Другая легенда

— Комендантский час принёс свои плоды, и на улицах стало спокойнее, — довольно говорил Тарлок. — Теперь единственной проблемой для безопасности в городе являются оставшиеся уравнители, а также преступники-маги. Например, очерневшая от сажи улица в Драконьем квартале… Язон, стоявший за левым плечом Тензина, мысленно чертыхнулся. А Тарлок продолжал: — Так, радикальные меры, оспариваемые, — он кинул взгляд на мага воздуха и аватара, — некоторыми, оказали самое продуктивное влияние. — Потому что иных мы и не принимали, — вступился Тензин. — Вы запугали население. Вспыхивают протесты. — Подавим, — Тарлок ответил непоколебимо. — И шеф полиции полностью согласен со мной. — Есть методы не настолько грубые. — Идти на встречу? — Обернуть главное оружие Амона против него, — влез Язон. — Технический план? Аватар покачал головой: — Нет… Пропогандна. Амон выбрал сильный образ — мстителя, поклявшегося воздать за все мучения своих братьев, а также самого мучавшегося. Лозунги. Восклики. Если бы только можно было найти какой-нибудь нидочёт во всём этом. — Вы имеете в виду подкрепить наши действия другой легендой? — задал вопрос представитель народа земли. — Да, именно. Тарлок хмыкнул: — Не поздновато ли отступать назад и проявлять слабость? — он пересёкся взглядами с Язоном. — Вам придётся хорошо подумать над тем, что Вы скажете в эфире завтра. — Я? — аватар опешил. — Почему бы и нет? Обратим внимание на Ваш титул. Вы не политик. Вы выше этого. И у Вас больше шансов что-либо донести к народу, минуя призму политических лагерей. — Немаги уже сочли меня врагом, благодаря Амону. Парой предложений я это не исправлю. Тарлок же обратился к совету: — Кто одобряет эту идею? Подняли руки трое из пяти: представители Южного Племени Воды, народа земли и… магов воздуха. Тарлок воздержался, а представительница огня настаивала на продолжении агрессивного курса. Однако большинство подавляет меньшинство. Язону на плечи внезапно свалились обязанности аватара.

***

Джаз, задорно игравший по радио, внезапно прервался. Зашумели помехи, а затем их развеяли слова: но не властный и сильный голос Амона, а глубокий и успокаивавший, принадлежавший аватару: «Жители Республиканского города, — обратился он, — сейчас мы стоим на пороге войны. Вскоре силы действующего правительства и силы революционеров-уравнителей могут столкнуться в настоящем вооружённом конфликте, и тогда прольётся кровь. Много крови. Однако всего этого можно избежать слаженными усилиями. Можно предотвратить разрушение и убийства на земле, ставшей родной для многих… Когда я приехал в Республиканский город, то он поначалу грезился мне утопией, местом, где могут царствовать лишь равенство и братство; городом будущего, шагнувшим вперёд дальше, чем это мог бы сделать кто-либо другой. Однако на деле здесь всё абсолютно не так. И когда речь зашла о той самой сказочной гармонии в городе, то немаг, с которым я разговаривал, поклялся плюнуть в глаза аватару и всем магам. Разве это правильно? Я не осуждаю немага за громкие и грубые слова. У него должны были быть причины, чтобы так думать. И именно они пугают меня больше всего. Так вот, я повторюсь: разве это правильно? Разве правильно то, что немаг ненавидит мага? Точит против него ножи? Разве правильно, что маг смотрит на это всё сквозь пальцы и ограждает немага законами, всеми правдами и неправдами пытаясь не упасть в глазах соседей? Разве всё должно быть так? Нет. Неужто я вас так надолго покинул, что теперь вижу перед собой не город мечты и город будущего, а город постоянной вражды, разбитый на два лагеря? А если бы я не появлялся ещё лет семнадцать, какую бы картинку я застал?.. Аватар — это персона, как вы знаете, которую маги считают гарантом равновесия в мире. Но не только они должны быть такого мнения об аватаре. Я никогда ни в одной из жизней не говорил, что немаги — это какая-то особенная ветвь людей и что меня она не должна заботить. Нет. Мы все люди. Обладает ли кто-то магией или не обладает — это не столько важно. В конце концов, все мы дышащие, живущие, мечтающие. Все мы имеем право на мир: и