Переплетено

— Господи, неужели Женевра не прихватила с Земли комфортной одежды? Блум напялила очередное платье — на этот раз изумрудного цвета с широкими рукавами из прозрачной ситцевой ткани и позолоченным корсетом. Кое-как расчесала запутанные волосы, взглянула в наколдованное зеркало и удивилась тому, как плохо выглядит: бледная, с синяками под покрасневшими глазами. «Нужно срочно восполнить утраченную энергию. Посмотрим, может быть, у Валтора есть подходящее зелье…» Валтор. Блум вздохнула, потёрла пальцами лоб и вышла из ванной. Главное, сохранять спокойствие и внушать себе, что ничего не случилось. Ровным счётом ничего. Волнение захлестнуло, мурашками расцарапало все тело. Она неуверенно поднесла кулак к двери в намерении постучаться, однако, поколебавшись какое-то время, обошлась без этого. Только в спальне-кабинете никого не было. Блум в недоумении нахмурилась, тщательно осмотрелась, даже на балкон вышла — только и во дворе не было и следа мага. «Наверное, он где-то в замке», — заключила Блум и, вернулась, села на вечно заправленную и никем не тронутую постель. — Блум? Девушка испуганно подскочила: голос принадлежал Веде. — Что такое? — Валтор просил передать Вам… — Мы же на «ты», разве нет? — …тебе, что его не будет на Аксанитии какое-то время. — Что? — Моргнула Блум. — Куда он отправился? — Такие подробности мне неизвестны, — улыбнулась Веда и пожала плечами. — Передаю то, что он мне сказал. Блум задумчиво потупилась на своих ногах: на выступающих голубых венках, пальцах и нестриженых уже давно ногтях. Все это очень странно. Блум почти не сомневалась в том, что незапланированные путешествия мага напрямую связаны со случившемся в бальном зале. Какие ещё могут быть причины? «Может, он так разозлился, что решил таким образом меня обезопасить от себя самого?» — Скажи, Веда, — рассеянно заговорила Блум, не глядя на эльфийку, — как он выглядел в последний раз? Веда повела бровями. — Хм-м-м… Ничего особенного я не заметила… Однако… однако мне показалось, что он чем-то озабочен. Блум с надеждой взглянула на Веду, и та как будто сразу все поняла. Она подплыла ближе к фее и осторожно спросила: — Вы поссорились? Блум поджала губы, неопределенно дёрнула плечом и засмеялась. — Нет, нет… Мы… мы… — Блум смотрела в стеклянные глаза этого доброго призрака, уже не чувствуя страха, и еле сдерживала себя, чтобы не излить эльфийке душу. Вдруг фея вскочила, рванула к стеклянному шифоньеру с зельями и, достав первую попавшуюся бутылку, наполнила кубок с цитринами. Налила до краев, но до дна не выпила. Вытерла кистью губы, повернулась к Веде и выпалила: — Мы поцеловались! Мы с ним поцеловались! О, Веда, мы так долго целовались, мы так целовались, ты даже не представляешь, как мы целовались! Губы Веды вытянулись в трубочку. Она захлопала ресницами, а потом вдруг завизжала. Блум и не знала, что призраки могут быть такими горластыми! — Это же просто прекрасно, Блум! — Служанка порхнула к Блум, протянула руки и тут же сокрушенно их уронила. — Ах, как бы я хотела тебя обнять сейчас!.. Блум, моей радости нет предела! — Как и моему горю, — ответила Блум сдавленно. — Что? Что? Но почему?? Блум махнула свободной рукой, осушила кубок и села на стол. Господи! Дожила — откровенничает с призраками! — У меня есть любимый человек, понимаешь? Мы… мы с ним поссорились. Как раз из-за Валтора. Не спрашивай, как это получилось. Скай, — его так зовут, — хоть и сделал мне больно, но не изменил моих чувств к нему. Он был под знаком Валтора, когда предал меня, а вот я? Я была в сознании и полностью несу ответственность за то, как себя повела, а ты... ты даже не представляешь... — Не кори себя, — ласково перебила Веда. — Не могу, — булькнула Блум, обхватывая себя руками. — И Валтор… как мне теперь с ним?.. Веда пожала плечами. — Я не знаю, — ответила эльфийка честно, — лучше скажи: ты жалеешь? — Нет, — прошептала Блум, испуганно округлив глаза. Она совсем забыла о предупреждении Ио: на Аксанитии нельзя врать. Веда понимающе кивнула. — Да, я знаю. — Предвосхищая вопросы феи, Веда добавила сама. — Эльфы, и чародей Ленар в том числе, на Аксанитии обладают даром видеть человека насквозь. Со смертью не утратила, — она улыбнулась и тут же поспешила успокоить Блум. — Не бойся. Нельзя бояться