Тьма тебя поглотит

Мальбонте прижал обмякшее тело Вики к себе, разглядывая ее бессознательное выражение лица. Его сердце бешено колотилось о ребра то ли от страха, то ли от злости. В ушах звучали множественные возгласы демонов:  — Госпоже плохо! — Госпожу ранили! Полукровка встревоженно оглядел ее лицо. Одной рукой подхватывая ее за ноги, а другой обвивая предплечья, Мальбонте ловко поднял ее на руки. Игнорируя возгласы и волнения демонов, погруженный в свои беспокойные мысли, темноволосый уверенно направился в здание школы с ней на руках. Оказавшись в ее комнате, мужчина аккуратно опустил тело девушки на кровать. Словно безвольная кукла, Вики раскинула руки на кровати. Мальбонте осторожно подложил ей под голову подушку и присел рядом с ней, заключая ее ладонь в свои руки. Холодные пальцы, бледное лицо, едва вздымающаяся грудь. Он, словно дежавю, ощущал страх… страх потерять ее. — Милая, — Мальбонте мягко коснулся ее лица пальцами. — Это я виноват. Прости меня… Темноволосый переложил свою широкую ладонь ей на солнечное сплетение и прикрыл глаза. Через его ладонь в ее тело начали проникать красные энергетические нити, словно впитываясь в девушку. Мальбонте делился с ней энергией с целью вернуть ее силы, ослабшие от сильного стресса. Вскоре, полукровка начал замечать, как меняется лицо девушки: щеки розовеют, синяки сходят, заостренные черты будто бы сглаживаются. Волосы ее светлеют, принимая родной каштановый цвет. Мальбонте медленно отнял руку, замечая, что девушка приходит в себя. Он оглядывал ее лицо. Дыхание ее учащалось, веки медленно задвигались. Пухлые губы приоткрылись в тихом, усталом выдохе. Вики разлепила глаза. Мальбонте увидел родные голубые глаза на светлом лице. Шатенка возвела к нему сонный взгляд. Она была спокойна и отчетливо ощутила его напряжение. Мальбонте смотрел на нее в ответ. Он все еще сжимал ее ладонь своей, удостоверяясь, что она рядом, что она в сознании. Они молчали, разглядывая друг друга. И только губы Вики едва разлепились, чтобы произнести следующее охрипшим, тихим голосом: — Прости меня… Черные очи, кажется, стали еще темнее за счет резко расширившихся зрачков. Мальбонте оглядывал ее лицо так, словно искал в нем что-то. Растерянность охватила его на некоторое время. Он понимал, про что она. Знал, что она чувствует вину. И ему хотелось сказать, что это все так неважно. Что все это для него не имеет значения сейчас. «Главное, что ты рядом…» Но он едва кивнул и тихо, медленно произнес: — Тебе нужно поспать, — Мальбонте чуть ослабил ладонь, но все равно не убрал, словно продолжая убеждаться тем самым, что она рядом. Вики оглядела его с едва прослеживаемым беспокойством и вопросом, и он снова понял ее без слов: — Я буду рядом. Мальбонте перебрался к ней на кровать и одной рукой притянул девушку к себе. Вики тут же примостилась к нему как можно ближе, обвивая его грудь рукой, носом уткнувшись ему в бок. Так она и уснула, а Мальбонте еще долго думал, прежде чем вздремнуть на пару часов.

***

Темные волосы прилипали к мокрому лбу и лезли в глаза. Мальбонте задыхался, но не переставал бежать. Страх поселился у него в груди, боль разрывала его сердце на части, от отчаяния хотелось взвыть в голос. Черные омуты мальчика расширились от ужаса, но он не переставал бежать. Мальбонте словно бежал не только от преследователей. Он бежал от себя самого. Желание исчезнуть из этого мира, чтобы тебя никто не тронул, чтобы ничего не чувствовать внутри. Не чувствовать этой боли, разрывающей его тело на части. Он проклят. Он чумной. Почему именно он? Мальбонте резко останавливается, когда неподалеку впереди присаживается ангел на поверхность земли. Мальчик задыхается, судорожно оглядывая прилетевшего. Ангел смотрит на маленького мальчика в ответ снисходительно, даже как-то покровительственно. Но Мальбонте разворачивается на сто восемьдесят градусов, собираясь бежать от догнавшего его ангела. И оказывается в ловушке. Еще ангелы подходят к нему с другой стороны. Его окружили вокруг. — Нет! — кричит он, но не как в тот раз, когда он убил всех своим криком. — Оставьте меня! Прошу! — Мы не причиним тебе вреда, Мальбонте! — поднимая руки, произносит один из ангелов. — Успокойся, мальчик! Мальбонте часто дышит. А перед глазами вдруг снова возникает та молодая девушка, которую он видел после убийства ангелов. Ангелы вокруг словно застывают на время, замирая. Время останавливается. Шатенка снова подходит к нему, присаживаясь с его лицом на одном уровне, и Мальбонте застывает, вглядываясь в ее лицо. Она касается его лица своими теплыми, нежными пальцами, и мальчик успокаивается. Слезы на ее голубых глазах не вызывают у него смешанных чувств. Он словно знал, что она плачет, потому что переживает за него. Ощущал ее призрачную поддержку и успокаивался. — Все будет хорошо, Мальбонте, — произносит шатенка тихо, склоняя голову