Тьма тебя поглотит

После тренировки Вики чувствовала себя иначе: она была полна сил и энергии, которые переполняли ее через край. Ей нужно было срочно что-то делать, пока поток силы не иссяк, — хотя, в ее случае это было невозможно вовсе. — Я могу тебе помочь чем-то? — спрашивает девушка, догоняя Мальбонте. Полукровка кинул на нее веселый взгляд. — Ну, если ты так хочешь, — усмехается темноволосый, обводя темными омутами пейзажи Ада. — Проведи утреннее построение армии. Вики нервно сглотнула слюну, смочив пересохшее от нахлынувшего волнения горло. Взглянула на него слегка растерянным, перепуганным взглядом. Мальбонте взял ее на пари: — Если ты не струсила, конечно, — усмешка, пляшущая на его губах, заставляет ее напрячься всем телом. Он смеется над ней? — Я не трусиха! — недовольно отвечает Вики. Мальбонте возвращает к ней забавляющийся взгляд и резко останавливается, из-за чего шатенка врезается лицом в его грудь. Мальбонте усмехается снова. — Тогда иди, — он весело щелкает по ее носу пальцем. Вики возмущенным взглядом оглядывает его, складывая руки на груди. Полукровка изучающе наблюдает за ней. — Давай, предводительница армии. Госпожа Виктория. Время проявлять себя, моя светлая душа. — Хорошо, Господин Мальбонте, — закатывает глаза и начинает уходить, но Мальбонте хватает ее за руку и резко прижимает к себе, отчего дыхание ее спирает. Она поднимает на него глаза, видя в его лице все ту же усмешку. — Уже передумали меня отпускать, Господин Мальбонте? — равнодушно, с едва прослеживаемым лукавством спрашивает голубоглазая. Полукровка хитро щурится. — Невозможно отпустить того, кто является твоей неотъемлемой частью, — тихо говорит он ей, сверкая огоньками в черных омутах. Вики изумленно оглядывает его лицо, приоткрывая пухлые губы, а Мальбонте снова улыбается, наблюдая за ней. — Твоя свобода временна. Потом снова будешь в заточении моих объятий, — усмехается он, и Вики не сдерживает улыбку в ответ. — Какой ты тиран, — проговаривает шутку с серьезным лицом и касается его груди ладонью, заглядывая ему в глаза. — И тебе это нравится, — отвечает полукровка беспрекословно. — Ну, я душевнобольная, — парирует Вики, переводя на себя стрелки. Оба все также улыбаются. — И как называется твоя болезнь? — лукаво спрашивает темноволосый. — Она называется… Мальбонте, — девушка отклоняется от него, начиная уходить, и чувствует его прожигающий взгляд в свою спину ровно до того момента, пока не скрывается за жилыми домиками в Аду.

***

Вики приближалась к адской крепости. Увидев ее еще вдалеке, девушка внутри ощутила какую-то опустошенность и одиночество. Замок напомнил ей о его хозяине. «Мне нужно будет навестить Люцифера…» — сама поймала себя на мысли шатенка, стараясь больше не зацикливаться на демоне в своей голове. Демоны медленно собирались напротив крепости. Их было тысячи, десятки тысяч. Вики сжала кулаки, ощущая нарастающую нервозность. Да, ей приходилось управлять армией, но все равно она не переставала чувствовать себя не в своей тарелке. «Это твоя обязанность, — говорит себе непризнанная, мотнув головой. — Ты помогаешь Мальбонте.» Когда девушка подходила ближе, демоны начали оборачиваться на нее. Они обращали к ней многочисленные взоры, полные ожидания. В их лицах читалось доверие — они уже знают, кто такая Вики Уокер. — Здравствуйте, Госпожа! — Госпожа! — Госпожа, доброе утро! Демоны, что были посмелее, здоровались с Вики. Многие из них кланялись или же склоняли голову вниз. Шатенка улыбнулась, взглядом встречая каждого рядового демона. Старалась улыбнуться каждому, как бы передавая им свой добродушный настрой. Демоны улыбались ей в ответ. Вики прошла ближе к замку, становясь на ступени и возвышаясь над демонами. Огромная армия… И одна девушка над ними, окидывающая своих сторонников строгим взглядом голубых глаз. — Приветствую, демоны! — Вики подняла руки вверх в приветствии, и демоны благодатно взревели ей в ответ. По ее телу прошли мурашки. Ощущение, что тебя слышат, что на тебя равняются и внимают твоим словам, заставляет ее благоговейно улыбнуться. — Мальбонте доверил мне ваше утреннее построение! Как вы себя чувствуете, демоны? Одно существо за другим начинало что-то кричать ей в ответ. Вики успела разобрать через множественные крики определенные слова: — Мы полны сил, Госпожа! — Все хорошо, Госпожа! — Госпожа, а как вы себя чувствуете? Вики нашла глазами того демона, кто задал ей вопрос о ее самочувствии. Снова слабо улыбнулась и кивнула ему. — Все отлично, — громко заверяет она. — Я хотела бы выразить вам свою благодарность за нашу операцию. Вы самые лучшие бойцы, которых я встречала! Настоящая команда, сильная духом армия! Я восхищаюсь вами, демоны! Демоны радостно взревели вновь, внимая ее словам с благодарностью. Вики оглядывала армию с нескрываемым восхищением в глазах. — С новым днем вас! — Вики дарит каждому демону своими словами свет, пока она способна на это. — Новый день, в котором мы станем ближе к своей цели! Ближе к справедливости! — демоны продолжали поддерживать ее возгласами. — У вас есть ко мне вопросы?

