2
20 апреля 2021 г., 20:57
Ещё тёплые камни врезались в кожу, царапая и надрезая даже мозоли. Я подтягивался вверх, активно отталкивался босыми ногами от стен и старался действовать так быстро, как это возможно. Экипировка могла подождать. Главным было убраться от этого места как можно дальше, пока не прозвучит мелодия отмены. Ее я боялся больше всего, ведь тогда весь план пойдёт коту под хвост. Беруш у меня не было, а руками, с помощью которых я ловко взбирался наверх, уши было не прикрыть. Да и не помогло бы.
Капли пота стекали по лицу, холодный гулкий ветер вихрями опускался ко мне, морозя уши. Вскоре изо рта пошёл пар — тёплый воздух кухни уже не доходил до промерзших скал. Путь впереди сужался. У меня не было запасных бомб, на случай, если я не смогу протиснуться между камнями, ведь даже с ними был бы велик шанс умереть под обвалами. Единственное, что у меня было, так это предчувствие, что все будет хорошо.
Втиснувшись между острыми камнями, я со стоном подтянул тело вверх — кожа у рёбер разодралась до крови. Роба тоже была порвана. Я задыхался после тяжёлых нагрузок и дрожал. Надо было с этим что-то делать.
Прикинув высоту, на которую я поднялся, осторожно вытащил из безмерной сумки бинт. Протерев раны, обмотал туловище, на том уровне, где сочилась кровь. Раны пульсировали и щепали. Потеря крови мне была не нужна. Да и следов от побега нужно было оставлять поменьше. Робу бросил в сумку, вместо неё доставая тёплую одежду. Штаны, носки, обувь, несколько рубашек и кофт. От перчаток пришлось отказаться — был риск соскользнуть со скалы, а ведь у меня не было страховки.
Залив в себя немного воды и накинув капюшон, чтобы уши не мёрзли, я продолжил восхождение. Постепенно становилось светлее. Привычный полумрак развеяло сияние магических камней, которые у меня уже в глотке сидели. С перерывами на еду и обогрев рук, я лез все выше и выше, не щадя своих сил. Когда меня начало вырубать, вокруг не было ничего, к чему можно было привязать себя. Стены разошлись в стороны так, что я не мог достать до противоположного края, и поверхность перестала изобиловать неровностями и некими платформами, на которых можно было постоять. Обессиленный я застыл, не зная, подниматься мне вверх или спуститься обратно. Из пальцев снова сочилась кровь, а дыхание сбилось, пот застилал глаза. Стоически бросив взгляд наверх, не обнаружил ни единого камня, на который можно было бы встать.
Пришлось спуститься вниз. Предчувствие тянуло не делать этого, но тело не справилось бы с такими нагрузками, мышцы начало бы сводить, и я просто упал бы в пропасть. Не тот финал, который я бы хотел получить.
Мои руки и ноги дрожали, когда я встал на небольшой камень, нависающий над пропастью. Прижавшись к стене, опустился на попу, обхватывая ледяной валун ногами и придерживая корпус руками. Глаза закрывались сами собой. Дыхание постепенно успокаивалось. Я чувствовал все своё тело, как огромную мышцу, которая пульсировала в агонии. Мне не было страшно спать над обрывом на маленьком валуне, торчащем из горы. Пошлёпав себя по щекам и обработав раны, достал из сумки веревку и начал монотонно прикручивать себя к камню. В конце отдельные части моего тела напоминали сервировочную колбасу. Накинув на себя шубу и забинтовав ладони, я, наконец, закрыл глаза. И тотчас уснул...
...Впервые на свободе за этот год.
Пробуждение было отвратительным. Во сне я сполз с этого мелкого камня и повис на веревках прямо над пропастью. Дёрнувшись, постарался залезть обратно, игнорируя боль, ползущую по всему телу, но услышал странный хруст. «Не нравится мне это» — мелькнуло в голове и я ускорился. Втянув своё тело на камень, под звук учащенного сердцебиения, начал интенсивно развязываться.
Хрусть!
Страшный звук повторился. Тело ныло после ужасного сна, пальцы дрожали. Камень подо мной стал подозрительно пошатываться. На миг ощущение твердости под попой исчезло и я полетел вниз. — ААААА! — завизжал я, падая в черноту. «Вот и конец..»БАМ!
