Хроники Странного Королевства. Миру―мир?

Время: Двадцать пятый день Красной луны, четверг, позднее утро Место: Кастель Коронадо, Арборино, Мистралия       В королевском кабинете засветилось облачко телепорта, из которого вышло его величество, усталое и изрядно припорошенное сухой травой, будто после разговора о борделях с юным алхимиком король отправился на ближайший сеновал. Орландо стряхнул с ладони остатки травы прямо на ковёр, хотел испепелить её прямо в воздухе, потом решил всё-таки отложить уборку на потом. Как всегда.       Его всё ещё мучила какая-то… нет, не мысль, не чувство, скорее трудноуловимый отблеск. Под этим углом его видно, а сдвинься чуть в сторону — нет.       Впрочем, как он убедился и на Альфе со своими приятелями-хиппи, и на Каппе с почтенным папашей Кайдена, хороший косяк отлично помогает установлению взаимопонимания хоть с чужой головой, хоть со своей.       Король подошёл к сейфу. Как бы не грозился Амарго изъять у воспитанника запасы дури, хотя бы внешней, у изобретательного эльфа находились всё новые заначки. В том числе в сейфе. Например, в своде мистралийских законов между 230 и 231 страницами. Вытряхнув заветный пакетик, король Орландо принялся сворачивать косяк, которого ему так не хватало во время разговора с Хорхе.       В назначенный час полковник зашёл в приёмную. Разговор предстоял непростой, такое решение не должно быть принято импульсивно. Ещё нужно было попросить у короля артефакты, скорее всего, сработанные некромантом.       — Его величество у себя? — спросил он у секретаря.       Господин Салинас посмотрел на полковника Сура с невероятным терпением во взгляде:       — Его величество при мне из кабинета не выходил, — ответил он, выделив последнее слово. Будь проклят тот день, когда он согласился служить королю-магу! Может, он там внутри, а может — отвлекает от работы короля Шеллара. Или маэстро Эль Драко от репетиции. Или… Вариантов было даже больше, чем честный секретарь мог придумать, но, к счастью, он об этом не знал.       Из его ответа Сур сделал вывод, что Мануэль ещё не пришёл и счёл, что будет вежливее дождаться его.       — Возможно, вы захотите напомнить его величеству, что у него сейчас назначена встреча. Последнее время выдалось загруженным, это будет уместным. Вот, передайте ему, пожалуйста. Я принёс личные дела заключённых по делу о заговоре. Возможно, он захочет ознакомиться до прихода советника.       Секретарь поклонился, взял бумаги и скрылся за дверью королевского кабинета. Обратно он вышел не сразу и уже без папок, что было добрым знаком: король в кабинете.       В это же время в приёмной короля появился первый советник.       — Доброе утро, — поприветствовал он присутствующих и бросил настороженный взгляд на дверь. — Всё в порядке, король у себя? — Получив утвердительный кивок секретаря, чуть расслабился и уточнил: — У нас запланирована встреча, у вас должно быть записано. Его величество готов нас принять?       Салинас поприветствовал первого советника, но не стал уточнять, что сообщение о встрече застигло короля настолько врасплох, что он попытался одновременно спрятать косяк, отряхнуться от травы и взять папки.       — Да, господа, его величество примет вас.       Они вошли в кабинет вместе и поприветствовали короля согласно этикету. После чего Амарго одарил легкомысленного соратника ясным и слегка укоризненным взглядом, подумав мимоходом, что полковник Сур наверняка заметил не меньше его самого, только не показал этого.       — Вы несомненно помните, ваше величество, какие вопросы нам следует обсудить. Но если вы по какой-либо причине этого не помните, я вам напомню. Во-первых, теперь, когда мы разобрались с нашей главной криминальной проблемой больше не заняты поисками Андреса, мы наконец-то можем разослать вашим коллегам приглашения на предстоящее торжество, с которым затягивать дальше будет уже совсем непозволительно. Во-вторых, у полковника Сура имеются дела и вопросы, касающиеся безопасности короны, которые следует решить срочно.       Теперь первый советник поглядел на своего короля с едва уловимым оттенком сочувствия. Возвращение к рутине всегда давалось Орландо с трудом…       «Конечно» прозвучало как издевательство в чистом виде, особенно от Амарго, знавшего раздолбая-полуэльфа как облупленного и, тем более, прекрасно знавшего, как они все провели последнюю неделю.       — Конечно! — кивнул Орландо, возвращая первому советнику взгляд «Ну что, съели?»       — Ваше величество, если позволите, прежде чем мы начнём, — говорил полковник подчеркнуто вежливо. Король здесь, понимает, что происходит, готов работать, вот и прекрасно, — я хотел бы попросить у вас два артефакта: бутылку, которую передали вам похитители, и амулет для связи Дельгадо.       Орландо изумлённо уставился на полковника и неосознанно присел на спинку ближайшего стула:       — А… зачем? — задал он не слишком умный вопрос. — Я собирался сдать их на опыты мэтру Алехандро, это всё же по его части. Совсем по его части, — подчеркнул он.       — В вещах Селены обнаружили артефакт связи. Я хотел бы попросить мага моего департамента проверить, сделал ли их один маг. Если да, в наших руках окажется не засвеченный артефакт, при помощи которого можно попробовать выйти на некроманта.       — Покажите полковнику артефакт, ваше величество, — кивнул Амарго, чуть нахмурившись. Он помнил просьбу Селены и её заверения, что маг, работавший с доном Антонио, уже не поддерживает его. Тем не менее, благодаря этим артефактам можно было выйти на самого дона Антонио. Мага поймать — дело непростое, а вот организатор и вдохновитель всех преступлений должен быть пойман. — Не удивляйтесь. Позвольте напомнить вам, что именно благодаря вашим стараниям Селена попала в Кастель Коронадо. И гитару вашу я вам вернул… Знаете, полковник, если можно, держите меня в курсе вашего расследования. Здесь могут быть некоторые тонкости, которые стоит принять в расчёт.       Орландо вытащил из кармана камень, служивший Дельгадо для связи с доном Антонио, но сам при этом переводил внимательный взгляд с одного собеседника на другого. Амарго был то ли расстроен, то ли раздосадован чем-то, хотя вроде бы злиться за ту выходку с поимкой Селены он уже перестал. Если бы Орландо припоминали каждую его выходку так долго — он бы уже рехнулся. Ну было, ну прошло, чего прицепились?       И полковник опять темнит. Напряжён, волнуется. У них опять что-то приключилось, что они пытаются скрыть?       — Почему не мэтр Алехандро? — настойчиво спросил он, задержав камень в руке. Камень нагревался, но ответа, разумеется, не было. — Какие тонкости в расследовании? Что вы уже успели узнать?       — Я не против участия мэтра Алехандро, — ну вот, король всё ещё не доверяет ему. Впрочем, это ожидаемо. — но маг из моего департамента уже работал с найденным у Селены артефактом, поэтому я хочу показать ему остальные. Мэтр может присоединиться к расследованию, как только ему это будет удобно. Что до тонкостей, то, думаю, речь идёт о том, сколько ему было известно о деятельности агентов, — сам полковник не был уверен, это ли имеет в виду советник. — На данный момент существует теория, что некромант сознательно прервал связь с доном Антонио и по неустановленным причинам считал важным исправить то, что уже сделано. Также он не желает быть замеченным на нашей территории и не хочет идти на контакт. Я склонен думать, что он просто хочет избежать наказания, но, возможно, им руководят какие-то убеждения. В любом случае, его надо найти.       — Пожалуй, — снова кивнул первый советник. Селена могла довериться магу от отчаяния, либо быть благодарной ему за своё спасение, но это не исключает его автоматически из числа вероятных недоброжелателей мистралийской короны. А Селена… Ну да, в работе агента, как и в политике, нет места чувствам. Тут бы элементарную порядочность сохранить. — Я понимаю. Возьмите артефакт для вашей работы, только пусть ваш маг удостоверится, что он не опасен. У него ведь хватит на это квалификации? И, конечно, он всегда может посоветоваться с мэтром Алехандро.       — Благодарю, — кивнул полковник. Он был только рад помощи ещё одного мага. Просто дело не терпело отлагательств, а придворный маг был занят. — Я буду рад его помощи. Ваше величество, вы сохранили бутылку, которую вам передали похитители?       — Да, — ответил Орландо, спрыгнул со стула, открыл бар с крепкими напитками, которые он держал для гостей. Там, в стороне, не привлекая внимания — ну бутылка и бутылка! — стояло то, на что король едва ли не молился… в перерывах между безуспешными попытками спасти Андреса.       Он теоретически понимал, что перед ним сигнальный артефакт, что, даже если он сейчас в сердцах грохнет бутылку о стену, с Андресом всё равно ничего не произойдёт. Или всё-таки произойдет? Орландо проверил бутылку магическим зрением, но большого успеха не достиг, всё-таки эльфы с некромантией сочетаются плохо.       Поэтому он всё ещё колебался. Ну не может жизнь человека зависеть от артефакта! Разве что в сказке, которую когда-то рассказывала Ольга. Что-то там про лича, для убийства которого нужно было уничтожить его яйцо. Странно, личам вроде бы не должно быть дела до состояния любых яиц.       Опять он отвлекся. А ведь собирался проверить обратные потоки — и не сумел.       Тонкие пальцы задумчиво и бесполезно стирали пыль с узкого горлышка.       — Вас что-то смущает или тревожит? — справился Амарго, заметив колебания и смятение полуэльфа.       Орландо резко развернулся к своему министру безопасности короны.       — Господин полковник, а сумеет ли ваш маг определить наличие обратной связи, если она есть? Сумеет ли он её оборвать, не навредив Андресу?       Сур нахмурился.       — Его основной задачей будет определение мага-изготовителя, а не активация артефакта. Если же активация будет необходима, я предупрежу его, чтобы он исключил бутылку из работы. Пусть работает только с амулетом связи. Если этого будет недостаточно, найдём другой путь. Я достаточно уверен в своем маге. Он трезво оценивает свои способности, работает аккуратно, и в достаточной мере параноик осторожен.       Орландо нехотя протянул бутылку полковнику, как вдруг вспомнил, что он сам однажды почти дотянулся до некроманта через Хорхе. От последствий этого магического эксперимента он беззаботно отмахнулся.       — А давайте я сам сначала попробую? — азартно предложил король.       По скромному, не профессиональному в сфере магии, мнению министра безопасности, такие эксперименты были для Андреса куда опаснее. С другой стороны, было искушение согласиться — просто потому, что король наконец был чему-то рад и относился к идее вдохновенно. А чего вы хотите, его обаяние всегда было сродни оружию. К счастью для Андреса, на стороне полковника был опыт работы с Орландо и привычка перестраховываться.       — Простите, ваше величество, но я не считаю правильным, чтобы маг, не имеющий опыта работы в этой сфере, экспериментировал с артефактами. В лучшем случае у вас ничего не получится, в худшем — вы испортите улики или навредите Андресу.       — Совершенно верно, — согласился и Амарго. — Чем вы… Чем продиктована ваша уверенность, что у вас получится? Неужели пустой… впустую прошёл для вас предыдущий опыт? — Он покачал головой, выражая свое отношение к предполагаемой попытке. Ведь даже Хорхе делает выводы из своих прошлых деяний. Ох, надо посмотреть, что он там спланировал с фейерверком. Но это потом. — Разве вы не помните, что эксперименты с некромантией не годятся для эльфов? Не об этом ли говорил вам ваш наставник совсем недавно? Или вам захотелось порадовать графа Кастельярра — он, помнится, именно на это напирал в своём обвинении? Так ему сейчас наверняка не до этого. Если вам так интересно, что там с этим артефактом, вы можете понаблюдать за работой мага из ведомства. Но лучше через зеркало, чтобы этот несчастный маг мог спокойно работать, не рискуя в свою очередь что-нибудь напутать.       — Ну, прошлый раз, думаю, некромант тоже оценил! — похвастался бард-маг и с эльфийской последовательностью поинтересовался: — А где сейчас граф и остальные безмозглые заговорщики? — кажется, сейчас в глазах короля уже светился не азарт предстоящей магической бокса по переписке битвы, а любопытство. Но поручиться было нельзя, поскольку там же отражался только что употреблённый косяк. Орландо сунул бутылку полковнику и присел на краешек стола.       Амарго проводил исчезающую в портфеле полковника бутылку удовлетворённым взглядом и кивнул:       — Да, вопрос о заговорщиках тоже давно пора обсудить. Стоит разобраться со всем этим до праздника, чтобы не было неожиданностей. К тому же, как считает господин полковник, праздник — хороший повод проявить королевскую милость, не теряя лица. Прошу вас, полковник, поделитесь вашими мыслями, кто там чего достоин.       Они ещё не знали, что именно в этот момент в приёмную вошёл Максимильяно и спросил у Салинаса, на месте ли король.       — Я действительно так считаю, — кивнул Сур, — Среди задержанных есть такие, чья казнь или лишение титула не принесёт никакой пользы, им явно просто задурили голову, однако мы не можем отпустить безнаказанными зачинщиков. Пока задержанные наслаждаются гостеприимством моего ведомства. — Полковника не слишком радовало это обстоятельство. — Но с этим надо что-то решать. Вам передали личные дела. Вот например, граф де Кастельярра. Не думаю, что есть надежда, что он одумается. С другой стороны, обратите внимание на виконта де Кастельярра. Мне кажется, с ним можно будет работать в будущем.       Хоть король и не успел просмотреть бумаги, но саму сцену с эффектным выступлением заговорщиков он помнил прекрасно. И графа Кастельярра. И его племянника.       — Господа, а вы не думаете, что слабоумие в семейке Кастельярра наследственное? И лучшее, что можно сделать с его племянником — отправить на границу с Белой пустыней, пусть там геройствует? Местные оценят.              — Доброе утро, мэтр Максимильяно, — чинно поприветствовал бывшего придворного мага секретарь. — У его величества сейчас запланированная встреча. Вы предпочтёте подождать или зайти позже? Например… — он сверился со своими записями, —… около семи часов вечера? Или здесь уже вписан урок? — пробормотал он себе под нос. — Лучше около восьми.       — Доброе утро, — ответил Макс. — Если его величество сейчас не может со мной встретиться, вы не подскажете, где советник Каррера? Или сразу к Суру лучше пойти?              — Его племянник, насколько мне известно, не слабоумен, — задумчиво вещал в это время упомянутый советник Каррера, в свою очередь тоже вспомнив своего незабвенного шефа, — даже мэтр Максимильяно отзывался о нём, как о весьма перспективном молодом человеке. Непонятно, что он делал в такой неподходящей компании в такой неподходящий момент. Стоит спросить его об этом, и уже потом делать выводы. А вот то, что он делал потом и его эффектное появление в ведомстве безопасности можно объяснить тревогой за арестованных. Это как раз очень по-человечески.       — Появление в службе безопасности? Он что, тоже сам сдаваться пришёл? — захихикал король. — Не, ну если вы считаете, что там есть, с кем возиться — забирайте! — он широким жестом взмахнул рукой.              — А господин полковник и мэтр Мануэль как раз у его величества, — задумчиво протянул Салинас, пытаясь понять в пометках, сделанных его помощником по просьбе короля, что же действительно и когда запланировано.              Полковник не изменился в лице, но ему это хихиканье не понравилось. Вот примерно этого он и боялся.       — Ваше величество, сейчас, как никогда нам нужны достойные представители дворянства. Вас любят в народе, но этого недостаточно. Чтобы власть была стабильной, необходима поддержка благородных семей. Если мы сумеем позволить таким людям, как Диего де Кастельярра, выйти из этой ситуации с достоинством, то можем получить союзника.              — Господин Салинас, пожалуйста, доложите обо мне. Я думаю, что они собрались по тому же делу, по которому я к ним пришёл. У меня для них важные новости.       В тот момент, когда секретарь постучался и приоткрыл дверь кабинета, оттуда до Макса донёсся звонкий смех Орландо, словно первый советник или министр безопасности короны рассказали ему особо смешной анекдот.       — Ваше величество! — позвал Салинас, в тысячный раз полюбовавшись официальной встречей, которую король проводит, сидя на столе. Орландо обернулся к нему: — К вам мэтр Максимильяно, просит принять его в связи…       Орландо не знал, что грозному наставнику известно из первых рук и зеркала о похождениях в борделе, но помнил за собой достаточно косяков, чтобы отреагировать привычным «Ой!». Потом, не посоветовавшись с посетителями, поспешно ответить «Просите!», потом сообразить, что мнения посетителей он как-то не спросил и повторить «Ой».       Макс даже не сомневался, что его впустят. Когда Салинас обернулся от двери, чтобы его позвать, Макс проделал полпути от кресла посетителя к двери. Из-за двери он услышал смех Орландо, но не его собеседников — не очень хороший признак. Но ничего, подумал Макс, сейчас я им поправлю настроение.       — Здравствуйте, ваше величество! — Макс склонил голову. — Советник. Полковник. Я вижу, у вас новости? У меня тоже. Поделитесь, что у вас такое смешное? А потом я расскажу вам свои новости.       — Доброе утро, мэтр Максимильяно! — изо всех сил сохраняя серьёзную мину, поприветствовал его король, но на вопросе про смешное снова не выдержал и безудержно расхохотался: — К нашему полковнику мятежники ходят сами и убиваются об порог ведомства! То есть, сдаются! У нас так вся служба безопасности со скуки помрёт! И Элвис тоже помрёт — от зависти! А Флавиус придёт уроки брать!       Король закрыл лицо руками, продолжая ржать.       — Доброе утро, — поздоровался и Мануэль, стараясь догадаться по виду прибывшего мэтра, что там за новости. Мэтр Максимильяно прекрасно умел решать проблемы, очень необычно и изобретательно, но само его появление иногда говорило о появлении новых проблем, столь же необычных, как и будущие решения. И всё же неожиданный приход мэтра Максимильяно обрадовал его. События их последней встречи касались только службы «Дельта», а там хорошие известия не так часты. — У вас тоже новости? У нас новость тоже имеется, хорошая: вчера сумел вернуться похищенный мальчик, правда, довольно странным способом.       Сообщив это, он посмотрел на мэтра Максимильяно, давая ему возможность поделиться тем, зачем тот появился.       — Доброе утро, — полковник радости Орландо не разделял. Как раз те люди, которых в департаменте ждали особенно сильно, приходить сдаваться не спешили, а работы и так хватало. Но прибытие Макса его порадовало — возможно, появилась информация по его каналам.       — Про мальчика я знаю, мэтр Вельмир мне сказал, но без подробностей. А с Хорхе тоже всё в порядке? И мне интересно, что вам известно про похитителя? Мне всё равно придётся задать вам несколько вопросов и записать ваши ответы. А что до службы безопасности — не волнуйтесь, ваше величество, пока вы на престоле, скучать им не придётся.       — С Хорхе все в порядке, хвала небу. Правда, я не видел его уже полчаса, поэтому не могу дать абсолютно точного ответа. Но вы можете с ним встретиться, как намеревались. А какие ещё вопросы у вас имеются? И что случилось?       Он уже почти не сомневался, что принесённая шефом новость попадала в разряд тревожных.       Макс облегчённо выдохнул при словах Мануэля.       — Дело в том, что похититель пойман и отправлен даже не на Альфу, а к эльфам, на Эпсилон. Те материалы из его дела, которые касаются похищения и непосредственно Мистралии, я вам передам. И я сейчас говорю с вами как полномочный инспектор межмировой комиссии.       С лица веселящегося короля мгновенно слетела улыбка и оно стало непривычно жёстким. Да, перед ним был наставник, но и инспектор межмировой комиссии… Орландо подобрался, как натянутая струна, и отчеканил:       — А я, как полномочный король Мистралии, вынужден спросить, по какому праву преступник доставлен на Эпсилон в обход страны, наиболее пострадавшей от его действий? И я требую его немедленной выдачи!       Когда мэтр Максимилиано начал спрашивать о похитителе, полковник уже почувствовал, что что-то здесь неладно. Тем более, что их ответы собирались записывать. Но, признаться, такого поворота он не ожидал. Максимум, что речь пойдет о совместной операции. И в кои-то веки короля он понимал целиком и полностью, и даже зауважал за сдержанную реакцию.       — С вашего разрешения, ваше величество, — маг явно недоговаривал, и грех было не использовать присутствие полуэльфа и эмпата, чтобы не уточнить некоторые моменты. — Мэтр, расскажите, откуда у вас эти сведенья? Откуда вы знаете, что организатор похищения схвачен, переправлен на Эпсилон? В курсе ли правители Лондры и Галланта, стран, в которых человек, известный нам под именем дон Антонио, имел тесные контакты с организованной преступностью, а так же президент Голдианы, на территории которой удерживали похищенных? Поскольку, ваше величество, — снова обратился он к Орландо, — ваше требование станет весомее, будучи подкрепленным и другими представителями Международного совета. Мы, со своей стороны, будем только рады, если представители службы «Дельта» почтят своим присутствием суд.       — Вы его нашли! — потрясенно констатировал Амарго. Нет, новости, принесённые шефом, никак нельзя было назвать плохили, но всё же они были неоднозначными. Усилия присутствующих здесь последние дни были направлены на освобождение Андреса и поиски дона Антонио, и вдруг, чуть ли не одновременно, Андреса возвращает какой-то посторонний маг, да ещё и исполнитель похищения, а дона Антонио находит Макс. Как говорится, главное — результат. Но теперь получается, что человек, доставивший Мистралии столько хлопот и проблем, уйдёт, не получив по заслугам. Нет, попасть к эльфам он наверняка боялся не меньше, чем к мистралийцам, но им разве от этого легче? С другой стороны, кто поймал, того и право. Да и Макс вместе с Раэлом наверняка добьются лучших результатов для всех. А мистралийские традиции тут явно не на первом месте. Даже если этот человек угрожал твоему сыну… А, может, прав Хорхе, и именно здесь проходит та грань, которую он искал? — Я понимаю. И все же, полковник прав: Международный совет от имени всего мира должен иметь возможность повлиять на судьбу этого человека, и особенно тех, кто его послал.       — Я передал его Раэлу. Потому что Раэл — начальник Тёмной канцелярии Раэла, которая следит за выполнением Договора между мирами. И Антонио нарушитель этого договора. Он агент с Альфы, но вместо того, чтобы наблюдать и не вмешиваться, он… Сами знаете! — Макс махнул рукой. — И чтобы полетела не только его голова, но и головы его начальства — преступного начальства — на Межмировом суде он должен быть живым и вменяемым. После этого суда, возможно, выдадим его вам. Если от него что-то останется. Конечно, вы все трое, а также мэтр Алехандро как придворный маг Мистралии, будете присутствовать на суде. И другие члены Международного совета Дельты тоже. Монархи, Президенты и придворные маги.       — Значит, его выдали вы, — этого полковник понять не мог. Допустим, у мэтра были причины сомневаться, что Антонио доживёт до суда, но неужели настолько, чтобы скрывать поимку Антонио до последнего? Почему не подключился к поискам, можно было работать вместе, — поправьте меня, если я ошибаюсь, но разве спонсоры не влиятельные люди в вашем мире? Влиятельные настолько, что в открытую против них не выступают даже эльфы? Каковы шансы, что Антонио не помогут бежать или, что вероятнее, не убьют? А если он и выступит, то знает ли он имена нанимателей и не сумеют ли они доказать, что он действовал по своей инициативе? Например, что ему приказали наладить торговые отношения, а он сам решил пойти на преступление? И еще, если полагать, что у Раэла он в безопасности, не заявят ли, что на него было совершено давление или ментальное вмешательство?       Орландо спрыгнул со стола и вплотную подошёл к Максу:       — Возможно, выдадите нам? Возможно?! — негромко спросил мистралийский король. — Это такие у вас представления о справедливости, да, мэтр Максимильяно? Вы не пережили того, что пережили мы, мы все, вы получили этого мерзавца в подарок! Не обмолвившись ни словом, вы передаёте его эльфам, а нам сообщаете как бы между прочим?! Мне плевать, что он сделал на Альфе или на Эпсилоне, но судить его будут на Дельте! И судить его буду я! — теперь оратор и пропагандист говорил чётко и громко, не срываясь на крик, но его заметно трясло от ярости.       — Ваше величество. Вы договор Раэла читали? Помните, что там написано про преступников с Альфы, совершивших преступления на Дельте? И помните, что грозит Дельте, если преступник с Альфы (преступник, про которого известно, что он с Альфы, а не нераскрытый агент) будет казнён на Дельте прежде, чем будет осуждён на Альфе? Причём всей Дельте, а не одной только Мистралии? Вы помните? И вы помните, что, если преступник совершил все преступления на Дельте, то только тогда он будет выдан на Дельту в страну, — Макс выделил это голосом, — где он больше всего наследил, говоря простым языком. Так что, если он что-то сделал ещё и на Альфе, то нет, не выдадим. Но за похищение несовершеннолетних — ведь обоим мальчикам нет ещё восемнадцати? А в Мистралии человек считается совершеннолетним с двадцати лет. Так вот, за похищение несовершеннолетних и попытку государственного переворота даже у нас, на Альфе, смертная казнь. И я хочу, чтобы за это заплатили все участники, а не только пешка.       Пока Макс говорил, Орландо сумел немного взять себя в руки. Чтобы не разреветься от обиды.       — Понятно, агент Макс Рельмо, своих мы отсталым варварам не выдаём, да? — холодно и зло сказал он. От хрупкого полуэльфа исходило почти физически давящее ощущение властности, требующей подчиниться, что, разумеется, было не иллюзией, а целенаправленной эманацией. — Пусть плохонькие, да свои? И то, что наш мир ещё не успел догнать ваш по технологиям, делает нас меньше людьми, делает умственно отсталыми? Или в вашем технологичном мире и мораль технологичная, отмеряющая границы добра и зла с точностью до толщины волоса? А мы ничего не понимаем в добре и зле, правда? Требую разговора с Раэлом!       Полковник отстраненно подумал, что одно точно хорошо — Орландо пришёл в себя, и сейчас куда больше напоминал товарища Пассионарио, чем в последние дни. Только теперь он ещё осознавал себя законным королем.       — Разумеется. Конечно, Раэл захочет с вами поговорить. И, я уверен, Раэл приложит все усилия, чтобы вам его передали. Раэл ненавидит, когда детей используют, когда детей похищают, чтобы влиять на взрослых, когда детей вмешивают в политику. И этих… «спонсоров»… если можно так выразиться, я тоже ненавижу! Ох, попадутся они на своих делишках! И скоро, если не перестанут! А если будут отмахиваться, познакомятся с Диром и получат награду по заслугам! Я сказал, и, похоже, в кои-то веки сглазил тех, кого нужно. А договор Раэла почитай всё же. Полезное чтение.       Макс слегка сгорбился и дёрнул себя за косу, потом спохватился и сунул руки в карманы.       — Ты знаешь, я же хотел сперва его в Мистралию притащить, чтобы он тут Раэла подождал, мне… отсоветовали. Пожалуй, правильно отсоветовали. Я… понимаю. Вы может думать обо мне, что хотите.       Орландо оторопел. Он ожидал, что ему либо дадут по ушам и поставят на место, либо, на что даже оптимистичный эльф не слишком рассчитывал, что Макс поддастся на эманацию (но попробовать-то стоило!), а не на такое. Та же Кира или Элмар охотно просветили бы мага-барда, что это хорошо известный прием в фехтовании — дать противнику провалиться под действием собственной инерции, а потом делать с ним, что захочется.       Орландо покосился на своих советников. В глазах полковника мелькнуло что-то похожее на одобрение, а вот Амарго… Первый советник и по совместительству агент службы «Дельта» выглядел страшно. Ещё бы, у него на глазах его воспитанник сцепился с его шефом! И тоже наставником. Орландо видел, как его жестокие слова обидели мэтра Максимильяно… и никакого толку не принесли. Может, не будь здесь Амарго, король продолжал бы упираться, а так… Стало страшно за друга.       — Кто… отсоветовал? — с трудом выговорил Орландо, потому что горло перехватило.       — Не скажу. Потому что он был совершенно прав. Этот Антонио не дожил бы у вас до суда. А он должен дожить. Обязан. И хватит об этом. — Макс повернулся к Суру. — Вы что-то говорили про заговорщиков?       «Не будем об этом?» вот значит как. Полковник задумчиво посмотрел на собеседников. Интересно, чьё имя не хочет выдавать мэтр? И почему? В голову приходил король Ортана — вот уж кто мог уговорить любого, и при этом руководствоваться исключительно холодным расчётом, но его мэтр не стал бы скрывать. А Орландо, похоже, заволновался, уже сожалеет, что повел себя так с наставников. А вот Амарго оказался меж двух огней. Пока ясно было одно — мэтр явно пытается замять спор. Ему неприятен разговор? Да, конечно, неприятен. Или сам уже пожалел о своём решении? И стоит ли сейчас перестать напирать, ведь казалось, ещё немного и мэтр расколется, всё расскажет? Или наоборот присутствующие окончательно рассорятся, а они были не в том положении, чтобы позволить себе роскошь расшвыриваться союзниками. Тем более — знакомыми и проверенными. Прав мэтр или нет, сейчас он не может ничего исправить, но его помощь будет бесценной, если Раэл не пойдёт навстречу.       Сур бросил быстрый взгляд на Орландо. Если он сейчас вот так позволит мэтру перевести тему, король в очередной раз почувствует себя преданным. Поэтому пойдём иным путем.       — Мне казалось, вы хотели взять у нас показания.       — Да, хотел. Я хотел спросить вас, его величество и Мануэля про требования этого Антонио — чего он от вас хотел. И чем угрожал. Я запишу ваши слова на кристалл и на свой артефакт. Или вы можете сделать это письменно. Возможно, вам придётся повторить это Раэлу. Может, быть, есть смысл подождать, пока он сам к вам явится.       Максу было ужасно жалко Орландо, он совершенно не хотел, чтобы Орландо побежал бить морду обиделся ещё и на Вельмира. В то же время он видел, что Орландо сейчас закрыт для доводов разума и не видит дальше своего носа. И точно знал, что договор Раэла Орландо не читал, просто подписал, и всё. А вот Амарго читал. И, похоже, начинает понимать, чего они все избежали и почему Макс так поступил. Может быть, на это и был расчёт? Если не получится шантажом взять под контроль Мистралию, то один казнённый агент — и по всей Дельте наблюдатели-миротворцы, имеющие полномочия и право диктовать законы. При каждом дворе. И потом не докажешь, что это была провокация. И продержаться осталось не так много — кончится испытательный срок, договор окончательно вступит в силу и Дельта практически на равных войдёт в содружество миров. С правом депортации агентов и прочее.       Мануэль, привычный уже к подобным вспышкам своего короля и также оставшийся равнодушным к эманации, спасибо амулету, только порадовался про себя, что импульсивный вождь и идеолог выражал свои желания вслух, а не телепортировался неизвестно куда, искать упомянутого Раэла. Он и сам был согласен с Орландо, но именно поэтому понимал: правильно мэтру Максимильяно отсоветовали. И если бы мог он не защищать дона Антонио от пылающих праведным гневом мистралийцев, включая самого Мануля, не стал бы. Жорика же не стал защищать в своё время… Не дона Антонио он защищает, а ведёт борьбу на том поле, на котором умеет бороться лучше их — на поле интриг и законов. И вопрос про требования — тоже не пустая формальность. Ему это действительно нужно.       — К вопросу о требованиях и о том, чего хотел Антонио, — ответил он. — Вначале он написал нам письмо. В тот день, когда похитил мальчиков. Не он сам, конечно, но его человек. Письмо у меня в кабинете, я могу принести его прямо сейчас. А потом он передавал требования устно, уже через другого человека.       — Письмо принеси, пожалуйста, но потом, когда будем прощаться. А что за другой человек? Его можно увидеть? Я сейчас ничего пока не включил, мы пока просто разговариваем.       Поскольку бедолага Дельгадо, попавший между двух огней, на проверку оказался невероятно симпатичным парнем, а сговорчивость и уступчивость Орландо сегодня зашкаливали, король бросил быстрый взгляд на советников и поспешил ответить:       — Нет, его нельзя увидеть. Я сам перескажу все, что мне передавали. Тоже мне, откровения Мааль-Бли!       — Простите, — тоном, наименее соответствующим сказанному, вмешался Сур, — но разве вы не забрали другого агента? Девушку, по имени Селена? Она работала с Антонио теснее и знает больше. К тому же, насколько я понял, она имеет к нему личные счеты. Да и слова другого агента весят больше, чем свидетельство временного посредника.       — Ваше величество! Вы его что, испепелили на месте, когда Андрес вернулся? Или… — Макс перевёл взгляд на Мануэля.       — Ну что вы, — Амарго чуть улыбнулся. — Ничего такого не было. А с этим человеком я имел лишь недолгую беседу, и не знаю его хорошо, но по моему мнению, он не откажется ответить на вопросы. А Селена и в самом деле не готова свидетельствовать? Или она не в состоянии?       В последнее предположение агент, знакомый с уровнем медицины на Альфе, не слишком верил, но кто знает, как оно обернулось в этом случае. Он и сам себе бы не признался, но здоровье и судьба Селены были ему важны. Она, конечно, всё равно не поверит, что её выдали из лучших побуждений, потому что на Дельте она почти гарантированно умерла бы, но разве важно, во что она поверит? Узнать о ней всё равно можно.       — Селену я бы хотел освободить от дачи показаний. Она пока в больнице, и пробудет там пять дней или больше — мы успели в последнюю минуту, а если бы не помощь Мафея, мы бы просто не успели. И если она захочет вернуться к работе, я бы попросил, чтобы ее курировал именно ты, как когда-то Бандану. В тебе я уверен, что ты не будешь её заставлять работать на спонсоров, и бить её ты тоже не будешь. А что за человек этот агент Антонио? Он вообще где? Я бы с ним всё равно встретился, взял бы показания или просто поговорил. Ты говоришь, не откажется. Это значит, он не сбежал, когда вернулись мальчики?       Амарго кивнул, порадовавшись в глубине души, что решение эвакуировать Селену было правильным. А вот присматривать за ней… Впрочем, захочет ли амбициозная и импульсивная девица продолжать работать в их мире — большой вопрос. Ведь она обижена и разочарована. И даже если Макс как-то поправит это, персонально на агента Мануэля она всё равно сердита и доверять не станет. Ладно, дойдём до дела, там разберемся. Платок она надела, когда было необходимо, значит, здравый смысл ей не чужд. И телепортироваться она не умеет, что является несомненным достоинством любого подопечного.       — Я понял. А тот человек — нет, сбежать он не успел, его король раньше перехватил. Даже предлагал ему и в самом деле остаться на государственной службе, но парень отказался. Рассказал всё, что знал про Антонио, сдал артефакты, покинул дворец и поселился в Арборино, в квартале ремесленников. За ним приглядывают незаметно, чтобы бывшие соратники не добрались, но пока тихо. Правда, этому Антонио передали, что его агент убит, может, поэтому его не ищут.       — Может быть, понадобится его расспросить, но, раз он всё рассказал, наверно, хватит копии записи. Если понадобится что-то уточнить, мы обратимся к вам. И я буду держать вас в курсе расследования. Ещё, наверно, понадобится поговорить с мальчиками или, если полковник Сур с ними поговорил, хватит записей. Как они это пережили?       Орландо, устало присевший на подлокотник ближайшего кресла, когда разговор сосредоточился не на нём, с сочувствием покосился на Амарго. Это чем же он так провинился перед начальством, чтобы на него всех собак трудных подростков неопытных агентов вешали? Занимался бы ей мэтр Максимильяно и дальше, опыт есть, Леночка вон под боком.       Вопрос о мальчишках напомнил ему утренний разговор с Хорхе, и Орландо снова влез в разговор:       — О том, как это пережил Хорхе, лучше всего расспросить дона Армандо Фуэрте. У него, единственного из нас, на счастье Хорхе, нашлось время поговорить с ним на равных, выслушать и поделиться своим опытом. Как пережил… Как подросток, у которого вся привычная картина мира разлетается вдребезги и нужно собрать новую, а все близкие люди заняты поисками твоего друга, — с горечью произнес бывший мальчишка, мир которого рухнул в одночасье совсем, а близких людей рядом и вовсе не осталось, разве что крысы. — Я говорил с Хорхе сегодня утром. Он возвращается к обычной жизни, возвращается к себе… насколько вообще можно вернуться после такого.       — У меня есть записи, я передам вам копии, — кивнул полковник. Он примерно представлял себе, как прореагирует Орландо, если мэтр предложит поговорить с Андресом. Жаль, конечно, что Селена не сможет свидетельствовать. И из того, что полковник понял, Орландо прав, и Дельгадо мало знает о похищении. Правда, от него ускользало, зачем король упомянул посла. Потому что Армандо руководил операцией в доме Антонио? Или и правда из-за того, что навещал Хорхе?       — Мальчики не пострадали физически, но такой опыт не проходит легко. Хорхе освободили раньше, но за это время ему хватило переживаний, а в день, когда его отбили, ваш агент направил к нему убийцу. Андреса прятали по всему континенту. Он старше и устойчивей, но сейчас сложно сказать, как быстро он сможет вернуться к нормальной жизни.       Амарго чуть прикрыл глаза, потому что не только Орландо не стоило понимать, что он в этот момент почувствовал. А шефу, если что, и экранирующий амулет не помеха, да и Сур проницателен без всякой магии.       Дон Армандо, значит, оказался единственным, у кого нашлось время. Кажется, сейчас Мануэль лучше понял, почему так возмущался Орландо во время аудиенции. А Антонио и впрямь похитил у него сына. Насовсем, несмотря на успешное освобождение. Следующие картины с пассивным участием дона Антонио, возникшие в воображении безутешного отца, точно не стоило никому видеть, особенно мэтру Максимильяно, который ясно сказал, что преступника не отдаст. Только убедится ещё раз в правильности своих шагов.       А Стелла тоже права — будущее за хирургией, даже по прогрессу в мире Альфа видно. Сердце живому человеку заменить им не проблема, а искалеченную душу исцелить — тут уже не справляются. Тут и время не всегда справляется.       Может, это у всех родителей так? Ну не воспринимают подросшие дети по-настоящему тех, кто их знал малышами, им новые люди нужны. Или это потому, что отец сына мало видел? Хотя вот Мафей своего отца не видел никогда, а был бы не прочь познакомиться. Да и Андрес, пожалуй, тоже. И Диего скучал по своему отцу все эти годы.       