Изумрудные глаза

      Бросив беглый взгляд на небольшую стопку пергамента, Гарри сделал вид, что нагнулся в поисках своей сумки, хотя и знал, что не принес ее с собой.       «Да и когда я ее приносил?» — раздраженно подумал он.       Осторожно взглянув на профессора, Гарри заявил:       — У меня нет пера. То есть, я думал, что буду делать то же, что и вчера… ну, вы знаете… мыть эти стеклянные бутылочки.       Закатив глаза, Снейп повернулся и, пройдя к своему столу, начал рыться в одном из ящиков.       — Поттер, если бы мне действительно хотелось, чтобы дополнительные флаконы были разбиты, я бы снова поручил вам их мытье.       Голос Снейпа звучал приглушенно, эхом отражаясь от маленького ящика.       — О…       «Вот ведь гад».       Гарри поерзал на стуле. Он не очень хорошо себя чувствовал. Голова болела и, казалось, она скоро лопнет от напряжения. Гарри ощущал, что заболевает.       Он сидел, подперев щеку левой рукой, и наблюдал, как профессор достает перо и пузырек с чернилами из нижнего ящика.       Лицо все еще горело, скорее всего, от охватившего его несколько минут назад смущения, когда Снейп пригрозил…       «Я не буду думать об этом», — приказал он себе, пытаясь изгнать из мыслей этот ужасный момент.       Держа в руке перо и чернильницу, Снейп встал и подошел к Гарри. Тот старался повыше поднять тяжелые веки, пытаясь оставить глаза открытыми.       Снейп странно взглянул на него, но ничего не сказал. Вместо этого он со стуком поставил чернильницу около пергамента и протянул тонкое перо.       Гарри молча взял его. Выпрямившись, опустил левую руку на стол и тяжело вздохнул.       Снейп раздраженно сверкнул глазами.       Гарри попытался принять позу, которая, как ему казалось, выражала вежливое ожидание. Он не был уверен, что это сработает, так как из-за усталости и головокружения ему было тяжело что-то изображать. Но Снейп, похоже, принял игру на веру. Прочистив горло, он продолжил разъяснения:       — За каждым действием следует результат, не так ли, Поттер? — четким повелительным голосом произнес он.       — Мгм, — с легким кивком ответил Гарри. Ему хотелось, чтобы профессор не затягивал с речами, и тогда, возможно, Гарри мог бы поскорее закончить со строчками и на веки вечные погрузить голову в глубины подушки.       — Мистер Поттер, полагаю, мы уже обсуждали, что я не терплю невнятное бормотание! Вы должны обращаться ко мне подобающим образом.       — Да, сэр, — машинально ответил Гарри, борясь с желанием смять в кулаке несколько листов пергамента.       Резко кивнув, Снейп продолжил:       — Как я уже говорил… Вы слушаете меня, Поттер?       — Да!       Гарри взглянул на профессора. Он действительно слушал, но мозг просто с трудом воспринимал информацию.       Снейп приподнял бровь, но продолжил.       — Вы должны осознать, что ничего не сможете достичь в жизни, пока не начнёте нести ответственность за свои поступки. А в вашем случае, мистер Поттер, — добавил Снейп, — за ваши многочисленные проступки. Понять это жизненно важно.       «Если прямо сейчас я покажу ему средний палец, ничем хорошим это не закончится», — забавляясь, подумал Гарри.       Снейп слегка наклонился, чтобы быть на уровне глаз Гарри, и продолжил говорить своим коронным шелковистым — не иначе как сплетенным из металлического шелка — тоном:       — Таким образом, в течение отработки вы будете писать следующее… — он вытащил темную палочку из внутреннего кармана мантии и взмахнул ею. В верхней части пергамента медленно проявилось предложение:       «Я БОЛЬШЕ НИКОГДА НЕ БУДУ ОСВОБОЖДЕН ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПОСЛЕДСТВИЯ МОИХ ГЛУПЫХ ПОСТУПКОВ».       