Невольная спасительница

      Путешествие Тирры по зелёным лесам и цветочным полям закончилось на равнинной местности. Трава здесь пожухла, земля была сухой, что особо контрастировало с зелёными пышным лесом за спиной. Здесь тоже были деревья. Редкие, покосившиеся, с опавшей местами листвой, словно наступила осень. Тирра шмыгнула широкими ноздрями и вошла в деревню, держа на плече верный двусторонний топор. Будучи воином, варваром и путешественником, Тирра привыкла к тому, что вид высокой рогатой женщины-зверочеловека вызывал у большинства жителей желание схватиться за вилы и факелы. Когда она срубала вилы и начинала говорить, они могли начать слушать. Но чем дальше она была от Пустошей, тем труднее и тяжелее становился язык. Теперь Тирра оказалась в месте, где её никто не понимал. Придётся выкручиваться как умеет.       Меж тем вечерело. Небо было затянуто облаками, солнце едва просвечивало. Она шла мимо засохших пустых полей, с брошенными там же плугами и тачками. Деревянные домики были пусты. Окна забиты, на дверях тяжёлый амбарный замок. И так несколько домов, расположенных у дороги, находящиеся далеко друг от друга. Тирра хмыкнула про себя, чувствуя какое-то сожаление при виде пустой сельской местности. На горизонте она наконец увидела свет и дым, идущий из печей. Ещё чуть ближе - амбар. Когда Тирра проходила мимо огромных дверей, те открылись. Минотаврица остановилась, смахнув копну пепельных волос со лба, бросив взгляд тёплых, но серьёзных глаз на жителя. Нужно выглядеть сильной, суровой, но в тоже время не размахивать секирой и кричать. И вот из амбара вышел эльф, одетый в белую грязную пыльную рубаху и серые штаны. Уши длинные, торчащие в сторону, волосы светлые, почти светящиеся, хотя солнце едва просвечивает. Голубые глаза, похожие на холодный ручей. Лицо было красивым, идеальным, как принято у эльфов, но вместе с тем под глазами расположились фиолетовые мешки. Щёки худые, с торчащими скулами. В руках у него ведерко с маленькими картофелинами. Уставший и обеспокоенный, он тяжело выдохнул, поставил ведёрко и закрыл тяжелую дверь. И только потом его взгляд упал на Тирру.       По сравнению с ним, минотаврица была высокой и широкой, сочетание красоты и силы. Короткая бурая шерсть, большие живые карие глаза, пепельного цвета короткие волосы, покрывающую сильную шею. Внушительный пресс на животе, мощные ноги, белые рога. Но вместе с тем она была и красивой. У неё была фигура, не совсем осиная, но с красивыми бёдрами, округлыми и манящими. Коровье лицо источало некую заботу, смешанную со строгостью. Выдающимся у Тирры были груди. Здоровые, круглые, сильные, молочные дыни, спрятанные за причудливой броней. Набедренная повязка никогда не могла скрыть круговое движение ягодиц, которые так и хотелось как следует шлёпнуть. Правда появление девушки вызвало у эльфа только опасение и страх. Он невольно прижался к двери, нахмурившись. А потом что-то сказал. Его речь Тирра не понимала.       — Я не враг, — сказала Тирра, когда тот стал громко лепетать. Голос сильный, уверенный. В отличии от людей эльфы умели контролировать свои эмоции в моменты сильного переживания. — Понимаешь меня? Не враг, — Тирра сделал шаг вперёд, наступив копытом. Эльф отступил назад, хватая ведро с картофелинами. Он трясся, на измождённом лице выступил пот. Тирра остановилась, присела, став немного ниже ростом. Молодая девушка была знатно выше длинноухого. Тот снова что-то сказал. Тогда Тирра положила секиру перед собой. Этот жест демонстрировал её мирные намерения. — Вот так! Видишь, я не наврежу тебе, — сказала она, смотря яркими глазами на эльфа. Глаза того расширились, лицо стало менее напряжёнными. Он изучающе взглянул на Тирру. Девушка к такому уже привыкла. Затем она указала пальцем на себя. — Тирра. Т-и-р-р-а, — медленно произнесла она, показывая на себя.       — Тирра, — эльф указал на неё пальцем. Потом произнёс её имя снова. Его светлые брови прекратили хмуриться.       — Да, Тирра. Я - Тирра, — сказала она, указывая пальцем на эльфа. — А ты?       — Ах, Карсо! — он указал на себя. — Тирра. Карсо, — его рука металась в стороны.       — Хорошо, Карсо, — Тирра выпрямилась. — Я иду на юг. На юг, — она указала на горизонт. — Мне нужно остановиться. Поесть, — Тирра погладила живот, — и поспать, — она прижала руки к щеке. — Я хочу идти в твою деревню, — минотаврица указала на горящие домики. — Понимаешь? Тирра и Карсо в деревня, да? — Тирра попыталась быстрее объяснить эльфу, что она хочет. Тот внимательно смотрел на неё, двигая ушами. Бросил обеспокоенный взгляд на деревню, потом на Тирру. Да вздохнула и присела, широко раздвинув ноги, водя пальцем по пыльной земле. Карсо присел рядом, наблюдая за её рисунком. Она нарисовала две фигуры у одной из которых были рога, а у другой уши. Потом линию, потом домики. Когда Тирра попыталась изобразить себя за едой и столом, Карсо болезненно положил руку на живот. — А потом спать, — Тирра нарисовала то, что считала кроватью. — А утром...       Карсо вдруг кивнул, слабо улыбнулся, взял ведёрко и пошёл в сторону домов. Тирре он махнул рукой, чтобы та шла за ним. Минотаврица глубоко вздохнула. Сегодня она смогла достучаться до иностранца. Теперь они шли вдвоём по дороге. Тирре приходилось вышагивать медленнее, чтобы идти вровень в Карсо. Местность вокруг не отличалась живописностью и красотой. Почерневшая трава, сухие деревья, какие-то даже успели обломиться, торчащие из-под земли камни. Местами попадались скелеты животных. Тирра догадывалась, что в деревне произошло что-то ужасное, отчего у местных жителей умерла вся скотина, а земля превратилась в неплодородную пустошь. Карсо живёт один? Вот эти жалкие картофелины - всё, что осталось? Сколько ещё людей в деревне? Может ли она им как-то помочь? Когда они подходили к деревне, Карсо вдруг остановился. Выронив ведро, он схватился за лоб. Ноги его подкосились и он едва не упал. Молча и быстро, Тирра взяла его в охапку, прижав к плечу. Эльф казался совсем лёгким, словно ничего не весил. Лицо было спокойное. Тирра прислушалась. Спит. Кажется, что работа совсем его вымотала.       В центре деревни была хоть какая-то жизнь. Несмотря на то, что почти в половине домов не горел свет, жители всё же выходили, чтобы встретить их. Несколько мужчин, такие же светлые и голубоглазые как Карсо, вышли из-за дверей, встречая друга. Женщины, удивительной красоты, с осиными талиями, но исхудавшие и уставшие, таращились большими глазами на чужестранку с рогами, шерстью и топором. Тирра даже видела детей, глазеющих на неё то из окон, то из-за юбок матерей. Тирра обеспокоенно смотрела на равнинных эльфов, неся Карсо с его ведёрком. Остановившись у колодца, она аккуратно положила его на землю, достала ведро воды, налила в руку и протёрла ему лицо. Карсо приоткрыл глаза, слабо глядя на Тирру. Две девушки и парень осторожно подошли к ним, глядя огромными глазами на минотаврицу. Тирра просто отошла в сторонку, не препятствуя помощи сожителей Карсо. Те обступили его, помогая встать. Карсо стал им что-то рассказывать, показывая на Тирру. Голос мужчина-эльфа звучал беспокойно, а девушки говорили очень тихо, словно боялись её гнева. Но Карсо вдруг стал радостным и даже размахивал руками. Эльфы не стали спорить с ним. Тогда он подошёл к Тирре, которая вертела головой и хмыкала.       — Тирра, — он протянул ей руку, указывая на здание с вывеской на непонятном языке. Таверна оставалась таверной даже на незнакомом языке.       — Хорошо, Карсо, — одарила его Тирра улыбкой, идя в таверну. Правда теперь она не думала, что сможет поужинать чем-нибудь горячим и сытным. Если эти жалкие картофелины - их весь запас, то она просто не имеет права забрать это у них. Но Карсо шёл рядом, открывая перед девушкой дверь. Ожидания Тирры насчёт таверны немного поубавились. Здесь не было пыльно или грязно, как она считала. Здесь даже вкусно пахло! Большое двухэтажное здание из дерева, прибранные чистые столы, котелки, бочонки. Карсо усадил Тирру за широкий стол. Пока минотаврица рылась в своей походной сумке, доставая паёк, эльфы суетились у котелка. Карсо и несколько мужчин резали сухие серые пучки, женщины очищали сухую картошку. Вскоре запахло приправами. Затем к Тирре стали подсаживаться эльфы. В основном все старались сесть напротив, но так, чтобы минотаврица не видела их. И только Карсо сел рядом. Затем подали суп в маленьких деревянных мисках. Карсо поставил перед ней миску и улыбнулся уголками рта.       — Н-нет, Карсо, — Тирра покачала головой. — У вас итак ничего нет, а я не могу... — только начала она, как услышала жадное хлюпанье. Мужчины, женщины и дети вцепились в деревянные миски. Маленький оранжевый суп был сметён за считанные секунды. Потом эльфы достали сухие галеты, став их грызть. — О, богиня, — вздохнула Тирра, глядя на несчастных лопоухих созданий. Карсо серьёзно посмотрел на неё, указав пальцем на миску супа. — Спасибо, но тебе это нужнее. У меня тут есть своя заначка, — попыталась объяснить Тирра. Но Карсо покачал головой. Скрепя сердце, Тирра не стала спорить. Она взяла миску в ладонь, поднесла к губам и осушила ту лёгким движением. Карсо произнес слова благодарности.       Тирра громко выдохнула, продолжая смотреть на эльфов. Когда те прикончили свои сухие галеты и немного успокоились, то стали смотреть в стол. Парни с девушками обнимались, одинокие родители брали детей на колени, чтобы те испуганно таращились на Тирру. Друзья похлопывали по плечу друг друга, а две девушки, обнявшись, тихо плакали. И каждый держал в руке маленькую вырезанную статую. Тирра легко узнала в ней богиню. Здесь или в Лимме, минотавр или эльф, она была самым известным божеством. Как и везде, у равнинных эльфов она тоже изображалась очень женственной, с округлыми формами фигуркой. Тирра подумала, что так они молятся и не стала им мешать. Она сама погрузилась в какие-то мысли и задремала.       — Тирра, — Карсо мягко потряс её за плечо и минотавриха пришла в себя. Эльф держал какую-то книгу в руках.       — А? Что? Что такое Карсо? — она потёрла глаза. — Мне бы комнату снять, — девушка положила две монетки перед эльфом. Тот грустно ухмыльнулся и покачал головой, дальше предлагая ей книгу. Минотавриха усмехнулась в ответ. — Бери деньги, дурачок. Ты бы мог себе купить на это еды.       — Тирра! — с упрямой улыбкой тот пихал ей книгу под нос. Почти все в таверне разошлись. Беспризорные дети сидели на лавках, девушки убирали пыль, мужчины мыли котлы и подсчитывали свои редкие запасы. Несчастные, честные, измождённые жители встретили девушку со всеми почестями. А теперь Карсо напористо предлагает ей взглянуть на книгу.       