Хроники Странного Королевства. Миру―мир?

Время: Семнадцатый день Красной луны, среда, вечер Место: Кастель Коронадо, Арборино, Мистралия              К приёму нового советника Орландо подготовился так, как делал и всё остальное, кроме скучных государственных дел — со всем бардовским пылом и самоотдачей. Когда он велел приготовить для этого действа большой тронный зал, слуги, успевшие изучить своего короля и его отношение ко всякой помпезности, несколько… удивились. Но король высказался совершенно однозначно — да, большой тронный зал. Да, почётный караул. Музыка? Нууу… А давайте запустим магический кристалл с записью столь любимого маэстро Эль Драко гимна? Нет, маэстро здесь не будет, поэтому жертв не ожидается. Да, не забыть мантию, дядюшкину корону и какие там ещё регалии причитаются…       На этом месте те, кто посметливее и боевые соратники товарища Пассионарио сообразили, что готовится роскошный спектакль. Правда, с непонятной целью, но ведь и появление советника было непонятным. Слуги, которым предстояло прислуживать на этом мероприятии, и почётный караул сразу стали объектами зависти — им предстояло увидеть нечто удивительное.       Впрочем, когда Его Величество Король Орландо Второй появился в тронном зале при полном параде, из которого больше всего впечатляла корона, державшаяся на голове явно не без помощи магии, (облачавший его камердинер сотворил поистине чудо и даже упрятал туда непослушное ухо) и улыбнулся всем знаменитой скромной улыбкой товарища Пассионарио, стало ясно, что он не рехнулся, а действительно зачем-то затеял этот спектакль.       И спектакль непростой, учитывая, что никого из близких ему людей в тронном зале не было. Представителей оппозиции он тоже отправил на это время погулять. Стоило королю отвлечься и задуматься, как на лице проступала тревога и напряжение. То ли щиты накладывал, то ли за всем блеском, несвойственным мистралийскому двору, скрывалось нечто большее.       Наконец, распорядитель приблизился к трону и доложил, что господин Хиль Аугусто Дельгадо ожидает за дверью момента, когда его представят королю.       В следующий миг — кто успели увидеть — не поверили своим глазам, а остальные просто не заметили — его величество продемонстрировал запертой двери два пальца. И — как ничего не было.       — Просите, — разнесся по залу магически усиленный голос.       Распорядитель, который как раз увидел не совсем королевский жест, кое-как проглотил непрошенную улыбку и торжественно объявил:       — Господин Хиль Аугусто Дельгадо, его величество ожидает вас.       Господин Хиль Аугусто Дельгадо был долговязым нескладным человеком лет примерно тридцати. На сию почётную должность он был выбран доном Антонио за два качества. Первым была не свойственная мистралийцам дотошность, местами доходящая до занудства, что в определенных обстоятельствах выгодно отличало его от более безалаберных соотечественников. Вторым было полное отсутствие Тени. Хотя для порученной миссии Тень была бы отнюдь не лишней, кандидаты, ею обладающие, отказались наотрез.       Зато у господина Дельгадо был Огонь. Совсем небольшой, вполне удовлетворявшийся тем, что его обладатель с детства самозабвенно занимался росписью горшков в национальном стиле. Однажды у него даже была мастерская, но вот как раз во время событий последнего года, когда каждое графство обзавелось собственным правительством, он потерял весь свой хрупкий товар. С тех пор его целью было заработать денег снова, а вовсе не заниматься политикой. Но он тоже был мистралийцем, а как эти ребята относятся к трудностям, всему континенту известно.       К тому же, дон Антонио заверил его, что ничего особенного делать не придется. Только передавать королю сообщения. Причем недолго.       — «Советников» мы будем менять, — пообещал он. — Надо только начать. Опасности никакой — мы и сами держим первого советника за это самое, а король его слушает. Пока просто убеди его в необходимости твоего присутствия на встречах государственной важности.              Несмотря на самые страшные представления, во дворец Хиля Дельгадо пустили без разговоров. Выдали настоящий пропуск, предоставили комнату. Никто ему не угрожал, наоборот, обращались исключительно вежливо. Значит, дон Антонио не соврал? В любом случае, встреча с королём станет решающим событием.       И вот теперь этот момент настал. Большой тронный зал не вызвал у него ни малейшего удивления — он именно так всё это себе и представлял. Реши король принять его в кабинете, Хиль, наверное, весьма удивился бы — ему казалось, что короли с трона встают, только чтобы прогуляться в определённое место, а в остальное время на нём и сидят, даже едят там и пьют кофе. И корону снимают, только когда спать ложатся.       Так что, входя в большой тронный зал, новоиспеченный советник не испытывал удивления, а только некоторые опасения. Но дело есть дело, а боязнь — чувство, недостойное мужчины, и его следует гнать подальше. В конце концов, захоти король ему что-то сделать, он бы давно уже сделал, кто ему мешает?       Хиль принял важный вид и вошёл в зал.       Да, большой тронный зал и впрямь был большим. Король Орландо восседал на троне во всем блеске своей славы. Вокруг стояли стражники и, наверно, придворные. Хиль прошёл несколько шагов примерно до середины и поклонился. Ну, как получилось. Ладно, он не на конкурс танцев сюда пришёл. Поднял голову и наконец-то встретился взглядом с королём. Надо же, а не портретах он кажется старше. Хиль вдруг почувствовал восторг, как в детстве. Впрочем, как раз в детстве и мечтаешь увидеть настоящего короля вблизи, подрастая, как-то переключаешься на другое, особенно в Мистралии, где короли закончились вместе с детством. И вдруг всё случается на самом деле.       — Приветствую вас, ваше величество!       При виде долговязой фигуры нового советника в голове Орландо мелькнула мысль, что Шеллар в неглиже выглядит приличнее, но он отогнал её как недостойную короля и опасную для полуэльфа. Но надо было играть свою роль бессмысленного самовлюблённого болвана, поэтому, дополнительно усилив магией голос, произнес:       — Мы, король Мистралии Орландо Второй, рады приветствовать вас в этом зале. И хотим спросить вас, что за дело привело вас к подножию нашего трона.       Орландо молился Бессмертному барду, чтобы никто из почётного караула не заржал в самый неподходящий момент. Муштра — муштрой, но видеть, как их король, запускающий им шарики вместо мишеней и ради всеобщего веселья таскающий снег из Поморья, изображает из себя невесть что… Тут нужны крепкие нервы.       Усиленный магически голос явно произвел впечатление на нового советника. С трудом остановив себя, чтобы не почесать в затылке, он ответил, стараясь, чтобы голос звучал не менее патетично, хотя прекрасно понимал, что в этом ему никак не преуспеть. Но хотя бы постараться стоит.       — Токмо волею пославшего мя дона Антонио. Исключительно желание потрудиться на благо Мистралии!       Вот так вот. Исключительно.       — И оказать вам любую помощь в вашем нелёгком труде!       В этом месте он не лукавил. Быть королём нелегко, это все знают. Что если король сейчас спросит, каков первый урожай апельсинов в этом году? Но зато у короля, как и у советника, есть свои привилегии. Которые можно использовать, чтобы про апельсины выяснить, например. А здравый смысл никто не отменял.       Орландо стало интересно. В словах нового советника он не чувствовал лжи, но ведь амулет… Да и пытаться что-то разобрать в этом набитом людьми зале, когда объект стоит на противоположном конце… Нет, его обязательно надо попытаться проверить, не может же посланец дона Антонио искренне собираться помочь, когда его отправили помешать!       — Ну, если это желание привело вас к подножию нашего трона, то даже мы, короли, не вправе спорить с судьбой. Обещаете ли вы верно и преданно служить нам и Мистралии?       А вот забавно будет, если заставить его принести магически скреплённую клятву или хотя бы убедить его, что он принёс такую клятву? Или это будет прямым нарушением договора Амарго и полковника Сура с доном Антонио, чтоб его анкрусы сожрали? Орландо с сожалением отринул эту идею. Спектакль — это весело, но не надо забывать, что за кулисами его развивается отдельная драма.       — Обещаю! — торжественно и пылко ответил Хиль, радуясь, что всё вроде бы идет по плану. Король оказался именно таким, каким должен быть, и никаких коварных вопросов новому советнику не задавал. А обещание верной службы — это же самая обычная вещь, наверно. Это не только с королями бывает.       Правда, если всё так гладко, почему дон Антонио сам не стал советником? Этого ведь все хотят. А что если король сейчас потребует чего-нибудь невыполнимого? Как в сказках. Например, построить дворец за одну ночь. Или наполнить казну золотом. Такое ведь даже магам не под силу. Он нервно потёр руки. А что если его карьера советника будет недолгой совсем не по причине его чаяний, а по причине гораздо более прозаической?       Орландо стоило большого труда скрыть свою собственную растерянность. И вот это его новый советник, страх и ужас Кастель Коронадо? Носитель коварных планов, играющий чужими коронами? Это вот оно? Пока что коронами тут поиграл только сам Орландо, беспардонно позаимствовав дядюшкину. Этот Дельгадо вообще знает, зачем его сюда послали или он тоже марионетка в чьих-то руках? Такую восторженность он привык видеть в глазах Андреса… Мысль об ученике кольнула болью. Ну что ж, господин советник, а как вам это?       — Мы поздравляем вас с вступлением на должность нашего советника! — объявил Орландо, сделал широкий жест рукой, хотя движения пальцев хватило бы, и в тронном зале зазвучало подхалимское творение маэстро Морелли, за которое маэстро Эль Драко готов был убивать, а маэстро Плакса вполне мог потерпеть для дела и без лишних эманаций. Отрешившись от музыки, он внимательно следил за реакцией нового советника, отмечая каждую тень на его лице.       — Спасибо, — начал было новоиспечённый советник, и тут же оторопело захлопал глазами. К музыке способностей у него не было, да и не интересовался он ею особо. Старый гимн Мистралии, выученный ещё в детстве, он помнил, а все перемены, произошедшие за годы переворотов, прошли мимо его сознания. На международных встречах он не присутствовал, но даже его скромный опыт подсказывал, что музыки именно сейчас вроде бы быть не должно. Присутствующие же стояли с непроницаемыми лицами.       Тогда Хиль уставился на короля. Король смотрел на него с интересом. Дельгадо почувствовал какой-то подвох, но в чём он, определить не мог, а поэтому так и стоял с глупым видом, пока последние звуки не смолкли.       Орландо стало ещё интереснее. Как-то не так он представлял себе человека, собирающегося «помогать» ему управлять государством. Если уж Амарго и мэтру Максимильяно только через раз удавалось призвать разгильдяя-барда-полуэльфа к порядку, причем он не делал ничего назло… ну почти ничего… то у этого господина Дельгадо не было никаких шансов. А при откровенном саботаже бедняга прыгнет с угловой башни.       — А теперь, наши верные подданные, мы счастливы пригласить вас на праздничный ужин по поводу вступления господина Дельгадо в должность нашего советника! — несколько растеряв свой пафос от любопытства объявил король Мистралии и телепортировался из тронного зала в пиршественный.       