Хроники Странного Королевства. Миру―мир?

Время: Шестнадцатый день Красной луны, вторник, утро. Место: Школа Хорхе — Кастель Коронадо, Арборино, Мистралия — Голдиана, Новый Капитолий, дом дона Антонио              Вторник Хорхе не любил. В этот день не было ни одного интересного урока, зато последние два — с мэтрессой Карлой. А эта вредная тетка постоянно сползала с темы урока на поведение учеников, прилюдно разбирая подвиги каждого. Обычно Хорхе относился к выволочкам, как к хвалебным речам — зато все слышали, насколько он крут, как алхимик, и что может учудить! Полученное ранение сначала привлекло к нему всеобщее внимание, но эта тема быстро угасла, тем более что как конкретно он заработал проклятье, мальчишка не распространялся. Обнаружили, что на нём было проклятье и всё. Как, откуда — вот гадайте!       Но постепенно новизна события сошла на нет, доступ в лабораторию отца ему надежно перекрыли, и Хорхе загрустил. Нет, он мог быть мозговым центром какой-нибудь проказы, не обязательно самому работать руками, но не думалось. Точнее, думалось, но не о том. Он так и не смог оградить отца от некроманта. Проклятый маг был где-то неподалеку и в любой момент мог сделать следующий ход.       Хотя Хорхе и шёл нога за ногу, но путь до школы просто не мог быть бесконечным и он предсказуемо кончился. Во дворе школы крутилась малышня — первоклассники, может, чуть старше. Они играли в свои детские игры, не подобающие таким взрослым парням, как Хорхе. Четверо мальчишек сидели на скамейке (разумеется, на спинке, поставив ноги на сиденье), и один из них, размахивая руками, как ветряная мельница, что-то увлеченно рассказывал. На миг его звонкий голос перекрыл остальной шум:       —… да, настоящая битва магов! А он её каааак огненным шаром шарахнет, а она его каааак молнией в ответ!..       Хорхе замедлил и без того неторопливый шаг и прислушался. Мог бы уже и выучить, что в последнее время подслушивание чужих разговоров заканчивается для него как-то грустно, но то ли проклятье некроманта как-то появлияло на его Луч, то ли неучтённое шило перебивало все доводы разума.       — Да врёшь ты всё! — сказал второй мальчишка и старательно сплюнул в сторону от скамейки, изображая из себя тёртого калача.       — Да вот не вру! — возмутился рассказчик. — Вот чем хочешь поклянусь, что так мне и рассказывали!       — Не будет тебе король по улицам бегать и огненными шарами кидаться, он же король! — возразил третий.       Хорхе похолодел. Потому что будет, и, наверняка, бегает.       — Вот чтоб мне не сойти с этого места! — горячо поклялся первый маленький мистралиец и полоснул себя по пальцу перочинным ножом, чтобы продемонстрировать друзьям серьезность клятвы. — Все портовые мальчишки уже об этом говорят! С ним ещё его ученик был, вроде как брат этой… магички.       «Так, — подумал Хорхе. — Значит, король и Андрес опять куда-то впутались. Но зачем было тащить ученика-барда на битву магов? Он хоть в порядке там? Что там вообще произошло?!»       — Так, а чем всё закончилось? — спросил до сих пор молчавший четвертый.       — Чем-чем… утащил он всех, и магичку, и ученика. Вот мне мама рассказывала, что давным-давно была охота на магов…       — Так то когда было! Да и король сам — маг.       — Может, хочет единственным магом остаться?              Не дойдя десятка шагов до дверей школы, Хорхе выругался и припустил бегом в Кастель Коронадо. Демоны с ним, с доступом в лабораторию, он должен был срочно увидеть Андреса и понять, что же произошло, что уже «все портовые мальчишки об этом говорят». Хоть бы он снова был на тех же воротах! Или хотя бы его можно было вызвать…       Когда его величество оставил Андреса в комнате, видимо, посчитав, что на этом его участие в миссии окончено, сам Андрес отнюдь не успокоился. Он тревожился и за наставника, и ещё почему-то за Селену. То есть, не за неё, просто была досада за всю операцию. Ведь вся их вылазка началась с того, что его величество ее «тихонечко прослушает», а вдруг она и правда не имела коварных планов. В итоге — никакого тихого прослушивания, битва на улице ночного Арборино, Селена в отчаянии может натворить что угодно, да и наставник тоже. У него не заржавеет запустить огненным шаром, как тогда, в парке. А что, если Селена как-то уговорит его отпустить её, а потом снова выстрелит своей молнией?       Нужно было что-то делать. Но к королю не пойдёшь, он ясно дал это понять. Рассказать полковнику Суру? Наверно, это лучший выход… Андрес уже знал, куда идти, хотя идти туда не очень хотелось. Он пошёл, но из этой идеи ничего не вышло. Неприветливый охранник сказал, что полковника нет во дворце. А рассказывать кому попало такие деликатные вещи Андрес не решился.       Можно было пойти и к мэтру Мануэлю. Или даже мэтру Алехандро. Они бы поняли. Но пока Андрес ходил в крыло Сура, время ушло. Что бы ни произошло между королём и Селеной, всё это уже случилось. Оставалось только надеяться, что наставник в порядке.       Раз уж ничего полезного нельзя было сделать, оставалось только пойти спать. А поскольку день выдался беспокойным и утомительным, уснул Андрес быстро.       Наутро он снова задался тем же вечным вопросом: что теперь делать? Дежурства сегодня не было, «продолжение урока», обещанное наставником, непонятно было, когда случится. В расписании значились тренировка и урок ортанского. Андрес вспомнил их с наставником путешествие в Ортан, в Погорелый театр. Сколько мистралийцев живет за границей! Вот и Селена тоже… Но она совсем не похожа на мистралийку. И дело даже не в том, как она выглядит. Она ведет себя как иностранка. Хотя, если она жила в Галанте, это, наверное, не должно удивлять. А мистралийский язык у неё отличный! Вот мэтр Онорио, придворный маг-телепортист, учился в Галанте, он иногда вставляет в речь галантские слова. А Селена этого не делает. Странно всё это.       