в бок. Грустная улыбка касается ее четко очерченных пухлых губ, а слезы вырываются из глаз небесного цвета. — Все обязательно будет хорошо со временем. Пройдут века, но ты докажешь им, что ты не монстр. Что ты такой же, как и они. Что ты равен им, и что ты лучше их. — Кто ты? — тихо произносит Мальбонте, едва разлепив сухие губы. Девушка снова чуть улыбается. — Мы встретимся с тобой через века, — отвечает она как-то тяжело. Видно, ее одолевают сильные эмоции или даже чувства к этому мальчику. Мальбонте болезненно нахмуривается. — Меня зовут Вики Уокер. Ты найдешь меня со временем, и мы встретимся. В будущем я всегда буду с тобой, слышишь? Я не позволю, чтобы кто-то разрушил нашу связь, — шатенка медленно касается его лба теплыми, трепетными губами в заботливом поцелуе. Мальбонте прикрывает глаза и выдыхает, силясь не расплакаться. Вики отклоняется от него, снова заглядывая ему в лицо. — Ангелы поплатятся за свою жестокость. Ты докажешь им, чего достоин. Ты сильный. — Забери меня отсюда, — тихо, моляще произносит он. Вики болезненно сводит брови к переносице. — Я не могу, — отвечает она, и слезы снова текут по ее щекам. — Я изменю ход всей истории. Ты должен появиться потом и изменить этот мир. Если я заберу тебя сейчас, то в будущем мы не достигнем того, к чему стремимся. — А к чему мы стремимся? — спрашивает он также тихо. Ее губ касается слабая улыбка. — К справедливости и равновесию в этом мире, — Вики берет его маленькую ладонь двумя своими, крепко их сжимая. — К тому, чтобы ангелы перестали удерживать власть в своих руках. — Сколько мне ждать твоего появления? Сколько мне ждать нашей встречи? — спрашивает он, каким-то до боли серьезным взглядом оглядывая заплаканное лицо девушки. — Недолго, — заверяет она, кивая, но он понимает, что шатенка лишь пытается его успокоить. Это «недолго» может оказаться вечностью. Но Мальбонте кивает в ответ. — Я буду ждать тебя, — вдруг произносит он, и маленькая слеза вырывается из его глаз, стекая по щеке вниз. Вики болезненно оглядывает его в ответ, стирая с кожи его слезу. Девушка снова касается его лба своим, прикрывая глаза, и Мальбонте прикрывает свои в ответ. Она дала ему немного времени перед решающим моментом, после которого произойдет нечто ужасное — он точно знал, что это произойдет с ним. Ангелы не оставят его. Ему казалось, что он остался один в этом мире. Совсем один, маленький ребенок, никому не нужный. Ужасный монстр, который убивает всех на своем пути. Чудовище. Но эта девушка считала иначе. Она тихо дышала, внимая его успокоившемуся дыханию. Они, кажется, слышали биение сердец друг друга в этой тишине. Она обнимала его, крепко прижимая к себе, и он чувствовал единение с ней, пусть и не знал ее. Благодаря ей, Мальбонте понял — он не один в этом мире. Он не одинок. Ему больше не страшно. В душе засела опустошенность, а в сердце было тепло, которое дарила ему эта девушка. Он готов был признаться, что прежде никогда не чувствовал подобного… Словно, ты знаешь, что пока этот человек рядом — ты сможешь все. Ты все переживешь. Но пока что она была видением. Призраком. Душой из далекого будущего. Вики отклоняется, заглядывая ему в лицо. Сама она заплаканная, разбитая, и Мальбонте понимает — время кончается. Она сейчас уйдет, а реальность снова вернется к нему. Он не хочет, чтобы она уходила. Мальбонте осторожно касается своей маленькой ладонью ее щеки, и Вики приоткрывает рот, судорожно выдыхая. — Я обязательно найду тебя, Вики, — кивает Мальбонте. Она берет его ладонь, оставляя на ней нежный поцелуй. — Ничего не бойся, — произносит она. — Не буду, — кивает он снова, разглядывая ее. Шатенка снова улыбается и обнимает его вновь, заключая в свои крепкие объятия. Они стояли так некоторое время, прежде чем Вики произнесла слова, которые навсегда изменяют его жизнь: — Я люблю тебя, Мальбонте, — уверенно произносит она. Мальбонте застывает, а Вики отклоняется от него. Убирает черную прядь волос с его лба каким-то заботливым, трепетным жестом. — Всегда буду любить. Знай, ты не один в этом мире. Я с тобой. Мы обязательно встретимся, — шепчет напоследок и потом тихо добавляет: — Прости меня… Ее крепкие объятия исчезают вместе с ее теплом. Мальбонте резко выдыхает, просыпаясь, и ангелы вокруг оживают. Он силится закричать. Боль снова разрывает его на части. Она ушла. Ему хочется разрыдаться. Хочется разорвать свое тело на части, чтобы не чувствовать эту боль. Он слишком много потерял. Сначала доверие существ, затем родителей, теперь ее… Мальбонте даже не замечает, как ангелы хватают его. Глаза его связывают плотной тканью. Подхватывают его на руки, начиная уносить куда-то. А он не противится. Не боится. Больше нет. Мальбонте знает, пройдет время, и справедливость восторжествует. Пройдет время, и его мучения кончатся. Пройдет время, и он встретит ее… И больше никуда ее не отпустит.