Очутившись там, таким образом, единственным, если не считать заканчивающих последние приготовления слуг, Орландо уткнулся в ладони и безудержно расхохотался. К счастью для него, до появления в зале первых гостей он успел кое-как успокоиться и хотя бы приблизительно вернуть себе королевское величие. Но вот мантия его откровенно достала! В ней было жарко и неудобно! Решив, что не мантия, в конце концов, делает его королём, он стряхнул этот пережиток прошлого, не приспособленный к мистралийскому климату, на спинку кресла, установленного во главе стола.       Зал постепенно заполнялся, но места рядом с Орландо, обычно предназначенные для Эльвиры и Амарго, оставались пустыми. Нет, все переживания потом! А сейчас…       Король перехватил взгляд своего нового советника и недвусмысленно похлопал ладонью по креслу рядом с собой, приглашая присоединиться.       Хиль обалдел от свалившегося на него величия.       Правда, оказалось, что короли ещё как встают с трона, ну, то есть, не встают, а исчезают… Мда. Это действие его величества Орландо в первый момент так удивило новоиспечённого советника, что он прямо глаза протёр. Хорошо ещё, видал несколько раз, как маги телепортируются.       Но остальные окружающие никакого удивления не выказали, а провели гостя в новый зал, предназначенный для торжественной трапезы.       К стулу, к которому его подозвал король, Хиль приблизился на ватных ногах. Он хоть и ожидал такого размаха от короля, осознание, что всё это в его честь, приводило его в трепет. Присутствуй он здесь в качестве кого-нибудь попроще, ему было бы гораздо приятнее и легче.       — Ваше в-величество, — начал он, — я благодарен за оказанную мне честь, но может, пора и честь знать это как-то… слишком? Я скромный человек… И прибыл сюда, чтобы вершить дела, то есть, это… работать в поте лица… А посуда у вас красивая! Ой, простите, я не то хотел сказать. То есть то, но не так…       Окончательно сбившись, он просто помотал головой.       В отличие от своего коронованного коллеги Шеллара, мастерски анализирующего даже души собеседников, эмпат Орландо говорил с ними на их языке и поэтому отлично знал, как действует на человека растерянность, будь на нем хоть дюжина экранирующих амулетов. Раз пышный приём вызвал у нового советника максимум неловкость, но не шок, переходим ко второй части и отпускаем вожжи…       — Ну наконец-то эта официальная тягомотина закончилась! — вполне искренне сказал Орландо и подмигнул собеседнику. — Вас тоже достало, признайтесь? Зато теперь можно поболтать! — по столу к ним скользнуло блюдо, где посреди листьев салата красовались… куски. Чего-то. — Вы любите осьминогов или сразу перейдем к сладкому?       — Я… Ну что вы, — ответил Хиль не совсем впопад, имея в виду, что его отнюдь не достало, наоборот. Правда, он слегка опасался нарушить за столом какое-нибудь мудрёное правило этикета, потому что в кринках и горшках разбирался хорошо, а в столовых приборах для благородных сильно хуже. Взглянув же на поданное блюдо, он быстро отвернулся и, не повторяя больше этой ошибки, поправился: — То есть, я хотел сказать, как прикажете.       Больше всего в предложении короля начинающему советнику понравилось слово «поболтать». Оно отвлекало от опасных столовых приборов, приближало к заветной цели и вообще звучало успокаивающе. Хотя и легкомысленно. Как-то не по-королевски.       — А какую тему вам угодно обсудить?       — Приказать что? — растерялся Орландо. — Есть? Да вы совсем меня за деспота и тирана держите! — блюдо со злосчастными осьминогами убралось подальше, зато в распоряжении собеседников оказался внушительный поднос ванильных пирожных, одно из которых король немедленно и цапнул. Взглянул на ошеломленного последней фразой советника, вздохнул и поспешил исправить свою ошибку: — Я пошутил. Неудачно. Ничего такого я на ваш счет не думаю! Давайте выпьем кофе… А еще лучше — смоемся отсюда подальше и там поговорим! — его дружелюбное величество только собралось потянуться в пространство за чашкой кофе, но в этот момент магия, удерживавшая на его голове дядюшкину корону то ли иссякла от времени, то ли не выдержала остальных магических экспериментов своего носителя, но только она решила свалиться прямо на поднос с пирожными. Полуэльф поймал её на лету, не выпустив, естественно, пирожное, и отправил к себе в кабинет, поскольку не обольщался насчёт своих способностей приделать ее обратно. Оставшись, таким образом, даже без обруча, он откинул растрепавшиеся волосы с лица и виновато улыбнулся:       — Извините. Оно само. Но я её поймал, так что пирожные не пострадали!       Хиль поморгал, приходя в себя после такой демонстрации чудес нечеловеческой ловкости и стараясь сфокусироваться на королевском лице, а взгляд почему-то то и дело сползал на ухо. Ошарашенному советнику показалось, что происходящее уже давно перешло черту реальности, и у него самый настоящий бред. Хоть он и не болен и не пил… И даже не ел ещё ничего, чтобы подозревать, что его отравили чем-то затейливым. Что делать в такой ситуации, он понятия не имел. Что если ему только кажется, что здесь стол, пирожные и исчезающие короны, а на самом деле он всё ещё в тронном зале, и приём не закончился? В любом случае, надо делать поменьше, чтобы не сесть в лужу, а говорить только правильные вещи, которые точно будут к месту. Кто бы ни находился сейчас перед ним.       — Я совершенно согласен с вами, — ответил он и вежливо наклонил голову. — Давайте так и поступим.       Получив опрометчивое согласие нового советника на «смыться подальше», Орландо только собрался телепортировать их обоих, как поймал вопросительный взгляд полковника Альваро, находившегося в гражданской одежде среди гостей. Король выбрал Альваро за готовность и умение решать нестандартные ситуации нестандартными методами, а ситуация была… куда уж дальше! Пришлось подать условный знак, что всё под контролем, а Альваро остаётся за старшего. Что он, маг, с одним человеком не справится? Не Скаррон же всё-таки.       После этого Орландо увлек господина Дельгадо за собой в телепорт, открывшийся (ну, разумеется!) на угловой башне. На любимой скале в Зелёных горах было бы хуже — там сейчас гораздо холоднее. Хотя и здесь между зубцами проносился озорной ветер, треплющий волосы и одежду, так что камзол пришёлся очень кстати.       Орландо вскочил на парапет между зубцами и подошёл к самому краю. Ранний осенний закат уже давно отгорел, так что внизу была ночь и огоньки.       — Красиво, да? Только их пока мало… Я помню, их было больше. Каждый такой огонёк — это люди, оставшиеся в Мистралии, несмотря ни на что. Но надо, чтобы и другие, вынужденные бежать в Ортан, в Лондру, в Галант — чтобы они захотели вернуться и вернулись. Или хотя бы не они сами — а их дети. Чтобы Мистралия перестала ассоциироваться у людей с переворотами, войнами и бедами. У нас ведь очень красивая страна, очень открытые люди, очень зажигательные танцы и песни. Но для этого надо, чтобы у нас стало действительно хорошо… действительно гостеприимно. Я пока не умею быть хорошим королём, и без мэтра Мануэля и других, которые и привели меня на трон, даже это медленное и трудное восстановление не началось бы. Я говорю, что хочу, чтобы было хорошо — а они говорят, как это сделать. Они любят Мистралию и хотят того же самого, поэтому с ними легко. Не надо убеждать… не надо ломать. Может быть, я когда-нибудь научусь быть хорошим королем, маги живут долго… а может, и нет. Тогда я передам трон Ринальдо. Надеюсь, у него будут советники-друзья, которые научат его этому. А я могу научить его быть чутким, быть добрым, быть отзывчивым…       «Скромный пропагандист» (с девятью человеками охраны в соседней комнате) замолчал, то ли и впрямь смущенный нечаянным возвращением к старым обязанностям, то ли осознавший их бесполезность рядом с экранированным господином Дельгадо. Да и неприлично это, стоять спиной к собеседнику и разговаривать с самим собой! Поэтому Орландо крутанулся на самом краю парапета — почти не рисуясь, да — и улыбнулся. — А вы родились в Арборино, господин Дельгадо?       