Requiem №9

— Из-за мутации процесс становится необратимым, — продолжает говорить врач, Чонгук внимательно слушает, убрав руки в карманы брюк. — Вирус переходит от человека к человеку и из-за того, что иммунная система у всех разная, то он меняется, перенимает на себя другие болезни, вступает в контакт с бактериями. Мы только закончили с лекарством, проводим опыты, и пока всё в порядке, но скоро возможна новая вспышка с осложнениями. — Это как-то отразится на тех, кто привился от вируса? — Всё возможно, но хотелось бы верить в лучшее, — поправляет очки доктор. — Хотелось бы. Чонгук покидает секретную клинику, находящуюся под городом и садится в машину, откидываясь на сидение, и дав отмашку шофёру. Верить в лучшее пытаются все, а Чон только приблизившись к созданию лекарства, снова получает ничего. Альфа берет в руки книгу, лежащую рядом и до конца дороги отвлекает себя чтением.

☣☣☣

Тэхён с улыбкой выходит из супермаркета, прижимая к груди большой пакет, и двигается в сторону красной машины. Альфа выходит на улицу, чтобы помочь Тану донести продукты, но омега сопротивляется и сам убирает в багажник пакет под недовольный взгляд Джина. — Он не был тяжелым, — смеется омега. — Не смотри на меня так. — Ты мог надорваться, — не перестаёт упрекать альфа, обходя ламбо, чтобы открыть парню дверь. — Всё хорошо, хватит быть таким заботливым, — пристёгивается. — Вот я сейчас приготовлю кушать и ты сразу успокоишься. Клянусь, за уши не оттащишь. — Я предвкушаю, — рукой волосы омеги лохматит. Тэхён не помнит, когда в последний раз был так счастлив просто от одного похода в магазин. Сокджин не мог зайти по понятной причине и ждал омегу в машине, Тан не может не улыбаться из-за заботы, которую альфа дарит ему. Не попробовав — не узнаешь. Тэхён и подумать не мог, что этот мужчина может быть простым, таким же, как и сам омега. Чтобы без пафоса в глазах, голоса стального и разговоров о политике. Сокджин слишком настоящий для него, такой герой, который в книжках у омеги. Тэхён часто проводит с ним время, смеётся с его шуток, любит пить кофе в четыре утра и готовит поздним вечером, когда альфа приезжает с работы уставшим. Омеге Сокджин чем-то Сэюна напоминает, оба альфы хотят большего, чем просто дружбы, но остаются в стороне. Джин будущий правитель города, человек с большой буквы и брат Чонгука. Тэхёну совсем немного страшно, но ещё больше нравится проводить с ним время. Он отвлёкся по-настоящему, без помощи алкоголя и своих романов. Ему помог всего лишь человек, Джин стал таблеткой и омеге всё равно на его чувства. Тан не проявляет знаков внимания, не говорит об отношениях, он весело проводит время, не умирая в одиночестве. Тэхён счастлив. Омега готовит запеканку в духовке, пока Сокджин помогает нарезать овощи на салат. Со стороны выглядит слишком по-домашнему. Альфа, закатав рукава рубашки, стоит над столом, орудуя овощами, омега возится у плиты. Если бы кто-то увидел — решил бы, что пара влюблена. Тэхён ничего не рассказал Чимину, передумал, как только фото отправил. Он просил о встрече на выходных, интересовался делами Пака, но тот отвечал холодно, жаловался на работу. У омеги были мысли проверить, чтобы не строить в голове догадки, но потом появился Сокджин и Тэхён оставил друга в покое. В конце концов у каждого своя жизнь, Тан устал её на других тратить. Сокджин говорит: «Никогда в жизни не разговаривал с кем-то до утра, говоря о погоде». Омега верит. Говорит: «Не понимаю, почему альфы не пытаются узнать тебя получше. Ты удивительный». Верит. «Когда ты говоришь о звёздах, они у тебя в глазах появляются». Знает. «Иногда ты выглядишь так, будто переживаешь внутри трагедию». Не поясняет. — Скоро состоится приём, я тебя приглашаю, — оборачивается к нему Джин. — Его устраивает мой отец, чтобы отвлечь общественность от себя. — В качестве кого ты меня приглашаешь? — суетится у духовки Тан, надевая на руки перчатки. — Было бы странно, если бы ты пришёл в качестве моей пары, репортёры задали парочку вопросов. Но их там не будет, поэтому да, я хочу видеть тебя своей парой, — заметил, как Тэхён замер, обдумывая предложение. Альфа уверен в том, что омега откажется, не захочет присутствовать, в чужой компании ему некомфортно. — Есть вариант прийти от картеля Чонгука. — Даже не знаю, что сказать, — проверяет запеканку и выпрямляется. Чонгук будет там, но заметит ли он омегу? Теперь должен, а у Тэхёна сумасшедшее желание показать себя. Именно сейчас… или это обычное желание жить? Делать то, что действительно хочется, не подстраиваясь под других? Никогда Тан не хотел перед Чоном выделываться и вряд ли им сейчас именно это желание правит. — Я думаю...