Хроники Странного Королевства. Миру―мир?

Время: Двадцать четвёртый день Красной луны, среда, после полудня. Место: Кастель Коронадо, Арборино, Мистралия.              Обед в довольно большой компании, где, к счастью, центром внимания являешься не ты — это даже удобно. Можно сидеть тихо и внимательно слушать. И смотреть. За столом почти все, кроме Эйдана и Андреса, экранированы от любопытного эмпата. Но Эйдана Орландо то ли первый раз видел, то ли не запомнил, да и роль его в происходящем была не столь значительна, поэтому король решил оставить его в покое. Только мельком взглянул магическим зрением. Сила, окутанная такой Тенью — это дорогого стоит. Мэтру Максимильяно точно понравится.       А Андресу Орландо сам дал экранирующий амулет. Не пользоваться же теперь тем, что парень лишился его! Разве что взглянуть снова магическим зрением, как при первой… ладно, второй встрече, при первой им обоим было некогда. А при второй, когда Орландо отчаянно искал, как бы помочь мальчишке и как удержать его при себе, обнаружился Огонь. Не слишком сильный, зато вспыхивающий ярче при звуках музыки.       В памяти внезапно всплыл Эль Драко, словно выгоревший изнутри, с погасшим Огнем, уступивший это неуютное место непримиримому воину товарищу Кантору. Полуэльф вздрогнул и поспешно обернулся к ученику и другу. Нет, Огонь был здесь, Огонь был жив, даже живее и ярче, чем раньше, как будто пережитые испытание подбросили в него дров, вот он и разгорелся с новой силой. Орландо облегчённо вздохнул.       Андрес тоже поглядывал на наставника во время обеда, благо, сидел рядом. Впрочем, он поглядывал на всех по очереди. Его немного встревожила реакция короля на вполне разумные предосторожности, да и не всё было понятно в его словах, но ведь у них будет время поговорить. Как всё-таки хорошо, что прибыл мэтр Вельмир, всех успокоил, положил конец самым сильным тревогам и предотвратил зарождавшееся недоразумение. Только вот непонятно, если всё так хорошо, как утверждает мэтр, для чего некромант так настаивал на возвращении Андреса в Кастель Коронадо? Вряд ли почтенный маг ошибся. Если бы не был уверен, так и сказал бы. Надо будет с полковником Суром тоже поговорить.       Когда обед закончился, ортанский маг, поблагодарив мистралийского короля, напомнил, что готов помочь в случае любой проблемы, если таковая возникнет, и отбыл к себе.       Полковник не мог не заметить этого обмена взглядами. Судя по всему, то, что увидел король, подтвердило оценку мэтра. А может, Орландо проверял какие-то свои переживания, основанные на том, что он уловил. Что-то, что, как он думал, маг не станет проверять. Сур и сам чувствовал, что что-то Андрес скрывает, только нюх подсказывал, что это не опасно, не ценная для следствия информация. А вот почему некромант решил вернуть Андреса — загадка. И да, как раз тут прав был его величество, упрекая его в готовности устроить продолжительный допрос потерпевшему. Как невыносимо было ощущение ускользающей между пальцев разгадки, мог понять только его коллега. И ведь действительно, важно для дела!       Лично Сур считал, что некромант просто узнал, что дон Антонио утратил все достоинства, как союзник, и может утянуть его за собой, а следовательно, решил рвать все контакты и предоставить побольше доказательств, что больше на дона Антонио не работает.       Странно только, что ничего такого не сказал Андресу.       И увы, его величество теперь точно не позволит Суру как следует расспросить Андреса о времени, проведённом с некромантом.       Зато, можно будет потом обсудить новую информацию с советником.       — Каковы ваши дальнейшие планы на сегодня, ваше величество? — поинтересовался мэтр Мануэль.       Орландо вздрогнул от неожиданного вопроса и обернулся к первому советнику, как будто не понимая, где он, как сюда попал и кто перед ним. Кажется, прошла вечность, прежде чем он моргнул, возвращаясь в реальный мир и растерянно повторил:       — Мои планы… Мои планы… — и резко, без перехода: — Проводить Андреса туда, где он сможет отдохнуть от раздачи интервью и автографов!       — Хорошо, — кивнул первый советник. — Тогда я вас вычёркиваю не буду беспокоить сегодня. И да, помимо всего прочего нужно будет сделать Андресу новые документы. Но пока ему, как и Хорхе, не рекомендуется покидать дворцовый комплекс. Его комната, разумеется, та же самая, и все его вещи там.       Всё-таки какое облегчение, что парень нашёлся! Может, к нему тоже охрану приставить? Дон Антонио теперь не опасен, но мало ли, что он ещё придумает.       — Господин полковник, если вы хотите обсудить это дело в свете новых событий, я к вашим услугам.       Андрес при упоминании интервью и автографов даже улыбнулся. Его величество прямо как маэстрина Изабелла!       — А куда? — спросил он. — В ваш кабинет?       Другие пришедшие ему на ум варианты он благоразумно озвучивать не стал.       Орландо во время обеда как раз мучительно думал, что же будет лучше для вернувшегося ученика. Тревога никуда не делась, но она угрожала пока разве что душевному спокойствию самого Орландо, а никак не жизни его ученика.       — Нет, — улыбнулся он. — Что-то мне подсказывает, что кабинеты и прочие официальные места надоели тебе до рогатых демонов, да и пикник на природе… не знаю, насколько тебя это привлекает. Нет, я просто хотел проводить тебя в твою комнату. Она тебя заждалась, как и все мы.       Андрес кивнул. Пусть комната. Там его легче всего будет найти, если он кому-нибудь понадобится. И можно никого не опасаться.       Орландо мог бы телепортировать их обоих прямо в комнату Андреса, мог бы прикоснуться к руке или к плечу ученика, приглашая последовать за ним, но какое-то чувство подсказывало ему не делать этого. Он даже лишний раз проверил сам себя, что не начал неосознанно считывать эмоции Андреса. Нет, не начал. То ли это чувствительность и внимательность, то ли — разыгравшееся воображение.       Орландо отступил на шаг и поманил ученика за собой:       — Пойдём. Нельзя же нарушать традицию послеобеденной сиесты!       Андрес оглянулся на остальных, попрощался и пошёл вслед за наставником. Он думал, что они уйдут телепортом, и немного удивился, но не более. Теперь, если он возвращается в комнату, больше не надо скрывать, что он вернулся.       — А что, никто не знает, где я был? — осторожно спросил он, вспомнив вопрос Густаво: «Где тебя носило?» — Об этом тоже не надо рассказывать?       Обогнавший его на шаг король остановился и обернулся.       — Тебе ещё не надоело рассказывать? — невесело усмехнулся Орландо, потом серьёзно ответил: — Не знаю. Я бы сначала решил, насколько доверяю этому человеку. Как человеку и как другу. Вряд ли ты захочешь делиться пережитым с приятелями на тренировке или со случайными знакомыми. Твоя история из тех, что можно либо поведать людям, которым ты безоговорочно доверяешь, либо выговориться совершенным незнакомцам, с которыми вы разойдётесь и больше никогда не увидитесь, — он снова медленно пошёл вперед. — Иногда ты готов доверить человеку больше, чем жизнь — а моральной поддержки от него не получишь.       Орландо замолчал, будто вступив в безмолвный диалог со своим внутренним миром, совсем как тогда, когда Амарго огорошил его вопросом о планах. Точно так же с трудом вернулся к реальности и беззаботно улыбнулся:       — Короче, не знаю. За официальными инструкциями тебе к мэтру Мануэлю или к полковнику. И Селене не рассказывай слишком много, если в столовой пересечетесь.       — Селене? — удивился Андрес. — А она разве всё ещё здесь?       