Чистое воображение

      — И где находится этот университет? — устало спросила Луз. Девушка, как бы не старалась, уже и не помнила, когда она так много ходила.       Последний год её учебы был полностью проведён за книжками, не было отдыха от экзамена к экзамену; от обычной поездки на машине в другой штат, чтобы посетить общественное мероприятие, что добавило бы баллов в копилочку поступления в университет мечты, до долгого перелёта в Европу на каникулы: благодаря своей невероятной активности и продуктивности в школе, Носеда даже сумела выиграть поездку в Рим, где она вместе с такими же вундеркиндами отдыхала, обогащаясь вдохновением от созерцания столицы бывшей Римской Империи. Каждый день они проходили столько километров по Риму, сколько Луз никогда в своей жизни не проходила. Ей казалось, что если все те круги, которые они намотали по городу, развернуть в нить, то она смогла бы очертить ею границу США.       Вдалеке, на линии горизонта, уже появлялись первые лучи солнца. Огненный шар радостно замаячил из-за крон деревьев, нежно и осторожно опускаясь на мир. Контрастные золотые лучики выгоняли каждую, даже самую темную, тень из своих укромных уголков. Пусть рассветы на Кипящих Островах ей всегда нравились больше, чем на Земле, однако, Луз любила и утреннее время на своей родной планете, поскольку считала, что оно было самым продуктивным для неё, несмотря на то, что девушка была совой. Носеда любила иногда просыпаться по утрам, глядя на то, как отступает сумрак и как мир, недавно погруженный в непроглядную темноту, начинает рассветать. В это время было так мирно и спокойно. Зачастую она просто выходила на веранду, включала тихую музыку и танцевала с сигаретой в руках. Тогда ей казалось, что существовала только она и ветер, чутко щекочущий её волосы, которые, на редкость, не были прикрыты бордовой шапкой.       — Мы уже прошли Костебург, Луз. — протянул демон.       — Да, знаю, — протянула шатенка, делая небрежное движение рукой. — Но я никогда не была в здешнем Университете. Откуда мне знать где он?       «Я едва помню, где находится сам Хекссайд.»       — Ты права. Если мы продолжим идти через лес, то вскоре дойдём до него. Может через пару часов или…       — Погоди-ка, — прищурилась Луз, смотря на, вероятно, холодный фонарный свет, просачивающийся сквозь пространство между стволами деревьев. Носеда ускорила шаг и вовсе оставила растерянного Кинга позади. — Мне кажется, что мы пришли!       Девушка побежала вперёд, движимая невидимой силой и, конечно же, надеждой, которая ни на миг ни оставляла её в пути. Она бежала настолько быстро и целеустремленно, что даже не заметила, как вбежала в терновник. Однако и это не могло остановить её. Прорвавшись через кусты, она была ослеплена ярким светом, который был недоступен её глазу в лесопарке.       Луз выбежала на огромную, свободную мощёную площадь. Посреди неё, как девушке показалось, стоял большой, но нерабочий фонтан. «Видимо, в такую рань не включают» — подумала девушка. Вдали виднелось здание, похожее по своему стилю на те, которые Луз видела в Европе. Но, очевидно, в магическом мире никто не знал различные европейские архитектурные стили. На самом деле, когда Носеда лучше разглядела главное, «встречающее», здание Университета (очевидно, это был он), ей вдруг стало интересно, открывался ли портал между мирами задолго до её рождения? Например, в семнадцатом веке. Это бы объяснило такую схожесть Костебургского Университета и замка где-нибудь в Германии. Впрочем, это объяснило бы и охоту на ведьм.       