ну, может… согласиться? Мне немного странно себя рядом с тобой представлять, потому что я знаю, что люди шептаться будут. — Они всегда шепчутся, — усмехается альфа. — Поговорят и забудут. Я не принуждаю тебя, но хочу пойти с тобой. У меня правда нет пары, я не хочу брать омегу, только чтобы покрасоваться. Так все делают и я уверен, очередной старый хрен припрется с молоденьким мальчишкой, чтобы показать себя. Ты знаешь, что мы не просто знакомые… так? Почему тебе тяжело принять меня? Почему во сне ты плачешь и постоянно пытаешься закрыться от меня? — У каждого свои тараканы, — натянуто улыбается омега. — Свои скелеты в шкафу. Знаешь, сколько бы раз я не пытался кому-то высказаться, мне это не помогало, хотя люди говорят, помогает. — Не всем, если тебя что-то волнует, то пусть будет так, — моет руки мужчина. — Но я всё сделаю, чтобы почаще видеть твою улыбку. — Я не хочу привыкать к тебе. Поэтому я пытался отстраниться. Люди уходят, это жизнь. Я не могу их никогда отпустить и это ломает меня. Не думай, что я смогу влюбиться в тебя, этого не произойдёт. Моё сердце занято… вот мой секрет. И больше в нём нет ни для кого места, извини. — Тэхён, — Сокджин позволяет себе вольность, потянув омегу на себя и слабо обняв, — ты ещё такой ребёнок. — Знаю, — в грудь бормочет, — но я не хочу им быть. И не хочу продолжать этот разговор, потому что из меня выльется всё и ты уйдешь. — Не уйду, — берет чужое лицо в руки. — Ты меня покорил, Тэхён. Захочу уйти — не смогу. Омега не понимает, что слабым местом Сокджина становится. У альфы впервые за тридцать лет сердце бьется бешено из-за омеги, боится, что уже влюбился в эти глаза. Не хочет парня торопить, больно ему делать, но уйти от него? Никогда. Джин к нему невидимыми цепями прикован, ослеплён и покорён этой красотой, безмерным внутренний миром, что прекрасней любой галактики. Тэхён — искусство в чистом виде, альфа без конца готов любоваться им, слушать его, касаться его. Главное, что не стыдно зависимость свою признать. Главное, свою звериную сущность не показывать. С Таном хочется быть мягким, целовать его в кончик носа и обнимать неожиданно. — Обещай не зацикливаться на плохом, — в медовых глазах своё отражение видит. — Обещай не переходить грань. — Обещаю, — омега улыбается слабо, возвращаясь к еде.

☣☣☣

Сай входит в дом к обеду, тихо передвигаясь, чтобы не разбудить брата, но Тэхён его ждал который день и наконец смог застать. Пока альфа ковырялся в холодильнике, не заметил, как на пороге кухни встал старший. — Почему ты стал пропадать? — Сай от неожиданности вздрагивает и оборачивается, хватаясь за сердце. — Что с лицом? — подходит Тэхён, проводя ладонями по гематомам на лице брата. — Это же не… — Это моя работа, — убирает руки от своего лица. — Прости, не мог тебе перезвонить, у меня полный завал. А ты не скучал, — видит гору немытой посуды, среди которой два бокала от вина. — Чимин приходил? — Тэхён молчит, складывая руки на груди. — Не надо дуться, я не хочу даже начинать этот разговор. — У тебя же совесть была. Мог отправить смс, что живой. Или я должен твоему Дону звонить? — Плохая мысль, — обходит старшего, покидая кухню. — Кстати, скоро приём, не хочешь пойти? — Меня и не ждут особо, — хмыкает Тан, смолчав о Джине. От сердца немного отлегло, с братом всё в порядке, чего о лице его не скажешь, но Тэхён рад, что он живой вернулся домой. Это один из самых страшных страхов — однажды не дождаться Сая домой. Тан вздыхает, начав наводить порядки после очередных посиделок с Джином. Альфа обещал, что подберет Тэхёну образ на приём, отказы не принимал. «Ты будешь самым красивым и будешь ослеплять других своей красотой». Тан у зеркала стоял полчаса, ничего красивого так и не увидел, но с альфой согласился. Может немного ему и хотелось показать себя Чонгуку с другой стороны. Не мышки.