За все эти дни он вспомнил о Селене только раз или два, уж слишком много других событий с ним произошло. А ведь именно этом они с Хорхе обсуждали, если это можно так назвать, когда случилось похищение. Андрес и тогда не знал, что стало с девушкой после их с наставником ночной вылазки, хотя и подозревал, что ничего хорошего. Хотел потом выяснить у наставника, да не успел. Интересно, каким образом есть шанс пересечься с ней в столовой? Селена наверняка пережила не меньше неприятных минут, чем сам Андрес, и, возможно, винит во всём именно его. А может, она в конце концов последовала его совету и доверилась королю?       — Ей я вряд ли что-то буду рассказывать, — согласился он. — А что с ней произошло после той ночи?       — А демоны её знают! Я с ней не пересекался. Даже в столовой. По словам мэтра Мануэля, они её отпустили, а она снова вернулась, в качестве свидетельства своей сомнительной благонадёжности сообщив уже известный мэтру Мануэлю и полковнику Суру адрес дона Антонио. Я никогда не пойму, как можно так легко предать своих союзников, хороши они или плохи! Ты уже встал на их сторону… — лицо мистралийского короля омрачилось. Его самого предавали, но как за подлость других расплачивался Амарго! — Крысы бегут с тонущего корабля, — он горько и зло усмехнулся, и резко остановился. — А ведь крысы действительно бегут! Прости за сравнение, но что если некромант вернул тебя нам в качестве свидетельства своей благонадёжности? Да не просто вернул, а спас от этого… «алхимика»? — тон, которым было сказано последнее слово, только подчеркнул, что его величество взыщет с Люсьена по счетам при первой же возможности.       — Не знаю, — вздохнул Андрес. — Однако не думаю, что он хочет убедить вас в своей благонадёжности. Он ничего такого не говорил. Ни в чём не убеждал, не просил ничего передать. Скорее, он не хочет вообще больше иметь дел с кем-либо из Кастель Коронадо, даже приближаться к дворцу не хочет. А насчет союзников… Я ведь тоже сменил сторону, и дон Антонио совершенно искренне считает меня предателем. — Он вспомнил, как объяснял то же самое Люсьену, и поморщился.       Получается, что некромант действительно его спас. Неприятно осознавать такое, но выходит именно так. А откуда наставнику-то известно про Люсьена? Он сказал, что что-то видел, наверняка своим магическим способом, но что именно? — Дался вам этот алхимик, — с досадой покачал головой ученик. — Что вы такое знаете о нём? Что видели? В борделе или в доме? И за что вы так на него злитесь? А с некромантом я идти не хотел, и даже сказал ему об этом, но он всё равно сделал по-своему, так что он ничем не лучше остальных.       Орландо остановился у дверей комнаты Андреса и протянул ему новый ключ взамен утерянного.       Напоминание о том, что Андрес, тогда ещё Малёк, тоже сменил сторону, застало его несколько врасплох. И ведь прав, и ведь не поспоришь. И нельзя сказать, что это был серьёзный и взвешенный выбор — выбор испуганного мальчишки, да ещё и под влиянием эманаций. Это был выбор Орландо, за которым последовало всё, что последовало. Нечастые уроки, не слишком приятные приключения, похищение, плен, ранение. И если насчёт Селены ещё можно было сказать, что она переметнулась за лучшей долей и безопасностью, то, увы, у Андреса получилось иначе. Пусть во дворце он был всегда накормлен и одет, пусть завел знакомства с самыми могущественными людьми континента — и чем ему это помогло? Скорее уж подвергло дополнительным опасностям.       Король отвернулся, часто-часто моргая.       — В доме. Открывай, тебе давно пора отдохнуть.       Андрес машинально открыл дверь, удивляясь, что они почти никого не встретили по дороге. Впрочем, обеденное и послеобеденное время обычно тихое. Он испытал некоторое облегчение, узнав, что речь шла о доме, и тут же задал новый вопрос:       — Днём или ночью? И что именно?       Они вошли в комнату, и Андрес смог убедиться, что тут действительно всё осталось как было.       — А моя гитара, — вдруг вспомнил он. — Она ведь осталась у доньи Лусии!       — Да, наверное, — рассеянно ответил Орландо. — Как и моя. Мне было несколько… некогда.       