По зову ДУШИ

Молчание точки СОХРАНЕНИЯ было моим данным состоянием. Главный центр Подземелья – Новый дом. У меня невольно задержалось дыхание. Все дома были серого цвета, которые на какой-то миг окрасились ярко-рыжим пламенем ненастоящего солнца (откуда ему здесь взяться, черт возьми?). Они стали живее с таким окрасом. Я хмыкнула. Это почему-то показалось мне знакомым. Я медленно шла, глядя по сторонам. Город, полный многоэтажных зданий, который возведен усилиями монстров… Это сколько труда и сил было сюда вложено. Столько домов, улиц, простых смотровых башен… Впрочем, здесь было разнообразие, в отличие от моего мегаполиса. Там сплошь и рядом двойники нью-йоркских небоскребов, которые то и дело соревнуются, кто выше и величавее в «великом» городище. А здесь чувствовалась простота, никакого выпендрежа. Даже некоторая свобода, если можно так выразиться. Вдали поднимался яркий диск света. В груди клубился гложущий дым неуверенности и страха. Я старалась взять себя в руки и набраться спокойствия. На моем лице отразилась грустная улыбка. Боже, сколько раз я это делала – притворялась спокойной, безразличной? Я уже сбилась со счета да не вижу в этом смысла. Это единственная эмоция, которая въелась в меня за этот год. Это было накопительным. Это снежный ком, который вызвал лавину и едва не убил своей яростью и силой. Слишком много мыслей, которые ведут к бесконечным рассуждениям о вселенной и накручиванию нерв и самооценки на вилку. Порой одни заставляют задуматься, другие убивают. А бывают и такие, после которых мы решаем, что пора прекратить думать об этом. Мысли о предстоящем самопожертвовании не давали покоя. Я не могла смириться с этой участью, как бы мне ни хотелось умереть до этого. Из меня вырвался безнадежный смех. Мне так хотелось увидеться со своей семьей, извиниться за все, что сотворила. Обнять их всех в последний раз и сказать, как сильно люблю. Мне было больно думать о том, что я оставлю их одних. Я думала над тем, как мне выразить свою просьбу Лангваргу. Я была готова попросить его об услуге забвения, которую он предлагал мне еще в самом начале моего пути. Только так я могла освободить их от неизбежной боли. Я была готова заплатить эту цену. Только чтобы они не оплакивали меня и винили себя за свершившееся. Я не хочу, чтобы моя семья прошла через то, что выпало мне на мою долю год назад. Я выдохнула, тряхнула головой. Хватит. Мысли о предстоящем покинули меня. У меня больше не было сил на то, чтобы строить стратегии разговора с королем. Чем больше я пыталась загнать в загон хоть какое-то умное, остроумное словцо, тем был больший шанс растеряться перед встречей. Я решила, что самый лучший и действенный план – «разберусь на месте». Переступив через порог, я услышала приятную, домашнюю мелодию. Легкая, вызывавшая марш приятных мурашек по коже, даже легкое захватывание дыхания. Я удивилась тому, что увидела. Это была ТОЧНАЯ копия дома Ториэль. Только в серых тонах. «Воу, чувак…» ‒ я не договорила, оставив это пустым воскликом. Пусть это тот же дом, но от него не шел такой уют, как от дома мамы-козы. Этот более остывший и запущенный. Дверь легко поддалась и впустила в ослепительно светло-серое помещение. Единственным ярким объектом были желтые цветы, стоящие на тумбе в прихожей. Обстановка была та же, но вход к лестнице преграждала цепь с двумя замками. Эм… кажется, она рассчитывалась на невысокого человека, который не сможет пройти (ТЫ НЕ ПРОЙДЕШЬ!!!) здесь. Мне же было достаточно просто перекинуть одну ногу, а потом вторую, чтобы решить столь трудную задачу. К цепи была прицеплена записка: «Приветик! Я в саду. Если тебе нужно что-то забрать из твоего сундука, не стесняйся и приходи. Ключи на кухне и в коридоре». Я повела бровью и прислушалась к очнувшейся ДУШЕ. Она отошла от дремы и слабо дернулась вправо, указывая путь в коридор. Так… я же правильно понимаю, что собрала все вещи потерянных детей? Или есть еще что-то, о чем не знаю? Я это поняла, когда открыла первую дверь. Это была копия моей комнаты в Руинах, только здесь присутствовали еще одна кровать и две коробки. ДУША подтолкнула к ним. Я без вопросов села рядом с первой и, аккуратно развязав красную ленту, открыла коробку. На ее дне лежал золотой медальон в форме сердца. Ух ты, какой красивый! Немного помявшись, я взяла его и рассмотрела со всех сторон. Надо же, он легкий, несмотря на немного массивный вид, и идеально гладкий. Я открыла его. На внутренней стороне крышки было выцарапано: «Лучшие друзья навсегда». ДУША на этом екнула, подпрыгнув к горлу. О’кей, я возьму его, но надо выяснить, кому он принадлежит. Как-никак, это чужая вещь. Я развязывала ленту на второй коробке со странным ощущением. ДУША напряглась, вытягиваясь в струну, словно хотела порваться на части. Ожидание было для нее утомительным, но она не желала видеть содержимое. Когда я открыла крышку, то увидела, как сверкнула серая сталь. Не думаю, что это лучший подарок для ребенка, если он не собирается стать кулинаром или метателем ножей. Это был непримечательный нож, похожий на кухонный. Положив его в карман, а на шею нацепив медальон и спрятав его под одежду, я бросила взгляд на фотографию и в ту же секунду отдала ей все внимание. Это была семейная фотография, на которой запечатлены король, королева и их дети. Надо же, они еще такие маленькие… Время быстротечно. Никакой ловец не в силах поймать его в свои силки. ДУША лишь слегка дернулась, а потом провалилась в забытье. Ее состояние пугало уже не раз, но я не могла найти ответов на резкую смену эмоций. Закрыв за собой дверь, я двинулась в конец коридора, но вдруг ко мне выпрыгнули два Фроггита. Они не вызвали меня на БИТВУ, а медленным, спокойным голосом, как у древних сказителей, заговорили. ‒ Много лет тому назад в РУИНЫ упал человек, ‒ начал первый. ‒ Пострадавший после падения, человек стал звать на помощь, ‒ закончил второй. Они тихо квакнули и отпрыгнули, провалившись сквозь землю. Я недоуменно посмотрела на место, где сидели Фроггиты, и мотнула головой. Наверное, сейчас будет стори-тайм, стоит приготовиться к прослушиванию (эх, жаль, что нет горячего шоколада и попкорна, чтобы со всеми удобствами было). Коридор был заполнен вазонами с золотыми цветами. Их легкий сладковатый аромат наполнял немного пыльный воздух и возвращал на самое начало пути. Это было так давно... Не думала, что так скоро буду скучать по тем приключениям, выпавшим на мой путь. Изначально я не предполагала, что так все закрутится, и вся эта «закрученность» поможет мне открыться. Стать на пару мгновений той, кем была до переломного момента. Почувствовать жизнь, улыбаться и смеяться по-настоящему… Когда подходишь к концу, возникает желание оттянуть его, насладиться последними мгновениями, перед тем как переступить линию невозврата. Я замерла у зеркала. Отражение не вызывало чувство разочарования, стыда или неуверенности. На меня смотрела та же девушка, но в ней что-то поменялось. Да, лицо немного разгладилось, перестав быть похожим на череп, глаза сверкали по-живому. Но их цвет… он изменился. Они были кроваво-красного цвета, что на секунду удивило меня. Такой насыщенности мне не доводилось видеть часто. В голове зашевелились неприятные воспоминания, связанные с этим. Этот мир влияет на меня и внешне, и внутренне. Я здесь пробыла короткий отрезок времени и помимо внешности поменялось что-то и внутри. Это сложно объяснить, но то чувство, возникшее еще четыре года назад после Чуда, заворочалось во мне, говоря, что я на верном пути. Может, именно оно не давало покоя с самого начала, когда впервые вернулась к жизни? «Несмотря ни на что, это все еще ты», ‒ прошептал незнакомый голос. Я не поверила ушам. Это не был голос шизы говоруна, это совершенно другой. Он был тихим, похожим на шепот весеннего ветра. Это говорила девушка… В следующий миг я испуганно дернулась. В зеркале появилась я, но со странными дополнениями. Мой вид едва был узнаваем, только распущенные длинные волосы и та же толстовка, скрытая под черной курткой, дали намек, что это на самом деле я. ДУША бешено завертелась в груди, крича и дергаясь в конвульсиях, что мне стало невыносимо жарко и плохо. Я услышала новый крик, полный боли и отчаяния, в глазах начало темнеть. Буря эмоций обрушилась на меня, словно пыталась что-то сказать, вернуть то, что было когда-то утрачено. В голове пронесся странный и до боли знакомый шепот, зовущий к себе в неизвестном направлении. Но потом все резко стихло. Глаза увидели обычное отражение, только уже напуганное до гребаных чертиков. Простите, но на ТАКОЕ я не подписывалась! Меня по утрам собственное отражение в виде трупа не на шутку пугало, так теперь это! У меня начиналась истерика, но в последний момент моя ладонь накрыла кольцо и почувствовала охлаждающую волну магии. Она заструилась по венам в сердце, ДУШУ и голову, остужая накаленные чувства. Все взрывающие ощущения оставили меня в покое, дав спокойно, но немного дрожа вдохнуть воздуха. С каждым шагом этот мир вызывает кучу вопросов, на которых нет ответов. Но буду надеяться, что они раскроются и дадут понять, что я не схожу с ума. Посмотрев на себя новыми глазами, переливающимися цветом крови, я уверенно покинула коридор, двигаясь к выходу. Все эти сны, надрывные крики и шепот – все это больше смахивало на начало безумия. Но ДУША отвергала это, настойчиво ведя вперед, будто твердо знала, что здесь нам делать нечего. На моем пути появились пугливые Плакселоты, которые храбро приблизились ко мне. Их тихие, немного севшие голоса продолжили историю. ‒ АЗРИЭЛЬ, сын короля, услышал человеческий зов. Он вернулся в замок вместе с человеком, ‒ вымолвили они и отступили в тень, давая пройти. Я кивнула им и одним махом перемахнула через цепь, спускаясь по лестнице через ступеньку. За мной запрыгали три Минижела, которые пытались догнать меня. Я замедлилась и развернулась к ним. Из немного чавкающих уст вылилось: ‒ Шло время, АЗРИЭЛЬ и человек стали, как родные. Король и Королева относились к дитя, как к своему собственному. Подземный мир был полон надежд. Я пересекла половину темного коридора, который должен был вывести к выходу из дома. ДУША еще не совсем отошла от потрясения и пока подавала признаки жизни, круша ребра. Это так сильно впечатлило ее, что это передавалось и мне. То отражение было смутно знакомым, будто нечто похожее я ранее видела… ‒ Затем… В один день… ‒ стрекочущим голосом заговорил огромный жук. ‒ Человек очень сильно заболел, ‒ печально выдал второй жук, безрадостно щелкнув клыками. ‒ Больной человек высказал лишь одно желание, ‒ подхватила поспешившая морковь историю. Вокруг меня собирались монстры, дружно шествующие к свету. – Увидеть цветы из его деревни… Но мы ничего не могли с этим поделать. ‒ На следующий день, ‒ низким голосом заговорили оба одноглазых монстра с рожками на голове (это точно не Майк Вазовски?). В воздухе повисла нагнетающая атмосфера. – Человек умер. Все монстры погрузились в траурное молчание. Я почувствовала их так и не отпустившую за все это время печаль, что она заползла мне в легкие и неприятно защекотала ребра. Я поспешила к выходу. Впереди появился новый монстр из Сноудина. ‒ АЗРИЭЛЬ, убитый горем, поглотил ДУШУ человека, ‒ защебетал Снегоцып. – Он превратился в существо с невероятной силой. ‒ С человеческой ДУШОЙ АЗРИЭЛЬ пересек БАРЬЕР. Он нес тело человека в сторону заката, обратно в деревню людей, ‒ писклявым голосом заговорил монстр с диковиной шляпой на голове. Я ужаснулась. Теперь понятно, что случилось с самой первой ДУШОЙ здесь. Однако, если так подумать, то какая будет мощь у Азгора, когда он поглотит семь ДУШ? Представить страшно. ‒ АЗРИЭЛЬ достиг центра деревни, ‒ продолжила Мойша. Уточка