Колдовстворец — место, где случаются несчастья

Откровенный шепот над ухом, в совершенной тишине, заставлял меня содрогаться в конвульсиях от страха. Опасная близость мужчина заставляла замереть на месте, или кричать во все горло, главное, что б хоть кто-нибудь услышал мой клич. — Как давно я мечтал. Мечтал прикоснуться к тебе-с, — из глаз градом полились слезы. — Ну, не плач-с, милая. Ты бы знала как это тяжело, смотреть на тебя, и не иметь возможности дотронуться тебя. О, ты отчетливо понимаешь в каком смысле прикоснуться-с… «А я никогда не думала, что Вы такой мерзавец, Макар Поликарпович!» — закричала я внутри себя. Но вместо слов полились только слезы. Я хотела прикоснуться к его искаженному злобой лицу рукой. Но это было не моё истинное желание. Это была не я. Аромат магии витал в воздухе. «Вспоминай уроки Белой магии. Как бороться с империусом? Вспоминай!» — затвердил разум. — Но ничего, ты даже ничего не вспомнишь… потом. Лишь останутся воспоминания-с о хорошем времяпрепровождении. Может, мы и ещё повторим… Мужчина начал медленно расстегивать свою рубашку. Делал он это медленно, словно наслаждался моими эмоциями. Сознание на секунду вернулось ко мне. И я успела сделать лишь единственное действие. Закрыла глаза. Макар Поликарпович рванул ближе. Хлоп! Щека загорелась после удара. Глаза же в испуге распахнулись. — Не смей отворачиваться, дорогуша-с. Я хочу, что б ты видела все, — он отпустил меня, продолжая своё действо. Было ощущение, что — это все фарс. И в эту же секунду, я проснусь в своей комнате от страшного сна. Подпрыгну на кровати, умоюсь, а потом пойду со спокойной душой на занятия, понимая, что это лишь сон. Но нет. Такого не произошло. Рубашка упала к ногам, открывая те самые широкие плечи, от которых я была без ума. Теперь они мне ненавистны. Вся моя злость и ярость была сосредоточенна лишь во взгляде. После того как это все закончиться, я обещаю самой себе просто так не оставить этот поступок. Я его уничтожу. Макар Поликарпович грубо схватил меня за ногу. Он провел огромной горячей ладонью по бедру пробираясь под край сарафана. Жуткое, омерзительное прикосновение, от которого я просто сходила с ума. — Ничего, моя хорошая, все будет хорошо… Вцепившись в мои губы горьким поцелуем, мужчина начал оттягивать волосы, заставляя подчиняться. — Ответь, — прорычал он, больно дергая за волосы. Боль яркими кружевами полыхнула в глазах. Империус усилился, и контроль над моим телом взял преподаватель. Теперь это точно конец. Если только не случиться чудо. Грубые губы завладели моим ртом, заставляя отвечать. — Нет, так дело не пойдет. Ты слишком неподвижна-с, Наденька. Вот так будет лучше… Заклинание путами стекло куда-то в ноги. «Свобода» была не долгой. Я успела лишь отодвинуться от мужчины, когда он вновь завис надо мной трогая все то, что никто не трогал. Его животные глаза светились неярким светом. Они и завораживали и отторгали. Раздался стук. Макар Поликарпович резко обернулся на дверь, и я успела заметить тоненькую сеточку шрамов на его спине. Я похолодела от догадки. Теперь все точно становиться на свои места… — Коллопортус, — на двери щелкнул замок. Была секундная тишина, а потом дверь с легким грохотом отворяется. И я слышу знакомый голос: — Надя? — возле двери удивленно застыл Сергей, потирая ушибленное лицо. — Что здесь… Макар Поликарпович ослабил хватку, и я смогла выползти из-под него. Схватив сумку я одернула сарафан, и решительно направилась к выходу. Мужчина устало привалился на диван, и побледнел, словно вернувшись в свое настоящие я. — Надежда-с, — окликнул меня преподаватель, но я задев плечом Дементьева, побежала не разбирая пути. Мне было так страшно. Какие он мог бы сотворить со мной злодеяния, даже представить страшно. Если бы не Сергей, наверное было бы поздно. Я неслась по коридору в сторону общежития, вытирая мокрые щеки. Я дошла до общежития и резко остановилась. В голове словно не хватало какого-то кусочка. Что я делала несколько минут назад? Почему сбилось дыхание? Куда я так неслась? Голова закружилась от тысячи вопросов. Я не могла вспомнить последние пол часа. Как бы не старалась. Как бы не пыталась. В голове лишь стучало набатом: «Опасность! Опасность! Беги!» — два разных голоса стучали в голове. Я прислонилась к холодному камню, что окружал горячий источник. Собрав все силы в кулак, и уже придя в себя, рядом воскликнули: — И куда это ты собираешься, а? — Сергей разъяренной фурией несся прямо на меня. Спина вновь нашла на стену, ведь непонятный страх ещё присутствовал в моей голове. Но парень остановился на расстоянии вытянутой руки, и стал сверлить взглядом. — Что? — не поняла я его агрессии. — Я шла как бы к себе в комнату. — Ах вот оно что. Решила поиграть с двумя мальчиками, да? Один у тебя как более зрелый и опытный, а второй… что?! Вот так ты теперь поступаешь со мной? После всего что я для тебя сделал… — Я не понимаю о чем ты, Дементьев. И что ты для меня сделал? Появился в моей жизни? Ну так прости! Я что в этом виновата, да? Прости, что попалась бракованная девчонка с хреновым кольцом. Прости, что отвергла твои чувства. Да вообще прости меня за то, чего я не совершала! Сергей вскипел как чайник: — Чего ты не совершала?! — он не кричал, нет. Дементьев не любил повышать голос, лишь иногда выразительно выгибал бровь, как бы не соглашаясь. «О, Кощей! Только об этом сейчас не думай!» — сказала десятилетка. — Ты убежал как трус, — если бы кто-нибудь видел меня со стороны, то показалось бы, что на мгновение стала кошкой — выгнула спину и зашипела прямо в лицо парню. — Хотя это были слова. Всего лишь слова! Да ладно если бы убежал… Ты разбил меня, придурок! Ты все разрушил. Все, чего ты только мог добиться. Поздравляю! Горячая пощечина привела нас обоих в чувства. Он пораженно смотрел на меня, потаясь что-то прочитать в моем взгляде, а я лишь испуганно прижимала саднящую ладонь к груди. Долю мгновения мы молчали, пытаясь обдумать ситуацию. — Но то, что я только что видел в комнате Макара Поликарповича… — И что ты там видел, а? — я была слишком гордой, что бы признаться, что ничего не помню. — Да считай, что все! — Сергей отошел от меня, быстро уходя в сторону своего общежития. — Я слишком тебя люблю, дура, что бы сказать какая ты на самом деле! Теперь уже не только он, но уже я шла в противоположную сторону, пытаясь скрыться от этого дня. Эти двусмысленные события добивали меня с каждой секундой. Хотелось лишь лечь в постель, и забыться. — Какой идиот, — тихо прошептала я, когда одинокая слезинка скатилась по моей щеке.