в сердце, и на родной земле. И я должен дать вам этот мир, чего бы мне это ни стоило. Я призываю революционеров-уравнителей во главе с Амоном и спецподразделение во главе с Тарлоком сложить оружие и прислушаться в кои-то веки к моим словам. Республиканскому городу нужен мир. Вы не вправе отбирать его у простых горожан», — закончил он на весомой точке. На радио далее поставили классику, прекрасную мелодию. Асами сделал звук тише, затянулся последний раз, потушил бычок и обратился к остальным: — Сунг, Чен, ну вы слышали это? — усмехнулся он, хотя друзья смотрели на него как-то настороженно. — Самое забавное, что я знаю этого человека лично. И при последней нашей встрече он такое воротил, что уж страшно… а тут? Хех!.. Как и все наши политики, да и Амон в придачу, вещает красиво, — Асами подошёл к стоявшему посередине гаража сатомобилю. Именно в его деталях юноши и копались. Сам Асами был растрёпан, в какой-то смазке, рубашка его — расстёгнута. Подобное неряшество для него было нетипично в обычной жизни, но не во время работы. А вот его друзья уже умылись и приоделись прилично, что Сато заметил: — Хм… И куда это вы? Мы ведь до двух часов договаривались. Ещё и с передачей возни немерено. — Асами, прости нас… — опустил голову Чен — низкий и пухловатый маг огня, выходец из какого-то там очень древнего и очень сильного рода (очередного, в общем-то). — Мы уходим… — Что-то случилось? — Можно и так сказать, — подхватил маг воды Сунг. Рода-племени у него, считай, не было, но всё равно он держался статно, ведь его семья была неподалёку от представителя Северного Племени Воды в совете старейшин. И вот в егó чертах как раз был тот дворянский холод, чего не скажешь о Чене. Асами снял большие рабочие перчатки из грубой ткани и оправил чуть взлохмаченные волосы. Внутри него взыграло отнюдь не хорошее предчувствие: — Если что-то не так, говорите сразу. Решим. — Нет, это тебе решить не под силу, — Сунг сложил тонкие пальцы в «замок» — его дурная привычка. — Мы посовещались и решили так: с машиной делай, что хочешь, а мы уходим. — То есть… насовсем уходите? — Насовсем. И безвозвратно. — Почему?! — Сато возмутился. — Всё ж шло, как по маслу. У нас есть продукт, который будут покупать. Который сразу же приживётся на рынке. Ещё чуть-чуть бы!.. Холодный голос водного мага перекрыл его: — Возьмись за ум! Тебе не двенадцать лет, ты понимаешь уже: у «Фьючи Индастрис» нет будущего. Даже предыдущая репутация уже не спасёт её. Да и к тому же, ты — немаг, Асами. Мы не хотим рисковать… — Да ладно вам! После того, как корпорация «Капуста» ушла на дно и обанкротилась из-за всех этих расследований, у нас осталась монополия на многие!.. многие продукты. Главное эту монополию удержать! Отец оставил отличный пласт для того, чтоб я смог продолжить его дело. Плюс — я уже участвовал в жизни «Фьючи Индастрис». Я знаю, что здесь и как работает. Я могу поимённо назвать каждую детальку в этом огромном механизме! — Твой отец — уравнитель… — боязливо проронил Чен. — И ты можешь быть уравнителем… — Серьёзно?! — Асами не удержался и закричал: — Серьёзно?! Сунг нахмурился: — Да, серьёзно. Я же говорил: одна из причин нашего ухода — это то, что ты немаг. — Вы издеваетесь надо мной, признайтесь честно!.. Как так? Младшая школа, коллеж… Мы даже в один университет поступили! На один курс! — Но ты — на два года раньше нас, хотя мы ровесники, — поправил его Чен. — Ты всегда был чуть дальше нас… Всегда впереди, а мы еле догоняем… — Без разницы! Сам факт, вы знаете меня большую часть наших с вами жизней. И вы говорите мне в лицо такое? — но Асами не услышал ничего в ответ, кроме молчания. Глаза его когда-то друзей говорили более красноречиво: в Сунге он не видел ничего, кроме презрения, а вот Чен трясся от страха. Асами сжал сухие губы: — Вот так вы со мной? — Мы уже всё решили, — отрезал Сунг. — Прими это как факт. А затем они молча развернулись и вышли вон, оставив Асами совершенно одного. Тот со злобой пнул близстоящий ящик с инструментами, оказавшийся особенно тяжёлым, выругался уже от боли и, выдохнув, опустился на холодный бетонный пол.