собственных чувств. — Но я боюсь, — прошептала Блум, крепко держась за края стола. — Боюсь, что… это однажды повторится снова и… Веда тихо вскрикнула, как если бы Блум призналась ей в том, что умирает. — Ты боишься в него влюбиться! В горле у Блум заклокотал истерический смех, ей казалось, что она хмелеет — то ли от зелья, то ли от самого разговора. — Этого не может быть, — Блум смеялась до икоты, слез и хрипотцы, но остановиться не могла — какое же это безумие! — Валтор и я? Что может быть более нелепым, чем союз проклятого мага и… кто я там… Веда наклонила голову к плечу, выжидательно глядя на Блум. Что ещё можно сказать? Это глупо, очень глупо, допустить такую мысль… — Я не люблю Валтора. — Блум вздохнула, и во вздохе этом ящеркой проскочило сожаление. — И никогда не полюблю. Мое сердце занято, а вот у Валтора… у Валтора его вообще нет. — Есть, — тихим, напевным голосом возразила Веда, — у Валтора есть сердце. Просто он им пользоваться не умеет. Блум не смогла не рассмеяться. Отчего-то саднило в груди и руки дрожали. Она все поглядывала на балкон, откуда весело забегал прохладный ветерок. — Послушай, Блум, — позвала её эльфийка, — что бы ты ни думала, ничего плохого не произошло. К тому же, поцелуи — прекрасный способ обмена энергией. Блум уныло взглянула на Веду. — Спасибо. Нет, серьезно… Ты немного утешила меня. — Я рада, если так. — Она сделала короткую паузу. — Думаю, тебе следует поужинать и лечь спать. А все эти удручающие разговоры оставить позади. — Ты права… Как думаешь, Валтор вернётся сегодня? Не хочу спать в своей комнате. Странно, но здесь я чувствую себя… в безопасности. Веда поддержала её улыбкой. — Даже если вернётся, то не прогонит тебя. Он… — Веда осеклась; посмотрела куда-то поверх плеча Блум и, пожелав ей доброго вечера, исчезла.

***

— Тихо. Девчонку разбудишь. Валтор вынырнул из портала прямо на балкон. Его глаза ещё светились после трансформации, а крылья с трудом врастали обратно в спину. Приземлился он на колени, закашлялся, цепляясь за воротник рубашки, и учащённо моргал. Давненько он не принимал такую форму. Валтор поднял голову: перед ним, с отцовской строгостью скрестив руки, стоял Ленар. Был он небольшого роста, некрепкий, с приглаженными, ниспадающими на плечи волосами. — Рад тебе, Ленар, — сквозь рваное дыхание произнёс Валтор и протянул руку чародею. — Представим, что я её вырвал. — Ты, как всегда, весьма любезен. Что ты там сказал про девчонку? — Спит она. У тебя. Нога повисла в воздухе на полпути в комнату. Валтор круто повернулся к чародею и переспросил: — Спит? В моей кровати? — Много места она не заняла. Хотел прогнать её, да передумал. Валтор усмехнулся. — Молодец. — А вот ты нет. Опять превращался в демона? — Отвали. Валтор устало прошёл в комнату, на ходу снимая пиджак и бросая его на пол. Каблуки стучали, и он даже боялся, что Блум это разбудит. Но нет — он слышал её мерное дыхание, чувствовал её глубокий сон. Она здесь, в его кровати — немыслимо. Валтор усмехнулся, достал из брюк рубашку, расстегнул, потом… Предательски возвращаются глаза к одному и тому же месту, туда, где на подушках разметались густые рыжие локоны. Валтор бесшумно подкрался к ней, сел рядом и, когда она пошевелилась, провёл ладонью над её лицом. Всё, теперь не проснётся до рассвета… Так и норовило прикоснуться. Только поднималась рука — и он сжимал её в кулак с такой силой, что ногти врезались в кожу. — Ты специально уходишь, — раздался голос Ленара за спиной. Валтор не обернулся — продолжал следить за тем, как беспокойно бегают глаза девушки под веками. Видит сны, и навряд ли добрые. — Уходишь, потому что знаешь, что она тебя исцеляет. Валтор раздраженно всплеснул руками. — Какое открытие, Ленар! — Знаешь, что она легко может избавить тебя от проклятья, но не позволяешь. Потому что тебе оно нравится. Валтор проигнорировал выпад. Прошёл сквозь чародея к шифоньеру, чтобы налить себе зелья. Прогнать Ленара все равно не получится — придётся только терпеливо ждать, когда тот наиздевается и исчезнет сам. — Тебе нравится черпать силы из тьмы, — Ленар парил за спиной мага, — нравится обуздывать мощь, когда-то для тебя непомерную. Признайся, Валтор. — Что, у тебя задница разорвётся, если я стану отрицать? Хм, — Валтор хлебнул напиток, — что