Закат Империи

      Утренняя декабрьская прохлада осторожно просочилась сквозь ставню, стекая с подоконника на пол и почти не шурша, прошлась по свесившейся с кушетки белой маленькой руки. Пальцы тревожно вздрогнули во сне, но после снова спокойно расслабились. Струя прохладного воздуха метнулась в противоположный угол, где мирно лежал чёрный пёс Люцио, пощекотал ему нос, заставляя чихнуть. Белые пальцы снова зашевелились, но и это не смогло разбудить их хозяйку. Люцио буркнул, привстал и снова уселся по удобнее, располагая мохнатую морду на своих лапах. Мирный девичий сон правил в этой комнате. Откуда то послышались шаги и вошла темнокожая женщина в длинных темных одежда. -Елена!- позвала женщина. Смуглые пальцы, свесившиеся над каменным полом, зашевелились, сжались и снова разжались. -Елена!- снова позвал требовательный голос. Из кучи подушек на кушетке послышалось какое-то ленивое мычание. Терпение темнокожей женщины закончилось. Она подошла ближе и дотронулась до руки. -Елена! Вставайте, Госпожа! Рука пропала в подушках, а затем кончики пальцев снова выглянули из-под одеяла. -Марифа, ещё чуть-чуть!- с мольбой попросил сонный голос. -Да, сколько можно! Вам пора вставать! Вставайте! Тонкая фигура привстала на подушках и потянулась, зевнув. -Вечно ты не даёшь мне поспать, Марифа! -Это потому что, таким девам из благородных семей, как вам нужно заниматься!- послышался гулкий голос, отраженный от каменных стен, в другой комнате, и женщина вошла в спальню с тазом в руках и кувшином воды в нем. На вид ей было тридцать лет, но лицо все ещё не теряло своей привлекательности, дарованной всем дочерям Египта. Голову ее аккуратно обрамлял тюрбан, брови имели красивую изогнутую форму, придающую зелёным глазам ещё большей выразительности. В целом, если бы она не была рабыней, то по ровной осанке ее можно было бы принять за мудрую и влиятельную женщину с Нила, но Марифа сама признавалась, что ни за что и ни за какие дары не променяет служение своей названной дочери, Елены, которой приходилась кормилицей с самых ранних её лет. Ребёнок, конечно, достался ей сложный, но она любила девушку без памяти. И порой выгораживала ее перед матерью, за что не раз получала. Елене повезло с кормилицей, сказали бы и не раз ее подруги. Марифа поставила таз посередине комнаты и отпихнула пса рукой, который на радостях принялся скакать вокруг суматохи. -Фу, Люцио, пошёл вон!- отогнала пса Елена и подошла к тазу, присаживаясь перед ним на корточки. Девушка сколько себя помнила всегда любила эти утренние водные процедуры. Марифа подняла кувшин над тазом и налила в него чуть-чуть студёной воды. Елена нагнулась, всматриваясь в своё отражение. Кормилица всегда бессознательно делала так, но девушке нравилось, именно так она могла посмотреть на своё отражение. По правде говоря, почему ей нравилось каждый раз смотреть на себя, так это потому, что каждый раз оно изменялось, не столько черты лица, а сколько ее восприятие к ним. Она подождала пока вода на дне перестанет волноваться и взглянула внутрь. Сегодня на нее смотрит черноволосая девушка, с правильными нежными чертами лица и голубыми глазами. Елена не считала себя сильной красавицей, но признавала, что была не дурна. Многие сравнивали ее красоту с красотой ее бабки-гречанки, Елены, в честь которой девушка и была названа. Она кивнула Марифе, поставив руки под прохладные струи воды и начала умываться. Люцио наблюдал за этой процессией из-за угла каждый раз. Возможно, это его забавляло. Закончив, Марифа подала Елене полотнище, которым девушка утром и вечером утиралась после умывания. -Опять будете гулять с псом до завтрака?- спросила кормилица, ставя пустой кувшин в таз, наполовину полный воды. -Угу.