***

Вики даже не знала, радоваться ей или плакать от того, сколько демонов подошло к ней с вопросами. В основном, вопросы были касательно армии, ее благоустройства, запасов еды и воды, оружия. Но были и те, кто спрашивал о ее самочувствии лично. — Вчера в столовой Ада сломался последний нож, Госпожа! — с грустным лицом пролепетал демон, смотря на девушку молящими глазами. Вики мягко улыбнулась. — Позаимствуй кухонные приборы из школьной столовой, — кивает она. — Уверена, с этим не должно быть проблем. Они все спрашивали у нее и спрашивали, порой даже совершенно очевидные вещи. Вики начала ловить себя на мысли, что многие демоны просто хотят с ней поговорить. — Как вы себя чувствуете, Госпожа Виктория? — с беспокойством оглядела ее дьяволица. Ее голос дрожал, словно она побаивалась непризнанную. — Мы с мужем когда узнали, что вы единственная раненная, мы так переживали за вас! Вики взяла дьяволицу, которая явно была старше ее по возрасту, за руки, слегка их сжимая. Мягко, понимающе улыбнулась женщине, склоняя голову в бок. — Спасибо за ваши переживания, — тихо говорит ей Вики. — Я в полном порядке. Это было недоразумение. — Вы такая сильная девушка! — с восхищением проговаривает дьяволица. Было видно, как прикосновение Вики подарило этой женщине какую-то необъяснимую радость. — Господин Мальбонте ставит вас в пример всей армии! Губ Вики коснулась более широкая улыбка. Мальбонте ставит ее в пример… — Спасибо вам, — крепче сжимает ее ладони и потом отпускает. — Если будут проблемы, обращайтесь обязательно! Дьяволица кивает и кидает на девушку все такой же радостный взгляд, а потом уходит. Следующие демоны подходят к ней со своими вопросами, на которые Вики принимается услужливо отвечать. Непризнанная не знает, сколько времени ушло на всю эту «церемонию», но под конец длинной очереди она ощущала себя вымученной. Пожалуй, Мальбонте был прав — лучше бы она струсила. — Благодарю вас, — улыбается Вики последнему демону, пожимая ему руку. Когда он с улыбкой удаляется, девушка выдыхает, прикрывая глаза. — Все… — тихо под нос шепчет она, а когда открывает глаза — видит перед собой Ади. Вики не скрывает изумления, а следом радости. Она расплывается в широкой улыбке. — Ади! — Привет, — демон тоже улыбается ей, и Вики не сдерживает эмоции: в порыве радости бросается ему в объятия. Ади немеет на время, но потом заливается смехом и обнимает ее в ответ: — Ты так рада меня видеть? — Не представляешь, как, — Вики ощущает, как глаза невольно слезятся. Нет, она не должна плакать… Не должна вспоминать. Но Ади был ее прошлым, связующим с ее прошлой жизнью. Связующий с Мими, Дино, Люцифером, школой. Со временем, когда все было так беззаботно и легко. Когда единственным твоим выбором было принять сторону ангела или демона. Когда единственной трудностью было очередное земное задание, а ворчание Фенцио — неприятным звуком для ушей. А сейчас она скучает даже по ворчанию Фенцио… — Как ты? — отклонившись от девушки, спросил Ади. Заглянул ей в лицо, обводя ее черты внимательными, зелеными глазами. Вики улыбнулась. — Все хорошо, — отвечает стойко и беспрекословно. — А ты как? — В целом, неплохо, — улыбается Ади, но потом улыбка сходит с его лица, уступая место какой-то серости, растерянности. Вики наблюдает за ним. Ади вдруг произносит: — Я хотел узнать у тебя… — О чем? — спросила она, когда он замолчал на время. Слегка напряглась и насторожилась, мысленно понимая, про что демон именно хочет спросить. И ее интуиция ее не подвела. — Где… Мими и Дино? — Ади поднял на нее потерянные глаза. Сердце Вики пропустило удар. Она задержала дыхание на время, не зная, что и ответить. Вид Ади был очень грустный… словно он остался совсем один. — Ади… — тихо отзывается шатенка, с тяжестью выдыхая. — Мими и Дино… сбежали. В Цитадель. Его лицо вытягивается в неподдельном изумлении, а через мгновение становится отрешенным. Ади редко моргает, переваривая услышанное. Вики добавляет: — Они были со мной на операции, и я узнала об этом достаточно поздно, — грустно выдыхает она. Ей самой было до сих пор сложно это осознавать. Осознавать, что друзья ушли от нее. — Люцифер договорился с моей матерью, и их приняли в Цитадель. Они не вернутся, Ади. Ади будто не слышит ее. Только смотрит куда-то в сторону стеклянным взглядом и молчит. Через время кивает, обращая на Вики равнодушные глаза. — Понятно, — отзывается демон равнодушным тоном. Вики не может понять его истинные чувства, но она знает, что он скрывает за равнодушием искренность. Ади закрывался в себе все больше и больше, и теперь перед ней стоял не тот самый озорной демон, что вселял своей веселостью свет в окружающих людей… Ади перестал быть таким, как Сэми не стало. — Прости… — тихо шепчет Вики, прикрывая глаза. — Я не стала их удерживать. Это их выбор. — Я не осуждаю ни тебя, ни их, — все также равнодушно говорит он и через время добавляет, переводя тему: — Ты снова прежняя? Вики поднимает на него растерянные глаза. — В каком плане? — спрашивает девушка, не понимая. — Ну, в плане, глаза у тебя снова голубые, — мнется парень, понимая, что затронул неоднозначную для Вики тему. — Прости, я… чушь несу, — морщится он. Ади опускает ее руки и начинает уходить. Вики дергается всем телом, двигается с места, чтобы догнать его. — Куда ты? — спрашивает непризнанная, стараясь скрыть свою грусть. Ади кидает на нее взгляд. — Заниматься поручениями Мальбонте, — сухо отвечает демон. — Найдешь меня здесь, если пригожусь. Удачи, Вики. И уходит совсем. Вики знает: Ади больно. Он уходит, потому что не хочет показывать свои истинные эмоции. Уходит, потому что не хочет открываться ей. И от этого понимания ей не менее больно.