умиротворенно покачивалась на пенистых волнах, видя пятый сон. – Там он отыскал поляну из золотых цветов и возложил на нее человека. «Это слишком опасно и необдуманно с его стороны! ‒ воскликнула я и вдруг задумалась. – Хотя… будь я на его месте, то исполнила бы последнюю просьбу члена своей стаи». В груди больно кольнуло, и эта боль буйно, как цветы, стала разрастаться, вызывая болезненные воспоминания. Еще немного – и мы вышли на свет. Нам открылся вид на город с другой стороны, еще более светлой, чем тогда. Монстры дружно следовали за мной, храня молчание и миролюбиво глядя мне в глаза. В их взглядах не было эмоции отвращения или ненависти, как это было в людях. Это стало для меня таким привычным, что начала игнорировать это, но сейчас, видя, как монстры смотрят на меня с некой добротой… Это растопило во мне лед, сковавший непробиваемый сосуд с вакуумом. ‒ Вдруг раздались крики, ‒ зашептала мелодичным голосом Смурена. Она плавно двигалась, скромно взирая на мое лицо. – Жители деревни увидели АЗРИЭЛЯ, держащего тело человека. Они подумали, что он убил дитя. ‒ О нет… ‒ внутри все сжалось. Вот. Вот доказательство того, что люди, видя такое, сразу же без раздумий хватаются за оружие и убивают. Безжалостно, так и не зная причины всего. ‒ Люди напали на него со всем, что у них было, ‒ заскрежетал пружинами подлетевший Манекен, который когда-то работал у Истерика. – Он получал удар за ударом, АЗРИЭЛЬ был способен уничтожить их всех. ДУША еще сильнее сжалась. Мы знали, чем все это кончилось. ‒ Но… ‒ пробасил великан, шествующий в довольно большой группе монстров (ну и ну, тут целое вечернее заседание, точнее, шествие литературы собралось). ‒ АЗРИЭЛЬ не бил в ответ, ‒ с акцентом продолжил Мэджик, пролетая над моей головой. ‒ Избиваемый людьми… ‒ АЗРИЭЛЬ улыбался и шел прочь, ‒ закончил Мэджик за товарища и замолк. Мелодия, следовавшая за нами, стала чуть громче и раскатистее, что во мне появилось какое-то воодушевление. Все это на фоне мелодии было одновременно и красивым, и печальным. Теперь я поняла причину мести Азгора. ‒ Израненный АЗРИЭЛЬ, хромая, добрался до дома, ‒ звеня латами, подоспел Фроггит, только уже более гордого вида. – Он вошел в замок и упал, а его прах разлетелся по всему саду. ‒ Боже… ‒ Королевство впало в отчаяние, ‒ через забрало выдохнул Плакселот. Он был вооружен стрелами и улучшенной броней, но монстр не собирался кого-то атаковать. – В одну ночь король и королева потеряли обоих детей. Люди снова забрали у нас все. ‒ Король решил, что пришло время покончить с нашими бедами, ‒ гулко произнес монстр с закрученными рогами и огромным глазом на все туловище. – Каждый человек, что упадет к нам, должен умереть. С достаточным количеством ДУШ, мы сможем разрушить БАРЬЕР навсегда. ‒ Поверьте, осталось немного до этого момента, ‒ я выдала бодрую улыбку и окинула ею всех собравшихся. Монстры расцвели и с надеждой обменялись взглядами, одобрительно гудя. ‒ Король АЗГОР выпустит нас на свободу. ‒ Король АЗГОР спасет нас всех. ‒ Король АЗГОР даст нам надежду, ‒ ДУША подпрыгнула, загоревшись, как спичка. Она стала быстрее биться, чувствуя стоящую ауру среди монстров. Это наполнило меня РЕШИМОСТЬЮ и… надеждой. ‒ Тебе тоже следует улыбаться, ‒ подбодрил подскочивший Фитилек, бросающийся искрами и огоньками. ‒ Разве ты не взволнована? Разве ты не рада? – смущенно спрашивал Вулканчик, радостно улыбаясь. ‒ Ты станешь свободной, ‒ квакнул Фроггит. ‒ Да, мы все станем свободными, ‒ промолвила я, вызвав еще одну волну одобрения и ликования. ДУША затрепетала, чувствуя теплое отношение к нам. Теперь я просто обязана спасти всех. Я отдам свою жизнь ради тысячи жизней, которые заслуживают право быть счастливыми. Быть свободными. Мы дошли до тупика. Восторженные монстры свистели и рукоплескали, скача вокруг меня. Я плескалась в волнах одобрения и поддержки, что заставило меня смутиться, но теплая, спокойная улыбка заиграла на моем лице. Она горела огнем, но мне не хотелось прятать ее. Хватит. Не прячь себя. Толпа монстров скрылась в лифте, оставив меня одну. Справа находился проход, который странно манил к себе. Решив больше не тянуть волка за хвост, я быстро зашла и с неким удивлением и восхищением выдохнула, озираясь. Это был длинный зал, отлитый из золота. Высокие колонны родом из Древней Греции подпирали свод помещения, который тянулся далеко вперед. Плиточный пол, отбрасывающий солнечных зайчиков, сверкал своим богатством. Из витражных окон лился свет солнца. Разноцветные стеклышка складывались в герб королевства монстров. Этот зал был мне очень хорошо знаком. Я видела его во сне, который еще долго вызывал неприятный озноб. Зал, где кто-то меня испепелил и бросил лаву со зловещими словами. ДУША завибрировала, непонятно реагируя на это место. Она тоже помнила тот кошмар и у нее возникли не самые теплые чувства. Зал полыхал золотом, очаровывая. Я шла по залу, слушая гулкое эхо, подхватывающее мои шаги. Они разносились во все стороны к самому потолку. Озноб ДУШИ пропал, сменившись на теплое колыхание в груди. Эти колыхания подняли со дна забытые воспоминания, успевшие за это время улечься. «Вы должны знать, так это здесь есть три пути, по которым можно пойти. Ваши действия, слова, поступки – все это будет влиять на дальнейший исход, ‒ зазвучал голос духа. Он как звон хрусталя разнесся в голове, возвращая в дом Ториэль. – Каждый совершенный выбор повлечет цепочку реакций, которая в итоге придет в действие. Это Ваше решение, кем быть или не быть, но в конце пути Вас всегда ждет суд». Последнее слово будто эхом разнеслось по залу, звеня. Оно приняло особый смысл, намекая, что до него осталось считанные секунды. Лангварг предупреждал меня об этом. Если я и правда попаду на суд, то кто же будет моей судьей (и успею ли я обзавестись адвокатом?)? ‒ Похоже, ты все же сделала это. Я не поверила своим ушам. Черт, мне стоило уже понять, что он чертов шпион, следивший за мной еще с самого начала Сноудина! ‒ Санс, – улыбнувшись, сказала я, взирая на появившегося скелета. Он стоял с обычной улыбкой и со спрятанными руками в карманах. Санс не вызывал настороженности. В зале возник гул, наполнивший меня неким умиротворением. – Ну, ты как всегда. Знаешь, ты мне напоминаешь Чеширчика. ‒ Никогда не устану удивляться твоим сравнениям, малая, ‒ его выражение посветлело, став теплее. Улыбка растянулась, но взгляд глазниц хранил серьезность. – Как бы то ни было, конец твоего приключения уже совсем близко. Через несколько мгновений ты встретишься с королем. О, только не напоминай, приятель. ‒ Вместе… вы определите будущее этого мира. Но это будет потом. А пока, ‒ в глазницах появилась холодная суровость. Моя улыбка тут же слетела с лица и пропала на чердаке. – Ты будешь осуждена. Я сглотнула, похолодев. В голове промелькнули все мои поступки, которые могли посчитаться за преступление. Mum, come pick me up I’m scared. ‒ Ты будешь осуждена за каждое свое действие, ‒ его беспощадный голос эхом раскатывался по залу, ударяя по голове. Санс стал грозным. Вот он, судья. Ну а мне можно нанять адвоката? – Ты будешь осуждена за каждый ОП, что ты получила. ‒ Э… ОП? – не поняла я. ‒ Это акроним. Он означает «Очки пыток». Это способ посчитать, сколько боли ты причинила другим, ‒ зловещие слова потрясли воздух. ДУША болезненно съежилась, отпихиваясь от этой новости. – Когда ты убиваешь кого-либо, твои ОП увеличиваются. Когда у тебя достаточно ОП, твой УР увеличивается. На моем лице снова отразилось недоумение, но и облегчение. На своем пути я не пролила ничьей крови, но Санс ровным голосом продолжал говорить, объясняя очередное сокращение. ‒ УР тоже является акронимом. Он означает «Уровень Резни». ДУША еще сильнее сжалась при этих словах. Я почувствовала, что мне становилось дурно. Какого черта со мной такое творится? Второе сердце не собиралось укротить болезненные спазмы в груди. Она была не то что обеспокоена. ДУША просто в ужасе от таких слов. ‒ Это способ измерить чью-то способность ранить, ‒ продолжал Санс, косясь на свечение в области грудной клетки. ДУША так и просилась выйти на улицу, желая больше не слышать этого. Я мысленно пыталась успокоить ее, и это на удивление немного подействовало. – Чем больше убиваешь, тем легче отдалиться от этого. Чем больше ты отдаляешься, тем меньше ты от этого страдаешь. И тем легче тебе заставить страдать других. «Я так понимаю, что в моем мире люди имеют максимальный УР», ‒ холодно подумала я, не вовремя вспомнив прошлое. Не отвлекайся и дослушай Санса-судью. ‒ Но ты, ‒ в глазницах сверкнули белоснежные зрачки. Исходивший холод ослаб, а улыбка стала более дружелюбной. – Ты совсем не повысила УР. У меня появилась маленькая улыбка, а ДУША перестала колбасить мой многострадальный скелет. ‒ Конечно, это не значит, что ты абсолютно невинна или наивна, ‒ пожал плечами скелет, отводя глазницы в сторону, а потом снова смотря мне в глаза. В них были легкая радость и тепло. – Лишь то, что в твоем сердце есть чуткость. Несмотря на преграды или трудности, которые встречала, ты стремилась сделать все правильно. Ты отказалась ранить кого-либо. «Бедный Меттатошка», ‒ вспомнила я робота, которому заехала по экрану сковородой. Вот товарищ, который физически пострадал от меня, но простил за это. ‒ Даже убегая, ты улыбалась, ‒ Санс говорил это теплым голосом, распростерев руки. В зале гул стал торжественен. – Ты не заработала УР, но получила любовь. Значит ли это что-нибудь? ‒ Думаю, что да, ‒ улыбнулась я. – Я рада, что познакомилась с вами, ребят. И поняла, что мир еще не настолько погряз в жестокости. Иногда доброта – это все, что у нас есть. Иногда доброты бывает достаточно. Санс улыбнулся шире, а глазницы слегка прищурились. Вот. Это его настоящая улыбка, которая вызывает ответные чувства. Все-таки этот скелет имеет нечто схожее со мной. ‒ Теперь… ‒ он посуровел. – Ты встретишься с величайшей проблемой за все свое путешествие. Твои действия здесь решат судьбу всего мира. Если ты откажешься сражаться, Азгор заберет твою ДУШУ и уничтожит человечество. Но если ты убьешь его и уйдешь домой, монстры навсегда останутся в ловушке под землей. Что же ты сделаешь? ‒ Пф, ну ты же меня знаешь, ‒ усмехнулась я, заговорщицки улыбаясь. Санс хитро прищурился, прикрыв глазницы на одно мгновение. Мне показалось, что он уснул прямо в стоячем положении. ‒ Ну, если бы я был тобой, к этому моменту меня уже бы стошнило в полотенце, ‒ я фыркнула на это, закатив глаза. Санс на секунду улыбнулся, но потом принял вкрадчивый тон, переходящий в «зажигающий души» режим. – Но ты ведь пришла сюда, не чтобы сдаться, ведь так? У тебя есть нечто называемое «решимостью», ‒ ДУША всколыхнулась, загораясь пламенем. Я почувствовала, как по венам заструился прилив новых сил. Во мне проснулось стремление, которое вело меня вперед все это время. – Но и то, что вселяло тебя надеждой. Так что, пока ты держишься, пока поступаешь так, как тебе велит сердце, я верю, что ты сможешь поступить правильно. ‒ Я обещаю, что не подведу вас, ‒ поклялась я, решительно сжимая кулаки. Неизведанные вихри магии окутали мое тело, наполняя уверенностью, что все выйдет так, как и планировалось. ‒ Хорошо, ‒ принимая ответ, кивнул скелет. Недоверие в глазницах скрылось в темноте. – Мы все рассчитываем на тебя, малая. Удачи. ‒ Постой! – остановила я его. Он уже было развернулся, чтобы эффектно свалить, но Санс замер и вопросительно посмотрел на меня, пока глазницы не стали идеально круглой формы. Я почти стояла на коленях, обнимая его. Скелет немного оторопел, но потом выдал смешок и обнял в ответ. Санс проронил каламбур, над которым мы дружно посмеялись. Торжественный гул наполнял ДУШУ ликованием и непоколебимой верой.