Вместе со звуком удара из легких выбило воздух и по спине прокатилась волна боли. Смешно щелкнула челюсть, встретившись с полом. — Твою... — звук собственного голоса потонул в кашле. С силой заставил себя дышать. Поморщившись, открыл глаза. Падение было не столь длительным, как должно было, да и я был вроде как цел. Не складывались эти факты, ой как не складывались. После падения я определенно должен был превратиться в не очень презентабельную лепешку. Приподнявшись, чтобы больше не гадать попусту, осмотрелся. — Теперь понятно. — неловко кивнув головой, постучал по толстой ледяной глади, буквально забившей щель между стенами пещеры. Моя сломанная магия льда, работающая, как ей вздумается и когда захочется, независимо от того, блокируется моя сила или нет, спасла мою жизнь. В очередной раз я оказался жив только благодаря ей. Встав на нетвердые ноги, отвязал от себя валун, на котором спал и который придавил мою спину сверху при падении. Повезло, что здесь порода в некоторых местах словно пемза — легкая и пористая. Иначе мне бы просто размозжило позвоночник и рёбра, превратив часть меня в отбивную. Хотя, возможно, если бы подо мной не было ненадежной пемзы, слившейся с камнями, ничего бы не треснуло и я бы и не упал... Откатив странный валун по скользкому льду в сторону, стоически решил не проверять, как долго магия будет удерживать меня над пропастью и полез вверх. Внутри разрасталось мерзкое такое ощущение, будто я не спал трое суток, настолько сон и последующее пробуждение были такими себе. Конечно, это не дотягивало до того случая, когда я лишал себя счастья кушать и спать для имитации смерти, но все же тогда у меня не было плана параллельно взбираться по ледяным камням на высоту в три-четыре тысячи метров... Впереди все также не пахло местом, на котором можно было бы хотя-бы постоять. Карабкание, казалось, заняло вечность. Пожелав себе больше никогда не просыпаться подобным образом и ругаясь через слово, взобрался, наконец, на выступ. Позавтракав на нем и перебинтовав руки, вскинул голову. Солнце сверкало прямо в промежутке размером в пять копеек, а то и во все десять, и его лучи слегка трогали меня за макушку. Через несколько минут оно скрылось за облаками. Гул ветра смешался с тишиной. «Когда вернусь, навещу могилу Лехи, думаю, он оценит то, в какие приключения я влип...» — горько подумал я. Весь этот год мне снилось его застывшее умиротворенное лицо. Словно он не умер, просто спал. Всегда картинка начинала отдаляться и было лучше видно, что он лежит в гробу. Усыпанный белыми лилиями, такими же белыми, как его кожа. После этих снов мне подолгу было тяжело на душе. И даже если он мне не снился, как этой ночью, я все равно вспоминал его. Его силу, упёртость, ту защиту, которая заставляла меня чувствовать себя в безопасности. Его болтовню, нелюбовь к чтению и излишний фанатизм к теме убийств всяких говнюков... — Я думал, попал в сказку. И даже когда она оборачивалась Адом, я не убегал, поджав хвост. Ведь у меня всегда был ты. А теперь тебя нет. — слова сами собой сорвались с языка. Тихие, они отлетали от стен глухим эхом. Если бы мой демон был здесь, он открыл бы телепорт, перенёс меня домой, помог с одеждой, купанием, покормил бы и, не переставая кружить вокруг, словно заботливая мамаша, уложил спать. «А после пошёл бы и вырезал поголовно каждого, кто мне навредил» — нервно засмеявшись от подобной перспективы, я поднялся на ноги и полез дальше. Глаза щипало. На третий день подъема мне удалось обнаружить пещеру внутри вертикальной трещины. Перекатившись на спину, распластался звездой. Сегодня можно было спать не привязывая себя к стенам. В этот момент я почти перестал завидовать роскошному рабству принца Нарка, кое я подглядел не так уж и давно. Отдохнув, заставил себя не замечать привычную боль в мышцах и занялся исследованием пещеры. Высыпав светящуюся породу в руки и спрятав здоровый глаз за повязкой, пошёл в темноту. Длинная извилистая дорога то сужалась, то расширялась, иногда напоминая странного вида кишку. Кое-где рос чёрный мох, удивительно, что он не заледенел в таких условиях и капала ужасная вязкая вода неопределённого цвета. В голове в какой-то момент мелькнули воспоминания и я застыл. Отмерев, бросил камни на землю, стянул с себя одежду и упал вниз. «Смешайте красную эссенцию, текущую со стен чёрных пещер с обычной водой и разотрите между грубых пластов вечно чёрного мха. Получившуюся массу тонким слоем нанесите на кожу. Подождите несколько минут и смойте с помощью мха и мыльной воды всю краску..» — в одном из учебников, в которых говорилось про