с чарами Надзора, которые не позволяли Гарри колдовать вне Хогвартса. Как они действуют? Надо бы поинтересоваться у Драко, он вроде говорил, что колдовал у себя в Мэноре. И раз уж зашла речь о Мэнорах, стоило поискать родственников или друзей его родителей, раз уж они пока не обнаруживали себя и не спешили знакомиться с Гарри, и поспрашивать о них. Хагрид рассказывал, а Гарри потом нашел подтверждение этому в книгах, что его родители умерли в Годриковой Лощине. Неужели там был Поттер-мэнор? Или он был разрушен во время войны? Вопросы, вопросы... И никаких ответов.       Зачем он так хотел найти Мэнор? Хотя бы просто потому, что там жили его родители, и это место стало бы тем немногим, что связывало его с покойными.       А чтобы узнать о родственниках, наверно, стоит почитать газетные хроники и, что важно, некрологи той войны. И поискать книгу с родословными родов. Опять же, стоит спросить у Драко хотя бы о существовании таковой.       Вздохнув о том, что это лето будет очень насыщенным и, скорее всего, проблемным, Гарри встал и стал размышлять о том, где утащить кресла и ковер. Видимо, настала пора великого набега на Хогвартс!       Гарри взял свои перерисованные и дополненные за полгода учебы карты и направился бродить по замку, заходя в каждую увиденную дверь. Замок был огромный, и помещений было много. Побродив по этажам с кабинетами, Гарри поднялся выше, на пятый этаж. Сейчас он находился в мраморной башне – самой большой башне Хогвартса. Своё название она получила из-за мраморной лестницы, ведущей из нее в вестибюль. Это была не только самая большая башня Хогвартса, но и самая примечательная – внутри нее было множество движущихся лестниц и говорящих портретов.       Башня часто использовалась, и вскоре Гарри надоело ходить по всем известным коридорам, поэтому, он, будучи на пятом этаже, свернул в неприметный коридор, который возник перед ним будто из ниоткуда. Он был гораздо темнее, чем коридоры общего пользования, и был даже несколько пыльным. Вскоре Гарри понял, что это был не столько коридор, сколько небольшой переход в отдельную часть замка. Из небольшой залы расходилось несколько коридоров, в один из которых Гарри и направился. В нем мальчик обнаружил любопытные гобелены. Чем они были интересны? В замке Гарри видел множество странных картин и изображений: танцующие тролли, химеры, горгульи, читающие книги. Но то, что Гарри увидел сейчас, было самым необычным. Если тролли и химеры существовали на самом деле, являлись героями многих сказок маглов, и были знакомы Гарри, то существо, изображенное на гобелене, он видел впервые. Это было некое подобие человека, но сильно от него отличающееся.       Оно было очень высоким и вытянутым. Ноги, руки и тело были узкими и длинными. Кожа была того же цвета, что и очень светлые седые волосы. Голубые глаза на таком фоне казались рубинами и как будто бы пронзали Гарри, от чего он даже поежился. Черты лица были острыми: угловатые скулы, треугольный нос, выступающие глазницы – все это не добавляло привлекательности. Как заметил Гарри, на руках у существа было только по четыре длинных пальца с пятью суставами. Еще его удивили заостренные и очень длинные уши – они напоминали Гарри классических эльфов из магловских сказок, но, кроме этих ушей, существо не было похоже, ни на что другое.       После тщательного рассмотрения, Гарри заметил внизу надпись: Аль’Парами. «Парами… Это же слово есть в заклинании Ноэ’ре Парами…» - задумался Гарри.       Все это было необычно и дало Гарри пищу для размышлений. Необычный коридор, гобелен со странным существом, и связь какого-то заклинания из небольшой и пыльной книжонки с надписью на этом гобелене.       Гарри возвратился в Мраморную башню и как бы в забытьи направился в другую часть замка.       На третьем этаже, в одном из помещений он нашел приличный ковер. Только его надо было очистить. Уменьшив его заклинанием Редуцио, Гарри положил ковер в карман и направился дальше. В следующий раз удача улыбнулась ему через час: он нашел несколько пыльных кресел. Проделав с ними те же манипуляции, что и с ковром, Гарри вернулся к себе и обратно увеличил. После нескольких Репаро и чистящих заклинаний, кресла и ковер стали как новые. Расположив их в комнате, Гарри сел в кресло и задумчиво стал листать книгу с заклинаниями, в которой он и обнаружил Ноэ’рэ Парами. Называлась книга, как обнаружил Гарри, «Заклинания древности». Помимо этого названия, не было никакой информации об этом языке. Но ведь кто-то знал его, этот язык, потому что толкование заклинаний и описание их было на староанглийском. Размышляя об этом, Гарри направился в Большой зал.       Ужин был праздничным, Дамблдор щеголял в праздничном колпаке и заставлял всех стрелять из хлопушек. Гарри, которому всегда хотелось нормального семейного рождества, веселье Дамблдора и остальных показалось неестественным. Да и у него куда-то делась вся радость и энергия, затерявшиеся в усталости и задумчивости.       Придя в гостиную, Гарри сел перед камином и еще долго не мог уснуть.

