По зову ДУШИ

‒ Ого, ‒ выдохнула я, когда увидела открывшийся сказочный пейзаж. Междометие вылетело изо рта и, обратившись в пар, повисло в воздухе, заморозившись в нем. Меня окружал снежный лес. Деревья с голыми стволами выстроились в длинный ровный коридор, тянувшийся в неизвестность. Впереди витала дымка, за которой скрывался мой путь. Помимо этого, на голову сыпался мелкий снег, покрывающий и так заметенную землю. Он летел нерушимым водопадом, яростно и легко. Под ногами хрустел снег да такой твердый, что по нему можно кататься на санках, не рискуя провалиться на полметра. Давно не видела таких зим. Хотя, их почти и нет в нашем регионе. У нас всю зиму идут дожди и дует пронзительный ледяной ветер. Я видела снег, когда ездила в горы в Норвегию. Это самые яркие воспоминания моего детства. Несмотря на то, что до ужаса не выношу холод, я любила такую зиму, потому что чувствовать запах мороза вперемешку с печным дымом – это лучшее, что можно себе представить. Можно сказать, что у меня возник детский восторг, бушующий в пустой бутылке. Я рада, что все еще могу что-то чувствовать, кроме того надоевшего вакуума в душе, а эмоции, возникающие в моей жизни, были потоками ветров, поселившиеся во мне на краткий срок. По крайней мере чувствовать окружающий здесь мороз я еще очень хорошо умею. Появилось ощущение, как на моих волосах начал расти иней. Проведя рукой по голове, я избавилась от неприятного ощущения и решила идти дальше, потому что окоченеть на таком холоде и умереть от переохлаждения у меня не входило в планы. Хм? Что это за куст? Я отодвинула колючие ветки, припорошенные снегом, и заглянула вовнутрь. На меня смотрел глазок камеры, следящий за каждым движением. Я наклонила голову, и прибор повторил действие, немного сместившись в сторону. Я невольно выругалась. Кому понадобилось расставлять камеры по всему лесу? Да, я твердо уверена в том, что он напичкан камерами, которые следят за всем происходящим, потому что с одной мало проку. Возникли соответствующие два вопроса: кто и зачем? Вскоре снег остановился, решив, что на сегодня хватит заметать следы. Оглядываясь по сторонам, я видела за стволами деревьев густые тени, за которыми можно легко спрятаться. Хорошее место для игры в прятки, тебя точно никто не найдет среди сосен и елей. Я старалась максимально расслабиться, как рекомендовал отец-викинг когда-то, чтобы тепло лучше распространялось по телу, но у меня не сильно получалось. Особенно когда спиной чувствуешь, что за тобой следят. Я обернулась и внимательно осмотрелась. Ощущение слежки исчезло, стоило мне просканировать свободное от деревьев пространство. Первое впечатление о сложившейся сказке стало постепенно улетучиваться, сменяясь настороженностью. Что-то мне здесь не нравится. Точнее, нравится, а еще сильнее, когда никто не буравит мою спину. Я сжала палку и приготовилась на случай внезапного нападения. Мир, в котором я живу, заставил выработать привычку осматриваться по сторонам и относиться ко всему с опаской. В моем случае это было обязательным условием, чтобы выжить, потому что после школы меня поджидали не самые приятные знакомства. Теперь это объясняет, почему я таскаю везде нож. Он пригодился только тогда, когда нужно было перерезать леску и другие легко (и не очень) режущиеся материалы, а вот на практике против людей мне не приходилось его демонстрировать. Это к лучшему. Все же как бы ко мне ни относились, я изо всех сил старалась оставаться доброй, потому что иногда этого бывает достаточно. Ненависти и так много в мире, она плодится из-за людей, у которых не все очень хорошо в жизнях. Накопившаяся боль заставляет их передавать ее как эстафету, все больше и больше нанося урон и поражая целые легионы. Становилось страшно видеть, как за несколько десятков лет мир стал еще жестче и мрачнее. Насилие, теракты, войны – все это наполнило и переполнило нашу планету. Мне нестерпимо хотелось сойти с нее и больше не касаться ее ногами. Они буквально по колено в крови невинных людей. Жизнь много раз тыкала носом в то, что нужно становиться всеми, чтобы хоть как-то выжить. Отец, после моих рассказов, часто говорил, чтобы относилась жестче к тем, кто меня обижал, давала сдачи (что и было поначалу), иногда лично проводил воспитательные беседы (а вот вы и вычислили папину дочку) с моими одноклассниками. Но это было в младших классах, а сейчас это бесполезно. Став старше, они установили свой свод правил, одним пунктом из которых был – «игнорируй и трави». Я не рассказываю родителям, что происходит в школе, чтобы меньше впутывать в эту темную историю. Уже не маленькая, сама разберусь. Из-за возникших в голове не очень веселых и светлых воспоминаний я не увидела лежавшую на пути палку, через которую почти что споткнулась. Восстановив утраченное равновесие, я окинула ее изучающим взглядом. «Это крепко выглядящая ветка. Она слишком тяжела, чтобы ее поднять», – произнес голос. В который раз задавалась вопросом, не стала ли я после падения шизиком? Тяжела, говоришь? Я попробовала ее поднять, но она даже не сдвинулась с места. Да ну не, ну не может такой дрючок весить тонну! Его точно приклеили к снегу суперклеем, чтобы никто не стырил. Оставив палку в покое, я продолжила путь под стук зубов. Тут чертовски холодно! Мне одного сильного дуновения ветра хватает, чтобы тело пробила дрожь! Вдруг раздался оглушительный треск, как гром, прокатившийся по тихому лесу. Я вздрогнула и почувствовала, как противными мурашками по спине пополз скользкий холод. «Ну к черту, я сваливаю», ‒ окончательно решила я и перешла на бег. Ноги утопали в снегу, замедляя продвижение. Сердце забилось быстрее, гоняя немного заледенелую кровь по венам, а вот ДУША, в отличие от нее, умиротворенно стучала в грудь. Странное ощущение, когда в грудной клетке стучат два сердца, не находите? После бега я перешла на быстрый шаг. Когда прошла дальше, то увидела, что из тумана выныривало странное строение. Э… Что это? Это были деревянные колонны, висевшие над пропастью, которые должны были играть роль забора, но между ними было достаточно пространства, чтобы беспрепятственно продолжить путь. Осмотрев странное строение, я обратила внимание на деревянный мост, не внушавший особого доверия. Пока я собиралась духом, чтобы перейти его, сзади раздался чей-то очень низкий, бросающий в дрожь, голос. Руки рефлекторно сжали палку, приготовившись к атаке, но вовремя сдержала порыв. Это всего лишь голос, а не удар кирпичом по голове. ‒ Ч Е Л О В Е К, ‒ обратился ко мне он. Я сжалась, прижав палку к себе. Сердце забилось быстрее, ДУША только-только очнулась и как-то радостно подпрыгнула, прильнув к позвоночнику. – Неужели ты не знаешь, как встречать нового приятеля? Повернись и пожми мне руку. Сделав вдох и медленный выдох, я с опаской обернулась. Свет скрылся за внезапно появившимися тучами, поэтому силуэт находился в тени. Он был ниже меня на голову, но по голосу я бы не сказала, что это ребенок. По очертаниям «новый приятель» был похож на человека, что немного обрадовало. Значит, есть кто-то, кроме меня, застрявший здесь? Мне была протянута ладонь. Я очень сомневалась, но все же медленно пожала руку в знак приветствия. Раздался странный звук, что от внезапности подпрыгнула. В один миг солнце выглянуло из-за туч, и первые лучи упали на стоявшего че… Я остолбенела. Рука, державшая палку, ослабила хватку, что едва не выронила оружие. Сердце на секунду замерло, а ДУША, наоборот, только сильнее завертелась в груди. «Скелет в синей куртке? Скелет в синей куртке!» ‒ мысленно воскликнула я, воззрившись на «нового приятеля» в лице монстра. Несколько раз похлопав глазами и удержав на месте челюсть, ко мне пришло убеждение, что это все правда. Это был скелет низкого роста, но странного телосложения. Череп, который люди привыкли видеть в музеях и учебниках по биологии, очень отличался от природного. Острые углы сглажены, круглое «лицо» выражало дружелюбие. Улыбка, неестественно растянувшаяся на черепе, казалась безобидной, но, заглянув в глазницы, в которых застыли необычные белые зрачки, мне не очень понравилось то, что в них было. В желудке что-то завязалось на крепкий узел и больно стянулось. Телосложение на вид широкоКОСТНОЕ, что не могло соответствовать биологическим принципам. Ладно, допустим, этот эффект создала одежда. Одет, как я указывала ранее, в синюю куртку, белую футболку, черные шорты (как раз по погоде, чувак, хотя, ты же скелет, тебе холод не страшен, в отличие от меня), на которых по бокам были белые линии, и милые розовые тапочки. Я еще сильнее удивилась такому прикиду, но потом позволила себе на секунду умилиться обуви. Забавный парень. ‒ Хе-хех… старый трюк с подушкой-пердушкой в руке, ‒ сказал он уже не таким пугающим голосом. Он был спокойным, как и сам его обладатель. – ВСЕГДА смешно. ‒ Кто бы сомневался, ‒ мы разжали руки, и скелет спрятал кисти в карманы. Я держалась немного отстраненно. ‒ Ты же человек, верно? ‒ спросил он и получил кивок на это. Его улыбка неизменно находилась на лице. – Вот умора. Моя бровь изогнулась в знак недоумения. А в чем прикол? В том, что я должна быть привидением или СКЕЛЕТОМ (не смешно) после падения? ‒ Кто ты? ‒ Я Санс. Скелет Санс, ‒ представился он. Его улыбка… она всегда такая на его лице? Такая… широкая? Мне было немного не по себе, когда смотрела на Джеффскую улыбку. – По идее, сейчас я должен смотреть, есть ли тут люди. Но… знаешь… ‒ скелет пожал плечами. – Меня это особо не волнует. «Ну, ок, приятель. Если так, хоть ты не будешь гоняться за мной, как те монстры в Руинах», ‒ мысленно поблагодарила я, но, услышав следующее, снова наполнилась мрачными мыслями. ‒ Но вот мой брат, Папирус – он человеко-охотничий ФАНАТИК, ‒ Санс выделил последнее слово, подчеркивая всю его значимость. ‒ Он хочет меня прибить, как дичь? – уточнила я. Санс прищурился, а улыбка стала чуть шире. – «Так вот как ты на самом деле улыбаешься». – заметив изменения в облике, заключила я. ‒ Нет, он не желает никому зла. Папирус хочет изловить тебя и доставить живой, ‒ объяснил Санс. Конечно, это не облегчило данного положения. Как бы то ни было, охота – она везде охота. ‒ Эй, вообще, я думаю, это он вон там. Я быстро обернулась в поисках предполагаемого брата Санса. Отсюда вряд ли что заметишь, но, если присмотреться, вдали можно уловить какое-то движение. Хоть, как сказал Санс, Папирус не хочет моей смерти, но желание быть пойманной тоже не льстило. ‒ У меня есть идея. Пройди это подобие ворот, ‒ посоветовал скелет, кивнув в сторону сомнительного моста. ‒ А он безопасен? – я решила удостовериться. Санс невозмутимо ответил. ‒ Да, он прочен, как и все мои КОСТИ, ‒ подмигнул он, вызвав снисходительную улыбку на моем лице. – Мой бро сделал брусья слишком широкими, чтобы хоть кого-то остановить. ‒ Он все равно молодец, ‒ похвалила я брата Санса, когда мы вдвоем переходили мост. Придя быстрым шагом на новое место, я рассматривала деревянный сторожевой пост и