Тёмный и светлый

Вредный эльф, приставленный к Марволо, вечером оповестил об ужине в королевской обеденной. Размером она оказалась с обычную небольшую комнату и, похоже, в ней принимали пищу только близкие или же лично приглашённые гости. Из плюсов Марволо сразу мог отметить отсутствие ярких цветов. Тона сдержанные. Посуда со столовыми приборами и те сделаны из серебра, а не золота. — Отец, — принц поприветствовал короля, что явился на ужин первым, с учтивым поклоном. — Здравствуй, Марволо. Как тебе здесь, во дворце? После приветствия чёрный принц сел по правую руку. Как и всегда садился на приемах. — Привыкаю. — Рад за тебя. Если начнут болеть глаза, закапай росой — придут в себя, — посоветовал отец, по себе помня, как часто приходилось использовать лечебные средства от непривычки. — Что-то Годрик запаздывает. На него непохоже… — Могу я спросить, отец? — совет Марволо принял к сведению молчаливым кивком, но стоило родителю затронуть тему о короле здешних земель, возросло сильное любопытство с нехорошими подозрениями. — М? — Почему ты никогда не говорил о Годрике Гриффиндоре? Сколько веков наше королевство не контактировало с красными? Ещё ведь до моего рождения. Так почему вдруг ты решил женить меня на сыне Гриффиндора? Салазар вздохнул. Он знал, что у сына будут вопросы, но не был к ним готов. Впрочем, виду не показал. — Он мой старый друг. Но распрощались мы не самым хорошим образом. И не общались очень много лет. Поэтому я и не рассказывал о нём. А недавно мы снова начали переписываться. Поскольку я давно его знаю, решил, что лучше образовать союз с ним, чем с кем-то, кого совершенно не знаю. — Полагаю, мне не стоит спрашивать, что между вами случилось, если уж разрыв оказался таким долгим? — Ты прав. Это неприятная тема, — согласился Салазар. Говорить об этом он не желал. Массивные двери открылись по велению магии, и зашёл тот, кого так долго ждали. Вместе с юным эльфом, в котором Марволо, к огромному своему удивлению, узнал утреннего эльфёнка, что совершенно не следил по сторонам. — Простите за задержку, дорогие наши гости, — с виноватой улыбкой заговорил Годрик. — Здравствуйте, — немного неловко поздоровался юный эльф, садясь на своё место. Белая кожа резко контрастировала, что с чёрным, что с красным. Увидев Марволо, он смущённо отвёл зелёные глаза, узнав того, кого нечаянно толкнул сегодня. Да и смотрел красивый эльф на него слишком долго. Откровенно долго. Смотрел и молчал! Становилось неловко… — Салазар, Марволо, — обратился к тёмным эльфам Гриффиндор, — позвольте вам представить моего единственного сына — Гарриэль. Гарриэль, перед тобой король чёрных эльфов — Салазар Слизерин и его наследник — принц Марволо Слизерин. — Очень приятно. Вот уж не думал, отец, что ты настолько дружелюбен, что у тебя есть знакомые тёмные эльфы, — хихикнул Гарриэль, восхищённо оглядывая гостей. В своё время он лишь читал и слышал о них, но никогда не видел вживую. — Да, дружелюбие твоего отца всегда было на высшем уровне, — согласился Салазар, а сам глянул на Марволо. Хотел увидеть его реакцию на прелестного сына своего друга. Но по выражению его лица сложно что-то сказать. Одно Салазар понимал точно — заинтересованность есть. Иначе бы не смотрел так пристально. — В первую нашу встречу вы бежали со всех ног, юный принц, не замечая никого, кто мог стоять на пути, — наконец заговорил Марволо, и выбрал не сухую, правильную интонацию, а насмешливую, с легким осуждением, — а теперь опаздываете. — Прошу простить за то, что толкнул тогда. И за своё опоздание, — виновато улыбнулся светлый принц. Ему искренне было неловко представать перед гостями отца невоспитанным простаком. — При возвращении во дворец я упал с лошади. Мне потребовалась помощь лекаря. — Горе моё, — вздохнул Годрик, — сколько раз я тебе говорил, не трогай Урагана. Он совершенно неуправляем и не поддается командам. — Нет, теперь он слушается. Я смог его объездить, — возразил Гарри. — Стремя на скаку оторвалось, потому и упал. — Неуправляемый ребёнок, — покачал головой Гриффиндор, обращаясь к Слизерину. Слуги начали заносить горячие блюда, стоило королю объявиться. До этого на столе находились лишь холодные закуски. — Понимаю, — хохотнул Салазар, не понаслышке зная, что такое дитя-непоседа. — Держать клинки подальше от Марволо в детстве было из разряда невозможного. Услышав про клинки, Гарри заинтересованно посмотрел на чёрного принца. И хотел бы тот сказать, чтобы не упоминали, каким он был в детстве, но дело бесполезное. Отца так просто не остановить. Поймав на себе взгляд светленького принца, Марволо вдруг подмигнул ему, на что получил лукавую