Он уже начал тренироваться вместе с другими, как обычно, как кто-то из ребят позвал его.       — Андрес? Тебя ждут на южных воротах.       — Кто?       — Не знаю, мне передали. Кто-то без пропуска. Вот, я тоже передал, а ты как хочешь.       «Наверняка Бруно там», — подумал Андрес. Они ведь вчера ушли так неожиданно, и даже обе гитары оставили у доньи Лусии. Ой, что же она подумала? Особенно если Бруно всё же растрепал матери, что у них был сам король. И ведь наверняка не удержался!       Андрес всё бросил, надел рубашку и помчался к южным воротам.       За воротами обнаружился не Бруно, а Хорхе, который выглядел так, словно пробежал бегом весь Арборино. Увидев Андреса живым и на первый взгляд целым, он сначала от радости потерял голову и бросился его обнять, но тут же вспомнил, что он «настоящий мистралиец®» и превратил объятия в ощупывание на предмет, что после участия в битве магов у него ничего не отвалилось или, упасите боги, не выросло.       — Привет! — Андрес тоже обрадовался, конечно, но больше удивился. — А я думал, это Бруно. Ты разве не должен быть в школе? Или что-то случилось? Какой-то ты… как на пожар бежал. Или опять взорвал что-то?       — Я взорвал! — сказал Хорхе и задохнулся уже не от быстрого бега, а от возмущения. — Я взорвал! Да ты!.. Да ты на себя посмотри! Весь Арборино говорит о том, как вы вчера с королём участвовали в битве магов и похитили какую-то магичку!       — Скажешь тоже, — Андрес погрустнел. — Я ведь не маг, какая ещё битва магов? Да и она вроде не магичка. А что там точно произошло, я сам не очень понял. А король её обездвижил, а потом телепортировал, меня — в комнату, а её — к себе. И сам с ней телепортировался. Так что если ты хотел что-то узнать в подробностях, я тебе мало чем помогу. Ты из-за этого из школы удрал? Влетит ведь.       Вялая реакция друга на его сногсшибательное сообщение просто потрясла Хорхе. А ещё бард, называется!       — Слушай, ты не заболел? Ты точно не ранен? — уточнил юный алхимик, подозрительно глядя на друга. — Ты не хочешь мне ничего рассказать? Что это была за немагичка, почему вы с королём без охраны шлялись по Арборино, когда ты мне совал фиалки за уши, что тебя не выпускают из дворца, что это вообще была за эпическая битва? Как она швырялась молниями, если не магичка? И где вы набрали столько зрителей, что теперь даже малышня в школе это обсуждает! Вы хоть билеты на выступление продавали, господа барды, или работали из любви к искусству?       — Ничего я не совал. Но что я сделаю, если король приказал? Он решил отправиться в Арборино, кто ему запретит? А зрителей я особо не видел, может, правда кто-то из мелюзги заметил, да и от себя добавил в силу фантазии. А ты уши развесил.       Разговор опасно близко подходил к Селене, да и о короле Андрес со вчерашнего вечера не слышал. И даже не знал, всё ли у них там обошлось.       — Слушай, Хорхе, — Андрес оглянулся на стражников на воротах, — давай отойдём немножко. Я никуда уходить не буду, только чтобы поговорить, как вчера.       Хорхе отошёл-отбежал до ближайшего дерева и, стоило Андресу подойти к нему, снова атаковал его своими рассуждениями, перемежающимися вопросами:       — Знаешь, это, конечно, очень здорово, что это была немагичка и битва… немагическая, но ты понимаешь, какая версия сейчас расходится по городу? Отнюдь не твоя, хотя я её ещё и не слышал. За каким демоном рогатым король к ней прицепился? Ходят слухи, что у нас снова объявлена охота на магов. Чтобы Орландо остался единственным магом. Как тебе?       — Ерунда всё это. Не будет никакой охоты на магов. Король такого в жизни не позволит, сам не понимаешь? Во дворце придворные маги, магический корпус работу начал, это мне та магичка рассказывала. Нет, не та, та девчонка в зелёном платье, что ты видел. А та, что вчера — вообще не магичка. А ты, вместо того, чтобы повторять всякие сплетни, объяснил бы этим умникам, что к чему. Ты ведь, в отличие от них, с королём близко знаком.       — И что мне им говорить? «Это не то, что вы подумали?» — с непередаваемым сарказмом спросил Хорхе. — Очень эффективно, да. Лучше бы запустить вторую версию тем же путём. Может, ты мне всё-таки расскажешь, что тут творится? Это ты отвёл меня в сторону, у тебя есть, что рассказать! Магичка, немагичка, в зелёном платье, не в зелёном… Ты что, запутался в девчонках?       — Что ты в этом понимаешь, — вздохнул Андрес. — Мелкий ты ещё. Говорить надо, что король за развитие магии в Мистралии. А девчонка, с которой он телепортировался — вообще не магичка. А насчёт молнии я ничего не знаю. Может, им с перепугу показалось? Они и огненный шар могли увидеть. Ой, слушай, я ж совсем забыл о тебе королю сказать. Просто там такое началось… Зато он тебя молодцом назвал. И обещал урок со мной сегодня продолжить, вот тогда я и скажу, в этот раз не забуду.       Напрашивающийся рефлекторный ответ «Сам ты мелкий!» Хорхе сумел сдержать. Потому что это несколько противоречило фактам. И могло снова сбить Андреса с мысли, а он так ничего и не рассказал!       — Андрес, — терпеливо сказал Хорхе, — ты отозвал меня в сторону. Поговорить. Ты хочешь говорить о том, что похвалишь меня королю? Да он сам разберётся. Что, все-таки, у тебя произошло? Где это вообще приключилось?       — В Арборино, — признал Андрес первый факт. — Это правда. На улице, знаешь, одной из тех, что ведут от порта к Площади Героев. Король хотел с этой девушкой поговорить. Просто поговорить, по-хорошему. А она почему-то испугалась, бросилась бежать, а потом начала кричать на всю улицу, что её убивают. А вот это точно неправда, никто её не убивал. Поэтому наставник её и телепортировал оттуда, чтобы панику не создавать. Понял?       — Да уж, если вы отправились на приключения с королём, то вовсе не факт, что это происходило в Арборино, — хмыкнул Хорхе. — Ну хорошо, а почему Орландо докопался до этой девушки? У него, вроде, жена есть. Красивая. И, главное, зачем он потащил с собой тебя? — сын первого советника вроде и редко виделся с королём Шелларом, но заразиться привычкой задавать много, нет, не так, МНОГО вопросов, он успел.       Андрес изобразил рукой отчаянный жест.       — Тьфу на тебя, при чём тут это? Он просто хотел с ней поговорить. О… о политике. А я и сам идти не хотел, и его отговорить пытался, но раз он решил, не идти же ему одному. Король всё-таки. Лучше было бы, конечно, взять кого-нибудь из охраны, но он не хотел привлекать лишнего внимания. А там уж как получилось…       Разговаривая, ребята отошли за дерево, и со стороны ворот их было уже не видно.       Взгляд Хорхе стал совсем подозрительным.       — Я тебя правильно понял? Наш король Орландо бегает ночью по Арборино, чтобы говорить с девушками… о политике? Слушай, ты это… не увлекайся с ним слимисом и прочим. Он-то маг, ему ничего не будет, а ты подсядешь раньше, чем успеешь «ой!» сказать.       Андрес вздохнул. Ну что этот Хорхе, в самом деле!       — Какой ещё слимис, ты о чём? А король не бегает, а зашёл по делу. И не с девушками он говорил, а с одной конкретной девушкой. И вообще, Хорхе, по-моему, ты издеваешься.              Маг-некромант планировал этим утром отправиться в Хину, но понаблюдав за комнатой Селены, не увидел её. Попробовал поискать и всё понял. Не зря, выходит, переживала девчонка! Пришлось срочно связаться с доном Антонио. Тот согласился, что демоны с ней, с Хиной, а вот насчёт Селены встревожился. Но предложение устроить ей побег при удобном случае негодующе отверг: Селену надо выручать как можно быстрее, пока она всякого интересного не рассказала и всё дело не завалила. На резонный вопрос, как он это себе представляет, ответил, что нужно поспешить с похищением мальчишек, хотя бы одного, но лучше обоих.       Мальчишки защищены амулетами, поэтому так просто их не найдёшь. Но просматривая разные знакомые места, маг хотя бы мог убедиться, что они не там. И вот, попытавшись взглянуть на южные ворота Кастель Коронадо, где вчера дежурил Андрес, маг потерпел неудачу: зеркало просто погасло. Заинтересовавшись, он надел одежду, какую носили простые ремесленники или поставщики, пользовавшиеся этими воротами, и уже через несколько минут приближался к воротам в колонне других людей.       — Это ты издеваешься! — возмутился Хорхе. — Ты уже полчаса ходишь кругами и загадочными намёками, вместо того, чтобы просто всё рассказать! На кой такой охранник, как ты, сдался королю-магу для разговора о политике? Извини, но Орландо защитит себя быстрее, чем ты его.       Внезапно он надулся:       — Завёл свои тайны, особа, приближённая к трону? А нам расхлёбывать эти слухи? — это прозвучало так, словно Хорхе сейчас пойдёт лично отлавливать каждого жителя Арборино и объяснять, что это был просто разговор о политике.       — Какие ещё тайны? — взорвался Андрес. — Какая особа? На себя посмотри! Стоп, я понял. Это Бруно, засранец, всё-таки что-то увидел и всем растрепал! Можешь не беспокоиться и ничего не расхлёбывать! Никто этой мелюзге всё равно не поверит! Неужели у тебя мозгов не больше, чем у него? Неужели не понимаешь, что король в опасности? Он, конечно, крутой маг и всё такое, но знаешь, я зато могу сходить в город и вернуться, не влипнув в неприятности.       На этом месте он осёкся, потому что, что ни говори, а он тоже влипал, и ничуть не слабее короля. И в участке оказался совершенно независимо от него, и со странной девчонкой познакомился, а она возьми да окажись заговорщицей. Так что в этом смысле, может, и прав Хорхе, охранник из Андреса так себе. Но всё равно, он бы хоть сообщил кому-нибудь, случись что с королем!              Они действительно были здесь, причем оба вместе. Маг узнал их сразу, едва взглянув самым обычным зрением. Навел на себя заклинание отвода глаз, при котором его видели, но не обращали внимания и не запоминали.       Удобный случай. Тем более они полностью увлечены разговором, даже ссорятся, похоже. Маг приблизился настолько, чтобы слышать слова. Мальчишки его пока не замечали за стволом дерева.       — Слышь, ты, бард недоделанный! Включи мозги и пойми, что люди верят не в то, что правда, а в то, во что удобно верить! И что королям, в отличие от простых смертных, грозит не только физическая опасность, от которой ты его не защитишь, но и опасность быть свергнутым недовольными! Хочешь ещё один переворот? Хочешь, чтобы Орландо свергли? Слухи нарастают, и вот уже вместо одной девчонки он истребил целый полк магов! Ты говоришь, что знаешь, откуда это пошло? Почему же ты ничего не сделал?       Хорхе во многом повторял разговоры, которые взрослые вели при нем, не обращая внимания на маленького алхимика. А алхимик запоминал, а теперь и воспользовался тем, что ему казалось правильным. Звучало это очень логично, хотя собственного практического опыта у Хорхе было немного, не считая ругательств отца после очередного покушения на товарища Пассионарио.       — Глупости, — не впечатлился Андрес. — Не будет из-за этого переворота. Переворот — это другое, это дело долгое… Какой ещё полк магов, если даже в корпусе у нас их недобор? А, ты не издеваешься, тебе просто любопытно! Ну да, ты же алхимик. Только я правда ничего больше не могу рассказать…       Неизвестно, что ещё поведал бы Андрес и к каким способам убеждения прибег бы Хорхе, но маг решил, что пора. От ворот их не видно, люди на дороге заняты своими делами и сосредоточены опять же на воротах, а если кто и заметит, ничего не запомнит. Сначала — парализующее заклинание, чтобы не было дополнительных проблем. Потом подойти поближе — и телепорт.       После этих несложных действий все трое оказались в кабинете дона Антонио в Голдиане. Просто потому, что эти ориентиры маг помнил лучше всего.       Дон Антонио, вальяжно развалившись в своем кресле, заканчивал беседу с каким-то меценатом. Судя по разлитому по стаканам коньяку, беседа близилась к успешному завершению: в глазах хозяина кабинета уже светились золотые монеты, а то и целые слитки. И в этот момент в кабинете возникло серое облачко. При виде трёх появившихся в кабинете фигур меценат прикрыл лицо руками и бросился прочь из кабинета.       — Проклятье! Да чтоб ты провалился! — взревел дон Антонио.       — Не выйдет, — разочаровал его некромант, но на всякий случай что-то поколдовал. — А кто это такой нервный? Телепорта не видел? Это было бы странно, всё-таки здесь цивилизованная страна. Впрочем, оно и к лучшему, нечего ему лишнее видеть.       Он усадил мальчиков в кресло, не спеша снимать заклинание. Извлёк из кармана пару платков и завязал обоим глаза, рассудив, что и им лишнее видеть нечего.       — Вот, — подытожил он. — Охрану только надо обеспечить. Откуда я знал, куда их, если я только здесь был? Позовите кого-нибудь, пусть отведут куда надо. Всё остальное потом.       Все произошло так быстро, что Андрес не успел даже слова сказать. Вначале он даже не заметил, кто над ним поколдовал, да и потом не особенно, но, увидев дона Антонио, догадался. И пришёл в ужас. Его всё-таки нашли. О небо, что теперь будет? Ясно, что ничего хорошего.       — Ты — безмозглый болван! — продолжал разоряться дон Антонио. — Ты сорвал мне сделку века, варвар неотёсанный! Стучаться не учили? Кого это ты ещё притащил? Какая охрана?       — Правильно, так его, — с некоторым мистралийским акцентом поддержал его по-голдиански Хорхе.       Дон Антонио от изумления заткнулся и уставился на мальчишку.       — Я не варвар! — гордо ответил маг. С такой интонацией, наверно, Шеллар Третий опроверг бы обвинение в забывчивости, а его знаменитый кузен — в трусости или бесчестии. — Как вы себе представляете стук во время телепортации? — Он посмотрел на шефа как на безнадёжно ущербное умом существо и медленно, с расстановкой, как он привык, объяснил: — Это — Андрес, ученик короля Орландо. А это — Джошуа Каррера, сын мэтра Мануэля. Об охране мы условились, мне их охранять недосуг. Так вот, зовите вашу охрану, и только потом я сниму заклинание, а то они ребята шустрые. А некоторые ещё и полиглоты.       Дон Антонио кое-как проглотил хамство юного алхимика, но переварить это, да ещё и на десерт после сорвавшейся сделки, он не смог:       — Ну, так убей этих шустрых полиглотов и охрана не понадобится!       Андрес уже ничего не видел — платок надёжно закрывал глаза. Слышал он всё, но толку от этого было мало, так как он почти ничего не понимал. А вот Хорхе понимал, хоть и мелкий, и даже вставил какую-то фразу. Зато интонации дона Антонио он распознал сразу. Раздражён он до крайности, это ясно. Имена — своё, Орландо, Хорхе и мэтра Мануэля Андрес тоже распознал, хотя звучали они чуть-чуть по-другому. Зато окончательно уверился, что второй говорящий — маг-некромант. До этого это было не так очевидно. Ну вот, и амулеты не помогли… Он их нашёл каким-то другим способом. Или как-то обошёл магию мэтров? Но зачем? Ясно, что ничего полезного они с Хорхе дону Антонио или некроманту дать не могут. А вот вредного — сколько угодно. Маг это отлично осознаёт, и если он не узнал Андреса раньше, то как раз дон Антонио его знает хорошо и это упущение исправит. А Хорхе-то при чём? А, ну да, Андрес ему многое рассказал, и Хорхе теперь тоже опасен. Вот, болтать надо меньше, а некоторым — прикрутить свою любознательность…       — Вот ещё! — возмутился маг. — Какое еще «убей»? Только из-за того, что вы не позаботились об охране? Да у вас здесь куча народа лбами апельсины обтрясает! Вот пусть и охраняют. В этом доме есть комнаты с крепкими дверями и решётками на окнах? Ставни с запором тоже сойдут.       Хорхе сквозь платок ничего не видел, разве что догадывался, что справа от них окно, комнату разглядеть не успел, зато — спасибо мэтрессе Стелле! — неплохо знал голдианский и, к сожалению или к счастью, всё понимал. И, пожалуй, был склонен согласиться с магом, что вот этот его шеф — он больной на голову и планировать не умеет. Иначе он не смог бы объяснить предложение убить только что захваченных заложников. Не то, чтоб его радовала перспектива стать инструментом для воздействия на отца и короля, но она хотя бы была логичной! И не скроешь уже, кто ты. Это Андрес, в общем, сирота безродный, и заботятся о нём разве что Орландо и его отец. Почему-то именно в этот момент его посетила гениальная идея попросить отца усыновить Андреса. Они, конечно, не перестанут цапаться и, может, даже драться, но это и родные братья делают — только в путь. И встают спина к спине, когда кто-то угрожает им снаружи. И у Андреса, наконец-то, появится семья, а не только наставник. Но сначала надо выбраться отсюда, желательно целыми или хотя бы живыми…       И в этот момент он услышал слова шефа, явно обращённые к некроманту:       — Ты можешь сделать так, чтобы он меня не видел, и снять платок? Уж больно мне его рожа кого-то напоминает…       Учитывая, что Хорхе он точно никогда раньше не видел, а с некромантом был знаком достаточно давно… а смог ли он заглянуть под капюшон, интересно?.. ну неважно, но речь явно об Андресе. И знать его этот нервный шеф может только с Зелёных гор, не из Кастель Коронадо же.       