Из-за кустов послышался шум, и вскоре подле них появился озадаченный Кинг. Он тяжело и прерывисто дышал, явно старался догнать Луз.       — А вот и ты, — посмеялась Носеда, смотря на друга.       Демоненок ничего не ответил, а лишь продолжил прерывисто дышать. Шатенка подошла к нему и присела на корточки, смотря на него сверху вниз. Даже в таком положении она была гораздо выше него. Но это далеко не было проблемой. Она мягко улыбнулась уголками губ и нежно погладила Кинга по голове.       — Кажется, мы на месте. — сказала Луз, косясь на красивое здание в дальней части площади.       — Ага, — отдышавшись хмыкнул Кинг. — Но я сомневаюсь, что они открыты в такую рань. Придётся подождать.       Луз прекрасно это понимала. Она была уверена, что на часах не было и пяти утра. Хоть она и не знала конкретного времени открытия университета, но полагала, что, как и в человеческом мире, он открывался не раньше семи.       Девушка поднялась на ноги, чтобы найти место, где можно было поспать. И она заприметила чёрную деревянную лавку в нескольких метрах от них.       Лавка была мокрой. На ней красиво были рассыпаны тысячи росинок: от самых маленьких капелек, до самых больших. Луз аккуратно смахнула их с деревянной поверхности и поставила туда свой рюкзак. Ей срочно необходимо было сменить одежду.       Она выглядела по-настоящему ужасно. В самом худшем значении этого слова. Шатенка была уставшей, продрогшей от холода, исцарапанной терновником и стеклом. Её волосы взъерошенно торчали во все стороны, лицо, впрочем, выглядело на редкость замученным.       Девушка полезла в рюкзак и выудила оттуда свои тёплые кроссовки, чтобы снять полностью измокшие в утренней росе тапочки. Они из белых и чистых превратились в грязные и запятнанные. Они были ни на что не похожи и шатенка приняла решение, что никогда не сможет вернуть им прежний вид. Она без зазрения совести бросила их в ближайшую мусорку, но та, в свою очередь, ожила и словно какое-то голодное животное разодрала их и съела.       — Черт! — испуганно вскрикнула Луз, отскочив в сторону.       Внезапно Луз почувствовала горькую скорбь, пожалев о том, что не дала вещи «второй шанс». Впрочем, через мгновение это стало не важно, поскольку, Носеда почувствовала, как утренний холод стал неприятно покалывать её ступни. Она быстро села на лавочку и натянула тёплые кроссовки на мокрые ноги. Её зубы предательски застучали друг об друга, моля о том, что пора бы надеть ещё что-нибудь, поэтому Луз, снова пошарившись в рюкзаке, достала от туда повседневную чёрную толстовку. Она, едва чувствующими что-либо пальцами, натянула её на тело, а затем спешно просунула руки в серединный карман, яростно растирая их друг об друга.       Её, когда-то бывшие голубыми, пижамные штаны тоже потеряли весь товарный вид. С ними приключилось то же самое, что и с тапочками, да и к прочему — были порваны на щиколотках, чтобы перевязать изрезанные ладони. На боках отчетливо виднелись пятна от красной жидкости из-за того, что до того, как Луз и Кинг сделали привал на перевязку, шатенка использовала брюки, как вату.       Луз с грохотом уселась на лавку и тяжело выдохнула.       — Малыш, разбуди меня, когда университет откроется, — мягко произнесла Луз, а затем легла на твёрдую деревянную поверхность, используя свои руки в качестве подушки.       Она поежилась от холода и ледяного утреннего ветра, назойливо обдувающего ее. Кинг, заметив это, аккуратно забрался на лавку и сел рядом в надежде хоть немного согреть шатенку.