***

      В коридоре замка стоял маг в мантии с надвинутым на голову глубоким капюшоном. Речитатив заклинания, напевно звучавший из уст мужчины, казалось, проникал в душу и вызывал демонов. Мерные взмахи палочки были движениями дирижера, оркестром которого была тьма, а музыкой - вой дьявола. Наконец, темное чародейство прекратилось. Маг взмахнул палочкой и произнес Слово, сакральное значение которого никогда не станет известно простым смертным:       - Карнавал!       Дверной проем перед магом затянулся дымкой, которая через мгновение превратилась в стену, полностью закрывшую проход и слившуюся со стенами замка.       Гарри радостно подпрыгнул и скинул капюшон. Он подошел к стене и недоверчиво коснулся ее. Ощущения были абсолютно реалистичны. Стена, и ничего более. «Магия!» - мысленно воскликнул Гарри.       - Карнавал, - тихо шепнул он.       Стена превратилась в дымку и растворилась, обнаружив дверь в комнату Гарри.       Как Гарри достиг такого результата? Все просто – статичный щит, имитирующий твердую поверхность, и иллюзия стены, наложенная на этот щит. Работал над этим Гарри уже достаточно долго, и получилось именно сегодня. Результат его очень обрадовал.       Единственное, что его смущало. Это какое-то волнение на душе. Несмотря на плодотворную работу, весь день его мысли возвращались к тому гобелену, который он встретил вчера, и к другим залам и коридорам, которые Гарри не осмотрел.       Возможно, стоило отвлечься и выйти погулять.       Одевшись потеплее, Гарри вышел из замка. День был солнечным и ясным, но при этом, в воздухе медленно и плавно кружась, падали редкие снежные хлопья, что на фоне замка выглядело очень красиво и сказочно. Постояв и полюбовавшись открывающимися видами на озеро и горы, Гарри спустился к воде. Пройдясь вдоль границы хрупкого льда и заснеженной земли, Гарри, мозг которого никогда не переставал думать о заклинаниях, решился на эксперимент. Заклинанием Инсендио он растопил лёд у берега и взмахнул палочкой:       - Ильмио Вэрте!       Вода в озере вдруг забурлила и взвилась вверх, разделяясь на отдельные струи и образуя красивое дерево, внутри которого текли потоки воды.       Гарри восхищённо застыл перед таким чудом. Волшебство было очень красивое и впечатляющее. Он, конечно, был уверен, что заклинание получится, ведь оно было основано на трансфигурации, но не предвидел, что результат окажется таким... Захватывающим! Повинуясь мысли Гарри, водяные потоки сменили форму и приняли очертания Хогвартса. Гарри добавлял детали, смотря на оригинал, и через пятнадцать минут перед ним была точная копия замка, только из воды. Послушная воле вода почти замерла и благодаря этому ещё через пятнадцать минут застыла. Гарри уже порядком замёрз, но ещё несколько раз обливал получившийся замок водой. Результат не заставил себя ждать, и ещё через тридцать минут на берегу большого озера оказалась прекрасная ледяная скульптура Хогвартса. Лёд был чистым и прозрачным, от чего играющие на нем лучи света только добавляли ощущение волшебства. Гарри снял уже ставшие ненужными чары и замер, любуясь своей работой.       Через некоторое время, он, подстегиваемый холодом, все же оторвался от созерцания скульптуры и вернулся в замок. Гарри отправился в гостиную, а после - к себе в комнату, но нигде не находил покоя. Вскоре он понял – ему надо посетить тот коридор.       Укрепившись в этой мысли, Гарри направился в Мраморную башню. Лестницы долго мешали ему добраться до нужного места, меняя свое направление в самый неподходящий момент. Но вскоре он добрался до того места, где должен был быть проход. Как и в тот раз, он появился неожиданно и как бы из ниоткуда, что удивило Гарри. Пройдя внутрь, он внимательно осмотрелся. Зала нисколько не изменилась – такая же пустая и холодная, в своей пустоте. Направившись в коридор, противоположный тому, что с гобеленом, Гарри наткнулся на дверь. Она была открыта. За ней оказалось небольшое помещение, когда-то, видимо, использующееся как кабинет. На это указывал стол, стоящий посередине, шкафы, расставленные по бокам. Но все это Гарри заметил лишь мимоходом, потому что его внимание приковал скелет, сидящий за столом. Только увидев его, Гарри вздрогнул, и хотел было выпрыгнуть из комнаты, но сдержал свои порывы. Все же он сражался с троллем и Цербером, и какого-то скелета не должен испугаться.       