Слова короля о Мистралии звучали очень красиво, и новый советник был с ними согласен. Вот только эти прогулки по парапету… Впрочем, если это кажется, то волноваться не стоит.       — Я… — начал он, осознав, что король ожидает ответа. — Нет, я с севера. Из Лос Альтос. Это небольшой город, горы вокруг. Но в Арборино я тоже жил. У Арборино совсем другой… характер, что ли.       Он вдруг вспомнил, что самому королю, то есть тогда ещё принцу, тоже пришлось покинуть Мистралию и даже скрываться, и добавил:       — Я рад, что вы тоже… вернулись. Как те люди.       — Хотел бы я на вас посмотреть, если бы за вами явился грозный мэтр Мануэль и объявил, что вы сейчас бросаете бардовскую карьеру под присмотром самого маэстро Эль Драко и отправляетесь отвоевывать трон предков! — рассмеялся Орландо. — Тут попробуй уклониться — из-под земли достанет… А кое-кто достанет и в буквальном смысле.       Он ещё раз оглянулся вниз, потом все-таки спрыгнул с парапета — к счастью для психики господина Дельгадо внутрь, а не наружу — оказавшись сразу на голову ниже собеседника. Потом посмотрел на него снизу вверх и дружески предложил:       — Сделаем, чтобы и другие вернулись, да?       — Сделаем, — с готовностью пообещал Дельгадо. — Вот прямо сейчас и начнём. Где я могу ознакомиться с вашим расписанием? И со всеми текущими делами? И…       Вот что шло неправильно! Нового советника должен был представить королю нынешний первый советник, господин Мануэль Каррера. Так сказал дон Антонио, причём сказал это уверенно. Мол, с королём ещё не всё ясно, но первый советник поможет. А он пока ещё даже не появился! Нет, на свеженьком пропуске красовалась его подпись, но и только. Сначала Хиль отмел эту мысль, решив, что раз с самим королём так хорошо пошло, то с первым советником уж как-нибудь утрясется. Но когда король уже во второй раз упомянул «мэтра Мануэля», причем с такими неописуемыми интонациями, новый советник озадачился. Но решил, что пожалуй, с «коллегой» он познакомится попозже. Король-то всё равно важнее.       Он снова воззрился на короля, но король, стоявший с ним вровень, оказался ниже ростом. Хиль смутился. Нет, такое с ним случалось регулярно, он уже привык, что окружающие люди низковаты, но тут же король! Прямо хоть проси его снова запрыгнуть на парапет!       Чтобы хоть как-то поправить положение и не глазеть на короля сверху вниз, Дельгадо вежливо наклонил голову, но с курса не сбился:       — Так как, ваше величество? Соизволите пройти в ваш кабинет или сделаем это где-то ещё?       — Делами?! Сейчас?! — Орландо в ужасе воззрился на него. — Вы меня в гроб загнать решили? Люди, даже если они полуэльфы, должны спать по ночам!       Произнеся эту декларацию права на ночной сон, он немного успокоился и продолжил:       — Подождите с делами, господин Дельгадо. Нам ещё предстоит с ними повозиться. Вот как завтра с утра засядем… А пока у нас вечер. И я хочу узнать вас как человека, потому что предпочитаю работать и общаться с человеком, а не с должностью. Вы знаете меня как короля — вы знаете должность, не меня. Я знаю вас как моего нового советника — я знаю должность, а не вас. Давайте знакомиться, как два человека. Расскажите о себе — как рассказали бы не моей должности, а новому знакомому. Не досье — а то, что вам близко, то, что опишет вас лучше, чем сухие строчки официальных данных.       — Какого ещё человека? — удивился Дельгадо. Вопрос поставил его в тупик. Он не понимал, чего хочет от него король, а тот явно ожидал ответа. Он мог бы рассказать то, что обычно рассказывают о себе люди: имя, возраст, род занятий, но ведь король просил не досье. — Видите ли, — начал он, когда понял, что пауза затягивается, — я не уверен, что дам точный ответ на ваш вопрос. Но я знаю, как нам решить эту проблему. — Он посмотрел на короля успокаивающе, как на ребёнка. — Завтра же я схожу к какому-нибудь магу и попрошу его описать меня. Или даже к двум. Они ведь видят то, что люди иногда сами о себе не знают. А я тут же передам вам эту информацию. Что же касается сна — я ни на минуту не помышлял лишать вас этой жизненной необходимости. Что же касается гроба, на этот счёт вам совершенно не нужно волноваться: я лично приложу все усилия для заботы о вашей безопасности. Мистралии нужен король! — Он опять выпрямился, но потом снова ссутулился и даже немножко присел, стараясь, чтобы его глаза находились хотя бы на уровне королевских. — Но когда мы закончим нашу беседу, я все же хотел бы ознакомиться с расписанием. Вам это не будет стоить никаких усилий, спите себе на доброе здоровье.       Орландо заподозрил, что над ним изощренно издеваются. Ну не может человек быть настолько непонятливым! Второй вариант — что он сам настолько косноязычен, но тогда бы его не держали за пропагандиста. Хотя придумать себе другую роль в партизанском отряде он затруднялся. Маг-недоучка? Бард-воин? Спасибо, вон уже Кантора хватило… Нет, тут дело не в Орландо, не в амулете, а в самом господине Дельгадо.       — Не надо никуда ходить, я сам маг, — снова вздохнул Орландо. — Но я не хотел смотреть магическим зрением, а хотел просто познакомиться. Знаете, что я вижу сейчас, без всякой магии или эмпатии? Я вижу человека, который попал в очень странную и неуютную для себя ситуацию, вот и пытается зацепиться за то, что ему хоть как-то понятно и что объяснит его роль ему и окружающим. В вашем случае — в документы, расписание и работу. Я не знаю, почему именно вы попали на это место. Хотя… вижу вашу работоспособность и желание помочь. Я не буду просить вас выдохнуть и расслабиться, понимаю, что это невозможно, хотя мог бы успокоить… эмпатически. И на этом я тоже не настаиваю! Просто прошу понять одно: я не кусаюсь. Я вас не обижу…       Надо бы уточнить, что «не обижу» до определённой грани, за которой благополучие друзей, близких и настрадавшейся Мистралии, но этот бедолага так напуган, что проведёт эту невидимую грань прямо перед носками своих ботинок. Нет уж, границы расставлять рано.       — Я хочу помочь вам освоиться. А ещё… вы же знаете, что я — бард? У меня нет расписания, — смущённо улыбнулся Орландо.       Уточнять, что расписание утром ложится на его стол из рук Амарго или секретаря Салинаса, он не стал. Чем больше Дельгадо останется замкнут и завязан на самого Орландо, тем меньше он вмешается в действительно важные вопросы.       — Вот вы завтра придёте утром и мы его вместе составим. Посмотрим, что за вечер, за ночь и за раннее утро образовалось у меня на столе, посмотрим, что у нас вообще происходит — и составим. Но только после завтрака! А, да, мои просьбы и предложения приказами не являются! Никакие! Если это будет приказ — я так и скажу. Пока предлагаю вам — предлагаю! — присоединиться ко мне за завтраком. Если вы скажете, что в такое время нормальные люди обедают или что моя физиономия с разными ушами вредна для вашего пищеварения — я это пойму и не буду настаивать. Договорились? — и Орландо протянул своему новому советнику руку для рукопожатия.       