***

      — Император Белос, сэр, — сказала Кикимора, приблизившись к громадному трону посреди зала. — Эмити Блайт к вашим услугам.       Она указала на молодую девушку в розовом коротком платье стоящую рядом с ней. Она стояла так, будто все это место принадлежало только ей, а не Императору, безразлично смотря на него из-под полуприкрытый век. Её руки были скрещены на груди, а вес был переведён лишь на одну ногу. Длинные зелёные волосы с отросшими русыми корнями были неприлично взъерошены так, будто кто-то недавно сам их всколыхнул.       Белос снисходительно повернул на них голову и одарил их долгим, нечитаемым взглядом. Действительно, за его сияющими синими глазами, скрытыми жуткой маской, казалось, ничего нельзя было увидеть. Словно у него не было никаких чувств и эмоций. Словно, у Императора не было самой души. Взгляд многое говорил о человеке, но взгляд Белоса был молчалив. Он будто бы смотрел насквозь, прожигал дыру своим холодным, но в то же время опаляющим взглядом. Кто угодно хотел бы провалиться под землю под гнетом его величия, но не Эмити. Её тяжело было по-настоящему впечатлить, а уж тем более — напугать. Она привыкла к Императору даже сильнее, чем должна была. И никто, в том числе и она, не мог этого объяснить. Быть может она им восхищалась, быть может она ему завидовала. Ответ скрывался где-то в глубине её постепенно темнеющей души.       Император небрежно махнул рукой, приказывая Кикиморе покинуть тронный зал, и та, стыдливо опустив голову, отвернулась и пошла прочь, не забыв при этом угодить Белосу, отдав ему низкий поклон.       — Доброе утро, мой Повелитель, — громко произнесла Блайт, поклонившись, но так, чтобы не потерять зрительный контакт с высшим магом. Очень бесстрашно и безрассудно, сказал бы любой другой.       Белос медленно кивнул и выпрямился на троне.       — Здравствуй, Блайт-младшая. — будто бы скучающе, поздоровался он, а затем тихо, но не менее грозно, добавил, — Почему так долго?       Эмити на секунду растерялась. Не говорить же, что она купалась во внимании обожающих её ведьм и колдунов в ночном клубе, пока сам Император её не вызвал?       — Меня не было в Ковене. Я двинулась сюда, как только до меня дошли вести, что вы меня вызываете. — безразлично ответила зеленоволосая.       — Видимо, ты хочешь, чтобы я вовсе запретил тебе куда-либо выезжать, чтобы ты прибегала сюда по первому моему хотению? — спросил Белос, довольно откинувшись на трон.       Эмити нахмурилась и стыдливо отвела нахальный взгляд прочь.       — Нет, сэр.       Белос удовлетворённый вызванной у Эмити реакцией, быстро кивнул.       — Что ж, — начал он, — Мои люди зафиксировали сильный всплеск магической энергии на востоке от Костебурга. А так же колебание пространства. Я полагаю, что ты уже догадываешься к…       — Это была вина портала, — заинтересованно протянула Эмити.       — Не смей перебивать меня, — рявкнул Беллас.       Эмити с трудом подавила ухмылку и покорно кивнула.       — Извините, — не искренне произнесла она, а затем добавила, — Здесь кое-что не сходится: как портал мог открыться, если Совиная Леди в тюрьме?       — В этом и заключается причина, почему я тебя вызвал. — Белос выставил руку перед собой и над ней образовалась голограмма, словно маленький голубой экранчик. — Тебе знакома эта девушка?       На статичном изображении, сделанном на каком-то поле, была темноволосая смуглая девушка в мятой пижамной одежде. Она ярко улыбалась маленькому демону, который застыл в прыжке.       Эмити нахмурилась и пригляделась к изображению, прищурившись. Она чувствовала, что знает эту девушку, но не помнила откуда.       — Сэр, я не могу разглядеть лицо отсюда. Можете ли вы приблизить его ко мне? — удивительно вежливо попросила Эмити. Белос, слегка кивнув, приблизил изображение ближе к Блайт.       Эмити стала упорнее разглядывать лицо незнакомки, но как только она заметила маленькую деталь в её внешности, все тут же стало ясно. Человек. Это был круглый уголок уха, едва торчавший из-за взъерошенных волос.       «Это… это что, Луз?» — удивленно подумала девушка.       