Сворованные жизни

- Дядя Шалнарк! - кричал Гон, залетая к себе домой и зазывая за собой осторожно заходящего Киллуа; Фрикс хлопал каждой дверью в поиске Шалнарка и тот наконец вышел, сонно укладывая волосы. - Давно не видел тебя спящим! - И тебе доброе утро, - зевал Шалнарк и протягивал руку вперед, ожидая чего-то от Гона. Фрикс, задумавшись на пару секунд, достал из кармана лицензию охотника и протянул ее Шалнарку. Тот, глянув на нее в полглаза, наконец полностью проснулся и встал в позу гордого отца. - Поздравляю, Гон. Я в тебе не сомневался. Нэн использовал? Кто это с тобой? - Нэн не использовал. Сложно было тогда, когда за мной Хисока, жаждущий убийства, побежал. Это Киллуа, мой друг! - Здравствуйте, - вежливо произнес Киллуа и кивнул головой. Шалнарк ответил тем же. - Ты же его зачем-то привел, да? - хитро спрашивал Шалнарк, читая Гона насквозь. Фрикс в смущении тёр нос и ярко улыбался. - Да, но я потом расскажу. Лучше дай поесть, а то мы с Киллуа скоро помрем от голода. - Не помрете. Я не позволю умереть новому члену Пауков в первый же день. Особенно, если это ты. Генэй Рёдан известны своей силой. Они, фактически, не заботятся о смерти и готовы умереть в каждый момент их жизни. Тем не менее, как любые люди, они будут сопротивляться смерти до самого конца, пока она, обратно, не касается их близких. Их семья непостоянна. Если более слабого сместили с роли - значит новый человек принесет для них больше, чем предыдущий. Такая у них иерархия. Со смертью головы Паук не умирает - остальные лапы всегда продолжают шевелиться. Такая смерть для них ничего не значит. Поэтому слышать такие слова от Шалнарка - странно и неестественно в рамках Генэй Рёдан. Впрочем, если помыслить немного шире Пауков, можно увидеть более сильную эмоциональную привязанность к маленькому ребенку. Выращенная на собственном противоречии Шалнарка, эта привязанность, со временем, росла все больше и больше и закреплялась на этом самом противоречии, словно дерево со своими корнями, но одновременно с этим затмевала само противоречие. Шалнарк заботился о Гоне намного больше, чем мог бы заботиться о себе, даже если бы родился в обычном, любящем доме, и заботился бескорыстно, потому что считал это настолько же важным, насколько был важным для него Паук. Холодным расчетом он не мог этого понять, хоть это и было его самой сильной стороной. - Киллуа, ты знаешь, что Иллуми использует для твоего запугивания? - переодеваясь в свою обычную одежду спрашивал Гон и оборачивался на сосредоточенного Киллуа. Тот, подняв взгляд на потолок, но, так и не найдя там своих ответов, снова смотрел на Гона. - Не совсем. Точно знаю, что его научил отец, но чему именно - загадка. А ты знаешь? - Да, представляю. Ты знаешь, что такое Нэн? - Нэн? Какая-то боевая техника? - Ну, в принципе... Дядя Шалнарк! - внезапно закричал Гон, и перед ним почти сразу же появился искомый. - Сколько у нас до следующей встречи? - Хм, дай подумать... Так, думаю, полгода у тебя есть. Что именно тебе нужно? - Мне нужно, чтобы ты научил Киллуа Нэн. - Еще один оборванец? Гон, мы тебе не приют для каждого шкета, которого ты встретишь, даже если это первый. Господи, я надеюсь третьего не будет... Шалнарк слегка раздражённо покрутил головой, понимая, какую длинную работу ему поручил Гон, и посмотрел на Киллуа. Тот от этого взгляда немного стушевался, но остался стоять на месте. Шалнарк поднял руку к голове Киллуа, не дотрагиваясь до него; в следующий миг поток убийственной ауры заполнил комнату: Киллуа, в страхе, отскочил