дроу, упоминалось, что когда-то давно таким образом шаманы племени ещё сильнее утемнили свою кожу. Но следом шла теория, что изначально тёмные не были такими и случайно окрасились, пока жили в пещерах. Но эта краска так глубоко ушла в тело, что даже их дети рождались с тёмной кожей. Сомнительно, но сейчас, пока я на территории темных, нужно сделать так, чтобы мое тело привлекло как можно меньше внимания. А потом, если что, попрошу своих друзей, когда вылезу отсюда, стереть с кожи этот въедливый пигмент. Упрощенной химией я занимался недолго. Во-первых, потому что сначала было холодно. Во-вторых, потому что делать там было особо нечего. Наносил на себя эту попахивающую массу под стук зубов ощутимо дрожащими руками. Кожа горела везде, где эта смесь прикасалась к ней. Вскоре все мое тело пылало. Из плюсов, я больше не ощущал холода. Даже пришла в голову идея, что в древности так могли греться. Из минусов — это нужно было смыть и высохнуть. Еще я боялся разводов и того, что могу случайно не все прокрасить. Ведь спину, например, я свою не видел. Смыв этот ужас мыльной водой, насухо вытерся и осмотрел себя под лучами камней. Тёмный, почти угольно чёрный цвет одним ровным тоном покрывал кожу и никуда сходить не планировал. Я чувствовал лёгкое тепло от собственного тела даже после того, как все смыл. Словно появился барьер горячего воздуха вокруг моего тела. Шрамы и раны словно закрыло пленкой и они больше не выделялись. Это выглядело так, будто я никогда их и не получал. Ногти, к слову, тоже окрасились, став какими-то глянцево-чёрными. Вскоре мой путь продолжился. Идти в никуда было увлекательней бесконечного подъема вверх. И безопаснее. Гипоксия и гипокапния в смеси с обморожениями не то, в чем я был заинтересован. Как и в перспективе опасного спуска с огромной высоты без экипировки и нормальных запасов пищи. Так что было бы прекрасно, если бы у этой извилистой пещеры был ещё один выход, ведущий наружу. Желательно поближе к городу или деревне, где я бы купил лошадь, карту, вина и ускакал в сторону границы. «Хотя, до этого надо бы избавиться от ошейника и вытащить Нарка...» Эхо растворялось в тишине после каждого моего шага. Это умиротворяло, просто так идти куда-то вперёд. Кое-где приходилось сгибаться пополам, но ползти, как в колодце, примыкающем к тайной комнате демона, не приходилось. Ветер завыл и взъерошил выбившиеся из косы пряди. Это мгновенно вырвало меня из наметившихся воспоминаний былых лет. «Ветер шёл не со спины...» — Обрадованно подумал я, ускоряя свой шаг. Но пока что света впереди не было видно. Только бесконечная глухая темнота и резкие петли коридоров. Ветер затих и вместе с этим меня резко начала одолевать тревога. Повинуясь своему страху, я неосознанно остановился и неуверенно шагнул назад. «Это паранойя или мне все же следует покорно вернуться назад и продолжить восхождение?» — мелькало в голове. Ветер вновь лизнул мои ноги, словно успокаивая. Я отмер и продолжил путь. Тихое шуршание разрезало образовавшуюся после порыва ветра тишину. Оно шло откуда-то спереди. Я снова застыл. В темноте пещер с магическим камнем в руке я мог видеть на пару шагов вперед, но не больше. Кажется, раньше у меня зрение было в разы лучше... Ведь если бы я мог видеть чуть лучше, страх бы не парализовал каждую частичку моего тела. Подождав несколько секунд, прислушивался, будто замерший перед хищником кролик. Воображение нарисовало огромных монстров, аналоги которых живут под кроватями и в шкафу с детской одеждой. Тишина тревожила. Она натягивалась, будто тетива лука, делая звуки моего собственного тела невыносимо громкими. Тёплый стук сердца, учащенный и какой-то влажный. Шершавый звук втягиваемого носом воздуха и тихое «хаааа» выдоха. Непередаваемое звучание при рефлекторном сглатывании слюны и при стискивании зубов. Мое тело было даже слишком шумным. Неуверенно вновь пошёл вперёд, мягко наступая на неровные каменные плиты. Дышал тихо, размеренно. Любопытство вновь взяло вверх. Треск, словно кто-то задел маленький камушек и он покатился в сторону, вновь заставил меня замереть. Это начинает бесить. Снова тишина. Темнота пугает. Она гипнотизирует. Хочется развернуться назад и побежать обратно, но я держу себя от этой идеи. Смотрю в темноту и уже кажется, что она наблюдает за мной в ответ. Шестое чувство начинает вопить, чтобы я бежал, но я лишь рефлекторно достаю из сумки сворованную кирку. Что бы не таилось во тьме, я справлюсь. Звук чего-то приближения был столь явен, что я, на одних инстинктах, бросил вперёд камень, заменяющий фонарик. И тотчас разглядел это... — Ааааа!
