Хроники Странного Королевства. Миру―мир?

Время: Тринадцатый день Красной луны, суббота, девять часов вечера. Место: Кабинет Амарго в Кастель Коронадо, Арборино, Мистралия.              Убедившись, что король не пропал в очередной раз, а просто отправился к супруге и новорождённому сыну, соратники и помощники Орландо ещё немного поговорили, координируя действия, но в общем всё было ясно. Этот субботний день обернулся сплошным кошмаром. Нет, рождение наследника — это прекрасно. Но то, что оно ознаменовалось взрывом во дворце по вине Хорхе, то есть, фактически, самого Амарго, и попыткой переворота, хвала небу, хоть на этот раз не по их вине — уже совсем не прекрасно.       Мануэль отправился в свой кабинет разгребать последствия. В шестом часу туда же стражник привел Хорхе — видимо, Сур удовлетворился его показаниями.       Мальчишка выглядел ещё более подавленным, чем раньше, а глаза покраснели — скорее всего, от усталости, не мог же настоящий мистралиец плакать! Казалось, ему не дает покоя какая-то мысль. Взглянув на отца, Хорхе ещё больше съежился и попытался забиться в дальний угол топчана, не желая отвлекать его от работы. Он даже в лицо отцу не смотрел, только на руку, из-под которой по гербовой бумаге разбегались ровные строчки: «Организовать… найти… оплатить…» Рука слегка дрожала — или это дрожал свет магической лампы?       Амарго наконец-то дописал, отправил бумагу с посыльным туда, где её срочно ждали, и посмотрел на сына. Долго мучиться чувством вины он считал бесперспективным и вредным и руководствовался принципом «виноват — исправляй». А исправлять было ещё много чего. Но ведь Хорхе — это гораздо важнее, чем все дворцовые дела. Или господин советник просто отодвигает на потом самое сложное? Или самое неприятное? Ну не трусит же он в самом деле. Амарго поморщился.       — На тебя Сур не очень давил?       Хорхе так и не поднял взгляда. Когда отец перестал писать и его руки замерли на столе, мальчишка принялся рассматривать потемневшую от грязи повязку на пострадавших пальцах. Если раньше он боялся идти с полковником Суром, потому что рядом был король, старавшийся приободрить и утешить юного террориста, то сейчас… Сейчас он бы предпочел провести с полковником ещё час или два, только не обсуждать случившееся с отцом. Но Сура тут не было. Орландо тоже. Даже Андреса — и того не было.       — Нет, — коротко ответил Хорхе, гипнотизируя повязку.       — Хорошо, — кивнул Амарго. — Ничего не бойся. Ты уже знаешь, что у короля сын родился?       Хорхе, в голове которого по кругу вертелась мысль, много ли лишнего он сказал про Андреса полковнику Суру и не подставил ли он заклятого друга, посмотрел на отца с некоторым недоумением. Ну родился и родился. Все давно знали, что он вот-вот должен родиться. В конце концов, сам младенец пока ничего выдающегося не сделал, да и не представляет из себя ничего особенного. Вот если бы у него были острые уши или эльфийские глаза — это хоть как-то отличало бы его от всех других младенцев. Но шансов на это не было — ведь маленький принц был всего лишь на четверть эльфом, а не наполовину, как его отец. А вот будет ли он эмпатом… Но это ещё пойди, пойми. И чего все сразу носятся с этим младенцем? У него-то как раз всё хорошо — небось, ест и спит. А ты сидишь и думаешь, а не предал ли ты друга…       Но отец молчал, явно ожидая какой-то реакции.       — Угу, — подтвердил Хорхе, поскольку ничего умнее придумать не смог.       — Мама уже дома, — сообщил отец. Когда он увидел в зеркале Орландо с ребенком, естественным образом вспомнил детство собственного сына. И как ему всегда не хватало времени. Он подошёл к Хорхе и положил ему руку на плечо. — Если с Суром вы закончили, что тебя ещё тревожит?       