Бойтесь желаний своих

      У Гермионы перехватило дыхание. Она бросилась к подушке, на которой несколько дней подряд лежала голова Северуса. Ничего… Ничего! Она истерично ощупывала поверхность руками, а потом уткнулась в неё лицом и зарыдала. С ней случилась истерика: — Мерзкие маленькие существа! За что, за что вы так поступили со мной, с ним? Сначала дали мне мужа, а потом отняли? Ненавижу! Северус… — она плакала навзрыд и била подушку пока не обессилила. Левая рука похолодела, и Гермиона увидела, как обручальное кольцо растворилось, будто его и не было. Истерика прекратилась: она перегорела, выдохлась. Казалось, в ней не осталось и капли эмоций. В дверях показался Поттер. — Что, Гермиона? — он кинулся к подруге. — Где Снейп? — Его больше нет. Нет, — провела ладонью по пустой подушке. — И кольца больше нет… Гарри обнял Гермиону и крепко прижал к себе. — Шиии, — он гладил её по голове, успокаивая, — всё образуется… Повисла гробовая тишина. Стало так тихо, что движение секундной стрелки звучало огромным колоколом. У Гарри закололи кончики пальцев. — Смотри… — он поправил очки. Сначала появилась светящаяся точка, потом она начала раскручиваться и увеличиваться в размерах — Гермиона и Гарри, насторожившись и держа палочки наготове, отошли в сторону, — точка стала напоминать бурлящую плазму, состоящую из золотых пылинок. Пятно становилось всё ярче и ярче пока не обрело форму человека, который ещё через минуту превратился в профессора. Перед бывшими Гриффиндорцами стоял абсолютно голый Снейп. Недовольный голый Снейп. — Прекрасно. Не успел я умереть, как моя жена уже обнимается с другим мужчиной, — он классически поджал губы. — Снова вы, Поттер... — П-профессор, — Гарри запнулся, но ринулся обниматься, не обращая внимания на наготу и неловкость. — Избавьте мне от лобызаний. И будьте добры зайти в другое время. Хотелось бы принять вас в более подобающем виде. Гермиона заворожено смотрела на Северуса, боясь поверить, что он реален. Гарри кивнул, машинально чмокнул подругу в щёку и по-быстрому ретировался. Повисла неловкая пауза. — Не находишь, у меня начинает получаться умирать. На этот раз почти вышло. Твоя оценка? — Выше ожидаемого, — она была ещё в шоке. — Считаешь? — Не пробуй больше! — она кинулась ему на шею и повисла на нём, как груша. — Миссис Снейп, вы задушите меня, — сказал он довольно ласково. — Мне надо одеться. Надоело наблюдать моё бледное и худое отражение в зеркале. Он быстро натянул брюки и свою любимую зелёную рубашку. — Теперь я снова Гермиона Грейнджер, — она покрутила безымянным пальцем без кольца. — Почти четверть века тебя это неприятное обстоятельство не смущало… — Жизнь меняется, Северус. — Как ты себя чувствуешь? — Гермиона потрогала ему лоб, будто измеряя температуру. — Обновлённо. Даже Поттер начал меньше раздражать. А ты? Сколько лет ты себе накрутила, организовав операцию по моему спасению? Всех на уши поставила? «Голова профессора Снейпа», — Северус ухмыльнулся, — плохо помнит события прошедшей недели. — он окинул её оценивающим взглядом: — Ты ничуточки не изменилась, Гермиона. — Восемь лет, — она пожала плечами, не обратив внимания на комплимент. — Не такой уж и срок… Рада, что это безумие завершилось, и я расплатилась таким вот пока не сильно заметным для меня способом. Наслаждайся свободой! Почему-то последняя фраза прозвучала фатально. Она понимала, пришло время прощаться. Их больше ничего не связывает. Северус восстал из небытия и уже точно захочет жить по полной. А она… Рано или поздно она встретит своё счастье. — Я переберусь, наверное, к родителям. Постепенно перевезу вещи. Она понурила