***

– Пум-пурум... – донеслось до меня. Я тихо прикрыла за собой огромную дверь, стараясь не прерывать пение птиц и шепот цветов. Я лицезрела необычный тронный зал. Он больше походил на летний сад, о котором с трепетом заботился садовник. Высокая фигура, скрытая за длинным фиолетовым плащом, плавно двигалась по огромному золотому океану. До меня доносились шлепки падающих капель, омывавших растения. Сладковатый запах усилился, становясь чуть ли не пьянящим. ДУША затрепетала за ребрами, пробуждая необычное дежавю. – Ваше Величество, – немного дрожащим голосом позвала я. ДУША замерла в ожидании. ‒ Ох? – король замер. – Одну минуту. Я почти закончил поливать эти цветы. – Азгор неторопливо выливал остатки воды на золотые цветы, давая им напиться. Я с интересом разглядывала цветущий тронный зал. Даже не возникало и мысли, что это и есть замок правителя. – Вот так вот! Король закончил с поливкой, поставил большую лейку на землю и медленно повернулся ко мне. Я с замиранием сердца ждала этого момента. В голове стоял гул, внутри разрывалось от волнения. ‒ Приветик! – дружелюбно поздоровался низкий голос. – Чем могу… ‒ как только наши взгляды пересеклись, Азгор отшатнулся от меня с испуганным лицом. Я оторопела и съежилась, желая испариться. Он отвернулся, собираясь с силами. Понимаю. Я тоже не готова к этой встрече. Но останавливаться у меня нет желания. Я шла сюда долго и напористо не для того, чтобы так все легко бросить. ‒ Мне так хочется сказать: «Не хочешь ли чашечку чая?» Но… Ты знаешь, как это бывает, ‒ тихо смеясь, со слабой улыбкой произнес король, пряча взгляд в цветах. Я проглотила вставший ком и дрожащим от волнения голосом выдала, словно думала, что меня сей же час расстреляют у стенки. ‒ В-ваше Величество! С-сэр! Перед тем как Вы сделаете это, м-мы можем поговорить? – выпалила я, сгорая от страха. ДУША застучала в висках, заглушая мирное пение птиц и кружа голову от пьянящего запаха цветов. – Э-это по поводу монстров и их будущего. Всего пару минуточек. Король внимательно посмотрел на меня, с нахмуренным лицом обдумывая мое предложение, и вскоре с улыбкой произнес. ‒ Почему бы и нет? – в его голосе читалось облегчение. ДУША, почувствовав это, расслабилась. – У меня есть хороший чай, чтобы начать этот день с мирной ноты.

