Время ветра

Настроение толпы переменилось мгновенно. Леда не успел даже подумать, что произошло, как откуда-то позади послышались новые выстрелы – слишком громкие, эхо которых разносилось над всей площадью, – и крики людей. Хотелось обернуться, но Джури вел вперед, пробираясь через толпу, которая начинала ощутимо волноваться. Кто-то вытягивал шею и привставал на цыпочках, пытаясь рассмотреть, что происходит у сцены, кто-то пораженно хватался за голову, кто-то переговаривался с соседями. Волнение пробежало по толпе, и до Леды донеслись чьи-то испуганные голоса: – Кардинал Его сиятельства мертв! – Что же это, что же? – Никак в толпе убийца! – Ну где же лекари… Леда сглотнул, чувствуя, как сильнее сжимаются пальцы Джури, а сам он явно старается поскорее покинуть центр площади. Звуки из-за спины нарастали: Леда не мог разобрать слов на бегу, но не сомневался, что стража смыкала ряды, повинуясь приказу кого-то из старших храмовников. Задача была одна: не позволить сбежать тому, кто совершил преступление, но к этому маги были готовы. Леда чувствовал, что Джури ведет его куда-то в сторону, подальше от сцены и поближе к своим – силы Противостояния хоть и были расположены по всей площади, но Сойк дал четкий указ двигаться к северному переулку, где будет меньше стражи. – Почему они стреляют? – возмутился вслух Леда, когда за спиной снова раздались крики людей и выстрелы – хорошо, если в небо. – Никто не ожидал, – коротко бросил Джури, даже не обернувшись. – Паника началась. Этого больше всего Леда и боялся: толпа вокруг начала двигаться, что в корне осложняло дело. Они постоянно в кого-то врезались, людские голоса перекрывали нестройные выкрики стражи. Леда не мог обернуться и не видел, что происходило на сцене, но не сомневался, что все только начинается. Крики, возгласы, испуганные голоса детей, которые тоже присутствовали на празднике весны – постепенно все смешалось в гул, который давил со всех сторон, тогда как Леда и Джури пытались уйти подальше. – Куда ты… – возмутился было Леда, когда почувствовал, что Джури тянет его за руку в сторону, ведущую наперекор толпе. – Нам нужно к северной части площади, – отрезал Джури, оттолкнув из-под ног какого-то мальчишку, который едва не упал и тут же исчез среди испуганных людей. – Ты с ума сошел, идти против толпы! – Леде удалось дернуть Джури за руку ближе к себе, и тот сразу размяк, словно сдаваясь, позволяя нести их в противоположную сторону площади. – Ну замечательно, святоша, теперь мы отсюда вовек не выберемся, – проворчал он, но Леда проигнорировал эти слова, стараясь не терять бдительности. Было тяжело одновременно пытаться не упасть, не потерять Джури в давке и не терять из виду сцену, на которой что-то происходило. Кажется, все чиновники покинули ее, и теперь там оставался только Правитель и с десяток стражников, окружавших его плотным кругом. Тело кардинала, предположительно, унесли – издалека не было видно, лежит он бездыханно на постаменте, откуда еще недавно улыбался собравшимся людям, или уже нет. Они все больше отдалялись от нужного им места, где ждали остальные маги – наверняка подоспели их сторонники, готовые принять бой, однако в месиве людей, лиц, чьих-то рук и громких криков было совершенно невозможно сориентироваться. Леда крутил по сторонам головой, чувствуя, как Джури сжимает его руку, стараясь не допустить, чтобы толпа разделила их. Вдвоем было не так страшно плыть в этом людском стихийном море, и Леда, вздохнув, стянул с головы мешавшую семинаристскую шапочку. В какой-то момент над площадью раздался громкий протяжный свист, в котором Леда безошибочно узнал рог: тот имел скорее церемониальный смысл – в обычное время никто из храмовников даже не носил его с собой – длинный, изогнутый к концу, занимавший непозволительно много места. На миг толпа замерла, и все вскинули головы вверх, пытаясь разглядеть, что происходит на сцене. – Народ Атламонда! Всем оставаться на площади! Я призываю прекратить панику и позволить стражам Храма найти и обезвредить убийцу! Голос Правителя разносился эхом по всей площади и прилегающим кварталам. Его фигуру не было видно издалека, и Леда заметил, как перешептываются застывшие в удивлении люди, не