Гарри не мог сказать точно, но ему показалось, что этот скелет тут давно. Его кости буквально рассыпались в прах, одна рука отвалилась и лежала на полу, отверстия в черепе зияли огромными черными дырами.       Преодолевая страх, Гарри приблизился.       Если Гарри хоть что-то понимал в том, как должен выглядеть скелет человека, то этот скелет был точно не человеческим. Хотя, тут даже понимания никакого не нужно было – этот скелет был очень высоким, даже сидя. Его череп был не круглый, как у людей, а вытянутым, и походил на череп какой-нибудь собаки, только вытянут он был не вперед, а вверх. Плечи как будто бы отсутствовали, а руки, даже будучи без кистей, превратившихся в прах, были очень длинными. Ребра были какими-то впалыми, и их было много. Грудная клетка была длинной чуть ли не с половину Гарри. Несмотря на рост скелета, мебель в кабинете была вполне стандартных размеров.       Попривыкнув немного к присутствию скелета в комнате, Гарри подошёл к столу. На нем лежала ветхая книга с полуистлевшими страницами. К счастью, надписи были различимы, только это Гарри мало помогло, потому что все они были на неизвестном ему языке. И юный маг подозревал, что это язык тех заклинаний и надписей на гобелене.       Этот язык, странное существо на гобелене, скелет, эти помещения – все это было как-то взаимосвязано. И Гарри было очень интересно узнать, как.       Он не думал, что об этих помещениях кому-то известно, иначе бы их очистили, скелет давно убрали бы, а книги отреставрировали и переместили бы в библиотеку. И то, что их никто не обнаружил, было удивительным – попасть сюда ничего не стоило.       Но сейчас его эти мысли не особо занимали, потому что книга, лежащая на столе, хоть Гарри и не мог ее прочесть, могла поведать ему о многом. По крайней мере, Гарри так думал.       Тем более это была единственная книга в комнате.       Настороженно наблюдая за скелетом, Гарри прикоснулся к книге. Ничего не произошло. Тогда он осмелел, осторожно пододвинул ее к себе и перелистнул одну страницу. Несмотря на кажущуюся ветхость и старость, страница оказалась достаточно плотной, чтобы не рассыпаться в его руках.       По внутренним ощущения Гарри было уже достаточно поздно, да и у него зрело чувство, что долго находиться здесь ему нельзя. Поэтому он закрыл книгу, завернул в мантию, повернулся спиной к скелету и направился к выходу.       - Клацк, - прозвучал звук стукнувшихся друг о друга костей.       Гарри вздрогнул и остановился.       Он боялся смотреть назад.       За спиной раздался хруст и звук отодвигаемого стула.       Гарри плюнул на все и выбежал. Захлопнув, не смотря внутрь, дверь, и запечатав ее Колопотрусом, он облегченно вздохнул. Но неожиданный и сильный удар изнутри заставил его вскрикнуть и побежать со всех ног.       Очнулся он только на мраморных ступенях у Большого зала. Сердце бешено колотилось, а руки дрожали. Отдышавшись, он затравленно огляделся и поспешил в свой кабинет.       Там книга была бы наиболее защищена. Иллюзия отлично спрятала комнату, а дополнительные чары, которые Гарри обязательно наложит в дальнейшем, точно уберегут его от посягательств.       За ужином Гарри почти не слушал разговор и ел задумчиво, но быстро. Ему все еще казалось, что за спиной у него раздается тот страшный звук, а перед глазами чернели пустые и чрезмерно большие глазницы.       Вернувшись в свое скромное убежище, Гарри сел за стол и посмотрел на книгу. Ее обложка была светлой и сделанной из древесины какого-то мягкого дерева.       На первой странице было нарисовано большое и необычное древо. Называлась эта книга, по всей видимости, «Перланэре Ильнэ'ми Эль». Буквы были Гарри знакомы, поэтому он мог более-менее сносно читать, но понимать… Он совершенно не представлял, о чем идёт речь.       