☣☣☣

Пока Тэхён стоит перед диваном, на котором лежали его вещи для приема, он начал сомневаться в том, стоит ли делать это. Сай уехал пару часов назад, а Тан грыз себя, понимая, что в таком виде он точно ослепит пару десятков глаз. И будет Тэхён вместе с Джином как пара, не нужно будет притворяться незнакомцами. Хочется жить. Поэтому Тан делает это, поэтому пошёл сам себе на уступки, обещал, что в первый и последний раз и начал одеваться. Человек Сокджина привёз ему только коробку с названием брендового дома, внутри была белая блуза с голой спиной и тонкими нитями золота, узкие брюки и туфли. Тэхён думал, на свадьбу собирается, а потом вспомнил о Чонгуке и разозлился, решив даже накраситься ярко, чтобы… он посмотрел. Так же, как и у больницы, взглядом поедая. Омега в жизни более нелепых поступков не делал, ни с кем так быстро, как с Сокджином не мог сдружиться, а сейчас, зная, что альфа будет его спутником на вечер, храня в сердце любовь к Чонгуку, собирается пойти на прием. Машина приехала ровно в восемь и Тэхён, настроившись на лесть, покинул дом. Его привезли к дорогому отелю. Омега спокойно прошёл внутрь, где его ждал подставленный Сокджином человек, который провёл парня в ресторан на двенадцатом этаже. Стало явно людно внутри и омега смог смешаться с толпой, слегка теряясь. Он себя в этой одежде голым чувствует, но желанным, когда взгляды голодные альф ловит. Привычно. Тэхён выдыхает, просит себя тряпкой не быть и берет шампанское у официанта. Напиться на самом деле очень хочется. Тэхён ловит Сокджина в компании пожилых альф, не подходит, обстановку разведывает. Есть во всём этом что-то, особый вайб. Омега определенно чувствует какие-то изменения в своей жизни, кажется, пора бы уже. Он ловит на себе тот самый взгляд, свои глаза не прячет, в ответ смотрит. Чонгук заметил. Альфа запах этот сквозь сотни других узнал, нашёл его, а теперь мужчину напротив перестаёт слушать. Тэхён, может, и выглядит так же роскошно, как и остальные омеги, но выделяется. Пока чем — Чон не понимает. С головы до ног его рассматривает, а когда омега отворачивается, ловит себя на мысли, что цепочки с его спины зубами сорвать хочет. Тэхён не вызывал никогда такого сильного желания забросить его на плечо и душу вытрахать, у альфы тянет в паху. Уводит взгляд следом, внутренне раздражаясь такому Тэхёну. Омега улыбается брату, который от его появления чуть ли не потерял челюсть, а после вылупив глаза, провожает ими Сокджина к Тэхёну. Альфа сходу приобнимает и поцелуй на щеке оставляет. Смущается омега ровно секунду, и пока Джин что-то говорит о гостях, незаметно подглядывает за своим «зверем». Чонгук всё на том же месте стоял, но уже в одиночку. Он поднял бокал с шампанским, стреляя молниями в Тэхёна, и ухмыльнулся не по-доброму. Тан знал, что будет буря, но собой оставался доволен. — Скоро всё кончится, — обещает Джин, — сможешь из этого образа вылезти. — Нет, мне нравится, — рассматривает себя омега. — У тебя хороший вкус. Мне дико немного, но я не жалею, что пришел. — Отдыхай, а мне нужно отойти. Никто не упустит шанса со мной пообщаться, — вздыхает Ким, явно желая провести время с Тэхёном. — Я вернусь, — обходит его, подходя к компании альф. Омега допивает шампанское и прогуливается по залу, фыркая на омег, которые точно настроены на скандал, но Тэхён не позволит этим выскочкам испортить ему вечер. Он слишком долго в норке сидел, чтобы опростоволоситься и уехать, чтобы никогда не вернуться в такое общество. Дома, конечно, и правда лучше, но порой стоит выйти подышать, новыми эмоциями зарядиться. Надышаться им. Тэхён ощущает его присутствие за своей спиной и останавливается. Поясница горит от прикосновения теплого, омега сглатывает слюну и глаза прикрыв, глубоко дышать начинает. — Потанцуем? — прямо в ухо, чтобы вмиг задрожать, как осиновый лист. Чонгук берёт всё в свои руки, разворачивает омегу к себе лицом и ближе к музыкантам подводит, где три пары медленно покачиваются, сливаясь в танце. Тэхён не успевает ничего сказать, как ладонь альфы устраивается на его голой спине, до костей обжигая кожу, а вторая рука держит его вспотевшую. Чонгук его на лоскуты рвёт, находясь так близко. Одно дыхание на двоих, одно тепло, глаза в глаза. Тэхён себя всё ещё держит на плаву, это всего лишь игра очередная, он собой пользоваться не позволит. Выдержит это. — Смотрю, ты высоко метить стал, — всё сразу понимает омега. — Не твоё