бирюзово-фиолетового цвета лампу. Это типа замена фонарного столба? Это на секунду рассмешило. ‒ Быстрее, за эту походящую по форме лампу, ‒ Санс несильно пихнул меня к названному объекту. Чувак, прости, но я уже не в том возрасте, чтобы прятаться за ней, тем более он сразу увидит меня, потому что Папирус будет смотреть в упор. Он же не настолько слеп, я предполагаю? Мне ничего не оставалось сделать, как быстро минуть лампу и рыбкой нырнуть в сторожевой пост. Не, ну а что? Оттуда открывался хороший вид, ты всех видишь, а тебя – нет. Глаза увидели огромное количество красных упаковок из-под кетчупа и несколько журналов, на которых были изображены машины. Ладно, некогда тут все сканировать, я уже слышу шаги! Как только я заняла удобное место под столом и прильнула к дыре в дереве, в этот же момент появился брат Санса. ‒ Че как, бро? – поздоровался Санс. Внимание, приготовьтесь затыкать уши. Я вас предупредила. ‒ ТЫ ЗНАЕШЬ, «ЧЕ КАК», БРАТ! – почти крича, ответил Папирус. Ого, он так громко говорит, что сначала можно подумать, словно брат наехал на Санса. Прочистив уши, я снова скривилась от крика. – УЖЕ ПРОШЛО ВОСЕМЬ ДНЕЙ, И ТЫ ДО СИХ ПОР НЕ. ОТКАЛИБРОВАЛ. СВОИ. ГОЛОВОЛОМКИ! Прижавшись к «глазку», я смогла рассмотреть Папируса. Он и Санс были противоположностями. Папирус имел очень высокий рост, около двух метров, носил ярко-оранжевый шарф, который как плащ спускался по спине. Также оранжевыми были большие перчатки, высокие ботинки, доходившие почти до колен, синие э… шорты? И белый нагрудник. Папирус был похож на рыцаря из сказок при таком обмундировании. ‒ ТЫ ПОСТОЯННО ТОРЧИШЬ ВНЕ СВОЕГО ПОСТА! ЧЕМ ТЫ ВООБЩЕ ЗАНИМАЕШЬСЯ?!?! – возмущался он. Похоже, теперь понятно, кто из них трудяга. ‒ Пялюсь на пост. Очень клево. Хочешь взглянуть? – обрывками говорил Санс, косясь в мою сторону. Я сделала возмущенный вдох и забилась в самый темный угол поста. Папирус в этот момент разозлился и стал громко топать ногой, как пятилетний ребенок, устроивший бунт среди игрушечного магазина. Я почувствовала, как подо мной дрожит снег. Ничего себе силища! ‒ НЕТ!! – возмущенно отрезал он. – У МЕНЯ НЕТ НА ЭТО ВРЕМЕНИ!! ЧТО, ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК ПРИДЕТ СЮДА?!? Я ДОЛЖЕН БЫТЬ ГОТОВ!!! Я СТАНУ ИЗБРАННЫМ! Я ДОЛЖЕН СТАТЬ ИЗБРАННЫМ! Ого, вот это амбиции. ‒ Я ПОЙМАЮ ЧЕЛОВЕКА! – Папирус словно дал клятву и, перестав сотрясать половину Подземелья (мне так казалось на тот момент), принял героическую позу, сделав горделивое лицо. Сзади него захлопал шарф, эффектно развеваясь за спиной. – ЗАТЕМ, Я, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС, ПОЛУЧУ ВСЕ, ЧЕГО Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЗАСЛУЖИВАЮ! – он принялся загибать пальцы и кружить по полю, перечисляя. – ПОЧТЕНИЕ… ПРИЗНАНИЕ… НАКОНЕЦ, Я СМОГУ ПРИСОЕДИНИТЬСЯ К КОРОЛЕВСКОЙ СТРАЖЕ! ЛЮДИ БУДУТ ПРОСИТЬ СТАТЬ МОИМ «ДРУГОМ»! Я БУДУ КУПАТЬСЯ В ДОЖДЕ ПОЦЕЛУЕВ КАЖДОЕ УТРО, ‒ я представила эту картину в голове и едва не подавилась хохотом. ‒ Хм-м, ‒ задумчиво протянул Санс, косясь в мою сторону. Так, мистер скелет, давайте обойдемся без таких оКОСТенительных взглядов, ок? – Может, этот пост поможет тебе. ‒ САНС!! ТЫ НЕ ПОМОГАЕШЬ!! ТЫ ЛЕНТЯЙ!! – по земле снова пошла рябь. – ВСЕ, ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, ЭТО СИДИШЬ И ВАЛЯЕШЬ ДУРАКА! ТЫ СТАНОВИШЬСЯ ВСЕ ЛЕНИВЕЕ И ЛЕНИВЕЕ С КАЖДЫМ ДНЕМ!! ‒ Эй, полегче, ‒ Санс притормозил Папируса, не дав договорить порцию возмущений. – Я выполнил тонну работы сегодня. СКЕЛЕ-тонну. Ба-дум тсс! Санс принял комичную позу, но и без нее было смешно. Я проглотила смешок. По ногам прошелся мороз, вызвав легкую судорогу. Поменяв позу, я быстро прильнула к «глазку», продолжив наблюдение. ‒ САНС!!! – заверещал недовольный Папирус. ‒ Да брось. Ты улыбаешься, ‒ приободрил Санс, продолжая улыбаться. ‒ ДА, И ЭТО МЕНЯ БЕСИТ! – хмыкнул высокий скелет, протестующе скрестив руки. Потом он опустил их и приложил кисть ко лбу, потирая его. ‒ ЭХ… ПОЧЕМУ КТО-ТО ТАКОЙ ВЕЛИКИЙ, КАК Я, ДОЛЖЕН ДЕЛАТЬ ТАК МНОГО, ЧТОБЫ ПОЛУЧИТЬ НЕМНОГО ПРИЗНАНИЯ! ‒ Вау, звучит так, будто ты действительно работаешь над собой ДО МОЗГА КОСТЕЙ. Ба-дум тсс! Я стерла выступившие слезы от смеха, когда старалась ржать в себя. Санс, я щас ПОМРУ от твоих каламбуров! Санс принял ту же страйк-позу, вызывая еще больший комичный всплеск. ‒ АГХ!! – гаркнул Папирус, сердито воззрившись на брата. – Я ЗАЙМУСЬ СВОИМИ ГОЛОВОЛОМКАМИ. А ЧТО НАСЧЕТ ТВОЕЙ РАБОТЫ? ЗАЙМИСЬ ЕЙ УЖЕ! «ОПОЗВОНОЧЬ» ЕЕ!!!! – Папирус громоподобно расхохотался над своей же шуткой. – НЬЯ-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!! Он развернулся и величественным шагом ушел, скрывшись за деревьями. Потом скелет резко выскочил из-за них. ‒ ХА! – бросил он и окончательно убежал по своим делам. Я облегченно выдохнула, когда закончился уморительный разговор двух братьев. Хех, они забавные, эти скелеты. Никогда не думала, что такие ребята будут комичными, учитывая факт, что скелет далеко не живое существо. Расслабившись, я облокотилась на обледеневшее дерево, почувствовав обжигающую поверхность. ‒ Ок, можешь уже выходить, ‒ позвал он. Я вылезла из-под стола и, перепрыгнув через него, подошла к Сансу. ‒ Тебе надо идти, ‒ посоветовал он. ‒ Он может вернуться, а если он вернется, тебе придется услышать больше моих уморительных шуток. – Санс подмигнул мне. ‒ Это вне сомнений, ‒ я уже развернулась, чтобы продолжить путь, но вспомнила, что забыла спросить, в какой стороне находится Сноудин. – А ты не знаешь, как добраться до какого-то городка, расположенного здесь? ‒ Просто иди по этой дороге, она выведет тебя на верный путь, – я поблагодарила его и развернулась в нужную сторону. Санс окликнул меня. – Эй, хотя… не хочу навязываться, но не могла бы ты оказать услугу? Я тут подумал… мой братец совсем приуныл в последнее время, он не видел человека ранее, и встреча с тобой сделала бы его день. Не волнуйся, он не опасен, ‒ тут же успокоил он, видя на моем лице нейтральную эмоцию, за которую принял сомнение. Санс улыбнулся. – Даже если пытается таким показаться. ‒ Ок, я не против побыть ЧЕЛОВЕКолистным клевером, ‒ согласилась я. Скелет вежливо рассмеялся и подмигнул в ответ. ‒ Миллион благодарностей. Я буду впереди, ‒ сказал он напоследок и развернулся к мосту. Э… Санс точно не ошибся, где зад и перед? Я смело зашагала вперед, пока не встретила мигающую золотую звезду. Заледеневшая ладонь коснулась сверкающего объекта и вызвала новый ФАЙЛ. «Удобство того поста по-прежнему наполняет вас @#*О&!%», ‒ в конце фразы голос пискливо резанул по барабанным перепонкам, вызвав дискомфорт. Сохранившись, я заметила, что моя подпорченная одежда в один миг залаталась! Все же эта звезда знает, что делает. Я сделала еще пару шагов и натолкнулась на яркий сундук. Вопросительно вскинув бровь и постояв в раздумии, решила осмотреть его. «Использовать сундук?» ‒ спросил голос, на что получил решительное нажатие на «Да». На самом дне я увидела потертую кожаную перчатку. Наверное, это еще одна вещь проходившего здесь ребенка. Я решила ее взять с собой. У меня уже есть лента и игрушечный нож, значит, и это тоже надо взять. Если верить Ториэль, она сказала, что я – восьмой ребенок, упавший сюда, тогда надо найти все четырнадцать вещей. Звучит так, словно собралась проходить квест, но так даже интереснее. Закрыв сундук, я осмотрелась. Пока есть время, можно побродить здесь, исследовать местность, потому что Сноудин намного больше, чем Руины. Интересно, чем сейчас занимается Ториэль? Наверное, если бы я поднялась в свою комнату, мне бы не пришлось идти по собачьему холоду, а сидела у камина с хорошей книгой. Я тряхнула головой, отгоняя эту мысль. Нет! Не стоит оборачиваться назад. Я сделала все правильно, настояв на своем. Понимая, что, помимо Ториэль и других монстров, живущих в Руинах, есть еще и другие, я не успокоюсь, пока не освобожу их. Если имеется возможность, можно дать шанс и жителям, чтобы они построили будущее наверху, нежели в том же Подземелье. ДУША резко дернулась вперед, потащив за собой и угрожая утрамбовать в снег. Я от неожиданности закрыла лицо руками, готовясь к ледяной посадке, но ничего не произошло. «Снегоцып порхает!» ‒ предупредил голос, когда мою ДУШУ вытянули на БИТВУ. Монстр не казался устрашающим, а даже милым. Большой совенок со странной перьевой короной, лицо украшал узор, похожий на снежинку. Монстр был синего цвета в белый горошек, а клюв немного изогнут, как крючок. Я быстренько вызвала панель управления, посмотрела на предложенные действия и хлопнула «Пошутить». Так, а что бы сказать? ‒ Сегодня просто обМОРОЖительный день, не находишь? – неловко смеясь, пошутила я. Снегоцып тихо хихикнул, встрепенувшись. ‒ Ха-ха, неплохо, ‒ заухал монстр и, подпрыгнув, начал активно махать крыльями. На поле возникли снежные вихри, понесшиеся прямо на меня. Ух, как здесь резко холодно стало! Ловко огибая вьюги, я смогла остаться целой и невредимой. Когда атака закончилась, Снегоцып плюхнулся на снег и внимательно осмотрел поле, словно что-то искал. «Снегоцып оценивает толпу», ‒ пояснил голос. Я обернулась, но ничего не увидела, только черную, непроглядную тьму. Э… ладно, продолжим. Я задумалась над выбором действий. У меня не так уж и много каламбуров, несущие слова «мороз», «холод» и другие да разучилась в последнее время шутить. Не то время, чтобы шутки травить, вдобавок желания особого нет. Однако сейчас нужно включить кнопку «Импровизация», если хочется выбраться отсюда. ‒ Почему у Деда Мороза красный нос? Потому что МОРОЗ красит нос! – сморозила я еще одну бредовую шутку. Снегоцып снова оценил мой каламбур, посмеявшись и кивнув. Синяя птаха подпрыгнула и, подняв крылья, стремительно опустила их вниз. Волна снега как цунами приближалась ко мне, грозясь замуровать заживо. Я отскочила в сторону, но Снегоцып решил повторить это, только сменив место атаки. Каждый взмах сопровождался снежным столбом, рискующим стать моим снежным одеялом, но не факт, что я под ним согреюсь. На благо, мне удалось пережить атаку, заодно и немного согреться, но по клацающим зубам это не скажешь. Снегоцып что-то невнятно выговорил и начал тихо щебетать, словно смеялся над сказанным. Я поняла (да без табличек я поняла, клянусь всеми бутылками кетчупа!), какую табличку следует нажать. Я выдавила тихие смешки. Снегоцып, увидев мою реакцию, несказанно обрадовался. ‒ Дерусь с тобой в «холодную» силу, ‒ проухал он и закружился, как волчок, поднимая новую снежную бурю. По крайней мере эти атаки служили стимулом не дать снегу попасть за воротник, иначе будешь еще полдня ходить и пытаться вытрусить из него талую массу. «Снегоцып обдумывает следующий каламбур», ‒ сообщил капитан Очевидность, дав понять, что Снегоцып рад найти подходящую публику. Спустя минут пять каламбурно-снежной битвы, я вышла из нее победителем. Подобрав монетки, оброненные Снегоцыпом, я устроила себе мини-экскурсию по Сноудину. Может, что-нибудь интересненькое найду.