***

Спортивная арена заметно потускнела. Издали, с крыши храма воздуха, она больше не напоминала загадочный кристалл, а была больше похожа на запылённую стекляшку. Язон, вздыхая, пытался узнать в её очертаниях то, что заманило его внутрь… не так уж и давно. Куда летит время? Как он успел встрять в политические разборки? И не только политические… Перед глазами вспыхнуло пламя — лишь воспоминания. Язон чуть склонил голову: «Погорелой досталось славно. Хорошо, что не убил…» К юноше, подплыл летающий бизон Уги, а на нём — Тензин. Язон пересёкся с учителем взглядами, вздохнул особенно тяжко и заговорил достаточно громко, чтоб его услышали: — Опережая все вопросы: я сюда поднялся не магией воздуха и уже слезаю. Язон встал, чуть пошатнувшись — падать боязно, высоко. Тензин махнул ему рукою: — Залезай в седло. — Ладно… — пожал плечами юноша и кое-как запрыгнул на спину бизону, чуть не соскользнул. Однако вот он в седле, распластался, разлёгся, расслабил наконец спину. Уги куда-то медленно полетел, ныряя в воздухе, как рыбка в толще океана. Перед глазами — высокое небо, окрашенное розоватым холодом. И всё же что-то не даёт покоя. Что-то тонкой нитью натянулось внутри, вот-вот оборвётся. — Сколько ты спал сегодня? — внезапно обратился к нему Тензин, сидевший на шее бизона, крепко сжав в руках поводья. Язон хмыкнул: — Что Вы знаете о нулях? — Понятно… Это плохо. Твой разум должен быть чистым и здоровым. И чем ты занимаешься по ночам? — Хм, не знаю… — чуть издевательски протянул юноша. — Может быть, огребаю за длинный язык? Например, пишу речи и строю из себя аватара… — Всю ночь? — Любое слово, брошенное на ветер, любой неопрятный жест — это всё может стать причиной смерти… — пробросил аватар с некой отстранённостью. Тензин встряхнул плечами: — Не знаю, конечно, откуда ты это берёшь. Но мой тебе совет — высыпайся. А то и для Тарлока ты станешь лёгкой добычей, и о магии воздуха забыть можно. — Да там ничего и не было с этой магией воздуха… — проронил Язон почти что зло. — Как не было? — Вот так!.. месяц в пустую. Ничего. Абсолютно!.. Хоть бы один намёк на то, что я не бездарен… — Не говори так. Ханжи упоминала в нашей беседе, что ты был самым талантливым из её учеников. А, ты знаешь, эта женщина либо говорит правду — чётко и даже слишком громко, либо вообще не дышит. — Видимо, за это её и сослали куда подальше… — чуть усмехнулся Язон. Тензин продолжил: — Я не знаю, чем она заслужила немилость Хозяина Огня, но точно не тем, что ноги ему целовала… Не о том речь… Ты просто не нашёл ещё свой подход к воздушной магии. — А если я захочу побриться налысо и гоцать в оранжевом халате? — Всё, что потребуется. Но лишь с одной целью: ты должен не просто изобразить мага воздуха, а понять суть нашей магии. — Легко сказать… — Знаешь, ведь аватара обучали не только мастера стихий. У него всегда были и духовные наставники. — В смысле? — Твои предыдущие воплощения. Ты всё так же связан с ними. Ты из прошлой жизни можешь передать себе из настоящей жизни ту самую настоящую мудрость. И… я так понимаю, ты ещё не входил в контакт… — Нет, — со вздохом ответил Язон. — Я не знаю, как это сделать: нужно ли просто очень сильно захотеть или же произнести какое-то тайное слово. Я не знаю. Хотя… у меня были какие-то ведения, сны… Я видел Аанга. — Значит, он что-то пытается тебе донести. Прислушайся к нему.

