Переплетено

— Ты уже исцеляла кого-нибудь? — Эм… да. Оживляла, точнее сказать. Они гуляли в саду замка. Мелкий гравий шуршал под подошвой. Дорожку обрамляли выстриженные в фигурки зеленые кустики. Прошло четыре дня с тех пор, как Блум находилась у Валтора. Вместе они тренировались: маг обучал её новым приемам защиты и нападения, учил, как поглощать чужую энергию или как ловко её отражать, не позволяя, при этом, задеть себя. Блум быстро училась — его это радовало и раздражало одновременно. Все же эго у мага было необъятных размеров. — Ты смогла вернуть человека к жизни? — Валтор изогнул бровь. — Да. — Блум опустила голову, невольно вспоминая тот самый день. — Получилось, наверное, потому, что я все сделала вовремя. — То есть, ты знала, что делаешь? — Нет, нет. Понятия не имела, что способна на такое. Я просто… — Она перевела дыхание. — Меня затопило горе. Тогда я не думала, что делаю. Энергия лилась сама собой. Я буквально вдохнула в него жизнь… Валтор пристально наблюдал за ней. Вот, её опущенные ресницы и дрожащие губы сами нашептывали имя. Спрашивать было незачем. — Пробовала ещё оживлять? — Ну, потом мне стало интересно, на что я ещё способна. Я набрала книг в библиотеке Алфеи и начала учиться самостоятельно испытывать свои силы. Сначала ничего не получалось, конечно, а потом я нашла верное заклинание, с помощью которого исцелила пикси от вируса Даркара. Валтор задумчиво хмыкнул. Почему-то из головы не выходила печальная тень на её щеке по тому, кого она когда-то оживила. «Тоскует небось». — Но теперь у меня есть ещё и пыльца Энчантикса, — оживленно продолжала Блум. — Как ты и сказал, пламя жизни и пыльца вместе станут мощным оружием против проклятий ведьм. Думаю, если чуть-чуть потренироваться, все получится. Валтор сунул руки в карманы. «О да, ей явно не хватает этого смазливого личика». — Валтор? Ты меня слушаешь? — Когда он совсем замедлил шаг, Блум тронула его за плечо, и он растерянно взглянул на неё. — Что такое? — Ничего. — Ты меня не слушал, — она скрестила руки на груди. — Я всегда слушаю. Идём, я покажу тебе место, где ты будешь медитировать. — Что-что делать? — Да. Вкупе с остальными средствами это поможет тебе не только раскрыть новые грани твоего волшебства, но и побороть вирус. Если не побороть, то приручить. — Ты медитируешь? — Блум улыбнулась, пытаясь заглянуть ему в лицо. Он увернулся, и тогда она встала перед ним и пошла спиной. — Ты… где-то учился этому? — Да, на планете Расслабления. — После того, как разорил её? — Да, — он передразнил Блум, — сразу после этого. — А ты когда-нибудь спишь? — Она споткнулась и чуть было не упала, как Валтор вовремя поймал её за руку. — Аккуратнее надо быть. — Он отпустил её, и тогда Блум пристроилась у его плеча, как-то воровато улыбаясь. — Я не сплю. — Почему? — Однако ж какое игривое у вас настроение сегодня, принцесса. Я не сплю, потому что ведьмы могут поймать меня и вновь завладеть моим разумом. Окончательно и бесповоротно. — Что? Серьезно? — Нет, это прикол. Блять, конечно серьезно! Во сне тело и мозг податливы. Там я могу быть слабее в тысячи раз: нет ни бдительности, ни контроля над самим собой. Сон — ловушка для меня. Поэтому я и не сплю. — И ты говоришь, что не устаёшь? Ты должен был давно уже если не умереть, то сойти с ума. — Медитации прекрасно заменяют отдых. Так, стой, — тропинка вывела их на лужайку со статуей Женевры. Валтор встал за спиной Блум, положил руки на её плечи, слегка их массируя, и наклонился к уху. — Попробуем сейчас. — Что? Медитировать? — Прошептала Блум так, словно их преследовала опасность. — Вроде того. Итак, расслабься. Закрой глаза. Сделай резкий выдох, до последней капли воздуха в лёгких. Так… Медленно бери вдох носом. Почувствуй, как испаряется напряжение, почувствуй легкость во всем теле. Чувствуешь? Хорошо… Попробуй сконцентрироваться на каком-нибудь постороннем звуке. Как? Она промычала в ответ. Валтор продолжал, чуть ли не лаская её ухо своими губами: — А теперь