понимая, стоит ли им прислушаться к его словам или лучше убраться подальше. – Повторяю, всем оставаться на площади и позволить стражникам Храма найти… – Пойдем, – потянул за руку Джури, не дав Леде дослушать, и начал ловко пробираться сквозь остановившуюся толпу. Однако молчание не продлилось долго: когда раздался еще один выстрел в воздух, вся площадь снова загудела, люди бросились кто куда. Теперь уже не было единого направления, в котором двигалась толпа, и на мгновение Леда почувствовал, как пальцы Джури разжимаются, а сам он пропадает среди одетых в лохмотья людей. – Джури! – крикнул он, инстинктивно дернувшись в сторону, где только что виднелась макушка мага, но наткнулся только на какую-то недовольную женщину, которая с силой оттолкнула его, пробираясь вперед. Потеряться среди паникующих людей было худшим, что мог себе сейчас представить Леда: краем глаза он видел, как со сцены в толпу спустились храмовники, зачем-то направо и налево раздавая удары дубинками, стараясь не то усмирить разбегающийся народ, не то запугать его еще сильнее. Выход в ближайший переулок ограждал еще один отряд в бордовых камзолах, и даже через плотный поток людей Леда рассмотрел, до чего же их было много. "Они пытаются согнать всех в центр", – с ужасом подумал он, суматошно ища глазами Джури, не давая толпе унести себя дальше от места, где они разделились. Если храмовникам удастся сдержать толпу и окружить ее, это будет означать, что маги окажутся в западне, и тогда уже вряд ли получится покинуть площадь без боя, избежать который Леда все еще рассчитывал. С каждой минутой надежда таяла: со всех сторон чувствовалось давление, люди напирали слишком сильно, а никого из своих так и не было видно. – Леда! – глухой выкрик потонул в гуле голосов, но Леда словно ястреб кинулся туда, откуда звал знакомый голос. Джури отнесло на несколько ярдов к югу, и теперь он махал рукой, привлекая к себе внимание: – Сюда! Обогнуть волну людей, не столкнуться ни с кем нос к носу и не упасть – Леда повторял это себе как мантру, пока пытался пробраться к Джури, который держался за фонарный столб рукой, ожидая его и вертя головой по сторонам. – Джури, они окружают площадь, – пытаясь перекричать всех вокруг, выдохнул Леда сразу, знакомым жестом переплетая свои пальцы с пальцами мага, видя его серьезное выражение лица, в котором читалось явное облегчение. – Я видел Анзи, нам нужно двигать к северу, иначе… Что иначе, маг не сказал, но Леда понял и без слов. Толпа как будто только прибывала: несколько переулков перегородили стражники, отрезав пути отступления для людей, и те спешно разбегались в другие стороны, то и дело сталкиваясь друг с другом. Скольких уже затоптали в панике, Леда бы не взялся сосчитать, изо всех сил стараясь думать только о том, в каком направлении они двигаются. Удивительно: эта площадь всегда казалась ему совсем небольшой – сколько раз он пересекал ее, гуляя по городу или направляясь на службу. Однако сейчас она вдруг стала бесконечно огромной, словно заняла собой весь город, и быстро покинуть ее было физически невозможно. Голос Правителя все еще звенел над толпой, иногда прерываясь на звуки рога и крики храмовников, безуспешно призывавших к порядку и спокойствию, которые давно покинули всех гостей на празднике. В какой момент все кардинально изменилось, Леда даже не понял, зато он отчетливо увидел яркую огненную молнию, что пролетела над его головой. Даже Джури крикнул что-то, дергая за руку, заставляя пригнуться, но Леда смотрел в дальний конец площади, куда они пытались добраться и откуда появилась яркая вспышка, рассыпавшаяся на тысячу искр. Ему показалось, что далеко в толпе он увидел и Анзи – его волосы как будто стали ярче, а следом вокруг него образовалась пустота: люди спешили убежать подальше, не понимая, что тем самым они создают идеальные условия для волшбы. Анзи оскалился, делая пас руками, отчего над его головой зародился новый светящийся шар, который снова полетел над самой толпой в сторону сцены, откуда спешно выводили всех чиновников и Правителя. Леда не успел даже изумиться тому, откуда взялась искра, которая покинула мага – теперь казалось, что ничего подобного и не было: Анзи выпускал огненные