Желание Андреса уточнить, что именно видел его наставник, было естественным… если бы он спросил, а что видел Орландо. А не стал выяснять, когда и что. Король успел почти убедить себя оставить человека в покое и дать отдохнуть, когда вопрос Андреса всколыхнул муть тревоги. Соблазн считать эмоции парнишки, чтобы разобраться, что же с ним произошло и чем ему это грозит, был велик…       — Да садись ты, мы же не на официальном приёме, — он махнул рукой в сторону кровати, на миг замер, глядя в окно, потом обернулся и уставился на Андреса. — Я не читаю твои эмоции, я сам давал тебе амулет. Пользоваться тем, что ты его лишился — бесчестно. Скажи, почему тебя так волнует, что именно я видел?       — Тогда и вы садитесь, — улыбнулся юноша, сделав рукой приглашающий жест. — А волнует… ну, вы же хотите ему отомстить. Вот я и хочу понять, за что. Так что именно вы видели?       Теперь уже он смотрел на короля, прямо, взволнованно и требовательно. И ожидал ответа, настаивать на котором было страшно. Но и важно. Явно ведь не обычный разговор между ним и Люсьеном пробудил в наставнике такие сильные эмоции и такую неукротимую жажду деятельности. Так что ж теперь, каждый раз размышлять об этом и представлять разное нехорошее? Нет, лучше прояснить всё сейчас.       Полуэльф, раз уж он всё равно стоял у окна, устроился на подоконнике, поджав одну ногу к груди и опустив подбородок на колено. И взгляд у него опять стал отсутствующим. Потому что слова Андреса отбросили его назад, в те два дня, когда надежда сменялась отчаяньем, отчаянье — надеждой, борьба — ожиданием… и так пока не стало ясно, что всё потеряно, все концы оборваны и, кроме ожидания чуда, делать больше нечего.       — У меня есть пророческий дар, — начал Орландо, по-прежнему глядя куда-то в пространство. — Очень слабый. Поэтому им воспользоваться… — он замялся, не решаясь подробно описать ученику, как, — …непросто. Я это не контролирую. Но сейчас это показалось мне единственным способом разыскать тебя. Довольно бесполезным, как выяснилось.       Короткие, рубленные фразы, не свойственные оратору товарищу Пассионарио, как раз и были призваны скрыть пережитое им в эту бесконечную неделю. Волновался бы он или спокойно ждал бы — ничего, в сущности, не изменилось бы.       — В этот раз я увидел два эпизода из твоего… наверное, ближайшего будущего. Или настоящего. В первый раз я видел тебя в гробу, и группу нищих, помешавших похитителям. Уже потом я узнал, что это были актёры…       Пауза. Испуганные глаза опытного боевого мага мэтра Алена и его натужные шуточки.       — Второй раз… я видел тебя в постели. Раненого и при этом прикованного цепью, в руках этого клятого, наглухо застёгнутого алхимика! Его я тоже потом разглядел, но уже не сам, тут помог мэтр Вельмир. К сожалению, видения не позволяют взять ориентиры, — Орландо замолчал, пересказ для Андреса заставил его с головой окунуться в события прошлого. — И не всегда позволяют изменить будущее. Не всегда позволяют помочь…       — И что он говорил? — напрягся Андрес. То, что у наставника, оказывается, ещё и пророческий дар, удивило его, но уже не так сильно, видимо, привык уже, что у него не всё как у людей. Рассказ о гробе тоже звучал зловеще, но если актёры, то ещё ничего, всё равно всё уже в прошлом. Да, Люсьен действительно очень мало знает о магии, если даже не подумал, что кто-нибудь может увидеть его в пророчестве. Но это значит, что любой момент жизни любого человека можно увидеть, и никакая защита не поможет. Ничего себе открытие!       Даже если бы Андрес и Орландо общались записками, что полностью отрезало бы не только использование эмпатии, но и выражение лица, и тон голоса собеседника, полуэльф не мог бы не заметить настойчивых попыток ученика понять, какой момент стал достоянием узкой общественности. Не мог не заметить напряжения прежде открытого ученика. Не мог не заметить желания что-то скрыть.       