Другая легенда

— Вы, значит, решили выманить моего ферзя? — говорил Арисаки, натирая тёмные линзы очков мягкой тряпкой. Мейхе теребил тем временем кончик своих длинных прямых волос: — С чего Вы взяли? — Слишком подозрительно Вы молчите, будто дыхание затаили… — Хах! Так Вы ждёте от меня тёплой беседы? Или всё же игры? — Я пытаюсь получать наслаждение, — заявил Арисаки. — Я обречён на смерть, а эта игра — последние мои шансы. Даже если я проиграю, то это хотя бы должен быть красивый финал и приятная игра. — Кстати говоря, я так и не понял Ваших слов. Вас судят? — Уже осудили. Ещё давно. — Но до сих пор не казнили? Ха-ха!.. Насколько же слаба бывает власть и насколько — сильно слово, — Мейхе услышал стук фигуры о доску. — Отлично… — пробормотал он и сделал свой ход сразу же. Арисаки надел очки, взглянул на доску, изогнув бровь: — Какой же Вы торопливый!.. Сейчас между нами могут разыгрываться тысячи комбинаций, а Вы так спешите… — Моя спешка весьма оправдана! — защитился Мейхе. — Мне известно около четырёх способов сведения, казалось, бесконечного числа значений к мизерному количеству. Но это не понадобится пока. Ведь я уже знаю, какой ход Вы сделали — закрыли ферзя. Господин Арисаки, Вы не любите потери, а больше потери — тем паче. Вы злитесь, когда я ставлю угрозу Вашим пешкам. Крупных фигур это касается вдвойне. Я понял это! Хах! Я понял это ещё два хода… то есть два дня назад! Вот вам и дьявол! Такой мягкий… Быстро сменить стиль игры Вы не сможете, так что у меня есть в резерве ещё два или даже три хода, во время которых я смогу Вас провоцировать, зная Вашу слабую точку. — Но Вы высказали мне сейчас это без утайки. Я буду готов к угрозе. — Нет, — усмехнулся Мейхе. — Я же говорю, не-смо-же-те. По крайней мере, быстро. А ещё, не наблюдая перед собой моего поля, Вы и предположить не можете, где я ударю и ударю ли я вообще. Арисаки обхватил белыми пальцами гладкий подбородок, бормоча: — А я не зря возлагал на Вас большие надежды… ничего, ничего… Скоро Вы сами пожалеете о своих угрозах… — Но вначале добьюсь того, что мне необходимо.

***

В «Харчевне Пинга» было жарко и даже душно. Друзья смеялись, болтали. Бо тискала и своего Пабу, и смирившуюся со своей участью Каору. Язон сидел тихо, изредка чуть улыбался, а Асами непроизвольно кидал взгляды на его руки: теперь-то он замечал мелкие чёрточки на его пальцах, помнил о страшных шрамах. Вскоре Сато от тяжких раздумий отвлекла Мако, смиренно извинившаяся за предыдущие ссоры. Молодой человек ей ничего не ответил, приобнял и нежно поцеловал. Ребята засиделись. Стояла глубокая ночь, когда они вышли на улицу, уселись в машину. Асами завёл мотор. Ехали тихо, без происшествий. Болин что-то увлечённо рассказывала Язону (они сидели сзади). Изредка с едким комментарием к ним подключался Асами. Мако посмеивалась. Но вот огни кончились — остались лишь фары сатомобиля, пока они катили по пустой тихой улице. Фонари не горели, окна тоже были мертвы. Целая улица погрузилась во тьму. — Что за хрень? — изогнул бровь Асами, включив дальний свет и присматриваясь внимательнее к дороге. Язон насторожился и, как оказалось, не зря. Они выехали к перекрытой дороге. Под светом фар бронированных грузовиков полицейских, очерченные какими-то ограждениями на улицу вышли люди — целая толпа: мужчины, женщины, подростки, маленькие дети, древние старики и люди с первой проседью. И толпа была злой. Толпа требовала: — Включите свет! — Ироды! Что вы творите?! — Верните электричество! Инспектор полиции вышел вперёд своих металломагов и заявил: — Господа уравнители! Если вы будете соблюдать тишину и разойдётесь по домам, то вам, возможно, вернут электричество. — Какие, к чёрту, уравнители?! — возмущалась толпа. — Тираны! Деспоты! — Аватар! — выкрикнул кто-то, заприметив Язона. Тот уже выскочил из машины и подбежал к ограждению. Язон широко раскинул руки: — Спокойнее! Что случилось? — Нам отключили электричество! — Эти ироды гнобят нас! — Маги-угнетатели! Аватар кивнул: — Я разберусь. Сейчас… Достаточно быстро Язон нашёл взглядом среди полицейских советника Тарлока во всём боевом обмундировании с меткой своего же отряда на плече; он обговаривал что-то с офицером. Теперь всё сходилось… Когда к аватару подбежали друзья, тот уже полностью зациклился мыслями на советнике — этот человек непробиваемый ведь!.. Так, Язон направился к нему, хотя и сомневался в своих действиях. Ещё и вся его компания стояла у него за плечами!.. Почему-то это нервировало: Язон ни в коем случае не хотел впутывать