перемести фокус на любую часть тела. В идеале — на ступню. — Как? — Шепнула Блум, не размыкая веки. — У меня ж нога на земле стоит. — Естественно. Но ты должна почувствовать это. Направь все своё внимание на то, как твоя нога прижимается к туфле, а туфля — к земле. Ни о чем не думай, чувствуй. Но чем сильнее Блум пыталась отпустить мысли, тем больше их появлялось. Кадрами набрасывались одна за другой — вот Винкс, вот приемные родители, вот битва за Магикс против Трикс, её страхи в обличии монстров, раненая Дафна… Валтор закрыл глаза, чтобы связаться с её сознанием. И он все это увидел: её лощеный возлюбленный танцует с ней на Эраклионе, целует ладонь, клянётся в верности, а после — на весь мир признаётся в любви Диаспоре. Через ладонь током прошлась душевная боль, и Валтор резко отпрянул от неё. — Нет, — беспомощно простонала Блум, — никак не получается не думать. — Да, — пробормотал Валтор, потирая запястье, — я видел. — А? Что? Валтор обошёл её, проигнорировав вопрос. — Валтор? Что случилось? Он молчал, пока подавлял внезапный гнев где-то в груди. Черт бы его побрал, он что, ревнует?! — Ничего. Попробуй-ка ещё, теперь сама. — А ты что делать будешь? — Она обхватила талию и недовольно насупилась. — Пройтись надо. — «Сжечь манекен одного ублюдка». — Помедитировать тоже. Следующую неделю они только тем и занимались, что готовились к своей первой миссии. Блум каждый день медитировала в саду и каждый день замечала прогресс. Сначала ничего не происходило — мысли оглушали, тело становилось ватным, раздражение сводило с ума. Позже она смогла концентрироваться на определенном звуке, ощущении, дыхании. Это было сложно, но лишь поначалу. Блум замечала, как изменилась её походка, какой ровной была осанка, как все слабее и слабее становились мысли в голове. Что ей нравилось больше всего — так это спокойствие, с каким она отвечала на нередкие выпады Валтора. Да и работать с ним — это сколько выдержки нужно! — Планета, на которую мы отправимся, — Валтор сотворил огромное зеркало, через которое они видели все, что происходит в том мире, — Елиас. Доселе это была планета развлечений: там и цирковые, и театральные представления, балы, спектакли, музыка и все в таком духе. С тех пор, как к власти пришёл шут, все изменилось. Шута, как понимаешь, одурить легко, не будь ты ведьмой. Кадмус одержим тёмными силами около тридцати лет. С помощью дурака три древние стервы высасывают энергию не только из жителей, но и из самой планеты. Вот-вот, уверен, Елиас настигнет та же участь, что и Домино. Они сидели в библиотеке замка. Блум, выслушав Валтора, приблизилась к зеркалу-порталу: разглядеть и тем более понять что-либо было трудно. Судя по всему, планету окутал мрак. — Господи, Валтор, — Блум нервно покусывала пальцы, — нам нельзя медлить. Нужно срочно освободить Елиас. — Не спеши. Ты же помнишь, что конкретно нам нужно сделать? — Изгнать ведьм из души Кадмуса. — Вот именно. Пока что мы не можем быть уверены, что у нас… у тебя это получится. — Но сколько можно тренироваться? Посмотри, что творится! — Так или иначе, — терпеливо продолжал Валтор, — у нас недостаточно сведений. — Мы уже десятки фолиантов перечитали. Елиас не самая знаменитая планета в Волшебном Измерении. — Не спорю, — кивнул Валтор, — поэтому, дорогая, так важно иметь связи из разных уголков галактики. Я настраивал связь очень долго, потому что, да, Елиас — чертова дыра, к тому же и проклятая. Не успела Блум издать и звука, как в зеркале появился молодой человек. Блум подскочила на месте, а потом вежливо поприветствовала его. — Это Четэль, — представил его Валтор, — «верный» паж короля. Верный ты, а, Четэль? Блум окинула его взглядом с ног до головы. Одет он был как средневековый принц, только вместо короны красовался бархатный берет; мантия, воротник, пышные рейтузы и облегающие колготки. Лицо украшала густая щетина и кольцо в брови. Ну, чем не современный лик обычного землянина? — Зовите меня Чет. А эта прекрасная… Валтор