Чужая волшебница

      Веселье закончилось. Как бы Софи не старалась сбежать от учебников и зубрежки, в итоге эта участь настигла ее даже во сне. Она попала почти в конец учебного года, на носу были экзамены, Изниоткудапоявившаяся и недели в Хогвартсе не проучилась, а с нее требуют знаний, как с завсегдатая.       Она не могла быть уверена в том, что проснется до аттестации, тем самым избежав позорного «Тролль» по всем предметам, да и не хотела так быстро возвращаться в свою реальность. К тому же, выбора у нее особо не было, тем более, когда твой декан и теперь еще и неформальный опекун Северус Снейп. По поручению Дамблдора на голову бедного зельевара свалилась эта неугомонная студентка из другой «Вселенной» вместе с ее не разгребаемым багажом проблем и беспрестанных проказ, так что ответственность за ее успеваемость целиком и полностью лежала именно на нем.       Пока она является ученицей школы чародейства на равных правах с другими волшебниками, она обременена теми же, что и они, обязанностями, к которым относится и сдача СОВ в конце пятого курса. Для Амбридж в приоритете было, чтобы эта девочка своим абсолютным провалом не испортила рейтинг школы, поэтому она так яро добивалась ее исключения, руководствуясь принципом «чтобы решить проблему, нужно уничтожить ее корень». А первостепенной задачей директора стало как можно дольше законным путем удерживать столь необычную особу в границах школы, чтобы не терять чужеземку из поля зрения, имея возможность вытягивать из нее всяческую информацию и наблюдать за подозрительными отклонениями от предполагаемой нормы. И прихоти двух противостоящих сил: великого Альбуса и отброса из Министерства в лице розовой жабы — воплотились в вечном козле отпущения Хогвартса — Снейпе. — Самое уязвимое место водяного черта — его хрупкие пальцы, — говорил мужчина, вальяжно прохаживаясь по кабинету и сосредоточенно сложив руки за спиной. — Несмотря на свою длину они очень легко ломаются, так что, дабы справиться с Грендилоу, достаточно всего лишь обезвредить эту часть его тела.       Он резко повернул голову на слизеринку, рука которой вяло зависла над тетрадью, совершенно не считая нужным конспектировать лекцию. Софи вообще согласилась на эти занятия только по причине того, что это была отличная возможность сблизиться с Северусом. Она вовсе не вслушивалась в то, что конкретно он говорит. Она слушала его голос. То, как он мелодично сменялся, перескакивая с тональности на тональность, в зависимости от того, что он повествует. То, как он распространялся по всему кабинету, тихо отражаясь от каменных стен и делая звучание еще более загадочным и даже будто бархатным.       Она подмечала каждое движение его мимики: каждую проскакивающую морщинку; то, как нахмуренно сводились его брови и как периодически вздергивался его аристократически крючковатый нос. Как он изящно встряхивал головой, когда непослушные черные пряди спадали ему на лицо. Она восхищалась каждой замеченной деталью, которая в совокупности с другими создавала его неповторимую и до боли притягательную эстетику. Такое пристальное внимание не ушло от глаз учителя. — Мисс Тайфер, — строго прервал ее наблюдения тот, — Вы лишь малость смахиваете на изучаемую нами водяную нечисть, поэтому осмелюсь предположить, что пальцы у Вас не настолько хрупки, как у него, — постепенно повышая тон, ругался он, — так что с ними не случится ничего непоправимого, если они, как минимум, ради приличия потрудятся записать хоть что-то в Вашей вечно пустующей тетради!       