Но его неведение продлилось недолго. На следующей странице он с огромным удивлением обнаружил карту Хогвартса и окрестностей. Гарри видел одну такую в «Истории Хогвартса» и видел, что карта, данная в этой книге, сильно отличается от современного варианта. Во-первых, замок на ней был гораздо меньше. Не было поля для Квиддича и теплиц, не было станции, и даже Хогсмида. Но на этой карте не только многого не доставало, на ней было что-то, чего не было на современных картах… Только что? На этот вопрос Гарри не мог ответить.       Помочь ему могла «История Хогвартса», за которой Гарри и отправился в библиотеку.       Вернувшись, Поттер сравнил карты и обнаружил то, что его смутило – к востоку от Хогвартса стена замка была не сплошная, как это было сейчас, а имела проход. Через него проходила тропа, ведущая в лес к какому-то строению.       Над ним была надпись: «Ильнэ'ми Комэ'рэ Лиэ».       Слово «Ильнэ» с частицей «'ми», отделенной знаком, смутно похожим на апостроф, было Гарри знакомо по названию книги: «Перланэре Ильнэ'ми Эль». Очевидно, и там, и там, это слово имело одно значение.       И чтобы понять, какое, следовало отправиться к этому непонятному зданию.       Да и вообще, вся эта загадка так неожиданно ворвалась в жизнь Гарри и оказалась такой необычной и интересной. Заклинания на неизвестном языке, неизвестные остальным помещения, гобелен со странным существом, скелет, книга.       Если он хочет получить еще, хоть сколько-нибудь информации обо всем этом, он должен, либо вернуться в те помещения и встретиться с… тем, что его там ждёт. Либо отправиться к этому зданию. Если оно существует, конечно же.       Размышления Гарри отвлекло постукивание.       Несмотря на кажущееся спокойствие, Гарри ещё не отошёл от дневного приключения, и поэтому отреагировал соответствующе: вздрогнул, а потом подпрыгнул и обернулся.       В комнате никого не было. Звук шел из стены. Кто-то был в коридоре замка.       - Тук, тук, тук, - глухой звук чего-то твердого, стукающего о каменную стену, не переставал. К огромному облегчению Гарри, это был не звонкий и пустой звук костей. Но само наличие звука его не обрадовало.       Наложив на себя Либерандум, Гарри подошёл к двери и осторожно открыл ее. Снаружи была иллюзия, поэтому Гарри мог смотреть, не будучи увиденным.       Обзор был ограничен дверным проёмом, и происходящее с боку от двери было недоступно взгляду Гарри.       Но, к слову, звук кончился. А это ещё хуже. Если раньше Гарри примерно знал, где то, что издает этот звук, то сейчас…       Нужно было выйти.       Нервы, напряжённые до предела, вздрогнули, когда за спиной послышался шорох.       Гарри выпрыгнул из комнаты, захлопнул дверь, запечатал ее Колопотрусом и шепнул:       - Карнавал.       Щит и иллюзия, потревоженные тем, что он вышел, вернулись на место.       Гарри облегчённо вздохнул и повернулся. Все его облегчение слетело вмиг, от открывшейся ему картины.       Он вскрикнул, попятился, споткнулся и упал.       Зимой темнело рано, и в восемь часов на улице было темно. Коридор, тускло освещенный редкими факелами, был мрачен, и углы скрывались в черноте теней и тьмы, за которыми, казалось, открывались проходы в другие миры. Темное небо за окном резко контрастировало с луной, бледный и призрачный свет которой врывался сквозь высокие окна косыми прямоугольниками.       Испокон веков этот свет ассоциировался с чем-то недобрым, темным и таинственным. Сейчас все эти ассоциации оправдались, потому что сегодня луна вышла не просто так – для того, чтобы осветить и, как бы достать из мрака и тьмы, призрака.       В Хогвартсе было много призраков. Были призраки факультетов, а были и просто призраки, которые слонялись по замку. Призрак Гриффиндора был забавным и относительно весёлым. Призрак Слизерина, Кровавый Барон, выглядел жутко, и поначалу некоторые первокурсники, включая Гарри, пугались его.       Существо, освящённое лунным светом и зависшее сейчас в воздухе, мало походило на обычных призраков.       