***

Вики осознает, что до конца дня у нее достаточно времени, поэтому она собирается сделать то, что задумала. Поднявшись из Ада в школу, на нее вновь навеивают болезненные воспоминания. «Не думай…» — мысленно просит она себя, прикрывая глаза. Ноги сами ведут ее в сторону башни. В сторону темниц. Поднимается по ступенькам и снова вспоминает, как впервые здесь оказалась. «То разбирательство было достаточно инфантильным, » — вспоминает она слова Кроули и грустно усмехается. Вспоминает Адмирона Винчесто, что тогда сохранил правду в тайне, потому что ее мать была ему дорога даже до тех пор. Адмирон любил Ребекку, даже когда ему отсекали голову на плахе. А мама смотрела на него взглядом, полным боли, и молчала. Сатана усмехался над ее матерью… Сколько смертей… И их будет еще больше… Вики вздрагивает от своих же мыслей и останавливается на время. Может, она делает что-то неправильное? Может, ей не стоит туда идти? Для чего? Чтобы вновь ощутить еще не зажившую рану? Она замирает и поворачивает голову в сторону. Видит высокие двери в некогда бывшую комнату Бонта, защищенную специальными рунами. Только кого защищать, когда Бонт давно обрел свободу и обрел свою вторую часть, став полноценной личностью? Вики выдыхает и следует дальше. Нет времени медлить. Пора встретиться лицом к лицу с тем, кто некогда являлся ее близким тоже. Она поднимается к темницам и видит, что на их выходе стоят демоны. Увидев девушку, они дернулись всем телом. — Госпожа Виктория? — спросил один из них. — Что вы тут забыли? Вики на секунду теряется, но понимает, что врать смысла нет. Непризнанная уверенно произносит: — Я пришла поговорить с Люцифером. Демоны переглядываются между собой, потом снова смотрят на девушку. — Не смеем перечить Госпоже, — произносит второй демон. — Оставить вас наедине? — Да, пожалуй. Демоны уходят вниз по лестнице, на время удаляясь, а Вики тяжело вздыхает. Она увидит его сейчас. Медленно ступает в темницы. Ноги ее становятся ватными, в горле сохнет от нервов. Она снова дрожит, как тогда, когда приходила навещать его сюда… И не знает почему, точно также, как и тогда. Вики проходит к одной из клеток, зная, что он там, в темноте. Его энергия ощущается отчетливо, но сам он не подает никаких признаков жизни. Шатенка дергается всем телом, приближаясь к решетке и касаясь ее ладонью, вглядываясь в темноту. — Люцифер? — спрашивает голубоглазая. Голос ее едва дрожит. Она выдыхает. — Люцифер, ты здесь? — не теряет попытки достучаться до демона девушка. Но в темноте совсем ничего не видно. Вики болезненно сводит брови и мгновенно создает в руках красный огненный шар, бросая его в факел за решеткой. Пространство освещается, и Вики, наконец, видит, как Люцифер разлепляет сонные веки. Он заключен в золотые кандалы, которые крепко приковали его тело к стене. — Непризнанная? — хрипло тянет он, еле открывая глаза. Его энергия оживает, как и он сам. Видимо, голод и жажда измучили его, и теперь он совсем ослаб. — Ты настоящая? — спрашивает с каким-то сомнением. — Я настоящая, — отвечает Вики. С его губ слетает слабая усмешка. — Решила тоже сесть со мной в камеру? — от его вопроса Вики вздрагивает. Люцифер устремляет в нее уже более осознанный, но все еще нетрезвый взгляд. — Ах, да, точно. Забыл, что ты приняла решение и что ты упертая. Вики вскидывает брови. — Люцифер, я пришла сюда не шутки шутить, — серьезно проговаривает она. Люцифер поджимает губы в легкой улыбке. — Пришла сказать, что я дурак? — произносит, словно знает ее тысячу лет. И Вики кивает. — Это было глупо… так подставляться, Люцифер, — с едва прослеживаемым недовольством проговаривает она. Вики не хочет на него давить. Знает, что ему тяжело. Но и тяжело и ей, зная, что он сидит здесь в одиночестве. — Ради чего ты это сделал? Люцифер устремляет в нее острый взгляд алых зениц и произносит уверенно, беспрекословно: — Ради тебя. Вики замирает от его слов. В голове мигом проносятся множественные вопросы, которые она, вероятно, никогда не сможет озвучить. Даже находясь здесь, неподалеку от него, Вики понимает — их разделяет не только решетка. Их разделяют стороны, взгляды и идеи. Теперь они от друг друга далеко. — Тогда это было еще глупее, — отвечает она отчаянно. — Не надо ничего делать «ради меня». Люцифер опускает голову, но