дело, — рука чужая вверх незаметно ползёт. — Не пытайся меня оскорбить. — Мне это не интересно, — ресницы длинные рассматривает. — Ты не знаешь моего брата так, как его знаю я, — к себе прижимает быстро, Тэхён сориентироваться не успевает, опускает взгляд на губы Чона. — Думаешь, я зверь? — на лице его Тан не улыбку, а оскал видит. — Тогда Джин — демон. — Я не понял, — пытается уверенно звучать. — Ты ревнуешь? — Чонгук смеется. — Занимайся своей жизнью, в мою больше не лезь. — Я предупреждаю тебя, мышка, — Тэхён вязнет в этой тине, глотает воду болотную, что словами Чонгука является. Слишком много альфы, его голоса, его запаха. Отрываться от него не хочется, он так близко, что вот-вот губами коснётся. Тэхён знает, если Чон его отпустит, то он рухнет прямо у его ног. — Это взрослые игры. — Я не мышка, — Сокджина за ними следящего замечает, снова в глаза Чона смотрит. — Мышка. И я на тебя наступлю. Я не забыл твоего папашу, который из моего отца веревки вьёт. Я это просто так не оставлю, — Тэхён не понимает, что именно: его папу или Джина. — Пошёл ты, — собой гордится, первый отталкивает, возможно, алкоголь уверенности придал, но как только шаг в сторону делает, Чонгук его руку ловит и снова в себя вжимает. — Я не отпускал, — сталью в голосе по ушам режет. Омега не замечает, как мурашками покрываться начинает. — Лишь один раз говорю — беги отсюда, пока не поздно. Тебе никто не поможет, когда вляпаешься. — Спасибо за заботу, — вскипает, руку дергает, альфа пальцы вокруг запястья тонкого разжимает. Тэхён прямиком к Сокджину двигается. В голове гора мыслей, надо каждое слово Чонгука по полочкам разложить, сотни раз подумать и разобраться в том, что происходит вокруг самого Тана. — Это то, о чём я подумал? — спрашивает альфа. — Давно Чонгука знаешь? — Забудь о нём, — к алкоголю не прикладывается, ничего в глотку не лезет. Чон в приподнятом настроении с омегами общается, а Тэхён пожары в себе тушит, чтобы от ревности не сгореть заживо. Он знает, что Джин не будет допытывать его, но продолжать этот вечер уже не хочется. Тан отлучается в уборную, пока глаза не полопались от созерцания Чонгука, общающегося с другими омегами. Тэхён хочет волосы на себе рвать от этой адской несправедливости, на него разом воспоминания валятся и этот танец, где рука Чона идеально на его спине смотрелась. Тан не замечает, что туалет не пустует и к раковине подходит, слёзы в уголках глаз подушечками пальцев ловит. — Он того не стоит, — хрипловатый голос где-то сбоку. Омега оборачивается к окну, на подоконнике которого расположился худощавый парень с сигаретой меж пальцев. — Юнги, — затягивается омега. — Когда я ехал в столицу, думал, что здесь веселей, на деле скука такая же, как в Касторе. — Ты из Кастора? — Это город моего отца, — пепел с брюк бежевых стряхивает. — Ну и, как зовут того, кто воет из-за чужого безразличия? — Как ты понял? — у Тана в голове диссонанс происходит. — Тэхён, — омега подходит, пожимая руку новому знакомому. — Ты съедал его глазами, — смеётся Мин, — видел я, как ты с этим королём кокаина в пляс ушёл. Он мудак, конечно. — Знаешь Чонгука? — Боже, упаси быть с ним знакомым, — перекрещивается Юнги, — обычный торговец, который много берет на себя. Что в нем особенного-то? Дорогие костюмчики, тачки, бабки? Я видел, как он людей в зале своими глазами чернющими рассматривал, думает, что хозяин положения. Я таких знаешь, где вертел? Выскочка он, а не барон. Тэхён с открытым ртом стоит, слов не находя. — Не реви больше из-за этого ходячего клише. Лучше покажи мне место, где я смогу повеселиться. Ты же местный? — Юнги бросает окурок в открытое окно и спрыгивает. Он оказывается значительнее ниже Тэхёна, но явно сильней. Тан ему только кивать успевает, пока Мин тащит его обратно в зал. — Сейчас только захватим кое-что и рванём. Юнги теряется в толпе. Тэхён остаётся на месте, не понимая, что происходит. Сокджин взволнованно смотрит в его покрасневшие глаза, продолжая общаться с гостями, а Чонгук оказывается ближе, но виду не подаёт, что омегу сканирует. Юнги возвращается с бутылкой шампанского в руках, мимо Чона проходя хмыкает и, взяв Тэхёна за руку, выводит из зала. Тан бросает всё на самотёк, забывая об альфах. На парковке Мин подходит к черному бмв, открывает машину и крышу опускает, позвав Тэхёна. Омега, доверившись незнакомцу, в автомобиль садится, предлагая самое лучшее место для любых развлечений.