***

Вики медленно открыла глаза, тяжело дыша. На ее глазах застыли слезы. Видение из прошлого, в котором ей показали Мальбонте перед тем, как его разделили на две части. Перед тем, как ему предстояло пробыть во тьме тысячи лет. Это видение вызвало у нее сильные чувства, да такие, что она призналась ему. И она нисколько не сомневалась в своих словах в том видении, пусть они были сказаны на эмоциях, из-за сильных чувств, что накрывали ее по отношению к этому маленькому мальчику. Но, получается, Мальбонте тоже помнит тот момент? Почему он не говорил раньше?.. Солнечный свет проник в комнату, освещая все пространство. Девушка не ощущала бодрости, все тело затекло, а голова гудела. Мальбонте в комнате не было, но, похоже, он всю ночь пробыл здесь — чувствовалась его энергия. К тому же, ей не снились кошмары. Так было, когда Мальбонте проводил с ней ночь. Дверь в комнату аккуратно открывается, и Вики видит, как полукровка и еще какой-то демон с подносом в руках проходят в комнату. Внутри девушки все затрепетало от одного его вида. Темноволосый увидел, что девушка проснулась, и улыбнулся ей: — Доброе утро, — он прошел к креслу недалеко от кровати и сел, а демон подошел к девушке, ставя поднос с сервизом на прикроватный столик и присаживаясь на кровать. Вики сделала брови «домиком» и взглянула на полукровку, встречаясь с родными черными омутами. — Доктор осмотрит тебя, — добавил Мальбонте, видя ее вопрос в голубизне глаз. Он был строг и холоден, как всегда, но глаза его выражали беспокойство, когда он наблюдал за действиями лекаря. Демон аккуратно коснулся перебинтованного плеча девушки, и Вики сдержала себя, чтобы не вздрогнуть от неприятного ощущения. Доктор ловко размотал бинт, открывая вид на рану. — Рана глубокая, — произносит врач. — Госпожа, как вы допустили, что вас поранили? Вики нахмурилась. — Меня отвлекли, — ответила, особо не задумываясь. Да и какое ему дело? И снова это обращение… — Отряды Цитадели смазывают мечи специальным ядом, раны после которого заживают дольше обычного, — объясняет лекарь и смотрит на девушку. — Вы — единственная, кто вернулся раненной. И это не менее удивительно. Врач взглянул на Мальбонте. — Я промою рану раствором, после забинтую, — говорит демон предводителю. — Госпожа Виктория должна будет поесть. Сегодня ей нужны отдых и хороший сон. Мальбонте кивает в ответ. — Я обо всем позабочусь, — строгим тоном заверяет брюнет. — Можете быть свободны. Благодарю за помощь. Врач кивает и молчаливо удаляется. После того, как дверь закрылась, Вики взглянула на Мальбонте снова. Полукровка поднялся с кресла и пересел к ней на кровать. Взял раствор и смочил им бинт, затем приложил его к ране девушки. Вики закусила губу, и это не ускользнуло от его взгляда. — Терпи, — приказным тоном сказал он. Вики стиснула челюсти. Девушка была единственной, кто вернулся из армии раненной. Ее это одновременно удивляло и расстраивало. Мальбонте прочитал грусть в ее лице и озадаченно взглянул на шатенку. Непризнанная едва нахмурилась будто от боли. — Я… такая слабая, — сорвалось у нее с губ. Мальбонте склонил голову в бок, наблюдая за ней. — А я, наоборот, уже собирался тебя похвалить, — его губы дрогнули в улыбке, но черные омуты выражали серьезность. — Это твоя первая операция, и ты справилась с ней, как настоящий предводитель. Демоны мне только и говорили, какая ты чудесная женщина. Их Госпожа. Он убрал смоченный раствором бинт и взял другой, начиная обматывать ее рану на плече. Вики снова посмотрела в его лицо. — Это ты их так попросил меня называть? — спросила то, что крутилось на языке. Мальбонте поднял на нее пронзительный, изучающий взгляд и едва ухмыльнулся. — Тебе не нравится? — спросил в ответ с лукавой улыбкой. Вики свела брови к переносице, а он смотрел испытывающе, выжидая ее ответа. — Не то, чтобы… — замялась девушка и потом добавила: — Просто… непривычно. Мальбонте завязал бинт на ее руке и улыбнулся, снова посмотрев на нее. — Привыкай, — коротко отвечает брюнет, кладя остатки бинта на стол. — Отныне, к тебе только так и будут обращаться… Госпожа Виктория, — с каким-то наслаждением сорвалось с его губ. Он усмехнулся вновь, но усмешка сошла с его лица также быстро, как его лицо посерьезнело. Вики знала, что Мальбонте все еще помнит о произошедшем между ними. Вики помнит, что она обещала себе сделать… Непризнанная тихо произносит: — Прости меня… — полукровка возвращает к ней проникновенные