на губах его пляшет легкая, местами злостная улыбка. Вики наблюдает за ним. — Потому что уже есть тот, кто ради тебя готов на все? — спрашивает то, что сразу же устремляется острым кинжалом в ее сердце. Вики болезненно прикрывает глаза. Она не отвечает. Не может, потому что не хочет врать. А если скажет правду, то согласится с ним. И это сделает ему больно. Люцифер тоже молчит некоторое время. Лицо его отстраненное, равнодушное. Только глаза его снова в нее устремляются, прожигают своим огнем, изучая. Он тихо спрашивает: — И как тебе на его стороне? — в его вопросе не было колкости, не было злости или ехидства. Обыкновенный вопрос. Вики подняла на него стеклянные глаза. — Меня все устраивает, — отвечает она уверенно. Демон кивает. — Я рад… — произносит Люцифер тихо. Слова ему даются со сложностью, но он продолжает: — Рад, что с тобой все в порядке. Может, он даст тебе то, чего не дал я. Ведь… ведь я не знаю, как нужно любить… Вики теряется в его словах, произнесенных на этот раз до конца. Он сказал то, что не мог сказать раньше. Вики сжимает кулаки и челюсти. Глаза прожигают непрошенные слезы, которые девушка стойко сдерживает. Она не будет плакать. Все в прошлом… Вместо слез Вики чувствует злость, которая разрастается по ее телу от кончиков пальцев на ногах до самой макушки головы. Непризнанная знает — он пытается вызвать в ней чувства, вернуть ее к себе. Но уже поздно. Шатенка приближается к клетке, с возмущением через слезы проговаривая: — Не смей, Люцифер! Не смей влиять на меня тем, что было мне когда-то важно! — стиснув челюсти, через зубы проговаривает Вики. Люцифер смотрит на нее проникновенным взглядом. — Ты не вернешь меня! Все в прошлом! Люцифер все также усмехается. Без злобы, ненависти. Слушает ее и улыбается. — Я пойду воевать! На его стороне! И меня никто не остановит! Люцифер в следующий момент произносит то, что заставляет Вики замолчать и услышать его: — Я все понимаю, — отвечает спокойно, уверенно. — Ты слишком прониклась его идеями. Готова идти по головам — это в духе Уокеров. Но, неужели, тебе будет все равно, когда ты увидишь мертвые тела своих близких? — О чем ты говоришь, Люцифер? — возмущается Вики, хмурясь. — Я не допущу, что вы пострадали в этой войне! — Я буду участвовать, — без сомнений говорит он. — И твоя мама будет. У нее точно нет выбора. — Я не притронусь к вам на войне, — через зубы проговаривает непризнанная. — Мальбонте тоже не будет вас трогать! Люцифер вдруг заливается смехом, глубоким, грудным, даже каким-то горестным. Вики снова оглядывает его, не понимая этого смеха. Брюнет видит ее озадаченность и решает поиграть на ее нервах: — То есть, благородный Мальбонте оказался подлым лжецом? — злостно усмехается Люцифер, въедаясь в ее лицо горящими алыми зеницами. — Или ты настолько ослепла его обходительностью, что не понимаешь очевидного, Непризнанная? Вики режет ухо это обращение. Она поджимает губы, вовсе начиная не понимать, о чем именно говорит Люцифер. — Ты сейчас настраиваешь меня против него без особых оснований? — злостно спрашивает Вики, прижимаясь к решетке. — Факты, Люцифер! Мне нужны факты! Люцифер растягивает губы в той же злостной усмешке. — Факты, Уокер? — спрашивает в ответ немного тихо, как-то угрожающе, и не сводит с нее алых глаз. Ненависть льется из него через край, Вики чувствует его ярость. Но она не направлена в ее сторону. Ненависть Люцифера, скорее, обращена к этому миру. Брюнет отчеканивает, злостно и жестко: — Как тебе тот факт, Уокер, что Мальбонте в любом случае убьет твою мать? — Вики замирает на время, услышав его слова. Бред. Она мотает головой в отрицании, но он продолжает, стойко и непоколебимо: — Чтобы свергнуть власть серафимов, их нужно убить! Всех! Только тогда можно будет восстановить ангельскую власть наравне демонической! Мальбонте убьет Ребекку, Вики! Убьет, потому что другого выхода для восстановления равновесия нет! Ты убьешь собственную мать, Вики! Вики не слышит. Слова его разбиваются об ее сознание вдребезги. Она не верит. Нет. Мальбонте не убьет ее маму. Он говорил, что не будет трогать ее близких. Он не станет их убивать. Ей не придется прикладывать к этому руку. Мальбонте же не врал ей? — Поэтому я и хотел тебя увести от него! Увести к твоей матери! Потому что мне жаль, если