улыбку в ответ. Юный Гарриэль явно питал к нему интерес, но не тот, с которым на Марволо смотрели желающие разделить постель. Этот интерес искренен, чист и бескорыстен. И потому непривычен. Пока взрослые вели беседу, они продолжали молча друг на друга смотреть, принимая вызов под названием: «Кто первый отведёт взгляд». Забавно было играть в подобные игры. Не многие могли так долго смотреть ему в глаза. Да и сам он не видел желания долго засматриваться на кого-то. Разве что на врага. Когда прямой взгляд может стать острее клинка. Только любопытство позволяло Гарриэлю не бояться смотреть на гостя, несмотря на огромное количество весьма неприятных слухов о тёмных эльфах. Большая часть — порождение невежд и трусов. Например, рассказы о том, что тёмные принимают звериный облик и совсем себя не контролируют, от чего могут причинить вред невинному. Не может такое быть правдой. Их второй лик пугающий, но не более. Разум при этом не отключается. Вспоминая подробности, уже к середине ужина Гарри задался вопросом, которым, по идее, должен был задаться с самого начала: — Отец, ты обычно не знакомишь меня со своими гостями. А тут не только познакомил, но и пригласил к ужину. С чего вдруг? Не то, что бы я против, просто удивлён. — О, на этот вопрос я тебе отвечу, — Годрик отвлекся от разговора с Салазаром и взглянул на сына, совершенно беззаботно улыбаясь. — Дело в том, что скоро у нас состоится свадьба. Юный эльф захлопал глазами в удивлении, переваривая новость, и вдруг его лицо просияло. Улыбка, яркой звездой вспыхнула на беленьком лице. — Вы женитесь?! — спросил он, обведя взглядом двух королей. — Как здорово, отец! Выражение лиц двух королей было бесценным. Марволо тихо фыркнул и сумел скрыть эту несдержанность за кубком вина, тогда как его отец и Гриффиндор выглядели ошарашенными. А в голубых глазах отца Марволо уловил неожиданно… смущение? После чего он перестал ухмыляться. — Нет, Гарриэль, не так. Речь идёт о вашей свадьбе. О твоей и Марволо. В головке юного эльфа начала происходить работа мысли. И то, как он хмурился, уже вызывало подозрение. — Вы уверены, что это мы должны жениться, а не вы? Принц Марволо, конечно, очень красив, но мы друг друга не только не любим, но и не знаем. А вы, похоже, знаете друг друга давно. Почему не жениться вам? Так же гораздо удобнее. — В этом нет никакой проблемы, — ободряюще улыбнулся Годрик, — у вас будет время познакомиться и узнать друг друга поближе. Мы же с Салазаром, — красный эльф прервался и глянул на свою любовь, словно извиняясь за следующие слова, — не можем быть вместе. — Это ещё почему? — непонимающе возразил белый эльф. — Чем вы хуже? Марволо интерес будущего жениха подхватил, но не в плане свадьбы. Его заинтересовала ситуация с отцом и правителем красных эльфов. Не зря он затрагивал тему пару минут назад, желая узнать у отца подробности. Выходит, их связывала не просто дружба. И будь Марволо проклят, если это не так. Эмоции их выдавали. Сначала взгляд отца, теперь Гриффиндора. — Если Годрик позволит, скажу так, — начал Салазар, видя, насколько ему неудобно отвечать на вопрос. Им обоим больно вспоминать причину разрыва, — задолго до вашего рождения, у нас была такая возможность, но, к сожалению, мы не могли ею воспользоваться из-за политических неурядиц. Теперь же этой возможности нет. Вот оно! То самое, за что принц тёмных эльфов вцепился, словно хищник. Глаза полыхнули багряным огнём. — Отец, — обратился он с пробирающей интонацией, — почему ты сразу не сказал? — Я не хотел говорить об этом вообще, — одним взглядом Салазар осадил сына в своём стремлении докопаться до дел давно минувших дней, а после тяжело вздохнул. — Однако, смотреть на то, как Годрик не может найти для сына слова — оказалось сильнее. Гарриэль недоверчиво смотрел на взрослых. Их трудно понять и после объяснений. Почему сейчас они не могут быть вместе? Возможно, в прошлом у них были серьёзные проблемы, но сейчас ведь всё хорошо! Если только у короля тёмных эльфов уже нет избранника. Или избранницы. Что же с матушкой принца Марволо случилось? По идее, она должна присутствовать на смотринах. А возможно… — Кажется, я понял. Не имея возможности быть вместе по-настоящему, или же считая так, вы решили женить нас и быть друг другу хотя бы сватами. Красота, нечего сказать. — Нет, сынок, — Годрик растерялся, услышав версию юноши. — Это не так. — А ты разубеди меня, — изумруды глаз пытливо и недоверчиво вгрызлись в отца. Давление со стороны сына никогда ещё не ощущалось так сильно. Годрик знал, характер у Гарриэля непростой, он лишь со стороны мог казаться милым, кротким юношей без амбиций. На