тут же оборвал его. — Хватит лебезить. Ну, расскажи, что знаешь. — Знаю всё, что пригодится, — он кокетливо улыбнулся. — Каждые полгода Кадмус устраивает бал, на который слетаются жители соседних планет. Ничего не подозревающие жители, конечно. Кадмус обещает озолотить тех, кто больше всего ему понравятся. А как понравиться бывшему шуту? Танцуйте, пойте, выдавливайте таланты и привлекайте интерес короля как можете. Само собой, после бала дворец закрывается и ни один гость уже никак не может его покинуть. — Почему? Что потом? — Спросила Блум. Четэль посмотрел Блум в глаза и одарил её многозначительной улыбкой. — Я же тебе говорил, чем занимается Кадмус, — сказал ей Валтор. — Короче, — повысил голос Четэль, — ужинает наш господин. Так ужинает, что последующие полгода может обойтись без пищи. Блум парализовало от ужаса. Она разинула рот, наморщила брови и выпучила глаза на Валтора. — Дьявол, да не каннибал он, — закатил глаза маг, — а вампир. Он высасывает их силы. — Да-да, — подтвердил Четэль, — хоть многие из гостей вообще не обладают волшебными силами. Кадмусу не важно. — Нет, — поправила Блум, — не ему, а трём ведьмам. — Четэль в согласии прикрыл глаза, а вот Валтор лишь щёлкнул языком. — Без разницы, этому придурку тоже достанется по заслугам. — Валтор! — Можно ещё, конечно, в наказание обчистить хранилище с ценными заклинаниями… — Валтор! — Блум уже чуть ли не вперилась лбом ему в подбородок. Привстав на цыпочки, конечно. — Ну что тебе? Тут, призывая внимание к себе, прокашлялся Четэль. — Друзья, время-то не железное. Что ещё вам от меня нужно? — Мы на бал этот, как я понимаю, успеваем? — Уточнил Валтор. Четэль кивнул. — Ну, что ж, нам нужны подробности. — Полагаю, на Елиасе время протекает иначе, поэтому я как-нибудь свяжусь с вами и объявлю дату. Но для нас это… через два месяца. Сверяйся с Аксанитией, Валтор. — Я понял. От нас танцульки и лицемерие. Ясно. — И ещё, — спохватился Четэль, — его величество предпочитает… кушанье постарше. И Блум, И Валтор одновременно нахмурились. — Подрисуйте себе морщинки, вот что, — устало протянул Четэль и, приподняв берет, распрощался с ними. Зеркало окутал свинцовый дымок, а затем все исчезло. — Так, и когда этот бал? — повернулась к нему Блум. Валтор, чуть поразмыслив, сказал: — Через две недели. Благодаря Четэлю они узнали, какие танцы больше всего развлекают короля Кадмуса, и стали их разучивать. Теперь Блум просыпалась рано утром, наспех завтракала тем, что неуклюже создавала с помощью магии, одевалась в предложенные Ведой платья и бежала в сад. Иногда заставала там Валтора — так же за медитаций, только у него ещё получалось отрываться от земли. Видимо, он достиг дзен, думалось Блум. Она садилась поодаль от него, чтобы не мешать ни ему, ни себе. Без этого день не мог начаться. Дыхание, тело, окружающий мир… А теперь внутрь себя. Вглубь подсознания, туда, где сидит «оно». Вводить саму себя в гипноз — задача из невыполнимых, но ей необходимо этому научиться. Валтор не всегда будет рядом, поэтому… «Да и что, что не будет? Какая мне разница? Мы вместе ради миссии, а потом, надеюсь, никогда больше…» Блум приоткрыла один глаз. Валтор в темно-вишневом жилете, белоснежной рубашке с воздушными рукавами и горько-коричневых брюках; взгляд его удивительно безмятежен, словно он и правда ни о чем не думает и ничего сейчас не замечает. И так красиво уложены волосы… «Чего переживать? Мне с ним ещё долго быть… То есть, господи, я ни в коем случае этому не рада! Просто… черт, черт, черт!» Блум показалось, что улыбка тенью проскользнула по лицу Валтора, как если бы он читал её мысли. «В его присутствии я не могу сосредоточиться. И чего он тут сидит? Да, лучше сама уйду. Сама…» Она так и не шелохнулась. — Ты умеешь танцевать? Валтор самодовольно усмехнулся. Заложив одну руку за спину, он протянул другую ладонь Блум. — И тебя научу, милая. — Я умею танцевать, — рассердилась она. — Неужели? И с кем практиковалась? С прекрасным