голову и пошла на выход. — Я тебя не гоню. Это наш дом. Ты вольна жить в нём или приходить, когда пожелаешь. — Не притворяйся, Северус. Ты мне больше ничего не должен. Всё было случайностью. — Как знаете, мисс Грейнджер, — Снейп эмоционально захлопнулся. Накинув мантию, он степенно удалился. Ему хотелось побыть одному, подумать, осознать, разобраться в внезапно нахлынувших чувствах. Казалось, ещё год назад он обнимал одну, а теперь готов порвать за другую... Особенно его впечатлило, с каким отчаяньем Гермиона спасала его жизнь. Он аппарировал в летний домик матери, который Гермиона отчего-то невзлюбила, а ему, напротив, в нём было спокойно, да и к сырости он приспособился ещё со времён подземелий. Северус не понимал, что чувствует. Наблюдать собственное постепенное исчезновение оказалось мучительно страшно. Тогда, в Визжащей хижине, он даже не успел испугаться, а здесь, помимо собственных переживаний, добавились ещё стенания Грейнджер. Ещё он не понимал, почему его задели слова «всё было случайностью»…       Гермиона отсиживала рабочие часы, механически перебирая бумажки на столе. Северус ушёл, и в душе сразу нарисовалась пустота. Переживания последних почти двух недель, общая нестабильность и напряжение разом кончились — нет больше гнёта, обязательств, нет больше чувства вины. Но почему-то от этого Гермионе становилось ещё хуже. Глубоко внутри себя, когда она поняла, что влюблена в собственного мужа, она говорила «спасибо» обряду — он мог удержать его рядом с ней, пока она подбирала к нему ключи. Сейчас его не удержит уже ничего, вернее, уже не удержало. Погрузиться в чтение не получалось, буквы расплывались, а слова не собирались в предложения. На столе образовался завал — гора неописанных артефактов поджидала её уже вторую неделю. Гермионе не работалось. Она сидела за столом и уже битый час смотрела на коготь златорогого микропива. Записать размеры, описать цвет, параметры, где был найден — минимум слов, но перед глазами стоял Северус. — Мисс Грейнджер, — обратился к ней тучный волшебник со смешными усиками над верхней губой. — Вчера на вашем столе был артефакт #172319, где он? — Простите, — не помню вашего имени, — вчера меня здесь не было! — Гульмирг, мистер Гульмирг, новый охранник. Значит, вы не могли его унести вчера. Позвольте я поищу! Гермиона пожала плечами и сделал вид, что увлечена микропивом. Мужчина рылся в бумагах, перекладывал с места на место папки, открыл все ящики её стола: — Его решительно нигде нет! Я вынужден буду написать записку начальнику смены! — Пишите, я тут не причём. Вчера меня не было на работе, как и всю эту неделю. Я отсутствовала по семейным обстоятельствам. Какие ко мне могут быть вопросы? — У меня никаких. Объясняться будете с начальником смены! Он смешно засеменил по коридору, перебирая короткими ногами. — Пропажи артефактов не хватало для полного счастья, — посетовала Грейнджер, ещё раз пересмотрела бумаги — даже заглянула к себе в сумку, разумеется, там его не могло быть. На работе никто не заметил, что Гермиона стала взрослее. Мама недоуменно пожала плечами, когда Гермиона тыкала пальцем в заметную только ей морщинку, и только папа поинтересовался, зачем она без показаний удалила зуб мудрости. К родителям она решила не переезжать и присматривала маленькую квартиру поближе к работе, чтобы можно было ходить пешком и не тратить силы на аппарацию. С момента «воскрешения» Северуса прошло почти две недели, но он ни разу не возвращался. Гермиона заметила, как смято покрывало на его кровати. Эта складка словно застыла, покрывшись пылью. Она начала собирать чемодан, как вдруг в гостиную