☣☣☣

— Твои биточки — сказка, — жует котлету Юнги, запивая шампанским. Омеги сидят на кухне Тэхёна, на столе утренние приготовления Тана и бутылка шампанского, под которое всё хорошо идёт. Юнги смешной, — думает омега, когда наблюдает за ним. — Здесь и правда лучше, чем с этими придурошными. Я еле вырвался из города, чтобы приехать, отец всё контролирует, не вздохнуть не перн… — Я понял, — наполняет кружки по-новой Тэхён. — Как только можно быть настолько простым в таком обществе? — А что, мне надо было мизинец отогнуть и ходить между столиков, задницей вилять? Увольте, я устал в Касторе из себя примерного сына строить. Ад полный, — вздыхает Юнги, глотая алкоголь так, будто у него в кружке вода. — А ты как попал на приём, если не из верхушки? — Меня Сокджин притащил, — ставит локти на стол, в ладони голову кладя. — Я думал, всё будет нормально, но Чонгук… — Бывший? — Тэхён уводит взгляд в темный проем коридора. — Рассказывай давай, мы с тобой в туалете познакомились, а сейчас котлеты с шампусиком трескаем. Меня ничего уже сегодня не удивит, — поднимается омега. — Я могу здесь… — Да, открой окно, душно как-то, — Юнги устраивается у окна, закурив. Тэхёну Юнги сразу понравился, с первой фразы убил омегу, да и возможно, что видятся они в первый и последний раз… почему бы не рассказать? Они оба пьяны и достигли той стадии, когда выложить свою подноготную всю хочешь. Тэхён говорит. Начинает с первой переписки в школе и днём сегодняшним заканчивает, пока вещает две кружки выпивает, сам к сигарете тянется, но здесь себя держит. — Я был прав, — смеётся Юнги, — он редкостный мудак. Я таких и в Касторе видел. Они везде одинаковые эти альфы, привыкли брать всё, что хотят, а потом омеги с разбитыми сердцами ходят. Яйца хочется отрезать, правда, — Тэхён следом смеяться начинает, только встав, понимает, насколько пьян. — Поверь мне на слово, Тэ, он к тебе прибежит, как только ты забьёшь на него хуй. Такая вот жизнь-сука. А твой друг этот...Чимин! — ловит омегу, едва не клюнув лицом в гарнитур. — Я бы его послал далеко и надолго. — Тэхён, ты напился? — омеги разом к порогу оборачиваются, друг за друга держась и смеясь. Сай быстро пробегает глазами по мини фуршету на столе и тянет парней на выход. — Быстро спать, — к себе в комнату толкает, у него кровать двуспальная. — Утром поговорим, спите, — хлопает дверью. Омеги ещё пару минут возятся с одеждой и постельным, в итоге засыпая, как попало. Тэхён этой ночью не мучается от бессонницы и кошмаров. На утро разрывается голова, во рту помойка, а на теле чья-то нога. Тан с трудом вспоминает вечер. Толкнув Юнги, будит омегу и пытается подняться, начав звать Сая, который в комнату входит уже с двумя чашками воды. Альфа быстро отчитывает парней и уезжает на работу. — У тебя лучший в мире брат, — Мин стоит у зеркала, пытаясь прилизать волосы, Тэхён смеётся. — Я знаю, что выгляжу, как бич, но мне ещё надо как-то до дома добраться, — омега нашаривает в кармане брюк телефон и, включив мобильный после ночной спячки, кривится. — Двадцать пропущенных. У него ухо не отсохло? — Отец, наверное, волновался. — Чтобы я на хуй не прыгнул, — надевает мятую рубашку Мин. — Жениха мне уже нашёл, старый козёл. Видел главу Кира? Такой же древний, как динозавры. Вот и вся любовь. — Стой, тебя выдают замуж за какого-то старикана? — сочувствующие на парня смотрит, присаживаясь, Юнги кивает. — Ужас. — Как ты понимаешь, моя жизнь твоей не лучше. А сейчас мне надо дозвониться до Грина, чтобы охрану поднял. Мне ещё и за это влетит, потому что одному мне видите ли нельзя ходить, — заканчивает прихорашиваться и номер начальника охраны набирает. — Я живой, — первое, что говорит омега. — Адрес… — к Тэхёну оборачивается, тот диктует. Тан провожает омегу до дверей, где помогает найти обувь и выводит на улицу. У дома Тэхёна стояло четыре чёрных внедорожника, у которых кружили крупные ребята в тёмных костюмах. Юнги улыбнулся только одному скуластому альфе с татуировкой дракона на шее и бросил ему в руки ключи от своей бмв. — Номер мой у тебя есть, — уже Тэхёну. — Так что, не теряйся, я к вам ещё приеду, — садится в кадиллак Юнги, на прощание помахав Тану. Счастье — это упиться в хлам с незнакомым человеком на своей маленькой кухне, наконец-то, высказав всё. Не скрывая ничего.

☣☣☣

— Эту дрянь надо найти, — поправляет маску на лице Чонгук, смотря вдаль. — Мы не знаем, куда он пошёл, — говорит Джей, — повезёт, если зараза не успеет распространиться и он сдохнет где-нибудь в лесу. — И будет гнить? — выгибает бровь Чон. — Ещё больше проблем. Ищите тварь, — спускается со смотрового домика на стене Дагона альфа. Один из заражённых сбежал, солдаты нашли брешь в стене, Чонгук узнав об этом от подкупленного в тайне от дяди человека, чуть с ума не сошёл. Вирус может в любое мгновение достигнуть городов и убить население.