Это вряд ли было опасным для самого короля, иначе парнишка не настаивал бы сам на доскональной проверке. Но это что-то мучило Андреса и тревожило его наставника. Орландо был почти уверен, что при желании разговорит наивного мальчишку и без эмпатии… а наивного ли? От Андреса исходило ощущение, что он невероятно повзрослел за эту страшную неделю. Что ж, случается, люди взрослеют и за ночь. И ещё не было в нём чего-то… какого-то едва уловимого ощущения ученичества. Конечно, ведь он привык полагаться на себя, убедившись, что наставник не придёт… И всё же это был Андрес.       — Там было что-то, что мне не следовало видеть, так? — прямо спросил полуэльф.       Андрес нахмурился. Выходило, что наставник видел как раз то, что не следовало, иначе зачем бы ему уклоняться от прямого ответа на простой, в общем-то, вопрос и к чему так гневаться на Люсьена. Если так, отрицать глупо. И намёки на то, что некромант его спас, которые Андрес уже подтвердил, подтверждают эту догадку. Спаситель нашёлся! Но с Люсьеном хотя бы можно было говорить. Или на худой конец, противостоять, если без зелья, конечно. А с некромантом договоришься, пожалуй. Он делает, что хочет. Значит, и заклинание не навесил, потому что не хотел? Интересно, что подумал Люсьен, увидев пустую комнату? Устыдился хоть на минутку? Вряд ли, он тоже считал, что всё делал правильно. Разве что своего провала: всё-таки кто-то нашел то, что он спрятал. И в бордель он больше не пойдет, бордель захватила полиция. А в другой пойти побоится. Так и будет жить один, никому не доверяя.       — Сами знаете, если видели, — вздохнул Андрес. — Только зря вы так сердитесь, вряд ли он ещё раз решится на что-то подобное. Вы лучше дону Антонио отомстите, этот точно вас в покое не оставит. Мне сказали, он предъявлял вам какие-то требования. Неужели это правда?       Орландо вздохнул:       — Да ничего я особенного не видел. Он менял тебе повязку и говорил, что жар спал. И в борделе… мне кажется, он говорил о тебе. Но это уже мне показывал мэтр Истран. Если хочешь знать, — резковато продолжил он, — я никогда не заглядываю в будущее ради праздного любопытства, тем более — в будущее друзей. Сомнительное удовольствие видеть их смерть! — Орландо передёрнуло при воспоминаниях о видениях, в которых умирали Шеллар, Кантор, Амарго… — Я пытался найти тебя хотя бы таким образом! Сдались мне твои секреты! Просто увидел, что на тебя что-то давит, тревожит, хотел по возможности помочь.       Он спрыгнул с подоконника, безуспешно попытался убрать снова вылезшую чёлку под обруч.       — Поклянись мне, что что бы не произошло — сейчас оно не угрожает тебе, и я пойду.       — Не угрожает, — серьёзно сказал Андрес. Услышав, что увиденное у Люсьена касалось только первого дня, он испытал облегчение. А представив, что сам увидел такое будущее кого-то из друзей, как описал король, и вовсе проникся сочувствием к обладателям пророческого дара. — Не волнуйтесь. Вы не думайте, я не боюсь. А ваш этот дар нельзя как-нибудь заблокировать? Тяжело же наверное так. Или вы всё-таки контролируете, куда заглядывать, а куда нет? Если не из праздного любопытства. А секретов у меня нет никаких. Я же всё рассказал. — Он внимательно посмотрел на наставника, прямо в глубину огромных тёмных глаз. Как-то странно он себя вёл для такого радостного момента. Может его тревожит что-то другое? — Или вы так расстроены потому что случилось что-то ещё?       — Заблокировать… Его растормошить не так просто, — снова вздохнул Орландо. — А уж нормально контролировать… Остаётся только решать, что рассказать, а что — скрыть. Про тебя я больше ничего не видел, если тебе интересно. И чувства твои я не читаю, сам же подарил тебе амулет. У тебя на лице всё написано.       