Профессор раздраженно взмахнул палочкой — перо выскользнуло из рук лентяйки и само начало записывать последние озвученные фразы. — Я и так всё запоминаю, — оправдывалась Софи. — Тогда я с удовольствием понаблюдаю за тем, как ты будешь применять свои ничего не стоящие знания на практике, — зельевар резко подошел к столу, за которым сидела волшебница, и оперся о него руками. — На выходных пойдем к Черному озеру. — Что?! — вскликнула та. — Вы хотите, чтобы я с ними вживую боролась?! — Если не будете слушать мои лекции, будете вмертвую, — он убрал ладони с поверхности и с непринужденным видом вернулся на прежнюю позицию. — Я не шучу! — девушка возмущенно подскочила с табурета. — Это ведь… опасно, разве нет? — Судя по Вашему поведению, для Вас не существует ни понятия «опасность», ни тем более «совесть» или «уважение»… — Не уходите от темы! — перебила она. — Кто вообще сказал, что я буду сдавать эти экзамены?!       Северус повернул голову на студентку, просверливая ее холодным взглядом, и не менее холодным тоном утвердил: — Я.       Тогда слизеринка саркастически усмехнулась, пораженно протягивая: — А-а, ну, раз ВЫ сказали, то ладно.       Тот сурово нахмурился, а непокладистая ученица уселась на свое место и, схватив чернильное перо, с готовностью проговорила: — Продолжайте, профессор.       Однако как бы Софи не хотела учиться, вместо материала запоминая лишь то, с какой частотой декан моргает на их занятиях, спустя несколько уроков понимание предмета начало появляться само собой. В основном, упор делался на Защиту от Темных искусств, так как уроки Амбридж новенькая благополучно прогуливала, зная, что любая встреча с ней обернется очередным скандалом или потерей кем-то голоса. Отсиживала ее лекции она в гостиной своего факультета, хотя могла бы в кабинете Северуса, но тот упорно сопротивлялся рвению студентки ошиваться в его пристанище, когда ей вздумается, и в итоге той пришлось сдаться. В дополнение к вышеописанной причине, Снейп и сам с большей охотой преподавал именно эту дисциплину, на должность преподавателя которой Альбус по сей день так настойчиво отказывается принимать его.       Одно из занятий в целях безопасности проходило в Выручай-комнате, попасть в которую без ненужных свидетелей профессору и его ученице удалось лишь поздним вечером. — Почему нельзя было провести урок, как всегда, в кабинете? — осторожно минуя груды запылившегося хлама, возмущалась девушка. — Я не могу быть уверен, что твой боггарт превратится во что-то безобидное, и что ты с ним справишься, — преподаватель театрально развел руками. — Тем не менее, не удивлюсь, если воплощением твоего страха будет что-то наподобие сломанного ногтя, как у всех тебе подобных студенток.       Софи фыркнула и подошла к старому потрескавшемуся шкафу, возле которого уже стоял Северус, готовый к проведению практики по ново изученной теме. — Не так близко, Тайфер, — он выставил руку и мягко отпихнул ее подальше от антиквариата. — Еще раз: ямообразное движение палочкой, ударение на второй слог и немного фантазии. Думаю, с последним пунктом у такой изощренной хулиганки, как ты, проблем возникнуть не должно.       Снаружи волшебница выглядела весьма спокойно, но внутри нее обеспокоенно сжималось и разжималось напуганное сердце. По шее расползлись рельефы напряженных вен, а по каждому сосуду, волнительно пульсируя, растекалась кипящая кровь: кто знает, чем или кем окажется ее боггарт?       «Держу пари, что моя химичка… Представлю ее в обтягивающих красных лосинах, и победа в кармане», — настраивалась та, направляя палочку на пока что запертую дверцу шкафа. — Готова? — поинтересовался профессор, ухватившись за мебельную ручку. — Нет… — боязливо ответила слизеринка, помотав головой. — Тогда я открываю, — тот понизил тон. — Не делай глупостей и делай то, что я говорил.       