Fuck you🖕🏻

Чонгук обещает. Чонгук из кожи вон вылезет, да только её немного приведёт в порядок. А пока, с мыслями об одном только Ким Тэхёне, спешит домой, объезжая машины, лавируя между ними. Забегая в свою просторную квартиру, становиться перед зеркалом и открыто ужасается. Как только люди в обморок не упали при виде такого ужаса? Он дышит тяжело, пальцами растягивая кожу на лице и морщиться от неприятных ощущений. Злиться сам на себя, злиться на Ким Тэхёна. За то, что Чонгук хочет прижать к себе такого ласкового тёплого котёнка, обнять его крепко-крепко, дарить тепло своего тела одному лишь Тэхёну. Видеть лишь его улыбку, такую нежную-нежную, от которой в сердце лёд тает. Блондин для Чонгука слишком опасный: он всё в чоновой блядской натуре заставляет чувствовать чувства, покрываться мурашками, ноги дрожать, а дыхание спирать. Так и умереть не долго. У Чонгука Ким Тэхён головного мозга. От этой болезни нет лекарств, от неё не делают операций. Тут только раздражитель поспособствует скорейшему выздоровлению, если хуже не сделает. Чон Чонгуку нужен один лишь Ким Тэхён, и всё тут. Он себе признался, всем готов признаться. И Киму тоже, да вот только не знает как. Чонгук хочет обладать таким сокровищем, но не знает как правильно подступиться. Он так любит своего блондина, кто бы знал, чёрт возьми. От этой больной любви тошно, глаза режет искрами, но больнее всего от того, что хочется ухватиться за него и не отпускать. Никогда. Чон Чонгук не натурал. Он буквально готов кричать о своей не натуральности всем и каждому. Возможно не натуральный Ким Тэхён был рождён для не натурального натурала Чон Чонгука. За этим только в больницу обращаться. Пожалуйста, выпишите ему справку. Ему окончательно и бесповоротно нужен Ким Тэхён. Чон стоит оперевшись сильными руками об раковину, летая где-то далеко в своих мыслях и фантазиях. Сейчас ему нужен хён, родной брат, который, если не даст затрещину, то хотя бы дельный совет. Ему сейчас нужен алкоголь, не в больших количествах, просто для храбрости признаться Хосоку. Выдать всё как на духу. Должно полегчать. Поэтому, не теряя ни минуты, он принимает бодрящий душ, бреется под новою копейку, убирает срач, после пару-тройку дней не жительства в своей квартире, затем пишет брату. Тот, кстати, каким бы занятым не был, всегда находил время для мелкого. Вот и сейчас на смс отвечает быстро. Кому: Зубастый хён_ Ты. Я. Пиво. У меня. В восемь.

От кого: Зубастый хён_ Понял, принял. Сколько пива брать?

Кому: Зубастый хён_ По четыре каждому будет достаточно. Жду. На часах пол восьмого, Хосок никогда не заставит себя долго ждать. Чонгук устало выдохнул и откинул голову на спинку дивана. Можно было бы включить огромнейшую плазму, но за пультом ещё надо подняться, нагнуться и потом опять подняться, а это, собственно, затрата времени, которое он предпочтёт выделить для Тэхёна. — Интересно, думает ли он обо мне, хоть малую часть того времени, которое думаю я? Вопрос в пустоту просторной квартиры. Без ответа. А на лице усталая улыбка.