назад и чуть ли не прилепился в потолку. - Вот тебе на! - засмеялся Шалнарк и присел на кровать. - Киллуа, слезай, не бойся. Это то, что делал с тобой брат. - Вот оно что, - слезая со стены, задумчиво произнес Киллуа, - Шалнарк, - обратился Золдик, - Вы можете меня, пожалуйста, обучить Нэн? - И меня! Меня тоже, дядя Шалнарк! - закричал Гон и поднял руку. Шалнарку приходилось только устало вздохнуть. - Гон, ты уже знаешь Нэн, да? - заинтересованно спросил Киллуа. - Да, но с дядей Шалнарком я, фактически, по большей части учился лишь убегать. Я увеличил свой объем ауры, однако сама по себе она не так сильна, как если бы я уделял ей время вместо того, чтобы развивать скорость. - Кхем, - смущаясь, и, чтобы Гон еще как неосознанно не оскорбил его, кашлял Шалнарк, - ладно уж... Киллуа, есть два способа получения Нэн: тренироваться долгое время, чтобы открылись все твои Сёко, а можно сделать это просто, но опасно, и спровоцировать их открытие. Что ты хочешь? - Хочу быстрое. Мне не страшна опасность, я натренированный. - Хм, хорошо... Тогда вставай спиной. Можешь снять рубашку, но не обязательно. - Как скажете, - произнес Киллуа и потянул свою футболку вверх, вынимая голову из неё. Шалнарк подумал о том, какие же всё-таки послушные ему попались дети. - Ты готов? - Да, начинайте. *** - В принципе, - Киллуа сидел на кровати и мотал ногами, рассматривая свою руку на свету, - это было довольно несложно. Как тебя учил Шалнарк? - Он заставил меня открыть Сёко самому. Ну, мне тогда было чуть больше шести лет, так что если бы он использовал второй метод на мне - я бы умер прямо там. - Получается, ты уже как шесть лет изучаешь Нэн? - Фактически, можно считать, что полной, но ослабленной тренировкой я занимался последний год. До этого дядя Шалнарк был очень строгим, и более силовой частью он со мной не занимался. Я знаю, что у меня тип усилителя, однако я его практически не тренировал. Но я знаю Кен, Ко и Эн, так что, думаю, это все равно довольно неплохо. - Мне нужно пытаться тебя догнать? - Ты шутишь? - Гон спрыгнул с кровати и встал перед Киллуа, хватая того за руки. - Конечно! Я не буду тебе поддаваться, но ты итак очень сильный, просто по-другому, без Нэн!! - Киллуа слегка шокированно смотрел на воодушевленного Гона. - Я так бы хотел научиться твоим способностям... - Не рекомендую. Моя сила - закаленное многочисленными пытками брата и отравами матери тело. Я не хочу, чтобы у тебя было такое же... - Тогда теперь я позабочусь о тебе! Чтобы твоя сила напоминала тебе не боль от родителей и близких, а радость со мной! Ты не против? - Определенно нет... *** Три месяца прошли как один. Киллуа, талантливый, обучается очень быстро. Обрадованный новыми достижениями своего друга, Гон каждый раз стучит в ладоши и восхвалает Киллуа, а тот, смущенный, отворачивает голову и жутко краснеет. - Киллуа, ты такой крутой! - обычно говорит Гон и улыбается, а Киллуа смущается, как в первый раз. - Прекрати, дурак, - говорит он и тычет его в лоб. Гон улыбается ещё шире. - Нет, не прекращу, - говорит он прямо и зажимает Киллуа в объятиях, чувствуя нужные для этого порывы. - Ты хочешь меня разбаловать? - Хочу. - Господи, - выдохнул Киллуа и поднял глаза к потолку их комнаты, - дай мне сил и выдержки... - Твой Нэн стал гораздо сильнее. - Ну, по сравнению с началом, когда у меня не было Нэн, то это естественно. Я же тут не балду гоняю каждый божий день. - Я ведь тебя хвалю! Не придирайся. - Ладно, ладно. Кстати, ты недавно предлагал кое-что. Я тогда Рэн пытался