ж, у покойника сегодня праздник: да, мне нравится быть тёмным магом. Что-нибудь ещё? Нет? Тогда проваливай. Сейчас же. Мне нужно отдохнуть. — Не отоспался во льдах? — Парировал чародей, на что Валтор лишь осклабился и сделал ещё пару глотков. Ленар украдкой глянул на Блум. — Когда ты ей скажешь? — О чем ты? — Не притворяйся, Валтор. Когда скажешь ей, откуда в ней сидит демон? — Реликс. Вирус Даркара. Она и так понимает. Ленар расхохотался. — Поразительно, как ловко ты разрушаешь заклятье Аксанитии. Но без шуток, Валтор, когда ты скажешь девчонке? Валтор рухнул в кресло, закинул ноги на стол и допил последние капли зелья. Грохнул кубком и, причмокнув, невинно улыбнулся. — Никак в толк не возьму, к чему ты клонишь. У призраков бывает психоз? — А я вот не пойму, зачем ты, тогда, все это заварил, — Ленар развёл руки в стороны. — Вместе с возрождением Домино неизвестно, что произойдёт с тобой — то ли сгинешь, то ли получишь душу обратно. Разве не боишься? Валтор со всей серьезностью, что была, посмотрел на своего бывшего наставника. — Зато верну тебя. — Не вернёшь, — с улыбкой возразил Ленар. — Верну. — Глупец, я давно уже, и бесповоротно, мёртв. Оставь меня и реши, чего на самом деле хочешь. Только девчонке правду скажи. — Я ничего и не скрываю от Блум. — Блум? — Ленар вскинул брови. — Блум? Ты её по имени назвал? — Ну… да? — По имени?! — Ну, у неё есть имя, — повторил Валтор в замешательстве. — Нет, нет, друг мой, — Ленар улыбнулся так, словно узнал какой-то компрометирующий мага секрет, — дело в том, как имя это прозвучало из твоего поганого рта, привыкшего только к ругательствам и словам ненависти. — Ты меня сегодня буквально обложил комплиментами. — На здоровье. Ну, так что, когда это произошло? — О чем ты, бешеный призрак? — О том, что ты влюбился в девчонку. Валтор чуть было не свалился с кресла. Под раздражающий смех Ленара он оправился и бросил кубок в чародея. Если бы не колдовство, Блум наверняка бы проснулась от такого грохота. — Да что ты, блять, такое несёшь? — Однако Валтор и не заметил, как странно прорезался голос. Он что, взволновался?! А Ленар все сардонически хохотал и наслаждался тем, как постепенно разъяряется маг, тем самым лишь убеждая чародея в своих догадках. — Ты не можешь лгать здесь, — заявил чародей, — смирись. Мы оба знаем, что ты к ней неравнодушен. — Верно, — маг смотрел на него исподлобья. — Я хочу её, это правда. И я… Да блять, нет, нет! Черт тебя побери, сучья ты морда, Ленар, — прорычал Валтор, ударив кулаком по столу, — я ненавижу тебя! — Конечно, на меня любви не хватит, и так тратишь всё на эту бестию… — Все, уёбывай! — Заорал Валтор, вскакивая, точно черт из табакерки, и бросаясь в чародея свинцовыми сферами. — Ты мне в желудок уже залез, сука! Ленар громко смеялся и летал по комнате, уворачиваясь от атак мага и строя мерзкие гримаски. Он прекрасно понимал, что в любую секунду Валтор может взорваться ядерной бомбой и снести чуть ли не всю планету своей яростью. Только вот — какое ему теперь дело? — Ну так докажи, докажи себе самому, что на девчонку тебе плевать. Давай-давай, сынок, не томи, я полюбуюсь на этот сюр. Да только насквозь тебя видно, бесстыжее ты отродье. Валтор показал ему средний палец и в два шага оказался у постели. — Вставай! — Прогремел он и грубо схватил её за руку. — Вставай, я сказал! Блум испуганно вскрикнула. Плохо соображая от сна, который больше походил на летаргию, она ещё долго моргала и пыталась сфокусировать взгляд. Сердце неистово билось в груди, как от мощнейшего шока. — Пошла вон, — Валтор рванул её из постели и, когда она начала выбиваться, просто потащил за собой. — Валтор! Что с тобой? Что происходит?! — Она боялась, что он сломает ей локоть или оторвёт руку, так что решила нарочно не тормозить. — Да что с тобой такое?! Они дошли до её комнаты. Валтор толкнул Блум, а когда она попыталась снова воззвать к нему, больно сжал подбородок. — Ты… ты… — Валтор порывисто дышал и все не находил обидных, режущих слов. Чем дольше он смотрел в её огромные, до смерти напуганные глаза, тем слабее становилась его принужденная злость. В конце концов маг беспомощно застонал и отпустил Блум, позволив девушке забиться в угол. Не посмев даже украдкой взглянуть на девушку, Валтор выбросился вон.

