сколько стоит любовь?

      От тихого голоса священника меня тянуло в сон. Это было ожидаемо, учитывая, что я почти не спал трое суток. Спустя полчаса после начала проповеди гости шумели и нервно ерзали на стульях. Дети постоянно вставали и пытались подойти ближе к гробу. Не хватило терпения и у моей матери. Она достала сигареты, намереваясь закурить прямо на кладбище. Я едва успел остановить ее, вырвав зажигалку из рук.       Но потом случилось то, к чему я точно не был готов. Жена одного из друзей дедушки упала в обморок. Все тут же кинулись к ней, стали кричать, чтобы кто-нибудь вызвал скорую помощь. Скорая приехала спустя пятнадцать минут. Из-за этого нам чуть не пришлось устраивать вторые похороны. В итоге было решено как можно быстрее завершить дела на кладбище. Конечно же, этому обрадовалась половина гостей.       Дома мне пришлось терпеть бессмысленные разговоры и изображать из себя достойного хозяина дома. Я до последнего не соглашался с выбором места для обеда. Почему нельзя было, например, принять всех в ресторане? Тогда бы и толпы такой не было. Но все родственники как сговорились и заставили меня уступить. — Это сделано для того, чтобы гости чувствовали себя как можно уютнее, — ответила тетя Джуди. — Я понимаю, тебе не комфортно, но придется немного потерпеть.       «Немного потерпеть»— эта фраза стала моим девизом в последние дни.       В обед приехало еще больше людей, и я удалился в кабинет дедушки. Мне необходимо побыть одному, а его кабинет — мое любимое место в доме. Впервые я оказался здесь, когда мне было семь лет. Хотя нет, скорее, я влез без спроса, пока дедушка был на работе. Чем больше мне запрещали сюда заходить, тем сильнее мне этого хотелось.       Серые стены идеально сочетались с черной деревянной мебелью. Огромные книжные полки забиты коллекционными изданиями. На стенах в золотых рамках висели многочисленные фотографии. Возле стола стоял комод: в ряд выставлены его кубки со школьных и университетских соревнований по теннису. Главным украшением этой комнаты был портрет дедушки во весь рост, который я подарил ему в прошлом году.       Я уселся в кожаное кресло и достал мятый листок бумаги. Раз у меня не получилось прочитать речь на кладбище, то лучшим вариантом будет прочитать ее здесь. Остановившись на самых главных словах, я прочистил горло и начал читать вслух. — Ты навсегда останешься в моей памяти как лучший дедушка на свете. Я буду скучать по тебе каждый день. Ведь для меня ты был лучшим другом и наставником, на которого я всегда равнялся. Ты научил меня многим вещам, и я очень благодарен тебе, — я судорожно сглотнул ком в горле. — И я никогда не…       Закончить предложение я не смог, невольные слезы обожгли мне глаза. Как бы стойко я не держался на кладбище, оказавшись здесь, эмоции взяли надо мной вверх. Но долго предаваться печали мне не пришлось. Дверь с характерным звуком открылась, и от неожиданности я чуть не подпрыгнул на месте. В комнату осторожно оглядываясь, вошел Уилл Байерс. Заметив меня, он покраснел и попятился назад. — П-прошу прощения, —запинаясь произнес он. — Я думал здесь туалет.       Я потер глаза, смахивая челку на лоб. Черт, и почему ему надо было появиться именно сейчас? — Нет, вы ошиблись, — я встал, убирая листок обратно в карман. — Туалет немного дальше по коридору.       Он молча кивнул, но так и не сдвинулся с места. Я уже хотел повторить свой ответ. Может он не расслышал? Однако Уилл вдруг быстрым шагом подошел ко мне, чему я слегка удивился. — Примите мои глубочайшие соболезнования, мистер Уилер, — взволнованно произнес он, поднимая на меня глаза. — Я знаю, что вы были очень близки. Наверное, вам сейчас очень тяжело.       Я растерянно заморгал, не зная, как реагировать на его слова. Вроде бы стандартная фраза, которую за эти дни я слышал миллион раз. Но из уст Уилла она прозвучала более искреннее. Мне было в новинку разговаривать с ним один на один. Пытливый взгляд Байерса сбивал столку с самого утра. — Надеюсь, я не оскорбил вас? — испуганно спросил он, потирая шею. — Поверьте, у меня не было таких намерений. — Нет, все нормально, — я натянуто улыбнулся. — Спасибо. Правда, мы были очень близки.       Он улыбнулся в ответ, все еще гипнотизируя меня взглядом. — Вы вроде собирались в туалет, — напомнил я ему, головой кивая в сторону двери. — А, точно, — он ударил себя по лбу. — Да, я тогда пойду.       Уилл напоследок обернулся, а затем скрылся за дверью.