вихри с таким видом, будто делал это каждый день. – Пригни голову, – в очередной раз при вспышке крикнул Джури, заставляя Леду отвернуться от мага огня, который сейчас казался поистине всемогущим. Стража, в свою очередь, пыталась сильнее теснить людей в центр, окружая со всех сторон и жестко пресекая попытки сбежать с площади – то и дело раздавались короткие выстрелы и крики пострадавших. Если бы Леда мог зажать уши, он бы обязательно это сделал, но Джури не выпускал его руки из своей, расталкивая попадавшихся им на пути людей, заставляя расчищать себе путь таким же способом. – Никому не покидать площадь, никому не покидать… – все еще раздавался голос, усиленный рупором, но толпа не слушала, напирая со всех сторон. – Джури, Леда! – раздался чей-то голос совсем рядом, и Леда едва не врезался в Джури, который резко затормозил, вглядываясь куда-то в толпу. – Уходите отсюда! Леда увидел Рю, который как раз в этот момент снял свою шляпу, бросая ее под ноги и тут же начиная ворожить, отчего воздух вокруг завибрировал. Прямо за его спиной сквозь толпу пробирался отряд стражников, разгонявший всех вокруг ударами дубинок и острых саблей. Леда не помнил ни единого случая, когда страже разрешали так открыто применять силу против жителей города: даже сабли в пределах города носили больше функцию украшения, чем оружия. Теперь же локальная агрессия лилась на всех, кто неудачно попадал под их руку, но сами стражники упрямо двигались вперед, явно заметив Рю. – Что-то не так, – произнес Джури, ничего не ответив их демонологу, но тот и не ждал ответа: когда Леда снова взглянул на него, Рю уже стоял с закрытыми глазами, подняв руки над головой, не реагируя на толчки и тычки бегущих мимо людей. – Что он делает?! – ахнул Леда, когда увидел, как демонолога застилают клубы дыма, окутывая с ног до головы, а среди криков людей раздался отнюдь не человеческий рык. – Что-то пошло не по плану, они обороняются! – Джури развернулся к Леде, хватая его за плечи, и в глазах его был испуг. Леда открыл рот, чтобы спросить, какой был план на случай, если стража ответит – он точно помнил, что Сойк планировал избежать жертв, но прямо рядом с ними Рю только что призвал демона, который уж точно собирался не успокаивать испуганных жителей столицы. Джури крепко сжал Леду за плечо, не давая ему обернуться, и заглянул в глаза, игнорируя толпу, что огибала их, разбегаясь кто куда мог. – Он ведь всех тут сожрет! – А тебе больше заняться нечем, кроме как думать обо всех вокруг?! – Джури встряхнул его, заставляя отвернуться от зрелища, как огромное чудище становится выше ростом и больше в размерах, а вместе с ним на секунду замирают и стражники, не до конца осознавая всей угрозы впереди. – Он сожрет стражу, и Рю загонит его обратно! – Но… – Леда не успел закончить свой вопрос, округлившимися глазами глядя на Джури. – Слушай сюда, – прокричал тот, стараясь, чтобы Леда разобрал каждое слово. Сосредоточиться на его голосе не получалось: вокруг была целая какофония звуков, начиная от беспорядочных выстрелов и заканчивая нечеловеческим рыком призванного из Тени демона, который своим ревом вселял ужас во всех вокруг. – Если что-то случится, иди к нашим. Леда, ты слышишь? Леда слышал, но ничего не мог ответить, чувствуя, как закладывает уши, а в груди бьется сердце так, словно сейчас выпрыгнет. Джури оставил попытки встряхнуть его, снова найдя его ладонь и сжав в своей, и Леда, словно тряпичная кукла, позволил увести себя куда-то влево, где толпа расступилась, обходя некое препятствие и собираясь с другой стороны. Очень быстро он понял, что это было: прямо там, где только что стояли люди, заняли боевую позицию стражники – еще один отряд под руководством усатого мужчины с бледным лицом в темно-бордовом камзоле, который зачем-то командовал им целиться в толпу. Леда не помнил, чтобы когда-то в семинарии их учили стрелять по людям, но времени разбираться не осталось: он скорее почувствовал, чем увидел, как Джури с силой дергает его за руку, падая на землю, инстинктивно прикрывая голову. Леда больно ударился, не успев сгруппироваться, а следом шум прорезали новые крики, полные боли и ужаса. Возможно, стража целилась в детище Рю, которое осталось