принцем? Блум поджала губы. — Как ты догадался? — Они уже начали двигаться, и почему-то Блум сочла это как нельзя подходящим моментом для стычки. — О, наверное, потому, что это мой возлюбленный? Валтор расхохотался. — Возлюбленный? Возлюбленный, который поддался чарам Диаспоры? Возлюбленный, который даже не искал тебя, когда ты пропала? — Тебя по голове ударили или тебе напомнить, что это твой знак был на шее Ская? — Прошипела Блум. «Спокойно, дыши… дыши…» — О, это действительно был я. — Но почему? — Блум резко остановилась, по-прежнему прижатая к Валтору. Она буквально вцепилась в его глаза своими, а он ничего не мог вымолвить. Началась игра, которую он когда-то обожал. Выпытывать что-либо взглядом — это его стиль. Но не в данный момент, когда превосходство держит не он. — Поднять хаос, конечно, — он прозвучал чуть менее убедительно, чем надеялся. — Что за глупые вопросы? — Хаос? Многие пострадали тогда, кто-то чуть не погиб. — Но ведь тебя не это волнует, верно? — Валтор вновь повёл её в танец. Блум зарделась. — Я знаю Диаспору и знаю о её чувствах к Скаю, — она говорила тихо, — но разлучил нас ты. — Не волнуйся, принцесса, когда все закончится, побежишь первым делом к своему сладкому мальчику. Черт возьми, ну почему её это задело? Разве она на самом деле не собирается так сделать? Разве она не скучает по нему? Разве она его не любит? Как же Блум злилась на себя за то, что ответы не пришли в ту же секунду! Нет, это все из-за долгой разлуки. Стоит ей вновь увидеть Ская, как чувства напомнят о себе. Непременно так и будет! — А ты побежишь к Айси, да? — «Мерлин, зачем я это сказала?!» Валтор вскинул брови. А вот такая игра ему нравилась! — Я видела, как она от тебя выходила полуголая. Ужасное зрелище, — она тяжело дышала и прятала глаза. Валтор не сдерживал улыбку. Пока она злилась, он водил большим пальцем по её румяной щеке. Как же ему хотелось почувствовать этот жар своими губами… — Ты меня не трогай, — выдавила она, сглатывая ком. Он что-то промычал в ответ, все ещё держа её свободной рукой за талию. И когда он склонился к её губам, едва ли не касаясь их своими, у неё скрутило в животе. Блум задохнулась, и так стояла в полном оцепенении. — Мы так никогда танцы не разучим, — промямлила она, упираясь ладонями ему в грудь. Непросто было оттолкнуть Валтора — не потому, что он сопротивлялся, а потому, что в глубине души не хотелось этого делать. Но чувство вины и стыда затопило. Она не может. Никогда не сможет. Валтор же, не отрывая от неё глаз, приложил руку к её руке; медленно повёл её к вырезу рубашки. Оба они содрогнулись от прикосновения её холодных пальцев к горячей коже мага. Его грудь вздымалась мерно, а вот Блум не хватало воздуха. Инстинктивно разжалась челюсть, пальцы сами побежали ниже, расстегнули пуговицу, другую. Валтор прикрыл глаза, сдерживая стон, и медленно втянул воздух носом, когда ладонь Блум прошлась вдоль его груди к ложбинке на шее. Было приятно. Ей было приятно. Его шумное дыхание придавало Блум ещё больше смелости: она подняла вторую руку, расстегнула его рубашку почти до конца, оставив только две пуговицы, затем провела ладонями вдоль торса, остановилась на груди. Он завороженно следил за ней, чувствуя, как глухо стучит сердце. Многое хотелось сделать, но лучше потерпеть. Спугнуть её было бы роковой ошибкой. Но когда она приникла губами к его раскалённой плоти, он понял, что притворяться камнем ни за что не удастся. Валтор откинул голову назад, поддерживая Блум за плечи, когда из горла вырвался стон — громкий, измученный и дико её возбуждающий. Мягкие губы проделали дорожку к выступающим ключицам, к шее — пришлось привстать на цыпочках. Рука Блум забежала под его рубашку, задержалась на гладких рёбрах. Она вся тряслась от желания, доселе ей неведомого, и от удивления — какие ощущения дарят собственные прикосновения к чужому телу! Мысли потеряли звук. Ей было хорошо… хорошо оттого, что она доставляла ему удовольствия. О подобных ласках