***

Ким Тэхён, тот, что не натурал, как мы выяснили, сейчас покупает своему хёну подарок. Обошёл половину торгового центра, но нашёл новенькие AirPods’s, что так хотел Юнги. Собственно о Юнги. Тэхён решил встретиться с ним у себя дома, без лишних глаз и ушей. Мало ли, он тут секреты вообще-то будет раскрывать. Мин лишь одобрительно помычал в трубку, пообещавши захватить с собой по пивку, но Тэ наотрез отказался. Сказал либо соджу, либо катись нахрен. Да, тот, что натуральный Ким Тэхён никогда не пил, но не натуральный может себе это позволить. И никакие утренние: «да, чтобы я, хоть ещё раз...», уносятся вместе с утренним похмельем. Если Богмю, как младшему брату, можно было выговориться без происшествий, то с Юнги так не прокатит. Тэхёну кажется, Юнги самый гомофобный гомофоб всея страны, но кажется новость о том, что Ким так резко полюбил своего обидчика его не поразила. По крайней мере от Намджуна он не в восторге, вернее от его ориентации. После этого, идея напиться не такая уж и плохая. Точнее сказать: отличная. Замечательная. Ну поймите же его правильно! Тэхён понимает, что стыдиться тут нечего. Ну подумаешь влюбился. С кем не бывает? Он ведь не виноват, что глупое сердце выбрало себе на ком остановиться. Почему глупое, спросите вы? Да потому, что только в романах человек, который ненавидел всей душой, смог влюбиться именно в того, кого ненавидел. Но Тэ не расстраивается, не получиться с Чоном связать свои отношения, получится с кем нибудь другим, ну или другой, тут как повезёт. Монетку никто бросать не будет. Кстати об этом. Отношения не для Ким Тэхёна. Он в этом полный профан, ноль без палочки. Что? Как? Когда? Каким образом? Нет-нет, не слышали. Блондин тут как школьник. Первый раз, в первый класс. А цветы дарить? Он с сегодняшнего дня начал серьезно задумываться над этим. Ему в конце-концов двадцать два года, а он ещё даже ни одной ногой или рукой не лапал никого. Он не знает, какая же это приятная штука—мять пышную грудь девушки, или пышную грудь парня. Он конечно представляет, как там всё делается, но... Как каждому живому существу нужна практика. Поэтому, закончив всё свои дела в торговом центре, он спешит домой. Чтобы прийти, взять ноутбук и найти в поисковике порно. Нет, не то порно, что для натуралов, а то где всё сладко-гладко у мальчиков. Пока Юнги нет, он должен, слышите, должен понять как это всё делается. И...и ему не понравилось. Ну вот совсем. Ни капельки. Он лишь поморщился, выключая звук. Маленький Тэхён, как лежал себе в трусиках, так и лежит. Так, что с ним не так? Может он себе накрутил-навертел в голове эту глупую влюблённость в Чон мать его Чонгука? Подумаешь позаботился один раз, подумаешь обнял тоже один раз, подумаешь... Но ведь Чимин тоже неоднократно так делал, но при Чимине сердце не убегало в пятки, ладони не потели, а воздух не пропадал с лёгких одним касанием. С этим же можно как-то считаться? Тэхён будучи в своих коварных мыслях, не заметил как прошло два часа, а ноутбук уже давно заснул. Дверной звонок пробуждает в Киме страх, волнение, потому, что Юнги. Юнги тот, что спросил: «так это правда?». Что он имел ввиду? Назад дороги нет, да и не хочет он поворачиваться и искать иной путь. Мин ведь друг, пусть и строгий, ворчливый, но друг. — Хорошо, что ты пришёл, — Тэхён пропускает Мина в квартиру, забирая пакеты с рук. — Я надеюсь, ты мне наконец-то объяснишь, что с тобой происходит? — Юнги без церемоний снимает обувь и плетётся к дивану. — Только, пожалуй, выпьем? — Тэхён как на ускоренной, достал стаканы и закуски, ставя их на журнальный столик перед диваном. Юнги лишь хмыкнул, с подозрением смотря на друга, но успешно пополнил фужеры выпивкой. — Ты гей, — это всё, что говорит ему Юнги, спустя двух бутылок соджу, — ты реальный гей. Ким мученически взвыл, тоже мне Америку открыл, юный Христофор Юнги. Да не гей он, точно знает не гей, но кому тут, что доказывать? Тут ведь лишь в Чонгуке дело. — Я...мой милый друг, предпочту, чтобы бы называл меня юным исследователем, — с поучительным тоном, высказался Тэхён. — Ты обязан высказать ему всё о чём думаешь и чувствуешь, — Юнги не сильно бьёт Кима по плечу. — Да почему? — возмущается пьяный Тэхён, — я не буду так перед ним унижаться. — Он надулся, как ребёнок, отпивая с горла. — Потому, что он тоже течёт при тебе, точно тебе говорю, — в этот момент блондин давиться пойлом. — Да ты перепил, чувак, — Ким откашливается в кулак, искоса глядя на Юнги. — Ты то, лучше сейчас, конечно, — фыркает Мин. — Но кой-что я всё таки доказать могу. — Вот скажи, — Юнги прочищает горло, — ты хотел бы поцеловать его? — Не исключено, — покраснел блондин. — Очень хотел бы? — Возможно. — Он у ваших этих стычках, постоянно же выступает инициатором? — Не отрицаю, — закусывает Ким губу. — Ты хочешь в ответ сделать с ним очень-очень много вещей? — Разводит руками Юнги для пущей убедительности. — О, да. — Соглашается глупый Тэхён. — Ты гей, Тэхён, сто процентов тебе говорю. Ну пиздец. Тэхён сидит и думает, за, что ему такой блять друг достался? Ну вот, что за человек такой? За какие грехи? — Всё будет хорошо, Тэхён. Поверить моим словам. Я ведь и его друг тоже. Это пожалуй, последние слова Юнги, адресованные шатающимся Тэхёну в прихожей. А затем дверь закрывается и Ким икая валит к себе в комнату, засыпая без задних ног.