Гарри смотрел на Снейпа без всякого выражения.       — Проблемы, Поттер? — с ухмылкой спросил тот, принимая свою обычную позу — руки скрещены на груди.       Гарри пожал плечами. Ему хотелось быстрее начать писать строчки, чтобы как можно скорее их закончить.       — Нет, — сказал он, но спохватившись, добавил: — Сэр.       Он рискнул посмотреть на профессора сквозь челку, натолкнувшись на его пронизывающий взгляд.       — Очень хорошо. Можете приступать.       Снейп повернулся, взмахнув полами мантии, и неторопливо направился к своему столу.       — Эм… Подождите, — быстро добавил Гарри, слегка опасаясь, что Снейп обернется и чем-нибудь в него запустит.       — Сколько раз я должен это написать? Сэр?       Но Снейп только потянулся к сложенной на столе стопке эссе. Не глядя на Гарри, он сел и наконец ответил:       — Что во фразе «в течение отработки» вам непонятно, Поттер?       Гарри с трудом подавил стон.       — Ладно, — вздохнул он.       Поудобнее взявшись за перо и окунув его в чернила, Гарри начал писать.       Первые полторы страницы он сосредоточенно выводил буквы, не обращая внимания на пульсирующую боль в висках. Гарри старался писать как можно аккуратнее. Действительно, что еще ему оставалось? Ничего не поделаешь. Проклятый тиран дал ему бесконечное задание.       «А тиран ли он на самом деле?» — спросил себя Гарри, продолжая писать строчки.       В конце концов, Снейп мог настоять на исключении Гарри из школы (или, во всяком случае, попытаться). А мог и выпороть без долгих разглагольствований и предварительных предупреждений в тот же момент, когда Гарри переступил порог классной комнаты…       «Я БОЛЬШЕ НИКОГДА НЕ БУДУ ОСВОБОЖДЕН ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПОСЛЕДСТВИЯ МОИХ ГЛУПЫХ ПОСТУПКОВ».       Гарри остановился, перо замерло в воздухе. Он снова покраснел.       Сколько бы он ни пытался, он больше не мог игнорировать реальность. У Снейпа действительно было право его бить? На каком основании?       Но, определенно, тот имел такое право, иначе бы даже не упоминал об этом. А он говорил так уверенно.       Гарри оторвал взгляд от пергамента. Снейп, казалось, был полностью погружен в проверку эссе, но едва в тишине перестал раздаваться скрип пера, тотчас прервал работу. Взгляды на мгновение встретились, и Гарри тут же опустил глаза, поспешно возвращаясь к написанию строк.       — Сосредоточьтесь, Поттер, — строго приказал Снейп.       — Да, сэр, — ответил Гарри, не поднимая головы и стараясь сделать вид, что все время только строчками и занимался.       Поискав место, на котором он остановился, Гарри вновь начал писать, подперев рукой тяжелевшую с каждой минутой голову. Слова начали расплываться перед глазами.       Гарри испытывал почти неодолимое желание сомкнуть веки. Он несколько раз моргнул и закатил глаза, пытаясь противиться тяжелому давлению сна, медленно, но верно охватывавшему его.       «Здесь холодно», — лениво вползала сонная мысль.       Подвигав ногами, чтобы немного согреться, Гарри смог написать еще несколько строчек. Слово «последствия» постоянно попадалось ему на глаза. Он пытался сосредоточиться, но не мог прекратить бурлящие в мозгу размышления. Ему казалось, что в голове не прекращается диалог с невидимым оппонентом.       «Но отработка — это и есть «последствие», верно? То есть, я трачу на нее свое свободное время, и это наказание многому меня учит».       «Ложь!»       «Ладно, эта часть — ложь. Но все-таки, когда мне что-либо сходило с рук?»       «Тебе всегда все сходит с рук, тупица», — не унимался внутренний голос.       