Блум, к сожалению, знала только от рассказов Стеллы. Со Скаем они не переходили дальше поцелуев в губы и объятий, поэтому Блум приходилось лишь догадываться, что это за чувства, когда тебе делают приятно и наоборот. Поцелуи были такими легкими, такими аккуратными и пугливыми, что не могло не умилять Валтора. Он опустил голову и тут же встретился с её огромными глазами. В них плескался страх — все ли так она делает? Зачем она это делает? Почему? Правильно ли это? О да, Блум, все так, все так, как и должно быть… Валтор улыбнулся, и она была готова поклясться, что никогда ещё не видела такой улыбки на его лице. Следом запустил руку в густые огненные волосы и за голову притянул Блум к себе. Мгновение — и он жадно испивал нектар её губ. Их тела сплелись. Блум цеплялась за его плечи, боясь упасть — ноги были ватными, они не держали. А он все бродил руками по её телу, стискивал ткань платья в намерении тут же его сорвать. Блум улыбалась и чуть ли не кричала, чувствуя его влажные губы и язык на своей шее. Она, наконец, поняла, что это значит… Даже если бы была возможность рассказать Стелле, она ни за что на свете этого не сделала бы! Все закрутилось, завертелось. Внизу живота стягивался узел, от переизбытка эмоций начинало тошнить, но Блум не хотела это прекращать. Изогнулась дугой, позволяя Валтору делать все, что угодно. Он наклонился ещё ниже, спуская рукава её платья так, чтобы оголить плечи. Валтор целовал их и покусывал, с остервенелым удовольствием ловя каждый её вздох, стон и даже крик. Кое-как добрались до стены. Блум прислонилась к ней спиной, широко распахнула глаза и убедилась в том, насколько Валтор, все-таки, красив. Особенно сейчас, когда он так сильно возбуждён. Или это все гормоны её обманывают? — Ты восхитительна, — прошептал он, вновь сминая и покусывая её губы, — как же ты восхитительна, черт побери… Одной рукой он стянул платье с её груди. К такому Блум не была готова, но и стыдиться уже не могла. Все зашло слишком далеко. Только Блум воспламенялась ещё больше, когда видела блеск в глазах Валтора. С такой звериной жадностью он смотрел на неё, будто пожирал. Бешеный стук сердца отдавался в висках. Она глотала воздух, облизывала губы и с нетерпением ждала его. Его. Ещё. Бесконечно много его. Валтор прислонился лбом к её лбу и, не сводя с неё глаз, накрыл ладонью её грудь. Чертов демон упивался реакцией, отразившейся на лице девушки: так соблазнительно раскрылись губы, дрогнули ресницы. И чем дольше он дразнил её ласками, тем сильнее искажалось раскрасневшееся личико. — Посмотри, — прохрипел Валтор, — посмотри на меня. Она нехотя открыла глаза. То, как они помутились, свело Валтора с ума. Он весь отвердел и терпеть не было сил. Теперь уже эта прелюдия была пыткой для обоих. Но он не до конца развлекся, не до конца убедился в том, какая она страстная. Снова улыбка, от которой подкосились её коленки, и снова сердце пропускает удар. А потом он совершает что-то поистине безумное, отчего Блум разбивается вдребезги. Теперь его губы на её груди: щекочут и дразнят, дразнят до воя и истошного крика. Ноги Блум сами тянутся к его бёдрам, и он вежливо подхватывает её колено. Валтор думает о том, что не может остановиться, а Блум — что не хочет все это прекращать. Он выпускает из губ затверделый сосок и спускается ниже, но она тут же хватает его за волосы. — Нет, — низким голосом урчит Блум, — ещё. Я хочу ещё. Валтор обнажает зубы в хищной улыбке и, глядя Блум в глаза, целует ложбинку меж её грудей. — Как прикажет моя принцесса, — шепчет Валтор и вновь приникает к шелковистой, блестящей от его языка, коже. Блум закидывает голову назад, ударяясь о стенку, и уже свободно и бесстыдно стонет. О, этот маг точно её околдовал! Острыми ногтями она царапает его спину под тканью рубашки, зарывается в пшеничных волосах. Валтор все же стягивает платье Блум ещё ниже, оставляя прикрытыми только бёдра. Опустившись на колено, он прильнул к плоскому животу, где мышцы судорожно