Глава 16
12 сентября 2021 г., 13:52
Гарри медленно, но уверенно шел к своей комнате и чем ближе он к ней подходил, тем нейтральнее становились его эмоции. В голове царила приятная пустота, которая обычно появляется, когда ты не с того ни с сего просыпаешься посреди ночи. Приятно. Поттер всегда был «умным мальчиком», как его охарактеризовали некоторые обитатели приюта и Регулус. Возможно, это было не совсем так, но в любом случае, Гарри уже довольно давно понял, что он связан с Волдемортом. Он пока не знал как именно, но собирался в этом разобраться.
Подойдя к самой двери, мальчик обрел просто ледяное спокойствие. Казалось, если небо сейчас упадет, то даже оно не сможет пошатнуть его душевное спокойствие. Том был спокоен. Гарри тоже был спокоен. Все закономерно. Но эта странная закономерность в какой-то степени пугала. Не время сейчас об этом думать. Оно у него еще появится, вполне возможно, что в очень большом количестве. Возможно, он успеет даже заскучать, распутывая такое не простое дело. Возможно.
Поттер потянул на себя дверь и та с непривычной легкостью поддалась. Температура в комнате снова вернулась в норму и уже ничто не напоминало о царившем здесь могильном холоде. Том спал. Или делал вид. Хотя… зачем ему притворяться? Тело неподвижно лежало возле большого резного шкафа, спиной ко входу. Гарри подошел ближе и в очередной раз подивился тому, насколько сильно меняется человек, когда спит. Черты лица разглаживаются, становясь расслабленными, совершенно не выражая никаких эмоций, словно никогда и не было того звериного оскала на этом красивом лице. Кажется, поза эмбриона была его любимой. И в его исполнении выглядела как-то по особенному. Интересно, сколько еще человек видело его таким? Что они думали?
Гарри помотал головой, отгоняя от себя совершенно ненужные сейчас мысли. Он достал палочку и небрежно ей взмахнул, сразу же разворачиваясь к выходу и периферийным зрением замечая, как тело медленно поднялось в воздух.
Казалось, что путь от комнаты до темниц кто-то любезно сократил как минимум в двое. Гарри понял это, когда буквально за считанные минуты дошел до лестницы, которая как раз и вела в темницы. По руке рябью прошла магия и практически одновременно с ней пробежали мурашки по спине от чужого взгляда. Поттер резко повернулся и встретился с пронзительным взглядом холодных голубых глаз. Казалось, они светились ярче обычного и, если присмотреться, можно было заметить в них далекие отголоски эмоций. Осознание?.. Скорей всего показалось.
Тело, все еще поддерживаемое магией, несколько раз слабо дернуло конечностями и попыталось подняться. Гарри мягко опустил мужчину, испытывая к нему некую жалость. Вроде бы только вернулся к подобию жизни и тут такое. В любом случае Блэк не сказал каким образом его привести: за руку или связанного, с кляпом во рту и завязанными глазами. Поттер решил немного изменить предположительный вариант и просто посмотреть, что бы Том без приключений дошел до нужного места. Последний все еще буравил Гарри непонятным взглядом.
Мальчик, периодически оглядываясь на неспешно идущего сзади мужчину, пытался вспомнить, какая из многочисленных дверей была своеобразной лабораторией. Что ж, долго искать не пришлось. Одна, наверное, самая неприметная дверь, прямо-таки фонила магией. Гарри почувствовал, как волна раздражения внезапно появилась где-то внутри и резким разрядом прокатилась по всему телу, сбивая с равномерного шага. Силясь ее подавить, Поттер раздраженно зыркнул на Тома, который несомненно был причиной этого раздражения, но никак не проявлял его. Разве что изящные брови были ближе к переносице чем обычно. Не рискнув подходить ближе, Гарри набрал побольше воздуха в легкие, надеясь, что дверь не запечатана парой мощных звуконепроницаемых заклинаний.
— Рег! Мы пришли!
Дверь открылась настолько резко, что Гарри невольно дернулся. Регулус ярко ему улыбнулся, совершенно спокойно подходя к Тому. Что-то было не так, но, как ни старался, Поттер не мог понять, что именно. Тем временем Блэк прошел за спину Риддла, который, казалось, совсем не замечал его, нечитаемым взглядом смотря прямиком на Гарри.
— Нет! — резко выкрикнул Поттер, ощущая сильнейшую волну гнева, которая безжалостно сжала грудную клетку.