или хотя б как-то соприкасать друзей со своими «аватарскими» делами… — Тарлок, — позвал он. Советник сразу же откликнулся и быстро покинул офицера. — Что происходит? — И я тоже рад Вас видеть, аватар, — проговорил он слащавым голоском. — Как Вы можете видеть, здесь идёт задержание террористов уравнителей, приспешников Амона. — Уравнители? Они же самые обычные люди! — Они немаги! — взъелся советник, и в голосе его раздался какой-то скрежет. — Не все немаги — уравнители. Будь так, половина рынка Республики легла бы… Посмотрите внимательнее, — аватар указал на толпу. — Какие это, чёрт подери, уравнители? Они что ли кого-то убили? Заперли в подвале? Пытали? Лишили магии? Отпустите их. Дайте свет. Но Тарлоку — как об стенку горох! Он всё о том же: — Среди них могут быть уравнители. И с огромным процентом! — По Вашей логике огромный процент того, что кто-то из нас — убийца или само зло всея Вселенной, — выпалил юноша, а затем попытался смягчиться: — Будьте милостивы. Не пугайте людей. — Всё же! — Тарлок приказал полицейским: — Окольцевать уравнителей! И те, звякнув металлическими доспехами, выстроились в одну линию. Синхронно ударив руками, маги подняли каменную стену вокруг толпы людей и стали её сужать. За стеной послышались крики: проклятья и мольбы. Язон выругался сквозь зубы и выбежал вперёд. Его воля оказалась сильней всех полицейских вместе взятых, и аватар опустил стену, крикнув людям, чтоб те разбегались, а подошедших металломагов он отпугнул слабой волной пламени. Тарлок стиснул зубы: что-то звериное взыграло в его глазах. И первое, что подвернулось его взгляду — это… Асами. Советник водяным хлыстом из своей фляги обвил руку немага и потянул на себя. Асами, крепкий физически, удержался на ногах, но высвободиться не смог: — Какого чёрта ты делаешь?! — Сато оскалился. — Асами Сато, ты — немаг и нарушил комендантский час, — непоколебимо выдал советник. Язон обернулся на возмущения Мако: — Вы не имеете права! — А вот и имею, душечка, — нервозно улыбнулся Тарлок, и приказал полицейским: — Арестуйте его! — Тарлок, успокойтесь! Можно обсудить, — подоспел аватар. — Вы нарушаете уже всякие границы! — влезла Мако поперёк его слов. — Отпустите его! Советник сверлил девушку взглядом: — Так, значит, Вы покрываете уравнителя? Пособнички! Арестуйте её и её сестру! — Дура! — шикнул Асами. — А меня за что?! — воскликнула Болин, но кто ж её послушает. Руки Язона сами непроизвольно потянулись к фляге на поясе, а затем водяной хлыст ударил Тарлока по затылку. Самообладание советника дало слабину: страшно сверкнув глазами, он процедил сквозь плотно сжатые, как во время припадка, зубы: — Если не хотите сесть вместе с ними, советую Вам отправиться обратно на остров Храма Воздуха и сидеть тихо. Аватар поднял глаза на друзей: Мако стыдливо опустила голову, Болин ругалась на полицейского, туго застегнувшего ей наручники, а Асами тихо обратился к аватару: — Всё будет хорошо. Но хорошо не было. Мако, Болин и Асами увезли, обвинив в пособничестве уравнителям и приравняв к другим подозреваемым. Пока дело было в процессе, их заперли в самой настоящей тюрьме. Язон обратился за помощью к Тензину. Но даже в присутствии советника шеф полиции Сайхан остался неприклонен: — Все подозреваемые проходят одну процедуру! — Они арестованы незаконно, — приметил Тензин. — Их следует немедленно отпустить. — Они подозреваются в пособничестве уравнителям, а один из них — немаг, — но Сайхан стоял на своём. — Все подозреваемые проходят одну процедуру. — Нет доказательств, — прищурился Язон. Новый шеф полиции бросил на него красноречивый взгляд, надув огромные губы: — Они мешали стражам порядка. Но аватар не сбавлял напора: — Когда эти стражи порядка арестовывали невинных людей, потому что и те якобы уравнители. Да вы помешались на Амоне!.. Я тоже тогда мешал стражам порядка и что? Вы и меня арестуете? — Если на то будет приказ, — отчеканил шеф полиции. — Те трое, — вернулся к теме Тензин, — имеют право на законный судебный процесс. — Когда мы убедимся, что они не представляют опасности городу, мы их отпустим. Если вас что-то не устраивает, обратитесь к советнику Тарлоку, — поставил точку Сайхан, развернулся и молча ушёл. Язон проводил его взглядом и кинул Тензину: — Мне Бейфонг нравилась намного больше… У неё хоть своя голова на плечах… — Не волнуйся, — обратился к нему маг воздуха. — Завтра будет заседание совета. После него я смогу поговорить с Тарлоком тет-а-тет. — Не поможет… — пробросил Язон совсем тихо, что Тензин его так и не услышал.

