Шах сделан, жду мат

— Я же сказала. Мне нужен товар. Мне нужен слуга! Ее упорству не было предела. Она уже перешла через грань дозволенного в приличном обществе, переступила через свою совесть. Отступать не было смысла. — Приведите мне хозяина заведения! Сотрудник торгового дома не имел права ей отказать. Она уже вошла в обитель тьмы. Все, что оставалось ему, это привести ее приказ к исполнению. В комнате стояла полутьма, горело лишь пару восковых свечей. Девушка устроилась в большом кресле, обитым красным бархатом, что сильно выделялся на фоне всего интерьера. Серый потертый диван, еще одно кресло такого же состояния, грязный ковер под ногами, зашторенные окна. В общем, все как в бандитском логове, лишь с небольшим намеком на аккуратность. "Словно здесь свиней содержат," — подумала девушка, когда перед ней на хлипкий стол поставили поднос с чайником и чашкой с блюдцем, дабы подождать хозяина. "Неужто отбирают товар? Ну нет. Выбирать буду сама." Она резко встала и прошла на второй этаж. Сотрудник пытался ее туда не пустить, бешено и по-курячьи размахивая руками, но что ей было терять? Ничего. Все, что могла, уже давно потеряла. Само здание было из кирпича, а вот лестница деревянная. Будто прежняя раскрошилась в пыль и щепки от времени, а они решили сэкономить на новой и поставили лишь ее некое подобие. Подобрав полы платья, она прошла вверх, немного шатаясь, а ступеньки жалостливо скрипели, но выдержали ее вес. Когда последняя ступенька перестала издавать звуки, она встала на ровную поверхность и медленно выдохнула. Что-что, а здесь получать ранения или умереть она точно не хотела. Слишком много чести и грязно. Даже для тех, кто держит здесь рабов. Существует некая иерархия в благородных и не очень домах. Сверху этой пирамиды — хозяин, глава дома. Потом его семья. Ниже дворецкий, после: прислуга и конюхи с поварами и охранниками в одном флаконе. Рабы же даже за людей не считаются, поэтому они не всегда есть в этой фигуре. Их жизни не ценятся. Кажется, существует много видов рабов: от простых помощников для конюхов и поваров, до постельных и тех, что выставляют на игры. Последних не ценят никак. Сравнимы, действительно, только с животными. Высшие круги, а точнее их хозяева. Те, кто их приобрел любым способом: купил, получил в подарок, выиграл в казино (это не редкость, просто не озвучивается), взял в плен, мародерство и так далее. Действий много, суть одна: не жилец. У постельных какая-никакая, а возможность избежать этой кабалы была, если, конечно, этого пожелает хозяин. Выписать на его имя документ. поставить печать у нотариуса и вот, он свободен как в море корабли. Только таких рабов вряд ли где примут, кроме публичного дома. Как ни прискорбно, а их участь — это жить в чьей-нибудь постели. Отдохнув немного, девушка прошла к одной комнате, откуда веяло опасностью и болью, унижением и отчаянием. Ее ментальное сознание не было развито настолько хорошо, чтобы понять, что туда лучше не заглядывать, поэтому ее оставил лишь прикосновение рукой к ее плечу хозяином заведения. Резко обернувшись, она увидела перед собой толстого мужика, обтянутого в ярко-красный камзол, с бежевой бабочкой на шее, и отвратительным запахом сигарет. Его рыжая шевелюра напоминала ей тлеющие угли. Только угли были прекрасны, а его лицо с бородой и усами отталкивало. От резкого запаха, его хозяина, заведения и всего сразу затошнило. Темноволосая прикрыла рот рукой и отошла от него назад, но лишь уперлась спиной в дверь, за которой что-то или кто-то отчаянно зашуршал. Стало еще противнее.

Появился вопрос: почему именно она?

А вот и ответ: потому что слаба.

— Госпожа, пройдемте в другую комнату. Я уже все подготовил. Тот учтиво поклонился и показал рукой в направлении нужной комнаты. Стараясь его не трогать, даже не задеть платьем, она отошла от дверей и прошла в другие, где заботливо для нее было подготовлено кресло с чаем, пару досье и... "Рабы" Она встала в дверном проеме, рассматривая их во все глаза. В грязных одеждах, наспех вымытые, они склонили головы перед ней, не смея их поднять и даже просто шевельнуться, ни спиной, ни пальцем. Если приглядеться, то можно было увидеть шрамы от побоев. Когда за ее спиной появился хозяин, то тот резво крикнул в сторону: — Я что сказал?! Подготовить первый сорт, а не это! Быстро убрать! Она махнула рукой в жесте "стоп". До этого жеста ее тело сковал страх, любопытство, печаль, жалость и многое другое, что обычно она чувствовала, когда ею не были довольны в доме. Шаг в комнату. Страх. Потому что это что-то неизвестное. Животный инстинкт. Еще шаг. Любопытство. Захотелось узнать: их имена, возраст, где жили, чем питаются, почему здесь? Шаг. Печаль. Почему они здесь? Шаг. Жалость. Так не должно с ними быть. Остановилась напротив молоденького, худого парнишки с прекрасными волосами цвета лунной дорожки на водной глади озера. Благородный золотой цвет. Хозяин все это время следил за ее движениями и заметил интерес в ее глазах. Жадно потирая руки, он прошел внутрь и передал ей досье на этого парня. Негнущимися руками, она приняла в руки небольшую папку и прижала ее к груди. — Мне кукла без души не нужна. Как тебя зовут?— наконец сказала она, прорезая своим голос тишину помещения. — Слышал, что тебе сказали?! — рявкнул на него хозяин, за что получил по своей ноге каблуком. Сморщился, но замолчал. Боялся, что упустит покупателя, который судя по одежде очень богат, но ее лица нигде не видел. "Значит, для игрушки. Просто попользоваться," — скользнула мысль у него в голове. Неправильная, но пусть думает так, как ему этого хочется. Все равно ни один вариант не будет правильный, да и это невежливо — лезть в чужие дела. За все это время парнишка уверенно стоял, ни разу не шелохнувшись, а девушка рассматривала его, отмечая, что он слишком худой, а рубашка скрыть это не могла. "Наученный, черт!" — Скажи имя. Или что, представиться даже нормально не можешь?! Она уже устала, а это молчание лишь угнетало, заставляя согнуться в спине, но нужно было продержаться еще немного. Самую капельку. — Ричард... Меня зовут Ричард