***

— Ты что ли не взяла мне сигареты? Я добавлял свои деньги к деньгам послушников… — Асами рылся в бумажных пакетах с покупками на заднем сидении сатомобиля (уже своего собственного, не того недоработанного из гаража). Пема попросила их съездить в город, и хотя основное пропитание им поставлял «Белый лотос», у послушников временами появлялись свои пожелания. — Ох!.. Эм… прости, — неловко улыбнулась Мако. — А я думаю: почему это так много сдачи осталось? Пема ж, вроде, всё под расчёт дала… Молодой человек протянул к ней руку: — Давай, я вернусь, сам возьму. Судя по всему, ты даже не запомнила марку… — «Fishman’s»?.. — предположила девушка, так и не отдав ему деньги. — «Fulworth». Я не курю дешёвку… — Кстати, я хотела поговорить с тобой на счёт всего этого, — начала Мако по какой-то привычке раскинув руки. Асами закатил глаза — сейчас начнётся. И началось… — В последнее время ты стал курить намного больше. И сигареты у тебя всё тяжелее! — И что? — Это вредно. Потом подхватишь какую-то заразу на лёгкие и задохнёшься тихой ночью… — Дорогая моя, — Асами устало помассировал переносицу, — хотя отец не знает, но я курю с четырнадцати лет!.. Как видишь, я ещё не задохнулся. — Всё равно это вредно, — Мако скрестила на груди руки, — и когда-нибудь… — Когда-нибудь — это не сейчас! — нетерпеливо перебил её Асами, повысив голос, отчего девушка возмущённо приподняла брови: — Почему ты кричишь на меня? — Потому что ты банально пилишь мне мозг, — выпалил молодой человек и сам же прикусил язык. — Ах, это я тебе мозг пилю? А ты мне ничего не пилишь? — в её глазах сверкнуло раздражение. — Пропадаешь где-то целыми днями, а когда возвращаешься — ни слова!.. Мы живём, считай, вместе, но я всё равно тебя почти не вижу… — Знаешь, на мне сейчас висит целая грёбанная корпорация-монополист, у которой всё охренеть как плохо после того, что учудил мой отец. А ещё после всех этих непонятных законов, которые строчит Тарлок, чёрт его дери!.. — Но хотя бы слово можно было мне сказать, хотя бы немного времени… — Хватит!.. — Асами махнул рукой. — Я устал… Мако шумно набрала воздуха в грудь и выдала: — Вот и иди, отдохни. И от своей компании, и от меня… Она резко развернулась и зашагала вниз по улице. Асами тяжело вздохнул… и, естественно, побежал за ней!