глаза. Кажется, прошла вечность после ее слов, сказанных от самого сердца. Он знал, она переживает, сильно переживает. За то, что не договаривала. За Люцифера, за маму. Хотел сказать что-то в ответ, но Вики продолжила: — Я должна была сказать сразу, — она несколько раз моргнула в попытке предотвратить жгучие слезы, которые так и норовились вырваться. Мальбонте не сводил с нее глаз. — Рассказать тебе, а я… Поступила как последняя трусиха, — поморщилась Вики в неприятной эмоции. А Мальбонте мягко улыбнулся. — Ты защищала своих близких, — проговорил Маль с пониманием. Вики возвела к нему голубые, мокрые глаза. — Я бы тоже хотел защитить своих близких. Поэтому, я понимаю тебя. — Тогда в коридоре, Люцифер… он предложил мне сбежать в Цитадель, — на выдохе призналась она. Мальбонте проникновенно оглядывал ее лицо. — Я была такой встревоженной, потому что не ожидала, что он… что он окажется на стороне моей матери. И я отказалась. Сказала, что я сделала выбор, что я выбрала твою сторону… Что я выбрала тебя, — закончила Вики и снова взглянула на него. Его губы едва приоткрылись, брови слегка поднялись в какой-то болезненной эмоции. Он словно был изумлен, но не ее поступком. Он был изумлен ей самой. Мальбонте тихо, но четко произнес: — Я не сомневался в тебе, Вики. Он взял ее за ладонь своей и крепко сжал. Вики ответила ему тем же и облегченно, радостно улыбнулась. Мальбонте мягко улыбнулся в ответ. А перед ее глазами словно появился тот самый мальчик, которого она обнимала во сне, который не хотел, чтобы она уходила от него. «Я обязательно найду тебя, Вики…» — повторились тихие слова мальчика в тот момент. Вики оглядывала его лицо, крепко сжимая его руку. В груди поселилось тепло у обоих. «Мы нашли друг друга, Мальбонте…» — пронеслось у нее в голове, пока на губах была улыбка, а в глазах только его черные омуты, словно читающие ее мысли. Несомненно, их мысли были в этот момент идентичны — с таким упоением и спокойствием они смотрели друг на друга, чувствуя тепло их соединенных ладоней. — «И я больше не оставлю тебя. Ни за что.»

***

Когда отряд ангелов во главе с Ребеккой оторвались от школы, Кроули призвал своего дракона, чтобы лететь на нем. Весь полет проходил в молчании, напряженном, холодном. Каждый, кажется, находился в своих мыслях. Когда вдалеке показалась Цитадель, Ребекка ахнула: каменная крепость по территории города была полуразрушена. — Что за черт? — выпалила она через зубы и резко ускорилась. Кроули и ангелы поспешили за ней. Ребекка приземлилась на центральную площадь Цитадели. Жителей города не было видно совсем, зато на улицах лежало внушительное количество мертвых тел ангелов-воинов. Пятый Серафим ужаснулась, оглядываясь вокруг. Постаралась вернуть себе прежний непоколебимый, строгий вид и поморщилась. Она повернулась к отряду ангелов и Кроули. — В совет, — смотрела на Кроули. — Срочно. Ребекка не помнит, как она смогла добраться до совета Цитадели: женщина на каждом пути встречала мертвые тела ее сородичей, которые пытались отстоять столицу. Серафим не могла понять, кто именно это сделал. Ведь единственный, кто мог убить такое количество ангелов — Мальбонте. Но он был в Аду и поднялся в школу сразу же по тревоге. Тогда кто это мог быть? Ребекка прошла в зал совета, сжимая ткань мантии в ладонях от нервов. Кроули неуверенно прошел следом, кусая губы. Когда серафимы успели стать такими нервными? Верховные Серафимы все так же сидели на своих местах. Когда к ним зашли пришедшие, они лениво подняли на них холодные взгляды. Ребекка не сдержала пренебрежения в лице. — Почему вы сидите здесь? — спросила она раздраженно. — Вы видели гору трупов на улицах города? Главный Серафим вскочил из-за стола, как-то резко и нервно, но двинулся к ней вниз уже более спокойно и непоколебимо. Ребекка не могла перестать морщиться от их высокомерности и одновременного равнодушия ко всему происходящему. — Кроули, — спустившись, обратился к ангелу Главный Серафим. Вопрос Ребекки он будто специально проигнорировал, выводя ее из себя. — Ты наконец-то дома. Рад тебя видеть. Но голос его был вовсе нерадостен. Скорее, выдержан и нарочито холоден. По правде, Главному Серафиму было все равно на старика Кроули. — Ребекка спасла меня, — со слабой улыбкой проговорил Кроули в ответ. Слова Кроули едва разозлили Главного Серафима. Было очевидно — эта злость направлена только на Ребекку. Но Серафим так и не позволил себе