поддерживать второй час, так что не особо помню... - Да! Я говорил о том, что неплохо было бы съездить на мою родину! Я хотел предложить тебе ехать со мной. - Ты мог бы и не спрашивать меня, а просто предоставить мне это как факт. Я поеду, конечно. - Факты тебе твердила твоя семья насчет того, что ты - убийца, не имеющий желаний. Я же интересуюсь твоим мнением, даже если знаю ответ. Так нужно было воспитывать своего ребенка! Теперь я стараюсь это сделать с тобой сам. - Ты что, выращиваешь меня как своего ребенка? - Конечно нет! Я имею в виду, что твои родители плохи в воспитании своих детей, потому что навязывают им свое мнение. Однако я, как твой лучший друг, показываю тебе новые возможности. Дядя Шалнарк! - позвал Гон Шалнарка и тот, уже уставший от вечных тренировок и зовов Гона всё же нехотя поднялся в комнату Гона. - Что тебе? - поправляя свой костюм спрашивал Шалнарк и зевал. В последнее время он постоянно хочет спать. - Можно нам с Киллуа съездить на Китовый остров? - поинтересовался Гон и внимательно смотрел на Шланарка. Тот сразу же утратил все остатки сна и прикрыл лоб головой. - Ты правда хочешь? - Гон кивнул. - Успеешь до сентября? Хотя да, успеешь, ещё три месяца... Черт... Тогда вам двоим в пути придется тренироваться без меня, чтобы не терять драгоценное время. Вы можете собираться, чтобы не терять время. - Ура! Спасибо, дядя Шалнарк! Киллуа, собирайся! - Хорошо. Точно можно? - перспросил Киллуа на всякий случай и обернулся на Шалнарка. Тот улыбнулся и положил руку на голову Киллуа. - Конечно можно! Почему нет? На следующий день Киллуа и Гон, высадившись с корабля, осматривали окрестности Китового острова и, пока шли к бывшему дому Гона, пытались запомнить дорогу обратно. - Я практически ничего не помню, но мне кажется, что нам нужно наверх, - весело говорил Гон и махал Киллуа, зовя его за собой. - Мы же не заблудимся, да? - недоверчиво спрашивал Киллуа и подтягивал сползающий рюкзак. - Надеюсь нет, - честно отвечал Гон и продолжал идти туда, куда вела его интуиция. За самыми первыми, близлежащими к порту домами был огромный, свежий лес. Деревья, на удивление, выглядели ухоженно, словно люди, живущие там, заботились о них, хотя этого, скорее всего, не было. Гон, проходя первые деревья, доставал из рюкзака странный нож и слегка надрезал кору каждого второго, оставляя на них специальные метки, чтобы они с Киллуа не заблудились. Золдик оглядывал деревья и помогал Гону, волнуясь об их сохранности. - Мы пришли, - через полчаса опасной прогулки рапортовал Гон и в удивлении осматривал старый, обветшалый дом. Хотя его уже давно покинули, он выглядел так, будто там словно кто-то был: развешенные на веревках вещи, стоящее перед дверью всё ещё мокрое ведро и недавно наполненная миска с кошачей едой на входе. Гон недоуменно смотрел на все это, осторожно стуча в дверь. С тихим скрипом она открылась, являя перед Гоном старушонку, оглядывающую пару молодых людей на входе. Спустя несколько секунд ее лицо, всматривающееся в лицо Гона, просветлело и обрело свежесть: старушка словно помолодела на десять лет. - Гон? - спросила она и радостно отступила от прохода, пропуская Фрикса внутрь. - Прабабушка Абе? - что-то вспоминая, проговаривал Гон и неловко заходил внутрь, заводя за собой Киллуа. - Ты жив! Господи, как я рада! Когда вы с Мито пропали шесть лет назад, я всё обыскалась, но так и не нашла вас... Но ты жив! Где Мито? - Абе оглядывала Гона со всех сторон и ждала возможности задать как можно больше вопросов. - Вы тоже