— Гарри, тихо, — мягко проговорил Регулус, который буквально за доли секунды вытащил талисман и прикрепил его на спину Тома, обездвиживая его. Тут же поднимая заклинанием ослабшее тело и направляясь к открытой двери.
Поттер шумно выдохнул, чувствуя, что минимум половина сил, которое дало восстанавливающее зелье, кем-то заботливо добавленное в обед, исчезли. Немного пошатываясь, он пошел за Регулусом, закрывая за собой дверь.
В комнате горел яркий свет, освещая большой стол в середине, множество разных баночек и колбочек, рядом с которыми лежал не маленький набор ножей, каких-то кисточек и несколько свитков. Тело мягко спикировало на стол. Гарри прошел в самый угол комнаты, скромно устроившись на мягком стуле и стал наблюдать.
Ритуал продлился от силы минут тридцать, но за этот короткий период Поттер испытал полный спектр эмоций: начиная от животного страха и заканчивая совсем внезапным возбуждением. Сейчас, накаченный практически лошадиной долей успокоительного, он тупо пялился в стену напротив, практически каждой клеточкой тела ощущая сгустки магии, которые буквально парили по комнате. Но, в отличии от того, что было до этого, можно было потерпеть. До этого магия была такой… Неприятной? Холодной, хотя обжигала похлеще открытого огня, при этом не оставляя внешних ран. Или все вместе? Гарри не помнил. Зато в памяти прекрасно отпечаталась боль, которая продолжительное время, свободно передвигалась по телу, пытаясь задеть все и сразу. А потом стало страшно. Очень страшно.
Гарри сглотнул комок, вставший поперек горла и, слегка трясущимися пальцами, смахнул со лба холодный пот. Немного пошатываясь, он встал на негнущиеся ноги и медленно подошел к большой белой капсуле, которая стояла возле стены. Теперь это долговременная обитель Тома. Поттер устало посмотрел на неподвижно лежащее тело, которое было просто увито всякими проводами и трубочками. Мужчина как будто спал, наверное, в какой-то степени так и было, но вместо одеяла был укрыт толстым слоем разнообразных заклинаний. Гарри поборол совершенно неуместный порыв убрать несколько прядок с аристократического лица и наконец распрямился, хрустнув спиной. Взгляд прошел по опустевшей лаборатории, отмечая, что при отсутствии людей она все больше похожа на морг.
Сейчас стоило найти Снейпа и Регулуса. Ну, и заодно Нарциссу. Мужчины после ритуала едва ли выглядели лучше Поттера, последний же мог поклясться, когда к нему подошел Северус, чтобы влить очередную порцию успокоительного, от него пахло кровью. Последний раз взглянув на тело, Гарри испытал странное ощущение, будто это не Риддл, а он лежит (и будет лежать еще очень долгое время) в этой капсуле. Поттер резко отвернулся и вышел, не посмотрев как дверь на мгновение вспыхнула красным и растворилась в стене.
Все участники ритуала обнаружились в гостиной, в которой ощутимо витал запах лекарств. Нарцисса сидела рядом с тихо скулившим Блэком, держа его за левую руку и щедро поливая ее большим количеством какого-то зелья. На соседнем кресле, рядом с прикроватной тумбочкой, плотно заставленной колбочками и баночками, сидел Северус. Он зажимал между зубов пробку, закатав левый рукав. Хотя мужчина не издавал ни звука, гримаса боли, исказившая бледное лицо, было красноречивее всяких слов. Разумно рассудив, что Нарцисса справится как-нибудь сама, Гарри подошел к зельевару и участливо спросил:
— Сэр, вам помочь? — Снейп перевел на него взгляд своих бездонных черных глаз с сузившимися зрачками и выплюнул пробку.
— Синий флакон, немного на палец и замажь мне…это… — он тяжело выдохнул и отвернулся.
Гарри кивнул, хотя этого никто не заметил. Он взял маленькую баночку с насыщенной синей мазью, открыл крышку и наконец перевел взгляд на запястье. На коже…точнее, на том, что когда-то ей было, остался один сплошной ожог. Крови не было, наверное, Снейп уже убрал ее. По краям рана была обуглившейся и в целом выглядела не особо приятно. Гарри окунул палец в густую субстанцию, с неудовольствием замечая, что часть мази забилась под отросший ноготь. Набрав ее как можно больше, Поттер поднес палец к ране, к самому краю и как только он коснулся ее, мазь зашипела. Северус вздохнул особенно громко. Гарри бросил взгляд на его греческий профиль и заметил, как с виска, по шее, наконец затерявшись где-то в многочисленных слоях одежды, скатилась одинокая капля пота, но не более.