взглянуть на женщину. Только проговорил, злостно и угрожающе: — Вечно Ребекка не тех спасает, — через зубы с пренебрежением сказал Главный Серафим. Ребекка вздернула брови от его наглости. — Что ты несешь? — не выдержала она, злостно прошипев. Ангел, наконец, посмотрел на нее свысока. Он подошел к ней совсем близко, оглядывая женщину. Его синие глаза выражали едва сдерживаемую ярость. — Кроули, — смотря на Ребекку в упор, обратился Серафим к нему. — Ты знаешь, кто так кроваво похозяйствовал у нас в Цитадели? Кроули дернулся всем телом, а Ребекка перевела на седоволосого ангела взгляд. Бывший директор школы словно проглотил язык на мгновение. Главный Серафим издевательски усмехнулся, медленно переводя на престарелого ангела злостный взгляд. — Что же ты молчишь, Кроули? — спросил он, глядя на бывшего директора школы без особого интереса. — При разговоре с Мальбонте ты был очень даже разговорчив. Кроули побледнел после его слов. — Что? — Ребекка не верила ушам. — Кроули? Ты говорил с Мальбонте? — Да, — только и смог вымолвить он в ответ. Ребекка дрогнула. — О чем ты с ним говорил? — тихо спросила женщина, болезненно вглядываясь в лицо своего некогда бывшего наставника. Кроули молчал. — Что ты ему сказал, Кроули? — но она не получала от него ответа. — Кроули, Кроули… — протянул безмятежно Главный Серафим, и его губ коснулась улыбка, не предвещающая ничего хорошего. — Расскажи Ребекке, что тебе удалось от него узнать. Кроули поднял глаза сначала на Серафима, стоявшего с издевательской улыбкой, а затем взглянул на напряженную до предела Ребекку. Он медленно разомкнул губы и тихо сказал: — Вики с армией демонов напала на город сегодня ночью, пока ты вызволяла меня из тюрьмы. Секунда. Удар. Прямо по всему ее телу. Словно камнем по голове, или куда хуже. Она не поверила услышанному. Ребекка перестала слышать, видеть, воспринимать что-либо. Женщина качнула головой в отрицании, будто пыталась избавиться от каких-то мыслей в голове, от его слов. Будто пыталась избавиться от осознания собственного проигрыша. Нет. Это не правда. Но она взглянула на Главного Серафима, что уже смотрел на нее со злостью, и поняла — это правда. Она проиграла в схватке с собственной дочерью. Теперь, Вики полностью предана тьме. Его тьме. — Приоритеты, Ребекка, — через зубы выпалил он. — Кого же все-таки приоритетнее спасти? Слабого Серафима или вторую половину Мальбонте, которую еще можно вернуть?

***

— Это… шутка? — тихо вырвалось у нее с губ. Мальбонте вдруг рассмеялся, также тихо и пленительно. — Почему ты постоянно ждешь усмешки с моей стороны? — спрашивает он в ответ, а потом сам же отвечает: — Ах, да, как же вселенское зло может приносить завтрак в постель? — подшучивает полукровка с лукавой улыбкой. — Я такого не говорила, — не сдерживает улыбки в ответ Вики. Мальбонте берет с подноса ломтик хлеба и джем. Вики с интересом наблюдает за ним. — Парадокс, — произносит он, попутно раскрывая упаковку джема. Берет нож, аккуратно подцепляет содержимое и искусно намазывает на хлеб. Вики с улыбкой смотрит на его действия. — Две вещи больше не смогут быть отделимы, если они не только прекрасное дополнение друг друга, но и единое целое. — Парадокс касательно хлеба и джема? — сдерживает усмешку Вики. — Ты такой философ. Мальбонте протягивает ей незамысловатую пищу. Вики услужливо принимает хлеб с джемом из его рук. Полукровка принимается за еще один ломтик хлеба. Девушка пробует бутерброд и прикрывает глаза в наслаждении. Мальбонте бросает на нее взгляды и не сдерживает улыбки. — Клубничный… — лепечет непризнанная сладостно, а потом смотрит на него радостным взглядом. — Как ты узнал, что это мой любимый? Мальбонте усмехается. — А как ты думаешь, чем я мог заниматься по ту сторону? Только наблюдать за тобой, — его слова на секунду заставили ее опешить. А Мальбонте пленительно тихо рассмеялся. — Ты серьезно? — спрашивает она, не веря, и опять ловит его пронзительный смех. — Конечно, серьезно, — отвечает он без сомнений. — Ты видела когда-нибудь, чтобы я шутил? Вики цокает языком и делает еще один укус. Пережевывает, пока Мальбонте наблюдает за ней, контролируя процесс. Несомненно, все должно находится под его строгим контролем. Даже здоровье Вики и ее аппетит. Девушка поднимает на него глаза, смущаясь. — Любуешься? — голубоглазая силится, чтобы не улыбнуться от смущения, пока она ощущала его пристальный взгляд на себе. — Нельзя? — зато улыбается