Новый советник пожал королевскую руку доверчиво и не колеблясь, но так медленно и осторожно, как будто это была рука фарфоровой статуи.       — Я знаю, что вы маг, — почтительно ответил он. — Но думал, что вам хочется услышать мнение кого-нибудь ещё. И что вы бард, знаю. Только я не знал, что принадлежность к классу бардов обязывает к отсутствию расписания. Интересно, как же тогда концерты и спектакли? Они ведь устраиваются по часам… Ах, простите меня, я отвлёкся. Конечно, я приду к вам на завтрак. Но куда и в какое время? — Бедняга покраснел, осознав, что опять нарушил правила, продекларированные королем. — То есть, вы понимаете, я спросил это, чтобы не опоздать и не заставлять вас ждать, не приведи небо.       — А вдруг вдохновение не придёт составлять расписание? — подмигнул ему Орландо. — Или наоборот — как придёт… — он вспомнил список заданий, составленный загодя для нового советника, и ему стало стыдно. Ну, он же не знал, что господин Дельгадо окажется таким милым и застенчивым человеком! — А по поводу завтрака — ну давайте встретимся в столовой часов в девять… нет, лучше в десять! («Я вам не Шеллар в четыре утра подниматься!»). — Я вас познакомлю с королевой нашей кухни — Раймундой, и её чудесными плюшками. Они стоят того, чтобы просыпаться по утрам — к обеду их обычно не остаётся, даже мне не оставляют, — шутливо пожаловался король-сладкоежка.       Потом обратил внимание, что рука, пожимающая его руку, была совсем холодная.       — Я вас совсем заморозил с этими прогулками по башням? Извините, пожалуйста. Вы хотите вернуться в пиршественный зал или куда-нибудь в более тихое место? Я не знаю, где вас поселили, но, если вы мне покажете, то в следующий раз смогу доставить прямо до двери! — на этот раз за хвастовством, ничем по тону не отличавшемся от предыдущей болтовни, скрывалось намерение взять ориентиры хотя бы возле входа в комнату нового советника, а лучше — внутри. Никогда не знаешь, где пригодится, к сожалению…       — В десять, — повторил Дельгадо, прикидывая, чем бы полезным занять время до намечающегося завтрака. — Конечно. Конечно. Ну что вы, не извольте беспокоиться, я ведь для этого здесь. Наоборот, я очень вам благодарен. Не ожидал такого тёплого приема. — На башне и в самом деле было холодно, но от волнения советника то и дело бросало в жар, и холода он не замечал. — Видите ли, я ещё не вполне освоился в вашем прекрасном дворце. И надеюсь, кто-нибудь поможет мне самому найти мою комнату. А пока — я был бы чрезвычайно вам благодарен, если бы вы вернули меня туда, куда вам удобно. Желательно, в уже знакомое мне помещение. Но не обязательно.       — Вы представляете, как мы сейчас будем смотреться, когда, абсолютно трезвые, будем шататься по коридорам и искать вашу комнату? — расхохотался Орландо, поскольку его богатое воображение нарисовало не совсем трезвую картинку. Советник с бутылкой и король с косяком. Но это он озвучивать не стал, и так запугал человека, всего-то сбросив маску напыщенного болвана и показав себя — обычного дружелюбного парня.       Не успел бедный господин Дельгадо вежливо сформулировать как, по его мнению, это будет смотреться, и подобает ли королю утруждать себя такими глупостями, как Орландо радостно заявил:       — А вот сейчас проверим, как! — и телепортировал их обоих к дверям большого тронного зала, рассудив, что если советник и найдет дорогу к своей комнате — то скорее всего оттуда. А нет — ну всегда можно спросить ночную стражу. Этим ребятам не привыкать.       — Благодарю вас, ваше величество, — поклонился новый советник. — Я могу идти?       Навязываться проводить человека, который сам вполне дойдёт, да и ничего ему в коридорах Кастель Коронадо не грозит, было бы странно.       — Конечно! Добрых снов и ни о чём не волнуйтесь. Мы со всем разберёмся, — улыбнулся Орландо.