***

‒ ИТАК, КАК Я УЖЕ РАССКАЗЫВАЛ ПРО АНДАЙН… ‒ до меня донесся отрывок разговора Папируса и Санса. Как только я оказалась на тропе, они оба резко повернули головы. Поняв, что мне придется сыграть важную роль, я замерла, так и не опустив ногу на снег. Скелеты хлопнули глазницами и стали переглядываться, бросая недоуменные взгляды. Далее произошло нечто странное: братья стали набирать обороты, явно переусердствовав с удивлением, пока не слились в синюю и оранжевую точки. Пласты снега разлетались в стороны, шлепаясь на стволы деревьев и приземляясь на их иглы, а один из них даже прилетел мне в голову! «Да, спасибо за столь прекрасный головной убор», ‒ фыркнула я, тряхнув головой. Скелеты в этот момент резко остановились. Папирус едва не подпрыгивал от шалившей радости. ‒ САНС!! БОЖЕ МОЙ!! ЭТО ЖЕ ЧЕЛОВЕК?!?!!??!?! ‒ Э-э-э-э-э… ‒ с сомнением протянул Санс, бросая взор на что-то позади меня. – Если честно, я думаю, что это камень. Я недоуменно уставилась на Санса и резко обернулась. Позади меня оказался серый камень, из ниоткуда взявшийся на тропе. Клянусь богом кетчупа, его там не было! ‒ ОУ, ‒ Папирус выглядел немного огорченным. ‒ Эй, а что это перед камнем? – воскресил надежду у Папируса Санс, шире улыбаясь. Теперь я знаю, кто на самом деле старший брат-приколист. ‒ БОЖЕ МОЙ!! – заверещал Папирус, яростно топая ногами по снегу, что снова возник фонтан брызг. Я покривилась от криков и жалобно посмотрела на Санса, который продолжал носить улыбку «А че? Я ни че». – ЭТО… ЭТО ЖЕ ЧЕЛОВЕК. ‒ Да, ‒ шепотом подтвердил Санс, кивая. Младший скелет восторженно заорал еще громче. Не удивлюсь, что его вопли слышали у выхода из Подземелья. ‒ О МОЙ БОГ!!! САНС! НАКОНЕЦ-ТО Я СДЕЛАЛ ЭТО!! АНДАЙН БУДЕТ… Я БУДУ… Я СТАНУ ТАКИМ ПОПУЛЯРНЫМ!!! ПОПУЛЯРНЫМ!!! ПОПУЛЯРНЫМ!!! Я с опаской посмотрела по сторонам, ожидая снежной лавины или камнепада, которые могли случиться из-за торжествующих воплей Папируса. Он светился ликованием и гордостью, горел непреодолимой радостью. Я слегка усмехнулась. Хоть кого-то порадую своим существованием. Папирус резко замолчал, когда поймал мой взгляд и громко откашлялся. ‒ ЧЕЛОВЕК! – торжественно обратился он. – ТЫ НЕ ПРОЙДЕШЬ!!! Я, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС, ОСТАНОВЛЮ ТЕБЯ!!! А ЗАТЕМ Я СХВАЧУ ТЕБЯ!!! ТЫ БУДЕШЬ ДОСТАВЛЕН В СТОЛИЦУ! ЗАТЕМ… ‒ Папирус не знал, как дальше описать мою красочную перспективу в будущем. – ЗАТЕМ!!! Я НЕ УВЕРЕН ЧТО ДАЛЬШЕ. В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ! ПРОДОЛЖИ… ЕСЛИ ТОЛЬКО ТЫ ПОСМЕЕШЬ!!! «Сыграю в красиво обитый бархатом ящик, потанцую на горящем огне, а потом полечу в бескрайние миры», ‒ любезно выполнила я его просьбу, скрестив руки на груди. Воспоминание о моем очередном неудачном суициде заставило вернуться к этой теме. Папирус громогласно рассмеялся, словно был злодеем (кхм, героем, прошу прощения) и, продолжая хохотать, скрылся среди елей. Как только смех стих, Санс повернулся ко мне и благодарно улыбнулся. ‒ Что же, все прошло неплохо, ‒ удовлетворенно кивнул он. ‒ Это оказалось куда проще, чем я ожидала, ‒ я подошла ближе, чтобы не говорить с ним на расстоянии пяти метров. ‒ Он же ничего мне не сделает? ‒ Не парься, малая, ‒ Санс махнул кистью. – Я буду следить за тобой своими глазницами. Подмигнув на прощание, он неторопливо последовал за братом. Я продолжила путь, пока не встретила весьма странное сооружение, отдаленно похожее на сторожевой пост. Как гласила гордо написанная карандашом надпись, архитектором столь непревзойденной будки был Великий Папирус. Хочу заметить, эти скелеты подняли мое валявшееся без инициативы настроение. Пройдя мимо предупреждающей таблички, я окинула взором хорошо сколоченную будку, в которой обязательно должна жить приличная собака. ДУША, до этого момента мирно дремавшая в груди, резко ударила под дых, заставив остановиться. Если я выйду из этого путешествия живой, даю гарантию, после него стану заикой! В этот момент медленно высунулась черно-белая мордочка, которая близоруко щурилась. Черные глаза скользили от одного края к другому, исследуя миллиметр за миллиметром. Изо рта торчала красная кость, от которой шел тонкий шлейф дыма. ‒ Кто-то двигался? Или это мое воображение? – пролаял прокуренный голос. Он втянул в себя воздух, пробуя на вкус, но вместо этого вдохнул выходящий дым. Смачно чихнув, он продолжил. – Я могу видеть лишь двигающиеся вещи. Если что-то двигалось… К примеру, человек, я позабочусь о том, чтобы он больше НИКОГДА не двигался! Замершая ДУША резко дернулась в сторону, вытянув на поле БИТВЫ. Ох, теперь надо с песелем разобраться. Ладно, думаю, что Догго ничем не отличается от простой собаки и смогу запросто договориться с ним. Я нажала «Погладить», решив, что этим он будет доволен. Моя рука потянулась к голове собаки, но она тут же дернулась назад, избежав прикосновения. Догго утробно зарычал. «Догго слишком подозрителен к Вашим движениям», ‒ голос объяснил не очень довольную реакцию пса. ‒ Не двигайся ни на дюйм! – гавкнул он и взмахнул одним из мечей, который сжимал в лапе. Его синяя копия заполнила все поле, не давая ни одного шанса на спасение. Я растерянно осмотрелась, так и не придумав выхода, как поднырнуть. Синяя волна успешно прошла надо мной, не причинив никакого вреда. «Догго ничего не нашел». Струсив прилипший снег, я снова нажала «Погладить» и, изловчившись, почесала макушку. Догго тут же превратился из бойцовского пса в лапочку. Длинный розовый язык так и мелькал из раскрытой пасти, грозясь облизать с головы до пят. ‒ ЧТО!!! МЕНЯ ПОГЛАДИЛИ!!! – изумлялся Догго и случайно от переизбытка чувств взмахнул мечом. Я не заметила идущей на меня волны, и она спокойно прошла сквозь, не нанеся никакого вреда. «Догго был поглажен», ‒ заметил голос уже довольным тоном. Это было знаком, что пора кое-кого ПОЩАДИТЬ. Вынырнув из черного поля, я стояла перед будкой и все еще гладила уже нахмурившегося пса. Быстро убрав руку, замерла, когда услышала лай, но уже с примесью восторга. ‒ Ч-ч-что-то погладило меня… ‒ бормотал Догго, задумчиво гоняя блох за ухом. ‒ Что-то, что не двигалось… Мне необходимо немного жевательных костей для этого!!! – решительно воскликнул он и нырнул под подоконник, оставив меня одну. Еще одна битва, прошедшая без каких-либо сложностей. Несмотря на стоящий здесь лютый мороз, мне нравилась эта локация.

***

Как всегда, все начинается с оглушительного голоса Папируса, который предвещал что-то весьма интересное. ‒ ТЫ ТАКОЙ ЛЕНТЯЙ!! – причитал Папирус, глядя исподлобья на Санса. – ТЫ ДРЕМАЛ ВСЮ НОЧЬ!! ‒ Вроде как, это называется спать, ‒ протягивая слова, отбил выпад старший брат. Только сейчас я заметила большое поле, очень хорошо примятое. На нем можно было натянуть сетку и сыграть волейбол, не будь здесь так холодно. Значит, предстоящее испытание будет связанно с этим странным МИННЫМ полем. ‒ ОПРАВДАНИЯ, ОПРАВДАНИЯ! – отрезал Папирус и повернулся ко мне. Несмотря на разделявшее расстояние, мне удалось увидеть возникшие искры восторга, которые скрылись в глубине черных глазниц. – ХО-ХО! ЧЕЛОВЕК ПРИБЫЛ! ЧТОБЫ ОСТАНОВИТЬ ТЕБЯ МОЙ БРАТ И Я ПРИДУМАЛИ НЕСКОЛЬКО ГОЛОВОЛОМОК! «Вау, я не против поломать ГОЛОВУ над ними», ‒ я не заметила, как сама начала каламбурить. ‒ МНЕ КАЖЕТСЯ, ТЫ НАЙДЕШЬ ЭТУ ВЕСЬМА ШОКИРУЮЩЕЙ!!! КАК ВИДИШЬ, ЭТО НЕВИДИМЫЙ ЭЛЕКТРИЧЕСКИЙ ЛАБИРИНТ!!! «Ух ты, и правда ШОКИРУЮЩИЙ», ‒ поддакнула я. ‒ КОГДА ТЫ ПРИКОСНЕШЬСЯ К СТЕНАМ ЛАБИРИНТА, ЭТА СФЕРА УДАРИТ ТЕБЯ ТОКОМ! ЗВУЧИТ ЗДОРОВО??? «Просто СМЕРТЕЛЬНО здорово». ‒ ПОТОМУ ЧТО! КОЛИЧЕСТВО ВЕСЕЛЬЯ, КОТОРОЕ ТЫ ИСПЫТАЕШЬ, НА САМОМ ДЕЛЕ, ДУМАЮ, БУДЕТ НЕБОЛЬШИМ, ‒ не очень бодрым тоном закончил младший скелет, но потом на лицо вернулась привычная энергичность. – ЛАДНО, ТЕПЕРЬ МОЖЕШЬ ИДТИ. В этот момент я подумала, что по полю прокатится перекати-поле, потому что никто не сдвинулся с места. Я с сомнением посмотрела на предстоящее испытание, ища помощи у старшего скелета. Тот продолжал стоять, спокойно смотря на меня. Выдохнув и смирившись с уготовленной участью, я сделала обреченный шаг к полю. Едва я ступила, электрическая сфера затрещала, метая фонтан искр. От неожиданности я дернулась назад и воззрилась на Папируса, по случайности попавшего в свою головоломку. Он весь заискрился, как новогодняя елка! В этот момент я переживала за него. С ним же ничего не случится, правда (ну да, он же скелет, а у скелетов нет нервных окончаний!)? Как-то высвободившись, на снегу стоял уже обугленный и дымящийся Папирус с округленными ошалевшими глазницами. Я с облегчением выдохнула, убедившись в целостности скелета. ‒ САНС!!! – заверещал он, яростно топая ногой. На елях заворошился снег, и скопленные пласты шмякнулись на землю. – ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ?!?! ‒ Я думаю, что человек должен держать сферу, ‒ предложил Санс, покосившись на меня. Моя бровь вопросительно поползла на лоб, выгнувшись в дугу. Are you serious? ‒ А, ХОРОШО, ‒ почесав обугленную черепушку, он достал из кармана сферу и широкими шагами направился ко мне. Санс хитро подмигнул, пока я не получила просветления. Папирус пошел известным ему путем по полю, чтобы дать сферу! На снегу остались глубокие следы, по которым можно спокойно выбраться из головоломки! Проделав путь, младший скелет протянул голубую сферу со словами. ‒ ДЕРЖИ ЕЕ, ПОЖАЛУЙСТА! – он ловко подбросил ее, что та полетела высоко вверх, скрывшись из виду. Пока она возвращалась на землю по закону притяжения, Папирус быстрым шагом вернулся на позицию. Я стояла, не смея шевельнуться, пока на голову не приземлился ледяной снежок. ‒ ХОРОШО, ПОПРОБУЕМ ЕЩЕ РАЗ. Перед глазами летали звездочки, но, игнорируя их, я немного шатающейся походкой отправилась в лабиринт, аккуратно ступая по вытоптанному снегу. Хорошо, что это не лабиринт Минотавра, где меня не поджидало страшное чудище, так что я предельно легко вышла из него, не загоревшись ярким пламенем. ‒ НЕВЕРОЯТНО!! ТЫ ХИТРАЯ ЗАДНИЦА!! ТЫ РЕШИЛ ЕЕ ТАК ПРОСТО… СЛИШКОМ ПРОСТО! – удивился скелет. ‒ ОДНАКО!! СЛЕДУЮЩАЯ ГОЛОВОЛОМКА НЕ БУДЕТ ТАКОЙ ПРОСТОЙ! ОНА СПРОЕКТИРОВАНА МОИМ БРАТОМ, САНСОМ! ТЫ БУДЕШЬ ПОЛНОСТЬЮ СБИТ С ТОЛКУ! Я УВЕРЕН! НЬЯ-ХА-ХА-ХА-ХА!! Рассмеявшись своим фирменным смехом, он убежал на другую локацию. Я выбросила ледяную сферу в пропасть и подошла к Сансу, чтобы переброситься парой слов. ‒ Хэй, спасибо… похоже, моему брату весело. ‒ О да, не могу не согласиться. ‒ Кстати, ты видела эту странную одежду, которую он носит? – спросил он, на что получил мой кивок. – Мы сделали ее несколько недель назад для костюмной вечеринки. С тех пор он не носил ничего другого… ‒ Санс повернул голову в сторону убежавшего брата. – Он называет это своим «боевым телом». ‒ Пф, я так изначально и подумала. Очень похоже на латы, ‒ я увидела настоящую улыбку у старшего скелета. Санс становился радостным, когда мы заводили речь о Папирусе. ‒ Чувак, ‒ обратился он. – Разве мой брат не крутой? Поняв, что на этом разговор окончен, я отправилась дальше. Так, впереди меня ждет еще несколько испытаний, которые предстоит пройти. В этот момент в желудке заворчало, сообщая, что мы ничего не ели еще с ухода из дома Ториэль. После точного анализа местности, на мои глаза попался странный монстр с ярким фургоном. Он похож на огромного кролика с синим мехом и очень длинными ушами. Монстр был одет в форму мороженщика, а это значит, что у него точно есть мороженое! Я заметила, что он очень-очень грустный. Что случилось? ‒ Не понимаю, почему никто не покупает. Сегодня идеальная погода для чего-нибудь холодного, ‒ расстроено вздыхал он, зажурившись. Я подошла к нему ближе, чтобы хоть как-то привлечь внимание. Монстр-кролик приоткрыл глаз, в котором зажглась радостная искра. – О!!! ПОКУПАТЕЛЬ!!! – воскликнул он и тут же принял жизнерадостный вид. – Привет! Хочешь немного Доброженого? Это холодное лакомство согреет твое сердце! Всего лишь за 15М! ‒ А, да, секундочку, ‒ я быстро полезла в карманы в поисках мелочи. Вынув все свои собранные скарбы, отсчитала нужное количество и положила на пушистую лапу кролика. На его лице засияла улыбка. ‒ Держи! – он открыл вагончик, вытащил оранжевое Доброженое и протянул мне. – Желаю супер-дупер дня! ‒ А можно еще? – вежливо попросила я. Монстр-кролик подпрыгнул, едва не взлетев до небес. Кажется, я сделала кому-то хороший день. В Подземелье среди монстров мне больше рады, нежели у себя в мире. ‒ Конечно! – горячо кивнул он и полез за новым Доброженым. Получив еще одно мороженое, я продолжила путь, понемногу поедая лакомство. Это Доброженое, помимо интересного сладкого вкуса имело небольшой секрет: бумажку с ободрением. Будь такое мороженое в моем городе, оно бы стало популярным, потому что за интересную фишку много кто был готов стоять в очереди. Или мне так кажется, потому что самой понравилась идея с ободрениями? Глазам открылась большая поляна, на которой находился большой ком снега. Хм? Что он здесь делает? Я из любопытства подошла к нему. Наверное, здесь кто-то делал снеговика, но так и не доделал. Я коснулась снежного шара и, к моему удивлению, он легко покатился вперед, пока не врезался в стену. Шар начал стремительно таять, как только пришел в действие. Вдали я заметила какую-то дыру, и тут меня осенило. Поедая мороженое, я, как футболист, погнала шар, твердо и точно пиная к цели. Мне удалось обогнуть заледеневшую лужу, едва не прокатившись по ней носом. Шар при продвижении становился все меньше и меньше, сообщая, что времени осталось не так уж и много. Как только передо мной появилась лунка, нога зафутболила уже уменьшенный до размера теннисного мяча сферу, пока та со стуком не попала в цель. ‒ Есть! – победно воскликнула я, довольная удачным ударом. Из лунки вылез пестрый флаг, сразу захлопавший на холодном ветру. Поняв, что игра на этом окончена, я решила продолжить путь, пока на глаза не попалась знакомая синяя куртка. ‒ Я тут подумал и решил тоже продавать сладости, ‒ огласил Санс. ‒ Неужели? – я вскинула бровь, ожидая нового подкола. – И что же ты предлагаешь? ‒ Хочешь жареного снега? – предложил он. – Всего за 5М. ‒ Ок, давай попробуем, ‒ согласилась я, нажав черную табличку «Купить». Но тут, как я и ожидала, вылез новый розыгрыш. ‒ Я сказал 5М? Я имел ввиду 50М. ‒ Ок, ‒ кивнула я, хоть и знала, что у меня нет таких денег. Санс лукаво усмехнулся. ‒ У тебя явно нет денег на такое удовольствие, ‒ окинув взглядом следящих глазниц, заметил он. ‒ Ну что ж, это не беда, ведь у меня даже не было жареного снега. ‒ Юморист, ‒ я сделала саркастичную улыбку.