Впрочем, и у самого полуэльфа по лицу легко читалась внутренняя борьба, которая снова решилась в пользу безжалостной откровенности:       — Ты соврал полковнику Суру насчёт зелий. Не шарахайся, это понял только я. И не стремлюсь немедленно поделиться этой новостью ни с полковником, ни с Амарго. Ты взвешивал каждый ответ об этом алхимике, ты уводил тему от него, ты обходил вопросы о пребывании у него. Ты испугался, когда я пообещал добраться до него. Ты его защищаешь. Повторяю: твои секреты — это твои секреты, единственное, что я хочу знать — что ты в безопасности и тебе это больше не вредит. Это единственное, что я могу сделать, раз не смог ни защитить, ни спасти. Считаешь, что опасности нет — больше не спрашиваю.       Действие стимуляторов закончилось, оставив после себя усталость, какой-то холод в груди и дрожь. Король понял, что телепортироваться никуда не выйдет и направился к двери.       — Подождите, — Андрес догнал наставника у самой двери, весьма озадаченный его последними словами. Вопреки заверениям Орландо, полковник Сур наверняка всё понял не хуже, он это и без магии умеет. Если Сур снова перестанет ему доверять, это станет серьёзной проблемой, перед которой померкнут приключения в Галланте. А сам король, он что, обиделся из-за Люсьена? Очень нужно Андресу его защищать и хранить его секреты! Ещё не хватало сейчас недоразумений. — Давайте теперь я вас провожу. Или посидите ещё. Вы хорошо себя чувствуете? А насчет защитить и спасти… Если хотите знать, мне несколько раз сказали, что я жив только благодаря вам. Так что не волнуйтесь на этот счёт. А во дворце какие опасности? Сами же знаете. Если бы я за ворота не вышел, как господин полковник велел, ничего бы и не произошло. А секретов у меня и правда нет. Как и амулета. Хотя я так и не понял, за что вы так этого алхимика. Я не то, чтобы его защищаю, но если найдёте, вы всё-таки не убивайте его сразу. Хотя бы прослушайте. Он странный. И мне действительно не очень хочется вспоминать пребывание у него. Хотя ничего особенного там не было, я в основном находился в одной и той же комнате и никого больше не видел.       Орландо остановился, облокотился на дверь.       — Ты влип благодаря мне. Вряд ли у дона Антонио были настолько серьёзные претензии к тебе. Я виноват перед тобой, что не пришёл на помощь… — полуэльф прикрыл глаза, пытаясь сдержаться. «Ты король и наставник». — И что бы ты сейчас не подумал после этого разговора, всегда помни, что Кастель Коронадо теперь твой дом, где тебя любят. И Хорхе извёлся, между прочим.       «Ты и с Хорхе умудрился поругаться. И с доном Армандо. Куда вообще делись твои способности общаться с людьми?»       — Тебе всё-таки стоит отдохнуть. Хорхе я скажу, что ты вернулся, если его отец меня не опередит. Подозреваю, он будет здесь быстрее, чем я телепортируюсь.       — Спасибо, — ответил Андрес. Наставник совершенно точно описал его чувства по отношению к Кастель Коронадо и некоторым его обитателям, хоть и не прослушивал его. — Я и сам так думал, и старался вернуться. И я буду рад повидать Хорхе, конечно. Хорошо, что мне сказали, что его освободили, а то я за него тоже волновался. А что вы в чем-то виноваты — ерунда это. Вы и так всё что можно сделали. И за Луизу спасибо. Она хорошая девушка, находчивая и талантливая. Не дала мне упасть духом.       — Я уже пообещал маэстрине Луизе пригласить их на гастроли, — король озорно подмигнул, хотя это плохо сочеталось с общей замученностью. — Вот отдышишься немного — и пригласим. Вместе. А сейчас пользуйся возможностью перевести дух, пока у тебя под дверью не выстроилась очередь желающих поздравить тебя с возвращением, хотя поздравлять с твоим возвращением нужно нас.       На этой ноте Орландо поспешил выйти, обуреваемый самыми противоречивыми чувствами и стараясь убедить себя, что случившееся не станет гоняться за Андресом и не причинит ему новый вред. Он честно собирался пойти к Хорхе и обрадовать его, но малодушно струсил. Вместо этого послал ближайшего слугу передать мальчишке записку «Андрес вернулся. Дай ему отдохнуть пару часов» и пешком отправился к себе.