Хорхе сжался, то ли от прикосновения, то ли от перспективы отправиться домой и встретиться с матерью, отличающейся тактичностью и милосердием скальпеля. И ещё он ждал, когда же отец перестанет ходить вокруг да около и выскажет уже, что он думает об авантюрах достойного продолжателя семейных традиций терроризма. Что же касается Андреса… ох, это слишком мучительно сидело где-то глубоко внутри, чтобы ещё и попытаться извлечь это наружу… Нет, он сам как-нибудь разберётся.       — Пойдём, — позвал отец, не дождавшись ответа. — Провожу тебя к телепортисту. Ах, да. Где твой пропуск?       Хорхе похлопал себя здоровой рукой по карману, потом проверил на поясе. Ни в карманах, ни на поясе пропуска не обнаружилось. На поясе висели пустые ножны от любимого ножа, оставшегося то ли на полу в коридоре, где его схватил этот здоровяк, то ли выброшенного уже позже. «Потерял пропуск, потерял нож, потерял уважение…» — грустно подумал он.       — Не знаю. Потерял.       — Пойдём, — повторил Амарго, делая себе пометку аннулировать потерянный пропуск, пока им не воспользовался ещё какой-нибудь злоумышленник. — Твои вещи я пришлю потом. Или эликсир всё же стоит захватить? Или ты из-за взрыва так спешил, а вовсе не из-за эликсира?       «Делает вид, что не понимает. Можно подумать, сам всю жизнь принимал лекарства вовремя, а не только, когда прижмёт.»       Но вслух Хорхе этого не сказал. Просто пожал плечами, соскользнул с топчана и поплёлся к двери, готовясь к встрече с матерью. Мэтресса Стелла точно миндальничать не будет!       Амарго видел, что сыну не хочется разговаривать, и не настаивал. В таком удручённом состоянии слова не доходят. Они молча прошли по коридорам до поста телепортиста, который и переправил мальчика домой.       Если в обычный день дел было невпроворот, то сегодня в дюжину раз больше. Хорошо хоть, стража не растерялась и делала свое дело. Дворецкий уже тоже примерно оценил ущерб. Все свободные слуги были брошены на уборку разбитых стекол — и быстрее порядок восстановится, и трепаться будут меньше. А ещё рутинные дела, отменённые встречи, новые встречи, например насчет планирования праздника в честь рождения наследника. И не пошлёшь с этим — срочно, к тому же сам всем говорил, что пора возвращаться к рутине…       В общем, когда заваленный делами советник поднял голову, чтобы посмотреть на часы, они уже показывали девять вечера.       Обычно Сур предупреждал о встрече, но не сейчас. Нельзя было терять времени, и он только надеялся, что Амарго в кабинете.       Секретарь поднялся ему навстречу, но полковник, не дожидаясь, пока о нём объявят, постучал.       Амарго, который как раз встал из-за стола, окончив очередное дело, просто подошёл к двери и отворил её. Паче чаяния там оказался не секретарь, а глава службы безопасности. Хотя секретарь там тоже был, и даже пытался что-то сказать.       — Входите, полковник, — пригласил Мануэль. — Одну минуту.       Секретаря он, устыдившись, отпустил домой. Сам завалил поручениями, не посмотрев на часы, а бедный парень их, похоже, всю ночь выполнять собирался.       После чего вернулся в кабинет:       — Что-то случилось?       — Добрый вечер, — Сур испытал некоторое облегчение, что советник не выказал волнения, увидев его. Больно было видеть его тогда, в саду, когда под подозрением оказался его сын. Сейчас Сур тоже пришёл с неприятными вопросами, но, по крайней мере, не настолько неприятными. — Я хотел расспросить вас о Андресе, советник.       — Об Андресе? — этого советник не ожидал и искренне удивился. — Сейчас? Он-то чем вас заинтересовал?       Суру очень не понравилось, как удивился Амарго. Неужели так верил в его невиновность?       — Я приказал взять его под стражу, — ровно сказал он. — У меня есть основания полагать, что это он убедил Хорхе в необходимости таких мер. А в ходе обыска у него нашли экранирующий амулет.       — Вы арестовали его? — ещё больше удивился Амарго. — А король знает? Хотя вряд ли, до того ли ему теперь… Простите, полковник, говоря о «таких мерах» вы имеете в виду взрыв? Вы хотите сказать, что Хорхе свалил всё на Андреса? А амулет… Он как-то объяснил, зачем обзавёлся им?       Сур нахмурился.       — Разумеется, нет, — раздражённо ответил он. — Хорхе уверял, что это его идея. И взрыв, и подделка указа. Вы уже знаете и об этом? А что касается амулета, Андрес утверждает, что ничего не знал. Возможно, это так. Возможно, прежние хозяева использовали его вслепую. Но — слишком много совпадений. Он так удобно стал учеником его величества, а потом на нём оказался экранирующий амулет. И он же убедил вашего сына в опасности некроманта. Он же подделал указ.       — Вот оно что, — понял Амарго. — Нет, про указ я не знал. Значит и этот указ — работа Хорхе? Вот паршивец… — Он тоже нахмурился и опять погрустнел. — Это точно? Ну, по крайней мере, хорошие новости в том, что это не ещё какие-нибудь заговорщики. Нет, вы видели? Я в Поморье успел смотаться, а этот охламон всё знал! Нет, я с ним рано закончил. Взрыв во дворце, подделка государственных документов — а завтра что будет? — Возмущенный мистралиец только что осознал, что он вскочил со своего кресла и отчаянно жестикулирует, и немного успокоился. — Простите меня. Расскажите, пожалуйста, подробнее всё, что вы узнали об этом указе. И как. А я расскажу вам об Андресе всё, что вас интересует.       Полковнику пришлось практически силой заставить себя ничего не говорить сразу — уж слишком многое рвалось наружу. Амарго не выглядел удивлённым. Только очень уставшим. И как же он сейчас был не похож на себя, каким Сур помнил его в Зелёных горах! Хотя, конечно, когда замешан собственный сын…       — После разговора с Хорхе у меня практически не осталось сомнений, — Сур говорил механически, глядя в стену. — Он ожидал от некроманта угрозы вам, боялся за вас, что вполне можно понять. Косвенно можно было догадаться, что помогал ему Андрес и, возможно, Грегорио. История Андреса насторожила меня и я взял его под стражу. Сличение почерков подтвердило — писал он. Разумеется, ваш сын утверждал, что это все была его идея, а остальных он чуть ли не заставил. Двенадцатилетний мальчик заставил юношей старше себя, один из которых — ученик мага, а второй умудрился из мальчика на побегушках у заговорщиков стать учеником короля! Послушай же, Мануэль! — Сур всё-таки не выдержал и взглянул на товарища в надежде, что он осознает, — это не может быть совпадением!       — Конечно, он их не заставлял, — вздохнул Мануэль, соглашаясь. — Уговорил, фиалок насовал… На неподготовленных людей любого возраста его способы действуют. Кстати, он потерял пропуск, нужно как можно быстрее довести до сведения охраны, что его пропуск больше не действителен. И если где-то всплывет попытка им воспользоваться, это уже по вашей части. Теперь насчёт Андреса. Вся эта история произошла на моих глазах, могу рассказать. Орландо вначале на него воздействовал эмпатически. Пришлось взять его с собой, иначе парень погиб бы по нашей вине. Он, конечно, помогал заговорщикам, но ведь мальчишка совсем. Да и попал он туда скорее случайно, чем по убеждениям. А на следующий день, когда воздействие прошло, он сам поклялся королю в верности. Его величество в нём что-то разглядел, а может, проникся его историей, в общем, решил дать ему второй шанс. Сажать в камеру его было поздно, а поселить где-нибудь во дворце просто так — легкомысленно. Я устроил его со стражниками — все они надёжные ребята, ещё с Зелёных гор, на них можно положиться. Если что не так, обратили