***

Спокоен аватар не был, понимая заранее: Тарлок не послушает Тензина, тот слишком мягок и серьёзной угрозы скользкому советнику-северянину не представляет отнюдь. Всё будет напрасно. А вот Язон представляет. Персона аватара нынче на слуху. Особенно — после обращения по радио, в котором Язон обратился не только к идейному лидеру революционеров, но и конкретно к персоне Тарлока… «Это ловушка», — соглашался сам с собой Язон, забинтовывая руки. Уже была глубокая ночь. Каору осталась тихо сопеть на его подушке, когда аватар вышел через окно и сбежал с острова Храма Воздуха, оставшись незамеченным. Он проделал путь к зданию совета старейшин, пробрался тихо внутрь, на проходной заглянув в журнал. Целью было выяснить квартиру скользкого советника, но Язон увидел кое-что лучше — тот ещё не расписался по возвращению ключа от своего кабинета. Лёгкий вывод: он ещё здесь. Язон явился к советнику бесцеремонно. Кабинет его был достаточно просторным и полупустым. Три огромных окна не были прикрыты ничем. По углам стояли стеллажи с документацией. Сам Тарлок сидел по левую сторону от входной двери, а за его спиной была стена, занятая миниатюрным каскадом с водой. Именно этот каскад был единственным источником тусклого голубоватого света. Тарлок не был удивлён ночному гостю. До того он с кем-то говорил по телефону, а тут повесил трубку. Его помощник, старенький, худенький и запуганный Му, дрожал и трясся от страха. — Я повёлся на Вашу провокацию, — начал Язон. — И Вы готовы говорить? — слащаво улыбнулся Тарлок. — В каком-то смысле… — Му, — обратился советник к помощнику, — иди домой. Тот едва проронил: — Н-но мой рабочий д-день… ещё не в-всё… — Иди домой, — повторил Тарлок, и неестественный звериный рык прорезался в его речи. Помощник убежал. Затем советник вернулся к привычной бархатной интонации, обратившись уже к Язону: — Я рад, что Вы взялись за ум и решились. Выкладывайте. — Что «выкладывать»? — Условия. Хотя они просты: я отпускаю Ваших друзей, а Вы будете делать то, что я хочу. Это выгодно нам двоим. — И с какой стати мне выгодно быть чьей-то марионеткой? — Язон не отрываясь смотрел в заметно опустевшие с их первой встречи глаза советника. — Спокойное существование здесь. Вы можете быть аватаром во всём мире, но Республиканский город — это моя территория. — Вы не монарх. — Покамест… — Подавление чужой воли, политика запугивания… Диктаторы держатся у власти недолго, знаете ли!.. — Либо же полностью подчиняют себе государство на многие века. — Это романы… Вы запугиваете всех. Делаете ровно то, в чём Вас обвиняют уравнители. — Но разве Вы не пришли сюда, чтоб запугать меня? — хитро ухмыльнулся Тарлок. Язон сложил руки на груди. — Во-о-от… Мы с Вами похожи. Вы тоже готовы на всё, лишь бы добиться своей цели. За это я и уважаю Вас. Советник встал, обернувшись спиной к аватару, и, сложив руки в замок, уставился на миниатюрный каскад. Язон прищурился: — У нас с Вами очень мало общего. — Но оно есть! — приметил советник всё так же затылком. — Готов поспорить, что Вы ещё до того, как попасть сюда, решили, что в крайнем случае замараете руки. — Я не идиот. Применять против Вас физическую силу бесполезно. — И Вы даже не попытаетесь? Так быстро сложите руки? — Если Вы мазохист, и это Вам доставляет «особые ощущения», найдите какого-то другого извращенца. А силой решать тут нечего. — Сила — это единственный способ общения, который понятен во всех культурах. Словами мы не договоримся. Словами никто никогда не договаривался, потому что слова лгут. А вот сила — нет. Она чиста. Я тоже применил силу и вот — Вы стоите передо мной. Потому что Вы тоже говорите на этом языке. Что ж… что Вы скажете на счёт нашей сделки? — Нет. Услышав резкий отказ, советник вздрогнул, а затем прошипел: — Вы пожалеете об этом… — Вот, — акцентировал Язон, — и опять угрозы. Воспевание войны: бесполезной силы и пролитой крови во имя якобы великих целей. Знаете, а ведь Амон проповедует то же в своих речах. И Вы от него ничем не отличаетесь. Внезапно Тарлок будто взбесился. Резко развернувшись, он пустил мощный поток воды из каскадика в аватара. Тот успел закрыться руками и отъехал немного по направляющей. — Какого чёрта?! — поднял голову Язон, но увидел лишь озверевшие глаза советника. А в следующую секунду аватару пришлось отскочить в сторону, дабы водное лезвие, разрубившее стеллаж, не снесло ему голову. Вечно изворачиваться не получилось бы. Тарлок не успокаивался, и каждый его последующий удар был всё ближе и блеже к юноше. Последним Тарлок его всё же задел, оставив глубокий порез на щеке. Вспыхнуло пламя. Язон перешёл в наступление. От огненной волны советник закрылся водяным шаром, едва смог удержать оборону, но всё же дождался того момента, когда Язону понадобится перевести дух. Тарлок перевернул свой водный шар в сильную волну, которая разбилась о выставленную вперёд ладонь Язона, разлетевшись веером. Аватар раскинул руки, собрав по комнате всю