***

«Осталось надеяться, что мои слова пойдут в нужном направлении», — Язон отстранёно смотрел на ночной пейзаж за окном, рассевшись на достаточно широком подоконнике. Окно, как и всегда, было распахнуто настежь. Аватар явно игнорировал ворчание Тензина, мол, застудишься. А ведь на родине Язона было куда холоднее, да и ветер стоял такой же сильный. Однако сейчас не температура его волновала — Мейхе и его реакция. Теперь Язон знал о ещё одном факторе, который определяет жизнь в городе. Его нельзя скомпенсировать, нельзя перекрыть или ещё как-то избавиться. Мейхе мог легко перековеркать слова Язона, обернув всё, как и обещал, против аватара. Хотя юноша старался говорить достаточно обобщённо, конкретизируя лишь место и личностей… Плавно мысли перетекали к словам Тензина о духовном наставнике. А ведь Язон сейчас бы не отказался от совета кого-то постарше — быть аватаром на все сто процентов ему в новинку. Завтра он уединится, оставит на время всю эту возню, неудачи с магией воздуха, Тарлока, тянувшего власть на себя, Амона, в лозунгах которого были слова изначально не о мире для немагов, а о смертях магов и уничтожении магии вообще. К Аангу, если с таковым получится как-то связаться, у него будет пара вопросов. Серьёзных вопросов! Во-первых, что он, мать его, такого натворил, что народ его заколоть хочет? Во-вторых, как из этого выбираться? Интересно будет увидеть Року — аватара из Народа Огня, жившего перед Аангом. Язон всегда восхищался огненной нацией, особенно их преданностью и настоящей любовью к своей культуре. Они никогда не позволили бы так надругаться над ней, как это произошло с Южным Племенем Воды, сильно покалеченным войною. До сих пор, насколько Язон помнит, самое популярное движение среди магов огня (и даже немагов родом оттуда же!) всё-таки националистическое. Зуко сам призвал (на свою седую голову) некий совет, который должен ограничить полную власть Хозяина Огня, но связать его с народом. Ну, и получает он теперь пинки от партии националистов… учитывая, что главный её выдвиженец и, считай, идейный лидер майор по имени Арисаки сейчас находится в заключении как военный преступник. Личность этого Арисаки и, в принципе, его вклад в развитие военного дела — это уже совершенно другая история. Так вот, маги огня, Року, Аанг, аватары… Не только эти двое интересовали Язона, но и некоторые другие его прошлые жизни… ну… кроме Киоши — она очень скучная, и некоторые её поступки Язон (не как аватар, а просто как сторонний наблюдатель) осуждал. А вот ближайшим аватаром из воздушных кочевников, если не считать Аанга, была Янгчен. Её бы Язон послушал с удовольствием. Или ещё кого-то из аватаров, которые не просто научились магии воздуха, но ещё и думали, как маги воздуха… Язон постепенно погружался в свои мысли, поимённо перечисляя всех аватаров из воздушных кочевников, каких помнил: «Аанг… Янгчен… Сея…» Юноша представлял их лица, то, что он может у них спросить… А сам уже хотел разбинтовывать руки, как делал всегда, когда ложился спать… Внезапно раздался стук в дверь. — Язон, я войду, — раздался голос Асами, и аватар быстро запхал куда-то кончик бинта, расправив и натянув рукава водолазки. Затем немаг сам появился в комнате. Он прошествовал к Язону и поставил на широкий подоконник бутылку рисового вина. — Что это? — изогнул бровь Язон. — Выпьешь со мной? — Асами выпалил это как-то слишком быстро и уверенно, что заставило аватара немного растеряться: — Что? Ну… я… Знаешь, я не пью… — Да ладно! — махнул рукой Сато. — Тебе уже восемнадцать лет. Да и к тому же ты мне жизнь спас. Должен же я как-то отблагодарить? И что тебе от вина-то будет! Оно выветривается моментально… Язон же отпрянул: — Во-первых, мне семнадцать… Во-вторых, если хочешь меня отблагодарить, дай мне отоспаться. И, в-третьих, — он состроил умный вид, — разум аватара всегда должен быть в трезвости. На это Асами чуть усмехнулся, вынул откуда-то две рюмки, поставил их тоже на подоконник и плеснул в них белёсым напитком; подал