Он не сводил взгляда со студентки, следя за каждым ее жестом и надеясь, что она всё же не оплошает. Изниоткудапоявившаяся сконцентрировалась на деревяшке, ожидая, когда же та отворится, и ей придется столкнуться один на один со своим главным страхом, сущность которого до сих пор оставалась неизвестностью.       Снейп крутанул ручку и тут же отшагнул назад. Шкаф противно заскрипел, но не спешил раскрываться. Был виден лишь малый просвет, через который никак не удавалось разглядеть содержимое вместилища. Тайфер с полминуты простояла, выставив перед собой палочку и сосредоточенно сведя брови, ожидая, пока привидение, наконец, покажется. Рука начинала затекать, и у девушки кончалось терпение. Она недовольно цокнула, закатив глаза, и стремительно двинулась к антиквариату, недовольно бубня: — Там улитка что ли?       Она потянулась к дверце, как вдруг та задребезжала и дернулась. — ПРОЧЬ, ГЛУПАЯ! — тут же оттолкнул ее Северус.       Шкаф наотмашь распахнулся, и на свет вышел тот, кого, мало того, что нельзя называть, так еще и, казалось, нельзя было увидеть…       Весь боевой настрой вмиг испарился, стоило Софи увидеть перед собой ужасный облик Темного Лорда. Он ехидно улыбался, оголяя свои изуродованные зубы и раздвоенный язык.       Ощущения при виде такого на экране телевизора и рядом не стояли с теми, что испытываешь, столкнувшись с ним вживую. Он элегантно расправил свои балахоны болотного цвета и стал медленно наступать на волшебницу. Его глаза с зауженными зрачками вглядывались в самую душу, точно собираясь расколоть ее, подобно своей, или забрать на создание очередного крестража. Что бы там ни было, его вид не предвещал ничего хорошего и внушал лишь неизбежные муки и нестерпимую боль.       Студентка отходила назад, в то время как к глазам начинали подтекать горючие слезы. Она и не подозревала, что так боится эту тварь. Вдруг тот нацелил на нее свою палочку. Северус, до этого неподвижно стоявший неподалеку от шкафа и ошеломленно наблюдающий за происходящим, вдруг дернулся в порыве перекрыть собой ученицу и тем самым столкнуться со своим боггартом. Но он удержал себя, ведь он бы увидел там смерть Лили… — Сделай его смешным! — беспокойно выкрикнул он. — Сконцентрируйся, Софи!       «Красные лосины… красные лосины… И нос ему верну!» — проговаривала про себя та и, выполнив замысловатое движение магическим оружием, четко проговорила: — Ридикулус!       Воландеморт вопросительно скривился. Его закрутило в бешеном вихре, и через пару секунд из-под его одежды показались ярко-красные лосины, а центр физиономии стал украшать большой нос. Страх Тайфер тут же сменился звонким смехом. Лорд недоуменно ощупывал свою морду, от чего новообретенная часть лица смешно загибалась в разные стороны.       У Снейпа же, в свою очередь, даже уголки губ не дрогнули: ему было не до задора. Он взволнованно задергал палочкой, создавая ей потоки воздуха, которые быстро загнали обескураженного боггарта в шкаф. Вместилище с шумом захлопнулось, а зельевар напряженно прислонился к его дверце спиной, не давая ни шанса ему раскрыться вновь.       Волшебник нервно задышал и поднял на слизеринку проницательный взгляд. — Ты моло… — он запнулся, — неплохо справилась.       Девушка, к тому моменту уже отошедшая от смеха, едва заметно улыбнулась в ответ на слова мужчины. — К твоему сведению, Софи, — он отстранился от деревяшки и стал приближаться к ученице, — с каждым занятием у меня появляется всё больше вопросов насчет твоей поразительной осведомленности о нашей… Вселенной, — профессор, загадочно сощурив глаза, наклонился к ее слегка растерянному лицу. — И можешь не сомневаться: я не оставлю их без ответов.       