***

‒ Чудесный денек, да? – по-доброму спросил он, разливая цветочный чай. Я поспешно кивнула, пытаясь найти удобное положение на огромном троне. Мы разместились посреди зала, устроив чаепитие. Азгор без каких-либо напрягов принес огромный стол, сервиз и расставил все это на деревянном изделии. Я немного помогла ему, храня молчание. – Птички поют, цветочки благоухают… Отличная погода для игры в догонялки. ‒ Это да, ‒ согласилась я, выглядывая в окно. За ним открывался вид на некое подобие поляны, где цвело еще большее количество цветов. Азгор был заядлым садоводом. По его виду и не скажешь, что он любит сад и чай. Эти громоздкие латы, тяжелый плащ и большая корона из золота придавали грозный и величественный вид. ‒ Это кажется немного странным… все это, ‒ произнес он, поправляя миниатюрную салфетку и, удовлетворившись общим видом стола, сел. Король посмотрел на меня и одарил гостеприимной улыбкой. ‒ Знаете, мне тоже так кажется, ‒ ответила я. Король понимающе кивнул. – Но я не против этого, ведь мы оба знаем, что будет дальше. Хочется насладиться последними минутами перед грядущим. ‒ Не хочешь, чтобы… ‒ он замолк, не решаясь закончить. Тряхнув прекрасными длинными волосами, отливающими золотом, Азгор вдохнул воздух и слегка улыбнулся. – Печенья? ‒ Будьте добры, ‒ кивнула я, принимая угощение. Мы молча пили чай, заедая печеньем с шоколадной крошкой. В зале было уютно и хорошо. Волнение наполовину оставило меня в покое, я и ДУША успокоились и могли трезво подумать, с чего стоит начать аудиенцию с королем. ‒ Я никогда не отличался шеф-поварскими умениями, ‒ признался король. – Из меня кулинар так себе, но это печенье тоже ничего. ‒ Особенно если оно с шоколадом – ему цены нет. – я немного помолчала и перевела взгляд на окно, где цвел сад. – Вы любите цветы? ‒ Да, это мое хобби, ‒ улыбнулся Азгор. – Быть королем – огромная ответственность, есть вещи, требующие особое внимание. Мне от этого не деться, но порой приятно отвлечься от государственных дел и посвятить время любимому хобби. Видя цветущую красоту, внутри становится спокойно, а все проблемы уходят на задний план. Я знаю много цветов и уход за ними. Хотелось бы передать эти знания кому-то другому, ‒ Азгор задумался, на секунду погрузившись в мысли. В глазах вспыхнуло потерянное воспоминание, вызвавшее грусть у огромного монстра. ‒ Моя мама тоже любит цветы, ‒ поделилась я. – У нас дома чуть ли не на каждом подоконнике и полке стоит цветок. Хорошо, что собака не такая обжора. Она знает, что мама будет расстроена, если с ее цветами что-то случится и… обороняет от чужаков. ‒ Да ну? ‒ А то! Вы не видели, как он охранял кактус от бабушки, когда та хотела получше рассмотреть его. Морф с таким рвением охранял, что чуть ли сам не напоролся на острые иголки! Азгор рассмеялся, представив эту картину. Мы оба чувствовали себя расслабленно. Чашка чая и правда имеет волшебные свойства. ‒ А какое твое любимое растение? – поинтересовался Азгор. Я задумалась. ‒ Я особого значения не придавала, какой именно. Все растения по-своему прекрасны, ‒ я посмотрела на золотые цветы, которые вызвали тихие пульсации ДУШИ. – Но здесь я встретила необычный цветок, который называется эхо-цветком. ‒ Те, что растут в ВОДОПАДЬЕ? Хм, ты права – они необычны. Повторяют то, что слышали в последний раз. У меня где-то были семена, да только забыл посадить их. Он с увлечением рассказывал об особенностях эхо-цветка, а я с интересом слушала его. Будь воля, можно было бы попросить парочку семян, чтобы посадить у себя дома. Водопадье оставило неизгладимый след в душе. Мы не замечали течения времени, весело разговаривая об обычных вещах. Азгор оказался радушным хозяином и всегда наливал добавку, продлевая беседу. Все волнение как рукой сняло, я чувствовала себя как дома. ДУША мирно спала за ребрами, убаюканная спокойным голосом. Теперь уже не было так страшно перед грядущим будущим. – Что ж, ‒ вдруг произнес король. Я подняла на него вопросительный взгляд и невинно проглотила печенье, запив чаем. – Мы долго разговариваем с тобой и мне приятно иметь такую компанию. Не помню, чтобы эта беседа возвращала во времена семейной жизни, ‒ он грустно улыбнулся. Оу… Да, они с Ториэль разведены. Точнее, они живут порознь друг от друга. – У меня к тебе вопрос: что привело тебя на гору Эботт? Я немного растерялась, не зная, как ответить. Во-первых, никаких упоминаний, что пришла из другого мира. Это будет звучать безумно и не думаю, что это имеет столь важное знание. А говорить о том, что ранее хотела наложить на себя руки крайне глупо. Лучше сказать так, как все было. – Это вышло случайно. За мной погналась толпа детей, которая в итоге загнала на гору. Я решила спрятаться от них в одной пещере, а там была дыра, в которую и свалилась в Подземелье. – Тебя часто обижали дома? – с тревогой спросил король. Я помялась, но решила быть честной с королем. Сколько раз эта ложь делала тебе только хуже, но ты все равно скрыла от родителей кучу проблем, решив, что достаточно взрослая, чтобы разобраться со всем дерьмищем. «Знай, дорогая, мы – твоя семья, которая всегда поддержит и не оставит в беде. Мы поможем тебе всем, чем сможем. Не закрывайся от нас, мы очень боимся за тебя», – прозвучало в голове. Слова матери прокатились в памяти. Мам… У меня задрожали руки, я быстро спрятала их под стол от глаз короля. Соберись. – Да, были моменты, когда на меня «нападали», но это не так трагично. Я могла постоять за себя... – Но? – Слишком большая толпа была, и я решила сбежать, хоть это не в моих принципах. – В этой ситуации ты сделала верный выбор, даже если ты так не считаешь, – спокойно промолвил Азгор. Его взгляд смягчился, став теплее и понимающим. – Иногда мне хочется сбежать от ответственности, которая лежит у меня на плечах, но не могу. У меня имеются причины, которые заставляют держаться за свой народ. «К сожалению, даже моя семья не смогла удержать меня в тот день», – горько подумала я. Азгор будто прочел мои мысли на моем лице и вымолвил. – У каждого из нас случается такое, что ввергает в шок. Или в депрессию. Но мы, как бы то ни было, должны понимать, что тех, кто ушел, не вернуть слезами. Надо жить дальше, несмотря ни на что. В моем случае, я пообещал своему народу, что освобожу их из этой ужасной тюрьмы. Ты, наверное, догадываешься, что я должен сделать с твоей ДУШОЙ? – Да, – кивнула я. – И я готова к этому. Это вызвало потрясенное выражение лица и некую угрюмость у короля монстров. Повисла напряженная тишина, прерываемая шелестом цветов. Я уже привыкла к таким реакциям, но знала, что не отступлюсь от своего решения. Оно будет доведено до конца. – Но почему? – спросил Азгор, взяв себя в руки, но остатки потрясения еще мелькали в глазах. М-да, не думала, что я буду той, кто станет первым добровольцем в Голодных играх. – Что заставило тебя пойти на это? – Изначально, я не знала всей сложившейся ситуации. По пути к Вам, я видела жизнь Ваших подданных. Они полны надежды, что Вы освободите их. Я наслышана о том, что из-за людей вы заключены здесь под землей достаточно долго. Это жестоко и несправедливо по отношению к вам. Все мы живые существа и хотим видеть и чувствовать простые вещи. Видеть мир и ощущать его своей кожей. Я видела, что монстры безобидны и не желают зла. Они добрые, оптимистичные и хранят светлые мысли о том, что когда-нибудь настанет их время, когда выйдут на Поверхность. Тогда я поняла, что имеется шанс на то, что эта общая мечта станет реальностью и решила во что бы то ни стало исполнить ее. – Пожертвовав собой? – уточнил король, на что получил краткое кивание головы. – Но как же твоя семья? Они не будут скучать по тебе? ‒ Мне нечего терять. Они считают меня мертвой и… ‒ я замолкла. Не начинай. Будь сильнее. Азгор напряженно помолчал, пока не выдал. ДУША дернулась, подлетев к горлу и забившись в нем. ‒ Я верю твоим словам, дорогая, но у меня есть вопросы. Во-первых: по твоим меркам мы безобидны и не несем угрозы человечеству. Ты видела это и знаешь истину. Но поверят ли тебе люди, если расскажешь это? ‒ Не знаю, ‒ сказала я. Скорее, мой ответ был отрицательным. Мало кто поверит в это, если не увидят воочию. ‒ Во-вторых: когда мы выйдем на ПОВЕРХНОСТЬ, ты даешь гарантию, что люди не начнут новую войну? – Нет, – тихо промолвила я. Сомнения на сей счет посещали меня. Люди непредсказуемы, неизвестно, какой черт укусит их за пятку. К людям у меня холодное отношение. Я держу границы приличия, но с каждым разом их бесчеловечность переходит черту. Но... – Но возможно найдутся те, кто захочет заключить перемирие и тогда между людьми и монстрами будет мир, который позволит двум расам жить вместе. – Но мы помним о войне, и люди тоже. Они не забудут и долго будут смотреть на нас искоса, – заметил Азгор. Его голос стал холоднее. – Предполагаемый мирный договор очень хрупкий и если между нами возникнет малейшее недовольство, то войны нам не