Вот сейчас узнают… и точно убьют, потому что тогда опасность от него больше, чем ценность.       — Узнал, — тихонько сказал он по-мистралийски, и по-мистралийски же, зная, что все его поймут, громко продолжил: — Эй, сводный братишка, никак нам сейчас скажут, кто же всё-таки твой отец и кого ты напоминаешь!       Маг тихонько вздохнул. По его мнению, любознательного полиглота нужно было срочно отсюда убрать, а уж потом заниматься сличением натуры с воспоминаниями. И комментированием этого процесса вслух. Но у дона Антонио такие странные приоритеты…       Он одним движением навел на него простенькую иллюзию, и одновременно усилил магически освещение лица Андреса. Затем снял платок.       Из-за бьющего в глаза света Андрес вначале не увидел ничего. Он не понял, что сказал Хорхе, даже по-мистралийски. При чем тут его отец, которого он и сам-то не помнит? Только понял, что кто-то из двоих его узнал. Наверняка дон Антонио, с ним больше общаться приходилось, чаще и вблизи.       Глаза привыкали к свету медленно. Похитители успели сдвинуть шторы, и сейчас в комнате, несмотря на утренний час, солнца в комнате было мало, а магическое освещение только мешало. Андрес постарался рассмотреть получше хотя бы мага, но тот находился за спиной, а нормально повернуть голову не получалось.       Хотелось что-нибудь сказать, хоть задать вопрос, но было страшно услышать ответ. Любой. И что узнают по голосу. Хотя уже вроде и так узнали.       Дон Антонио подошёл к перепуганному парню. Возможно, если бы Андрес, как Хорхе, храбрился и хотя бы словесно, но показывал похитителям два пальца, всё бы и обошлось. Но жизнь приучила Андреса, что чудес не бывает, что друзей могут убивать, что его собственная жизнь недорого стоит…       Дон Антонио узнал это перепуганное выражение лица.       — Да это же Малёк! — изумился он. — Малёк собственной персоной! А ты — «Андрес, Андрес». Малёк он, и Мальком помрёт! И скоро.       Потом он повернулся к Хорхе:       — А ты, если будешь ещё мне врать! — и влепил языкатому мальчишке затрещину.       Завязанные глаза и парализующее заклинание помешали Хорхе заметить занесённую руку и уклониться, поэтому в ушах у него зазвенело. Но он только сжал зубы до отчётливо слышимого скрежета. В голове мальчишки было слишком много мыслей и набиты они были слишком плотно, чтобы сдвинуть их с места одной затрещиной. Более того, его одновременно разбирали адреналин и азарт: предстояло решить сложнейшую задачку без взрывчатки и без рук, только головой и словами. Ну так он и сделал следующий ход, продолжая говорить по-мистралийски, чтобы и Андрес мог насладиться спектаклем:       — Мэтр, вы были правы — он какой-то псих. Пора уже его кончать, как вы и говорили.       Андрес как-то сразу — ну, не успокоился, но бояться почти перестал. Всё равно ничего не сделаешь. И неизвестность больше не мучает. Что-то такое с ним уже было, совсем недавно. Здесь хоть не так обидно, всё-таки враги — они и есть враги. Обидно, что так глупо попались, конечно. Не зря ему предписывали из дворца не выходить. Кто ж знал, что пара десятков локтей тоже считается? И палачей здесь не обещали, а мэтр этот, если судить по действиям его коллеги, справится быстро. Хотелось верить мэтрессе Морриган и мэтру Вельмиру, что у него какая-то особая устойчивость к некромантии, и что не получится потом превратить его в какого-нибудь зомби. А вот у Хорхе такой устойчивости вроде бы нет…       В общем, когда человеку нечего терять, он становится свободнее. В конце концов, он у них больше не работает! А тут ещё дон Антонио перешёл на мистралийский, что тоже добавило уверенности.       — Я Андрес, — поправил он. Подумал мгновение и добавил: — Ученик барда.       Небо не упало на землю. Только платок снова накрыл глаза.       Маг покачал головой. Это же какая-то лечебница для ненормальных! То один выскажется, то другой, ещё лучше… Пусть не обольщаются, сам он тут не нанимался в целители.       Снова завязав глаза Андресу — теперь и он его припомнил — маг переключился на «сына мэтра Мануэля». Оплеуха, которой наградил того дон Антонио, несказанно порадовала мага. Давно пора, а то наставники этого парня совершенно не занимаются своим делом! Но слова его вызвали только недоумение.       — Не припомню такого, — ответил маг бесстрастно.       Нужно было срочно найти, где запереть этих шустрых и невоспитанных мальчишек. А то доведут бедного темпераментного шефа! Хотя если этот шеф продолжит в том же духе, не послать ли его подальше? Орать и горячиться здесь все мастера, юг всё-таки. Но при этом нельзя же так спонтанно менять курс! То вынь ему да положь мальчишек, то уже не нужны, убей. Обойдётся! То Селену надо срочно вытаскивать, пока чего не выложила, то забыл о ней напрочь. И как с таким человеком строить какие-то планы?       Он поглядел на дона Антонио, снял иллюзию и подумал, а не обездвижить ли его тоже для пущей безопасности. Но потом решил не обострять отношений. Сам шеф мальчишек не убьет, кишка тонка, а если даст по шее ещё пару раз, так только на пользу будет.       Не говоря ни слова, он вышел из кабинета, чтобы найти в доме подходящие помещения.       Дон Антонио обошел по кругу стул с Андресом, разглядывая обездвиженного парня со всех сторон.       — Хорооош, — протянул он. — Да ты сделал великолепную карьеру, Малёк! Из посудомоя и уборщика в Зелёных горах в «ученики барда»! Ты что, и играть научился? Или, упаси бог, петь? А что это за красно-чёрные тряпки на тебе? Никак форма стражи? Скажи, Малёк, ты после каждой смены штаны меняешь со страху или через одну? Тебе доверили подпирать ворота, чтобы они не упали? Зря, зря, на тебя ни в чём нельзя положиться… или ворота положить! — и он заржал над своей немудреной шуткой. — Ученик барда! Это Орландо, что ли? А он что-нибудь умеет, кроме сочинения одинаковых маршей? Ты ему уже всех наших сдал или кого-то ещё забыл? А может, навести на тебя какое-нибудь заклинание и отослать обратно, в подарок твоему королю? Он обрадуется, я уверен!       Дон Антонио где-то в глубине души понимал, что выбрал себе не самого сильного противника для сцеживания на его голову яда, но ничего не мог поделать — разочарование от сорвавшейся сделки требовало выхода. Ему немножко полегчало, когда он треснул мальчишку Каррера, но высмеивать Малька было еще приятнее.       Хорхе слушал дона Антонио, и в нём закипала ненависть. Сейчас ему казалось, что он никогда и никого в жизни так не ненавидел, хотя он мог и ошибаться — подростки вообще скоры на любовь и ненависть. А ещё они верят в своё бессмертие. Просто так, потому что иначе быть не может.       — Что, наставник оказался вам не по зубам, а начинающий ученик — как раз ваш уровень? — осведомился он у дона Антонио. — Вы бы лучше сначала на кошках потренировались! Или там, на крысах…       Может, он бы и добрался до блох, но вторая затрещина, которая вышла посильнее первой, прервала его речь и оставила на губах вкус крови.       — Сволочь, — выдохнул Хорхе.       Андрес привык к насмешкам. Они сильно задевали его, когда он был примерно как Хорхе, потом стало легче их терпеть, можно было просто не слушать. А сейчас это звучало даже неплохо — небось, из самого дона Антонио никакого барда не выйдет, хоть он расшибись, а уж в дворцовую стражу его тем более не возьмут. Но когда он заговорил об Орландо, Андресу очень захотелось засветить ему чем-нибудь, как тому парню на площади. Но это было невозможно. А отвечать метко, как Хорхе, он не особо умел.       Зато когда дон Антонио заговорил о заклинании, Андрес насторожился. Ведь и мэтр Алехандро говорил о том же самом! Значит, это возможно. Интересно, он это почувствует, запомнит? Или и память можно стереть? Если посмотреть можно, то и стереть, наверно.       Но тут опять вмешался Хорхе. И опять получил, судя по звуку…       — Хорхе, лучше молчи, — посоветовал Андрес. — Тебя найдут и освободят. А их повесят.       Он не то чтобы был убежден в этом, просто хотелось как-то поддержать младшего товарища. Вряд ли их хватятся так скоро, но когда хватятся, отец обязательно найдёт своего сына! Главное для Хорхе — дотянуть до этого светлого момента, а такими темпами его прибьют просто ради тишины…       Несколько отведя душу без лишних свидетелей, особенно без мага, который мало говорил, но так красноречиво молчал, дон Антонио всё-таки вызвал охрану, чтобы мальчишек убрали из его кабинета. А то ещё кто-нибудь заявится, а тут такой натюрморт.       И посадить их непременно надо порознь. Во-первых, будут меньше знать друг о друге и больше дёргаться, а во-вторых, он сильно подозревал, что в отсутствие благодарной публики бравада Карреры-младшего сойдет на нет. Ну что за проклятое семейство, нигде от них не покоя! То Мануэль, теперь это его отродье… А похож, только глаз под платком не видно. И кисть правой руки перевязанная — неужели доигрался с их любимым жестом?       Антонио допил оставшийся на столе коньяк, взял лист бумаги и, обращая на мальчишек не больше внимания, чем на мебель, принялся набрасывать черновые варианты писем в Кастель Коронадо. Версии «Они у нас, ха-ха!» и «Что, облажались?» он с сожалением забраковал ещё на этапе обдумывания.       Зато высказанная исключительно в порядке бреда идея послать Малька обратно к его любимому королю с каким-нибудь заклинанием или бомбой неожиданно обрела привлекательность. Вот мальчишка доставляет ультиматум насчёт возвращения этого… Джошуа… (а вроде Малёк назвал его по-другому? Черт поймет этих мистралийцев, по десятку партийных кличек на каждого!), а вот в Кастель Коронадо второй взрыв.       И даже если одного заложника не хватит для выкупа Селены, то… сама виновата. Не надо было попадаться. А если возомнила себя крутым полевым агентом наравне с мужчинами — получи сполна.       Маг как раз нашёл в доме две приличные комнаты с решётками на окнах и с крепкими замками на дверях. И не рядом. Не успел вернуться — охрана уже вывела заложников. Да, ненадолго хватило терпения у шефа. Но хотя бы оба целы.       — Сюда и сюда, — указал он. — Глаза можно развязать, но уже в комнате. Никуда не выпускать, ни под каким предлогом. Кто охраняет?       — Я Малька охранять буду, — предложил флегматичный мордоворот. — А Белла пусть второго.       — Наоборот, — распорядился маг. — И по двое.       Когда с охраной разобрались, маг вернулся в кабинет. Теперь можно было поговорить.       Андрес слышал голоса, некоторые были ему знакомы. Один даже успокоил его. А вот другие бывшие товарищи практически в открытую злорадствовали, что пропавший неизвестно куда мальчишка нашёлся и теперь он в статусе пленника. Король говорил, что люди дона Антонио исчезли из Зелёных гор в тот же день, вот где они, оказывается. А кстати, где?       