Снова оказавшись на таком коротком расстоянии от зельевара, по всему телу Тайфер пробежала приятная волна мурашек, ликующих от того, что с каждым их уроком они становятся всё ближе друг к другу: и морально, и физически.       Она смотрела прямо в эти полные мнимой строгости глаза, упорно пытаясь проникнуть под эту фальшивую пелену хладнокровия. Внутри без приглашения затрепетала непрошенная девичья наивность. Казалось бы, сейчас, когда они только разобрались с Лордом, хоть тот и являлся лишь привидением, был самый неподходящий момент для проявления какой-либо нежности. Однако столь небольшое расстояние между ними затуманило всякий здравый смысл, и, воспользовавшись моментом, волшебница вдруг подалась вперед и прислонилась губами к слегка шершавой щеке мужчины. Она задержалась в таком положении не дольше мгновения, но оно растянулось точно целая вечность. Северус не успел никак отреагировать, как девушка тут же отстранилась и, ухмыляясь, произнесла: — Разумеется, профессор Снейп. Спасибо за урок.       По щекам растекался румянец, и, желая как можно скорее скрыть его от взора зельевара, она поспешила покинуть Выручай-комнату, оставив того наедине со своим недоумением и чем-то еще…       На самом выходе из помещения Софи услышала по ту сторону знакомые голоса, что заставило ее помедлить и прислушаться. — Она должна быть где-то здесь! — настаивал один из близнецов, ощупывая стены своими крупными ладонями. — Может, мы пришли слишком поздно? — Или слишком рано. — А если собрание назначили в другом месте, а мы об этом не знаем? — Мы не могли об этом не знать, Джордж, — упредил старший. — Где им еще-то быть? В кабинете жабы? — Ха-ха, точно! — усмехнулся тот. — Как думаешь, а на ней сработает оборонительное заклинание от земноводных?       Слизеринка осторожно вышла в коридор так, чтобы те не заметили, откуда именно она появилась, и окликнула близнецов: — Вечер добрый.       Рыжие резко обернулись. — Добрый, Изниоткудапоявившаяся, — поприветствовал ее младший. — Вы на собрание Отряда пришли? — как ни в чем не бывало поинтересовалась девушка.       Те удивленно переглянулись и в унисон ответили: — Какого «Отряда»? — Ну да, да… — она, засунув кисти в карманы юбки, деловитой походкой подошла к ним. — Выручай-комната пока что занята. Не могу точно сказать, когда освободится.       В глазах вечно комичных парней вдруг заиграла серьезность. Они на некоторое время призадумались, анализируя слова слизеринки, противоречащие конфиденциальности деятельности Отряда Дамблдора. — Тайфер, — начал Фред, — ты знаешь, что делают с такими, как ты?       Волшебница вопросительно вскинула брови. — Отрывают слишком длинные носы, которые лезут не в свое дело, — Джордж наклонился к ней и игриво ущипнул за кончик носа. — Наверное, он у тебя из-за постоянного контакта со Снейпом так отрос. — Я тебе сейчас врежу, — то ли с иронией, то ли с раздражением прошипела та. — Не дотянешься, Изниоткудапоявившаяся. — Зато она знает парочку заклятий, которые точно дотянутся, — вдруг где-то позади раздался строгий голос зельевара.       Софи резко обернулась и увидела, как из-за угла вышел мужчина, держа в руках какую-то полупрозрачную банку, в которой валялся смотанный клубок оранжевых ниток.       «Когда он успел…?» — пронеслось в голове у девушки. — Минус 10 очков Гриффиндору, — проговорил тот.       Близнецы недоуменно переглянулись и, заговорщически кивнув друг другу, негромко обратились к Тайфер: — Гуляй, малая.       