— Почему так получилось? — после очередного болезненного стона Блэка, спросил Гарри. — Разве вы не могли это предотвратить?
— Это не так уж и больно, — сквозь зубы выдавил Северус. — Просто у кого-то низкий болевой порог…
— Кто бы говорил! — раздраженно прикрикнул Регулус, услышав чужие слова и тут же зашипел.
— Но, предотвратить мы это никак не могли. Знаешь, Поттер, это не простая татуировка. Скорее, метка. Или еще лучше — клеймо. Лорд его придумал, чтобы контролировать своих подданных и, собственно, это раньше так и работало. Но потом, с появлением хоркрусов, его контроль над магией стал намного хуже. Чем больше хоркрусов он создавал, тем меньше человечного в нем оставалось. И, ближе к концу, остались практически одни инстинкты. А что умеет дикое животное? Злиться, нападать. Ну, большинству свойственна преданность, но в не нашем случае. Бинт бери, — Поттер, заслушившись, вздрогнул от такой резкой смены темы и слишком сильно нажал на запястье, чем вызвал рассерженный рык. — Нежнее, Поттер. Так вот, к чему это я веду. Думаешь, к боли нельзя привыкнуть? К этой можно.
Гарри наложил тугую повязку, параллельно слушая рассказ и чувствуя как мурашки пробежали по спине. Он конечно не раз слышал рассказы о том, что Волдеморт был тем еще психопатом, но это все было не больше, чем теориями от детей, которые даже войну толком не видели. И вот собственно доказательства.
— Еще чем-то помочь?
Снейп ответил не сразу, сначала запустив в волосы, покрытые толстым слоем защитного крема и из-за этого казавшиеся жирными, пятерню и зачесав их назад. К бледным губам медленно возвращались краски, а к глазам живой блеск.
— Принеси мне выпить, — с ехидной усмешкой произнес Северус. — Иди отдыхай, твоим мозгам, если они конечно существуют, сегодня был нанесен большой ущерб. В десять за тобой зайдет Драко.
— Хорошо, — вяло ответил Поттер, пропустив язвительную реплику мимо ушей.
Он встал и посмотрел на Блэка, который лежал на диване, положив ноги в ботинках на подушку. Он равномерно дышал, осторожно положив левую руку на грудь.
***
Гарри никогда не считал дневной сон хорошей идеей и сегодня еще раз убедился в правильности своего решения. Шесть часов пролетели как одно мгновение и, совершенно не выспавшийся, он сейчас шел за Драко, грозя от усталости завалиться на него. Малфой, в свою очередь пытался как-то подбодрить друга, описывая примерное меню сегодняшнего ужина. Драко уже довольно продолжительное время боролся с желанием взять и расспросить Поттера. Обо всем. Он прекрасно видел, что Гарри осведомлен, наверное, о большинстве всего, что происходит в мире. И от активных действий Драко останавливали только строгий наказ крестного, который по своей важности равнялся с словом отца и крайне уставшее и какое-то побитое состояние Поттера. — Гарри, — Малфой положил свою руку ему на плечо, немного сжимая его, — на ужин придет мой отец и вряд ли обрадуется твоему состоянию. Поттер сделал глубокий вдох, борясь с желанием закатить глаза. Он был уже по горло сыт бесконечными потоками слов, которые извергал почему-то чрезмерно болтливый Драко. Путь от своей комнаты до столовой казался таким невозможно длинным… Когда этот день закончится? — Вы опоздали, — как гром среди ясного неба раздался холодный голос. Спустя минут пять, а может все десять, Малфой практически смирился, что Гарри ноги вот-вот подведут и придется его тащить на себе. К счастью, этого так и не случилось и худо-бедно Поттер дошел до столовой на своих двоих. Голос подействовал на него даже немногим лучше, чем ведро ледяной воды, вывернутое на голову, и он быстро поднял голову, встречаясь с пронзительным, но усталым взглядом голубых взглядом. Кажется, с их прошлой встречи Люциус постарел еще на несколько лет: на изящное, словно вырезанное из камня лицо, добавилось несколько, не особо заметных, но все же морщинами. Под глазами залегли темные тени, а на изящных бледно-розовых губах, были видны следы зубов. — Да ладно тебе, Малфой, — весело хохотнул Блэк, сидящий во главе стола, — Гарри у нас сегодня практически герой дня. — Регулус… — устало протянула Поттер и, немного улыбнувшись, поздоровался: — Здравствуйте, мистер Малфой. — Отец, — коротко поприветствовал