Моя чаша

      Она открылась мне. Я вижу её воспоминания, словно сам нахожусь там, могу чувствовать и ощущать то же, что и она. Её умиротворенное лицо, ликующая энергия. Превращение в ангела и приобретённая надежда. Надежда вернуть Бонта.       Я, словно чувствуя своё поражение, прикрываю глаза, отворачиваю от Вики лицо, и передо мной вновь возникает тот её взгляд: тёплый, ласковый, светящийся от любви. От любви к Бонту. На меня, демона, она так не смотрит. Но меня, прежнего ангела, больше никогда не будет! Бонт навсегда останется где-то в глубине души, уж слишком слаба ангельская сторона для подчинения себе такого могущества и укрощения пойманных мной демонов. И теперь, когда я вновь вернулся, каждый мой приближённый ищет от моей власти и силы выгоду в своих корыстных целях: Фенцио жаждет отомстить Ребекке, Люцифер — получить свой трон, а Вики надеется вернуть Бонта.       И я использую их в своих целях. Самый мерзкий из моих демонов исподтишка протягивает свои липкие болотные пальцы и, словно по клавишам пианино, проходит ими по моим плечам и устремляется своей слюнявой, зловонной мордой к моему уху.       — Вы правы, мой господин, — шепчет он, обдавая меня холодом, — каждый ищет в Вас выгоду. Только мы, Ваши внутренние слуги, безропотно и безвозмездно служим Вам. Если бы Вы не были так строги к нам, мы бы сразу учуяли в девчонке ангела. Она ослепила Вас-с-с.       — Плохо служите, — и подняв подбородок, с презрением отвечаю, не удостаивая его взглядом, — забыли о своём долге? Тогда испепелю, сотру в порошок!       — Вот видите, видите! Это всё она-а-а, — украдкой продолжает он, разжигая во мне чувство отвращения к окружающим, — она слуга ненавистного моим господином и нами, его верными слугами, Шепфа! Она хотела убить Господина!       Его мерзкое, скользкое дыхание остаётся на затылке, и он цепляется за мой позвоночник, всё крепче сжимая его своими корявыми ручонками.       — Каждый ищет выгоду. Фенцио — отомстить Ребекке, Люцифер — получить свой трон, — впивается демон, — а Вики — вернуть Бонта. Девчонка не любит демона, не любит моего хозяина! Предательница!       Чувство пренебрежения, вместе с мерзким демоном, с трепетным удовольствием поглощают мои тёплые чувства к Вики, оставляя пустоту.       — Вам нужна только сила, сокрытая в ней, — он царапается вверх по спине, — ваша сила-а-а.       — Мальбонте, что с тобой? — еле шевелит губами Вики и с испугом смотрит на меня, — твои глаза!       Я наклоняюсь к ней, ближе притягиваю к себе за предплечье и чёрный демонический мрак окутывает её, застилая своей чернотой всё, что находится вокруг. Субантры беспокойно припадают к земле и издают взволнованные вопли. На глаза Вики наворачиваются слёзы, но она не сводит своих глаз с моих. Всматриваюсь в обеспокоенное лицо, пытаясь прочесть её мысли и чувства. Умоляя помочь мне возразить демону, что она всё же что-то чувствует ко мне. В голове всплывает воспоминание — о её податливости, поддержке и, самое главное, о стремящейся ко мне энергии. Смягчаюсь и выдыхаю скопившуюся пустоту, всё же я не могу причинить ей боль. Я дал ей выбор. Она осталась со мной.       Демонический мрак рассеивается, уступая место спокойствию и хладнокровию, я отпускаю её.       — Дракон — не самое страшное, что есть во мне, — холодно отвечаю я, ощущая страх моей чаши. Демон длинным языком слизывает его с её лица, только Вики не ощущает невидимую тварь, хотя тело начинает мелко дрожать.       Я обхватываю рукой его горло и стягиваю со своей спины.       — Не смей без разрешения трогать то, что принадлежит мне! — скрипя зубами, сильнее сжимаю горло обозлённого демона, всматриваясь в мелкие глазки, — помни, кто твой хозяин!       