воду, расплёсканную Тарлоком; опустился глубже в стойку, приготовившись к финалу, уже ударил, но!.. вода его не послушалась, пролилась на пол, а сам Язон замер в неестественной, позе. Каждая его мышца была напряжена, тело было не в его власти: к напряжённым пальцам Тарлока будто бы были привязаны невидимые нити. В окно кабинета заглянула луна. Тарлок оказался магом крови. В лице советника можно было узреть целую бурю эмоций. Глаза Язона же остекленели от испуга: пробравшая его адская боль даже не позволила ему вскрикнуть; но затем их наполнил холодный гнев. «Вода точит камень», — повторил он себе мысленно, сжав кулаки. Собрав всю свою волю, аватар оказался сильнее Тарлока в противостоянии свобод, и смог сдвинуться. Всю воду, что можно было выудить из каскада, аватар вначале перевёл себе за спину, а затем с новой силой, с открывшимся вторым дыханием направил на Тарлока. Того впечатало в стену. Тарлок свалился наземь, когда Язон опустил руки. Но затем советник встрепенулся, и заполз куда-то за свой стол, скрывшись. — Вы вынудили меня, Тарлок, — нахмурился Язон, вытирая кровь со щеки. Юноша направился к нему мерным шагом. — Ваша алчность и жестокость могут довести Вас до крайности. Но особенная тишина пугала. — Вы меня слышите, Тарлок? — изогнул бровь юноша, совсем приблизившись. Советник выскочил из-за стола. Его левая рука была облачена в металлическую перчатку уравнителя. Тарлок приложил Язона по животу и пустил ток. Аватар надрывно закричал, а затем упал без чувств.

***

Утро было морозным. Небо розовело от проблесков зимы. Туман окутал остров Храма Воздуха. Именно в это тихое, безмятежное время и раздался звонок: взбесился телефон, стоявший на прикроватной тумбочке Тензина. Первым подорвался Мило, перелез через родителей и снял трубку, с важным видом проговорив: — Я Вас слушаю. Тензин разлепил глаза. Проснулась и Пема. Тогда старший маг воздуха вынул телефонную трубку из рук мальчика, слыша уже беспокойный голос Сайхана: — Где Тензин? — Я здесь. Я слушаю. Что-то случилось? — Да… И следующие слова Сайхана мигом разбудили сонного советника. Тензин подорвался сразу же. А на расспросы обеспокоенной Пемы ответил всего одной фразой: — Язона похитили. Тензин собрался быстро, оседлал своего бизона Уги и направился к зданию совета старейшин, где уже сновали полицейские. Кабинет Тарлока осматривали, делали фотографии. Сам советник-северянин сидел в коридоре — его раненную руку залечивал целитель, а над ними стоял шеф полиции, записывавший показания. Тензин приблизился, задав вполне ясный вопрос: — Что произошло? — Я уже обо всём рассказал Сайхану, — поднял жалостливое лицо Тарлок. Он был всклокочен — после драки. И досталось ему сильно, кажется. Северянин заново начал рассказ с той же душераздиравшей ноткой: — Прошедшей ночью аватар явился ко мне поговорить. Он очень беспокоился за друзей. Просил их освободить. Приводил доказательства. Защищал их. И мы бы пришли к чему-то, но… На нас напали уравнители. Их было шестеро, может, около того. Я пытался защитить Язона, но силы были не равны… Меня оглушили, — он указал на след от перчатки уравнителей на правом плече, — и я потерял сознание. Когда я очнулся, приехала полиция, но Язона уже не было… — затем советник с особенной силой в голосе обратился к шефу полиции: — Господин Сайхан! Мобилизуйте всех своих металломагов! Мы должны найти аватара, пока не поздно… Тензин слушал его рассказ, чуть нахмурив брови. Что-то заставляло его не верить Тарлоку, однако доказательства были на лицо: маска уравнителя и электрическая перчатка в кабинете, следы побоища — много пролитой воды, разбитое окно (причём осколки были в комнате) и, конечно же, убедительные слова советника. Маг воздуха тяжело вздохнул. И полдня не прошло, как весь город всполошился. Каждое уважающее себя издание уже напечатало в утренней газете страшную весть: «Аватара похитили уравнители!» Лишь «Монин Ти» воздержались почему-то. Главной прелестью их утреннего выпуска был разбор философии уравнителей. В принципе, такое вот отличие никого из знающей прослойки не удивило. «Монин Ти» было в частных руках — руках одного очень эксцентричного джентльмена. Радио вещало: «Мы прерываем нашу трансляцию, чтоб передать ужаснейшую новость! Вчера ночью уравнители напали на здание совета старейшин. Они лишили сознания представителя Северного Племени Воды Тарлока и похитили аватара Язона. Да, похитили аватара! Кажется, это удар по магам!..» Лин Бейфонг, бывшая шеф полиции, не дослушала этот выпуск до конца. Ей хватило и первых слов ведущего, чтоб понять: дело — дрянь. Лин подорвалась с кровати, оправила короткие волосы. Она решилась на кое-что безрассудное, вновь облачившись в свой доспех, а затем сорвав с него значок шефа полиции. «Этот город начинает сходить с ума», — подумала Лин, накинула поверх доспеха длинное чёрное пальто и… сбежала из своей палаты. В это время Бейфонг должна была проходить лечение, но времена того не подразумевали.