где-то позади, наверняка уже доедая беспомощных стражников и заодно попавших в поле его зрения горожан, но в толпе это не имело никакого смысла: повернув голову, Леда увидел, как рядом с ним упала женщина, по лицу которой заструилась кровь. Ее губы застыли в немом крике, который навсегда остался неозвученным. Не было сомнений, что она мертва, и выпущенная стражами города пуля не защитила ее от их же бесчинств. "Это бойня", – подумал Леда, не моргая глядя в грязное безжизненное лицо совсем рядом с ним и понимая, что только что им с Джури снова повезло. – Перезаряжай! – крикнул храмовник, и в этот момент Леда окончательно понял, что происходит: никто не отдавал слаженных приказов, стражники просто палили по людям, повинуясь не менее испуганному храмовнику, который прямо сейчас нарушал все мыслимые законы. – Надо уходить, – раздался голос Джури, и Леда резко повернул к нему голову. – Нельзя, только встанем – сразу же пристрелят, – быстро затараторил он, и Джури, лежащий пластом на земле, закрыл на мгновение глаза, собираясь с духом. – Не успеют, – только и ответил он, и когда Леда хотел спросить, о чем тот говорит, из-за спины раздался новый крик командира стражи: – Цельтесь в мага, убейте его! Цельтесь, идиоты! Сердце забилось чаще: стало страшно от непонимания происходящего, но никто пока не пытался выстрелить в них с Джури – по крайней мере, они все еще были живы. И не только они: почувствовав легкое, будто случайное прикосновение к спине, Леда инстинктивно повернулся и замер, ошарашенно глядя на то, как медленно поднимается на ноги женщина, только что лежавшая рядом. Ее глаза были словно стеклянными, а все лицо залито кровью из раны на голове, но она все равно выпрямилась во весь рост и, повернувшись израненным лицом к страже, застрелившей ее ранее, двинулась вперед. – Сойк нас прикрывает, – сообщил Джури и, быстрее, чем Леда успел отмереть, поспешил встать, потянув за собой. Поднявшись на ноги и почувствовав легкое головокружение, Леда огляделся по сторонам, отмечая, что вокруг них шагают вперед те, кому уже было не суждено жить. "Некроманты поднимают мертвых, используя только взгляд и особые заклинания", – вспомнилось ему, и он резко обернулся, прищуриваясь, пытаясь разглядеть силуэт на сцене. Порыв ветра едва не сбил с ног мертвецов, что закрывали своими телами еще живых от пуль, шагая прямо на испуганных стражников, которые с криками покидали свои позиции, пока их старший надрывался, требуя целиться в мага на сцене. Это был Сойк, сомнений не оставалось: его волосы развевались на ветру, но это ничуть не мешало ему ворожить, отчего то и дело с земли поднимались крестьяне, убитые пулями или затоптанные бегущей толпой. Леда никогда не видел подобного – плавные движения рук лидера Противостояния даже издалека завораживали, и Леда думал только о том, насколько велик дар, что он в себе хранил. Он не успел даже осмыслить, как много мертвых вокруг: казалось, этого не должно было произойти, но стража, обезумевшая от страха, палила направо и налево, убивая мирных жителей. Леда видел, как восставшие мертвецы теснили стражу в стороны, не позволяя сужать кольцо захвата, но те сами отступали в ужасе, не зная, как действовать дальше. Не было того оружия, что могло бы убить уже мертвых, и Леда едва не присвистнул, ощущая настоящий подъем, несмотря на то, что зрелище, открывшееся ему сейчас, было воистину страшным. – Хватит мечтать, святоша, – возмутился Джури, когда понял, что Леда замер как истукан, глядя на сцену, от которой все это время они пытались уйти. – Это невероятно, – прошептал Леда, и Джури больно ткнул в бок локтем: – Нет времени глазеть, сваливаем. Идти вслед за мертвыми было проще, чем пробираться через толпу живых, которые бежали сразу во все стороны, сбивая с ног и толкаясь. Леда старался не касаться оживших холодных тел, но Джури уверенно шел прямо между ними, обгоняя и тесня бездумных рабов воли Сойка. Сложно было понять, куда они направляются, но, по крайней мере, они не нападали на самих магов – если поначалу было даже страшно поворачиваться к ним спиной, то уже спустя пару минут Леда привык, следуя за Джури, который то и дело оборачивался, чтобы проверить, идет ли за ним