живы! С тётей Мито мы разделились, я не знаю, где она... Как ты тут поживаешь? - Гон, слегка оговорившись в начале, исправил себя к концу и тоже смотрел на старушку, которую не видел целых шесть лет. - Ох, господи... Так что же это я! Ты с другом, верно? Присаживайтесь, я накормлю вас... Ох, Мито даже не отдала тебе ту коробочку от Джина! - Спасибо, мы не голодны. Что за коробочка? - заинтересованно спрашивал Гон и садился за стол, подзывая к себе Киллуа и сажая его рядом. - Сейчас принесу! Храню её, как зеницу ока, с давнего времени... Как же хорошо, что ты жив, Гон, - бормотала старушка и уходила в соседнюю комнату. Возвратилась она через несколько секунд, словно хранила нужное ей прямо под носом, в надежде кому-то это отдать. - Что это? - спрашивал Гон, рассматривая железную коробочку и вертя ее во все стороны. - Твой отец принес это, когда пришёл сюда, и Мито забрала тебя у него... Он оставил это ей и сказал отдать тебе, когда ты станешь охотником, но... Не знаю, стал ли ты охотником, но чувствую, что должна отдать ее тебе. - Отец? - переспросил Гон и засверкал. Поднявшись со стула, он подбежал к старушке и обнял ее, прижимая к себе. - Спасибо! Я сохраню её! - Зачем хранить, если можно открыть... - не успела договорить старушка, как Гон, грустно улыбаясь, достал нож из кармана широких штанин и вставил его точно в ее сердце. Абе не успела сказать ни слова, как сразу испустила дух; Гон осторожно взял ее на руки и кровавой рукой закрыл застывшие в шоке глаза. - Меня не нужно было ждать... Покойтесь с миром. Надеюсь, вы скоро встретите Мито-сан. Ваши одинокие страдания окончены. Гон, осторожно и медленно передвигаясь, понес тело старушки на выход и завернул налево, туда, куда было в спешке спрятано тело Мито. Киллуа, ни говоря ни слова, пошел за Гоном, захватив с собой откуда-то взятую лопату. - Смотри, а камень, который поставил Шалнарк, все еще стоит, - произнес Гон и остановился недалеко от небольшого, незначимого камня и опустил тело старушки на землю. Он взял протянутую Киллуа лопату и начал копать недалеко от камня яму. Времени это заняло недолго, примерно минут двадцать, поэтому Гон положил уже охолодевшее тело старушки в яму и закопал, утрамбовав землю. Он отошел от сооруженной могилы и положил на нее подобранный из кустов камень, обозначая место захоронения. Наконец, он удалился от могилы старушки, приблизился к могиле Мито и сел на землю перед ней. Киллуа, сочувствуя, осторожно опустился рядом с Гоном и сложил руки в молитвенном жесте. - Знаешь, - начал Гон, и Киллуа обратил на него все свое внимание, - я хотел бы сказать, что тётя Мито была классная, но... Я уже ничего не помню. Одни воспоминания стерлись, заменились другими, и я уже не знаю, остались ли о днях с ней воспоминания. Не то, чтобы это важно, но это чертовски грустно. - Ты ненавидишь Шалнарка? За то, что он забрал тебя, или за то, что Мито умерла? - Я не ненавижу его... Я не знаю. В общем-то, он не виноват в смерти тёти Мито. Но... Я всё-таки немного обижен. Может быть, это ненависть, а может и нет... Я правда не знаю. Он не виноват особо, я это понимаю, но... - Ты не знаешь, как выразить это словами, верно? - Да... Я одновременно и ненавижу, и не ненавижу его... Я правда не знаю как это сказать. Не думал, что придя на могилу Мито-сан, я буду испытывать такие чувства и выражать такие мысли. - Ладно, - произнес Киллуа и встал в земли, отряхая свои шорты, - я тоже, как твой друг, должен помогать тебе. Пошли в дом, погрустишь там. - Хорошо... Грустить Киллуа