рюмку Язону: — Немного. Пожалуйста… — и нечто настолько слабое и настолько печальное, отнюдь не сочетавшиеся с его полуулыбкой, мелькнуло в глазах немага, что аватар, тяжело вздохнув, не позволил себе отказать: — Хорошо. Одну рюмку. Асами произнёс краткий тост, благодаря Язона за спасение своей жизни и спасение жизни Мако, они выпили и так-то замолчали. Тишина петляла в воздухе достаточно долго, пока Асами не поднял глаза: — И как это? — Что? — Язон изогнул бровь. — Быть аватаром… — Ну… Все чего-то от меня хотят, говорят умными словами, я многое должен — многое, чего не хочу и не принимаю. Было б проще, если б я аватаром не был… Точнее, магом был — магом воды, но никак не аватаром. — Да я не о том!.. — Асами поджал губы, задумавшись, пока Язон потянулся к рюмке, и выдал: — Сколько у тебя было девушек? Аватар поперхнулся, что Сато не мог не приметить: — Что? Всё настолько плохо? — Нет, просто не в то горло пошло… — Язон выкрутился. — И вообще, я считаю, что подобное — не тема для обсуждения… — Да ну тебя! Ты личность мирового масштаба. За тобой девчонки должны толпами бегать. — Всё равно это личное. — Весь такой правильный… — Асами хмыкнул. — Так бы сразу и сказал, что поле не пахано… — Чего? — Мне придумать ещё метафору или сказать буквально? Ну, что ты дев… — А есть вариант заткнуться, — перебил его аватар. — Так?.. — а Асами всё ждал ответа. Язон вздохнул: — Одна. — Какая она была? — Самоуверенная, вспыльчивая; говорила очень много, а ещё её невозможно было переубедить. Ну, типичный маг огня… — И как её звали? — насторожился немаг. Язон приметил это в его взгляде и ответил сразу же: — Джетта. Она училась у мастера Ханжи, как и я. В принципе, когда я год назад уехал оттуда, так я её и не видел больше и не знаю, что сейчас с ней. — Ханжи твой учитель огненной магии? — Да… Зачем тебе знать? — Простое любопытство. Ты личность интересная — у всех на слуху, но ничего о тебе не известно. Всегда в центре новостей, но конкретного о тебе никто сказать не может… Мако описывала тебя, как умного и благородного. — Это несовместимые понятия, — Язон усмехнулся, откинувшись назад. — И что ты вообще от меня сейчас хочешь услышать? — Не знаю. Ты ведь всё же простой человек… Какую-нибудь подростковую глупость по типу неразделённой любви, наверное? — Подростковую глупость? Я… Эй, ты старше меня всего на год! Хм… — Что? — Асами уловил мысль, мелькнувшую во взгляде собеседника. — Я над этим думал, конечно, уже. Но есть ли у тебя право обладать «Фьючи Индастрис»? Ты ведь сам ещё подросток. Сато прокашлялся в кулак, затем оправил шейный платок, залпом допил рюмку и с умным видом начал: — По законам Республиканского города я уже совершеннолетний гражданин. Это — во-первых. Во-вторых, никто не может отнять у меня «Фьючи Индастрис» по нескольким причинам. Самое главное — это «трудовое завещание» отца, в котором он указал следующего владельца корпорации, то есть меня или же Вонга, своего секретаря, ежели завещание будет вскрыто до моего восемнадцатилетия. Также я уже имею необходимое образование: вторая ступень — я экстерном окончил технический коллеж, и третья, высшая ступень — я уже два года бесприсутственно учусь на ФИММ. — Бесприсутственно? — Лекции посещаю по своему желанию вольным слушателем, но сдаю экзамены. Не суть. Сам факт, завещание плюс нужная ступень образования и курсы экономики на факультете равняются моему полному праву на «Фьючи Индастрис». Всё просто!.. Точнее — нет. Я пока рылся в законодательстве и нашёл всё это, чуть не поседел. Судя по датам, порядки были приняты ещё вождём Сокой, а затем к ним просто приписали несколько (дохера) пунктов. — А то я думаю... — Ага! В Республике частникам — самая лафа. Делайте всё — лишь бы рынок крутился. — Но, тем не менее, конкурентов у «Фьючи Индастрис» нет? — Да… — неловко протянул Асами, наливая по второй рюмке им. — У «Капусты» сейчас сложные времена. У них, конечно, есть ещё одна голова в Царстве Земли, но вот республиканская «Капуста» сейчас