Богомол

На подготовку плана понадобился прмерно час. Всё это время Артур пытался придумать его с учётом всех обстоятельств, однако ничего дельного в голову не лезло. Богомол был неуязвим для обычного оружия, а иного у них просто не было. Атака духовная также не помогла бы, так как никто из присутствующих не знал молитв гётам и не имел при себе каких-либо ритуальных вещей. В конце концов он решил, что нужно хотя бы задержать монстра. Но как? Единственным вариантом была охота, для которой план и разрабатывался. Со временем Циммерман собрал основные компоненты, которые должны будут присутствовать вне зависимости от выбора. Ими стали, собственно, сами следователи, их оружие (да, оно не могло навредить Богомолу, но это было хоть что-то) и, самое главное, Даниэль. Он имел для Марии невероятную ценность и был ключевым мотивом преступлений, следовательно существо не сможет не попасться на приманку в виде мальчика. Артуру было неприятно использовать юношу, но другого выхода не имелось. Когда более-менее подходящий план был готов, майор начал оюъяснять его коллеге. — Клахт, вы притаитесь между лавочек в нефе. Даниэль будет у кафедры. Мы завяжем ему глаза и заткнём уши, чтобы он не увидел и не услышал смерти матери. — Самое главное, — тихо и с саркастичным недовольством пробормотал Карл. — Также мны свяжем ему руки. Когда Готбетен начнёт его развязывать, она, скорее всего, обратится в человеческую форму. Тут вы стреляете ей в голову и убиваете. Понятно? — Герр Циммерман, можно всё сделать в разы проще. — Я вас слушаю. — Ставим мальца где-нибудь, даём пистолет и заставляем выстрелить этой сорашиле в лицо. Всё. — Исключено. Мальчик не согласится. — Я его уже убедил. — Клахт, он может не выстрелить. Он может в последний момент передумать. — Сам факт того, что сын направил на неё оружие пронзит Готбетен. Она просто сдастся. — Нет! Это неправильно. Вы заставляете сына мальчика убить собственную мать. — Сир, мы решаем что правильно, а что неправильно. Это самый лёгкий и безопасный способ победы над Богомолом. — Клахт, мы не будем оак поступать. Начинайте приготовления к моему плану. — Герр Циммерман, в данной ситуации нет места для ваших личных интересов и любви к детям. Ваш план просто ненадёжен. Готбетен может быстро среагировать, выжить после попадания или просто не повернуться в мою сторону. — Иного пути у нас нет. Стоит хотя бы попытаться. Карл хотел было что-то возразить, но быстро понял, что до упрямого майора не достучаться.

***

Артур решил выступить и объяснить остальным находившемся, что необходимо делать. В центре комнаты установили большой, пустой, старый ящик из-под каких-то припасов. Толпа окружила эту импровизированную сцену. Следователь осмотрел толпу. В ней виднелись знакомые лица: чуть напуганный медик Мейр, хорошо державшаяся Лазария, молодая Майа. Среди них больше всего выдедялась Ингрид. Её пустой, напуганный взгляд был направлен на Циммермана, однако, казалось, смотрел в пустоту. Волосы девушки были драные. Некоторые локоны седого цвета, а некоторые такого же рыжего. Вся кожа имела мертвенно-бледный цвет. Артур пару раз видел таких людей. Они пережили такое, что их души и разумы просто не вылерживали и отпускали бренные тела, но не полностью. Такой человек продолжал своё бренное существование, оглядываясь назад, посмеиваясь или тихо бормоча какой-то бред. — Мы оказались в крайне тяжёлой ситуации. Монстр неизвестно где. Смерть может настигнуть нас в любой момент. Однако это не повод сдаваться. Мы с лейтенантском Клахтом сейчас направимся на охоту за Богомолом. Вы же забрикадируете двери и заколотите окна. Наша цель — выиграть вам всем время. Оборона сейчас это самое главное. Каким бы сильным не кахалось существо, оно не сможет пробить твёрдые баррикады. Но на возведение таковых необходимо время. После того, как вы построите защиту, вам останется ждать до следующего дня либо вечера. До этого момента ни при каких обстоятельствах не покидайте лазарет и не освобождайте проходы. Речь была не совсем вдохновляющей. Вернее, не была таковой вовсе. Это было сухое объяснение задачи. И всё же это лучше, чем ничего. Боевой дух у людей поднялся, пусть и не сильно. Они приступили к блокировке всех проходов, а следрватели с Даниэлем направились в неф.

***

Связанный мальчик сидел на коленях перед кафедрой. Где-то в тени скамеек притаился Клахт, сжимавший два пистолета в руках и ещё два державший за поясом. Артур в это время спрятался напротив него же, в другом ряду. Он взял в качестве оружия палаш Леона. Напряжение и некоторый страх переполнил комнату. Все трое ждали Богомола. Маленькое сердечко Даниэля болело от мысли, что его маму лишат жизни. И за что? За то, что она убила каких-то плохих людей? Ему было обидно от такой несправедливости, но всё же он понимал, что она плохо поступила. Артур хмурился. Мужчина сам слабо верил в успех плана, но он являлся самым приемлимым. Кроме того, он боялся, что Клахт может попасть в юношу. Меньше всего переживал Карл. Он был ловким и изворотливым, на судьбу Циммермана и Готбетена он наплевать хотел. Ему точно ничего не грозило. Быстрый и тяжёлыф костной стук раздался в нефе…