***

Мако ходила взад-вперёд по тесной комнатке. Болин же сидела на койке и внимательно на неё смотрела, поглаживая по шёрстке своего зверька. — Да не волнуйся ты, — улыбнулась Бо. — Не посадят нас! Даже если копать начнут — всё ж чисто… Чисто ведь? — Чисто, чисто… — пробормотала Мако. — Я не за нас волнуюсь. Ох… Сейчас ему тяжко придётся. И зачем я только рот открыла? — Асами? — Что? — сестра повернулась к Бо. Та повторила:  — Асами. Он ведь немаг. Мако растерянно закивала:  — Д-да… и он тоже… Внезапно дверь с грохотом вылетела. В тюремной камере явилась Бейфонг. — Быстрее, — проговорила она. — Ещё принца этого спасать надо. Девушки переглянулись. Особых вопросов сёстры задавать не стали и пошли вслед за Лин. Та вломилась в ещё одну камеру. — Охренеть… — только и проронил Асами, когда вылетевшая металлическая дверь пронеслась в миллиметрах от него и врезалась в заднюю стенку. — Что за?.. — Язона поймали уравнители, — кратко пояснила Лин. — А сейчас — ходу! Вас тут не должно быть… как и меня… Затем дружной компанией эти четверо вломились в кабинет Тензина. Советник говорил по телефону, расхаживая возле стола. Завидев «гостей», он быстро попрощался с собеседником и повесил трубку. Но вместо приветствий компания услышала от советника следующее: — Что, чёрт возьми, вы тут делаете?! Ты, — указал он на Лин, — должна быть в больнице! А вы, — на Мако, Бо и Асами, — в тюрьме! Так, какого чёрта?! — Что по аватару известно? — сразу перешла к теме бывшая шеф. Тензин смиренно выдохнул. — Ничего, — ответил он, понурив голову. — Я всё утро разговариваю по телефону, но ничего. Он — как сквозь землю провалился. На этих словах Болин подпрыгнула, прижав крепче к себе Пабу да так, что у хорька глаза на лоб полезли. Естественно без внимания она не осталась. — Бо, — изогнула бровь её сестра, — что ты знаешь? — Знаю-знаю! — залепетала Бо. — Уравнители очень любят подземелья! У Асами под домом — подземный завод. Да и когда меня с триадой везли на Откровение, то был звук, будто бы мы вначале съехали вниз, какое-то время ехали по туннелю, а потом поднялись. — Ты гений, — сверкнула глазами Мако. — Откровение было в доме культуры старом. А под ним же ж — заброшенные подземные пути для поездов. Неудачный проект. Его давно закрыли и за ним не следят!.. Лин дала идее место быть, согласившись, что такое возможно. В кабинете советника они пробыли какое-то время, обговаривая детали, а затем направились к месту. — Там, где прячут Язона, наверное, находятся и мои люди, — проговорила Бейфонг. Тензин положил ей руку на плечо: — Мы обязательно их высвободим. Мако особенно активно поторапливала их. Быстро они добрались до того самого позаброшенного дома культуры. Правда, Тензин всю дорогу чувствовал какое-то неудобство под одеждой, постоянно чесал спину, пытался расправить, видимо, замявшиеся складки традиционного воздушного костюма, который был достаточно пышным и многослойным. Не в том суть. С помощью находчивости Мако и магии земли Лин группа скоро отыскала проход к старым позаброшенным путям. А там — и свежие следы шин, вёдшие в… самый настоящий подземный лабиринт. — А что если Язона здесь нет? — изогнул бровь Асами, молчавший всё прошедшее время. — Будем ходить, пока не найдём его, — твёрдо сказала Мако, удерживавшая на ладошке клубившиеся языки пламени — импровизированный фонарь. Разделиться группа не решалась. В туннелях было тихо. Рельсы давно растащили на металл. Низковатые потолки были черны от копоти: та самая проблема, из-за которой закрыли подземную линию поездов. Дым из труб заполнял к концу дня все туннели, так как ему было некуда выходить. Пассажиры жаловались. Однако апогея всё достигло, когда один машинист, проработавший в туннелях двое суток к ряду, задохнулся на рабочем месте. Поезд остановить не смогли, и тот влетел на скорости в стену на повороте, загорелся. Ещё несколько человек погибли от нехватки воздуха, многие пострадали. Но сейчас вся копоть уже выветрилась, хотя здесь было действительно душновато. Мако смело шла впереди, освещая путь. За ней — Лин и Тензин, всё так же передёргивавший плечами иногда от неудобства между лопаток. Асами и Бо шли в конце. — А ты мра-а-ачный… — протянула Болин, подняв глаза. Сато огрызнулся: — Какая разница? — Хм… Дай угадаю, — продолжила девушка, — ты насупился из-за того, что после суток заключения твоя