Противоположные, сталкивающиеся мысли только усилили болезненное давление в мозгу. Встряхнув головой, в попытке прогнать назойливого зануду, Гарри вгляделся в пергамент и увидел, что допустил ошибку в слове «освобожден». Он склонился ниже к, почему-то казавшимся выпуклыми, ярко-черным словам.       «Я БОЛЬШ НИКОГДА НЕ БУДУ ОСВАБОЖДЕН ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПОСЛЕДСТВИ МОИХ ГЛУПЫХ ПОСТУПКОВ».       На этот раз было еще больше ошибок.       «Проклятье, мне действительно нужно сосредоточиться!» — мысленно закричал Гарри. Он так рассердился, что был готов себя ущипнуть.       Негромкий хлопок разнесся по классу. Посмотрев вверх, Гарри увидел свернутый лист пергамента, парящий над головой Снейпа. Не говоря ни слова и не отрывая взгляда от проверяемой работы, Снейп медленно протянул левую руку к парящему свитку и схватил его, в то же время продолжая что-то энергично писать.       Наконец он отложил перо, развернул пергамент и быстро прочитал записку.       — Мерлинова борода… Может ли этот человек хоть что-нибудь сделать самостоятельно? — пробормотал Снейп.       Отодвинув мешающую челку, Гарри прижал к своему пергаменту кончик пера.       — Поттер! — Снейп встал, придвигая к столу деревянный стул.       — Да, сэр?       — Мне нужно отлучиться. Это не должно занять более пятнадцати минут. Надеюсь, во время моего отсутствия вы сможете посидеть спокойно, продолжая работать над строчками?       Снейп уже направлялся к выходу, но остановился, приподняв бровь в нетерпеливом ожидании.       «Нет, буду играть во Взрывного дурака».       — Да, сэр. Разумеется.       — Посмотрим, — твердо добавил Снейп и вышел из класса, плотно закрыв за собой дверь.       Гарри облегченно вздохнул. Спазмы в желудке, мучавшие его прежде, казалось, уменьшились. Даже ладони не потели больше.       Конечно, это довольно унизительно, когда тебя ругают, хотя Гарри другого и не ожидал. Но он действительно не был готов к возникшему после нотации ощущению жгучего стыда.       Снейп всегда за что-нибудь распекал Гарри, но никогда раньше не обращался к нему таким строгим и серьезным тоном.       Поэтому желудок Гарри скрутило как-то… незнакомо. Он просто не мог объяснить, в чем различие.       Пытаясь не думать о вечерних событиях, Гарри заставлял свою руку двигаться.       «Написать, потом спать. Написать. И в кровать».       К счастью, головокружение уменьшилось, но Гарри чувствовал себя невероятно сонным. Ему все еще было немного холодно, и нос заложило. Он попытался втянуть ноздрями воздух, но тут же пожалел об этом — сразу же ощутил, что глаза готовы выскочить из орбит.       Рука, подпиравшая тяжёлую, словно булыжник, голову, затекла. Гарри вытащил пальцы из спутанных волос. Положив левую руку на стол, он задумался на мгновение и опустил щеку на растопыренную ладонь. Придвинув пергамент ближе, он продолжил работу, совершенно не заботясь о том, что строчки сбегают в угол пергамента.       Продолжая писать, Гарри решил, что завтра он пойдет к Дамблдору и поговорит с ним о создавшейся ситуации.       Собственно, на каком основании Снейп может применять такое мерзкое наказание, как порка? Он не имеет права. И, надо надеяться, что директор не расскажет Снейпу об их разговоре.       В конце концов, можно просто попросить его об этом. В любом случае, нужно потребовать объяснений. Правда, он уже пытался поступить таким образом и выставил себя полным дураком. Мямлил, как какой-то идиот…       «Почему, черт возьми, Снейп так меня пугает?» Признавать это было довольно противно.       Гарри несколько раз зевнул и поежился. Он попытался слегка шмыгнуть носом, но ощутил, что из-за этого голова стала еще более тяжелой.       И еще через две строчки Гарри сдался. Глаза закрылись.