Они напоследок еще раз осмотрели коридор, убеждаясь, что никакого собрания Отряда Дамблдора не состоялось, и спешно скрылись за первым же поворотом. Слизеринка проводила их торжествующим взглядом, а затем развернулась, желая поблагодарить профессора, но рядом его уже не было…       С момента начала занятий, проводимых Северусом, количество происшествий, связанных с Чужой волшебницей, сократилось до непривычного минимума. Как и ожидалось, учеба заполонила собой всё, так что времени для поиска проблем на одно место попросту не оставалось. К тому же декан слишком ответственно подошел к своей задаче подтянуть эту недотепу по ряду дисциплин во имя удовлетворительной сдачи СОВ и не мог допустить возникновение новых препятствий для спокойного проведения индивидуальных лекций.       За несколько дней своеобразной «тишины» Софи толком не общалась ни с кем, кроме Снейпа и Полумны, вместе с которой они частенько проводили обеденные перерывы за какой-нибудь библиотечной книжонкой или учебником. Несмотря на это новенькая постоянно чувствовала себя одинокой. С помощью шифтинга она переместилась в свой любимый мир к своим любимым персонажам и ради чего? Ради того, чтобы большая часть из них ее отвергла? Она ведь даже в скрипте утвердила хорошие взаимоотношения со всеми из этой Вселенной. Что пошло не так? Или, может, вовсе не стоит гнаться за дружбой, к которой она стремится лишь потому, что они герои фильмов о «Гарри Поттере» и, в какой-то степени, ее кумиры? В любом случае, под боком уже есть тот, кого она ценит больше всех них вместе взятых. Надо ли ей вообще пытаться сблизиться со всеми?       Наверное, в этом не было никакой необходимости. Однако отказываться от желания наладить взаимоотношения хотя бы с основными персонажами Софи не хотелось. С золотым трио она так и не помирилась, а, не подружившись с ним, очевидно, вступление в Отряд Дамблдора невозможно. А попасть в него было задачей первой важности, ведь это даст ей возможность предотвратить смещение с должности директора Альбуса, а позднее и вовсе спасти Сириуса от героической погибели.       Но из-за того, что она училась на Слизерине, ребята ей не доверяли. В один день, чтобы добиться их расположения, пришлось переступать не только через саму себя и свою гордость, но и через толпу студентов, которая не давала ей проходу к троице, расположившейся в другом конце класса зельеварения. — На следующем уроке будете готовить Животворящий эликсир! — уже прозвенел звонок, так что Снейпу пришлось кричать, чтобы перекрыть своим голосом болтовню студентов. — На оценку! Никаких поблажек не будет! — он, слегка понизив тон, дополнил. — Особенно для мистера Поттера.       Софи, дабы успеть нагнать гриффиндорцев (а не упустить из виду, как это случалось при всех предыдущих попытках побеседовать с ними), двинулась к ним сразу по окончании лекции. Она едва протиснулась мимо подорвавшихся с мест учеников и наконец добравшись до троицы, торопливо заговорила: — Ребят, стойте, — она перегородила им дорогу, чтобы те не смогли пойти на выход из кабинета и снова сбежать от нее, — я поболтать хотела.       Они на секунду обменялись многозначительными взглядами, а затем снова обратили свои взоры на неугомонную однокурсницу. — Всё, что могла, ты уже сказала, — холодно ответил Гарри. — И мне, и Гермионе, и Фреду с Джорджем.       «Твою мышь, они доложили о той встрече… Ладно, я бы так же сделала на их месте» — подумала новенькая и озадаченно вздохнула: — Вы не понимаете… — О нет, Софи, — вмешалась кудрявая, — мы как раз всё понимаем. — ДА ДАЙТЕ СКАЗАТЬ! — крикнула та.       