твоя родная кровь окажется на твоих же руках! — Нет! — выпаливает Вики со жгучими слезами на глазах. — Ты не знаешь его! Он не будет ее трогать! — Нет другого способа свергнуть власть! — повторяет он снова. — Он врал тебе все это время, Вики! Вы убьете всех серафимов, всех! И твоя мать входит в их число! — Нет… Вики мотает головой со слезами на глазах. Люцифер замолкает на время. — Мне жаль… — произносит демон уже более спокойно. — Я пытался тебя отгородить от этого. И буду пытаться дальше. Вики поднимает на него глаза, все еще мотая головой. А потом медленно, но четко произносит: — Нет. Меня не надо спасать, — хриплым от слез голосом отвечает шатенка. — Я ни за что не оставлю Мальбонте и его идеи. Если придется убить того, кто захочет нам навредить — я убью, — уверенно произносит она. — Потому что наша связь с ним достигла своих пределов. Мои чувства к нему сильны. И даже если я совершу ужасную ошибку, я буду знать, ради кого я это сделала. Люцифер мотает головой. — Глупая… Глупая Вики Уокер… — Я поговорю с ним, — произносит шатенка уже более спокойно. — Попрошу рассказать его всю правду. Тем более, мы скоро встретимся с Ребеккой в Цитадели и обсудим все происходящее. — Ребекка никогда не встанет на его сторону, — уверенно заявляет демон, кинув на шатенку полный пренебрежения взгляд. Вики болезненно усмехнулась. — Она будет защищать ангелов. Будет отстаивать Цитадель против Мальбонте. — Ни о каком принятии стороны Маля моей матерью и речи быть не может, — соглашается непризнанная со злостной улыбкой. В ней бушевала обида и злость: ее близкие относились к Мальбонте как к главному врагу, разрушителю миров и монстру. А Вики с ним. Его правая рука, вторая половина его силы. Внутри нее не находит себе покоя чувство несправедливости за то, что никто из ее близких не понимает целей Маля. Они не знают его настоящего, его мотивов, мыслей. А Вики знает. Она продолжает: — Ребекка сама заявила о некотором компромиссе. Я не уверена, что мы к нему придем. Но я бы поговорила с ней в более спокойной обстановке. — Говори, пока есть время, — с равнодушием и холодностью в голосе отвечает ей Люцифер. И все же слова его звучали для нее болезненно. Они резали ее сердце на куски. — Вероятно, это последние ваши встречи, если ты не хочешь поворачивать назад. Вики стиснула кулаки и прошипела: — Ты! — жестом показала на брюнета. — Демон! И ты перешел на сторону моей матери? На сторону тех, кто столько веков ни во что не ставили твоих сородичей? И ты мне говоришь одуматься?! Если уж кому и надо одуматься здесь, так это тебе, Люцифер! — Твоя мать другая, — уверенно заявляет он. — Мое отношение к ангелам все такое же: я их ненавижу. Но Ребекка — один из немногих достойных представителей ангелов. А твой Мальбонте — помешанный на мести фанатик, стремящийся подмять этот мир под себя! — Мальбонте хочет войны не из-за мести! — выпаливает Вики, защищая полукровку. — А из-за чего? Из-за справедливости? Ее никогда не достичь, Непризнанная, — злостно отчеканивает Люцифер в ответ. — Ты сдался! — злится шатенка. — А я нет! Мальбонте наведет свои порядки, соответствующие его идеологии! Он сделает власть ангелов и демонов равной! И я пойду с ним! Рядом! И меня ни что не остановит: ни некогда близкие мне люди, ни смерти, ни ужасы войны! Я буду задыхаться в чужой и собственной крови, но потом я поднимусь на ноги! Ради Мальбонте! Ради его идей! — Сумасшедшая… — все равно не понимает ее Люцифер. Вики яростно выдыхает. — Мне жаль, что ты сидишь взаперти, — переводит тему она, окидывая его острым взглядом. — В этом только твоя вина. Маловероятно, что Мальбонте освободит тебя до войны. Освободит после ее окончания, чтобы ты взошел на Адский престол. Люцифер устремляет в Вики жесткий взгляд. Она добавляет, все также яростно: — И не смей отсюда сбегать! Это для твоего же блага! — Когда я выйду отсюда, — рычит он, дернув руками, прикованными к стене золотыми кандалами. — Я клянусь, я убью его. Собственноручно прикончу за то, что он с тобой сделал! Вики резко мотает головой, стараясь не слышать эти плачевные, болезненные для нее слова, и двигается в сторону выхода, больше не выдерживая этого разговора. Из них обоих сочится самый настоящий яд. Они не понимают друг друга, и эта перепалка может продолжаться вечность.