* * *

      Примерно через двадцать минут Северус быстро шагал по коридорам, направляясь в подземелья. Он был вынужден оставить Поттера одного исключительно из-за глупости сквиба!       Филч всегда устраивал бурю в стакане воды. А расхлебывать приходилось Северусу.       Идиот Аргус заставил Фреда Уизли опустошить карманы, конфисковал у рыжеволосого негодяя четыре взрывающиеся жевательные резинки Друблса и утверждал, обращаясь к Снейпу и ко всем, кто мог их услышать, что их размер и цвет были весьма подозрительны.       Одним взмахом палочки Северус проверил жвачки и заверил завхоза, что Уизли не смог бы совершить с их помощью ничего более серьезного, чем надуть огромные синие пузыри.       Снейпу захотелось разжевать все четыре жвачки одновременно и прилепить получившийся комок прямо на лоб чрезмерно бдительного тупицы, однако Северус просто ушел из кабинета Филча, на прощание выразительно закатив глаза и раздраженно взмахнув полами мантии.       Повернув к кабинету во второй раз за этот вечер, Снейп торопливо распахнул тяжелую дверь и вошел внутрь.       И замер.       Поттер крепко спал.       Его растрепанная голова неподвижно, словно чурбан, покоилась на столе. Поттер спал, подложив ладонь под раскрасневшуюся щеку, и от этого выглядел, как херувим.       Отвратительно.       Вместо того чтобы позволить двери громко захлопнуться, Северус тихо прикрыл ее и не спеша подошел к Гарри, собираясь растормошить его. Но приблизившись, заметил, что с мальчишкой происходит нечто… странное.       Поттер дрожал, рот был приоткрыт. Он явно не мог дышать через нос.       Северус склонился над ним и прищурился. Поттер был немного бледен. Выражение его лица мало напоминало спокойное расслабление глубокого сна.       Выпрямившись, Снейп поморщился и прикрыл глаза.       «Дай Помфри заняться этим…»       Поттер слегка пошевелился, очень тихо застонал, но не проснулся.       Снейп осторожно протянул руку и на мгновение задержал ее у лица мальчика. Тяжело вздохнув, он мягко дотронулся до щеки Поттера тыльной стороной ладони.       Очень теплая.       Нахмурившись, Северус провел рукой по лбу Гарри. Липкий жар опалил запястье. Пальцы Северуса случайно коснулись носа мальчика и ощутили ледяной холод.       Впервые за вечер Северус обратил внимание, что Поттер не надел свитер — только белую школьную рубашку с закатанными рукавами.       «Глупый мальчишка, — подумал Снейп. Ты ведь не впервые на отработке в подземельях. Ах да, ты же думал, что снова будешь мыть флаконы».       Наконец рука Снейпа скользнула по перу, которое слегка придерживал Поттер. Стол усеяли крохотные капельки чернил, сочащиеся с острия. Северус осторожно высвободил хрупкий инструмент из ледяных пальцев.       От избытка чувств Северусу хотелось сломать перо.       «Хуже неуправляемого Поттера — только больной Поттер», — еще больше нахмурившись, мысленно простонал он.       Не теряя больше времени, Снейп вытащил из мантии палочку и отработанным движением наложил согревающие чары на одежду, практически уверенный, что новое ощущение должно разбудить мальчишку, но тот лишь слегка шевельнулся и вздохнул.       «Проклятье!»       Присев на корточки рядом с Гарри, Снейп сказал негромко:       — Поттер…       Никакой реакции.       — Поттер, — повторил он чуть громче.