***

Неизвестно, добивался Валтор этого или нет, но их отношения с Блум омрачились после той ночи. Между ними стоял такой холод, что кожа покрывалась мурашками и густой пар шёл изо рта. Ожидалось, что Блум устроит ему хорошую взбучку в отместку за ужасное поведение. И он был бы этому рад. Только вот фея повела себя совсем иначе. Наутро он обнаружил её медитирующей в саду. Накрапывал дождик, а она не воспользовалась ни заклинанием, ни плащом. Сидела она там, по всей видимости, больше часа — успели пропитаться влагой волосы и платье. Валтор создал над её головой невидимый барьер. Блум приоткрыла глаза и сразу же попала в Валтора. Он стоял рядом, одетый в темно-фиолетовый плащ. — Не стоит заниматься этим в такую погоду. — С твоего позволения, — запальчиво отозвалась Блум, — я буду медитировать там, где пожелаю. Или ты меня силой утащишь из сада? Она буквально метала глазами огненные стрелы и попадала куда надо: в горло, живот и грудь, конечно. Валтор хотел было парировать, но голос разума осторожным шёпотом напомнил, что неизвестно, какой раздражитель может возбудить в Блум тёмную энергию, с которой маг не очень-то хотел тягаться. Это и удержало его от издевки. — Если хочешь слечь с простудой, пожалуйста, продолжай. Я буду ждать тебя в бальном зале. — Нет. — Что? — Валтор остановился на полуобороте. — Сначала я приму ванну и позавтракаю. — Ровным тоном отчеканила фея, не разомкнув веки. — Ты не на курорте. — И не в плену. — На этот раз Блум посмотрела ему в глаза. Валтор долго и крепко держался за этот испытующий взгляд, но, так и не найдя подходящих слов, развернулся и ушёл. Следующим шагом бунтарки было надеть джинсы вместо платья. Он закатил глаза, когда увидел этот безвкусный свитер цвета желтой глины, вязаный да ещё и на два размера больше. Даже волосы в косу забрала. Стоит в дверях и бьет носком кроссовка пол, смотрит так, как смотрит несносный подросток, никоим образом не подвластный воспитанию даже такого строгого родителя, как Валтор. Или же наоборот — с ней он недостаточно суров? «Да уж, принцесса, — подумал он, когда она наконец направилась к нему, — как ни старайся, а за этими лохмотьями безупречность не скрыть». Валтор нарочито провёл по ней оценивающим взглядом, скрестив при этом руки. Не хотелось, конечно, давать ей очередной повод для триумфа, но как можно было сдержать негодование при виде этого? «Чертовка» За все время танцев они не обмолвились и парой слов, кроме как «нет, не так», «ногу сюда» и «давай ещё раз». Но каждый был готов вступить в схватку, до которой так и не дошло. Даже покидая зал, Блум выходила первая и с магом не попрощалась. Только кивнула «в знак благодарности за подаренный танец» и оставила после себя ароматный шлейф мускуса, светлой древесины и пачули. — Энчантикс!! Валтор снял свой плащ, аккуратно повесил его на ветку дерева, пока Блум трансформировалась. Пригладил рубашку, стряхнув воображаемые пылинки с плеч, сделал глубокий вдох носом. — Готова? Блум коротко кивнула. Готовность он увидел в её хмуром взгляде и сжатых кулаках. Если б могла, наверное, сломала б ему челюсть. — Начнём, — у него засветились глаза. Рука в кожаной перчатке вытянулась вперёд, набирая из воздуха сгустки негативной энергии. Блум не смогла бы напасть, пока маг напитывался силой, так как любая атака была бы с лёгкостью поглощена. Остаётся быть бдительной — и со скоростью света защититься от удара. Блум вовремя скрестила перед собой руки, создав огненный щит, когда из тёмного круга резко выбросилась энергия. Эта стрела была столь сильной, что Блум еле удерживала щит. Она зарычала, твёрдо упираясь ногами в землю, но Валтор не собирался