Вики хватает ртом воздух, понимая, что я говорю с одним из демонов, прижимает руку к груди и пытается укрыться крыльями.       — Пошёл вон и не смей показываться, пока не прикажу! — не терпя возражения, отвечаю я, стряхиваю демона на землю и он исчезает. Перевожу взгляд на озадаченное лицо Вики. — Ты всё ещё хочешь избавиться от «Ангельского сияния» или всё же вернёшься к своим друзьям в школу? — едко бросаю я, ожидая, что от увиденного она расправит крылья и улетит прочь, — у тебя есть выбор.       — Позволь мне с Ади слетать к стеклянным горам за сумеречным порошком, — тихо отвечает Вики, облизывая пересохшие губы, — я говорила, что не брошу тебя.       Последние слова мелкими расслабляющими мурашками проходятся по моей коже и я коротко киваю.       — Возьмите с собой несколько демонов. Не стоит летать одним.       Я разворачиваюсь к ней спиной и раскрываю крылья, чтобы взлететь. Вики протягивает ко мне руку, но не касается меня.       — Мальбонте, я теперь ангел. Ты уверен, что я тебе всё ещё нужна?       — В тебе моя сила. Тем не менее это не помешало тебе стать ангелом, — протягиваю я, — или ты думаешь, меня остановит ваш глупый закон о неприкосновенности? —  поворачиваюсь к ней, всматриваясь в синие глаза, — и твои крылья, — мой взгляд скользит по красным перьям, я невольно коротко улыбаюсь и невесомо пробегаю по ним пальцами. — Мне плевать, ангел ты или демон. Ты моя Вики, кем бы ни была!       Взмахиваю крыльями и улетаю прочь. Вхожу в кабинет и вижу склонившегося над картой Фенцио.       — Приставь к Вики и Ади несколько сопровождающих воинов к стеклянным горам. Пусть охраняют их, как свою собственную жизнь, — резко выдыхаю и тяжело усаживаюсь в кресло.       — Призналась… — бормочет он, — как скажете, — Фенцио покорно соглашается и, плотнее укутываясь в плащ, спрашивает, — Господин, Вы так раздражены тем, что в Непризнанной «Ангельское сияние» или это что-то другое? Я ощущаю слишком большую концентрацию демонической энергии. Слишком большую, — и он покорно склоняет голову.       — Вики ангел. Шепфа сделал её ангелом, — устало выдыхаю я и растираю глаза.       — Как?! — восклицает он, — без инициации? Ритуала?       — Инициация — это ширма, придуманная для таких, как вы, — и я указываю на него пальцем, — чтобы вы, — я подчеркиваю это слово, — помнили, кто ваш господин и кому вы должны подчиняться. Ему не нужен ритуал, чтобы сделать Непризнанную ангелом или демоном, достаточно благословения.       Фенцио щурится, согласно кивает и поджимает губы.       — О, для бывшего серафима это новость? — ехидно усмехаюсь я.       — При мне такого не было, господин, — склоняет голову ангел, — чтобы без ритуала посвящали Непризнанных, тем белее Шепфа делал это не лично, а через прошение серафимов.       — Есть что-то по делу? — прерываю его, сам прекрасно это понимая без его разъяснений.       — Дружок Люцифера уже здесь, — отвечает ангел.       — Где он?       — Они где-то в штабе. Тот демон ждёт вашей аудиенции. Прикажете привести?       — Пригласи. Со слов Люцифера, он просил о встрече и ждал моего согласия на неё. Вежливый демон — это что-то новое, — усмехаюсь я.       Фенцио отвечает мне такой же улыбкой и, кивая головой, уходит. Через несколько минут раздаётся стук в дверь. На пороге появляется странно одетый демон: в начищенных до блеска лакированных туфлях, тёмно-синем элегантном костюме, накрахмаленной белой рубашке. Бледное, почти пудрового цвета лицо с острыми чертами хорошо подчёркивают его блестящие, стального цвета глаза, которые при одном взгляде в них говорят о его уме и проницательности. Даже поля высокого тёмно-синего цилиндра не могут скрыть их мерцающий заинтересованный блеск. Тонкая рука моего гостя поглаживает обвившую его предплечье синюю змею, которая так же, как и её хозяин, не сводит с меня свои жёлтые глаза-бусинки.       