***

Ребекка широкими шагами проходится по коридорам Цитадели. После произошедшего на главной площади, после ее речи, вдохновившей жителей небесного города, женщина ощущала себя пустой. Ее мысли витали далеко. Они касались самых щепетильных для нее тем, а именно дочери. — Ребекка? — услышала она голос Кроули сзади, окликнувший ее. Ребекка повернула голову и остановилась, глядя на ангела стеклянными глазами. Серафим подошел ближе. — Как ты? — Все в порядке, — ответила, особо не задумываясь. Кроули вздохнул. — Ты сильная женщина, — кивает он, подбадривая ее. — Смелая и могущественная. Я за тебя, Ребекка. Женщина ничего не ответила, только спустя время кивнула ему и продолжила путь. Кроули пошел за ней. — Какие планы на данный момент? — спрашивает он, следуя за женщиной. — Не здесь, — строго отвечает Ребекка. — Идем в зал. Нас ждут. Без лишних слов Кроули шел за ней. Вскоре они остановились напротив одной из дверей в совете Цитадели. Ребекка не стала медлить и сразу же распахнула ее, заходя внутрь. Сидящие в ожидании внутри комнаты существа обратили свой взор на пришедших. Ребекка обвела взглядом присутствующих. — Дино, Мими, — произнесла она сухо. — Рада, что вы теперь здесь. Нам предстоит многое обсудить. Но прежде… — женщина взглянула на Дино. — Мне жаль… Дино все понял без слов. Она говорила о Фенцио. Сердце ее волновалось за Дино в самом деле: серафим помнит маленького мальчика еще будучи непризнанной. Помнит, как Фенцио просил посидеть с его сыном. Порой, Ребекка проникалась чувствами к маленькому Дино, вспоминая свою дочь, оставшуюся на Земле. И даже сейчас в глазах женщины Дино все равно остался тем маленьким ребенком, который теперь потерял единственного близкого человека. Дино кивнул ей. — Спасибо, — сказал он спокойно. Ребекка поджала губы. — Тем не менее, мы еще много потеряем в этой войне, — проговорила серафим твердо, с неким равнодушием. — Наша задача — защитить себя и своих близких. Поэтому, перейдем к обсуждению. Дино и Мими, сидевшие рядом, переглянулись между собой. Мамон, сидевший напротив молодой пары, взглянул на Ребекку с прищуром. — Только не допрос, Ребекка, — сказал ей демон. — Они не предатели. Ты об этом знаешь. — Знаю, и я не собираюсь обсуждать это, — проходя ближе к столу, Ребекка присаживается перед всеми, поднимая взор на учеников. — Меня интересует другое. Думаю, вы понимаете, о чем я именно. — О… Вики? — настороженно спросила Мими, посмотрев на Ребекку. — Верно, — строго ответила Ребекка и продолжила: — Так как вы провели с ней достаточно времени, вы, вероятно, в курсе всех ее изменений. Поэтому, вы должны рассказать мне все: о ее связи с Мальбонте, о том, когда между ними начало что-то происходить, и почему она не видит ничего, кроме слепой ярости? Мими и Дино снова переглядываются. Оба поежились, напряглись и заметно погрустнели. Кроули подал голос: — О каких ты изменениях, Ребекка? — спрашивает с непониманием ангел. Ребекка кидает на него острый взгляд. — У нее очевидные помутнения в сознании, но, помимо этого, она… поменялась внешне, — тяжело даются ей эти слова на выдохе. Потом добавляет: — Меня нисколько не пугает ее вид. Меня пугает именно их связь. Я понятия не имею, как далеко зайдет это все. Поэтому, — она снова обращает на друзей Вики глаза. — Вы должны рассказать мне все, что знаете. — Честно признаться, мы мало общались с Вики все это время… — проговаривает Дино, сведя брови к переносице. Мими подхватывает его. — Вики много времени проводила с ним… — кивает дьяволица, дрожащим взглядом встречаясь с непроникновенным взглядом Ребекки. Ее передергивает от ее пронзительных глаз, но она продолжает: — С самого начала, как мы прибыли в лагерь, Вики странно себя вела… Он говорил ей уходить — она уходила. Он смотрел на нее — она внимала его взгляду. Стала говорить нам, что Мальбонте достойный противник, что он ни перед чем не остановится. А потом я стала замечать, когда нас выпустили из тюрьмы, что Вики… ночует не в палатках, задерживается у него после общих обсуждений… — Как интересно, — лепечет молчавший до этого Мамон и смотрит усмехающимся взглядом на Ребекку, которой вовсе не понравились слова Мими о ее дочери. — Твоя дочь решила выловить рыбку покрупнее? Ребекка кидает на него раздраженный, непоколебимый взгляд и тихо отвечает: — Держи язык за зубами, Мамон, — в ее голосе слышится едва уловимая угроза. — Мы обсуждаем связь моей дочери с ним, а не с кем она спит в одной постели. Мамон едва посмеивается с ее слов. — Ангелы всегда такие неженки? — вскидывает одну бровь, бросая на серафима колкий взгляд. — Секс, какой бы он ни был, так или иначе связывает существ, делает их ближе. Во время любви можно прощупать самые тонкие струны души, коснуться энергии напарника. Даже ощутить единение тех же самых