- ответила девушка, протягивая полотнище женщине. Марифа подставила руку, на которую Елена и повесила ткань. -Ох, Госпожа! Вы бы хоть по-собачьи его что ли назвали! Кто ж пса человечьим именем зовёт! -Я зову. К тому же он как человек. Что ж его и не называть? -Но, срамота то! Вдруг позовёшь его где-то в людном месте, а тебе и человек настоящий откликнется! -Глупости ты говоришь! - отмахивалась Елена. Этот разговор всегда начинался каждый день после утреннего умывания, содержал одно и тоже и заканчивался одним и тем же, что девушка называла кормилицу глупой или неграмотной. Но сегодня Елена, хотела полностью убедить Марифу в своей правоте. -К тому же у меня есть ещё друг, который тоже людским именем назван.- продолжила девушка, трепля Люцио за ушами. -Кто же он?- любопытно отозвалась кормилица, возясь с тазом в другой комнате. -Да, так. Друг детства.- Елена улыбнулась, вспоминая что-то, доступное только ей. -А?- кормилица вернулась в спальню.- Ах, вы случаем не о господине Авеле? Так он же почётный гражданин, бывший воин, товарищ вашего отца, да и, в конце концов, говорит то он по-человечьи! Елена насупилась, она не любила, когда ей перечат, да ещё так умно. -Да, но он все равно получеловек же. Кормилица внимательно посмотрела в лицо своей дочери. Ничто не могло спрятаться от ее цепкого взора. -Не всякий человек есть человек. И не всякое зверьё есть зверь. А вам случаем, Госпожа, не нравится господин Авель? -Что?!- Елена от возмущения покраснела до кончиков волос. Кормилица громко засмеялась. -Ничуть! С чего бы вдруг?!!- обиделась девушка. -Мало ли! Да чего уж тут! Господин Авель завидный жених! Красив и порядочен, друг семьи, к тому же воин хороший! Каюсь сама засматриваюсь! Да и кто не засматривается!- продолжала смеяться Марифа. -Ну и дураки!- Елена надулась от внутренней обиды, смутившись окончательно. Кормилица замолчала, испытывающее смотря на свою дочь. За все семнадцать лет она знала ее наизусть. Неспроста Елена обижается, что-то в этом, действительно, есть. Марифа тяжело вздохнула и сказала: -Не задерживайтесь на прогулке, Госпожа. Ваша матушка просила вас подойти до трапезы. Елена ничего не ответила, накинув поверх платья накидку и позвав Люцио за собой, вышла на веранду. *** Воздух словно освежил девушку. Она вздохнула полной грудью, подстраивая под косые утренние лучи своё лицо. За это Елена и любила зимние утра в Каталонии, они отрезвляли, как чаша ледяной воды после кубка вина. Люцио петлял по дорожке, и девушке ничего не осталось, как последовать примеру своему псу. Только вот петлять она не будет, а просто пойдёт прямым размеренным шагом, задумываясь о своей жизни. Елена была единственным ребёнком в семье, поэтому это очевидно, что все в ней души не чаяли. Отец её, Константин Марк Либерий, делал все, чтобы дочь не чувствовала нужду хоть в чём-то. Одаривал дорогими подарками, нанимал штаб лучших служанок и учителей, но Елене это было тягостно. Лучшим подарком ей бы была прогулка на любимой лошади с псом и любимым другом Авелем. Девушка вздохнула с ноткой грусти. Авель- он единственный, кроме родителей, не видел в ней Госпожу и общался с ней на равных. Именно он научил ее кататься верхом, ловко гарцуя, словно легионер, держать оружие в руках, любить звёзды и тихое уединение с природой. Как же она скучала по своему другу! Почти два года они не виделись и эта разлука доставляла Елене такую грусть, что казалось даже шутки Марифы не смогут ей помочь. Она впитала через Авеля любовь к свободе, любовь к быстрому бегу в поле на коне, любовь к светилам и тишине. Но видя, как ее друг поспешно собирается по поручению отца или другого человека, вместо того, чтобы погулять с ней, Елена будучи ребёнком, чуть ли не плакала от обиды. Но затем, когда Авель нежно, словно по-отцовски, целовал в ее лазурные глаза и говорил, что пока светит солнце над головой, пусть маленькая Элеонора, как он ее звал, когда хотел утешить, верит в их будущую встречу. Елена тут же улыбалась, смеялась со слезами на глазах и говорила, что всегда будет любить и помнить своего друга и учителя. И Авель пропадал. Иногда на неделю, иногда на месяцы или даже годы. Но Авель всегда возвращался домой и всегда неожиданно, как гроза в зимнюю пору. В этот раз он задерживался дольше, чем обычно. Елена со силой пнула камень ногой, поджав свои красивые губы. «Где же он?»