он. — Так уж и быть, — равнодушно и одновременно с насмешкой тянет Вики и добавляет: — Тебе можно. Очевидно, оба вспомнили утро в лагере, полностью процитировав слова, принадлежавшие друг другу. Вики перестает жевать, полностью обращая свое внимание на Мальбонте. На ее губах расплывается пленительная улыбка. Маль растворяется в лукавой улыбке в ответ. Чувствуют, как внутри все теплеет, трепещет. Мальбонте тянется к ее губам и медленно касается их пальцами в порыве чувств, убирая с уголков ее губ джем мягким, уверенным движением. Вики застывает, наблюдая за ним. Полукровка убирает большим пальцем джем, оглаживает ее губы по контуру, и девушка ощущает, как внутри все стремительно падает куда-то вниз. Вики решительно касается его пальца в поцелуе, чувствуя сладкий привкус джема. Затем целует снова, и Мальбонте, завороженный ее действиями, чуть толкается им между ее разомкнутыми губами. Он тяжело дышит, а Вики принимается слизывать сладкий джем с кожи его пальца. Кажется, обоим сносит крышу. Мальбонте толкается в ее рот чуть глубже, и Вики тут же принимает его с каким-то наслаждением. Девушка прикрывает глаза, продолжая проходится языком по его пальцу у себя во рту. Он же исследует ее рот, темными омутами следя за ее действиями. Желание с грохотом падает куда-то вниз. Вики поднимает на него изучающие глаза, а Мальбонте громко выдыхает и просыпается от наваждения. Медленно убирает палец, касаясь ее лица ладонью в мягком жесте. Пленительно тихо произносит, все еще не отнимая от нее проникновенных глаз: — Не сейчас, — было видно, что ему трудно удержаться. Но он стойко выдержал свое сильное влечение в данный момент, захлестнувшее их вместе. Вики тихо выдыхает. — Тебе нужно восстановиться. — Мне уже лучше, — отвечает она тихо, и улыбка касается ее губ. Мальбонте улыбнулся в ответ. — Сегодня ты отдыхаешь, — все равно настаивает полукровка. — Ты вчера много пережила. Поэтому, тебе нужно восстановиться если не физически, то душевно. Вики чуть погрустнела, вспомнив о чем-то. Перед глазами проносились вчерашние события, словно возвращая ее туда. Крылья ангелов, пропитавшиеся кровью. Крики существ. Ужас в их глазах. Мими и Дино, смотрящее на нее снизу со слезами на глазах. И она виновница этого кошмара. — Я должна тебе кое-что еще рассказать, — облизывая губы, произнесла шатенка. Мальбонте вернул ей внимательный, проникновенный взгляд. — Не должна утаивать. — Говори, — мягко ответил и кивнул. Вики снова вздохнула. Мысли перемешались в кашу. Она растерянно оглядела комнату, а потом опустила взгляд куда-то на покрывало. Глаза заслезились. — Мими и Дино… они вчера были на операции, — начала она. Эти слова, это признание давалось ей с тяжестью. Мальбонте не сводил с нее черных омутов. — Они летели со мной, и я узнала об этом, когда мы только приближались к Цитадели. Оказывается, у них был план. Мальбонте вдруг усмехнулся, перенимая внимание девушки на себя. — Дай угадаю, — перебил он ее с улыбкой, но с какой-то неприятной, пренебрежительной. — В плане был замешан Люцифер? Вики с тяжестью кивает. Мальбонте снова усмехается. — Да, — вслух соглашается с его предположением. — Мими и Дино остались в Цитадели. Я не стала их удерживать. Девушка подняла на него глаза, внутренне сжавшись. Она боялась его реакции на ее решение. Боялась, что он разозлится или скажет, что она глупая, — и в принципе это было бы обосновано и верно. Но ожидаемой ей реакции с его стороны не последовало. Мальбонте молчал, оглядывая ее лицо. Вики все еще была напряжена. И только его вопрос в следующий момент заставил ее удивленно распахнуть глаза: — Ты расстроена? Его вопрос содержал в себе нотки холода и в то же время едва слышимой заботы. Его не волновало, что ее друзья переметнулись с предательством на сторону врага. Его волновали ее чувства. Вики растерянно оглядела его в ответ. — Думаю, если я скажу «нет», то я совру, — ответила она уклончиво. Мальбонте слабо улыбнулся, понимающе кивая. Вики вздохнула. — Прости. Я чувствую себя виноватой перед тобой. Но они все же что-то значат для меня. Я не смогла иначе. Я их отпустила… Шатенка опустила глаза куда-то в простынь снова, а Мальбонте взял ее за руку, сжимая ее и привлекая к себе внимание. Вики подняла на него глаза. — Ты не должна себя винить, — ответил он стойко, глядя ей в глаза. — Ты сделала так, как считаешь нужным. Ты приняла решение, а не металась из стороны в сторону. Это уже хорошо. — Но