чёлка висит, как лапша? Или же потому что спустя целые сутки разлуки и пребывания в тюрьме Мако кинулась не к тебе на шею, а помчалась на всех парах искать Язона, и теперь ты ревнуешь? Асами вытаращился на неё, чуть приоткрыв рот и задыхаясь от раздражения. Болин отступила сразу же: — Поняла! Это всё чёлка! — быстро пробросила она, выставив вперёд ладошки, как защиту. Сато же выдохнул, чуть успокоившись и мягко спросил: — А если откровенничать уже… Что твоя сестра говорит о Язоне? — Ну-у-у… — протянула Бо, подбирая слова. — Ну… Она говорила, что Язон ей — как младший брат. — Вот и ладно… — …и по-братски потом целовалась с ним во время чемпионата, — продолжила Бо с той же ноты. А затем прикусила язык. — Что?! — воскликнул Асами. — Успокойся, — Болин зашипела, косясь на остальную группу. — Это всего лишь мелочи! Я в ту ночь напилась, но уже ж забыла! Потому что это мелочи. — Какие, нахрен, мелочи, — шипел так же тихо, но очень зло Асами. — Мы на тот момент уже встречались! Ты думаешь, я сейчас со спокойной душой приму то, что моя девушка мне изменила? И ещё так давно! — Успокойся, говорю! Она ж не переспала с ним, в конце концов? Всего лишь поцеловала! — Сам факт, она пустила его слишком близко. Следы шин завели их в тупик. Лин приложилась к стене, почувствовав: — Там есть проход. И механизм… из металла. Сейчас я открою. По велению рук госпожи Бейфонг часть стены тронулась и со скрежетом поднялась, открывая ещё один потаённый туннель. Там их встретили уравнители, но что они сделают против четырёх магов (двое из которых — спортсмены, одна — полицейская, а ещё один — сын аватара)? Асами предпочёл остаться сзади, осмотреться… Помещение было не очень просторное, но с потолками более высокими и не чёрными. Здесь стояли сатомобили и мотоциклы. Какой-то груз… По небольшим рельсам вагонетки прибывали и отбывали вглубь двух тёмных проходов. Асами припомнил разговоры уравнителей до того, как маги вломились к ним: один из проходов ведёт в тюрьму. Туда группа и направилась далее. Двух охранников, принявших вагонетку, быстро повязала железными кнутами Лин. Убедившись в относительной безопасности и вновь «прочувствовав» окружающую местность с помощью магии земли, шеф полиции сказала: — Мои люди — там… Дальше пусто… — А как же Язон? — спросила Мако. — Не знаю… Его нет. Затем шеф полиции оставила Бо и Асами стеречь двух связанных уравнителей, взяла Мако и Тензина и направилась к камерам. Асами провожал свою девушку очень красноречивыми взглядами, а та и внимания не обращала. Меж пустующих камер маги столкнулись с одиноким охранником, который только потянулся за какими-то примочками к подсумку, как по движению рук Тензина порыв ветра приложил его о стену. Он упал… Лин пошла дальше к камере, где держали её людей, а вот Мако подбежала к уравнителю, схватив его за ворот и стянув маску: — Если ты не хочешь, чтоб я сожгла тебе твои противные усики, говори! Где вы держите аватара?! Бегфонг раздвинула железные прутья с лёгкостью. Её металломаги встретили её с восторгом в глазах: — Шеф! Но что-то беспокоило Лин, что-то было не то в её подопечных. — Я опоздала? — тяжело спросила она. Её люди опустили голову — по этому жесту всё было предельно ясно, но Лин не дала отчаянью взять верх. — Идём! Вы засиделись здесь сильно! А Мако пока выпытала страхом и всполохами пламени у уравнителя следующее: — Мы не нападали на здание совета! Я бы знал, если б наши такое захотели сделать! Но это не наши! Советник-северянин — лжец!..  — Нигде его нет, — вернувшись, сообщила Бейфонг. — Тарлок врёт! — выкрикнула маг огня, отпустив несчастного уравнителя. — Но зачем? — Чтоб нас одурачить, — вставил слово Тензин. — Это Тарлок его где-то запер. Лин изогнула бровь: — Тарлок? Что уже случилось, пока я была на больничном? — Язон оказывал влияние на совет, — пояснил маг воздуха. — Он — аватар. И вне зависимости от его возраста к нему прислушивались только из-за его титула. Не сказать, что все, но большинство его предложений были дельными и осуществимыми. А их взгляды на проблему уравнителей кардинально отличались: Тарлок хотел подавить их силой, а Язон не дать повода восстать, опозорить Амона и сделать это всё без единой капли крови. Но внезапно со стороны входа раздался шум, а также крик Болин: — Помогите! Хулиганы зрения лишают! Простой вывод: наших засекли… Пришлось бежать.