* * *

      На периферии сознания возник чей-то голос. Медленно открыв глаза, Гарри приподнял голову. Мир снова кружился вокруг него. Слегка застонав, он повернулся на звук. Лицо Снейпа было всего в нескольких дюймах от его собственного.       Гарри подпрыгнул от неожиданности и чуть не свалился со стула.       Его рука непроизвольно дернулась и зацепила чернильницу. С громким звоном та упала на пол, и чернила расплескались повсюду.       Недолго думая, Гарри скатился со стула, стараясь не обращать внимания на стук в ушах. Он присел на корточки и потянулся за чернильницей, но не успел поднять ее — сильные руки подхватили его и уверенно перетащили к лабораторному столу, подальше от беспорядка. Ноги Гарри, обутые в школьные ботинки, волочились по полу, неприятно скрипя.       Гарри стоял, пошатываясь. Голова кружилась все сильнее. Снейп приподнял его за подмышки и усадил на стоящий рядом стол.       — Не двигайтесь, — твердо приказал Снейп, указывая пальцем на Гарри. Он обогнул стол с другой стороны и принялся быстро уничтожать беспорядок. Подняв пустую чернильницу и схватив пачку пергамента, Снейп перенес их на свой стол. С силой выдохнув, он повернулся назад.       Закрыв глаза, Гарри без сил ссутулился, одной рукой схватившись за край стола, а другой потирая переносицу под очками.       Он прислушивался к звукам, раздающимся в комнате, стараясь отгадать, чем занимается Снейп. Скрип открывающейся дверцы, странные шорохи и звон дали понять, что профессор роется в ближайшем шкафчике, перебирая какие-то вещи.       Гарри двумя пальцами потер закрытые веки, чтобы немного облегчить боль в глазах. Он снова шмыгнул носом и обругал себя за забывчивость. Бесполезно. По-прежнему заложен. Дышать можно было только ртом.       — Поднимите голову, — Снейп неожиданно возник рядом.       Гарри вздрогнул и подчинился.       Неожиданно он ощутил, как плотная шерстяная ткань слегка задела его щеки и едва не стянула очки. Снейп что-то на него надел. Светло-серый немного колючий джемпер.       «Откуда он его взял?». Головная боль мешала Гарри нормально думать. Мысль о трансфигурации просто не пришла ему в голову.       Снейп нетерпеливо встряхнул рукавами джемпера, и Гарри наконец продел в них руки, недоверчиво глядя на профессора.       — Вот, — рявкнул Снейп, протягивая сложенный белый носовой платок. — Ваше постоянное шмыганье вызывает у меня мигрень. Высморкайтесь.       Гарри попытался, но вместо этого у него заложило уши.       — Не могу.       Снейп отмерял какое-то зелье янтарного цвета.       — Поттер, — раздраженно фыркнул он. — Я никогда не думал, что настанет день, когда вы не сможете справиться даже с простейшей задачей…       Гарри был слишком уставшим, чтобы обидеться.       — Нет, — пробормотал он. — Я имею в виду… у меня нос заложен. Я едва могу дышать через него.       Снейп прошел обратно к шкафчику, который, как видел Гарри, был забит склянками, полными разноцветных зелий, и выбрал одну, содержащую жидкость цвета индиго.       Захлопнув маленькую дверцу, он вернулся и протянул Гарри маленький фиал, наполненный зельем янтарного цвета.       — Выпейте это.       — Э-э-э…— заколебался Гарри. Он опробовал немало зелий у мадам Помфри, и ни одно из них не было слишком приятным.       — Выпейте это сейчас же, Поттер, не вынуждайте меня поить вас с ложечки, — прорычал Снейп.       Гарри ощутил, что терпение профессора заканчивается, поэтому обреченно вздохнул, поднес к губам склянку и проглотил отвратительную жидкость.       «Мерзость».       Он скривился и передал фиал обратно.       «Фу».       Но головная боль Гарри уже проходила.       — Теперь вот это, — Снейп передал ему другой пузырек, на четверть наполненный неизвестным зельем цвета индиго.       Гарри закрыл глаза и опрокинул его в рот.       Он высунул язык от отвращения, хотя свои мысли держал при себе. Действительно, мерзкое варево. С запахом грязных носков. И с таким же вкусом.       