Не ожидая такой напористости, подростки замолкли. Темноволосая прикрыла глаза, мысленно настраиваясь на нужный лад, и начала: — Между нами слишком много недопониманий, и они так ими и останутся, если никто не попытается их изгладить, — пытаясь сохранять зрительный контакт с троицей, говорила она. — Да, я много косячила, и не факт, что перестану. Да, я кучу раз подводила каждого из вас, — волшебница слегка стыдливо понурила голову. — Но, пожалуйста, поверьте: я не желаю вам зла. Я уже не говорю о том, что, правда, хотела бы подружиться с вами, — она грустно натянула уголки губ. — Сейчас я понимаю, что успехом будет даже то, если вы хотя бы перестанете шугаться меня, как Филча после отбоя. Неужели всё настолько плохо, что вы так относитесь ко мне? — девушка обратилась к парням. — Помните, как мы вместе приготовили умиротворяющий бальзам? — Который ты выпила, и Снейп снял с нашего факультета 20 очков за то, что мы не доглядели за тобой, — уточнил Поттер.       Та грустновато усмехнулась. — Не знала… — она взглянула на Рона. — А… А то, как ты доедал мой завтрак в больничном крыле? — Меня потом весь день крутило от этой дряни… — с едва приметной улыбкой поделился рыжий.       От такой новости студентка тихонько рассмеялась. — Ладно… Этого я тоже не знала, — она перевела взгляд на Гермиону и, чуть помедлив, продолжила. — А ты, Грейнджер, между прочим, была первой, кого я обняла за время ши… своего пребывания в Хогвартсе.       Всезнайка отвела глаза, немного призадумавшись над словами однокурсницы, и, на удивление, не спешила отпускать какую-нибудь остроумную колкость.       Повисла скромная пауза. На каждого из компании откровения слизеринки произвели разный эффект. Рон больше не хмурился, но это было ожидаемо, ведь между ним и новенькой не происходило никаких стычек один на один, Уизли всегда был просто неумышленно причастным к их разногласиям. Его «избранный» друг, на лице которого хоть и оставалась тень сомнений, тоже проникнулся речью девушки и более не был настроен со столь категоричной враждебностью по отношению к ней. Чего не скажешь об их подруге. Но, заметив снисходительность парней, волшебница решила, что ей всё же удалось растопить упрямые гриффиндорские сердца, как вдруг кудрявая выдала: — К сожалению, даже это — твоя очередная ложь, Софи, — зрачки той оскорбленно вспыхнули. — Мне кажется, весь курс запомнил, как днем ранее до… — она замялась, подбирая выражение, — ситуации в больничном крыле ты на глазах у всего класса… приложилась руками… или, простым языком, обняла… — она понизила тон, бросив взгляд в противоположную сторону класса, — профессора Снейпа.       «ОБНЯЛА КОГО?!» — пронеслось в мыслях у студентки, изумленно вскинувшей брови от такого заявления. — Гермиона, она была в бреду, поэтому не помнит, — заступился Гарри. — Не была там, — сказала та. — Я вам не судья. — Тогда с какой стати ты так уверенно утверждаешь, будто это было? — возмутилась новенькая. — Уж прости, Тайфер, — серьезным тоном язвила Грейнджер, — но своим друзьям я доверяю намного больше, чем всяким дружинникам, подпевающим Амбридж. — Что?! — разгневанно прошипела шатенка. — Какие… Какие дружинники?!       Не видя смысла в продолжении разговора, гриффиндорка подхватила парней под локти и потащила к выходу. — Вы с ума сошли?! — слизеринка бросилась за ними. — Думаете, если б я состояла в Дружине, я бы так рвалась в Отряд Дамблдора?! — Софи, тихо! — Поттер взволнованно заозирался по сторонам, ведь в кабинете они были далеко не одни.       Ее отчаянные выкрики, казалось, услышали даже пиявки в закупоренных банках, так что девушка, к несчастью, привлекла внимание абсолютно нежеланного свидетеля в лице одного чрезвычайно задиристого блондина. — Не стесняйся, Изниоткудапоявившаяся, — надменно ухмыляясь, подошел к ним Драко. — Ты должна с гордостью носить звание члена Инспекционной дружины, — он уставился на золотую троицу. — У-ху-ху… Сколько же гадостей она вам сделала. — Что ты несешь, долбанушка?! — новенькая со злобой толкнула его в плечо. — Как я и предполагала, — разочарованно утвердила Гермиона и, перед тем как вывести парней из помещения, строго добавила, глядя на однокурсницу. — Не подходи к нам более, Тайфер. — Но он врет! — протестовала волшебница, но ребята уже скрылись в подземелье.       