Hold my hand.

      Джисон шмыгает покрасневшим носом и наконец тянет старшего в торговый центр. Уж больно надолго затянулась их «прогулка по улочкам». Все рекламные баннеры оповещают о предстоящих скидках, распродажах, конкурсах и розыгрышах в честь праздника, ну, и о нём самом. Красивые бубенцы, мигающие гирлянды, длинная мешура, стенды с Сантой, вкусные пряники и просто люди с пакетами в красных шапках — то, на что хочется смотреть с улыбкой. Хан, как маленький ребёночек, носится из одной стороны в другую, пока Джин не усаживает его в тележку (да-да, вы правильно поняли), но и тут ему не удаётся спокойно сидеть. Командует, где сворачивать, куда быстрее ехать. В тележке рядом с ним уже упаковка хлопьев и три шоколадки. Закупив ещё нужных продуктов, они едут (Хан едет, Хван толкает тележку) покупать игрушки. — Хён, давай купим гирлянду?! Пожалуйста-пожалуйста! — соединяет ладони в жесте «умоляю», а Хёнджин лишь с улыбкой протягивает свою карточку, несильно щипая щёчку. — Ты у меня самый лучший, Джинни-хён! — выбираясь из своей «тачки» и обнимая Хвана, кричит Джи. — Выбирай быстрее, нам ещё украшать надо, Сон-а.       Смех Джисона звонкий и приятный, такой настоящий… Искренний. С ежедневным времяпрепровождением с ним Хёнджин влюбляется ещё сильнее, ещё страстнее и больше. Даря свою любовь, обнимашки, поцелуи и всё, что только пожелает его Сон-и. — Сон-и, поехали-ка домой. Ты уже на ногах еле стоишь, — тон у Джина спокойный и немного тревожный. — Но… А как же ёлочные игрушки и звёздочка? Ну, Джинни-хён, позалуста-а-а-а!!! — странно, что Джисону двадцать, потому что запятую стоит подвинуть влево, чтобы получилось два. Да, ему, наверное, два годика. — Хорошо, — тяжело вздыхает Хван и забирает пакеты из рук Сона, — только их и купим, понял? — Понял. Спасибо, люблю тебя!       Джи уже на протяжении пятнадцати минут не может выбрать ёлочные игрушки: то слишком большие, то слишком блестящие, то слишком обычные. А потом наоборот: «Блин, какие классные, ой, эти тоже, я не могу выбрать!». В конце выбор падает на одинаковые шарики серебряного цвета и такую же звезду. Не стрёмно и не дёшево. Спускаясь по эскалатору с третьего этажа, Хёнджин тихонько целует в щёчку и спрашивает: — Что подарить на Рождество? Я совсем не люблю делать сюрпризы… — Пойдём к машине, отвечу.

***

— Так что? — Ты. — Что я? — Всё, что я хочу на Рождество — ты. Во всех смыслах. Мне большего и не надо, у меня всё остальное есть и будет.       Их гляделки влюблёнными глазами длятся примерно три минуты. Затем Хёнджин, немного подавшись вперёд, легко касается губ Джисона. Потом, сразу же отстраняясь, заводит машину и выезжает со стоянки. — Запрос принят, бэйби.