Люциуса Драко, наклонив голову. Малфой-старший кивнул сыну. — Так, а теперь давайте за стол, — подала голос Нарцисса. Первая часть ужина проходила в тишине, изредка нарушаемой стуком вилок о тарелки. Драко, аккуратно разрезая ароматную картошку, периодически бросал на Гарри взгляды из-под ресниц. Наверное, он в первый раз видел такого Поттера: прямая спина, идеальное положение рук и локтей, безупречное использование столовых приборов. Малфой невольно перевел взгляд на Блэка, у которого по идеи должен был научиться всем этим тонкостям Гарри. Но вопреки ожиданиям, мужчина использовал только правую руку, в то время как левая безвольно свисала куда-то под стол. Но даже одной рукой он умудрялся есть аккуратно. Медленно прожевывая очередной кусок восхитительной индейки Драко снова обратил внимание на остальных, сидевших за столом и обнаружил интересную вещь: все, за исключением Гарри и леди-Малфой ели одной рукой. Правой. — Сын, — резко прозвучал голос и Драко опустил глаза в тарелку, заметив, что начал открыто пялиться Закончив с горячим, Регулус хлопнул в ладоши и грязная посуда со стола исчезла, а на ее месте стали появляться в бесчисленном количестве десерты, сладкие и крепкие напитки, и огромный торт по середине стола. Блэк наконец поднял глаза от тарелки и внимательно посмотрел на сидевших за столом. Гарри последовал его примеру и практически сразу столкнулся с уставшим, но вполне довольным взглядом бескрайних темных глаз. — Алкоголь и сладкое? Я, конечно, наслышан о твоих странных предпочтениях в еде, но… — с легкой издевкой протянул Люциус, тем самым завязывая разговор. — Каждому свое, — философски заметил Блэк, ничуть не обидевшись на высказывание в свою сторону. — Некоторые крепкие напитки очень даже хорошо сочетаются со сладким. Вон, Гарри к примеру не против. Будешь? — Регулус приподнял бутылку с вином, красноречиво посмотрев на Гарри. — Блэк! — Регулус! — раздалось одновременно с двух сторон и на Блэка уставились две пары глаз. — А что я? Гарри все-таки мой приемный сын, мне лучше знать, — протягивая немного обескураженному Гарри (все-таки его имя и «сын» довольно редко фигурировало в предложении), на половину наполненный бокал с красным вином. — Так, а теперь приступим к нынешним делам. Люциус? — Драко, — сразу обратился тот к сыну, — думаю, ты уже примерно понимаешь, что происходит, но я все равно хотел бы внести ясность: Волдеморт жив и вполне здоров. Сейчас он находится прямо под этим поместьем и… — Спит, — решил внести свою лепту Гарри, который практически одним глотком осушил бокал. Сначала было вкусно, но потом резко появился привкус спирта. Но вкусно. — Да. Самым простым языком выражаясь — он просто спит, думаю, подробностей не нужно. Так вот, мистер Поттер… — Гарри, — вежливо поправил Поттер, почему-то не хотелось слышать фамильярное обращение от этого человека. — Гарри, — безразлично повторил Малфой, — так вот. Хочу тебя предупредить, что где-то до конца весны у тебя могут быть резкие перепады настроения. Думаю, ты их уже не раз чувствовал. Это нормально. Они будут все реже и не такими ощущаемыми. — Они будут такими же как у Волдеморта? Он сейчас без сознания, как он может проявлять эмоции? — Поттер не уютно поежился, возвращая Блэку опустевший бокал и практически сразу получая обратно, но уже наполненный больше чем наполовину, из-за чего заслужил еще один недовольный взгляд Нарциссы. — Не совсем, — вклинился в разговор до этого молчавший Снейп, — сейчас он все еще способен вернуться в сознание, но чем дольше времени он проведет в той капсуле, тем глубже погрузится в это состояние. Так же будь готов, что эмоции могут быть самыми… разными. Поэтому советую всегда при себе носить несколько флакончиков успокоительного и нескольких других зелий, я за этим прослежу. — Естественно, Сев, — с прохладной улыбкой протянул Блэк, тыкая десертной ложечкой в зельевара. Иногда он чертовски жалел, что не может сопровождать Гарри в Хогвартсе. — А когда он очнется? — Ну-у-у, — задумчиво протянул Регулус, при этом почему-то смотря на Люциуса. — Этого мне знать не дано. Большие настенные часы пробили полночь. Этот день наконец-то закончился.
Примечания:
отзывы, господа, отзывы!