Она разозленно сжала кулаки, резко повернулась к ненавистному блондину и, приблизившись к нему почти вплотную, стала яростно ударять его по грудной клетке. — Ты! Идиот! — тот сразу отскочил назад, укрываясь от побоев. — Зачем ты им эту херню наплел?! — Радуйся, пока можешь: я избавил тебя от компании жалких гриффиндорцев, — Драко подался вперед и, презрительно прищуриваясь, съязвил. — Не позорь Слизерин, Изниоткудапоявившаяся.       Девушка всей душой хотела бы снова броситься на парня с кулаками, но вместо этого лишь обессиленно проговорила, отвернувшись: — Да катись ты к дементорам, Малфой…       Дотошный слизеринец обошел ее и угрожающе наклонился к ней. — Осторожнее с выражениями, — дерзнул он. — Не там, где нужно, язычком вертишь. — Уж Вы-то в этом наверняка профессионал, мистер Малфой, — вдруг послышался голос зельевара с другой стороны класса. — Урок закончился, ступайте. Или Вы так горите желанием поотмывать котлы, оставшиеся после первокурсников?       Задира отпрянул от новенькой, окинул ее пренебрежительным взглядом и, поправив лямку портфеля, поспешил прочь из кабинета. Софи осталась наедине с профессором. — Пи… — она тут же запнулась, — пипец какой-то… — Не вынуждай меня впервые за мою преподавательскую деятельность снимать очки со Слизерина за такие высказывания, — сказал Северус, скрестив руки на груди. — Простите… Просто я… Я не могу так уже, — ученица с подавленным видом уселась за свою парту. — Почему, если я учусь на Слизерине, то сразу «злая», сразу «плохая», сразу «предатель»… — Не обращай внимания, — неумело поддержал тот. — У Поттеров это в крови. — Да Вы не понимаете! — обреченно восклицала девушка. — Никто не поймет! Я, по-Вашему, пытаюсь помириться только ради того, чтобы тусоваться с ними?! Нет! Плевала я на них! Тут в другом дело… — она зарылась пальцами в свои растрепанные волосы. — И я не могу сказать, в чем. Но я обязана попасть в их долбанный Отряд!       Снейп тяжело вздохнул и направился в другую сторону комнаты. — Сентиментальные дети с глупым комплексом пряника, — в своей манере заговорил он. — Вечно прогибаетесь, строите из себя тех, кем не являетесь, лишь бы понравиться другим. Но нравиться всем невозможно. Молитесь, пока вы не нажили себе настоящих врагов, а не нойте из-за того, что повздорили с кучкой невменяемых подростков.       Мужчина провозился за углом около минуты, звеня какими-то склянками, которые были вне поля зрения Софи, которая всё это время удрученно молчала, ведь по большей части он был прав… — Однако, — тот вернулся и подошел к парте студентки, — если вступление в эту секту является жизненно важной задачей для тебя, я сделаю исключение и посодействую этому, — декан покрутил в воздухе какой-то пузырек, крепко сжимая его пальцами по бокам. — Знаешь, что это?       Та усмехнулась, вспомнив цитату из фильма: — Пузырьковый сок, сэр?       Глаза брюнета изумленно округлились, словно девушка сказала что-то страшное, но он тут же оправился и принял обычный вид. — Сок будешь за трапезой в Большом зале распивать. Это весьма действенный раствор… — он помедлил, прищурившись. — Зелье обаяния. Один глоток и даже Филч сможет добиться расположения любого в этой школе. — Ого… — проронила слизеринка. — А Вы почему им не пользуетесь?       