***

‒ ЧЕЛОВЕК!!! – воскликнул Папирус, обращаясь ко мне по очень распространенному имени. – НАДЕЮСЬ, ТЫ ГОТОВ ДЛЯ… ‒ он сделал паузу, чтобы возникло напряжение. Прошло секунды три, пока воздух не взорвался новым криком, полный претензий. – САНС!! ГДЕ ГОЛОВОЛОМКА??!!! ‒ Она прямо там, на земле, ‒ кивком указал на лежащий листок. Так, а в чем подвох? – Поверь мне, нет способа пройти ее. Пожав плечами, я подняла бумажку и увидела кроссворд весьма интересного характера. Несколько слов шли обычным способом, другие отзеркаливались, третьи вообще соединялись в круги и другие линии. Хм, будь у меня карандаш, мягкое кресло и теплый камин, я бы с радостью разгадала его. Постояв пару секунд на месте, пытаясь глазами «зачеркнуть» найденные слова, я положила бумажку. Папирус выглядел озадаченным и воззрился на старшего брата. ‒ САНС!!! НИЧЕГО НЕ ПРОИЗОШЛО! ‒ Упс, ‒ старший скелет сконфуженно пожал плечами. – Я так и знал, что надо было использовать сегодняшний кроссворд. ‒ ЧТО?! КРОССВОРД?! ‒ закипел Папирус, уставившись на невозмутимо улыбающегося брата. – НЕ МОГУ ПОВЕРИТЬ, ЧТО ТЫ СКАЗАЛ ТАКОЕ!! ПО МОЕМУ МНЕНИЮ, ДЕТСКИЕ ПУТАНИЦЫ ГОРАЗДО СЛОЖНЕЕ. ‒ Чего? Серьезно, чувак? – Санс выгнул кость, которая должна быть бровью. Я коснулась подбородка, тем самым не дав челюсти поцеловаться с полом. КАК КОСТИ МОГУТ ТАК ГНУТЬСЯ?! – Эти простецкие-простые поиски слов? Это для детских костей. ‒ НЕ. ВЕРОЯТНО, ‒ раздосадовано выдохнул Папирус, подперев руками бока, и обратился ко мне. – ЧЕЛОВЕК!!! РАЗРЕШИ ЭТОТ СПОР! ‒ Э… ‒ протянула я и сделала задумчивое лицо, словно решала самый важный вопрос в жизни. Ну, сегодня у Папируса должен быть «супер-дупер» день, так что продолжу играть свою роль. – Думаю, путаницы намно-о-о-ого сложнее, чем кроссворды. ‒ ВОТ ВИДИШЬ! ДАЖЕ ЧЕЛОВЕК ОДНОГО И ТОГО ЖЕ МНЕНИЯ!! – гордо вскинув голову, сказал Папирус и удалился, громко ньяхая. ‒ Спасибо, что поддалась Папирусу. Он… находит сложности в интересных местах. Вчера он загнал себя в тупик, пытаясь «решить» гороскоп. ‒ Ну, он пытался, ‒ бодро улыбнулась я и отправилась по горячим следам высокого скелета. Впереди мне открылась новая полянка, где находились два стола, на которых стояла тарелка со спагетти (вау, но что-то подозрительно – тарелка спагетти посреди леса) и микроволновка, в которой нужно разогреть заледеневшее блюдо. Рядом со столом лежала записка. «ЧЕЛОВЕК!! ПОЖАЛУЙСТА, НАСЛАЖДАЙСЯ ЭТИМИ СПАГЕТТИ. ТЫ НЕ ЗНАЕШЬ, НО ЭТИ СПАГЕТТИ – ЛОВУШКА, ПРИГОТОВЛЕННАЯ, ЧТОБЫ ЗАМАНИТЬ ТЕБЯ!!! ТЫ БУДЕШЬ ТАК ЗАНЯТ, ПОЕДАЯ ИХ, ЧТО НЕ ЗАМЕТИШЬ, ЧТО ТЫ НЕ ПРОДВИГАЕШЬСЯ!! ТЫ БУДЕШЬ ГЕНИАЛЬНО РАЗЫГРАН ВЕЛИКИМ ПАПИРУСОМ!!!

НЬЯ-ХА-ХА, ПАПИРУС»

«Он забавный. И еще кулинар», ‒ я положила записку обратно и подошла к тарелке спагетти. Оу, она совсем обледенела! Я быстро отдернула руку, тряся ею, словно облила кипятком. Какая холодная! Перед глазами появился текст, передававший мои искренние эмоции. «Тарелка заледеневших спагетти. Она такая холодная, что вмерзла в стол…» Ладно, лучше не будем рисковать. Мне еще нужны зубы. Я подошла к микроволновке и было достаточно одного изучающего взгляда, чтобы табличка сама соизволила проявиться. «Отключенная микроволновка. Все настройки указывают «спагетти». Папирус явно настоящий фанат этого блюда. Это… мило с его стороны – угостить спагетти собственного приготовления, но он не подумал, что со временем они заледенеют на КОСТЬ. Я обернулась и подошла к звезде, чтобы СОХРАНИТЬСЯ. «Понимая, что однажды мышь найдет способ разогреть спагетти, Вы наполняетесь #@$%*&^Е», ‒ произнес голос и как всегда заглючил в конце. СОХРАНИВ ФАЙЛ, я решила поспешить, потому что перестала чувствовать ноги.