Без сомнений, это была она. Те же черты лица, но вытянутее, взрослее. Круглые щеки Луз стали худыми, скулы поднялись и заострились, а глаза — глаза остались все теми же — карими, с веселыми морщинками в уголках. Эмити едва узнала её. Она никогда не могла представить Носеду без её коротких волос и дебильной улыбки, но так даже было лучше.       Сердце девушки предательски ёкнуло, а затем сильно забилось.       — Ну так что? — словно гром среди ясного неба, прозвучал властный голос Императора Белоса.       Эмити, нагло вырванная из воспоминаний, растерянно посмотрела на мужчину. Все её мысли будто бы улетучились из головы, и она никак не могла собраться со словами.       — Это, ну… Блин, — мямлила она, — Луз Носеда, мы с ней дружили много лет назад.       Она метнула глаза себе под ноги так, словно это была стрела.       — Значит, для тебя не будет проблемой выполнить задание.       — О чем вы? Какое задание? — внезапно встрепенулась девушка. Она забегала глазами по маске Императора.       — Я думал, что ты догадаешься, — усмехнулся Белос. Эмити на самом деле догадывалась, но из-за всех сил не хотела озвучивать догадку. — Мне нужно, чтобы ты втерлась в доверие Луз, забрала портал и привела девчонку ко мне.       — Я понимаю зачем вам портал, но зачем она? Она же обычный бесполезный человек, — удивилась Эмити, невольно делая шаг назад.       — Отправлю в тюрьму, чтобы не мешала реализовывать план. — Сказал он, а затем склонился ближе к Эмити и грозно прошептал. — Я знаю, что она тебе не безразлична. Это слышно по твоему сердцебиению. Тем более, это будет довольно просто, принимая во внимание то, что вы уже когда-то были близки. Так что, если ты не приведёшь её ко мне, то я лично избавлюсь и от тебя, и от девчонки. Ясно?       Эмити, не смея оторвать взгляд от сияющих глаз Белоса, шумно сглотнула, а затем быстро закивала.       — Отлично. А теперь проваливай. — Мужчина откинулся на спинку трона и небрежно махнул рукой, прежде чем отвести взгляд от маленькой фигуры Эмити куда-то вглубь комнаты, делая вид, что он больше не намерен продолжать разговор.       Блайт шумно выдохнула и, отвернувшись от Императора, спешно покинула тронный зал.       «Надеюсь, мне за это хоть повышение дадут.» — подумала зеленоволосая.       Хоть оно ей и не было нужно, поскольку, после ухода Лилит, она стала самой могущественной ведьмой в Имперском Ковене, и Император и так терпел все её выходки, чтобы она не ушла в дикие ведьмы.       «Черт» — прошипела Эмити. — «Ещё и на занятия идти, а я совсем не выспалась…»

***

      «Погоди-ка, это что, Кинг?» — подумал парень, озадаченно остановившись в метре от лавки, где маленький демон спал без задних ног.       «А это Луз?!»       По крайней мере, он, как эксперт в области людей не мог не распознать в ней характерные черты данного вида. Да и сопоставить все точки над «и» тоже не создало трудность. Он приблизился к лицу девушки, спящей вместе с Кингом, и принялся её рассматривать. Парень нежно взял прядь волос, устроившуюся на лице шатенки, и откинул её в сторону. Вдруг, потревоженные этим маленьким действием, глаза Луз стали подрагивать и через мгновение с треском открылись, недоумевающе разглядывая лицо симпатичного темнокожего парня в нескольких сантиметрах.       Он действительно был очень привлекателен — большие темно-карие глаза, словно два непроглядных омута по-доброму смотрели вглубь души; треугольное сухое лицо, широкие, острые скулы и отчетливая линия челюсти; полные, чувственные губы, на тон темнее, чем сама кожа лица — губы страстного любовника; короткие, чёрные, как смоль волосы, выбритые у висков; широкие работящие плечи и такая же спина. Он был довольно высоким, но не слишком и стройным. Верх парня был обрамлён в синий вязаный свитер и, накинутую на него поверх, чёрную жилетку. Его ноги были едва обтянуты в брюки, доходящими ему до щиколоток, а большие ступни, больше похожие на медвежье: огромные и, на вид, неуклюжие, носили удобные легкие туфли.       — А? — растерянно хмыкнула девушка, смотря на парня, но затем вскочила и прокричала. — Что за?! — Луз смущенно отползла от парня. — Ты знаешь о понятии «личное пространство»?       