***

      Разговор с ним помог отвлечься от мрачных мыслей. Я даже представить не мог, что Уилл может быть таким искренним и внимательным. Когда мы встречались раньше, он казался угрюмым и нелюдимым. Или это была просто маска, чтобы ввести меня в заблуждение? Я покачал головой. Кажется, на фоне недосыпа у меня началась паранойя.       Я просидел в кабинете еще немного, но вскоре мне все же пришлось вернуться к гостям. Отец стоял в углу, перешептываясь с каким-то мужчиной. Глаза у него горели; только бы он опять во что-нибудь не вляпался. Матери вообще нигде не было видно. И они называют себя взрослыми? Только тетя Джуди бегала туда-сюда, раздавая указания официантам, которые не справлялись с потоком прибывших гостей. Я подошел к ней, спросив, не нужна ли моя помощь. — Ох, нет, милый, — она взяла меня за руку, поглаживая. — Посмотри, какой ты бледный. Лучше иди, присядь, я справлюсь. — А где мама? — я оглядел комнату. — Опять уехала напиваться? — Каждый переживает горе по своему, Майк. “ Да, только для моих родителей это скорее радость»,— подумал я, кивая ей вместо ответа.       Родители в последние годы все больше ссорились с дедушкой. Отец связался с азартными играми, мать пристрастилась к алкоголю. Они все чаще попадали в скандалы, из-за чего бизнес дедушки пару раз оказывался под угрозой. Но даже несмотря на все их выходки, дедушка продолжал их обеспечивать. А родителям было мало. Дед для них был дойной коровой, и они пытались вытянуть из него все до последнего цента.       Единственным, кто старался, это мой дядя Энди. Именно он пошел по стопам дедушки и стал работать в компании после окончания университета. Но отношения у них с дедушкой были только рабочими. Несмотря на то, каким трудолюбивым был дядя, любимчиком у дедушки всегда был мой отец.       Я тяжелой походкой прошел мимо гостей, надеясь забиться в угол. Но не тут-то было. Какая-то хваткая пожилая женщина схватила меня за локоть. — Какое горе, Майкл, — прохрипела она. — Твой дедушка был замечательным человеком. — Спасибо, — я сделал попытку вырваться из ее рук. — Для нас это невосполнимая потеря. Знаете, мне нужно помочь с… — Помню, в далеких 70-х мы с ним отдыхали в Альпах, — пропуская мои слова мимо ушей, продолжила она. — Ну и времена тогда были — все только накуривались и изменяли друг другу. Разумеется, я так не делала.       Она достала из сумочки сигареты и протянула мне. Я отрицательно помотал головой. Терпеть не могу сигаретный дым, особенно в доме. Эта бабуля начала меня конкретно напрягать. — Видишь ли, — она выпустила дым изо рта. — У твоего деда был талант, а главное— мозги, чтобы вести такое серьезное дело. И я сомневаюсь, что у твоего отца или дяди имеется хоть какое-то представление о том, что их ждет. Странно, что Эдгар взял Энди, а не тебя на место заместителя. Ты и мозгами не обделен и внешность у тебя что надо. — Прошу прощения? —мое терпение было на исходе. — А вы вообще кто такая? — Бабушка! — послышался знакомый голос за спиной. — Я же сказал тебе идти к машине. Уилл подошел к женщине и ловко отнял у нее сигарету. — Так вы? — я удивленно на нее уставился. — Извините, миссис Байерс, я думал, что вы… — Давно умерла? — она закашлялась от смеха. — Как видишь, еще держусь. Однако давно отошла от дел. Вредно такой красивой женщине долго вести бизнес. — О боже, — лицо Уилла стало пунцовым. — Пожалуйста, пойдем к машине, пока ты не наговорила еще каких-нибудь глупостей. — А что такого? — она надула губы и сощурила глаза. — Я же не рассказала ему про то, как ты отчаянно хотел прийти, чтобы его увидеть.       Наступило неловкое молчание. Я посмотрел Уиллу прямо в глаза, словно искал там опровержение ее слов. Однако встретил в них панику и злость. — Я еще раз извиняюсь, мистер Уилер, —Уилл взял бабушку за руку. — Кажется, нам уже пора. До свидания.       Я смотрел вслед Байерсам и невольно усмехнулся. “Странная семейка”,— подумал я, выходя на террасу.