***

‒ Хм, здесь точно кто-то устроил засаду, ‒ задумчиво протянула я, окинув изучающим взглядом поле, усеянное кучами снега. Интересно, сколько я здесь нахожусь? По ощущениям прошло несколько часов, так как в теле чувствовалась усталость. Ух-х, буду верить, что в Сноудине найду хоть какой-нибудь приют, иначе мне не выжить на холоде. К тому же, стоит подумать насчет своей безопасности. Как говорили Санс и Папирус, в Подземелье есть какая-то Королевская Стража, специализирующаяся в поимке людей. Пусть скелеты не будут выдавать меня (после нескольких встреч моя ДУША всегда тянулась к ним, как к Ториэль, что означало о близком и доверительном отношении), но есть и другие монстры, не преминувшие бы сдать главарю за хорошие денюжки. Стоит прибегнуть к осторожности и скрытности, хотя слухи о том, что здесь был человек, по моему опыту, распространятся как горячие пирожки. Если такое произойдет (а это непременно произойдет), нужно придумать маскировку, чтобы меня не раскрыли в первые же секунды пребывания в городке или держаться подальше от Сноудина и идти дальше. С каждой новой локацией Сноудин становился все больше и больше. Не заплутать бы мне. Я успела устать, пока осматривала все, еще сражалась с монстрами, но они оказались вполне безобидны и миролюбивы. Например, тот самый Пес-поменьше. Он такой смешной! В БИТВЕ Пес-поменьше оказался легким противником. Достаточно просто погладить его, но в этом есть своя скрытая милота: как только ты гладишь его голову, шея начинает вытягиваться, как у жирафа! Я ради прикола несколько раз гладила, пока была в состоянии достать, но потом он был вне досягаемости и пришлось в конце ПОЩАДИТЬ. Перед исчезновением он изрядно облизал меня и вывалял в снегу, что продолжала путь вся промокшая до КОСТЕЙ. Может, все не так плохо, как я думала ранее? Изучив карту и порыскав среди снегов, я нашла усыпанный снежной массой рычаг и с легкостью активировала его, после чего услышала характерный щелчок. Есть! Можно идти! Я вприпрыжку миновала препятствие и мост, пока не вышла на небольшую платформу. Едва нога ступила на линию, начертанную на снегу, до ушей долетел синхронный марш двух пар ног. А точнее лап. На меня надвигались высокие фигуры, облаченные в черные длинные балахоны. Из-под капюшонов выглядывали белоснежные морды с большими пышущими носами. Может, я бы так не напряглась от их миролюбивого вида, потому что сама любила смотреть фоточки с собачками, которые одеты в прикольные одежды, но явный факт того, что в лапах они держали увесистые секиры, сверкающие на свету, сразу обрубил любой шанс на возможное хорошее начало, середину и конец. Я замерла, боясь шелохнуться. Они приблизились ко мне, окружив с двух сторон. ‒ Что это за запах? ‒ пролаял рычащий, похожий на мужской, голос. ‒ Откуда это запах? – за ним последовал тон тише и нежнее. Они переплетались, словно хотели сбить с толку, что в первые секунды так и выглядело. – Если ты запах… ‒ … покажись! Они отпрыгнули от меня и стали резво осматривать поле, пытаясь найти неизвестный объект. ДУША замерла, а сердце бахало в голове, как молот кузнеца. Я не посмела пошевелиться, потому что знала, что сейчас не лучший момент размять замерзшие плечи. Одно движение – и ты труп. Перерыв почти весь снег, но так и не обнаружив человека, они снова вернулись на свои позиции, едва не уткнувшись носами в мои холодные щеки. ‒ Хм-м-м. Вот где этот странный запах… Мне хочется уничтожить, ‒ рычащим шепотом, едва не срывающийся на грозный лай, произнес Он. Я нервно дрогнула, сжав руки в кулаки и приготовившись к скорой БИТВЕ. ‒ Уничтожить ТЕБЯ! ‒ вторил тому же тону тихий голос, который внушал слизкий страх. Пусть я и не боялась собак до этой встречи, но эта сладкая парочка еще долго будет преследовать в кошмарах. Пи-пик увв! «Доги нападают на Вас!» ‒ предостерег голос. Я стерла выступивший на лбу пот, успевший превратиться в лед и, хрустнув пальцами, бодро хлопнула «ДЕЙСТВИЕ». Я мельком посмотрела на парочку и на пару секунд очаровалась ими. Они так мило смотрятся вместе. УБИЙСТВЕННО мило! Сейчас они не так сильно обращали на меня внимания, обмениваясь «целовашками», так что можно продумать тактику боя. Итак, у нас есть Догамий и Догаресса, у каждого одни и те же функции. У них имеются секиры, а значит, атака с ними будет гарантирована. Нужно, помимо того, что убрать «сильное звено» (в таких БИТВАХ всегда стоит убирать сильных), надо сначала дать повод для доверия. Прикоснувшись ко лбу, я вспомнила о запахах, и, если сменить свой аромат на «безопасный», победа будет в кармане! Хлопнув «Поваляться», я переборола сводившую судорогу и шлепнулась в снег. Хорошенько обвалявшись в нем, словно от этого зависела вся моя жизнь (так оно и было), вскочила на ноги и настроилась на атаку. «Вы катаетесь в грязи и снеге. Вы пахнете как странный щенок», ‒ доложил голос о результатах моего действия. Так, это то, что я планировала. Доги мило заскулили, что-то говоря на своем. Я смогла разобрать лишь «чемпионы по Нюху». Хм, интересно, мне бы хотелось посмотреть на такой чемпионат, но не сейчас. Догаресса уткнулась носом в щеку партнера, словно запечатлела на ней поцелуй, и, присев, выпрыгнула, перелетев на другой конец поля и сделав в воздухе сальто. Я сменила месторасположение, чтобы легче следить за ними и их атаками. Догамий сделал глубокий вдох, шумно втянув воздух в ноздри, и громко гавкнул, выплюнув из пасти кольцо сердец синего и белых цветов. Стиснув зубы, я с шипением отпрыгивала от них, стараясь не задеть. Одно из сердец все же ударило в ДУШУ, оставив на ней неприятное покалывающее чувство. Она часто замигала, но потом вернулась в прежнее состояние. Атака догов закончилась, настала моя очередь действовать. Догаресса совершила тот же виртуозный прыжок назад и, приземлившись, втянула воздух, пробуя на запах. «Собаки захотели обнюхать Вас заново», ‒ доложил голос в голове. Они больше не выглядели такими настороженными и не бросали кусающие взгляды. Потерев подбородок, я выбрала Догарессу и нажала на «Перенюхиваться». Это действие должно раз и навсегда развеять все сомнения насчет того, что я не человек (на данный момент). Доги переступили линию и, окружив, стали тыкать носами, щекоча. Я пыталась выстоять против щекотной атаки, но то и дело корчилась, дергаясь и подскакивая. Фыркая и отдуваясь, Догамий и Догаресса оставили меня в покое и вернулись на прежнюю позицию. «После валяния в грязи, Вы пахнете как надо!» Что и требовалось доказать, господа. ‒ Что! Пахнет как… ‒ Ты действительно маленький щенок?! ‒ доги с удивлением и не скрытой радостью посмотрели на меня. Я победно улыбнулась, чувствуя скорый выход из черного поля. Но, несмотря на изумление, они замахнулись и бросили топоры, целясь в ДУШУ. Я с вскриком отпрыгнула, избежав удара в голову, и посмотрела на них пятирублевыми монетами. Черт! Я же говорила, что собаки с секирами не внушают доверия! Я услышала приближающийся свист и по инерции упала в снег, вовремя избежав вернувшихся секир. Это чертовски опасно! Если бы не моя выработанная на тренировках и соревнованиях внимательность, я вряд ли бы лежала живой. Доги вытянули лапы и схватили оружие, скрестив их. Я с оханьем поднялась со снега, больно стиснув зубы, чтобы те не вызвали раздражающий цокот. Сейчас момент истины. Я снова выбрала Догарессу и хлопнула «Погладить». Приблизившись к ней, моя рука коснулась лба и едва провела по ней. В глазах собаки появились искры восторга и игривости, которые всегда видела у своего Морфика. Догамий с некой ревностью и недоумением уставился на нас двоих, фыркнув. «Вы погладили Догарессу». Так, одна есть, остался Догамий. Я отошла на прежнее место и, как ковбой, посмотрела на них, ожидая первого выстрела. Доги сделали оборот вокруг себя и с легкой грациозностью и убивающей точностью метнули секиры, которые во время полета увеличились почти в три раза. Я сделала резкий поворот и дополнительный шаг в сторону, чтобы точно оказаться в безопасности, пока не услышу предупреждающий свист. Когда повторила те же действия, после атаки мне удалось выйти невредимой. Последний удар! «Вы погладили Догамия». Вышеуказанный пес довольно зажмурился, вывалив язык и жарко задышав. В этот момент мне в голову пришла одна мысль. Их вторые лапы были свободны, я взяла их и положила каждую на голову партнера. Как только они почувствовали новую ласку, доги едва не завыли от восторга и стали активно гладить друг друга, совершенно забыв о «странном щенке». Я тихо отступила назад, боясь разрушить устоявшуюся идиллию, и нажала «ПОЩАДА». «ВЫ ПОБЕДИЛИ! Вы получили 0 ОП 40 М», ‒ разделив торжество, сообщил голос. ДУША скрылась в груди, а мир принял светлый облик. Я облегченно выдохнула. Собаки продолжали друг друга гладить, при этом говоря со мной. Им открылась великая истина, которая никогда не посещала их сознание. ‒ Собаки могут гладить других собак??? – загипнотизированным голосом спросил Догамий, гладя свою подругу. ‒ Это открывает новый мир для нас… ‒ согласилась Догаресса, блеща огромными черными глазами, наполненными счастьем и неожиданно свалившимся на голову чудом. ‒ Спасибо, странный щенок! – благодарно гавкнул Догамий и замолк, полностью погруженный в приятный процесс дарения и получения ласки. Я одарила их любовным взглядом и тихо удалилась, стараясь больше не тревожить такую хрупкую ауру, витавшую над ними. Теперь с секирами они больше не казались такими угрожающими. Как было замечено ранее, иногда ласки бывает достаточно.