вальяжно ввалились авроры и сотрудники отдела безопасности Архива. Гермиона впервые видела именно этих блюстителей порядка. — Вот она, — охранник махнул рукой в сторону девушки, и двое авроров ринулись в её сторону. — Что происходит? Кто вы? Где Гарри Поттер? Как вы смеете врываться в частные владения? — Гарри Поттер вам не поможет. Он на другом задании. Вас предупреждали, что артефакт нужно вернуть! Гермиона уже думать забыла об этой истории: — Повторяю, я не брала его! — её обуяла ярость. Какая нелепица, её обвиняют в краже! Любая мелочь выводила её из состояния равновесия. — Оправдываться будете в аврорате. Там же напишите заявление. Уводите её. — Стоять, — суровый баритон Снейпа прогремел не хуже Ступефая. — На каком основании вы задерживаете мою жену? — О, мистер Снейп, — заискивающе поклонился аврор, напомнив Петтигрю, — Гермиона Грейнджер не ваша жена, — он протянул брачное свидетельство, которое теперь было перечёркнуто черной линией, — она является подозреваемой в краже ценного документа Архива. Правда, подозреваемых трое, но пока мы нашли только Грейнджер. У неё нет поручителя, все улики указывают на неё, именно с её стола пропала вещь! Магглорожденная разведённая ведьма легко могла пойти на преступление с целью наживы. — Я за неё ручаюсь. И она — моя жена, — скала с именем Северус Снейп встала перед авторами, загородив хрупкую девушку собой. — Ваш эльфийский брак по неведомым причинам утратил силу, — на пороге замаячила небезызвестная Аманда Стефферсон. — У меня есть документ… — Эльфиский, будь он проклят, возможно. А вот традиционный — нет. Я был сегодня в Министерстве и согласовал все бумаги. Наш брак законен, а вам, уважаемая миссис Стефферсон, я настоятельно рекомендую проштудировать 27 пункт главы 5 свода Закона о браках, совершенных в эльфийской традиции, у вас пробелы в знаниях, — ему осталось добавить: «Минус пять баллов с Хаффалпаффа». Женщина фыркнула, как взмыленная лошадь, и разгневанно устучала каблуками на крыльцо — отсылать сову в Министерство. Гермиона смотрела на Снейпа во все глаза. Как? Она думала, он сбежал на край света и слился в экстазе со своей пассией. — Но мисс Грейнджер… — пытался возразить начальник смены. — Нет никакой мисс Грейнджер. Есть моя супруга — Гермиона Снейп, и у неё есть поручители — я и весь Хогвартс. А вы, — он оглядел аврора недобрым взглядом с макушки до мысков ботинок, — будете объяснять самому Гарри Поттеру, на каком основании пытались арестовать героиню Войны и без всякого на то постановления. Старший смены что-то замямлил, мол, ему поступила должностная записка от начальника охраны Архива, но Снейп снова его прервал: — Убирайтесь отсюда вон, — Гермиона заметила, как палочка в рукаве Северуса переместилась в ладонь. — Но… — Вон, я сказал! — с таким Снейпом шутки были плохи. Авроров и министерскую ведьму как ветром сдуло. — Паразиты, — процедил им в спину Снейп и повернулся к Гермионе. Она, как ребёнок, смотрела на него во все глаза. — Жена? — Я хотел… как-то торжественно… но… тут… — слова не подбирались. — Если хочешь, подай заявление в Министерство и отзови моё прошение, — Снейп потянул за воротничок рубашки, расслабляя его. — Где ты пропадал? Я думала, ты с ней… — Снейп недоуменно посмотрел на девушку. — С той, которая была до меня. Он отрицательно покачал головой. — Мне нужно было всё взвесить. — Ты действительно хочешь, чтобы мы были вместе? Он тяжело вздохнул — «опять она давит», но в слух сказал: — Я точно не хочу больше ночевать один… Снейп наклонился и нежно поцеловал Гермиону в губы. Этот невинный жест стал для неё лучшим доказательством его намерений. Конец.