☣☣☣

— Я может и стар, но не идиот, — кипит Кисон, пока его сын со скучающим видом смотрит в окно больничной палаты. — Намджун сам согласился на его условия или ему помогли решение принять? Здесь не чисто. Чонгука снова видели у стены, если он пытается остаться незамеченным, то у него плохо выходит. Он не прошёл проверку. — Так это ты зараженного выпустил? — оборачивается альфа. — Или для виду дыра была сделана? — Конечно. Где ты летаешь постоянно? Я не узнаю тебя, — подмечает мужчина, удобней устраиваясь на койке. — Ты уже взрослый альфа, а в голове у тебя ветер. Я месяц не вижу отчетов, они себя сами думаешь напишут? Или что-то не так? Куда ты дел моего ответственного сына? — Я здесь, всё нормально с отчетами, у меня и другие дела есть, — направляется к двери Сокджин. — Отдыхай, отец. — Снова уходишь от темы, — раздражается Ким, но сын больше на него не смотрит, покидая палату. Кисон уверен в Джине, в каждом его действии, порой даже неверном, но он знает, что город есть на кого оставить и сын справится со всем. Последние недели только Сокджин сам не свой, не сговорчив, о работе речи не заводит, появляется не часто у отца. Он напрягает своей безответственностью, которая, кажется, от Чонгука ему передаётся. Племянник оказался у стены, когда Кисон ждал и не обрадовался, когда догадки подтвердились и Чон ещё что-то вынюхивает у Дагона. Сокджин не знает, какую цель преследует брат и преследует ли, он просто делает выгодные для себя ходы. Ему нужны деньги, всем нужны. Но альфа не может брать любые суммы из кармана отца, Кисон контролирует всё, а Джин старается всяческим способами найти валюту. Тирания здесь в порядке вещей, альфа в ней вырос и бороться не мог с отцом. Поэтому он знает, каково сейчас Чонгуку. Они и правда похожи. Остаётся только ждать, когда Кисон распрощается с жизнью, но Сокджин не готов с полной уверенностью сказать, что готов занять его место. Отец может думать иначе, общественность, родственники. Джин себя знает, не справится… или не хочет? На всё есть свои причины. Из-за Тэхёна альфа слегка потерял хватку, забыл о том, что у него есть. Он злом быть не хочет, но жизнь ставит на колени и вынуждает подчиниться обстоятельствам. С каждым днем всё глубже в Тана погружается, не противится своим чувствам, Джин созрел для того, чтобы создать семью, попытаться выше в глазах отца быть. Почему он не может влюбиться в такого светлого человечка, как Тэхён? Потому что у омеги в голове каша, а в сердце другой мужчина? Совсем не проблема. Единственное, чего боится Сокджин — показать себя, омега уйдет, альфа не сможет его остановить. Джин его недооценивает. От ревности к брату не знает, куда себя деть, из головы картину танца не стереть. Было в этом что-то большее, чем просто неосторожные касание. То, как Чонгук смотрел на омегу…как говорил с ним, Джин не знает о чём, но их лица были слишком близко друг к другу. Хочется надеяться, что Чон испытывает неприязнь к омеге из-за отца.