занята отмывательством от заведённого на них дела. Как там Тарлок сказал? Не только вступление в ряды уравнителей, но и всякая связь с ними будет караться или преследоваться. Вот. Приследуют. В процессе. Но меня всё же беспокоит отсутствие конкуренции… — Почему это? — С одной стороны, рынок наш, наша монополия на многие товары. Но с другой — «Капуста» не может распродать остатки сейчас из-за проблем с законом. Производство встало. А людям не из чего выбирать, спрос на наш товар повысится. Но предложить мы можем меньше. «Фьючи Индастрис» не готова к такому объёму, а времени перестраиваться нет. — Но всё равно: всего два представителя машиностроения на Республику? Я ожидал большего. К тому же, рядом районы Царства Земли, потрёпанные боевыми действиями. А Республиканский город сплавлял им технику и даже оружие. — Да-да-да… — кивал Асами. — Война должна была дать стимул машиностроению, но… нет. Нет уровня, и стимул тут не при чём. Сейчас на мир есть только три корпорации с настоящим уровнем: «Фьючи Индастрис» — Республика, «Капуста» — уже только в Царстве Земли, «Хэви Энжени» — Королевство Огня. Всё. Они имеют влияние не только на родине, однако конкурировать могут лишь между собой. Больше конкурентов нет. Ты вот представь себе этих трёх гигантов, поделивших между собой мировой!.. рынок. Ты можешь делать всё: корабли, самолёты, дирижабли — но они сделают лучше и в большем количестве. Какой смысл лезть? Ну, только если их влияние не распространяется на какую-то глубинку… — Понял, понял... Мудрённо, конечно, всё это. — Хах!.. Не то слово! Законов новых понаписали, а вот старые никто убирать не хочет. Но если бы не они, то корпорация моя, скорее всего, была б руках государства. Юноши зацепились за политику. Немного выпив, были навеселе. Просидели достаточно долго, поражаясь друг другу: оба были начитаны в своих областях, хотя и не скажешь. «Тёмная лошадка» и «недоверительная, подозрительная личность» Язон разбирал по косточкам возможные проявления власти Мейхе, а вот Сато углубился в рынок, ну, и сравнивал «трёх гигантов»; подробнее рассказал о носе дирижаблей «Фьючи Индастрис» и почему их так просто нельзя склепать. Прошло какое-то время. Разошлись мирно и без каких-либо скандалов с хорошим впечатлением друг о друге.

***

Сато проснулся достаточно рано: ещё даже не рассвело, и только-только серел холодный воздух за окном и в помещении. Асами от чего-то встал и, уже сидя, кутался в тонкое одеяло: «И как здешние тут живут? Закаляются всю жизнь?!» Страшась всколыхнуть застоявшуюся ледяную тушину, он потянулся белыми пальцами за портсигаром к куртке, достал сигарету, пожевал её немного, но не позволил себе закурить в храме. Затем Асами подорвался: «Я так больше не могу!» Молодой человек оправил волосы, натянул свитер, надел куртку, сапоги и покинул свою комнату. Разбудить кого-то из послушников он не хотел да и боялся, посему направился к самой безобидной персоне в этом плане — к Язону. Уловив себя на едва ощутимом волнении, Асами на секунду замер перед дверью, но всё же смог пересилить себя: «Буду косить под дурака». Он постучался, ответа не услышал, тогда — заглянул: — Ты спишь? Я, это, может, тёплое одеяло лишнее есть?.. — говорил Сату полушёпотом и вот осёкся: увидел вполне обычную картину, которая потрясла его. Язон спал, уткнувшись носом и чуть приобняв подушку. Его волосы растрепались, а лицо было не узнать! Асами чуть улыбнулся, хотя глаза его были растерянными: этого человека он привык видеть другим. Узнал бы он злящееся лицо Язона, узнал бы растерянное. Вчера вот оно было поначалу раздражённым, затем озадаченным, ну, а после — совсем весёлым, даже улыбающимся, хотя Язон почему-то брезговал улыбками. Асами вспомнил это лицо стойким, совершенно спокойным перед пламенем десятка магов Погорелой Вишт. Вспомнил холодным и жестоким… очень жестоким перед мучавшимся Ланжаном. Вспомнил глаза, полные холодного гнева, смотревшие на Мейхе без любого намёка на страх. Одним словом, лицо аватара