- задала она вопрос, наблюдая, как Люцио с фырканьем обнюхал камень, который чуть не прилетел к нему в зад. Затем пёс встрепенулся и побежал вперёд. -Люцио! -окликнула его девушка. Но пёс даже не среагировал на ее крик, помчавшись далее. -Люцио, стой! Этого ещё не хватало!- крикнула Елена и побежала вслед за ним по тропинке. Пёс внезапно остановился на конце каменной дорожки, принюхиваясь. -Вот ты где! Ты что так побежал, а?- спросила девушка, подбежав к нему запыхавшись. Пес повернул голову в сторону непротоптанной тропки, ведущей из сада в поселение рабов, затем гавкнул и стремглав побежал по ней. Елена застонала: -Ох, фу! Фу! Плохой пёс, Люцио! Ты куда? Нам туда нельзя! Но Люцио ее не слушал, поэтому девушка не нашла ничего лучше, как побежать за ним следом. Тропка почти закончилась, когда она выбежала на проселочную дорогу. Люцио радостно прыгал вокруг всадника, который с усмешкой пытался отпугнуть его рукой. -Полно, Люцио!- послышался мягкий голос всадника. Елена скорее узнала голос, чем фигуру седока. -Авель!- радостно крикнула она. В утренних сумерках не сразу можно было признать кем являлась закутанная фигура. Лошадиный круп путника слегка поблёскивал от пота в утренних лучах солнца. Головы лошади не было видно, как и нижнего туловища всадника. Верхняя людская часть его тело была закутана в темный плащ, из под которого виднелась рубашка темного покрова, за спиной его висел колчан со стрелами и лук, на боку, ближе к бёдрам, висели ножны, в которых поблёскивал меч. На оклик фигура подняла голову, и из-под капюшона появилось красивое смуглое лицо, обрамлённое светлыми выгоревшими на солнце волосами. Сильная и мужественная рука дотронулась до его груди в знаке почтения и поклона. -Прошу прощения, дева. Ваш пёс так похож на собаку одной моей знакомой.- прошелестел голос. Елена вышла из зарослей и в недоумении взглянула на друга снизу вверх. -Авель! Это я, Елена! - взволнованно сказала девушка, вглядываясь в милые черты путника. -Елена? Дочь Константина Марка и Юлии Лаврентии? - Авель приподнял капюшон с глаз, и в утреннем свете стал заметен их цвет молодой травы в весенних полях. -Да, Авель! Неужели ты меня не узнал?- расстроенно спросила девушка с ноткой обиды в голосе. Кентавр улыбнулся тёплой улыбкой, разглядывая Елену, словно видел ее впервые. -Действительно, не узнал тебя, мой милый друг. Ты очень изменилась. Стала красивой и тонкой девушкой. Елена зарделась. Авель всегда умел одним лишь словом изменить все ее настроение. -Я уж подумала ты забыл меня?- все же не сдавалась девушка своей обиде. Мужчина нежно положил руку на ее плечо, склонившись к ней. Он был выше ее почти в два раза. В его глазах читалась настоящая радость их встречи, и сердце девушки тоже пело. Она, правда, сильно скучала. -Я никогда не в силах забыть своего милого друга, Елену. Девушка ещё больше засмущалась и звонко засмеялась, дотрагиваясь своей рукой до его шероховатой ладони. Авель почти всю жизнь жил в сыном прокуратора, но никогда не чурался простой работы. Елена это знала всегда и уважала его за это. Авель обернулся. -Что ты тут делаешь в такую рань? Если я не ошибаюсь, твои родители запрещают тебе здесь находится.- промолвил мужчина с улыбкой смотря в синие глаза девушки. Как всегда. В любом ее промахе Елена никогда не видела от него укора. -Я была в саду. Вдруг Люцио учуял что-то и рванулся по тропинке. Я думаю он почувствовал твой запах.- ответила девушка. -Чепуха. Собаки не могут учуять человека так далеко. В любом случае нам надо успеть к завтраку в вилле господ.- Авель заговорщически усмехнулся и протянул свою загорелую ладонь. -Подвезти тебя? Сердце Елены забилось чаще. Он не часто предлагал ей покататься, но она ещё с детства обожала их прогулки, где она могла сзади крепко обнять его. Только позже они вместе стали верхом гулять по полям, Елена на своём любимом коне, а он на своих четырёх. Но если поблизости не было коня или повозки, он предлагал ей свою помощь. Девушка с радостной улыбкой крепко сжала его руку, и Авель посадил ее за своей спиной. -Держись!