☣☣☣

Сай снова приходит побитым. Тэхён знает, что брат далеко не подарок, но ранее омега не наблюдал на альфе такое большое количество ссадин. Тан теряет терпение, когда Сай отказывается рассказывать о случившемся и требует адрес Чонгука, чтобы лично разобраться с ним. Тэхён понимает, что его ждет, но он в себе уверен, злость на Чона перекрывает все чувства, когда страдает младший брат и омега не собирается отступать. Проблема возникает, стоит омеге приехать к высотке, в которой жил Чонгук. Охрана наотрез отказывается впускать его. Тэхён топчется на месте десять минут, пока из лифта не выходит Джей. — И что это мы тут делаем? — улыбается альфа, кивая охраннику, чтобы отошёл от двери. — Ты к Дону? — Собирался, — проходит первым в квартиру, цокая охраннику. Пока Джей теряется где-то, омега углубляется в дом, ощутив самый ненавистный запах. Всё вокруг словно пропитано этим гадством, которым дышать приходится и источник аромата искать. Настолько сладко, что сахар на лёгких остаётся, а догадка прямо в затылок бьёт, но Тэхён верить отказывается, пока дверь не находит тёмную. В квартире тихо, будто никого и нет, но Тан уже больше, чем уверен в том, что её хозяин здесь, как и Чимин. Тэхён выдерживает паузу и входит в спальню, цепенея на месте. Боль клокочет в глотке, не даёт ему слова вставить, разрезает сознание тонкими нитями стальными, воспоминания в кучу смешивая. У него ноги норовят согнуться пополам, омега не понимает, как ещё продолжает стоять на месте. Снова предательство, вновь Тэхён чувствует себя игрушкой. Слёзы из глаз брызгают, каплями свисая на подбородке. Если бы только с солёной водой могла эта боль вытечь, не убивать его из года в год, пеплом оставляя на чужих ладонях. Чимин лежит на кровати с телефоном в руках, отложив его сразу, как только замечает присутствие друга в спальне альфы. Пак зеркалит омегу, не двигается, лишь аккуратно наготу прикрыть пытается. — Что ты здесь делаешь? — спрашивает Тэхён не без истерики. — Чимин! — А ты? Тан делает на пробу пару шагов, не ощущая своего веса, глаза наливаются красным. Ярость бьётся в грудине, ломая ему ребра, наружу вырываясь и Чимина сжигая. Тэхёна трясет заметно, он срывает с друга одеяло, мгновенно взглядом следы на нем ловя после ночи. Это отвратительно настолько, что хочется блевать. Омега заходится безмолвным криком в пустоту, понимая, что Чимин находится в замешательстве. Он ничего не знает. Тэхёна поражает ненависть, по крови разносится пулей, овладев им. Потому что больше терпеть он не будет. Его блядский друг снова оказывается в постели Чонгука. Тан и представлять не желает, как всё это было, как Чимин стонал под ним, выгибался, как Чон засосы на его теле оставлял… Кошмар наяву, он не кончится. — Я говорил тебе, — шепчет