миновать. – Да, я согласна с Вами, но можно найти альтернативу. Если между людьми и монстрами будет «мост», который не допустит распри и недовольства двух сторон и сможет сделать так, чтобы все были довольны, есть вероятность, что мир будет долговечен, а может, и вечен. – Ты хочешь сказать, чтобы я нашел посла монстров? – Можно и так, – ответила я. – Если у Вас возникнут трудности, то можно обсудить с послом предположения, а потом уже он урегулирует права обеих сторон, сделав так, чтобы ни вы, ни люди не были ущемлены. ‒ Это хорошая мысль! – засветился Азгор, широко улыбнувшись и оголив клыки. Он казался таким добрым. – Думаю, мне удастся найти посла, который согласиться взяться за эту обязанность… ‒ вдруг он погас, насупившись. – Нет. Боюсь, не найдется того, кто сможет договориться с людьми. Они слишком хитры. Ну, с этим я согласна. Это даже мягко сказано. ‒ Ты могла подойти на эту роль, дитя, ‒ с некой надеждой произнес он, глядя на меня. – Я не хочу забирать твою ДУШУ, но монстры ждут и верят, что я исполню свой долг. ‒ Вам стоит сделать это. Заберите мою ДУШУ и освободите всех из этой тюрьмы. Вы долго ждали этого, – холодно ответила я, почувствовав ком в горле. Сглотнув его, с трудом продолжила. ‒ Но, пожалуйста, не мстите людям. Это не исправит положения, не вернет то, что мы когда-то потеряли. Месть не имеет смысла, если Вы хотите начать все сначала, с хорошего начала. ‒ Я готов отказаться от мести, если люди не будут очень враждебно настроены против нас. Я не готов подвергать монстров опасности и всеми силами попытаюсь предотвратить это. С тобой это вышло бы, я не сомневаюсь в этом. ‒ Почему Вы так уверены в этом? – слегка удивилась я. ‒ Ты – одна из миллионов людей, кто согласен пойти с нами на контакт и заключить мир. Ты даешь надежду не только нам, но и всей истории. Может, только благодаря тебе удастся переписать будущее двух рас. Тогда я не имею никакого права убивать тебя, иначе это равно тому, что я убью последнюю нашу надежду. «Их дети были надеждой… ‒ вспомнила я. В груди быстро застучало, когда верно подметила это. – Азгор видит во мне надежду, потому что только я могу сделать все возможное, чтобы никто не причинил им вреда. Я – тот, кто должен стать Фемидой для монстров и людей». ‒ Но если этого не сделать, то вы останетесь здесь навсегда. ‒ Я готов подождать другого решения этой проблемы. Я не хочу этого делать. К тому же тебе разве не хотелось вернуться к семье? ‒ Я упоминала, что… ‒ Да. Знаю, дитя. Но родители бы обрадовались, что ты жива и невредима, ‒ он осекся. Я закрыла лицо руками. Мои плечи сильно задрожали. Король не растерялся, грузно поднялся со стула и подошел ко мне, мягко обхватив костлявые руки мягкими лапами. Его голос стал походить на шепот. – Почему ты плачешь? Я молчала, давясь слезами. Они неконтролируемо текли по щекам, не желая остановиться. Азгор, видя это, лишь заботливее обнял меня, пытаясь угадать причину слез. У меня возникла мысль, что король похож на моего отца. ‒ Ты скучаешь по своей семье? Или тебе жалко нас? – мягко спросил он после нескольких попыток. Я слабо кивнула, икая. – Дитя, не стоит жалеть нас. Мы полны терпения и дождемся другого человека, который... ‒ Я не хочу, чтобы кто-то еще пострадал, ‒ выдавила я, рыдая. – Не хочу, чтобы кто-то еще умирал ради свободы других. Достаточно смертей. Дети... Они не заслуживают такой участи. ‒ Никто не заслуживает этого, ‒ кивнул король, потирая костлявую спину. Я почувствовала, как ребра зазвенели под тонкой кожей. – Ни дети, ни ты. Никто из живых. Моя жена… Она не могла видеть этого и ушла от меня. Я знаю, что это неправильно, но у меня нет выбора. Мне… мне просто хочется увидеть ее и попросить прощения за все, что сотворил. ‒ Я… видела ее, ‒ шмыгнув, просипела я. Азгор воззрился на меня и с надеждой спросил. ‒ Она говорила обо мне? – большие глаза ждали ответа, который успокоит тревогу монстра. Я вздохнула и выдала правду. ‒ Нет. Ториэль избегала разговоров о Вас, сэр. Боюсь, что она все еще держит обиду. ‒ Я в этом не сомневался, ‒ тяжело вздохнул он и осел на цветы. На его лице была написана безнадежность. – Она никогда не простит меня за это. ‒ Я думаю наоборот. ‒ За такое не прощают, дитя, ‒ помотал он головой, грустно глядя на растения. Мне стало его очень жалко. – Я убил тех невинных детей. Собирался убить тебя. Разве убийца заслуживает прощения? ‒ Каждый заслуживает прощения, ‒ помолчав, ответила я. – Тот, кто искренне желает, сможет измениться. Тот, кто недостоин, просто даст понять, что он ничего не стоит. Каждый использует данный шанс как заблагорассудится. Да, глядя глазами Ториль, это будет трудно простить. А может, и невозможно. Но надежда есть всегда. Она приходит к любому, кто нуждается в ней. ‒ Если так… ‒ Азгор смотрел перед собой, пока не поднял на меня серьезные глаза. – Что я должен сделать в первую очередь? ‒ Начните все с чистого листа. Делайте первые шаги в ней. Не надейтесь, что она сразу будет отвечать взаимностью и мыльте лыжи, если начнет бросаться огнем, ‒ он слабо улыбнулся на это. – Но со временем Ториэль увидит, что Вы настойчивы и оттает. ‒ Сомнительно звучит, но я попробую, ‒ пообещал король. На его лице отразилась задумчивость, ввергшая в еще большую угрюмость. Из могучей груди вышел тяжелый вздох, полный сожаления. – Я помню тот день, когда мы потеряли их. Весь подземный мир был лишен надежды. Будущее снова было украдено у нас людьми. В порыве ярости, я объявил войну. Я сказал, что уничтожу любого человека, что придет сюда, ‒ прогудел он, спрятав лицо в тени. В нем сейчас происходила борьба чувств и воспоминаний, которые разрывали его. – Что использую их ДУШИ, чтобы стать подобным богу и освобожу нас. Затем, я бы уничтожил человечество и позволил монстрам править ПОВЕРХНОСТЬЮ в мире. Я поджала губы и неловко помялась на месте. Ярость оглушает нас, мы настолько поддаемся ей, что после необдуманных действий жалеем о сотворенном хаосе. Это одна из таких эмоций, которые вредит не только себе, но и окружающему миру. ‒ Вскоре, надежда народа вернулась. Однако, моя жена, была недовольна моими действиями, ‒ Азгор скривился, словно ему только что в грудь вонзили кинжал. – Она покинула это место, и мы больше никогда не виделись. По правде говоря… ‒ он сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. – Я не хочу силы. Я не хочу причинять кому-либо боль. Я лишь хотел, чтобы каждый имел надежду… Огромные ладони закрыли лицо. От него шли волны боли и раскаяния. Я поднялась, на негнущихся ногах приблизилась к нему и робко провела по широкому плечу монстра. ‒ Я больше этого не выдержу, ‒ с надломленным голосом произнес он. ДУША больно сжалась, пронзая тело острой болью. Мой подбородок задрожал и, не выдержав, обняла его, пытаясь приободрить его. – Я лишь хочу увидеть мою жену. Я лишь хочу увидеть моего сына. Пожалуйста, дитя… Эта война идет уже слишком долго. У тебя есть сила. Возьми мою ДУШУ и покинь это проклятое место. ‒ Сэр, я… Я не... не хочу! Я не хочу! – я оторопела от такого заявления. Это потрясло и меня, и замерзшую ДУШУ. Заикнувшись, я воскликнула. – Если так… я останусь здесь и придумаю что-нибудь другое. Я найду способ освободить вас! ‒ Ты предпочтешь остаться здесь и страдать… чем счастливо жить на ПОВЕРХНОСТИ? – он поднял на меня глаза, в которых застыли слезы. ‒ Мне там делать нечего без вас. Вы заслуживаете свободы больше, чем я. На плачущем лице появилась маленькая улыбка, которая с каждым мгновением становилась шире. Огромная ладонь легла на мое плечо и благодарно сжала его, опаляя приятным теплом. В больших глазах короля появилась нескрываемая радость, от которой ДУША умиротворенно замурчала в груди. Я никогда бы не предугадала такого поворота в аудиенции с Азгором. Самое страшное рисовалось в моей голове, но такое… что ж, все может случиться, и мы не всегда можем быть готовы к такому. План «разберемся на месте» сработал как нельзя кстати. Получается, весь этот путь я прошла зря? Нет! Не зря! Я… успела многое осознать. Я поняла, что наломала дров в самом начале. Мам, пап, Кать, Морфуша… простите меня! Если у меня получится вернуться, я объясню все… Будет очень трудно, знаю, но я попытаюсь. ‒ Человек, ‒ обратился король Подземелья. Его голос выровнялся, дрожь исчезла. На меня смотрели лучистые глаза. – Я обещаю тебе, пока ты будешь находиться здесь, моя жена и я позаботимся о тебе как можно лучше. Мы можем сидеть в гостиной, рассказывая истории, кушая ирисковый пирог… ‒ Азгор поднялся на ноги и выпустил мое плечо. Я не заметила, как на моем лице появилась улыбка. – Мы сможем быть как семья… ‒ Я… согласна, ‒ кивнула я. Азгор лучезарно улыбнулся, сияя. Это сияние заразило меня, согрев каждую клеточку тела. ДУША ликующе забилась, отбивая ритм какой-то песни, которая была мне очень знакома, но не могла вспомнить ее названия. Ладно, это не так уж и важно. Важно то, что закончилось все так, как я и надеялась.