не было полностью каменным — оно излучало эмоции и показывало его чувства. Но Асами никогда не видел его умиротворённым. Амплуа аватара, мировой личности, ушло, и перед Сато был мальчишка. Асами присмотрелся: «Что-то ещё не так… Не только лицо… Он без бинтов». И действительно — смуглые руки Язона были свободны. Так непривычно видеть их без белых лоскутов. Асами аккуратно позвал: — Язон?.. Но аватар даже не дёрнулся. Тогда Сато приблизился и сел рядом с ним на кровать; увидел необычное, мог понять, почему Язон покрывал руки. Ровно на том месте, где он забинтовывал их, то есть от костяшек и до локтя, смуглую кожу юношу розовато-красными опухшими чёрточками, словно змеи, обвивали тонкие шрамы, складывавшиеся в дьявольский узор. Это смотрелось болезненно. Они были даже немного на худощавых пальцах, и Асами дивился, как не заметил их прошедшим вечером, ведь Язон был рядом с ним всё то время, близко, буквально в полуметре. Сато захотел прикоснуться к его рукам, поднять на веру: не видится ли ему? Но внезапно он замер в неведомом ужасе, сковавшем его — самом настоящем. Асами не видел уже ни комнаты, ни аватара, а лишь чёрную-чёрную темноту и эти дьявольские шрамы, ожившие, казалось, клубившиеся, как гадюки. А затем Асами почувствовал затылком чей-то взгляд и едва нашёл в себе силы, дабы всего немного повернуть голову: на него смотрели кроваво-красные дикие глаза. Они говорили. Они шептали: «Не трожь…» И Сато одёрнул руку, отпрыгнул, как ошпаренный, испугав взявшегося откуда-то полярного хомячка аватара, Каору. Он отдышался, осмотрелся по сторонам: всё та же скромная келья, серая, холодная; спящий Язон. Асами прикусил губу и вышел вон скорым шагом — пошёл на улицу, окунулся в утреннюю прохладу, освежил рассудок. Асами так и не пошёл спать дальше, был на крыльце, жался от холодного ветра, стучал зубами, но задавался вопросом: «Что я видел?» Так он и стоял один, глядя под ноги, пока послушники не начали шуршать по своим делам. Двое из них вышли на свет Божий, а пара солдатов «Белого лотоса» зашла в домик. Асами поёжился, ему стало спокойнее, когда появились люди, и гробовая тишина ушла, перестала давить на него огромной глыбой. Он оправил высокий воротник свитера, застегнул куртку и обхватил себя руками. Вскоре на крыльце показался и Язон: босоногий, зато уже с забинтованными руками, в своей тонкой водолазке синего цвета. Асами кивул ему, чуть подрагивая, а он вдохнул полной грудью морозный воздух и на выдохе издал: — Свежо… — Д-да ни скажи!.. зима… Язон хмыкнул, достал из кармана ленту и попытался завязать растрепавшиеся волосы. Асами не сдержался, спросил: — Как спалось? — Как малое дитятко. Отлично… Впервые, как сбежал, выспался здесь… К мужскому жилищу приблизились Мако, завязавшая повыше шарф, и Болин в новеньких зимних ботиночках. — Чего подорвались в такую рань? — спросил Язон на опережение. Бо улыбнулась: — Тензин сына потерял. Того симпотичного лысого мальчика Мило. Попросил поискать. Язон расспросил Бо, где они уже искали. Асами же переглянулся с Мако: вчера они поссорились ещё дважды и всё по таким же пустякам. Маг огня отвела взгляд: — Пока не забыла, — начала она, обратившись ко всем, — мне зарплату ж дали. Может, сходим куда? — Можно, — умилённо улыбнулся Асами, осознав, к кому в первую очередь предназначалась фраза. — В «Харчевню Пинга»! — выкрикнула Болин. — Это то место, где мы ели лапшу водного племени? — уточнил аватар, и девушки кивнули ему. — Я не против, но вначале Мило. Он, наверное, игрался где-то и заблудился. Такое бывало уже трижды, как я приехал. Язон спустился с крыльца на каменную дорожку. — Эм… Ты как себя чувствуешь? — спросил Асами. Аватар изогнул бровь: — Нормально, а что? Сато кинул взгляд на его ноги, и тогда девчонки в унисон взвизгнули: — Обуйся! Аватар растерянно почесал затылок, сбегал за обувью, а затем компания отправилась искать Мило, убежавшего на другую часть острова и кидавшего камешки в воду. Вечером же друзья направились в «Харчевню Пинга».