деле всё иначе. Если чего-то он желал добиться — добивался. Король красных эльфов прикрыл глаза рукой. Встреча с Салазаром уже разбередила старые раны. А теперь ещё объясняться… — Мы хотим союза. Ваш брак скрепит наши народы. Мои отношения с Салазаром в прошлом. И хватит об этом. Разговор окончен. — Ну уж нет, — юный эльф отказался закрывать тему. — По-моему, вы даже друг с другом ещё не закончили. А я не смогу спокойно смотреть на Его Величество, зная, что мой тесть имел все шансы стать моим отцом, а Его Высочество, соответственно, братом. Это уже не брак, а чехарда! Марволо единственный, кто спокойно приступил к еде, несмотря на неприятную тему. И чем больше светлый эльф допытывался до отца… нет, до обоих королей, тем сильнее он привлекал. Принц тёмных разглядел в белом принце, сидящим напротив него, другую сторону. И она определенно ему нравилась. Даже слишком. — Ваше Высочество, ваш брак был моей идеей, — попытался разъяснить Салазар так, чтобы не подставлять Годрика своими ответами. — Я счёл, что Марволо давно нужно остепениться и создать семью, но искать невесту или жениха где-то на стороне больно хлопотно. А зная о том, что у моего хорошо знакомого друга есть сын, да ещё и со светлым королевством в качестве приданого, так и вовсе идеально. — Я посмотрю, повторите ли вы свои слова, когда дойдёт до раздела трона, — иронично улыбнулся Гарриэль. Тему по распределению полномочий между королями двух объединённых государств он хорошо разобрал с учителем. Буквально месяц назад. — Очевидно ведь, кто из нас станет старшим супругом, — влез в разговор Марволо, нахально улыбаясь. — То, что ты раньше вышел из утробы — ещё не показатель, — ехидно ответил парень, заедая кусочком мяса. — Но является основой. — Ну, попробуй сказать мне это, когда я буду объезжать тебя в супружеской постели, — хихикнул светлый эльфёнок, заливаясь румянцем от своих не самых приличных слов, но ни капли о них не жалея. Это видели все. Особенно Годрик, ошарашенно схватившийся за голову от услышанного. Салазар же отчаянно скрывал смех за бокалом вина. А Марволо ухмылялся. Удивление быстро сошло с его лица. Определенно, этот бриллиант он не мог оставить без внимания. Сначала белый принц понравился внешне, пускай встретились они не самым приятным образом, а теперь и характером далеко не простым. Слова Гриффиндора также всплыли в памяти — непоседа, любитель поискать приключения, и весьма дерзкий. Но его внешняя невинность это тщательно скрывала. Такой эльфёнок мог стать хорошим тёмным. — Давай оставим это между нами. Не стоит смущать отцов. — Они ещё и не так смутят, — фыркнул Гарри. — Теперь мимо покоев отца я буду буквально пролетать, дабы не услышать ничего лишнего. Ностальгия ведь порой может налететь неожиданно, правда, папа? Салазар возблагодарил Радугу за то, что на тёмной коже стыдливый румянец не видно. Иначе все бы поняли, что он совсем не против такого поворота. — Годрик, твой сын просто… — и слов не находилось, чтобы описать «чудо». Вгонял в ступор, смущал, выбивал из колеи. А ведь при первом появлении таким хорошеньким и скромным с виду показался. — Чудо, — словно услышал мысли отца Марволо. — Теперь я жажду узнать тебя поближе, дорогой жених. Юный светлый эльф сочетал в себе всё нужное, чтобы не дать Марволо заскучать. А ведь именно из-за скуки он так часто сменял своих наложников. Попросту надоедали. И отец это хорошо знал. — Прошу извинить, Гарриэль порой бывает… — подобрать слова, чтобы описать сына, не получалось. — Тёмным? — вновь подхватил Марволо, бросив меткий взгляд на Гриффиндора. — В нём явно прослеживается наша природа. — Моя пра-прабабушка согрешила с тёмным наложником. Это считается? — спросил юноша, отпив глоточек вина. — Вполне. Но у нас в роду не было смешения. А могло бы случиться три сотни лет назад, — с тонким намеком принц тёмных взглянул на своего правителя. — Вот ты это и исправишь, — вернул ему намёк Салазар, отхлебнув ещё вина. Несмотря на темы, поднимающиеся во время разговора, ему нравилось, что он вообще происходит, а не стоит на месте из-за того, что никто не в силах преодолеть молчание. Дети так точно увлеклись беседой. Что со стороны своего сына, что со стороны Гарриэля, Салазар видел неподдельный интерес. Это ли не радость? Однако, покоя не давал Годрик, который замолчал и выглядел задумчивым. Или правильнее сказать, опечаленным. Пообещав себе поговорить после ужина, Слизерин продолжил наблюдать за принцами, что продолжали шутя пикироваться, тем самым узнавая друг друга лучше. Они, родители, не смогли быть вместе. Но, возможно, их дети смогут соединить то, что так долго было порознь.