***

Бесконечно длинное помещение играло с моей психикой. Белые вспышки света, как равномерное покачивание волн, текли по стенам коридора, в самом конце которого горело белоснежное пламя. Я несколько минут взирала на все это, удивляясь необычным эффектам. Пространство мерцало, как огромное скопище звезд, которое лично запихнула вселенная. Я чувствовала легкое дрожание ДУШИ. ‒ Это БАРЬЕР, ‒ внес ясность Азгор, становясь рядом со мной. Король решил показать все в своем замке и решил начать с Барьера. – Это то, что удерживает нас всех в ловушке под землей. ‒ Доктор Альфис предлагала идеи насчет вскрытия Барьера? – спросила я. ‒ Его невозможно разрушить нашей магией. Она недостаточно сильна, чтобы снять защитный купол, созданный магами. Простое оружие не подействует, лишь повредит горе Эботт, а мы не хотим оказаться похороненными под обломками. ‒ Подкоп? ‒ Магия распространяется на всю гору и ее территорию. Придется очень долго копать. ‒ Ну а та дыра в Руинах? – задала уже давно мучивший меня вопрос. Король улыбнулся, видя детское негодование. ‒ Человеческая магия, ‒ развел руками монстр, пожимая плечами. – Поверь, если бы твои идеи работали, мы бы давно уже жили на ПОВЕРХНОСТИ. В ПОДЗЕМЕЛЬЕ можно зайти, но невозможно выбраться. Ничто не сможет уничтожить БАРЬЕР, кроме силы семи ДУШ. Но сейчас, ‒ Азгор повернулся ко мне лицом. Отражающийся от стен свет создал вокруг высокой фигуры ореол. – Тебе следует отдохнуть после долгого и трудного пути. После того, как ты придешь в норму, мы подумаем над освобождением, но сперва я хочу последовать твоему совету. ‒ Вы собираетесь мириться с Ториэль? – обрадовалась я. Азгор кивнул, слегка улыбнувшись. – Это будет неплохим началом. Только я боюсь, что Вам придется пробиваться к ней силой. ‒ Тори такая, ‒ фыркнул король, тепло улыбаясь. – Но при виде тебя она обрадуется. ‒ Мы пойдем вдвоем? – я вскинула бровь. ‒ Ну да. Она будет рада увидеть тебя… невредимой. – в его глазах снова отразилось воспоминание. Он оцепенел на пару мгновений, едва дыша, а потом тряхнул головой и смог выдать подобие улыбки. ДУША тревожно заметалась в груди, чувствуя опасность. Во мне процветала настороженность, глаза водили по длинному коридору в поисках предполагаемой угрозы. Здесь кто-то есть, кроме нас двоих. ‒ Пока ты здесь, мы позаботимся о тебе, ‒ снова пообещал Азгор, по-отцовски улыбнувшись. Я выдавила улыбку, чувствуя накатившую волну тревоги. Меня пугало то, что не могла видеть противника. – Чувствуй себя как дома, дитя. Я и есть дома, сэр. Король не успел договорить. Его глаза округлились, ошарашено взирая на возникший в темноте круг из серебряных пуль. Я в последний момент отпрыгнула, избежав внезапной атаки, но потрясенность вышибла из-под ног землю. Из меня вырвался испуганный вскрик, что ДУША чуть ли не вылетела изо рта от переизбытка тревоги. О нет! Только не это! ‒ Азгор! Бегите!! – только выкрикнула я, но было уже поздно что-либо предпринять. На моих глазах могучий босс-монстр оседал на пол, прижимая широкую лапу к груди, из которой торчал отросток с шипами. Мои руки зажали открытый в ужасе рот, ДУША сжалась до микроскопических размеров, вызывая невероятную боль. Нет… ‒ Азгор… ‒ прошептала я в растерянности. Король поднял на меня глаза и грустно улыбнулся. С него начал сыпаться прах, который стремительно оседал на темный пол. Страшная мысль ударила по голове. Шанс был упущен. Я виновата в этом. Он погиб по моей вине... Я должна сделать ПЕРЕЗАПУСК ровно до того момента, как мы пойдем сюда! Мне удастся спасти его! Надежда огнем загорелась во мне наравне с решимостью. Монстр растаял прямо на глазах. Могучее тело обратилось в кучку праха. Мне было больно смотреть на это, даже осознавая, что могу перемотать, и он будет жив. От мыслей отвлекло яркое сияние белой ДУШИ, которая застыла на уровне моего лица. Она, как звезда, сияла в темноте. Я слышала, как еще живая частичка короля продолжала биться в такт с моей ДУШОЙ. Но серебряная пуля насквозь пронзила ДУШУ. Она мелко задрожала и, не выдержав, взорвалась на мелкие кусочки. Во мне что-то остановилось. Возникла гложущая тишина, как в первые дни глубокой апатии. Вскоре это сменилось на ярость. Обжигающую, шипящую волну огня и лавы, которая угрожала стереть все с лица земли. Из земли вырос желтый цветок. На его лице красовалась а-ля «я сама невинность», что в конец выбесило меня. Это он! ОН! Он УБИЙЦА! Я сейчас с ним серьезно ПОБАЗАРЮ! ‒ ТЫ! – рявкнула я, одним прыжком подскочив к нему. Моя рука занеслась, чтобы подарить ему хорошую оплеуху, но что-то крепкое и скользкое оплело ее чуть ниже запястья. Длинные лозы опутали меня, приковав к одному месту. Я зло посмотрела на лыбящегося Флауи, неистово дергая губой. – ТЫ МАЛЕНЬКИЙ УБЛЮДОК! ‒ А ты ИДИОТ, ‒ с издевкой произнес цветок. Он расстроено цокнул и недовольно взглянул из-под прикрытых век. – Ты ничему не научилась. ‒ Зато я тебя научу тому, что убивать со спины – это низко и подло! Ты гребаный трус! – плевалась я, дергая всеми конечностями. Лозы крепко держали меня, не собираясь отпускать. – Ты очень сильно пожалеешь об этом! ‒ Ай-йя-йяй, ‒ покачал он головой, видя мой разъяренный облик. Я хотела придушить его на месте. Вот только дайте мне волю действий и ему серьезно не поздоровится! – Почему бы тебе не понять одной вещи? Моя ДУША оживленно забилась, чувствуя чью-то близость. Она гулко и четко стучала, зовя к себе новоявленное лицо. Я заметила, как вокруг Флауи замерцало шесть огоньков. Они плавно выплыли из-под пола и закружились над цветком, бросая яркое сияние. Я разглядела в темноте форму огней и поняла, что это не просто светлячки. Это ДУШИ тех детей, которые погибли в Подземелье. Шесть ДУШ, что должны разрушить Барьер. ‒ В этом мире… ‒ голос Флауи, как и его лик, менялся. Я почувствовала, как с меня спали путы, но не могла сдвинуться с места, уставившись на постепенно растущего врага. Лицо исказилось, в нем не осталось узнаваемых черт, а голос будто был родом из ада. – УБЕЙ или будешь УБИТ. Ужасный дьявольский смех наполнил гулкий коридор, зловеще отражаясь от вспыхивающих стен. Флауи окутал яркий свет, ослепивший меня. Я отвернулась, не в силах видеть то, как злостное растение поглощает ДУШИ, становясь настоящим чудовищем.