***

В голове мелькали странные картины: человек с серыми, страшными глазами в зале суда, Тоф, Аанг… Яркое солнце из окон… Этот человек смеётся, он использует магию крови и никто не может пошевелиться, пока вождь Сока против своей воли подносит ему ключи и он снимает наручники. Почему-то Язон знал имя этого страшного человека. Его звали Якон. Аватар открыл глаза. Он заперт сейчас — в каком-то металлическом ящике очень узком с решёткой вместо «крыши». И из-за решётки в ящик шёл противный свет электрической лампочки. Лежал аватар до того, скрючившись в три погибели, и всё его тело теперь страдало. Жгущая боль в правом боку смешивалась с ноющими шрамами на руках. Язон схватился за ожог, подрагивая и с тяжёлым дыханием разглядывая рану. Прожгло тонкую водолазку, и части ткани теперь прилипли к повреждённой, слоившейся коже. Язон, ударив со всей оставшейся силой по стене металлического ящика, прорычал: — Тарлок, сукин сын!.. Ему ответила лишь тишина… Язон долго сидел, слушая её вечную мелодию. Сидел, вновь скрючившись и зажав пальцами рану; пытался успокоить дыхание и сердцебиение, заметив красные следы на своих бинтах — небольшие, невнятные. В нём уже не было страха, был лишь гнев: как он мог повестись на такой трюк?! Но вскоре и эти эмоции в нём улеглись. Тишина давала своё: голова Язона опустела, он стал вслушиваться в каждый шорох, подрагивал от собственного сердцебиения. Голову аватара внезапно посетила одна мысль. Кряхтя и ругаясь, Язон уселся в позу для медитации. Ему потребовалось время, чтоб войти в транс и удержаться в нём. Перед ним вновь заплясали видения, но уже более осмысленные. Язон будто бы сам присутствовал в том зале суда, но не мог ни пошевелиться, ни даже выдохнуть. Женщина в старомодном платье — прокурор — вещала: — Якон правил преступным миром много лет, но до сих пор ему удавалось уйти от наказания. Вы услышите свидетельства десятка его жертв, — обратилась она к совету. — Все они говорят об одном. Якон держал Републиканский Город в подчинении с помощью искусства, запрещённого во всём мире — с помощью магии крови. Подорвался мужчинка, сидевший рядом с подсудимым: — Все аргументы обвинения — абсурдны. Я хочу напомнить совету, что магия крови — это чрезвычайно редкое искусство и использовать его можно только в полнолуние. В то же время многие из лжепоказаний свидетельствуют, что мой клиент использовал её, когда угодно, но только не ночью. Язон наблюдал за этим всем будто со стороны. Какая-то часть деталей ускользала от него, но он точно видел улыбку на устах Якона — такую пугающе спокойную. «Далёкое время, — подумал юноша. — Магию крови можно натренировать и она будет доступна не только в полнолуние, если заниматься этим достаточно долго и поставить на главное место философию водной магии». Старейшины ушли на совещание, что продлилось недолго. Затем вождь Сока вышел вперёд и объявил: — В своё время я встречался уже с редкими магическими искусствами. Например, в юности мне пришлось противостоять человеку, способному вызывать взрывы лишь силой мысли. И одержал я победу с помощью обычного бумеранга, — чуть усмехнувшись, добавил он. — Да и магию металла считали невозможной, пока наша доблестная шеф полиции, Тоф Бейфонг, не открыла её миру. Так вот, совет старейшин решил, что использование магии крови днём вполне реально и достижимо, а улики и показания свидетелей лишь подтверждают это. Совет признаёт Якона ви… И Сока отчего-то замер, задрожал, его лицо исказилось в страшной гримасе, а затем вождя сломало в какую-то кукольную неестественную позу. Язон перевёл взгляд на сосредоточенное лицо Якона — его рук дело. Стражи порядка Тоф и сама шеф полиции ничего не смогли сделать: каждый в этом помещении поддался воле Якона. Очень сильной воле, сломившей даже аватара. Якон смеялся. Вождь Сока сам, хотя и против своего желания, открыл его наручники, а затем скрючился в поклоне и, как и все находившиеся в зале, упал наземь без чувств. Преступнику удалось уйти. Язон мгновенно погасил в себе мысль рвануться за ним: это было много лет назад и это воспоминания. Татуировки аватара Аанга засветились белым, и тот поднялся, пустившись за Яконом, севшим в повозку, на воздушной сфере. Язона перекинуло куда-то: он видел улицу Республиканского города, мчавшуюся повозку Якона, которую Аанг нагнал и порывом ветра обрубил поводья страусовой лошади — та убежала. Но Аанг также не позволил повозке врезаться в стену. Остановил её, вытащил оттуда преступника на свет божий. Якон, мужчина с крепкими плечами, вырвался из рук аватара, напав на него ещё раз: — На этот раз я усыплю тебя навсегда! Язон не вздрогнул, видя корчившегося Аанга, кряхтящего что-то. Преступник издевался над ним, мучил, уже уверовав в свою победу… поспешно. Аанг вошёл в состояние аватара, вырвавшись из плена мага крови. Он откинул Якона порывом ветра, а затем сковал магией земли. Медленно, с поднятой головой Аанг подошёл к нему и коснулся его лба: — Ты совершил много преступлений. За это ты заплатишь высшую цену — я лишаю тебя магии… Навсегда… Преступник ещё что-то вскрикнул, но затем обмяк и потерял сознание. Аанг отошёл от него, грустно проронив: «Вот и всё…» И Язона выкинуло из ведений. Он снова попал в тот металлический ящик, снова его тело пронзила страшная боль — его ударила своим грозным кулачищем реальность, однако юного аватаро волновало совсем не это. — Так, ты пытаешься мне подсказать, да? — обратился он в пустоту, представляя перед собой Аанга. — Осталось понять, в чём именно ты мне помогаешь? Неужто Тарлок?..