Следом за ним в кабинет проходят Люцифер и недовольный появлением ещё одного демона из Властей Фенцио. Скорее всего, старик чувствует возрастающую конкуренцию среди умных и опытных советчиков.       Я встаю с кресла и делаю шаг навстречу гостю. Люцифер проходит вперёд, и когда его друг снимает цилиндр, показывая уложенные короткие серебристые волосы, и учтиво склоняет голову, демон его представляет:       — Астарот — могущественный и сильный герцог Тьмы, «дающий истинные ответы о вещах, касающихся настоящего, прошлого и будущего», — его глаза блестят, будто он знает или намекает на что-то, — один из верховных Властей и мудрых советчиков, — он гордо поднял голову, — и мой верный товарищ.       Астарот вновь слегка кланяется мне, достойно принимая сказанные слова друга и неизменно ловя мою реакцию на них.       — Мальбонте, — произносит Люцифер, — ярый антагонист, после ритуала сразу же показал свою мощь и силу, некоторые способности, которыми не обладает ни один демон. Но всё же… я видел не всё на что он способен. А это интригует и пугает. Но увиденное меня впечатлило, — не сомневаясь в сказанном, говорит Люцифер и смотрит на демона, — Цитадель падёт…       — Рад, нашему знакомству, Мальбонте, — произносит Астарот, — я слышал о Вашей силе. Видел её… — он склоняет голову на бок, на миг вспоминая о чём-то, — и не сомневаюсь в словах Люцифера.       — Располагайтесь, — жестом приглашаю их присесть, в то время, как Фенцио отходит в угол, тихо наблюдая за происходящим. — Что означает «дающий истинные ответы о вещах, касающихся настоящего, прошлого и будущего»?       Подхожу к столу и присаживаюсь на край, складывая руки на груди, смотрю на гостей в ожидании ответа.       — Не всегда, но иногда будущее само является мне, — он присаживается и всматривается в глаза змеи, словно она и является источником его знаний, — я видел полчища демонов, которыми Вы управляете.       — Астарта этому тоже поспособствовала, приведя одно из могущественных войск, — Люцифер смотрит на друга, упрекая его женой.       Я усмехаюсь его бестактности, но сам предпочитаю сдержать высказывания по поводу Астарты.       — Я сам ей сказал об этом, Люцифер, когда увидел видение. Только она подумала не о тех демонах, как и ты! — спокойно возражает Астарот.       Люцифер ёрзает в кресле и переводит взгляд с Астарота на меня.       Неужели он видел моих внутренних демонов?       — Тогда почему ты пришёл ко мне? Какую выгоду ищешь ты? — я подчеркнул последнее слово.       — Никакой, Мальбонте. Я встану на вашу сторону, потому что знаю, на что способны Ваши тёмные рабы, а их укротить не каждому под силу. Я слышал, что тот, кто приведёт Астарту живой, получит место легата Вашего легиона?       — Это так. Не поверю, что тебе нужно это место.       — Нет, не нужно. Я прошу вас отдать мне Астарту, если я её найду первым. Конечно, не бесплатно.       — Я ещё не решил что сделаю с Астартой.       — Мальбонте, позвольте поговорить с Вами наедине.       Киваю и смотрю на Люцифера и Фенцио, ожидая, когда они покинут кабинет. Люцифер спокойно поднимается и таким же кивком отвечает мне, а Фенцио кланяется и первым покидает кабинет.       

***

      Заканчиваю разговор с Астаротом, когда мы слышим настойчивый стук в дверь. Она распахивается и на пороге появляется обеспокоенный Фенцио.       — Мальбонте! Вернулся отряд со стеклянных гор, — он поджимает челюсть и его глаза бегают по кабинету, по мне, Астароту.       — И? — в груди что-то надрывается, когда я читаю волнение в глазах ангела.       — Ади тяжело ранен. Вашей чаши с ними нет.