***

— И что с тобой случилось? На тебе живого места нет, брат мой. — Хосок знает своего младшего, знает как он может выйти из драки без единой царапины, а сейчас побитый как собака и скулит точно также. — Хён...я влюбился, — чеканит Чон, укладывая голову на плечо брата. — Так это проблема что-ли? — Удивился старший. Любовь ведь окрылённое чувство. Любить это здорово, думает Хосок. Любить это что-то свыше, думает Чон. — Проблема, ещё какая... мирового масштаба, хён, — хнычет сильный, мускулистый Чонгук. — Я парня люблю, понимаешь? Парня... — затихает брюнет, — и этот парень просто прекрасный человек, а я...а я урод последний, раз позарился на прекрасное. Хосок молчит с минуту, слушает исповедь младшего и не понимает, почему тот так расстроен. Ну парень и что? Не человек, что-ли? У него нет рук, ног, глаз, носа, ушей? — И это ты считаешь проблемой? Ты не переживай Гук, гей это не грех. Тебя никто не осудит, — паясничает Хосок, глупому ребёнку. — Да не гей я...не гей... — говорит, а потом зависает. Уходит будто в свой мир, где розовые пони скачут на радуге и срут разноцветными какашками. И с ним Тэхён, тоже скачет, но к счастью не срёт. — Отключай, — неожиданно говорит Хосок. — А? — выходит растерянно, будто из-под толщи воды вынырнул. — Говорю фантазию отключай, у тебя член стоит, — будто в порядке вещей, спокойно, с долей усмешки, хрипит Чон старший, глядя на выпирающий бугорок в штанах брата, — Зато, ты сам подтвердил мои слова, Чонгук. Ты — он указывает пальцем на Гука, — гей, — заканчивает с садистской улыбкой. Чонгук стал спелее спелых томатов, затушевался весь, прикрывая вставший член диванной подушкой. И Чонгук в этот момент думает: за, что Бог послал ему такого брата, да ещё родного и старшего? За какие грехи? — Я тебе вот, что скажу, брат мой, — Хосок сделал серьезный вид, — возьми свои долбаные яйца в кулак и захвати в свой плен этого чудо-парня, завоюй его сердце. И чем скорее ты это сделаешь, тем скорее я увижу улыбку на твоём поганом лице. А сейчас, — Чон смотрит на наручные часы, — мне пора на свиданку, увидимся. Хосок оставляет задумчивого брата сидеть на чёрном диване, обдумывать дальнейшие действия по завоеванию Ким чонгукового Бога Тэхёна. Хосок ведь прав, нужно брать быка за рога. И пусть Тэхён его ненавидит, Чонгук выгрызет зубами себе место в сердце блондина. Чон Чонгук если любит, то раз и навсегда. Он жуткий собственник и на его памяти такое впервые. Чтобы любить так потрясающе-больно. Да вообще, чтобы любить так кого-то, как он любит парня, над которым издевался около пяти месяцев. Ну, а сейчас он поднимается с насиженного места и идёт в душ, стараться уложить спать не маленького Чонгука, чтобы в этот момент под закрытыми веками видеть объект своего совершенства. Очень стараться уложить спать, потому, что Гук, тот, что между ног очень упёртый, весь в отца. Чтобы кончить под струями тёплой воды два раза, не менее тёплой струёй с таким мирным шепотом: «О, да...Ким Тэхён». А уже в кроватке благодарить родителей Мин Юнги, за то, что дали жизни своему сыну и шанс Чонгуку завоевать блондина.