***

‒ ЧТО?! КАК ТЫ ОБОШЕЛ МОЮ ЛОВУШКУ? – вместо приветствия воскликнул Папирус, когда я приблизилась к нему. И тебе привет, высокий скелет. – И, ЧТО БОЛЕЕ ВАЖНО: ЧТО-НИБУДЬ ОСТАЛОСЬ МНЕ??? ‒ Э… нет, к сожалению, нет, мне настолько понравились спагетти, что чуть ли язык не проглотила от вкуснотищи, ‒ быстро нажав на нужную кнопку, ответила я. Одного взора на лик Папируса было достаточно, чтобы понять высшую степень радостного неверия. ‒ СЕРЬЕЗНО?! УХ ТЫ… НИКТО НИКОГДА НЕ НАСЛАЖДАЛСЯ МОЕЙ ГОТОВКОЙ РАНЬШЕ. НУ ЧТО Ж! НЕ ВОЛНУЙСЯ, ЧЕЛОВЕК! Я, ШЕФ-ПОВАР ПАПИРУС, ПРИГОТОВЛЮ ТЕБЕ ЛЮБУЮ ПАСТУ, КАКУЮ ТОЛЬКО ЗАХОЧЕШЬ! Он снова рассмеялся, сияя от услышанного комплимента. Мне вдруг стало интересно, насколько его блюдо вытягивает на вкусовые настройки, что меня можно считать «счастливицей» в этом вопросе? Передернув плечами, я поспешила за быстро убежавшим Папирусом. Ноги напрочь замерзли в кроссовках, что не ощущала их. ‒ ЧЕЛОВЕК! ТЫ КАК-ТО СТРАННО СЕБЯ ВЕДЕШЬ, ‒ заметив мою перемену, спросил Папирус. ‒ ЧТО-ТО ПРОИЗОШЛО? ‒ Нет, все в порядке, ‒ прощелкала я от сводившего до боли холода. – Просто… я немного замерзла. ‒ ОУ, ‒ Папирус с тревогой посмотрел на меня и, потерев костяной подбородок, выдал восклицание, означавшее приход гениальной мысли, и одним взмахом снял свой огромный шарф. – ВОТ. ДЕРЖИ. ТЕБЕ ОН СЕЙЧАС НУЖНЕЕ. ‒ Ой, Папирус, это мило с твоей стороны, ‒ на секунду остолбенев от такого жеста, я приняла отданный шарф и обмотала им голову и обмороженное лицо. На удивление, он оказался теплее, чем я предполагала. Хоть это не сильно спасет от холода, но мне стало немного лучше. – Спасибо большое! ‒ ВСЕГДА ПОЖАЛУЙСТА, ЧЕЛОВЕК! Я, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС, ПОЗАБОЧУСЬ, ЧТОБЫ ТЫ НЕ ЗАМЕРЗ НА СНОУДИНСКОМ ХОЛОДЕ! – как рыцарь произнес он, приложив кулак к груди. – МОЙ БРАТ НЕДАВНО НАЧАЛ КОЛЛЕКЦИОНИРОВАТЬ НОСКИ. КАК ПЕЧАЛЬНО… ИНОГДА Я ДУМАЮ, ЧТО БЫ ОН ДЕЛАЛ БЕЗ ТАКОГО КЛАССНОГО БРО, КОТОРЫЙ ЗАБОТИТСЯ О НЕМ??? НЬЯ-ХА-ХА!! ‒ Оно и видно, ‒ мы подходили к новой головоломке, которая была очень похожа на ту предыдущую, но эта усложнилась в несколько раз. Я почувствовала, что мне придется немного попотеть, чтобы пройти дальше. ‒ ЧЕЛОВЕК! ХМ-М-М… КАК ЖЕ МНЕ ЭТО СКАЗАТЬ… ‒ Говори четко, ясно и понятно! – переняв его бескрайнюю энергичность, произнесла я. Немного подумав, Папирус выдохнул. ‒ ТЫ СЛИШКОМ ДОЛГО СЮДА ДОБИРАЛСЯ, ТАК ЧТО Я РЕШИЛ УЛУЧШИТЬ ЭТУ ГОЛОВОЛОМКУ, РАСПОЛОЖИВ СНЕГ ТАК, ЧТОБЫ ОН БЫЛ ПОХОЖ НА МОЕ ЛИЦО. К СОЖАЛЕНИЮ, СНЕГ ПРИМЕРЗ К ЗЕМЛЕ. ТЕПЕРЬ РЕШЕНИЕ ДРУГОЕ! И, КАК ОБЫЧНО, МОЙ ЛЕНИВЫЙ БРАТЕЦ НЕ ПОЙМИ ГДЕ. Я осмотрелась по сторонам, убедившись в словах Папируса. Пока он рассказывал, глаза скользили по крестикам, соединяя их в правильной последовательности. ‒ ПОЛАГАЮ, ЧТО Я ДОЛЖЕН СКАЗАТЬ: НЕТ ВОЛНЕНЬЮ, ЧЕЛОВЕК! – он принял героическую позу, но без шарфа она казалась не очень эффектной. Надо потом вернуть ему, потому что без него он выглядит как-то голо. – Я, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС, РЕШУ ЭТУ ГОЛОВОЛОМКУ! И ТОГДА МЫ ОБА СМОЖЕМ ПРОЙТИ ДАЛЬШЕ! А ПОКА, МОЖЕШЬ ПОПРОБОВАТЬ РЕШИТЬ ЕЕ САМ!! Я ПОСТАРАЮСЬ НЕ ВЫДАВАТЬ РЕШЕНИЕ!!! «А точнее – сделай все сам», ‒ хмыкнула я. Ок, здесь нет ничего сложного. Сильно топнув несколько раз каждой ногой в попытках хоть как-то вернуть в них чувствительность, я резко выдохнула и, как кенгуру, начала прыгать на платформы, обращая их в нули. Они тихо попискивали, когда мне стоило прыгнуть на твердую поверхность. Я с некоторым воодушевлением скакала по ним, представив старинное развлечение родом из детства под названием «классики». На несколько секунд у меня произошел flashback, что отвлекло от правильно начертанной схемы. Я раздосадовано цокнула, увидев пропущенную плиту сбоку от себя. Единственной проблемой была заледеневшая груда снега, которая преграждала путь. Я ухватилась за более удобные участки снега и поднапрягла конечности, с легкостью перемахнув через снег. Ноги твердо коснулись пропущенной платформы, вмиг обратившейся в нуль. Повторив тот же маневр, я вылезла из головоломки и нажала на плиту, которая убрала шипы. Они с треском и скрипением опустились, разрешая идти дальше. ‒ ВАУ!! ТЫ РЕШИЛ ЕЕ!! – восхитился скелет. ‒ И СДЕЛАЛ ЭТО БЕЗ МОЕЙ ПОМОЩИ! НЕВЕРОЯТНО! Я ВПЕЧАТЛЕН!!! ТЕБЯ ВОЛНУЮТ ГОЛОВОЛОМКИ, КАК И МЕНЯ! ЧТО Ж, Я УВЕРЕН, ТЫ ПОЛЮБИШЬ И СЛЕДУЮЩУЮ! ОНА ДАЖЕ МОЖЕТ ОКАЗАТЬСЯ СЛИШКОМ ПРОСТОЙ ДЛЯ ТЕБЯ!! Он снова рассмеялся и, ускорив шаг, убежал, нырнув в густой лес. Мне не довелось долго скучать, потому что меня встретил главный зачинщик доброго замысла. ‒ Ты справилась быстро, отличная работа, ‒ похвалил Санс. Его взгляд остановился на отданном шарфе, но он ничего не сказал по поводу него. – Тебе даже не потребовалась моя помощь. И это здорово, потому что я люблю делать абсолютно ничего. ‒ Да у тебя целое хобби, как я погляжу, ‒ я весело фыркнула, бросив на него развеселившийся взгляд. Санс немного растянул улыбку, словно ему понравилось мое замечание. – Увидимся на следующей головоломке. Прошло не так много времени (буквально десять секунд), как мы снова встретились. Головоломка представляла собой платформу, похожую на танцпол, но на ней отсутствовал дискотечный шар. Плитки были всех оттенков серого. На другом берегу стояли скелеты, ожидавшие моего прихода. ‒ ЭЙ! ЭТО ЧЕЛОВЕК! ТЕБЕ ПОНРАВИТСЯ ЭТА ГОЛОВОЛОМКА, ‒ Папирус в тот же миг попытался убедить меня в этом, искренне улыбаясь во весь рот. – ОНА ПРИДУМАНА ВЕЛИКОЙ ДОКТОР АЛЬФИС! ВИДИШЬ ЭТИ ПЛИТКИ?! Я по команде еще раз посмотрела на поле боя, словно пыталась считать с них как можно больше полезной информации. ‒ КАК ТОЛЬКО Я ДЕРНУ ЭТОТ ПЕРЕКЛЮЧАТЕЛЬ, ОНИ НАЧНУТ МЕНЯТЬ СВОИ ЦВЕТА! – обрадовал меня Папирус. Вау, все же будет дискотека. – КАЖДЫЙ ЦВЕТ ВЫПОЛНЯЕТ СВОЮ ФУНКЦИЮ! КРАСНЫЕ ПЛИТКИ – НЕПРОХОДИМЫ! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ХОДИТЬ ПО НИМ! ЖЕЛТЫЕ ПЛИТКИ – ПОД НАПРЯЖЕНИЕМ! ОНИ УДАРЯТ ТЕБЯ ТОКОМ! ЗЕЛЕНЫЕ ПЛИТКИ С СИГНАЛИЗАЦИЕЙ! ЕСЛИ ТЫ НАСТУПИШЬ НА НИХ, ТЕБЕ ПРИДЕТСЯ ДРАТЬСЯ С МОНСТРОМ! ОРАНЖЕВЫЕ ПЛИТКИ – ПАХНУТ АПЕЛЬСИНАМИ. БЛАГОДАРЯ ИМ ТЫ БУДЕШЬ ВКУСНО ПАХНУТЬ. «Ну, хоть что-то позитивное». ‒ СИНИЕ ПЛИТКИ – ЭТО ВОДНЫЕ ПЛИТКИ. ПЛЫВИ ЧЕРЕЗ НИХ, ЕСЛИ ХОЧЕШЬ, НО ЕСЛИ ТЫ ПАХНЕШЬ КАК АПЕЛЬСИНЫ, ПИРАНЬИ ПОКУСАЮТ ТЕБЯ. «Что-то я резко перехотела танцевать», ‒ я потянулась и немного покрутилась, разогнав по телу кровь. Ух, ощущение, что у меня лед в венах, но шарф добротно выполнял свою функцию, хоть немного спасая мое положение. ‒ ЕЩЕ, ЕСЛИ СИНЯЯ ПЛИТКА ВОЗЛЕ ЖЕЛТОЙ – ВОДА ТАКЖЕ УДАРИТ ТЕБЯ ТОКОМ! ФИОЛЕТОВЫЕ ПЛИТКИ – СКОЛЬЗКИЕ! ТЫ ПРОКАТИШЬСЯ ДО СЛЕДУЮЩЕЙ ПЛИТКИ! ОДНАКО СКОЛЬЗКОЕ МЫЛО ПАХНЕТ КАК ЛИМОНЫ, КОТОРЫЕ ПИРАНЬИ НЕДОЛЮБЛИВАЮТ! «Ну, теперь мой любимый цвет фиолетовый», ‒ сделав окончательный выбор, я удовлетворенно кивнула. ‒ С ФИОЛЕТОВЫМИ И СИНИМИ РАЗОБРАЛИСЬ! НАКОНЕЦ, РОЗОВЫЕ ПЛИТКИ. ОНИ НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЮТ. ХОДИ ПО НИМ КАК ТЕБЕ ВЗДУМАЕТСЯ. НУ ТАК КАК?! ВСЕ ПОНЯТНО??? ‒ Да! ‒ решительно протянула я, но тихо добавила. – В скобочках нет. ‒ ОТЛИЧНО!! ОСТАЛОСЬ ОБЪЯСНИТЬ ПОСЛЕДНЮЮ ВЕЩЬ. ЭТА ГОЛОВОЛОМКА – СОВЕРШЕННО СЛУЧАЙНА!!!!!! КОГДА ДЕРНУ ПЕРЕКЛЮЧАТЕЛЬ, Я СОЗДАМ ГОЛОВОЛОМКУ, КОТОРУЮ ДО ЭТОГО НИКТО НИКОГДА НЕ ВИДЕЛ! ДАЖЕ Я НЕ БУДУ ЗНАТЬ ЕЕ РЕШЕНИЯ! НЬЯ-ХА-ХА! ПРИГОТОВЬСЯ! «Блестяще!» ‒ на лице появилась улыбка, которую при лучшем рассмотрении можно понять как: «Кто-нибудь, застрелите меня». Папирус слишком сильно дернул за переключатель, что поле стало пестрить всеми цветами радуги, сбивая с орбиты. Чередование ускорялось, пока все не слилось в сплошное цветастое пятно, что я не могла смотреть на все это. Раздался окончательный щелчок, определивший мою судьбу. Я распахнула глаза и выпустила облегченный вздох. Передо мной была розовая дорога, окруженная красными плитами. Мы пару секунд постояли в ступоре, пока Папирус, подняв руки и соединив их в «домик», не стал крутиться на цыпочках, как истинная балерина, и свалил, мурлыча знакомый мотив. Ясно, даже младший скелет офигел от такого поворота от великой машины. Я спокойно прошла по розовым плиткам, насвистывая приевшуюся мелодию, и как ни в чем не бывало завела разговор со старшим скелетом. ‒ Я ожидала что-то пострашнее, ‒ поделилась я своими мыслями. ‒ Ты просто любимица Фортуны, ничего такого. Или просто машина вышла из строя. Но все же, как бы то ни было, ты все равно прошла. Кстати, ты видела кулинарное творение, оставленное в лесу? – спросил он, на что получил твердый кивок. – На самом деле, те спагетти были весьма неплохими для моего брата. С тех пор, как он начал заниматься готовкой, его навыки улучшились. ‒ А что, все так плохо? ‒ Ну, не все совсем печально, но уверен, если он будет стараться, то скоро сделает что-то съедобное. ‒ Ты только что описал мои кулинарные навыки в целом, ‒ я оставила Санса наедине со сломанной машиной. Как только я перешла на новую локацию, мне пришлось снова подивиться чудесам этого мира. Заснеженное поле, окруженное деревьями, было полностью перерыто и взорвано снежными статуями, похожими на псов. Длинные колонны, которые оканчивались задорной мордой песеля, вызывали недоумение и легкий ступор. Здесь, что, Микеланджело заблудился? Моя теория тут же развеялась, как только увидела белую собачку, которая старательно лепила что-то из столба снега. От такого усердия она даже язык высунула и тяжело отдувалась, словно это правда непомерная работа. Я несколько минут походила здесь, рассматривая собачье произведение искусства, а потом СОХРАНИЛАСЬ (получив обычную резню по ушам) и отправилась уже быстрым шагом, переходя на бег.

***

‒ А-а-а! Нет! – испуганно закричала я, крайне неуклюже заскользив по льду. Кроссовки предательски катили вперед. «Движение – это жизнь!» ‒ крикнули бы все, но в моем случае – это верная гибель. Я с воплем полетела вниз, несколько раз перекувыркнувшись в воздухе. Глаза зажмурились, тело все напряглось, готовясь к будущей оцепенелой боли и смерти от переохлаждения. Сердце совершило микроинфаркт, а ДУША куролесила по телу. Тело провалилось в тонну снега, по нему мигом прошлась дрожь. Пару секунд я пыталась подключиться к миру и научиться нормально дышать. Болезненный вдох протиснулся в легкие, запустив их работу. Онемение конечностей почти прошло, но из-за того, что они почти замерзли (в прямом смысле: джинсы и толстовка покрылись коркой льда и его просто невозможно отодрать!), они потеряли чувствительность. Я бы давным-давно уже умерла, но мой организм явно упорствует смерти, которая с самых пеленок гонялась за мной по пятам. С кряхтеньем выбравшись из образовавшегося саркофага, моим глазам предстал интересного вида снеговик. Чуть присмотревшись, я узнала в нем Папируса, гордо стоящего на пьедестале. Он героически поставил руки и напряг бицепсы. Я посмеялась, когда представила Папируса с мышцами, но чувство вкуса в скульптуре все-таки увидела. На том же снеговике имелся кусочек шарфа, который совпадал с тем, что носила на данный момент. Погодите-ка… Я взяла неаккуратно обработанный край ткани на себе и другой на снеговике. Так это же один и тот же шарф, только Папирус пожертвовал кусочком для снежной копии себя! Все же он, как ни крути, интересная личность. Или мне так показалось, потому что в своем мире доводилось мало с кем говорить в миролюбивом тоне? Иногда мне казалось, что жизнь здесь не так уж плоха, пока не вспоминала, что монстры в Подземелье, как в тюрьме. Никто из них не видел солнца, звезд и других прелестей верхнего мира. Я почувствовала сочувствие к ним, что ДУША стала мерно стучать в грудь в такт сердца. Эта эмоция вмиг преобразила ее, сменив настроение и ритм. Как доказывала практика, она не врала насчет чувств, которые испытывала к кому-то или чему-то. Если я начинала думать об освобождении, ДУША искрилась, как бенгальский огонь, словно только и ждала этого. От этой мысли я наполнилась решимостью сделать это, но только тогда, когда посмотрю на эту кучку снега. Она была ничем не примечательна, лишь одно слово, написанное маркером, ярким сигналом бросалось в глаза: «санс». Оригинально, что еще могу сказать. Я отыскала выход из этого тайного и тихого уголка и как можно осторожнее и внимательнее прошла новую ловушку. Теперь она не казалась такой сложной. Далее был длинный коридор, стены которого состояли из ровных стволов сосен. В воздухе летал приятный аромат зимних деревьев, приятно расслабляющий напряженное тело. По коже прошлось тепло и прилипший снег начал стремительно таять. Я на секунду замерла, пытаясь понять, что произошло. На меня словно дохнули драконьим дыханием, моментально согрев. Теперь было не холодно, а скорее очень жарко. Я, конечно, не сняла шарфа (иначе через пять минут околею на дубаре) и поставила ногу на снег, который и не являлся им. Нога пришла в действие, неустойчиво заскользив вперед и требуя поставить вторую, чтобы продолжить движение. Яростно махая руками в попытках найти и удержать равновесие, я катила по льду, умоляя, чтобы не впечаталась в первое же дерево. К концу поездки на мою голову свалилась кучка снега. Усмехнувшись представленному виду, я сбила его и на шатающихся ногах затопала по первой попавшейся тропе.