Она недовольно оглядела парня, а затем хмуро отвела взгляд на улицу. Было уже совсем светло, площадь была заполнена толпами колдунов, ведьм различных возрастов, их фамильярами, а так же не больших размеров демонами. Луз была удивлена как она не проснулась раньше во всем этом шуме и гуле. Ей даже стало немного стыдно за то, что она спала на такой оживленной улице, словно была бездомной. Впрочем, все так и было.       Солнце проказливо щекотало ресницы, заставляя её невольно щуриться. Ветер играл с волосами, то подкидывая локоны, то опуская в моменты ослабления. Это продолжалось несколько раз, пока шатенка не пригладила волосы, будучи раздражённой и обеспокоенной тем, что она выглядела просто ужасно неопрятно. Луз любила выглядеть хорошо. Это всегда давало ей уверенность в себе, привлекало внимание людей, повышая её шанс завести новое знакомство, да и в целом, опрятность — это то, на что люди всегда обращают внимание в первую очередь.       — Луз? — осторожно, словно пытаясь убедиться в догадке, произнёс парень.       Шатенка серьезно посмотрела на него исподлобья.       — Гас?       Парень широко улыбнулся и бросился обнимать давнюю подругу. Он крепко сжал её, обхватив худощавое хрупкое тело обеими ручищами. Он был тёплым, даже чересчур. Луз было приятно чувствовать его тепло, поскольку она сама замёрзла до костей.       — Как ты вернулась? Когда? Почему ты не нашла нас с Уиллоу? — Начал тараторить Гас, отстранившись от подруги, что заставило девушку невольно поежиться, лишенная источника тепла. — У меня так много вопросов…       — Тише-тише, Портер, — посмеялась она, неловко похлопав друга по широкой спине. — Это все слишком долго объяснять.       Гас перевёл взгляд с неё куда-то вдаль и медленно кивнул.       — Да, кажется, ты права. — Он приподнялся и, отряхнув колени, встал, а затем робко, даже виновато улыбнулся, — Прости, если напугал.       — Ничего страшного…       Девушка была отвлечена хриплым мычанием в другой стороне лавочки. Кинг, высоко подняв обе пары лап в воздух, блаженно выгнулся и зевнул.       — Эй, Луз. Ты уже проснулась? — сонно пробубнил демон.       — Ага, соня, — улыбнулась девушка. — Ты немного проспал…       Кинг лениво протер глаза и, наконец, распахнул их, а когда заметил стоящего рядом Гаса, громко закричал и прыгнул на парня, отчаянно стуча по нему кулаками. Портер удивленно взвизгнул и схватил чертёнка, изо всех сил стараясь отцепить того от своей одежды, но демон вцепился так сильно, что казалось, что большие усилия приведут только к тому, что Кинг только порвёт его любимый свитер.       — Эй-эй-эй! — воскликнул Гас, — Кинг, полегче, приятель! Это я… — Он снова предпринял попытку отодвинуть Кинга от себя, но все было напрасно. Сильно вцепился, зараза.       — Ты был послан Императором Белосом, чтобы схватить Луз! — отчаянно закричал Кинг, все ещё тарабаня темнокожего по груди. — Но я, настоящий Король Демонов, не позволю тебе завершить твой коварный план!       Казалось, что их маленькая стычка привлекла внимание студентов на площади, и те заинтересованно наблюдали за развернувшимся действием. Они, бросив все свои дела, просто окружили их. Луз нахмурилась. Черт возьми, ей нужно было что-то сделать. Времени на ссоры терять нельзя было, поскольку её давняя наставница была в тюрьме, совсем одна. И кто знал, что могло случиться с ней сегодня.       — Кинг, перестань! — нервно повысила голос девушка, подойдя к парням. — Какой плохой мальчик! — дразняще, но более тихо, сказала она.       Демон озадаченно обернулся на неё, и ослабил хватку когтей на одежде Гаса, когда увидел, что Луз протянула ему руки, приглашая в объятия.       — Но, Луз… — виновато пробормотал он, смотря то на Гаса, то на саму девушку.       — Кинг, это мой давний друг, Гас. Разве ты его не помнишь? — ласково спросила она, успокаивающе поглаживая чертёнка по голове.       — Ой, кажется, помню, — произнёс он, стыдливо опустив голову, а затем встрепенулся и прыгнул в объятия Луз, после чего хмуро зыркнул на Портера, — Но это не меняет того факта, что я единственный защитник Луз, и без меня она никуда! Так что я буду следить за тобой.       