Костлявое, ссохшееся длинное вытянутое тело было одето в рваный балахон, скрывающий ноги, и развевающийся на ветру из потустороннего мира. Кожа, еле державшаяся на резко выпирающих костях, была сгнившей, темно-коричневого цвета, тогда как кости, которые не прикрывало это подобие кожи, чернели трупными пятнами. В больших и уродливо-страшных глазницах чернела клубящаяся тьма, которой был наполнен не только череп, но и весь призрак. Длинные пальцы оканчивались загнутыми когтями, которые, казалось, не могли нанести урона физического из-за отсутствия остроты, но могли изорвать в клочья душу. Острые зубы, находящиеся в пасти, прятали за собой длинный и отвратительный язык, который призрак высовывал истинно змеиным манером.       Гарри судорожно схватил показавшуюся бесполезной палочку и отполз к стене.       Призрак, попробовав языком воздух и, как будто взглянув на Гарри своими черными провалами глазниц, направился к нему.       Руки и ноги Гарри застыли. Язык онемел, а рот открылся в беззвучно крике. Сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Страх полностью сковал Гарри, но, когда призрак преодолел половину расстояния между ними, сердце Гарри пропустило удар, а потом, забилось с удвоенной силой.       Гарри вскочил и побежал, не разбирая дороги. Коридоры и свет от факелов слились в одно неразличимые пятно, остались лишь страх и желание убежать – все в Гарри сконцентрировалось на этом.       Пока он не врезался в светлое и мягкое пятно.       - Гарри, осторожнее! – воскликнул, покачнувшись, Дамблдор. - Что случилось?       Юный маг отпрыгнул от директора и затравленно оглянулся. Лёгкие дышали настолько часто, что, казалось, они вместе с сердцем разорвут Гарри. Руки дрожали. Рядом никого, кроме Дамблдора, не было. Коридор был ярко освящён, вся тьма исчезла, остался лишь мальчик, только что переживший самый страшный момент в своей жизни, и удивленный директор.       - Я-я-я, - судорожно дыша ртом, проговорил Гарри, - я-я… От Пивза убегал. Да. Он гнался за мной.       - Пивз? – недоверчиво переспросил Дамблдор, смотря на Гарри.       - Да… да, он хотел кинуть в меня чем-то. А я решил пробежаться, - чуть успокоившись, ответил Гарри, - все хорошо.       - Ты уверен? Не хочешь мне что-нибудь рассказать?       Гарри посмотрел в окно. На фоне луны промелькнул черный летящий силуэт.       - Нет, - он посмотрел на директора, и увидел, что тот непонимающе смотрит в окно, - нет, у меня все хорошо.       Дамблдор встревожено посмотрел на мальчика, но промолчал.       Они разошлись.       Гарри прибежал в гостиную, прыгнул на кровать, задернул полог, завернулся в одеяло и заплакал.

***

      Гарри удовлетворённо смотрел на небольшой смерч, собирающий грязь в комнате. Заклинание всё-таки получилось на четвертый день тренировок. Когда вся грязь была собрана, смерч вдруг взбесился, разбил окно и вылетел. Гарри подбежал к дыре в окне и с тревогой наблюдал за удаляющимся смерчом. Да, видимо, надо было открыть окно. Починив стекло Репаро, Гарри, окрылённый успехом, удовлетворённо сел за стол.       Утром, при свете солнца, вчерашние события стали казаться лишь кошмаром, плохим сном. Рассудив здраво, Гарри понял, что испугался он зря – призрак он есть призрак, какую бы внешность он не имел.       Да он был страшен, но никакой агрессии не проявлял. А стук и остальное… Может он полтергейст, как Пивз? Возможно, это призрак того существа, скелет которого Гарри нашел. Непонятно только, что он хочет.       Выяснить это Гарри мог лишь во время следующей встречи. А в том, что она будет, Гарри был уверен. И к ней он собирался подготовиться.       Для этого Гарри направился в библиотеку. Все, что он хотел сделать – это лишь убедиться в том, что существо является призраком. Тогда он будет уверен в своей безопасности.       Чтобы это сделать, ему нужно найти простое сканирующее заклинание, определяющее природу сканируемого существа.       Пробыв в библиотеке около часа, он нашел подходящую книгу, и уже хотел было отправиться к себе, чтобы начать ее читать, как понял, что время подошло к обеду.       Поэтому он направил свои стопы в Большой зал.       Поздоровавшись со всеми, Гарри сел и стал быстро есть. В нем кипел задор, отвага – он хотел взять реванш у таинственного существа и верил, что у него получится.       - Ты куда-то торопишься, Гарри? - обратился к нему Дамблдор.       - Меня ждёт интереснейшая книга, - ответил Гарри.       - И-и к-какая же? - неожиданно спросил Квиррелл.       Гарри постарался вспомнить название и автора книги, которую он взял, и ответил:       - "Сканирующие чары", Герберта Уолесса.       - И с-свойства ч-чегов-выс-собрались оп-пределять?       - Да так, - уклонился от ответа Гарри, не собираясь никому рассказать о существе и всём, что с ним случилось за последние дни, - просто интересно, какие есть заклинания.       Квиррелл сверкнул глазами, очевидно, ничуть не поверив Гарри.       - Д-да, т-тема и-и-нтересная. З-з-зайдите к-ко м-м-не после обед-да. В-возможно, я с-смогу п-порекомендовать в-вам х-хорошую к-книгу на с-смежную тему.       - Хорошо, сэр.       Гарри встал и вышел. «Квиррелл хочет ему посоветовать книгу? Что ж, это точно не будет лишним,» - с этой мыслью он направился к себе, чтобы начать читать книгу. Нужное заклинание он нашел через полчаса. Это было легкое заклинание, которое определяло материальность объекта. Этого Гарри было достаточно. Решив, что попробовать это заклинание он может и позже, мальчик направился к Квирреллу.       Гарри постучал и вошёл. Профессор сидел за столом.       - А, это в-вы, мистер Поттер? Проходите, с-садитесь, - он указал на стул напротив.       - Я хотел вам дать книгу об усилении заклинаний и чар. Уверен, она вам пригодится.       Квиррелл протянул Гарри книгу.       - Э, спасибо, профессор! - воскликнул Гарри.       Тут же открыв книгу, Гарри пробежался по заглавию. Тут было все! Ослабление сопротивляемости предмета к трансфигурации, усиление заклинаний, продление продолжительности работы рун...       - Эта книга... Она очень, очень полезна, особенно первокурснику! - произнес Гарри. - Когда мне ее вернуть?       - Можешь не возвращать, все равно это копия, - снисходительно произнес Квиррелл. - Можешь идти.       Гарри ещё раз поблагодарил профессора и вышел. С помощью этой книги он может усилить свои заклинания, научиться, наконец, работать с рунами… Перспективы открывались радужные.       Но для начала Гарри решил освоить сканирующее заклинание.       Оно было достаточно лёгким и поддалось Гарри через десять минут.       Теперь он был готов к встрече. Но его главной целью был не призрак, а таинственное строение в лесу, отмеченное на карте.       Взяв книгу и одевшись потеплее, Гарри решил провести разведку издалека.       На исследуемую часть стены и леса, по расчетам Гарри, открывался прекрасный вид с моста, соединяющего двор Большого зала и Западную часть замка. Он был прокинут через ущелье, разрезающее холм на две части.       Пройдя через Большой зал и двор, Гарри застыл в восхищении от увиденного.       Он стоял в самом начале моста. За его спиной возвышался замок, а прямо перед ним раскинулось Черное озеро, покрытое льдом. Солнце, отражающееся от него, слепило глаза. Вдалеке виднелась железнодорожная станция, а ещё дальше - заснеженные вершины гор, покрытые зелёным лесом. Слева от Гарри, вдалеке, была замковая стена, а за ней лес, который его и интересовал.       Пройдя на середину моста, Гарри открыл книгу и попытался сориентироваться так, чтобы смотреть именно в то место, где, судя по карте, должно что-то находиться.       За его спиной раздался знакомый звук:       - Тук.       Гарри вздрогнул, но сдержал себя и обернулся. С другой стороны моста парило оно.       Выхватив палочку, Гарри произнес:       - Остэндете!       Заклинание полетело в не двигающееся существо, и, столкнувшись с ним, загорелось синим. Это означало, что объект нематериален.       «Это призрак!» - мысленно с облегчением воскликнул Гарри.       Значит, он не мог причинить никакого вреда и был просто нематериальным.       Призрак пролетел сквозь перила, подтвердив Гаррино предположение, отчего он окончательно успокоился, и направился к мальчику.       «Это призрак, призрак, он ничего не сможет мне сделать, его когти просто пройдут сквозь меня…» - твердил про себя Гарри.       Он был уверен, что находится в полной безопасности.       Он понял, что одной уверенности мало, когда падал, откинутый сильной и материальной рукой с когтями, с моста.