Леда. "Наши люди будут в северной части площади, тебе нужно уйти туда – тогда мы сможем прикрыть", – вспомнились слова Сойка, и Леда оглянулся по сторонам, с удивлением замечая, что вокруг стало меньше людей. Позади все еще раздавались крики и выстрелы, и он успел заметить, как храмовники в своих бордовых одеждах смыкают ряды, ожидая подкрепления из стягивающихся к ним сотоварищей. Путь вперед был открыт – вдалеке виднелись флаги Конклава: Леда не знал, было ли это задумано изначально, но теперь понимал, что опознавательные знаки несли еще и функцию устрашения всем, кто занимал сторону Храма. Герб Конклава не поднимался над площадью уже почти два десятка лет, и теперь флаги с четырехлистником на полотне развевались, а под ними стояли те, кто пришел сегодня за своей победой, за тем, что предназначалось им по праву. – Долго вы, – сообщил чей-то голос, и Леда вздрогнул, тут же выдыхая: он не заметил, как к нему подошел Бё, который придерживал собственную руку со свежим порезом. Из-под ткани его черной рубахи сочилась кровь, но маг только поморщился, безошибочно прочитав мысли Леды. – Все наши целы? – поинтересовался Джури, становясь плечом к плечу к Бё, глядя вдаль, откуда они только что пришли с Ледой. Здесь было безопаснее: площадь открывалась как на ладони, и казалось, что теперь своих куда больше, чем храмовников и стражников, которые глупо пытались драться с мертвецами или палили во все стороны, рискуя пристрелить своих же сотоварищей. – Не все, – отрезал Бё, не добавив никаких подробностей, и Леда озадаченно оглянулся, находя взглядом знакомое лицо парнишки, что недавно приходил в Дом. – Они стреляют на поражение без какой-либо цели, – сообщил он вместо Бё, который сильнее сжал свою руку, прижимая ее к груди. – Словно у них команда убить как можно больше людей, не разбираясь, кто маг, а кто нет. – Такая команда у них и есть, идиот, – огрызнулся Бё. – Но мы ведь побеждаем, – полувопросительно произнес Леда, и Бё смерил его тяжелым взглядом, ничего не ответив, хотя по лицу его было видно, как много слов вертится на языке. – Рю призвал демона, – отчитался Джури. – Они должны быть у сцены, прикрывают Сойка. – Су тоже еще не вернулась, хотя должна быть уже тут. "Су была рядом со мной", – вспомнил Леда, и Бё бросил на него короткий взгляд. Почему-то Леда не помнил, куда делась девушка, когда Джури повел его в толпу, уходя подальше. Ее голос остался где-то позади, а потом Леда долго не мог обернуться. – Смею заметить, что Храм разгромлен, – поделился с ними Бё, вздернув бровь и усмехнувшись. – Никогда не стоит воевать с тем, кто заведомо сильнее тебя. – Еще неделю назад ты так не говорил. – Неделю назад у нас не было Анзи – великого мага, который только что спалил пару отрядов безголовых стражей Его сиятельства, что валяется теперь на сцене прямо у ног Сойка, – Бё снова хмыкнул, и на губах его появилась улыбка. Заметив это, Леда не удержался, улыбнувшись тоже. – Никогда не видел, чтобы дар возвращался вот так, – согласился с магом Джури, и Бё взмахнул рукой, желая спародировать Анзи в его магических пассах. – Триумфа… Сперва Леда не понял, что произошло. Бё внезапно замолчал, нахмурившись и устремив взгляд куда-то в сторону от них. Леда ничего не увидел, но Бё начал медленно оседать, все еще ничего не говоря и не предпринимая. Тело сработало быстрее: Леда вскинул руки, подхватывая падающего на него мага, и тут же заметил рваную рану на рубашке, из-под которой сочилась кровь, проступая темным пятном. Прямо у сердца – или там, где оно находилось у обычных людей. Закончить фразу Бё так и не успел: его глаза закатились, а рот приоткрылся, некрасиво скривившись. Леда что-то говорил, кто-то поддерживал его и тело мага, кто-то из своих целился в сторону, пытаясь понять, откуда была выпущена роковая пуля. В мгновенно начавшейся суматохе Леда даже не заметил, как рядом с ним снова оказался Джури, который, едва взглянув на лежащего на земле Бё, прикрыл глаза, что-то шепча себе под нос. И Леде даже показалось, будто звуки выстрелов, рев призванного демона и нарастающий гул криков людей со всех сторон померкли, стали тише, чем были еще секунду до того. "Теперь ты тоже наконец услышишь тишину", – подумал