я могла их остановить, — говорит она. Он мотает головой. — Нет, — отрицает. — Не смогла бы. Я изначально понимал, что они на моей стороне условно. Молчал и ждал, пока они раскроют свои настоящие планы. И они это сделали. Вики болезненно оглядывает его. — Что ты с ними сделаешь? — спрашивает она с тяжестью в голосе. — Ты убьешь их? Мальбонте тяжело выдыхает, сжимая ее ладонь крепче. Ему будто не понравились ее слова. — По своей сути, я должен, — ответил непоколебимо, и все внутри Вики опустилось вниз. Но темноволосый добавил через секунды: — Но я не монстр, Вики. Они твои близкие, и я не хочу причинять тебе боль. Я не стану их трогать, но только в том случае, если они не будут угрозой для твоей жизни или для моей. Вики задержала дыхание. Она прикусила губу, оглядывая его взглядом, полным благодарности и света. Мальбонте заметил ее свет в глазах. Именно этот свет заставил принять его такое решение. Решение, в котором он не будет трогать ее близких. Именно так ее свет влияет на него. — Люцифер пока сидит в клетке, — сказал Мальбонте через время, и Вики вернула к нему взгляд. — Но я знаю, он будет пытаться выбраться. — Мне так жаль, что они все это время вели свою игру, преследовали свои цели, — Вики задумчиво и одновременно грустно опустила глаза, едва мотая головой. — Я думала, если они не за тебя, то они хотя бы будут за меня… Но, нет. Они не за меня. Они против меня. — Смотря, с какой стороны на это взглянуть, — проговорил Мальбонте в ответ, тоже переводя взгляд куда-то в сторону. — Думаю, они все еще за тебя. Но не за твои идеи. Они хотят тебя вернуть. Вернуть ту, что была до встречи со мной. Вики подняла на него взгляд, полный возмущения, но он был направлен не в сторону полукровки. — Но меня не надо возвращать! — проговорила она недовольно. — Я все та же Вики! Все та же, просто преследую те же цели, что и ты! Мальбонте успокаивающе улыбнулся и коснулся ее лица в нежном жесте. — Я знаю, что это ты, — без сомнений ответил он, и Вики ощутила, как возмущение в груди мгновенно потухает, уступая привычному спокойствию рядом с ним. — Я все знаю. Но они так не считают. Вики тяжело выдыхает. Мысли о друзьях совсем ее не радовали. А о матери даже думать не хотелось — каждая мысль о некогда близких людях, которые оказались на противоположной стороне, давалась ей болезненно. Мальбонте все еще оглаживал ее лицо, и Вики подняла на него глаза. Но теперь у нее другой близкий, который принимает ее такой, какая она есть. Она не одна. Также, как и он. — У меня сегодня было видение, — вспомнила Вики. Слова давались ей с некой сложностью, но она должна была сказать. — Момент из твоей жизни. Перед тем, как тебя должны были разделить на две части. Мальбонте проникновенно глядел на нее. Внимательно, как-то покровительственно, словно на ребенка. Заботливо оглаживал ее лицо, а Вики смотрела на него. Его губ вдруг коснулась слабая, понимающая улыбка. — Ты помнишь… помнишь мои слова? — спросила она тихо, не сводя с него глаз. Мальбонте кивнул. — Я обещал тебя найти, — проговорил уверенно, рукой находя ее руку. — И я нашел. Вики на секунду замерла, все еще глядя на мужчину. Он улыбался. Кажется, не требовалось больше слов. Внутри них все необъяснимо трепетало от нахлынувших чувств. — Ты призналась мне, — вдруг перебил он тишину, снова заглядывая ей в лицо проникновенными черными омутами. — Пусть и на эмоциях, но это говорит о многом. Это говорит о серьезности наших с тобой чувств. О серьезности нашей связи. Вики молчала. Растерянность захватила ее с головой. Она знала, он ждет этих слов, которые шатенка произнесла ему маленькому в прошлом. Он ждет их сейчас. Но полукровка словно не хочет давить на нее. — Полюбить того, кого тысячи лет называли чудовищем, полюбить его тьму… Это отчаянное решение, — грустно усмехается Мальбонте. Вики не сводит с него разбитого взгляда. — Я не требую от тебя этих слов сейчас. А после победы сможешь их смело произнести, — он сжал ее ладонь и улыбнулся уже более шире. Вики улыбнулась в ответ. — Твои действия говорят гораздо больше, чем слова. Ты остаешься со мной, несмотря ни на что. И ты мне всего мира дороже, Вики. Она сжала его ладонь в ответ еще крепче. Внутри от его слов все трепетало. — Ты мне дорог, Мальбонте, — ответила взаимностью Вики. «Ты мне всего мира дороже…»