Гону не дал. *** - А куда нас дядя Куроро собирает, что мы должны делать? - спрашивал Гон, крутя в руках свой обычный походной нож, и улыбался рядом идущему Киллуа. - Босс не вдавался в подробности, - отвечал Шалнарк и рассматривал звездное небо, дожидаясь того момента, когда они втроем остановятся в каком-нибудь городе и смогут хорошенько выспаться после трех безостановочных прогулочных дней, - но в Йоркшине первого сентября начинается подпольный аукцион, который устраивает мафия. Наверняка, боссу что-то нужно оттуда. Помнишь? - Да-да, конечно я помню. Приказы босса не обсуждаются. Но интересно же, блин! - Согласен, - добавил Киллуа и весело улыбнулся. - А ты даже не в пауках! Привязался, видите ли, - начал бубнить Шалнарк. - Хотите - уйду. - Ну уж нет. Раз пошёл - иди до конца. - Ты просто привязался к нему, дядя Шалнарк! - хитро сказал Гон и подхватил Киллуа под локоть. Шалнарк кашлянул пару раз. - Кхем, нет, конечно. Я, да и привязаться к мальчику, которого знаю пол года? Да ни в жизнь. - Да-да, говори что хочешь, но так и есть! - А вот и нет! - А вот и да! - Нет! - Да. - Гон! Хватит! - смущенный, Шалнарк совсем запретил Гону разговаривать на эту тему: тот, уже распалившийся, быстро остыл и продолжил спокойно идти. - Нам долго еще? - через пару часов спросил Гон и оглянулся: они втроем уже заходили в огромный город, правда, неизвестного имени; Шалнарк посмотрел направо и налево и согласно кивнул. - Да, это Йоркшин. Мы должны быть одними из первых, скорее всего. - А Киллуа можно с нами зайти будет? А поучаствовать? Киллуа, ты хочешь? - Хочу. А мне можно? - Боссу это не особенно важно. Если ты понравишься другим, то и они не будут против. Ну, факт того, что ты пришёл с Гоном и со мной уже намного тебя поднимет в глазах других. - Ого круто! - отвечал Киллуа и радостно смотрел на Гона. *** - Шалнарк, ты стал многодетным отцом? - словно назойливый жук, Фейтан неспеша крутился вокруг двух мальчиков и рассматривал их со всех сторон, не забывая из раза в раз подкалывать Шалнарка. - А второй личинус у тебя тоже сильный! Завидую. Такие и стакан в старости принесут, и выпить помогут, и шпиона за окном с полпинка вырубят. - Гон, ты так вырос, - говорила Пакунода и поднимала довольно лёгкого Гона на руках, - так возмужал. Уже и друзей водишь. - Тётя Паку, я выучил то, что вы просили! Правда, я не совсем уверен, зачем мне в бою знать все разновидности насекомых. - Паку, что ты сказала ему узнать? - Да так, - улыбнулась Пакунода и отошла от Гона, - пусть хоть друг представится. - Я Киллуа Золдик. Очень приятно, - понизив голос от стеснения отвечал Киллуа и слегка двигался в сторону Гона, - мы познакомились с Гоном на экзамене на охотника. - Вы оба охотники? Как быстро растут чужие дети! Правда, Финкс, Нобунага? - Мы-то тут при чем? - недоумевал Финкс и подходил чуть ближе к ребятам. - Но Паку права. Гон, ты же уже Паук, правда? Самое время сражаться в армрестлинге, пока остальные не пришли! - Дядя Финкс, Вам бы только силой в армрестлинге меряться. - Да ладно, всего лишь один раз в первый и последний раз прошу! Ну? - Хорошо!! Только, чур мне не поддаваться! - Замётано. Мелкий Золдик, можешь присоединиться тоже. Я тебя напару с этим шкетом раскатаю. - Ещё чего! - хмыкал Киллуа и подходил к словно специально подготовленному для армрестлинга камню. Босс пауков же, Куроро, вышел только в самом начале, поздороваться. Больше он из своей вечной тени не выходил, и не собирался. Киллуа его даже толком не увидел, хотя чувствовал его сильную ауру.