Тот в свойственной ему манере приподнял одну бровь. — Я имею ввиду, что другие факультеты как-то к Вам не очень благосклонны, — поняв, что некорректно выразилась, затрепетала ученица. — Я-то еще как благосклонна! В Вас столько обаяния, будто целую бочку этого зелья вылили!       Северус раздраженно вздохнул, но на деле за маской суровости притаилась легкая ухмылка. — Я дважды предлагать не буду. Бери или уходи. — Я выбираю и то, и другое, сэр, — она выхватила пузырек из его рук и откупорила крышку. — Один глоток, говорите? А можно два? Три? — тот молчал, строго глядя на неугомонную. — Ладно, один.       Новенькая поднесла сосуд к губам и отпила, сколько положено. Затем она задумчиво сморщилась, пытаясь распробовать вкус зелья. — Что-то странное… знакомое… — заявляла та, — и, на удивление, непротивное. — Зелье, созданное для того, чтобы вызвать у окружающих симпатию, никогда не будет противным на вкус, — объяснил преподаватель.       Немного поразмыслив, студентка согласилась с таким утверждением. — А… А оно подействовало? — Так иди и проверь, — спокойно заключил зельевар.       Та мягко улыбнулась, аккуратно вложила в его ладонь пузырек со снадобьем и слегка смущенно сказала: — Спасибо. — Только давай без внезапных телячьих нежностей в знак благодарности, — с ноткой сарказма в голосе попросил профессор.       Ученица непонимающе захлопала ресницами. Тот устало вздохнул: — Иди. — А, стоп, дошло, — она усмехнулась и воодушевленно устремилась к выходу из класса.       «Он про мой поцелуй в щеку после занятия с боггартом…»       Оказавшись за пределами кабинета, Софи тут же полезла в свой портфель за картой Мародеров. — Так, так…       «Они на шестом этаже. Скорее всего, идут в гостиную. Она на седьмом. Я могу успеть», — заметив искомые имена на пергаменте, рассудила слизеринка и бросилась в дорогу.       Сейчас ей бы точно не помешало зелье скорости в придачу к зелью обаяния. Девушка быстро продвигалась по отдающему глухим эхом от ее бега бетонному полу, затем по спиральной лестнице, перескакивая то через одну, а то вовсе через две ступеньки, чтобы успеть нагнать троицу до того, как те зайдут в гостиную.       Вот на карте таблички с именами гриффиндорцев уже переместились с шестого на седьмой этаж, а Изниоткудапоявившаяся только покинула подземелье.       «Нет… нет… Я так не успею… А если не успею — закончится действие зелья, а Северус мне больше точно не даст, а без зелья они даже слушать меня не станут…» — паниковала она и, отчаявшись, начала замедляться. К тому же, ее подводила сильная одышка, и Софи немыслимо раздражало, что даже во сне она не может похвастаться хорошей физической подготовкой.       Но новенькая не зря накручивала себя: она бы, вне всяких сомнений, опоздала, если бы не фамилия «Уизли», ускользнувшая к мужскому туалету, и не фамилии «Поттер» и «Грейнджер», которые остались поджидать рыжего неподалеку. Тайфер радостно подскочила и, будто бы в ней открылось второе дыхание, ринулась по просторным коридорам и двигающимся лестницам прямиком к седьмому этажу.       Когда она приближалась к последнему пролету, таблички с именами однокурсников уже были рядом с местом расположения их гостиной. Пришлось до максимума ускориться, от чего волосы, словно темный плащ, непослушно метались по сторонам, оставляя за собой размывающийся шлейф, и вот волшебница уже видит своих заклятых друзей возле портрета Полной дамы. Гермиона произнесла пароль, который не изменился с того самого инцидента, и картина покорно пропустила их вовнутрь.       У Софи невыносимо пересохло в горле от того, насколько быстро она бежала. Но это было не зря. Она успела, и, обогнув однокурсников, встала поперек прохода на пороге гостиной и, уверенная в силе своего обаяния, произнесла: — Возьмите меня в Отряд Дамблдора.