***

      Ближе к восьми вечера я не чувствовал ног. Официанты работали просто отвратительно: то разбивали посуду, то вещи из нашего декора. Зря я отпустил всю прислугу, Кэрри бы точно такого не допустила. Мать я так и не нашел, поэтому послал помощника проверить ее квартиру. Дядя уехал в офис, отец уснул прямо в гостиной. Тетя Джуди тоже решила остаться.       Я же поплелся в свою старую комнату, плюхнулся на кровать и прикрыл глаза, слипающиеся от усталости. Ну и денек. В дверь постучали два раза. Прежде, чем пойти открывать, я проклял все на свете, потому что в такое время это может только… — Оди, твою мать! — прошипел я, пропуская девушку внутрь. — Я думал, что ты уехала. Как ты пробралась в дом? — Мне стало так грустно, что ты тут один, вот я и вернулась, — она скинула сначала одну туфлю, затем другую. — А дверь открыла твоими ключами.       Я запустил руку в волосы, слегка взъерошивая их. — Надеюсь, тебя никто не увидел? — я стал расстегивать пиджак. — Вряд ли в этот раз у меня получится отмазать тебя. — Да, не парься, — она облизнулась, подходя ближе. — Лучше скажи, что ты очень рад меня видеть и как безумно соскучился.       Я почувствовал вибрацию по всему телу, стоило ей коснуться моих плеч. — Подожди, — я покачал головой. Так как знал, к чему все идет. — Не сегодня.       Я убрал ее руки, от чего она сложила их руки на груди, злобно на меня зыркнув. Я так устал, что у меня не было сил на гляделки. Сняв брюки, я лег обратно в кровать. — Вообще-то я здесь, чтобы утешить тебя, — пробубнила она, присаживаясь рядом. — Странное у тебя понятие об утешении, — пробормотал я.       Она что-то злобно прошипела, поднимаясь с места, однако я резко схватил ее за локоть. — Ты можешь просто полежать со мной. Мне этого будет достаточно.       Оди оценивающе на меня взглянула, словно обдумывая, соглашаться ей или нет. — Ладно, — она со вздохом легла с левой стороны. — Но я уйду рано, чтобы успеть на поезд.       Она прижалась к моей груди, а я приобнял ее одной рукой. Закрыл глаза и медленно стал погружаться в долгожданный сон.       Ночью мне снились люди, одетые в старинные костюмы. На их лицах были маскарадные маски. И каждый к кому я подходил, повторял одно и то же: — Он отчаянно хотел прийти. Уилл Байерс хотел тебя увидеть.