он, глядя на всегда бледное лицо Бё и поспешно закрытые кем-то глаза, чувствуя, как внутри что-то остро сжимается от ощущения несправедливости. Думал Леда в этот миг о том, что Бё не удастся отметить победу в войне на своем острове, о котором он недавно упоминал. А может, и не было никакого острова, и Бё просто мечтал сбежать от всех опостылевших ему людей. – Подкрепление движется в нашу сторону, нужно найти укрытие и покинуть площадь! – Идите к Сойку! – В Доме ждут раненых, можно туда… – Надо уходить, – Джури прикоснулся к руке Леды, заставляя поднять взгляд. – Ему все равно уже ничем не поможешь. – Теперь помощь нужна нам, – бросил кто-то, похлопав Джури по плечу, и тут же исчез в толпе. – Пойдем отсюда, – выдавил из себя Леда, бросив на Бё последний взгляд, мысленно прощаясь. Бё был хорошим ментальным магом – может быть, одним из последних – и в целом нравился Леде, как сейчас ему подумалось. Другое дело, что Бё не нравился никто. Как они пробирались через распластанные десятки тел, дым и бегущих во все стороны людей, Леда почти не запомнил. Джури вел его куда-то, то и дело оглядываясь, проверяя, движется ли за ним Леда, и иногда резко тормозил, пережидая. Пару раз он выпустил какие-то боевые заклинания, больше отпугивая, чем серьезно отстреливаясь от стражников, у которых не было при себе огнестрельного оружия. Вступать с ними в рукопашный бой не было никакого смысла, они старались просто поскорее добраться до переулка, который еще не был перегорожен куда более серьезными отрядами стражи, подоспевшей со всего города. – Вот вы где! – рядом раздался чей-то голос, и Леда увидел Кейту, который спешил к ним по диагонали, ловко перешагивая через лежащие на брусчатке тела. – Сойк велел уходить всем, кроме боевых. – Все пути перекрыты, нужно к переулку Тенистых аллей, – ответил ему Джури, на что Кейта кивнул, присоединившись к их маленькому отряду, двигаясь в ногу. – Если не успеем туда, придется поворачивать к южной стороне. – Не получится, там человек пятьдесят храмовников. – Плохо дело. Если еще недавно казалось, что ситуация склонилась в пользу Конклава, то сейчас со всех сторон на площадь спешили все новые отряды храмовников, экипированных куда лучше обычной стражи, которая либо разбежалась, либо уже лежала бездыханно на земле. Кто-то из них был поднят против своих, кто-то корчился от ранений, пытаясь отползти в сторону, но Леда не обращал на них внимания, сосредоточенно пробираясь сквозь толпу вслед за Джури. Переулок, к которому они спешили, не был занят храмовниками – по крайней мере, Леда видел и других бегущих в ту сторону. Одно было ясно точно: Храм не желал проигрывать в этой битве, хоть и оказался обезглавлен. Кто-то все еще мог отдавать приказы, надеясь окружить магов и Сойка, который по-прежнему возвышался над площадью на постаменте, где недавно стоял кардинал, Правитель и другие храмовники. Он явно не чувствовал страха – лидер Противостояния был в своей стихии. Воздух ощутимо дрожал даже на таком расстоянии, дышалось тяжело, словно что-то царапало ноздри изнутри, и Леда, почти запыхавшись, чуть сбавил темп, чувствуя, как некстати начинает колоть под ребрами. Он схватился за бок, сжимая пальцы, надеясь, что дыхание быстро восстановится, и только собирался окликнуть Джури, чтобы они с Кейтой подождали его, как заметил движение слева. Человек в праздничной мантии храмовников выскочил из-за фонаря, словно бежал от кого-то, и резко замер, едва не налетев на Леду, который беззвучно охнул, моментально узнав его. Это был Соно, старший храмовник, под чьим началом Леда служил. Тот, кто отправил его на задание в Ярну – привезти опального мага, лишенного искры. Мага, который сейчас остановился, рассеянно обернувшись и что-то крикнув Леде, отчего тот повернул голову, отвлекшись на секунду. Чужие крики заглушили лязг сабли, которую Соно выхватил из ножен почти молниеносно, натренированным за годы службы движением одной руки. Последнее, что запомнил Леда, был Джури, который кинулся к нему навстречу, не глядя, врезаясь в людей между ними. И в этот момент Леда почувствовал, как холодный металл вонзается куда-то ниже ребер, а тело прошибает такая острая боль, какой он еще не испытывал прежде.