Пари Паскаля

И если бы, — Эррор и сам не верит, и не хочет верить — но если бы и для него нашелся соулмейт, и у него самого из вены потянулась бы нить, он должен был бы освободить и себя, и человека на том конце струны. Перерезать связь — и не допустить их встречу.

Задача №54. Дано: одна вена. Задание: к одной вене прибавить одну нить. Замечание: вену без нити трактовать как пустое множество.

Утреннее солнце щурилось сквозь кроны тополей, ободряюще осыпая Эррора бликами; мастер раздраженно моргнул и скользнул взглядом по протянутым через брусчатку связям. Даже щедро сдобренный рассветом, парк казался пресным: вчерашнего попрошайку, развалившегося на скамейке неподалеку, окружило амбре кислого пота и алкоголя, гуляющие выходили парочками — или мчались мимо, не позволяя разглядеть себя и выловить нового подопечного. По дорожке пронеслась толпа детей с пудренно-голубыми венами, просвечивающими через тонкую кожу рук. Правую ладонь девчонки, бежавшей впереди компании, обезобразили красные петли настоящей мягкой пряжи. В таком возрасте связь не появляется никогда, но дети слишком любят прятки и салки, милой розовой аппликацией объединенные под игрой в поиски. Ребенком Эррор и сам бегал с такими процессиями и даже выдумал облепливать руки толстым слоем пластилина: так им всем казалось, будто потрепанная пряжа выходит прямо из тела, как у настоящих соулмейтов. Он улыбнулся, рассеянно взглянул на предплечье, и прежде спокойный взгляд зачерствел. У него снова было три нити. Кожа на запястье покраснела вокруг бескровной ранки, словно проколотой изнутри острием скальпеля; Эррор осторожно ощупал крупную синюю вену, размял ее у самой ладони, повел пальцы дальше и едва коснулся болезненно-красной нити, потянувшейся из запястья. Импульс зацепился за мастера, толкнул навстречу второму лоскуту и передал от него ответное восторженное прикосновение, поначалу короткое, неверящее. Уже секунду спустя чужие пальцы, обнявшие другой конец струны, опалили его радостным предвкушением, позвали — потребовали — к себе, и он отдернул руку от нежной связи. Его будут искать. Кровь пронеслась сквозь грудную клетку холодом, скрутила беспокойство в плотный жгут трещащей ткани, и ножницы быстро, привычно впились в ладонь. Вот и его подопечная на сегодня. Не самая красивая, не самая запоминающаяся — точно не в числе тех двух, с тоской отпечатавшихся в его памяти — но самая доверчивая. И если ему доверяют, он не может подвести человека на том конце нити. Мастер знает, что должен делать. Его логика безупречна, как пари Паскаля. Простая квадратная табличка, «да» и «нет» на каждой грани. Первая строчка, зеленая. Если судьба существует и Эррор продолжит свой путь помощи подопечным — значит, так захотела судьба; значит, она признала свою ошибку и призвала его избавить людей от ее последствий. Если судьбы нет, то мастер освободит лоскутки от обмана, спасет их от впившихся в души паразитов. Вторая строчка, желтая. Если судьба есть, но Эррор не воспользуется даром видеть чужие нити, то в худшем случае упустит шанс помочь другим; в лучшем — это будет той простой дорогой, которую дала ему связь. Если судьбы нет, и Эррор остановится в следовании своей миссии, то он предаст всех растерянных людей, вверившихся красным петлям на запястьях. Простые, рациональные выводы. С ним была безупречная логика. И еще — беззащитная нить. Он смутно чувствовал направление заданного ей вектора, даже не касаясь бархатной пряжи, потому что в нее с кипящей решительностью вцепился второй лоскуток где-то за границами парка. Мастеру нужно время. Не чтобы решить, но чтобы решиться на то, что правильно. Ножницы медленно легли в карман, и ладонь плотно обхватила струну. Новый импульс, почти заставивший Эррора разжать пальцы: два лоскутка вошли в резонанс, и прикосновение это показалось личным, живым. Губы сжались в притворном подобии улыбки, и он вступил в запах пота и перегара, остановился у бездумного попрошайки. — Хорошего дня, — окликнул Эррор и, дождавшись, пока полуосознанный взгляд задержится на нем, объяснил: — Мне нужна помощь в поисках. Нить обмоталась вокруг Вашей правой руки — можете вытянуть ее, чтобы я распутал узлы? — О-о!.. — многозначительно улыбнулся пьяница, выбросив вперед правую ладонь почти тут же, так что Эррор едва успел сделать шаг в сторону, уйти из-под липкого прикосновения. — Поздравляю, парень! — руки мастера дрогнули, но он медленно поднял нить и обвел ее вокруг чужого запястья, следя, чтобы не коснуться покрытой грязью кожи. — Я вот тоже в поисках, уже второй месяц как. Только мой избранный не в этом городе, как я понял. Иду по связи — и никого не видно, — Эррор стянул свою нить в плотный узел и бросил взгляд на прикрытые рваными рукавами предплечья — совершенно чистые, без следа красной пряжи. Понимающе кивнул и с облегчением отступил от удушающего запаха и риска касаний. — Однажды Вы найдетесь. Спасибо, что помогли. — Однажды все найдутся! — засмеялся мужик. Эррор вновь кивнул, как деревянный болванчик, и спешно двинулся дальше по дорожке. Первое препятствие для следующего за ним лоскута на месте, но нужно запутать следы и убираться прочь. Под его руками нить ложилась на пустующие лавки, обходила их широкими петлями, обматывалась вокруг деревьев, вытягиваясь в путанный лабиринт на серой плитке, и он кружил по знакомому парку. Новый импульс. Лоскуток здесь, потянул его к игле, и Эррор, путаясь в своей извечной накидке, перешел на бег, вырываясь из ложащихся между ребер красных швов. Уйти подальше — и даже не думать возвращаться домой, пока его могут отследить. Одинокий сувенирный ларек, доска объявлений, пустой постамент из-под какого-то памятника, парочка тусклых домов — еще несколько быстрых узлов на фонарном столбе, и снова бег наперегонки с глухими ударами сердца. Рекламный стенд, череда ступенек до пешеходного перехода — спешный прыжок на подножку ждущего трамвая и обессиленное падение на мягкую сидушку. Швы напряженно натянулись — но ему не избавиться от них, не перерезав нить. Эррор бессмысленно уставился на границу вены и струны и прикусил губу так, что на языке осела капля крови. Нужно было решиться. К концу дня в огромном кармане на подоле скопилось ровно семнадцать изорванных билетов. Покупка восемнадцатого настигла его вместе с последним трамваем, и Эррор вышел за несколько остановок до центра. Среди подсвеченных вывесками улиц его ждала небольшая гостиница с тусклыми зелеными буквами на двери — его новый дом, пока он не выйдет из роли лоскута.

Задача №54. Ответ: множество, состоящее из одного элемента.