Ему развязали глаза и заперли в комнате. Что у него за судьба такая, вечно сидеть взаперти? Но это хотя бы не камера. Обычная комната, с кроватью, умывальником и прочими удобствами. Даже шкаф и стол имеются. Богатая обстановка, Андрес в таких комнатах никогда не жил. Убранство не мистралийское: никаких пёстрых занавесок или покрывал. Мебель тяжёлая, мрачная. Он подошёл к окну. Первый этаж, но не вылезешь — решётки. Специально от воров защищают, наверное. Окно выходит во дворик. Не поймёшь даже, в какой стране. А вокруг все говорят по-мистралийски. Дон Антонио с магом не в счёт, по ним не определишь.       Когда с Хорхе сняли парализующее заклинание только для того, чтобы передать в руки охранникам, первым порывом было кинуться в безнадёжную атаку. Но две затрещины от дона Антонио плюс повязка на руке убедили его, что грубой силой он ничего не добьётся, а голова ему ещё понадобится. Поэтому он безропотно позволил отвести себя в комнату, снять с рук верёвки и запереть.       Освобождённый от верёвок, он первым делом ощупал губы и зубы. Зубы были целы, а вот губы распухли и всё ещё немного кровоточили. На мочке уха тоже была царапина, оставленная, скорее всего, каким-нибудь перстнем. В общем, ничего смертельного, так, пара пунктов к счёту, который он предъявит похитителям.       Дальше начался придирчивый осмотр комнаты на предмет, что откуда можно отломать или открутить и использовать по делу.       Решётки на окне были вмурованы на совесть, кровать без отвёртки не разбиралась, а подкоп чайной ложкой занял бы у него пару столетий.       Хорошо, если выйти отсюда невозможно, оставалось бороться с теми, кому вздумается сюда войти. Потери в живой силе, даже ранеными, деморализуют противника.       Самым логичным было заминировать подходы. Но чем? У него не было никаких ингредиентов для взрывчатки, придется положиться на грубую силу. Например, растяжку на уровне лодыжек взрослого человека. Но из чего? Хорхе попробовал порвать на полоски простыню, как делали герои в приключенческих книжках, но с полутора руками против грубой ткани… Короче, простыня победила с разгромным счётом. Мальчик досадливо покосился на перевязанную кисть. Точно, бинт! Он поспешно размотал бинт и осмотрел швы. Швы заживали хорошо, поэтому он намотал обратно пару слоёв, чисто прикрыть от грязи, а остальное оторвал при помощи зубов и такой-то матери. Из бинта он скрутил верёвку и соорудил растяжку от ножки кровати до ножки стула. Отлично! Теперь первому вошедшему прилетит полом, а второму — стулом. Мелочь, а приятно!       Короткий остаток бинта он привязал к решётке на окне таким образом, чтобы создавалось впечатление, что пленник просочился наружу, и это с порога отвлекало внимание от растяжки.       К моменту возвращения мага дон Антонио не просто успокоился — он выглядел увлечённым какой-то новой идеей. Он так и сяк передвигал по столу бутылку и два стакана, словно играя в причудливые шахматы с незримым противником.       — Нам нужно сообщить в Кастель Коронадо о том, что заложники у нас, — начал маг. Вопреки обыкновению, сейчас в его голосе не было и тени иронии. Он говорил серьёзно, прекрасно понимая, в какое непростое дело они влезли. — Вы ведь понимаете, что один неверный шаг может привести нас к провалу. Вполне вероятно, что король Орландо вообще не пойдёт на переговоры. Я начинаю думать, что мы зря похитили его ученика. А вот советник… Он наверняка попытается спасти сына. Если он ответит на наши требования — хорошо. Но скорее всего, постарается отбить. Возможно, нам придётся перепрятывать мальчишек. Надо позаботиться о такой возможности.       Дон Антонио посмотрел на мага откуда-то издалека, из прекрасного далека, где все заложники убиты, а все деньги и все дворцы в его руках. Кажется, он даже не слышал своего агента.       — Нам не нужны переговоры с Орландо! Мы обвесим Малька какими-нибудь смертоносными сюрпризами и отправим его в качестве парламентёра на переговоры. Потом — бах! — и нет ни Малька, ни короля, а если повезёт — то и советника! А говорить мы будем… У вас есть на примете достаточно управляемый человек во дворце, чтобы посадить его на трон?       — Так нельзя, — возразил маг. — Короля мы не трогаем, условились же. А если с ним что и случится, у него уже есть законный наследник. И даже имей мы такого человека, с которым можно было бы говорить, нет никакой гарантии, что в случае смерти короля всё его окружение не исчезнет из дворца, по своей воле или по принуждению. Да и вообще, для наших планов нужен именно настоящий король. И опять же, Селена. Как много она способна рассказать?       Его нюх намекал ему все явственнее, что странные идеи дона Антонио до добра не доведут. А уж эти зигзаги и смена курса дважды на неделе… Вот так сделаешь что-нибудь, а такой непостоянный соратник возьмет и подведёт. Да и реакция на арест Селены более чем показательна.       Дон Антонио наградил капюшон недовольным взглядом. Нельзя же так грубо спускать людей с небес на землю! Уж и помечтать нельзя… Он плеснул себе в стакан из полупустой бутылки и пояснил:       — Я же пробовал общаться с Орландо. С этим укуренным эльфом говорить просто не о чем, он живет где-то в своём мире и ему на всё глубоко… Но если допустить, что сейчас мы можем надавить на него и на его советника, то отдавать заложников в обмен на провалившегося агента? Что такого она уже расскажет? Она бывала здесь либо телепортом, либо через Т-кабину, адреса не знает, настоящих имен не знает, поэтому любые её слова не больше, чем слова. Жалко, что она так быстро все испортила, мне отрекомендовали её как опытного агента. Ну что ж, при необходимости в Мистралию, при их бардаке, будет несложно внедрить другого агента, — он приподнял стакан, словно воздавая последние почести Селене, выпил, и без всякого перехода перешёл к более насущным вещам: — Я сейчас отдам приказ секретарю написать письма, но с кем передать их, если не с Мальком? С этих дикарей станется убить нашего посланника из мести.       