- сказал он трогаясь по тропинке. Елена крепко обвила тонкие руки вокруг сильной груди друга. Люцио с радостным лаем бежал рядом. -А где ты был, Авель?- после несколько минут молчания, во время которого девушка пыталась привыкнуть к встречному ветру, который дул ей в лицо, обтекая плечи друга. -На севере. Нашёл множество интересных архивов. Познакомился с звездочетом. Хочешь расскажу тебе, что я выучил о звёздах. -Конечно, хочу! А ты будешь меня учить борьбе? -Борьбе не буду. -Почему? -Это занятие не для юных дев. -Но ты же учил меня как сражаться на мечах! -Верно, но борьба нужна, когда меч выпал из рук, а честь из рук ронять никак нельзя. Надеюсь, что в твоей жизни, Елена, даже если придётся когда-нибудь брать меч в руки, найдётся человек, который встанет на защиту твоей чести. Елена вздохнула и не думая сказала: -У меня есть ты. Девушка испугано вздрогнула, когда поняла, что она только что сказала. Тело Авеля напряглось и, он повернул голову, чтобы увидеть ее лицо. Его глаза выражали доброту, но глубоко в них просачивалась печаль. -Я не человек.- спокойно ответил он. -Авель, что ты такое говоришь!- ей всегда было больно это слышать.- Для меня ты самый человечный человек! Мужчина засмеялся и свернул с тропинки к вилле. Но в его смехе все же чувствовалась тоска. Они почти что приехали. Подъезжая к воротам, Елена крепче прижалась к спине учителя, уже не стесняясь этого. -Пожалуйста, научи меня хоть чему-нибудь! Мне так нравится твои уроки!- попросила она. Авель обернулся и тепло улыбнулся. -Хорошо, я научу тебе стрельбы из лука.- ответил он. Они подъехали к крыльцу, где на пороге уже стояли несколько фигур. Две из них Елена тут же узнала: Марифа в темном тюрбане и чёрных одеждах, и в белых одеждах красивая тонкая женщина, Юлия, ее мать. Девушка тяжело вздохнула. Мужчина аккуратно помог ей слезть. -Елена! Завтрак вот вот начнётся! -окликнула ее мать. Девушка подошла к матери и поцеловала в щеку. -Доброе утро, матушка! Женщина тепло улыбнулась, обнимая дочь за плечи. Юлия ещё не лишилась своей красоты. Ее миловидное круглое лицо обрамляли русые пряди, румянец пока не покинул ее щёк, а ореховые глаза продолжали блистать привлекательным блеском. Иногда Елена понимала почему ее отец беспамятно влюбился в эту простую девушку не из сильно знатного рода и взял ее в жены практически без приданного, да и почему он продолжает ее любить до сих пор. Юлия обернулась, замечая Авеля. -Ах, дорогой друг, Авель! Столько месяцев не виделись! Клянусь, мой муж начал волноваться! Мужчина тепло улыбнулся. -Я думаю ваши беспокойства были излишними, Госпожа. -Что вы! Сегодня никаких господ! Вы всегда были другом моего мужа и моей семьи! Прошу вас! Будьте моим гостем столько, сколько будете у нас! Авель почтительно поклонился, и слуги подошли к нему, чтобы проводить его. Елена тоже хотела пробраться в свою комнату, но ее остановила мать. -Елена! Подойди сюда! Девушка развернулась и подошла к матери. Юлия с улыбкой вглядывалась в красивые черты дочери. -Я такой же юной была, как ты, когда выходила замуж за твоего отца.- мечтательно сказала она. Елена улыбнулась, дотрагиваясь до тёплой руки матери. Девушка была благодарна родителям и, действительно, любила их и в основном старалась их не огорчать. -Сегодня к нам на ужин приедет Гораций Драхус с сыном Либерием. Попыйся им понравится. -Мама, я же тебе говорила, что сыны бывших сенаторов мне не нравятся. Уж лучше простой легионер. -Не говори ерунды. Тебя никто не тянет замуж. Но все же попытайся им понравится. Хотя бы ради приличия. -Хорошо.- согласилась девушка, тяжело вздохнув. -Иди, переоденься к завтраку.- сказала Юлия, кивнув в сторону Марифы. -Пойдёмте, госпожа.- сказала кормилица. Елене вздохнула и засеменила за служанкой. «Никому я не хочу нравится!»- решила она.