Гас громко и так ярко рассмеялся, что хохотом заразил и саму Луз. Она начала невольно хихикать. Девушка снова почувствовала себя так, словно ей было четырнадцать — так беззаботно и радостно. Шатенка безумно скучала по этому чувству в душе: тёплому, разогревающему ощущению где-то в центре груди, которое само по себе распространялось по всему остальному телу. Оно было для неё, словно жесткий наркотик, который она каждый раз хотела принимать внутривенно во всё больших и больших дозах. А когда у неё будет ломка — она просто ляжет на пол, охваченная ничем, кроме фрустрации, больше не в силах что-либо делать, даже думать. Если бы у чувств был цвет, то это был именно голубой. Глубокий и непроглядный голубой, словно ты глядишь вглубь океана, охваченный страхом от того, насколько же он громадный, а ты — ничтожный.       Такое уже было с ней однажды — когда она покинула магический мир. Мама водила её к психологу, ей наняли личного терапевта, но она никак не могла оправиться от всепоглощающей ледяной тоски. Только забвение помогло ей все отпустить. И она не знала, хорошо это было или же плохо…       — Уиллоу будет безумно рада встретиться с вами! — восторженно пролепетал Гас, светясь от счастья.       Луз потерянно подняла на него глаза, а затем, все-таки «очнувшись», широко заулыбалась, в уголках её глаз снова образовались радостные морщинки.       — Тогда чего мы ждём? — спросила она, оглядывая то Гаса, то Кинга.       Они спешно собрали свои вещи и воодушевленно пошли к громадному зданию кампуса университета, которое по мере приближения становилось ещё больше. Рот Луз стремительно полз вниз.       «И как такая громадина могла бы быть построена?» — ошеломлённо подумала она.       — Да, знаю. Это очень впечатляюще, — довольно произнёс Гас, заметив реакцию Носеды. — Университет был построен две тысячи лет назад, и от него ещё не отломилось ни одного камушка! И все это благодаря магии!       — Невероятно… — прошептала Луз.       Они вошли в главный вестибюль. Все вокруг было обрамлено дорогими металлами, громадные мраморные колонны будто бы давили на крохотную Луз своими размерами. Помещение было освещено не только позолоченными лампами, но и гигантскими окнами по всему вестибюлю. Справа от входа находилась опен-зона с красными диванчиками, креслами, камином и миниатюрной библиотекой. Там расположилась толпа студентов, от которых то и дело слышалось хихиканье над какими-то своими шутками, которые Луз, казалось, никогда не поймёт. Из зала шло четыре больших коридора, которые делились ещё на другие ветки проходов, уходя все дальше вглубь Костебургского Университета. Помимо всеразличных коридоров, здесь были и две большие винтажные мраморные лестницы, покрытые роскошными красными коврами, которые в тот момент чистились двумя маленькими демонами-уборщиками. Ну что за очарование?       — И что вы делаете в этом университете, если вы уже давно выбрали Ковен? — с детским любопытством спросила Луз.       — Ах, да. Волшебники поступают сюда для того, чтобы углубить свои познания в стихийной магии своего Ковена, а так же заняться исследованиями, результаты которых пойдут на пользу всему обществу. — гордо пояснил Портер. Он, казалось сиял от счастья.       Луз понимающе закивала головой, продолжив молча рассматривать окружение.       — Уиллоу живет в Дорме, мы доберёмся туда, если поднимемся на второй этаж… — начал парень.       — Дормы, что это? — с ноткой удивления в голосе, проговорила Луз, перебив друга.       — Это… ну, э-э, — замялся он. На его лице промелькнула задумчивость, когда он искривил нижнюю губу и вскинул глаза вверх, приподняв одну бровь, прежде чем он всё-таки собрался с ответом: — Это место, где студенты живут на территории кампуса.       — То есть, это общежитие?       — Общежитие? Это так вы, люди, зовёте Дормы? — пробормотал Гас, со вскинутой бровью смотря на Луз.       — Ага, — улыбнулась она.       