Маг, казалось, не замечал недовольства шефа. Обстоятельно, как обычно, объяснил:       — Есть и другие способы передать письмо. Телепорт, слуги, обычная почта, в конце концов. Освобождение Селены будет только одним из требований. На это они пойдут, не такая она для них ценность. А вот другие требования надо как следует продумать. Андреса можно использовать получше. Например, послать его туда в ответ на выполнение первых требований, чтобы в Кастель Коронадо поняли, что с нами можно иметь дело, и что мы не террористы какие-нибудь, которые убивают заложников в любом случае. Советнику будет очень тяжело отказать нам, зная, что у него есть реальные шансы спасти сына. А с королём придется говорить. Советника можно заменить, короля — пока некем.       — У короля есть наследник, при нём можно создать какой-нибудь регентский совет или как у них здесь это работает, — нетерпеливо прищёлкнул пальцами дон Антонио. — Мне вообще не нравится идея отпускать Малька живым — он слишком много о нас знает. И о вас тоже, между прочим! Держу пари, что он вас узнал ещё при первой встрече и сдал своим новым друзьям. Не хочу, чтобы он остался в живых. Ну, неважно. Насчёт Селены — вытаскивайте её, если хотите, но, думаю, поздновато. Если на девчонку хоть чуть-чуть надавили или сломали ей наманикюренный ноготок — она уже тоже всё выложила. Ладно, я отправлю им «поздравительную» открытку. Дескать, прохлопали вы ушами, господа.       — Напишите, — согласился маг, прокручивая в уме варианты. — А я найду способ его доставить. Да, заложников не упустите и не покалечьте ненароком. Убивать пока никого не надо, убить никогда не поздно, но это, как вы понимаете, назад не отыграешь, даже если поднять самым искусным способом. Наследник пока ещё младенец, королева далека от государственных дел. Случись что с королём, Мистралия опять вспыхнет, все перегрызутся и начнутся смутные времена. И в таком случае у нас вообще не будет шансов.       Дон Антонио поморщился, но вынужден был признать правоту мага: Мистралия — это такая куча хвороста, которая вспыхивает от косого взгляда. Вместо ответа он взял бумагу и перо, забыл макнуть перо в чернильницу, вспомнил, выругался и начал писать:              «Советнику Мануэлю Каррера.              Господин советник! Я поздравляю вашу службу безопасности с отличной работой, многое о которой смогут рассказать мне Андрес и Джошуа, сейчас они вынужденно гостят у меня. Если вы не хотите начать получать вполне узнаваемые части их тел, то вам лучше согласиться на наши условия, которые изложит вам посланец.              Всего наилучшего и хорошего настроения!»              После чего размашисто расписался и вручил письмо магу, не запечатывая.       Маг вынул листок, пробежал его глазами и покачал головой.       — Условия тоже нужно изложить в письменном виде. У меня не будет возможности поговорить по душам с этими адресатами, а если и будет, вряд ли я с этой встречи вернусь. Так что давайте подумаем, что нам от них нужно и что мы готовы за это отдать, и напишем это. Четко и ясно.       Дон Антонио почесал пером за ухом. Хорошо, хоть чистой стороной. Кажется, эти условия он представлял себе довольно расплывчато, кроме как «Фриц, Орландо, сдавайся!», ему ничего сильно в голову не приходило.       — Нууу, — задумчиво протянул он, — нам нужна отставка всех нынешних советников, нам нужен свой советник рядом с ним… А он все-таки маг, причем психованный. Значит, наш советник должен быть достаточно силен, чтобы с ним справиться… — блуждающий взгляд дона Антонио уткнулся в сидящего напротив единственного оставшегося в его распоряжении мага, который сразу становился единственной кандидатурой на это опасное задание.       — Не надо на меня так смотреть, — обломал охладил его энтузиазм маг. — Фигура советника — все равно номинальная, говорить через него будете вы. Поэтому послать можно кого угодно. Маг для такого дела совершенно не обязателен, теперешние советники и приближенные вовсе не маги. Но это должен быть мистралиец, совесть все-таки надо иметь. И правильный расчет. Ладно, письмо я сам напишу и доставлю.       Мэтр задумался. Ему не верилось, что король Орландо настолько ненормален, как расписывал дон Антонио. Даже если учесть печальный конец коллеги-некроманта. Но тот коллега сам был психованный, так что по этому случаю ни о чем судить нельзя.       — Так что подумайте пока, кого послать в качестве советника. А то они согласятся, а у нас и кандидатуры нет подходящей. Еще что-нибудь?       — И поджарит он нашего советника при первом же знакомстве, — мрачно напророчил шеф. — Вы хоть можете его обвесить какими-нибудь своими щитами или как это у вас называется? И где мы возьмем мистралийца? Опять нанимать агента из местных? Кажется, на эти грабли мы уже наступали. И с мистралийцем, кстати. Можно, конечно, попробовать сыграть его втемную, но у них, по-моему, какая-то дурь в воздухе. Запорет он нам все дело, причем по глупости.       — Мистралийцев у вас целая куча, — не дал сбить себя с толку маг. — Выберите кого потолковее. А я пойду писать письмо.       Кивнув на прощание, он очертил круг телепорта.       Напомнив себе в следующем месяце обязательно урезать жалованье зарвавшемуся подчиненному, дон Антонио со вздохом взял папку с делами мистралийских агентов.       — Где ж я возьму их, сообразительных? — грустно спросил он у бутылки.