***

Лин, Мако, Бо, Асами и Тензин вместе направились в здание совета старейшин, созвав туда некоторых весьма важных персон: например, всех остальных старейшин. Бейфонг и Сайхан обменялись красноречивыми взглядами. — Спасибо, что отреагировали быстро, — благодарил собравшихся Тензин. Его прервал припоздавший Тарлок: — Я так понимаю, есть какие-то новости в деле аватара? — Да, — Тензин обернулся к нему. — Одна большая новость. Это Вы похитили Язона. Подобное заявление вызвало перешёптывания между старейшинами. Тарлок отшатнулся и развёл руками:  — Какое заявление!.. Ох… Я ведь объяснил: на нас напали уравнители, и… — Позвольте вставить своё слово, — произнесла Бейфонг. — Благодаря Тензину я ознакомилась с уликами по этому делу. Могу сказать вот что: уравнителей там даже не могло быть! Да, не спорю, в Вашем кабинете была драка, но драка двух магов воды, учитывая, сколько жидкости пролилось. — Их было много!.. Я же… — Вы указали, что уравнителей было около шести. Это не много, если вспомнить прошлые достижения вашего спецподразделения. Так вот, я не закончила. Вы оставили нам маску с целыми, не сломанными креплениями, перчатку, которую, судя по всему, использовали сами, чтоб нанести себе увечья. Подумали, что этого будет недостаточно и разбили окно. Да, осколки в комнате… Но рама этого окна снималась, так что вы могли вполне себе снять её, разбить в помещении и аккуратно вставить на место. — Больше того, — подключилась Мако. — Мы допросили одного из уравнителей. По его утверждениям, от Амона никакого приказа не поступало. И он сказал как-то так: «Если бы наши были там, я бы знал». А Тарлок всё пятился и пятился к выходу. Его глаза бледнели, в них играл страх. Советник отступал, постаравшись сохранить уверенность в голосе: — Это чудовищное обвинение! Чудовищное! — Это правда! — раздался слабый голосок, повергший Тарлока в настоящий животный ужас. Головы повернулись на звук, дабы увидеть Му — помощника советника-северянина. Тот прятался за колонной, выглядывала только его голова. — Это правда… — повторил Му тише. Продолжил: — Вчера вечером аватар действительно пришёл к нему, и Тарлок прогнал меня. Приказал уйти. Но я прособирался и, уходя, услышал какой-то шум из кабинета Тарлока. Я подсмотрел: у них с аватаром случилась перепалка почему-то. Они подрались. Аватар победил тогда, а Тарлок сильно ударился спиной о стенку и уполз под стол. В нижнем ящике он держал какую-то коробку, которую заставил купить меня у одного торговца и велел никогда не открывать!.. Тарлок ударил аватара перчаткой уравнителя, а потом потащил куда-то. — Куда? — встрепенулась Мако, пока остальные обступали советника-северянина кругом. — В гараж, — продолжил Му. — В машину. И увёз… Я не знаю куда… — Ещё и свидетель, — хмыкнула Лин, опускаясь в стойку. Тарлок был в кольце. Он метался, как загнанный зверь. В панике его взгляд болтался по комнате, советник искал выходы. Пойдёт так — перехватят, пойдёт эдак — камнем по голове прилетит. А если вот так — то Лин и Сайхан, настроенный теперь против Тарлока, свяжут его металлическими путами. Что делать? Что делать? — Соблюдайте спокойствие, Та… — начал было Тензин, но внезапно осёкся. Он затрясся, замер в неестественной позе. — Магия крови! — сообразил быстро Асами… но соображать — не делать. Тарлок вздрогнул от его восклика, а от рук Тарлока вздрогнули все остальные. Претерпивая страшную боль, не в силах даже вскрикнуть, окружившие советника стали против воли опускаться на землю. А затем что-то так щёлкнуло в голове, так скрючило тело, что в глазах стало темнеть. Сознание вылетело, и что маги, что немаг Асами упали на пол без чувств. Тарлок испугался сам себе и, поджав хвост, убежал.