Шах сделан, жду мат

– Госпожа, вы хотите пойти дальше? Хотела ли она этого "дальше"? Девушка не знала, но она хотела, чтобы он был рядом. Всегда. До самого конца. Они уже дали это обещание, но даже с ним госпожа сомневалась в себе. В том самом хрупком, что у нее осталось в этом мире. – А ты уже делал это? – спросила она, постепенно покрываясь краской. Она была столь невинна как первый цветок, так неуверенна в своих словах и действиях, что парень я сомневался уже в своих поступках: правильно ли он поступает или нет? – Меня готовили к тому, чтобы быть постельным рабом. Да, я уже делал это, – спокойно ответил он, стараясь не пересекаться с ее взглядом, боялся чего-то. Чего? Что она его после этих слов оттолкнет и прикажет больше к ней не приближаться? Или накажет его за правду? Но ведь это же правда, а всех с малых лет учат, что за правду не наказывают. Но когда дети появляются во взрослом мире с его правилами игры, то они быстро ломаются. Так сломался и он, а она прогнулась. Мирель можно считать принцессой, хотя такого статуса не имела. Она была оберегаема своими родителями, своей семьёй. Ее старались огородить от опасностей взрослого мира, а потому росла дома как в золотой клетке. Но ей эта клетка была по душе. Она не пыталась сбежать, она наслаждалась этой клеткой. Ричард прошел куда более тяжёлый путь, чем она. Он был унижен, обижен, оскорблен этим взрослым миром, куда попал слишком рано, а потому потерял смысл жить... – Я... Прости, я... Не готова сейчас это сделать Она чувствовала себя чудовищем, монстром, что сначала соблазняет, а потом не даёт желаемого. Девушка хотела, но боялась. Боялась всего и всегда. И боялась сейчас. Не была уверена в себе. Мирель посмотрела на него, но он... – Почему ты улыбаешься? Его теплая улыбка согревала, обволакивала своим приятным светом, отчего ей стало ещё хуже. Он нагнулся и мягко поцеловал ее в лоб, словно говорил "Все нормально, я подожду". Она закрыла глаза от этой нежности и невольно задержала дыхание, боясь спугнуть этот момент. Парень не исчезал, он снова поцеловал. Потом снова и снова, покрывая все ее лицо поцелуями, отчего девушка улыбнулась и слегка засмеялась. Было щекотно, тепло и приятно. Его прикосновения успокаивали, а ее смех заполнял его мир светом, что он так долго искал. Ричард был путником по дороге Жизни. Он искал ориентир, ему надоело слоняться в темноте, на ощупь ища правильную тропинку. Но если хотя бы на секунду предоставить эту картину, то его госпожа стала для него светом, что так ласково протянула к нему руку, другой поглаживая по голове и говоря приятные слова. Парень бы расплакался от этой нежности, хотел прижаться к ней, вобрать это тепло, заключить в своем теле и никому не показывать. Как же это было эгоистично! "Как же это эгоистично! Она же может принадлежать другому! Она должна быть с другим. Со слугой у нее ничего не выйдет..." Она обняла его, прижимая к себе и гладя по спине. Это было словно магия. Два одиноких человека пытались найти утерянное тепло, ища его в других людях: она в рабе Алексисе, он в новых хозяевах, но как же они ошибались. Зато именно сейчас они нашли друг друга и не хотели больше расставаться.

***

На следующее утро слуга проснулся в господской кровати, обнимая владелицу апартаментов. Он был шокирован, что настолько близко был с ней, хотя ничего такого ни он, ни ему раньше не позволялось. Даже госпожа, с которой он был до Мирель, и та не позволила ему вот так себя обнимать, а эта... Девушка, впервые за долгое время, спала спокойно в этих теплых объятиях. Ее не волновало ничего, ей просто хотелось подольше полежать и наслаждаться этим. Ее спящее лицо будило в нем зверя. Говорят, что все милые, когда спят. Так вот это было про нее. Это маленькое личико, аккуратные бровки, глаза с длинными ресницами, мягкие розоватые, слегка искусанные губы –то все было настолько милым, что задумываешься: "А правду она сказала про возраст или специально прибавила себе пару годков?" Задавать этот вопрос он не стал, просто слегка прижал ее к себе, поглаживая по мягкой спине. На ее лицо упало пару коротких прядок, хотя челки у нее не было. Рассматривая эти прядки, парень заметил, что они были обрезанные. Убрав их в основные волосы, ему была снова полностью видна эта милая картина спящей девушки. "Интересно, а если я с ней пересплю, то какое у нее тогда будет лицо?" – задумался Ричард и представив себе эту картину. Усмехнулся и поцеловал ее в лоб. "Будет очень интересно, моя госпожа"