душ, — усмехается он, не выдерживая тяжелый взгляд Ребекки и равнодушно переводя свои глаза в сторону. — Что уж там говорить о чувствах, которые обостряются при всем этом. — Хорошо, — через зубы соглашается Ребекка, мысленно не желая думать о том, что ее дочь связана с Мальбонте подобным образом. — Допустим, они начали испытывать друг к другу влечение, чувства. Это усилило их связь, из-за чего она начала меняться… — Она сильно поменялась за эти недели, — проговорила Мими. — Все ее взгляды, представления об этом мире. Вместе с ее новой силой в ней появилась жестокость. Вики словно… стала его точной копией. Сама неотвратимость. Все замолкают на время. Каждый думает о своем. Ребекка перебивает повисшую тишину уверенным, непоколебимым голосом: — Моя первостепенная задача — вернуть себе дочь. Вернуть ее прежнюю, не обозленную на мир, не поглощенную его тьмой. Их связь нужно разрушить, — строго отрезает Ребекка. — Только надо найти способ. Все переглядываются между собой, пока Ребекка потупила взгляд в стол. Затем обращают к ней взгляды, не моргая. Мамон подает голос: — Ты же понимаешь, что разрушить крепкую связь между ними будет крайне болезненно для них обоих? — тихо, с некой осторожностью проговаривает демон. Ребекка поднимает на него равнодушные, голубые глаза. — Понимаю, — спокойно отвечает она. — Я не хочу причинять ей боль. Но у меня, очевидно, не будет иного выхода. Все снова замолкают. Кроули произносит: — Если их чувства укрепляют их связь, то поможет обратный эффект, — подает он идею. Ребекка морщится. — Нет, — отрицает женщина. — Она не возненавидит его… Только… Ребекка тормозит, о чем-то задумавшись. Размышляет, взвешивает. Вскоре уверенно говорит: — Только если он не тронет ее близких, — кивает она. — Если он ее… если он чувствует к ней что-то, — Ребекка не смогла произнести слово «любит», отрицая настолько глубокую связь дочери с ним. — Он не тронет нас. Но его можно спровоцировать… — Не советовал бы, — отвечает Дино. — Его ярость — это худшее, что вы можете на себе испытать. — Я не боюсь его, — заявляет Ребекка. Потом на ее губах появляется едва прослеживаемая улыбка: — Да и знаю демона, которому очень нравится всех провоцировать. Мими вскидывает брови. — Люцифер? — спрашивает она тихо. — Вы хотите, чтобы Люцифер вывел Мальбонте из себя? А если Мальбонте убьет его? Ребекка усмехается. — Поверь мне, не убьет, — с уверенностью отвечает серафим. — Люцифер умен и хитер. Я продолжаю поддерживать с ним связь сейчас, пока он в тюрьме. Дино с Мими изумленно переглядываются. — Но… как? — спрашивает блондин шокировано. Ребекка усмехается. — Там остался еще один ваш друг, — отвечает с улыбкой. — Ади передает ему мои послания. Ребекка больше не произносит ничего. Ребята в шоке, Мамон с Кроули в своих думах. Женщина поднимается из-за стола, окидывая присутствующих взглядом. — У меня есть план, — кивает серафим. — Вики возненавидит Мальбонте, я уверена. Завтра я встречаюсь с ними, и пока они будут здесь, ангелы полетят в школу и помогут Люциферу сбежать. — В этом плане точно никто не пострадает? — когда Ребекка собиралась уходить, то Мими остановила ее своим вопросом. Женщина обернулась на дьяволицу. — Ничего не могу обещать. И вышла из маленькой комнаты для совещаний.

***

Вики сидела в своей комнате, исступленно глядя в стену. После разговора с Люцифером она ничего не чувствовала. Пустота. И только мысли в голове крутились вместе со словами демона, вонзившимися в самое ее сердце. «— То есть, благородный Мальбонте оказался подлым лжецом? Или ты настолько ослепла его обходительностью, что не понимаешь очевидного, Непризнанная?» Нет, он не мог ей соврать. Он бы обязательно рассказал ей обо всем. Правда ведь? Но почему же Мальбонте изначально не говорил об этом аспекте войны? Почему Вики изначально об этом не задумывалась? «— Как тебе тот факт, Уокер, что Мальбонте в любом случае убьет твою мать?» Он не убьет. Мальбонте ведь сам говорил, что ненавидит ангелов и Цитадель, но его мать единственная вызывает у него уважение. Но он же не убьет ее? «— Чтобы свергнуть власть серафимов, их нужно убить! Только тогда можно будет восстановить ангельскую власть наравне демонической!» Убить всех серафимов… Но… можно же оставить ее маму в живых? Можно же ее не убивать? «— Мальбонте убьет Ребекку, Вики! Убьет, потому что другого выхода для восстановления равновесия нет!» Вики мотает головой, слыша его голос в своей голове, который идет наперерез ее мыслям, отрицая ее убеждения. «— Ты убьешь собственную мать, Вики!» Из ее глаз льются тихие слезы. Неужели она действительно убьет собственную мать? Дверь медленно открывается, а сердце Вики пропускает удар. На пороге комнаты появляется тот, о ком она думала эти часы. Мальбонте устремляет в нее озадаченный взгляд. Закрывает