***

Темнеет. Свет перестал быть таким режущим, а тени стали мрачнее, чем при ярком освещении. Лес становился страшнее и опаснее, принимая великанские формы разного рода чудовищ. На моем пути оказался длинный канатный мост. Я не сомневалась в его безопасности и уверенно ступила на него. Он даже не шелохнулся от появившегося на нем груза. Все же надо отдать должное сноудинскому морозу, который выполняет свою работу на отлично. Мне открылся прекрасный вид на бескрайний лес Сноудина, который очаровал своим величием и могучестью. Высокие пики елей и сосен устремись до небес, белоснежный колючий покров нетронуто лежал на игольных лапах деревьев, обрушаясь лишь тогда, когда их непрошено будят. Внутри появился восторг, трепещущий все чувства. В какой-то момент задул сильный ветер. Мост стоял как приваренный, но меня шатало из стороны в сторону, грозясь сбросить в пропасть. До земли далековато будет лететь, зато смертельный исход гарантирован. Хватаясь за канатный поручень, я маршировала, как солдат, четко выбрасывая ногу вперед, чтобы быстрее перейти мост. Мои глаза увидели знакомые лица, которые что-то обсуждали до тех пор, пока на горизонте не объявился человек. ‒ ЧЕЛОВЕК! ЭТО ТВОЕ ПОСЛЕДНЕЕ И ОПАСНЕЙШЕЕ ИСПЫТАНИЕ! – прогорланил высокий скелет. – УЗРИ! ВЫЗОВ СМЕРТЕЛЬНОГО УЖАСА! Я услышала клекот цепей и заржавевшего механизма, который с трудом выкатил все виды оружия. Сверху и снизу меня окружили острые копья, шары с шипами и огонь, грозно трещащий на морозном воздухе. Мои глаза увидели очень «смертоносное» орудие: белая пушистая собачка, привязанная к веревке и беспечно болтавшаяся на ветру. Я нервно сглотнула, переводя напряженный взгляд с одного оружия на другое, сильнее и сильнее чувствуя страх. ‒ КОГДА Я ДАМ КОМАНДУ, ВСЕ ПОЛНОСТЬЮ АКТИВИРУЕТСЯ! – с воинственным ликом произнес Папирус. Он начал перечислять все прелести каждого из оружий. – ПУШКИ БУДУТ ЖЕЧЬ! ШИПЫ РАСКАЧИВАТЬСЯ! КЛИНКИ РЕЗАТЬ! КАЖДАЯ ЧАСТЬ БУДЕТ ЯРОСТНО КАЧАТЬСЯ ВВЕРХ И ВНИЗ! ОСТАНЕТСЯ ЛИШЬ КРОШЕЧНЫЙ ШАНС НА ПОБЕДУ!!! ТЫ ГОТОВ?! «А последнее слово?» ‒ спросила я, ежась. Холод, как голодный волк, набросился на меня и приступил к обглодке костей и сдиранию всего живого. ‒ ПОТОМУ ЧТО! Я! УЖЕ! ВОТ-ВОТ! СДЕЛАЮ ЭТО! – объявил Великий Папирус, махнул ручищей и отдал приказ к действию. Я зажмурилась и закрыла лицо руками, не желая видеть, как все это обрушится на меня. Буду надеяться, что все пройдет быстро и безболезненно. Так прошла одна напряженная минута, за которую так и ничего и не произошло. Я осмелилась убрать руки и проверить обстановку. Все осталось неизменным. ‒ И? Чего ждем? – не понял Санс, или сделал вид недоумения. ДУША перестала выламывать ребра от волнения и, наконец, успокоилась. ‒ ЖДЕМ?! НИЧЕГО МЫ НЕ ЖДЕМ!! – возмутился Папирус, топнув ногой. Мост задрожал, тонкая пленка льда покрылась трещинами. – Я… Я СОБИРАЮСЬ АКТИВИРОВАТЬ ЕЕ СЕЙЧАС! Вид остался тем же. Санс еще сильнее выгнул бровь, невозмутимо улыбаясь. Я поняла, что мне нечего бояться. Папирус выглядел растерянным. ‒ Это, эм, как-то не выглядит активированным, ‒ заметил Санс, на что получил сверхраздраженное «ньях!» от младшего брата, который принял сердитое лицо и немного угрожающий вид. ‒ ИТАК!!! – крикнул он, собираясь объявить нечто важное. – ЭТО ИСПЫТАНИЕ!!! ПОХОЖЕ… МОЖЕТ… СЛИШКОМ ПРОСТОЕ, ЧТОБЫ ОДОЛЕТЬ ЧЕЛОВЕКА. – Папирус словно принял поражение и резко выдохнул с восклицанием. – ДА! МЫ НЕ МОЖЕМ ЕГО ИСПОЛЬЗОВАТЬ!!! Я СКЕЛЕТ С ПРИНЦИПАМИ!!! МОИ ГОЛОВОЛОМКИ КРАЙНЕ СПРАВЕДЛИВЫ! А ЛОВУШКИ ИСКУСНО ПОДГОТОВЛЕНЫ! НО ЭТОТ МЕТОД СЛИШКОМ ПРЯМОЙ! НИКУДА НЕ ГОДИТСЯ! ПУСТЬ ВСЕ УЙДЕТ! Как только команда разлетелась вдребезги на колючем воздухе, все оружие с тем же трещащим и скрипящим шумом исчезло в тумане. У меня прям с души отлегло, когда весь арсенал скрылся из виду, больше не нервируя. Санс заговорщицки подмигнул, усмехнувшись, а Папирус с явным облегчением стер со лба испарину. Потом он повернулся ко мне. ‒ НА ЧТО ТЫ СМОТРИШЬ?! – с какой-то претензией обратился ко мне, что я на секунду растерялась. – ЭТО БЫЛА ОЧЕРЕДНАЯ РЕШАЮЩАЯ ПОБЕДА ПАПИРУСА!! НЬЯ!! ХА!! ХА??? Сконфуженно рассмеявшись, он свалил на край Сноудина, оставив нас сам на сам. Я на ватных ногах подошла к старшему скелету. ‒ Это все? – наконец задала волнующий меня вопрос. ‒ Не знаю, что теперь сделает мой брат, ‒ неопределенно выдал он, поведя плечом. ‒ Будь я тобой, я бы убедился, что понимаю синие атаки. ‒ Ах, да, ты мне про них рассказывал, ‒ сразу же вспомнила я. – Представить синий цвет вместо красного знака «Стоп». Понятно, спасибо, что напомнил. Он кивнул и туманным взглядом окинул окружавший нас лес. Санс выглядел задумчивым, даже посерьезневшим в какой-то момент. Его что-то встревожило? Или я сделала что-то не так? ‒ До Сноудина не так уж и далеко, а точнее он в двух минутах ходьбы. Думаю, тебе следует отдохнуть в гостинице и набраться сил. Не стоит бояться живущих монстров, они безобидны. Хотя бы я сам в этом убедился. ‒ Спасибо еще раз, ‒ с нетерпением кивнула я и, бросив прощальное слово, побежала, сверкая пятками. Санс проводил меня анализирующим взглядом и всегда улыбающейся ухмылкой, которая точно не выражала искреннюю радость.