***

Мальбонте все также настаивал на отдыхе Вики, несмотря на ее уговоры о том, что она уже полностью в порядке и восстановилась. Полукровка буквально приказал ей отдыхать сегодня и наслаждаться временем так, как ей вздумается. А его приказам нельзя перечить. Полукровка же был занят армией и составлением дальнейшего плана по наступлению. В Аду сегодня было особенно жарко: все демоны переговаривались о заключенном за решеткой Люцифере. Шептались, что сын Сатаны теперь на стороне ангелов и предатель. Мальбонте находился перед картой Небес в зале совета Ада, расчерчивая на поверхности карты пути наступления. Теперь, после операции Вики, ему нужно было заявить о себе самому, чтобы ангельскому народу не оставалось сомнений — грядет война… Он раздумывал о возможных действиях, как вдруг Везельвул прервал его: — Что теперь будет с Люцифером? — спросил демон, мигом приковывая внимание Мальбонте к себе. Полукровка взглянул на него с пренебрежением. — Когда вы его отпустите? — Когда посчитаю нужным, — непоколебимо, с холодностью ответил Маль. Везельвул сдержался, чтобы не возмутиться, и темноволосый это заметил. — Зачем вам Люцифер? Он на стороне Цитадели, Везельвул. Мальбонте посмотрел на советника крайне пристально, сощурившись. Везельвул дрогнул всем телом и приоткрыл рот в немом звуке. — Люцифер… Люцифер будущий правитель Ада, — старался вернуть себе прежнюю твердость в голосе демон. — Будущему правителю не подобает сидеть в темнице, Господин. Мальбонте злостно усмехнулся, оглядывая советника. Остальные советники, услужливо молчавшие, не хотели лезть в перепалку. Но им тоже не нравилось, что сына Сатаны заключили в тюрьму. Мальбонте обвел их всех взглядом и непоколебимо, твердо произнес. От его тона каждый волос на теле советников встал дыбом: — Если я узнаю, что, оказывается, вы с Люцифером заодно, — в его голосе прослеживалась угроза, но сталь была на первом месте. — Я не буду заключать вас в тюрьму. Просто снесу ваши головы, а Люцифер выберет других советников, когда война закончится. Вам все ясно? Везельвул прикусил язык и только через время кивнул, глядя на Мальбонте широко распахнутыми от страха глазами. Полукровку позабавил его страх. Высшие демоны и ангелы боятся его… До чего же удивительна власть высших существ. — Можете быть свободны, — отчеканил Мальбонте, скрывая раздражение в голосе. — От вас никакой помощи, только жужжание над ухом, — он показательно взглянул на крылья Везельвула, имеющие вид крылья земной мухи. Советники за считанные секунды растворились в воздухе, покидая зал совета, а Мальбонте продолжил заниматься картой. Только вскоре его занятие опять прервали. Беспокойный демон зашел в зал, привлекая к себе внимание полукровки. — Господин! — обратился он, почтительно поклонившись. Потом прошел ближе. — Вам пришло письмо от неизвестного. Демон протянул ему конверт. Мальбонте взял бумагу из его рук. — Благодарю, — ответил полукровка. — Свободен. Демон удалился, а Мальбонте присел на стол, принимаясь открывать конверт. Медленно его распечатал, потом взял бумагу, разворачивая ее. Недовольно вздохнул, даже как-то устало. — Никак не успокоишься, Ребекка, — проговорил он, начиная читать. «Да, ты прав, я не могу найти себе места. Ты забрал у меня не только дочь, Мальбонте, но и спокойствие. По возвращению в Цитадель, признаюсь честно, я была в ужасе. Но еще в большем ужасе я была, когда узнала, кто именно приложил к этому руку. Но я не боюсь ни тебя, ни своей собственной дочери. Я предлагаю вам разговор. Прилетайте в Цитадель. Ты и Вики. Возможно, нам удастся найти решение проблемы с помощью общих компромиссов. Могу гарантировать, что ангелы вас не тронут. Для безопасности, можете взять свою армию с собой, но никто не должен ни на кого нападать. Надеюсь на твое понимание и надеюсь, что война не развяжется раньше времени. Жду вас через три дня в Цитадели. Ребекка Уокер.» Мальбонте задумчиво отнял взгляд от бумаги, рассуждая у себя в голове. Общие компромиссы? Ангелы только сейчас решили задуматься об этом? Надо было накалить отношения с демонами до такого предела, чтобы в итоге пригласить на обсуждение компромиссов? Что-ж, Мальбонте не против встретиться с серафимом. В любом случае, ему нужно изучить Цитадель, и даже сделать кое-что еще. Кое-что важное, что нужно уничтожить. «В зал Шепфа разрешен вход серафимам и ангелам со светлой душой…» — вспомнил полукровка слова Кроули. Осталось обо всем предупредить Вики и надеяться, что ее душа достаточно светлая для этого секретного зала, что Мальбонте помнил еще с детства.