……… …… … Flowey УР 9999 9999:99

Мой мир

Продолжить Перезагрузка … …… ………

Глубокий вдох. Ужасная тишина, в которой было слышно биение двух сердец. Во мне стояло колотящееся потрясение. Азгор мертв… Он умер на моих глазах, а я не смогла помочь ему! Спасти его! Я в отчаянии схватилась за голову, едва не взвыв. ДУША затрепетала, пытаясь своими касаниями успокоить меня. Приятные пульсации утихомиривали колышущиеся волны тревоги, вины и боли, которые пытались утопить. Утащить на дно. Все будет хорошо. Я тряхнула волосами. Давно себе такого не говорила. Непривычно. Стало легче дышать. Я не использовала это выражение, приняв поражение. Я ждала подходящего часа, чтобы сделать запланированное. А теперь… правильным было то решение? Глаза уловили яркую вспышку. Напряжение спало с меня, давая сдвинуться с места. Я побежала к звезде, как мотылек летит на свет, и коснулась ее. Передо мной возник ФАЙЛ, который вызывал особое недоверие. ДУША замерла, чувствуя притихшую бурю. Я могла вернуться назад и сделать так, чтобы этого не было, чтобы Азгор был жив. Но второе сердце убеждало остаться здесь. Это было куда важнее на данный момент. Моя рука едва нажала «СОХРАНИТЬ», но резкий удар фактически раздробил табличку. Я отскочила, выставив перед собой кулаки. На ФАЙЛЕ разрасталась красная трещина, которая с угрожающим хрустом дробила стертый ФАЙЛ. ДУША напряглась, я приготовилась ко всему, что может обрушиться на мою голову. Сражаться – так сражаться до конца! ФАЙЛ с оглушительным треском разлетелся вдребезги, исчезнув в темноте. На его месте появилась физиономия, бросившая меня в жар негодования и злости. ‒ Приветик! – пискляво поздоровалось улыбчивое растение. Я оскалилась, показывая набор зубов, словно превратилась в волка. – Это я, ФЛАУИ. ФЛАУИ ЦВЕТОК! ‒ Чего ты добиваешься? – прошипела я, сжимая ладони. Цветок по-дурацки подмигнул мне, высунув язык. Это нисколько не раззадорило меня, лишь заставив еще сильнее охладиться по отношению к нему. Не злись. ‒ Я тебе КРАЙНЕ благодарен, ‒ слащаво сказал Флауи, неестественно улыбаясь. – Ты смогла отвлечь этого старого дурака. Если бы не ты, я бы НИКОГДА его не одолел. ‒ Врешь как дышишь. Тебе лучше не знать, что случается с такими, как ты, когда таким, как я, переходят дорогу. – произнесла я, ощупывая карманы. Мои руки искали подходящее оружие. В воздухе стоял запах раскаленного металла и будущей крови. Запах БИТВЫ. Запах ВОЙНЫ. – Ты грязная убийца. Флауи фыркнул, саркастически прищурившись. ‒ Да ну? Ты не понимаешь, что благодаря ТЕБЕ он МЕРТВ, а я рад этому, ‒ он противненько хихикнул, скорчив рожу. Она больше походила на разлагающееся лицо человека, когда уже была видна кость и провалы в черепе. – И я заполучил человеческие ДУШИ! ‒ Они не принадлежат тебе! – с протестом воскликнула я, буравя его слишком приветливую рожицу. – Ты нагло присвоил их себе! Ты лишил монстров будущего! Лишил НАДЕЖДЫ! ‒ Да уж, ‒ хмыкнул он, не меняя лица. Кто-нибудь, дайте мне сковороду, я ему сейчас ее изменю! Даже жалеть не буду! – Печалька… Хотя нет. Мне плевать. Так долго я был пуст… ‒ Флауи сместил взгляд в сторону, глядя на что-то невидимое. Я не смела сводить с него глаз. Черт лишь ведает, что у него на уме. – Это чудесно, снова иметь ДУШУ внутри себя. М-м-м-м-м, я могу ощущать их дрожь… ‒ Послушай, ‒ выдохнула я, встряхнувшись. Оценивай ситуацию трезво. – Ты же… не совсем цветок? Ведь ты говоришь, что давно не чувствовал ДУШУ внутри, так? Если ты так хочешь иметь ее, моя знакомая Альфис может спроектировать для тебя ДУШУ. Тогда все мы – я, ты и монстры – будем счастливы в мире! ‒ А, ну да. Ты ведь чувствуешь себя покинутой без друзей, не так ли? – он сделал лицо сострадания, что у меня ДУША коркой льда покрылась. Я слышала странный шум, который не внушал спокойствия. С каждым мгновением запах БИТВЫ становился гуще и ядовитее, пропитывая одежду и кожу. – Что ж, это замечательно. То, что ты мне предлагаешь одну ДУШУ вместо шести – не кажется нечестным? В конце концов, у меня только шесть ДУШ, а мне все еще нужна еще одна. ДУША резко пихнула в позвоночник, отпихивая от монстра. Она пятилась от врага, ерошась и дергаясь, словно не собиралась так легко сдаваться. ДУША начинала просыпаться и биться так, как будто грянет ее последний час. Вдруг это и есть конец, о котором я и не подозревала? Это заставило только сильнее убедить себя, что достаточно РЕШИТЕЛЬНА, чтобы противостоять Флауи. ‒ Прежде чем я стану БОГОМ, ‒ пророкотал он демоническим голосом. Я осталась стоять на месте, чувствуя, как магия ДУШИ клубилась во мне, наполняя необузданной силой. – И тогда, с моими новыми силами монстры, люди, все… ‒ черная бесконечность затрещала, неистово дрожа. Материя вот-вот лопнет от напряжения, шевеление усилилось, а воздух заходил, как маятник. – Я покажу им НАСТОЯЩУЮ суть этого мира. ‒ Я не позволю тебе сделать этого, ‒ объявила я. – Я смогу противостоять ТЕБЕ и спасти мир от такого чудовища, как ТЫ! Флауи подобно грому захохотал, разрывая темноту на части. Смех зловеще трещал в гуще тьмы, устраивая неконтролируемый водоворот возникшего ветра. На экране были ужасные помехи, лицо противника исказилось до неузнаваемости. В воздухе раздался свист, я по инерции пригнулась, избегая нечто длинного и шипастого. ДУША металась по телу, гоняя приятный холод, который вызывал легкое покалывание в мышцах. ‒ Ты серьезно думаешь, что сможешь остановить МЕНЯ? – злорадно захихикал цветок, с насмешкой взирая на меня. Я оставалась ледяной к его реакции. Во мне происходили странные изменения, которые меняли мое тело и эмоции. Жар со страхом и злостью исчез, остались только решимость с непоколебимой верой, которая становилась с каждой секундой тверже и нерушимей. ‒ Ты действительно ИДИОТ. Резкий звук, как взрыв, прогремел в пустоте. Из меня грубо вырвали ДУШУ, которая ярко горела во тьме, становясь единственной броской вещью в этом месте. Я ради интереса коснулась ее и тут же отдернула ладонь. Она на ощупь была ледяной, как глыба льда, ее цвет переливался от яростного, до ужаса горячего цвета крови до мирного окраса морской воды. Во мне был ураган почти противоречивых чувств, что невольно думала, как бы меня не разорвало от ярко выраженного спектра. Вязкий черный менялся на угрожающий красный, не давая увидеть своего противника. Я в ужасе отшатнулась. Черный огромный силуэт с чудовищными клешнями и толстыми стручковатыми лапами горой двигался на меня, шелестя листвой и щелкая челюстями. ДУША дрогнула, но осталась холодной. Она не боялась противника. Она была полна РЕШИМОСТИ. Наконец, в студию вернули электричество, тем самым давая познакомиться (МАТЬ МОЯ ЖЕНЩИНА, ЗАБЕРИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА) с видоизмененным Флауи. Великанское существо, сплетенное из лоз плюща и труб, которые применялись для подачи воды – вот что представлял из себя противник. Ужасная морда с вечно клацающими человеческими зубами и четырьмя человеческими глазами приблизилась ко мне, хохоча, как самый отъявленный злодей. Я сухо сглотнула, взирая на явившееся чудо-юдо. Флауи клацнул зубами, желая получить еще больше страха, но вместо этого заработал мое каменное лицо. Поняв, что от меня ничего не дождешься, он крякнул и пропал из экрана. Новое тело Флауи зашевелилось, оживая. Листва зашипела, обострившись, ручища дернулись ко мне, желая схватить. Пасть клацнула, лишь поймав пустоту. Я отскочила назад, выскользнув из крепких объятий, и крепче сжала ладони, чувствуя потрескивание молний в правой руке, на которой было серебряное кольцо. БИТВА началась. Серебряные пули взяли меня в кольцо и со свистом разорвали воздух, летя в ДУШУ. Я почувствовала сильнейший удар магии, которая зверем вырывалась из меня на волю, и, несильно думая, сделала круговой взмах рукой. Сине-зеленая волна сорвалась с ладони и, окрасившись в красный, отбросила убийственный удар врага. Пули, как град, разлетелись во все стороны, попав в клешни Флауи. Он лишь рявкнул на это и призвал новые кольца из пуль. Я не стояла на месте и, перескакивая на новую площадку, отражала атаки, махая руками. Некогда было удивляться внезапно проснувшимся магическим умениям, так как я не хотела быть убитой на месте (но никто не говорил, что мне не можно визжать от шока мысленно). Остервенелое жжение сводило руки до онемения, но мне было все равно. Я успешно игнорировала это, ощущая вкус БИТВЫ. Из серых глаз противника посыпались искры, которые серповидными движениями атаковали ДУШУ. Я скрестила руки, создав щит. Мощный толчок едва не повалил меня наземь, но мои ноги словно приварились к полу. Я стиснула зубы, держа оборону от искрящихся звезд. Смертельные звезды частой очередью врезались в возникшую стену, которая была красной от непрерывной бомбардировки. Она нерушимо держала оборону, на ней даже не было никаких трещин. Стоило закончиться СМЕРТЕЛЬНОМУ звездопаду, как на его смену вылезли огнеметы. Блеск, меня опять пытаются отправить на костер, как ведьму, ну спасибо, блин. Я чувствовала нарастающее напряжение в мышцах, что они едва ли не перерывались от натуги. Магия продолжала прожигать плоть и кости насквозь, возникло ощущение, что я трансформировалась в Призрачного гонщика. Нестерпимый жар прожег в некоторых местах одежду, с меня валил сизый дым. Я была живым костром, плюющимся неукротимой магией кольца и ДУШИ. Огнеметы и не думали останавливать палить огнем. Я заскрежетала от натуги, едва не взвывая от невероятной силы атак. Мне надо держаться! Я достаточно сильна! Я НЕ СДАМСЯ!! Из меня вырвался звериный рев, что остатки щита треснули и фонтаном полетели во Флауи. Силовая волна усилила урон, временно выводя противника из строя. Острые осколки прозрачной стены с хрустом вонзились в растительные руки и пробили экран монстра, где мелькало искаженное человеческое лицо. Тот не ожидал такого и заревел во всю глотку, сотрясая тьму. Я заткнула уши, пытаясь хоть как-то защитить себя от глухоты. Флауи пришел в ярость. Его руки набросились на меня и в бессилии задрожали, не в силах прихлопнуть, как надоевшую муху. Другая защита, наложенная Лангваргом, не давала нанести мне какой-то вред. Я видела, как ДУША часто мигала, едва не утопая в темноте. Моя рука поднеслась к ней и, стерпев жалящий холод, коснулась гладкой поверхности. Произошел еще один взрыв, только световой. Флауи взвыл, ослепленный ярким светом, я почувствовала прилив новых сил. Второе сердце дернулось, ярко переливаясь сине-зелено-красным цветом, и вдруг резко крутанулось. Меня отбросило в сторону. Я больно упала на спину и зашипела от пронзившей боли. ДУША зашевелилась и сама водила меня по полю, уводя от шипастых лоз, грозящих проткнуть ее. Я каталась по полу, как отъявленный мяч, пока не подорвалась на ноги и заносилась в темноте. Ручища свирепо махали над головой, новые лозы пытались схватить и разорвать на куски. Сердце быстро качало кровь, непрерывный стук бил по голове, заглушая треск и кипение БИТВЫ. Обе растительные руки взяли нас в кольцо, отрезав любой шанс на побег. На экране появилась кровожадная рожица цветка и непринужденно подмигнула мне, перед тем как выпустить поток лоз. Они дождем хлынули на голову, протыкая меня и ДУШУ насквозь. Боли не было, ее заглушал неистовый жар в теле, но смертельный треск второго сердца коснулся моих ушей.