бы внимание. И сам я с тех пор внимательно наблюдаю за ним. И мэтр Алехандро его смотрел. У парня никаких магических или эмпатических способностей не выявлено, Тени и близко нет. Он не избалован и приучен работать. Но немного легкомыслен и слишком поддается чужому влиянию, одним словом, бард. В целом неплохой мальчишка. Экранирующего амулета не носил. Никогда. Говорит, не знал? А где он вообще его взял? Денег у него не так уж много, половина недельного жалования лакея. Вы ведь не нашли больше? Значит, купить он просто не мог. Вот с амулета и стоит начать. Скорее всего он действительно не знал, и его использовали вслепую, как вы говорите. Вот здесь я согласен, может быть опасность. Вот здесь нужно всё проверить. Его использовать — дело нехитрое, парень некритичен и доверчив, даже странно, как жив до сих пор.       — Простите меня, советник, — Сур подобрался, — но разрешите говорить прямо. Я не могу представить, что могло заставить вас… Вас! — в его голосе впервые прорезались эмоции, — так легко ему поверить. Он не ребёнок — сколько таких шестнадцатилетних было с нами, в Зелёных Горах? В самом лучшем случае, я склонен думать, что у заговорщиков есть, чем надавить на него. Так они заставили его слушаться сначала, а теперь, поняв, что его взял к себе король, они могли вернуться и надавить на него. А амулет… Он утверждает, что его ему подарили. Может, ему ещё не передали инструкции, но то, что его собирались использовать, на мой взгляд, очевидно!       — В Зелёных горах были разные люди, — кивнул Амарго. — И со всеми приходилось работать. Волей-неволей научишься разбираться, кто чего стоит. Если вы упрекаете уже меня в излишней доверчивости, что ж… И у меня были ошибки, которые дорого мне стоили. И меня предавали. И я делал выводы. В данном случае я всего лишь хочу сказать, что Андрес не плетёт собственных интриг и не особо умеет лукавить и притворяться. Вы разве сами не заметили? А насчёт заставить и надавить — это, конечно исключать нельзя. У любого человека есть слабые места. Кто подарил ему амулет?       — Я не сомневаюсь в вас, — Сур утомленно потёр лоб. Насыщенный день определённо давал о себе знать. — Откуда амулет, он пока не сказал. Ничего, — мрачно добавил он, — ещё скажет. Я чувствую, что он многое недоговаривает. Даже если допустить, что он — всего лишь инструмент, он опасен. Его нельзя недооценивать, просто потому, что он молод и кажется наивным. Но… давайте примем вашу точку зрения, — да, чтобы признать, что он мог так грубо ошибиться, нужно было смирить свою гордость, и для полковника это было непросто. Но, в конце концов, он не ребёнок, чтобы топать ногами и не замечать фактов. — Допустим, он ни при чём, и амулет ему подкинули, чтобы дискредитировать. Кому это может быть выгодно? Вряд ли его положение при короле кому-то угрожает.       — Король привязался к нему, — задумчиво сказал Мануэль. — Разочарование или потеря друга может вывести его величество из равновесия. Может быть, расчёт на это? Или же его просто решили перевербовать, и первый шаг — оградить от эмпатических воздействий, чтобы не мешали. Вы правы, этим стоит заняться попристальнее. Недоговаривает? Странно. Обычно он не отказывается отвечать на вопросы. Вам нужна помощь? Магическое сканирование, может быть?       — Да! — ухватился за это предложение Сур — магическое сканирование мне бы очень помогло! Мой маг, — полковник поморщился, — он делает, что может, но его уровень невысок, да и школа другая. А сканирование решило бы множество вопросов. Возможно, мы обнаружили бы что-то, о чём не догадывается сам Андрес.       — Тогда нужно снова попросить мэтра Алехандро. Завтра я поговорю с ним. Он, правда, занят сейчас, с магическим корпусом, который частично переехал во дворец, с выслеживанием некроманта. Но, полагаю, найдёт несколько минут. Вопрос-то серьёзный. Первое, что нужно выяснить — откуда взялся амулет. Но это можно и просто так спросить. И искать в этом направлении.       — Мэтр Алехандро, — задумчиво повторил Сур, — вариант неплохой, вот только он знаком с Андресом, и, если мне не изменяет память, Андрес говорил, что он уже сканировал его. Нам бы куда лучше подошло нейтральное лицо.       — Верно, сканировал. А вы считаете, это помешает? — Амарго очень внимательно всмотрелся в лицо собеседника, пытаясь понять его истоки его недовольства кандидатурой мэтра Алехандро. Магическое сканирование — это определенное действие, и результат его — веское доказательство. Но маг — тоже живое существо, не машина. И память просматривается не полностью, а за какой-то период. Можно что-то упустить? Это, скорее, к магам вопрос… — Вы опасаетесь, что мэтр Алехандро окажется пристрастным? — понял он. — Или что будет менее внимателен, полагаясь на свой предыдущий опыт? Не думаю, но полагаюсь на ваш опыт и вашу бдительность. Мэтр Максимильяно тоже может, хотя и делает это другим способом. Но я не знаю, надолго ли он здесь задержится в этот раз, а он ещё обещал проверить Хорхе на его проклятие. Может быть, мэтр Вельмир из Ортана? Конечно, неудобно беспокоить чужого придворного мага, но он специалист в этой области и обещал свою помощь, если потребуется. С Андресом он тоже встречался, но близко они не знакомы.       Сур под его взглядом упрямо сжал губы. Да, он действительно полагал, что мэтр Алехандро отнесётся к повторному сканированию менее серьёзно. Уж если даже Амарго не верил, что Андрес может быть виноват. О, как же он сейчас понимал Хорхе! Вроде взрослый мужчина, а кажется, что его опасения не воспринимают всерьёз!       — Этот вариант кажется мне предпочтительней. При всем уважении к мэтру Алехандро.       — Понимаю, — кивнул советник. Сур мог быть прав, а мог и перестраховаться, но он в любом случае имел резоны считать так, и судя по всему, собирался отстаивать их до конца. — Но тогда придётся подождать до утра. Это ведь возможно? Беспокоить почтенного мэтра в такой час — не вписывается в рамки приличий, если только речь не идет о жизни и смерти. Как вы думаете, тот, кто дал Андресу амулет, может знать, что он под стражей и под подозрением, и забить тревогу? Скрыться или начать какие-то действия? Хотя, если расчёт был на то, чтобы просто дискредитировать Андреса, а не действовать через него, они должны быть довольны сейчас.       — Может, — не стал отрицать Сур, — его взяли под стражу открыто, хоть и не предъявляли тогда обвинений. Но тогда в любом случае время потеряно.       Не сказать, чтобы полковник не засомневался в виновности Андреса сам, но он знал одно — угрозы и психологическое давление, в данном случае, были самым предпочтительным и безвредным вариантом. Да, для юноши это наверняка очень тяжело, но куда лучше, чем если бы Сур и правда позвал палачей.       — Тогда утром я попрошу мэтра Вельмира об этой услуге, — подытожил Амарго. — Как я понимаю, у вас нет ещё подозреваемых. Или кто-то из арестованных вами вчера признался в планах на Андреса или связях с ним?       — Благодарю вас. Я собирался ещё допросить второго ученика мага, но это подождет до завтра.       — Вы и Грегорио взяли под стражу? — поинтересовался Амарго, сделав из отсутствия ответа соответствующие выводы. — До утра подождет, это верно. Вот утром я и сообщу вам насчет мэтра Вельмира. Спокойной ночи. Или у вас есть ещё вопросы?       — Нет, — покачал головой Сур. — я вызвал его для дачи показаний, поскольку в момент, когда я допрашивал второго ученика, он был на смене. Но из дворца ему выйти не дадут. Буду очень вам признателен. Спокойной ночи.