Они поднялись по высокой и крутой винтажной лестнице на второй этаж, где повернули налево по коридору. Везде, где сновали молодые ведьмы и колдуны, чувствовался терпкий запах свежих трав и эфирных масел. Это было очевидно, они носили ингредиенты с собой для использования в магических отварах и эликсирах. Луз нравился этот запах и нравилось как выглядели все собравшиеся в университете: они носили черные робы с разными цветовыми вставками, символизирующими основной цвет их Ковена.       — Вот мы и на месте, — радостно пробормотал Гас, застыв у двери. Луз едва не врезалась в него из-за того, что парень остановился так неожиданно.       Перед Гасом была дверь из красного дерева. На ней были выгравированы старомодные узоры, уже подстертые, но до сих пор выглядящие безумно детализированными. К верхней части двери была прибита табличка со светящейся надписью: «Уиллоу Парк, первокурсница».       Гас ещё раз улыбающимися глазами глянул на Луз, а затем громко постучал в дверь тремя, выдержанными по времени, ударами. Но в ответ ничего. Дверь не открылась, а за ней не послышалось ни шороха.       — А? — воскликнула Луз и уже сама постучала в дверь. Зараза, все по-прежнему.       — Неужели она спит? — поинтересовался Гас, задавая этот вопрос и себе, и всем сразу.       — Похоже на то.       Портер дернул за ручку двери и она вежливо поддалась. Они вошли в слабо освещенное помещение. Утренний свет не попадал туда из-за ветвей массивного дерева. Вот ведь везение было получить такой вид из окна. Внутри был порядок, все вещи, казалось, действительно лежали на своих местах: за исключением небольшого творческого беспорядка на столе. Справа от входа располагалась миниатюрная персональная душевая комната, а сразу за ней, в соседней комнате, была огромная и мягкая, словно облако, кровать. На самой этой кровати лежала молодая ведьма, погружённая в сон. Она укуталась в одеяло так, что была видна лишь её темная макушка. Улыбка Луз все расползалась и расползалась, и вот-вот она достигнет самих ушей. Ей не терпелось снова с ней заговорить.       — Уиллоу, почему ты все ещё в кровати? — удивленно спросил Гас, подбежав к подруге.       Уиллоу, недовольная тем, что к ней вломилась, сонно промычала:       — У меня первая пара в десятом часу…       Её очаровательный голос сладко скрипел, все ещё не пробудившийся ото сна. Уиллоу практически не изменилась с последней встречи с Луз. Всё те же короткостриженные чёрные волосы, милые оттопыренные острые уши, изумительные щечки, в которых хотелось утонуть.       — Не важно, ты должна встать. — строго сказал Гас, склонившись над ней, а затем потрепал её по плечу и прохихикал: — Тем более, у меня есть удивительный подарок для тебя!       Уиллоу с трудом разлепила один глаз, а затем и второй. Она слегка приподнялась, а затем блаженно подняла руки в воздух, выгибаясь, не забывая при этом громко зевнуть. Темноволосая протерла сонные глаза, а затем начала рыскать рукой по прикроватной тумбе, чтобы найти очки, без который она не видела дальше своего носа. Без шуток.       — Что у тебя там, Гас? — хрипло спросила она, смотря на друга.       — Посмотри кто вернулся! — его брови высоко подскочили, и он, улыбаясь, прикусил нижнюю губу, чувствуя, что умрет от нетерпения.       Уиллоу медленно перевела взгляд в проход и в течение нескольких секунд просто безразлично смотрела на Луз, пока та «невзначай» не провела рукой по волосам, обнажая человеческие уши. Тогда брови Уиллоу поползли вверх, глаза широко распахнулись, а нижняя челюсть начала стремительно падать. Её лицо застыло в немом крике.       — Привет, Уиллоу! — радостно выпалила Луз, бросаясь в объятья к давней подруге.       — Луз! Луз, это ты?! Я не верю своим глазам! — завизжала девушка, крепко обнимая Носеду. К их объятиям присоединился и Гас, нежно поглаживая девушек по спинам.       — Вовсе нет, я лишь сон. — просмеялась Луз.       Из-за этого друзья ещё сильнее захохотали. А когда смех сошёл на нет, они оторвались друг от друга, радостно и счастливо переглядываясь.       — Но как ты сюда попала? И когда? — озадаченно спросила Уиллоу, бегая глазами по задорному лицу Луз.       — Это долгая история и, думаю, у нас достаточно времени, чтобы я могла все рассказать подробнее, — Луз улыбнулась друзьям поочерёдно — сначала Уиллоу, а потом Гасу, и упала на кровать, блаженно закрывая глаза. — Что ж, начну-ка я с…