Тотчас же Гарри ощутил, что голова перестала быть такой тяжелой, и он шумно шмыгнул носом.       Снейп снова протянул ему носовой платок, и на этот раз Гарри смог высморкаться.       Он чувствовал себя немного лучше — по-прежнему очень усталым, но все же лучше.       Забрав фиалы, Снейп прошел к стойке у раковины и осторожно поставил их. Вернувшись, он прислонился к лабораторному столу и серьезно взглянул на Гарри.       — И давно вы ощутили, что заболеваете? — спросил он.       «Великолепно, — с тоской подумал Гарри. — Мы вернулись на прежнее место. Может, если я притворюсь, что упал в обморок, он оставит меня в покое?»       — Только после обеда, сэр, — пробормотал он, снова усевшись на руки и скрестив лодыжки, чтобы не начать, даже случайно, размахивать ногами.       — И я не ошибусь, предположив, что вы оказались не в состоянии посетить мадам Помфри, даже несмотря на то, что ваше состояние продолжало ухудшаться?       — Ну… — начал Гарри. — Просто я подумал, что…       Он замолчал.       — Продолжайте.       — Я просто плохо спал прошлой ночью.       Снейп нахмурился.       — Объясните.       «Что объяснить?»       — Я просто думал… о разных вещах, — пробормотал Гарри.       Единственное, чего он сейчас хотел, это вернуться в спальню. Или закончить писать строчки, теперь, когда он почувствовал себя лучше.       Взгляд Снейпа мог просверлить дыру у него во лбу.       — М-м-м, — прокомментировал он, продолжая хмуриться.       — Хорошо, Поттер, на сегодня вы свободны.       Гарри недоверчиво посмотрел на профессора.       — В самом деле?       — Я говорю то, что действительно имею в виду, глупый мальчишка!       Гарри облегченно вздохнул и оттолкнулся ладонями от края стола.       — Однако, — продолжил Снейп своим вкрадчивым, бархатным тоном, — вы должны отправиться прямо в постель, а не слоняться по гостиной.       У Гарри невольно отвисла челюсть.       — Еще и девяти нет! — воскликнул он. — Профессор МакГонагалл не назначает нам время отбоя!       — Тем не менее, я только что его назначил. Я не потерплю, чтобы на последующих отработках вы снова отключились. Это понятно? — заявил Снейп ледяным тоном.       Гарри сглотнул. Ему очень хотелось сказать: «Вы не можете указывать мне, что делать!» Но он прикусил язык.       «Ладно, — подумал он, — посмотрим, что скажет Дамблдор». Именно в этот момент Гарри решил не ждать, а завтра утром, первым делом встретиться с директором и узнать, что происходит.       — Ну, — потребовал ответа Снейп.       Гарри хрустнул костяшками пальцев.       — Да, сэр, — пробормотал он, изо всех сил стараясь не выглядеть сердито. — Теперь я могу идти?       Снейп колебался.       — Если вы опять плохо себя почувствуете, то сразу же обратитесь к мадам Помфри.       — Да, сэр, — Гарри продвинулся вперед.       — Прямо в постель, Поттер. Запомните, я не потерплю безделья на следующих отработках.       — Да, сэр, — быстро ответил Гарри, балансируя на краю стола. Он действительно хотел поскорее уйти!       Снейп коротко кивнул.       — Приходите завтра, сразу же после ужина. Не позднее половины шестого. Можете идти.       — Благодарю вас!       Гарри не нужно было упрашивать дважды. Облегченно вздохнув, он спрыгнул со стола и поспешно направился к двери.       — И не бегите! — Снейп крикнул ему вслед.       Гарри замедлил шаг.       — Чертовы маленькие болваны… — тихо проворчал Северус.       Гарри распахнул дверь и шагнул в коридор, осторожно прикрывая ее за собой. Но уже через мгновение его шаги ускорились, а еще через несколько секунд профессор едва мог их различить.       Закатив глаза, Снейп вернулся к своему столу.       — Не за что, Поттер, — пробормотал он, обнаружив, что слегка саркастически усмехается.       Северус провел обеими руками по темным волосам и, вздохнув, сел за стол, придвигая поближе к себе оставленные эссе и возвращаясь к успокаивающей монотонности их проверки.