Тэхён, сжимая в руках край одеяла, костяшки просвечиваются. — Я говорил, как любил его. Ты подставлял мне своё плечо, когда я задыхался от слёз… Ты меня осуждал, ты не верил в то, что я по нему с ума сошёл. Чимин… ты со мной в тату-салоне был, видел, как я шрамы на запястьях забивал… Мои истерики, когда он с другими был. Я дал вам возможность быть вместе, когда умирал внутри. Ты не можешь себе представить, как я тебя ненавижу. — Тэхён… — омега срывается на слёзы. — Все эти семь лет я в глазах твоих только осуждение и видел. В его — ничего. Ты думал, я правда смог забыть о нём? Посмотри, во что он меня превратил! — откидывает одеяло в сторону, сам наступает на Пака. — Я по сей день валяюсь на холодном кафеле в ванной и реву… потому что он вернулся. Хотя, какое тебе дело? Тебе всё равно, как и ему. Я ненавижу… Я тебя так сильно ненавижу, Чимин. Ты — шлюха. Хуже любой бляди в борделе, не понимаю, как раньше этого не замечал. И почему Чонгук влюбился именно в тебя, последнюю суку в этом городе? Будь ты проклят, мать твою, я никогда тебя не прощу… Чимин не справляется с эмоциями и голым выбегает из комнаты. Тэхён опускает голову, стирает слёзы ладонью, услышав шум из соседней комнаты. Через несколько секунд из ванной с полотенцем на бедрах выходит Чонгук. Омега ещё не чувствовал себя таким освобождённым, как сейчас, высказав всё другу прямо в лицо. И, смотря в эти черные глаза напротив, ничего внутри себя не ощущает, кроме теплоты, знакомой ранее. Словно Тэхён вернулся в прошлое и смог испытать всё те же чувства к Чонгуку, не запятнанные болью. — Ты всё слышал? — омега скользит взглядом по татуировкам на теле Чона, останавливаясь на кромке полотенца. — Слышал, — подходит вплотную альфа, мимолётом глядя на Джея, остановившегося в дверях. Чонгук кладёт влажную ладонь на щёку Тэхёна, омега прикрывает глаза, начинает ластится, как котёнок, к теплу тянется. — И ты снова влюблён не в меня, — у Тэхёна голос насмешливый, но как бы сильно он не хотел звучать уверенно, всё равно с треском проваливается. Чонгук его уже раскусил, понял, что боль, которую он когда-то причинил омеге, до сих пор живёт в нём, а сам Чон посмеивается. Спустя столько лет слова Тэхёна звучат смешно, больше не так трагично, как есть на самом деле. — Всё ещё не в тебя, — переходит на шёпот альфа, Тан открывает глаза. В темных океанах утонул давно, а сейчас, будто второе дыхание открылось и Тэхён задышал. — Кажется, я испортил твоё утро, — шаг назад. — Или привнёс в него что-то новое, — ухмыляется Чон. — Я из-за брата пришёл, — снова утирает капли с лица. — Но думаю, стоит потом об этом поговорить. Чонгук молча наблюдает за тем, как Тэхён срывается с места и, оттолкнув Джея, выбегает из комнаты.

Чонгук всё ещё не в Тэхёна влюблён.