Мало видел, да. А как было иначе? И не один он такой, вон у Эспады та же проблема, и у других. Воевали, защищали чудом спасённых близких. Пожалуй, стоит всё же радоваться, что те спаслись и не требовать того, что не получается. А телепортиста для Хорхе найти всё же надо, только потолковее. Телепортом ведь можно не только в школу, к дону Армандо в гости тоже можно. Или попросить сделать для него амулет с встроенным телепортов.       Максу не нужно было смотреть на Мануэля, чтобы примерно представлять, что он чувствует. Он вспоминал Диего, каким его притащил Мануэль на базу, и думал, что эти два мальчика ещё более-менее легко отделались — но от этого не легче.       — Я готов поговорить с мальчиками, если понадобится. Не как человек, ведущий допрос, а просто поговорить. Если у них будут вопросы или ещё что. И, может быть, проверить на проклятья. И… — Макс запнулся и махнул рукой. — Я понимаю вас. Я, правда, вас понимаю. И мальчишек — Андреса хуже, я с ним практически не знаком, а Хорхе… Вы не представляете, как я рад, что они нашлись. И что они живы и целы. И Антонио больше никого не похитит.       Орландо почувствовал, что он опять сначала сказал, потом подумал. И даже не сам подумал, а понял по реакции других. Ну да, «пока ты спасал моего ученика, твоего сына вынужденно утешали другие. А я тебе даже «спасибо» не сказал за твои усилия. Зато теперь выложил при всех, о чем мы беседовали наедине с Хорхе». Нет, он мог бы сейчас описать чувства юного алхимика, когда тот говорил об отце, но боялся сделать ещё хуже, чем уже сделал. И хрена с два ты теперь так загладишь свои неосторожные слова! Если ты сам неосторожные слова Амарго помнишь… и, если вдуматься, наставник был прав…       Полуэльф съёжился на подлокотнике, как в глубине самого глубокого кресла и мучительно мечтал телепортироваться отсюда куда подальше.       Полковник оценил повисшую тишину, в которой каждый успел потеряться в своих переживаниях и решил вмешаться.       — Не знаю, насколько уместно тревожить их сейчас. Тем более, если даже нам было тяжело принять ваши новости, им это тем более сейчас не нужно. Андреса проверял мэтр Вельмир, у нас не было причин думать, что кто-то колдовал над Хорхе, но мало ли… Вы можете проверить его незаметно?       Мануэль был благодарен полковнику за то, что вернул беседу в деловое русло.       — Спасибо, — сказал он одновременно и мэтру Максимильяно и Суру, и потом обратился уже к магу: — А если незаметно не получится, просто спросите его. Он ведь хорошо знает вас, и вы уже проверяли его на проклятья, в этом ничего неприятного нет. А насчёт новостей… Всё же, мне кажется, не стоит скрывать от них факт поимки дона Антонио. — Мысль «они лучше нас» возникла вдруг. Лучше. И возможно, испытают не досаду, а удовлетворение. Или просто облегчение. По крайней мере от того, что злодеи, похищающие детей, не остаются в выигрыше. — Думаю, им станет спокойнее, когда они узнают об этом.       — К сожалению, незаметно не получится, — сказал Макс. — И, думаю, им можно сказать про Антонио без подробностей. Просто, что его поймали и будет суд. Вы себе не представляете, как пластична человеческая психика, тем более, оба выжили и точно знают, что их искали. И сейчас они постепенно вернутся к обычной жизни, к урокам и прочим занятиям, Хорхе ещё что-нибудь взорвёт, Андрес утвердится на пути барда, оба поймут, что жизнь не так плоха, как казалось. Рутина лечит в таких случаях.       «Чего не скажешь про вас, — подумал Макс. — Я до сих пор себе простить не могу, что ничего не объяснил Диего про «острова», что меня не было рядом с ним, когда… И никогда не прощу! Слава всем богам, мальчишки живы! Бедный Мануэль, надо и с ним поговорить, и с Орландо, и с Суром — как-то поймать их по одному и поговорить. И объяснить, что мы не всё можем проконтролировать. Да-да, объясни им это, сам дважды на одном и том же обратку схлопотал, а туда же! Как я ненавижу эти душеспасительные беседы! Ненавижу, не умею, а куда без них?»       — Давайте я пока копии бумаг заберу, а с вопросами под протокол действительно подождём до Раэла?       Орландо сидел, прикрыв глаза, и слушал. Экранирующие амулеты, конечно, отсекали эмоции других людей от него — но не от них самих. Мэтр Максимильяно говорил утешительные слова, которые все, включая самих мальчишек, успели уже услышать не по одному разу. Потом вернулся к своей роли инспектора, а в голосе всё равно промелькнула боль, как отголосок мыслей.       Ну а ты, «полномочный король»? Чего мог — того добился. Требовал Раэла — получишь Раэла. А дона Антонио не получишь. Тебе не хватило урока, который жизнь тебе упорно преподавала последние две недели? Хотеть — не вредно. Получить гораздо сложнее. Да и хотеть, как лучше… с тем же успехом.       Давай, товарищ Пассионарио, любимый вождь и идеолог, тебя посадили на трон вовсе не для доступа к сейфу, в котором удобно хранить траву. И не за умение следовать официальным протоколам.       Орландо выпрямился, устроившись на своем подлокотнике поудобнее, и внимательно посмотрел на наставника.       — Спасибо, мэтр Максимильяно. За новости… и за готовность пойти навстречу, в чём возможно. Нам действительно важно увидеться с Раэлом. Да и справедливость… бывает разная. И иногда она требует жертв, ведь так?       Последний вопрос, повисший в воздухе, был адресован не только мэтру Максимильяно, но и соратникам по Партии Реставрации. И ему самому. Обо всех их попытках отмерить справедливость для других — и что из этого выходило. И тогда, и сейчас.       — Увы! И Антонио — одна из этих жертв. Он сейчас превратился из человека в разменную пешку, предмет торга, и я этому активно поспособствовал. Перед этим превращением он сам относился так к людям. Не знаю, успел ли он сам это всё осознать, но сейчас это осознание уже не играет роли и ничего не значит для его судьбы. Возможно, вам его и выдадут. Но, пожалуйста, помните, что он бы не делал этого, если бы не другие люди, стоящие за ним и отдающие ему приказы. И вот их вам не выдадут, он один будет отдуваться за всех. Я хочу, чтобы полетели головы и тех, других, поэтому и забрал его. Орландо, если кто-то что-то делает, плохое или хорошее, всегда держи в голове вопрос — зачем? Что толкает его? Кому это нужно и чего он хочет добиться? И тогда ты будешь действительно справедливым королём.       — О ком вы сейчас говорите, мэтр? — Сур пристально посмотрел в глаза придворному магу, — Сдается мне, не только о вашем предателе-агенте. Всем нам приходится делать выбор. У всех свои причины. Главное только ясно видеть их перед собой и честно признавать. Мы не можем добраться до его нанимателей в вашем мире. Возможно, сможете вы. Но если там у них есть влияние, то у нас их агентам всегда придется помнить, что наниматели их не спасут. Посмотрим, как многие захотят на них работать, зная, что их ждёт. А если нам его выдадут… что бы не толкало его на это, Антонио сам сделал свой выбор и сам за него расплатится.       — Полковник прав, — решительно подтвердил Амарго, и подумал про себя, а что сказал бы Хорхе на эти слова. Согласился бы? Или снова спросил бы, а чем мы тогда лучше? Но предательство — в любом мире предательство, и работа на две стороны с противоположными интересами — это выбор предать одну из них. — Договариваться — полезное умение, но за любой из сторон договора всегда стоит сила. И мы будем защищать наш мир, даже если договор не в нашу пользу. Но мы понимаем, мэтр Максимильяно, что ваши действия вызваны необходимостью. И готовы подождать. А копии письма у меня пока нет, но я сам могу сделать её, хоть это занятие и не особенно приятное. Принести?       Прежде чем мэтр Максимильяно успел ответить, в разговор опять влез Орландо, от задумчивости которого не осталось и следа.       — Бедная-несчастная жертва, да? Три года на цепи в полиарговом ошейнике, где уж тут не сломаться и не согласиться работать на кого угодно, наплевав на свои убеждения, честь и совесть? Забирайте его, если уж он вам так нужен, ведь вы уже забрали его, но вот проповедей не надо. Вы — не мистик, а мы — не ваша покорная паства! — он встал с подлокотника. — Полагаю, для улаживания дальнейшей бюрократии король, чьим мнением можно легко пренебречь, вам здесь больше не нужен. Господин полковник, господин советник, я полагаю, что наше прерванное обсуждение мы сможем продолжить у меня в гостиной в любое удобное вам время.       Непокорный ученик и неуправляемый король вышел из кабинета, от души хлопнув дверью.       Макс грустно посмотрел ему вслед.       Амарго сочувственно развёл руками. Совсем как Хорхе тогда в лаборатории. Не закончилось бы и сейчас как тогда. Привычное беспокойство взяло верх над солидарностью с импульсивным королем.       — По крайней мере, его величество не телепортировался, а вышел через дверь, как все люди, — произнес он, усматривая в этом какое-то утешение. — А если мы обсудили всё важное, я схожу за письмом. Или какие-то вопросы еще остались?       — Нет, наверно. Сходи. И хорошо бы обговорить это всё с Шелларом, он точно сможет добиться, чтобы Антонио депортировали сюда, в Мистралию. Впрочем, он же считался мистралийским купцом, так что готовьте камеру. Но до суда здесь он должен дожить.       — Доживёт, не беспокойтесь, — ответил полковник, размышляя о том, куда направился Орландо. И в каком состоянии вернётся. Неужели разговор о заговорщиках опять отложится? А ему ещё для Антонио камеру искать — если уж даже Блай досуществовал.       В приёмной Мануэль убедился, что поторопился с выводами: неугомонный король всё-таки телепортировался куда-то. С другой стороны, что ж, ему теперь всю жизнь ходить только глядя под ноги пешком? Лишь бы не пропал надолго.       Он принёс письмо, которое всё ещё хранил в своём кабинете, поскольку полковник Сур сразу после и вследствие получения оного отправился в вынужденную «отставку».       — Это то, что у меня осталось. А тот парень, которого они прислали, и сам Орландо смогут дополнить информацию о требованиях, поступивших позже.       — Хорошо, — сказал Макс. — Полковник? У вас что-то есть? Я бы ещё к Шеллару сегодня сходил, он отличный юрист. Но к нему надо идти с уликами. Возможно, он вычислит этого некроманта. Если не вычислит, то что-нибудь точно присоветует.       Макс положил все вещдоки в бумажный пакет, который извлёк из кармана, и спросил:       — Нет ли у вас ещё какой-нибудь коробки, чтобы это всё сложить?       Надо сказать, что услышать, что Шеллар может запросто, не покидая Ортан, вычислить мага, за которым его ведомство гонялось уже какое-то время, было бы оскорбительно, если бы полковник не сделал скидку на общее состояние Макса.       — У меня есть показания мальчиков, протокол допроса Селены и протоколы допросов задержанных в доме похитителей. Я позабочусь, чтобы вам передали копии. Что до коробок, об этом легче попросить секретаря, он отправит слуг. Я могу быть вам полезен чем-то ещё?       — Вы всегда нужны и полезны, — невпопад ответил Макс. — И для Мистралии ваш вклад неоценим. Но в данном случае, пожалуй, нет. И коробку действительно, лучше у секретаря. Спасибо вам большое за сотрудничество. Мануэль, а ты не хочешь как-нибудь навестить Селену? Всякий раз, как я к ней захожу, она старательно спит. Может быть, при виде тебя проснётся. А ведь ей ещё предстоит свидание с Раэлом…       — Я не против, — осторожно ответил Амарго. Он был рад узнать, что Селена поправляется, но не был уверен, что его присутствие не помешает этому процессу. Возмущение Селены иногда принимало поистине разрушительные формы. Но с другой стороны, мэтр Максимильяно хорошо понимает женщин, и всё-таки предлагает такой расклад. — Вы думаете, это как-то поможет делу? Полагаю, со мной она не захочет говорить ещё старательней. Но если вы думаете, что так будет лучше, я готов. Когда это лучше сделать?       — Благодарю, — полковник задержал на маге серьёзный, понимающий взгляд. — Тогда, с вашего позволения, господа, я отправлюсь в департамент, распоряжусь подготовить копии. Хорошего вам дня, — он вежливо поклонился и вышел в приемную.       — Тебе самому этого хочется?       — Мне хочется удостовериться, что с ней всё будет в порядке, — согласился Мануэль. — Особенно в том случае, если она не согласиться вернуться в наш мир и продолжать работу. А это весьма вероятно, учитывая, что с ней произошло и что она думает о тех, с кем здесь столкнулась. По-хорошему, ей бы ещё поучиться, повзрослеть, прежде чем в такое соваться. А про меня она думает, что я обманул её доверие. Может, и в самом деле имеет смысл с ней встретиться да попробовать поговорить. Хуже вряд ли будет.       — Тогда я зайду за тобой завтра с утра, и пойдём. Если, конечно, у тебя нет никаких дел.       — Конечно.       Дела были, но это ведь тоже дело. Мануэль лишь понадеялся, что подготовка к празднику пройдёт гладко и без его личного пристального надзора. Да и день не последний, можно будет потом убедиться, что всё идёт по плану. И не забыть отдельно проверить, как у Хорхе идут дела с фейерверками.