сжимались под воздействием таких ласк. Внезапно Блум пронзает мысль: «Нет, это не я… О Боже, это уже не я…» Блум знает, что ещё секунда — и она потеряет контроль над собой. И наслаждение сменяет страх. Глаза обволакивает чёрный дым… Снова это. Только Валтор хотел окончательно избавить её от одежды, как она отбрасывает его мощной энергией. Задыхаясь, Блум наспех натягивает платье дрожащими пальцами, а Валтор лежит на спине, как ударенный во сне палкой. — Прости, — шепчет Блум и содрогается от прорывающегося плача, — это не я. Это оно. Это было оно. Валтор с тяжелым вздохом поднимается с пола, обхватывает пояс пальцами и смотрит на Блум — не зло, не сердито и даже не расстроенно. Она тихо всхлипывала и ждала, когда он прольёт на неё свой гнев. Вот только он подошёл к ней, взял её лицо в ладони и проговорил в полголоса: — Это была ты. Все это время была ты. Поцеловав её в лоб, Валтор отпустил Блум и направился к выходу из бального зала. Блум решила не идти вслед за Валтором, как только пришла в себя, а принять ванну. Не помешало бы расслабиться и постараться забыть о случившемся. Странное дело — она не просила воду смыть с её тела постыдные отпечатки унизительной слабости. Более того — она вообще не считала, что поступила низко. Она боялась сожалений, но теперь и притвориться не могла, что хочет вернуться в прошлое и надавать себе пощёчин. Все наоборот, все до ужаса наоборот — она была расстроена из-за того, что оттолкнула Валтора в импульсивном порыве. Но ведь она боялась. Боялась, что все это совершала не она, а нечто, сидящее внутри. Боялась, что это тёмные силы пробудили в ней вожделение. Боялась, что, если позволит Валтору продолжать, в конце концов уступит место себе другой — и навредит… Навредит Валтору. Блум прикусила губу, откидывая голову на бортик ванны. Она что, в самом деле боялась причинить ему боль? С каким пор она вообще заботится о Валторе? — Но он ко мне добр, — она повернула голову, устремляя печальный взгляд на пузатую вазу, исписанную цветами. — Пока что его проклятая душа не проявилась… По крайней мере, по отношению ко мне. А как потрясающе он целуется! Блум в жизни подумать не могла, что такая близость может до одури опьянить её. И уж точно не допускала ни малейшей мысли, что близость эта может быть с Валтором… Не думала, что сама примется соблазнять его… Откуда смелость и, самое главное, откуда желание?! — О Боже, — вслух протянула Блум и поморщилась, — не верю, что это была я! И все же… Она подобрала колени к себе, упираясь в них подбородком. Тёплая вода омывала губы, попадая в рот. И тело каждый раз отзывалось на воспоминания о том, что было всего полчаса назад. Она помнила его поцелуи ещё так свежо и ясно, что замирало сердце и пульсировало внизу живота и меж бёдер. Никогда, никогда, никогда она не испытывала ничего такого! Да, ей безусловно нравилось целоваться со Скаем — но и под ложечкой не сосало, как это было с… — Проклятье! — Выкрикнула Блум и ладонью ударила по воде. Брызги попали в глаза, она зажмурилась, шипя, потом вытянула ноги. Расслабиться… надо расслабиться… Однако, стоило лишь веки прикрыть, как перед ней появлялся Валтор. Его горящие бесцветные глаза, припухшие от поцелуев губы… Как он смотрел на неё, святые угодники, как мало, но как сладко говорил… Блум сглотнула и выдохнула. Столько эмоций — её уже тошнит. Но можно… можно позволить ещё одну маленькую, совсем крохотную фантазию… Что, если бы Валтор все же окончательно освободил её от платья? Блум инстинктивно скрестила ноги, вытянула руки вдоль бортика ванны и откинула голову. Черт, почему все, за что тебе стыдно, доставляет просто неизмеримое удовольствие? Нет, и как ей теперь хотя бы стоять с ним рядом спокойно, не то что говорить? Как им теперь свободно контактировать, словно ничего и не было? Какой неизгладимый след они оставили в своих партнёрских отношениях!.. Партнёрских… Блум хмыкнула. Неужели кто-то из них верил в то, что они смогут быть просто партнерами?