Тирра открыла её и уже собиралась сказать, что она не понимает язык, как перед её взором предстали яркие нарисованные картинки. Книга сказок? Нет, вот тут она узнает деревню! Тот самый амбар. Только кругом коровы, куры, овцы. Растут яблони и кусты ягод. Вот жители. Мужчины, женщины, старики и дети. Все поют и веселятся, занимаются урожаем. На следующей картинке был нарисован некто в чёрной мантии со скипетром. Тирра поразилась с какой любовью к деталям это было нарисовано. Складки мантии, тонкие длинные пальцы, распущенные волосы. Колдун оказался эльфом, который бежал от войск. В деревню он пришёл за помощью и из страха перед воинами из другого государства. Жители боялись его и приняли. Тот посылал на воинов огненные дожди, смерчи и колючие лозы. Командир людей грозил равнинным эльфам, что они будут вынуждены сжечь деревню, чтобы выманить волшебника. Но один из жителей придумал иной способ. Длинноволосый житель обратился за помощью к тёмным эльфийкам. В книжке они были изображены очень откровенно и сексуально, одетые в лёгкие наряды, строгие кожаные сапоги или вообще в полупрозрачные накидки. Колдуньи убили волшебника, но перед смертью тень того накрыла всю далёкую землю. Тирра даже смогла прочитать два слова, так как они были написаны языком соседнего государства, чей язык Тирра худо-бедно понимала. Чёрная хворь. Так окрестили жители её. Земля стала неплодородной, скотина умерла, наступил голод. Много жителей умерло, не осталось никого из стариков. Войска обещали прислать помощь, но её так и не было. Тогда часть жителей ушла в поисках помощи, а остальные остались, чтобы приглядывать друг за другом. Книга ещё не было дописана, но в конце была красивая подпись.       — Карсо! — гордо сказал эльф, указывая пальцем на себя.       — Это... это ты нарисовал? — удивилась Тирра. Эльф кивнул, скрестив сухие руки вместе. — Карсо, ты художник? — мордашка Тирры источала удивление. В ответ Карсо показал ей набросок в блокноте. На нём была изображена Тирра, гордая, с топором, смотрящая вдаль. — Ох! Удивительно! — Тирра широко улыбнулась. Она бы попыталась ещё наладить общение с эльфом, но, как и любой минотаврицы, её час близился. Это было особое время для женщины её расы, её благословение богини. Она опасливо оглянулась по сторонам и поднялась. — Я очень устала, Карсо. Спать. Мне надо спать, понимаешь? Это великолепный рисунок, он мне нравится. Но...       Эльф кивнул и махнул рукой. Ведя Тирру наверх, он что-то крикнул эльфам внизу. Те весело ответили ему. Затем Карсо привёл Тирру в комнату. Камин был растоплен, кровать подготовлена, да ещё и горячая ванная её ждёт. Напоследок, Карсо оторвал листок от бумаги и вручил Тирре. Затем отдал ей ключ, пожелал спокойной ночи на своём языке и ушёл.       — Ох, милый какой, — тяжело вздохнула Тирра, запирая за собой дверь. Услышав как Карсо топает по лестнице, девушка наконец-то томно выдохнула. Дискомфорт, смешанный с удовольствием становился всё невыносимее. Расстегнув бронелифчик, Тирра увидела как тот отлетает в угол комнаты. Две тяжелые груди тесно расположились под хлопковым нагрудником, медленно разрывая одежду. Пятна молока украшали выпуклые под одеждой соски. Тирра быстро сняла вверх, заставив огромные сиськи качнуть и удариться друг о друга. Соски, сжимаемые серебряными кольцами, звонко ударились. Простонав от удовольствия и боли, Тирра быстренько достала фляжку, стащила кольцо с красного набухшего сосочка, почувствовала как молоко легонько заструилась, стекая во фляжку. Второй сосок, обхваченный кольцом, уже так взбух, что кольцо стало ему тесно. Тирра с трудом вытащила его. Раз в неделю её грудь течёт молоком. Шестой размер перерастает в седьмой, давая живительные потоки. Таково было благословение богини.