подыгрывать. Блум чувствовала, как начала пятиться, зарываясь по щиколотку в землю. Если сдастся — стрела отбросит её на несколько метров. Не боли боялась — боялась приправить эго Валтора. Ну, вот уж нет… Блум зажмурилась, взывая ко всем источникам силы, что были в теле, и, когда кожа её загорелась, с великой мощью отбросила щит так, что он вдавил струю энергии обратно в Валтора. Упала на колени, надышалась (как же в горле пересохло!) и быстро поднялась. — Ещё? — Блум развела руками. Оправившись, Валтор элегантно поклонился фее и сказал: — Ваша очередь хвастаться, принцесса. — Не зови меня так, — проворчала Блум, но на таком расстоянии Валтор мог лишь догадаться по губам, что за слова она произнесла. Она взмыла вверх и приготовилась в самом деле «похвастаться» тем, чем её наградил Великий Дракон… Обоим казалось, что бой их длился целую вечность. Один пытается сбить другого — и всё тщетно. Две сильнейших существа: одна — Свет, другой — Тьма. И оба знают, что ни один из них не выйдет победителем из этой тренировочной битвы (постепенно переходящей во что-то более серьёзное, чем проверка на прочность друг друга как волшебников). Как бы Блум ни злилась — причинять вред Валтору она не хотела. Как бы Валтор ни старался обмануть самого себя — Блум не будет страдать из-за его руки. Но насколько они глупы, о Мерлин!.. Блум не понимает, на кого злится больше — на себя или на Валтора? На Валтора за то, как он поступил с ней вчера, а на себя — за непристойную слабость. За то, что… за то, что она… вообще могла к нему что-то почувствовать. А Валтор? Да, он хотел доказать Ленару вчера, что Блум для него ровным счётом ничего не значит — и только облажался. Как он облажался! Помнит, как вернулся в спальню, а хитрый, наглый призрак встречает его аплодисментами: «Браво, идиот, теперь я вообще не сомневаюсь в том, что ты влюблён в девчонку». Дьявол, он был готов порваться на кусочки — и как это жалко! Жалко, потому что отреагировал подобно сопливому мальчишке — слабому, тщедушному и бесхребетному мальчишке. И ведь гордыня так велика, что попросить прощения представляется чем-то фантастичным. Просто нереальным. Мало того, что хотелось задушить это в своей памяти, стряхнуть, как гнусную букашку с ботинка и раздавить, так пришлось бы соглашаться с тем, что поступил-то он отвратительно. А значит… значит… принять то, что он действительно… В это самое мгновенье, когда оба лихорадочно размышляли каждый о своём и, к собственному ужасу, приходили к личным выводам, в это самое мгновенье все завершилось: Валтор ослабил сопротивление, ибо осознание пронзило его глубоко в грудь, а Блум, забывшись, обрушила на мага энергетический поток. Валтор рассеянно встретил удар — и пал. Врезался в дерево, чуть шею не сломал. А, неважно… лучше б сломал и тогда… Блум метнулась к нему. — Валтор, — шептала Блум, не смея дотронуться до него, — я не… не хотела так… Он держался за плечо и все пытался хотя бы на бок перекатиться, но даже наималейшее движение заставляло скулить. — У тебя кровь… Блум судорожно сглотнула и, прикрыв на секунду глаза, взмахнула крыльями так, чтобы активировать волшебную пыльцу. Сорвала с крыла крохотную сердцевидную бутылочку и уже было поднесла к Валтору, как тот истошно зарычал: — Нет! Убери! Блум остановилась и в недоумении раскрыла рот. Слова растворились на кончике языка. Смутная мысль забежала, все объяснила. Блум сжала бутылку в кулаке, и та лопнула. Разжала, рассыпав пыльцу на траву. Валтор на неё упорно не смотрел. Только рвано дышал через поджатые губы. Блум поднялась с колен, сбросила Энчантикс и, взглянув на Валтора в последний раз, направилась к замку. «Так тебе и надо».