***

Наконец-то я добралась! Я едва не налетела на приветственную доску, которая ярко светилась в сумерках, доброжелательно приглашая каждого посетить Сноудин. Несмотря на то, что уже темнело, на улице было много народа. Я почувствовала растущую суету и запах праздника, до которого в нашем мире еще очень далеко. Стало легко и немного волнительно на душе. У меня не было сил на обследование Сноудина, особенно в такое время, хоть улицы наполнены светом. Искусственные лучи неприятно щипали глаза, что они немного слезились. Потерев их, я поняла, что нужно скорее найти магазин, купить еды и узнать о гостинице, чтобы снять с себя этот тяжелый, но весьма насыщенный день. Искать пришлось недолго. Рядом с приветственным знаком было деревянное строение с вывеской «Лавка». Туда я и направила стопы, хоть мне было не по себе. ДУША размеренно крутилась в грудной клетке, пытаясь снять возникшую тревогу, но это не совсем получалось. Когда я открыла дверь, над головой сразу же сработал колокольчик, оповестивший хозяйку о новоприбывшем покупателе. Долгожданное тепло набросилось на меня, затаскивая в помещение и приказывая скорее закрыть дверь, чтобы оно не сбежало. Щелкнув деревянным изделием, я робко осмотрелась. Комнатка была в светлых тонах и очень уютной. На стенах висели разного рода вывески, картины, какие-то свитки для создания атмосферы старинности. Весь товар находился на широких еловых полках, которые в состоянии выдержать большой груз. Они были буквально забиты пряностями, выпечкой и иного рода сладостями. Изучив все и поняв, что я хочу попробовать что-то новенькое, решила, что хочу взять и переместила взгляд на полки, где были вещи и инструменты. Столько барахла можно найти в антикварных магазинах или в лучшем случае у бабушки на чердаке, где находился самый настоящий музей ее времени. В углу лежали новые кирки и лопаты, на крючках висели шляпы от легкого кроя до самого-самого теплого и разного вида плащи, скрывающие тебя от летящего снега и жалящего мороза. Я могла бы на это потратиться, но была неуверенна в своих финансах. Карманы до отказа забиты монетами, но неизвестно, какие здесь цены, и стоит пока экономить, а дальше посмотрим. За мной все это время следила хозяйка лавки – монстр-крольчиха сиреневого цвета. Немного прикрытые глаза делали ее расслабленной и гостеприимной. Я приблизилась к ней и выловила неловкую улыбку, на что получила бодрое приветствие с ее стороны. ‒ Приветствую, путник. Чем я могу Вам помочь? ‒ Здравствуйте, я бы хотела немного узнать о Сноудине. ‒ Ну, тогда добро пожаловать! Непривычно видеть новое лицо в нашем городке. Откуда Вы пришли? Из столицы? ‒ Ну… не совсем, ‒ замялась я, пряча взгляд. ‒ Вы не похожи на туриста, ‒ заметила она, скрестив руки на груди. – Вы здесь сами по себе? ‒ Да, в точку! Мне интересно узнать, чем я могу заняться здесь. ‒ Хм-м... – она задумчиво потерла подбородок, дернув ухом, который обернулся в знак вопроса. Я загипнотизировано следила за ним, пока он не принял знак восклицания, и хозяйка заговорила. – Я могу сказать то, что у Гриллби есть еда, а в библиотеке сведения… «О, то, что надо! ‒ победно усмехнулась я, мысленно дебнув. – Надо обязательно наведаться в Гриллби завтра утром, а потом в библиотеку для сбора информации о Подземелье. Может, там будет больше фактов, чем в книгах Ториэль». ‒ Если Вы устали, Вы можете вздремнуть в гостинице, ‒ оценив мой вид, сообщила она и слегка вскинула бровь, увидев счастливую перемену на моем лице. – Это прямо за следующей дверью – моя сестра там за главного. «Отлично!» ‒ теперь я торжествовала, что не придется бродить в поисках ночлега. Мои мысли были заняты о скором падении на кровать и моментальном погружении в мир снов, в котором я не так часто оказывалась. ‒ А если Вам скучно, можете просто сесть и понаблюдать, как дурачатся те скелеты, ‒ из нее вышел смешок, улыбка стала чуть шире. – Их двое… Думаю, они братья. «А, это Санс и Папирус», ‒ сразу поняв, о ком идет речь, я понимающе кивнула. – Они здесь что-то чудят? ‒ Нам часто доводилось видеть проделки одного из них. Тот высокий скелет всегда мечется в Водопадье и другой части Сноудина, иногда ходил здесь с тем низким, который его брат. Можете узнать больше у других жителей Сноудина, они могут поделиться с Вами парой-тройкой забавных историй, в которых замешаны те скелеты, а может, даже увидите их «следы». Самое интересное, что они просто однажды здесь объявились и… обустроились. В городе с того момента стало куда интереснее. ‒ Я в этом не сомневаюсь, ‒ кивнула я, вспомнив первый разговор скелебратьев. – А что насчет города? ‒ Попробуйте вспомнить урок истории… ‒ хозяйка крепко задумалась, нахмурившись, что ее маленький нос чуть сморщился. Потом она снова приняла миролюбивый вид и начала повествование. – Давным-давно, монстры, жившие в РУИНАХ, вернулись в лес. Короче, мы все решили покинуть РУИНЫ и направиться к выходу из пещер. По пути, часть пушистого народа решила, что им нравится холод и разбила лагерь в Сноудине. ‒ Ого, ‒ заинтересованно воззрилась я на нее. Увидев в моих глазах странный блеск, она сделала тревожное лицо и предупредила. ‒ О, и даже не думайте о том, чтобы исследовать РУИНЫ. ‒ Почему? – мне было интересно услышать ее мнение. ‒ Дверь была закрыта на многие годы. Так что, если Вы не призрак, или не можете вырыть подкоп, забудьте об этом. «Так, стоп. Закрыта на многие годы? Но я же сегодня вышла оттуда…» ‒ я была в недоумении, пока не вспомнила о словах Ториэль. Она всегда держала дверь запертой, когда ребенок покидал ее дом, словно полностью отрекалась от него. М-да, мама-коза интересная личность. – А что-нибудь о себе? Она мило хохотнула, показав беленькие зубки. ‒ Жизнь вполне обычна, ‒ она пожала плечами. – Немного клаустрофобная, но, все мы, глубоко внутри, знаем, что свобода придет, не так ли? Пока у нас есть надежда, мы можем скрипеть зубами и сталкиваться с теми же бедами, день за днем. Такова жизнь, не правда ли? ‒ Я верю, что в один день все мы будем наверху, ‒ с непоколебимой верой сказала я и решительно сжала кулаки. По рукам прошелся холодок, что волосы на миг превратились иглы. Неожиданный поток скользнул по венам и всосался в ДУШУ, которая начала намного активнее биться в грудь, бухая, как барабан. ‒ У Вас позитивный взгляд на холодную реальность, ‒ усмехнулась она. ‒ Я скорее реалист, передозированный оптимизмом. Кстати, можно у Вас купить одно Дваскимо и двух Коричных заек? ‒ Конечно! Секундочку, – хозяйка нырнула под лавку в поисках указанных товаров. Позади нее я увидела лежащую на полке оранжевую бандану. Ей уже много лет, судя по внешнему виду. ДУША тут же стукнула по ребрам, что я от неожиданности ухнула и схватилась за деревянный выступ. Кажется, это еще одна вещь потерянного ребенка! Так, я обязана ее купить!.. да, когда у меня будет достаточно денег. Крольчиха достала сладости и, заплатив за все, я загребла и разложила их по карманам, но все еще бросала взгляды на ту повязку, клянясь себе, что обязательно куплю ее. ‒ До свидания! – попрощалась я, снова звякнула колокольчиком и стукнула дверью на прощание. Хозяйка махнула рукой и скрылась под лавкой. КОСТЕсводящий холод связал по рукам и ногам, вызвав яростное тарахтение зубов. Сделав громкий вдох, словно собралась нырнуть на глубину, я залетела в следующую дверь, которая вела в гостиницу. Холл был окрашен в приятный лимонный, к стене был приставлен небольшой старый диванчик, из которого уже торчали пружины. За длинной регистратурой стояла сама владелица отеля. Она имела нежно-розовую шерстку и очень, очень приятный, даже приторный милый вид. ‒ Добро пожаловать в гостиницу Сноудина! – поприветствовала она. Я быстрым взглядом заметила белые ушки, торчащие из-за регистратуры. – Главный отель Сноудина! ‒ Здравствуйте! А сколько стоит номер? ‒ Одна ночь стоит 80М, ‒ ответила она с той же улыбкой. Не зря подумала, что здесь высокие цены, но ради полноценного отдыха я готова отдать все деньги. Не жалея средств, я высыпала монеты на регистратуру, и хозяйка быстро отсчитала нужную сумму. ‒ Благодарю Вас! Можете подняться наверх в свой номер. Приятного отдыха! – пожелала она, протянула мне ключи и затем спрятала монеты в кассу. Я кивнула на прощание и из любопытства подошла к тем милым маленьким ушкам, которые принадлежали крольчонку. Черные глаза-бусинки с интересом уставились на меня. Потом детский голос первым начал разговор. ‒ Мама говорит, что сон может восстановить Ваше здоровье до максимального ОЗ, ‒ произнес он тихим голосом, словно делился со мной сокровенной тайной. Милая мордочка выразила детское недоумение. – Что еще за «максимальное ОЗ?» ‒ Очки здоровья, ‒ выпалила я, удивившись своим знаниям. Крольчонок вопросительно наклонил голову, приоткрыв рот. Я лишь вздохнула и покачала головой. – Ничего, малыш. Радуйся, пока ты еще в том возрасте, когда ничего не заботит. Я устало поднялась вверх по лестнице, тяжело ступая по ступеням. Перенапряженные глаза горели, мышцы нестерпимо ныли и крутили от изможденности, словно только что пришла с первой тренировки. Чем выше я поднималась, тем громче становился мелодичный храп. В маленьком коридоре были две двери, первая из которых вела в мои апартаменты. Из другой комнаты доносилось то самое музыкальное трио, нахрапывавшее оригинальную мелодию. Здесь было темно, но благодаря ночному зрению мне не составило труда вставить ключ в замочную скважину и отпереть дверь. Комната оказалась совсем небольшой и просто обустроенной. Чистое постельное белье заправлено на грубой деревянной кровати, стол со стоявшей одинокой масленой лампой и придвинутым стулом и камин, в котором весело трещал огонь. Закрывшись изнутри, я поплелась к камину, чтобы хоть немного оттаять. Одежда вмиг напитала влагу и стала липкой. Конечно, после такого приключеньица мне не удалось выйти сухой из талой воды. Главное, что теперь все позади. Я без проблем скинула толстовку, джинсы, шарф и носки, повесила все атрибуты на стул и придвинула к камину, также переместив туда и кроссовки. Оставшись в одном белье, я окинула полностью покрытые синяками руки и ноги и устало вздохнула. Ну да, тренировки никогда не проходят гладко и всегда получаю малейший синяк, но они все равно сойдут. Я ловкая, но все равно не застрахована от уколов и ударов, так что приходится ходить с таким боевым раскрасом. Не помню, когда у меня не было ни одного синяка на теле, и это считалось уже повседневным. Коснувшись кольца и почувствовав глубокое спокойствие, хранившееся в нем, я замертво упала на кровать, выдавив блаженный стон. Тело превратилось в сплошной клубок скрученных нервов и мышц, которые как черви шевелились под кожей. Какая же это прелесть – упасть на кровать после школы/работы/тренировки и провалиться в глубокий сон. Но в моем случае это не всегда сулило что-то хорошее. Полежав на животе пару минут, как настоящее грубое бревно, я с усилием воли перевернулась на спину и почувствовала, как позвоночник постепенно выравнивается, выстраиваясь в положенный природой ряд. На веки уселась тяжелая усталость и сильнейшее желание уснуть, и я была готова принять столь заманчивое предложение, но неожиданный разряд прошелся по руке, что подпрыгнула на кровати. Кольцо ярко сияло в полумраке, требуя ответа на входящий звонок от духа. Мне все равно некуда деваться да хочется немного поболтать с Лангваргом, почем бы нет? Так, стоп. Я окинула себя критичным взглядом и быстро нырнула под теплое одеяло, скрыв полуголое тело, а потом легко скользнула пальцем по глади сапфира. ‒ Добрый вечер, ‒ поздоровалась я, поправив одеяло и задрав его до подбородка, чтобы скрыть выпирающие острыми углами ключицы. ‒ Добрый, добрый, мисс Луна, ‒ кивнула фигурка духа, которая сидела за столом. – Как Ваши дела? Все ли хорошо? ‒ Ну… начну с того, что теперь я нахожусь в Сноудине и встретила новых ребят, которые оказались безобидны и дружелюбно настроены. Я рассказала Лангваргу о своем дне и впечатлениях. Тогда чувства были куда острее, а сейчас в груди находилась та пустота, уже порядком задушившая любое желание к чему-либо стремиться. Только лишь одна вещь, внезапно ворвавшаяся в мою жизнь, наконец поселилась в сосуде и заполнила собой то пустующее пространство. Непривычно, вот что я хочу сказать. Люпус внимательно выслушал меня, уточняя некоторые моменты. После рассказа он немного помолчал и с некоторым сожалением откашлялся, выдав. ‒ Мне едва удалось пробиться через стены этой вселенной. Они совершенно не пускали моей магии, не давая помочь Вам или связаться. Как оказалось, мир оказался хорошо защищенным, но некоторые прорехи все же имеются, через которые вытекает нечто. ‒ То есть? ‒ Это сложно объяснить, не имея под рукой точной и правдивой информации. Я понял лишь то, что выходит оттуда, перерастает во что-то новое и куда огромнее и бескрайнее, чем Подземелье и Поверхность. Те, кто интересуется всем этим, знает ответы на поставленные вопросы. ‒ Вы хотите сказать, что из Undertale вытекает отдельная вселенная? – догадалась я. ‒ Не совсем отдельная. Она неразрывно связана с оригиналом, но имеет свои правила и законы, не совпадающие с изначально установленными в родоначальнике. Думаю, в эту часть невозможно попасть, если не создать проход или жить там. Второе, конечно, совершенно неисполнимо, но я уловил чье-то присутствие. Я не совсем понимала, о чем говорит дух, тупо смотрела на него и слушала его размышления, пытаясь хоть что-то понять в странных и запутанных речах, пока совсем не отчаялась. Лангварг увидел мою реакцию и тут же оборвал монолог, извинившись. ‒ Перед тем как Вы отправились в путь, я наложил на Вас заклинание, защищающее от любой простуды и недуга. Вам не стоит бояться, что заболеете после столь долгого пребывания в лесах Сноудина. ‒ Вы только что успокоили мою душу, ‒ облегченно кивнула я. Если бы я начала болеть, то во время болезни точно отбросила кроссовки, потому что всегда помираю от температуры, соплей и кашля. – Это Вы тогда вызвали то тепло? ‒ Да. Это летний ветер, который гуляет на просторах степей и полупустынь. Они достаточно горячи, чтобы взбудоражить тело и жилы для дальнейшего путешествия. ‒ И кстати вовремя прислали, потому что почти обледенела у самого финала. ‒ Мисс Луна, я Вас прошу, старайтесь следить за очками здоровья! Из-за того, что Вы долго пребывали на морозе, организм ослаб, и Ваше здоровье каждый раз уменьшалось. Если бы не моя защита, Вы бы давным-давно окоченели на морозе! ‒ Хорошо-хорошо! Благодарю, что дали жизненно важный совет, ‒ благодарно кивнула я, поняв свое состояние. Так вот что со мной было! Черт, как я могла не догадаться ранее? ‒ И еще пара вещей, мисс Луна. Советую сегодня лечь спать и хорошенько выспаться, потому что Вас завтра ждет сложный день. Потребуется много сил и изворотливости, чтобы продолжить путь в новое место. Послушайтесь советов, которые дал Ваш новый приятель. Я с некоторым сомнением вспомнила разговоры с Сансом. Пусть он и выглядел настроенным на дружелюбие, но скелет явно что-то скрывает, и это «что-то» читалось в черных глазницах. Я не являюсь телепатом или еще кем-то, но по эмоциям, которые смогла прочесть в нем, мне удалось понять одну вещь: нужно опасаться его, от него веет не очень хорошим. ‒ Мистер Лангварг, знаете, я заметила в нем что-то странное, ‒ я решила признаться в своих подозрениях. Дух внимательно прислушался, чуть придвинувшись. – Нет, Санс неплохой монстр, он порой помогал и давал советы, но… он… с каким-то подозрением смотрит на меня. Тот скелет не сильно внушает доверия. ‒ Вы боитесь его? ‒ немного помявшись, я согласилась с его предположением. – Мисс Луна, Вам не стоит его остерегаться. Со временем Вы поймете, что у Вас много общего с мистером Сансом, и найдете общий язык. Просто… будьте собой и идите путем, который Вы избрали. Дальше Вам будет куда понятнее и яснее, чем сейчас. Вы с каждым днем получаете много информации и начинаете понимать происходящий вокруг Вас мир. Разве это не радость? ‒ Наверное… ‒ протянула я, не совсем уверенная в словах и чувствах. Снова эта странная и сложная путаница, которую предстоит разрешить, не порвав ни одной нити. – По крайней мере монстры относятся ко мне дружелюбно. Лангварг ободряюще улыбнулся и перевел взгляд на карманные часы. Глаза на краткий миг округлились, и рука поспешно закрыла крышку циферблата. ‒ Думаю, Вам пора отдохнуть, ‒ заключил он, увидев зевающую меня. Я сонно кивнула, клюя носом. – Не буду больше надоедать с расспросами, но я постараюсь предупреждать Вас о предстоящих трудностях. А сейчас – добрых снов, мисс Луна. ‒ Добрых снов, мистер Люпус, ‒ попрощалась я и махнула по видению, развеяв фигуру мужчины. Последние силы ушли на разговор, и сон, как груз, сидел на мне, угрожая раздавить, если не закрою глаза и пойду, наконец, спать. Но я испытывала страх, колющий и выворачивающий наизнанку. Я боялась, что попаду в место, откуда выйти можно с заледеневшим сердцем. Мне пришлось сдаться и дать тяжелому сну взять в оковы и увести в мир грез, пока снова не окажусь на свободе, на рассвете нового дня.