дверь и подходит к ней ближе, сидящей на кресле и поджавшей ноги к груди. Весь ее вид разбитый, измученный. Он не понимает, что с ней. — Что случилось, душа моя? — Мальбонте присаживается на одном уровне с ее лицом и заглядывает ей в глаза. Она растерянно оглядывает мужчину. Его брови медленно сводятся к переносице. — Тебя кто-то обидел? — спрашивает уже более твердо. Вики молчит некоторое время, потом отводит от него взгляд в сторону. Мальбонте касается ее подбородка пальцами, поворачивая ее лицо на себя. — Вики… — тихо произносит он. — Скажи, что случилось? Тебе кто-то что-то сказал? Не молчи, пожалуйста. В его голосе неподдельное волнение за нее. Грудь Вики разрывается от переживаний и волнения. Он переживает за нее. Он не сможет сделать ей больно, так ведь? — Маль… — отзывается Вики хриплым голосом. — Скажи мне. Просто ответь на один вопрос. Мальбонте напрягается, ощущая от нее отстраненность, смешанную с тревогой. — Спрашивай, что угодно, — кивает ей темноволосый. — Ты убьешь мою мать? Ее вопрос заставил его внутренне вздрогнуть. Мальбонте не отнимал от нее изучающих глаз, анализировал каждую эмоцию и не мог понять, откуда у нее появилось к нему недоверие. — С чего ты это взяла? — спрашивает он настороженно. — Просто ответь, — повторяет Вики, настаивая. — Ты убьешь мою маму? Мальбонте мотает головой, не понимая. — Власть ангелов нужно убрать, серафимов сменить, — объясняет она вкрадчиво. — Лучший способ убрать действующую власть — убить их. Ты убьешь мою мать тоже? Кажется, прошла вечность после ее вопроса. Ее сердце бешено билось о ребра, пытаясь вырваться из груди. Его глаза оглядывали ее с немым вопросом. Мальбонте тихо произносит: — Я не буду убивать тех, кто не будет угрожать нашей жизни, — твердо произносит полукровка. — Если твоя мама не будет угрожать нашим жизням, то и ее жизни ничего не будет угрожать. Я могу тебе это гарантировать. Вики выдыхает и медленно касается его лица ладонью. Тихо шепчет: — Прости… — на выдохе говорит она. — Я не хотела усомниться в тебе. Я бы никогда это не сделала. — Не извиняйся, — обводя ее лицо черными омутами, утвердил он. — Кто тебе об этом сказал, Вики? — спросил полукровка, явно о чем-то подозревая. — Я… я сама… — Скажи правду, — настаивает он. Вики дергается всем телом. Смысл врать? А если он заглянет ей в глаза, как в прошлый раз? Тогда узнает все сам. — Я ходила к Люциферу. Повисает тяжелое молчание. Вики боится взглянуть на него. Знает, он недоволен ее выходкой. Недоволен, что она снова общалась с Люцифером. Недоволен тем, что она позволила усомниться себе в нем. Но Мальбонте снова поворачивает ее лицо на себя, заставляя встретиться с его проницательным взглядом. Вики задерживает дыхание, по телу пробегает табун мурашек. Внутренности потряхивает от волнения. Он произносит: — Не позволяй им играть твоими чувствами, душа моя, — строгость в его голосе заставляет ее поежится. Черные омуты внимательно обводят ее черты. — Они хотят вернуть тебя. Они будут пытаться это сделать. Будут настраивать тебя против меня, — Мальбонте приближается к ней лицом, горячим дыханием оставляя след на ее губах. — Если ты возненавидишь меня, Вики, я приму это. Но наша связь слишком сильная. Ты единственная, кто видит во мне свет. И я… я не хочу тебя терять. Он произнес последние слова с тяжестью, на выдохе, словно отрывая от самого сердца. Вики оглядела его лицо, расположенное так близко. Слеза скатилась по ее щеке: — Я ни за что не оставлю тебя, — говорит ему Вики. — Завтра твоя мама, вероятно, попытается на тебя воздействовать теми же методами, — говорит он через время. — Я не поведусь на их провокации, — отвечает она уверенно, касаясь его лба своим. — Я с тобой. Я тебе верю. Вики обвивает его шею руками, прижимаясь подбородком к его лицу, едва дрожа. Мальбонте обнимает ее в ответ, руками обвивая ее талию. Мужчина отрывает ее от кресла, поднимается с ней, пока она зарывается лицом ему в волосы, и переносит на кровать. Ложится с ней рядом и снова притягивает к себе руками, и Вики теряется в его объятиях. Дрожь медленно покидает ее тело, пока полукровка согревает ее своим теплом. Вскоре шатенка успокаивается, внимая его размеренному дыханию, и слышит его легкую усмешку: — Как и обещал — ты снова в заточении моих объятий, — руками крепче обвивает ее тело, и Вики улыбается, пряча лицо у него на груди. — В этом заточении я бы хотела провести вечность, — отвечает с легкостью и уверенностью. Она не видит его лица, но знает, он улыбается. Мальбонте ласково оглаживает ее волосы, пропуская каждую прядку через пальцы. Его прикосновения вселяют в нее покой. Он словно сам излучает умиротворенность, заставляющую сердце медленно биться, а дыхание замедляться. — Спи, мой ангел, — шепчет он ей в волосы. — Завтра нас ждет тяжелый день.