……… …… …

Снова темнота. Но здесь не было внезапных вспышек. Атак. Оглушительного шума. Ничего. Все это осталось по ту сторону небытия. Это место, где можно повисеть в воздухе и поразмыслить. Я открыла глаза и осмотрелась. То же самое место, которое вызывало странное чувство покоя. Внутри было тихо. Никакого биения сердец, будто я и правда умерла, а мой дух парит в темноте. Вдруг по коже прошелся мороз, воздух окунулся в холод и запах ели. Грудь задышала глубже, вдыхая знакомый аромат. В голове вспыхнули странные воспоминания. Мне открылся тот самый деревянный мост с забором, который должен был остановить неприятеля. Я чувствовала цепкую хватку на плече, которая, как жгут, впилась мне в кожу. Холод сводил ноги, зубы цокотали так, что меня можно услышать у самого Барьера. Собачий холод, что можно и кроссовки отбросить. В груди что-то сжалось. ‒ Ч Е Л О В Е К, ‒ обратился ко мне больно знакомый голос. Я сжалась, чувствуя липкий страх. Глубокий вдох, спокойно. Это всего лишь голос, а не удар кирпичом по башке. – Неужели ты не знаешь, как встречать нового приятеля? Повернись и пожми мне руку. Я послушно выполнила просьбу и увидела длинную кисть. Ха, так я тебя знаю! ДУША с трепетом задрожала, вызывая легкие колыхания. Мне стало очень тепло. Возникло чувство, будто я встретилась с тем, с кем не виделась несколько лет и была наконец рада увидеть старого друга. ‒ Не делай этого! – пискнул тонкий голос над головой. ‒ Мы не должны быть грубыми, ‒ наивно произнесла я, протянула руку и пожала кисть скелета. Не успела я и пискнуть, как меня поразил сильнейший удар тока. ДУША, которая едва была жива, подскочила к горлу и яростно забилась в нем, возвращаясь к жизни. Мир начал светлеть, тело обретало свою форму и массу. Я смотрела на тающую фигуру, которая грустно улыбалась мне.

… …… ………

Меня бросает из одного пространства в другое. Но они все равно имеют общее убранство – прекрасный черный цвет. Только здесь я была уже живой (как бы странно это ни звучало после стольких смертей) и ДУША продолжала ломать ребра. Ее кульбиты совершенно отличались от тех, которые были раньше. Я почувствовала, как что-то тонкое, длинное протянулось из груди и вело в неизведанную темноту. Порой мне казалось, что скоро и до психушки недалеко, но ДУША при таких мыслях как сущий протестант билась в горле, отвергая это. Но какие должны быть мысли после этого? Как нормальный человек должен на это реагировать? Все это не было моими воспоминаниями. Этого я никогда не видела воочию, это только снилось в редких снах, которые не оканчивались очередным кошмаром. Эти видения были реальными и чувствовались кожей. А голос… Он пробрал меня до чертовых мурашек. Я слышала его, но очень давно… Но начала слышать его, когда умерла впервые... Все это ставило меня в тупик. Я могла бы и дальше размышлять над всеми глюками, но мне стоило пошевелиться, если не хочу стать мишенью для ножей. Огромные ножи размером с доску для серфинга разрезали темноту, свища над головой. Я пригнулась и скользнула влево, огибая острие ножа. Они шли непрерывными рядами, точно копируя движения друг друга. ДУША вспыхнула ярче, ее свет заиграл бликами на серой стали атак. Это давалось мне легко, я чувствовала их ритм и могла вовремя уклониться. Ножи набирали скорость, угрожающе разрезая воздух на лоскутки. Мои глаза уловили что-то скользящее на полу. Объект повторял те же движения, что и стальные атаки, но мне удалось разобрать слово «ДЕЙСТВИЕ». Я без раздумий прыгнула на плиту, активировав ее. ДУША подернулась кроваво-красным цветом, из горла вырвался крик. ‒ Помоги мне! – крикнула я в бескрайний потолок. Мой зов отразился от невидимых стен и зазвенел, дробясь на сотни осколков. Я знала, что мне одной не справиться. Пусть у меня есть волшебное кольцо с запечатанной древней магией, но я была способна только доставать частицы, чтобы успокоиться в моменты паники. Хорошая способность, но не в этот момент. На экране отразилась голубая ДУША. Она завертелась, переливаясь глянцем, пока не вспыхнула и пропала в помехах. Красное сердце подпрыгнуло, отпихивая назад. Раздался резкий свист. Я едва успела отскочить и увернуться от вонзившегося стебля. Омега Флауи презрительно прищурился, выпуская еще добрый десяток стеблей, покрытых шипами. Легко маневрируя в пространстве, я едва ли не танцевала на поле БИТВЫ, убегая от очередного стебля, желавшего сделать из меня канапе. Флауи успел подустать и сменить тактику боя: как только стебли прекратили нападение, на мою голову обрушился дождь из атомных бомб. Такого мне еще не доводилось видеть на своем веку! В последний момент я взмахнула рукой и создала над головой щит, который принял на себя удар. Флауи с остервенением сбрасывал новую порцию бомб, превращая поле в сплошной океан огня и дыма. Оглушительные взрывы били по голове, в ушах неистово звенело, что не было слышно даже биения сердца. В глазах стояла бело-рыжая пелена огня, которая пыталась облизать мою одежду. Только яркая ДУША, которая время от времени становилась приятного цвета морской волны, продолжала биться и вести в правильном направлении. На экране вспыхнула оранжевая ДУША, покорно висевшая в темноте. Она не подавала никаких признаков жизни, ожидая, когда кто-то вытащит ее из плена. Сбросив с себя магический щит, я оказалась в кольце огромных, размером с джип, боксерских перчаток. Они медленно сходились и расходились, трясь друг об друга дорогой кожей. Я ловко прыгала в самый центр кольца, продвигаясь вперед. В очередном кольце из перчаток появилась кнопка «ДЕЙСТВИЕ». ДУША чуть ли не отделилась от меня, рвясь к ней, но я, перепрыгнув через перчатку (на миг удивившись своим способностям), точно приземлилась на кнопку и активировала ее. Оранжевая ДУША вспыхнула огнем, светясь ярче солнца. ‒ Ты свободен, приятель! Помоги мне, прошу! – прокричала я в пустоту, которая звоном откликнулась мне. Оранжевая ДУША, молниеносно крутясь, испарилась за помехами в телевизоре. Надеюсь, это и правда работает… Омега Флауи не давал мне расслабиться хоть на секунду. Из шиноподобных глаз посыпались искры, которые, как водопад, собирались омыть своим светом. Я отпрыгнула назад и скрестила руки над головой, образуя голубой щит. Звезды сильной струей ударились об стену, отпихнув меня. Кроссовки скользили по полу, скрипя, руки горели огнем, от них валил дым. На рукавах появлялись прожженные дыры, которые то и дело становились крупнее пятирублевой монеты. Я сгорала изнутри, но мне не было больно. Скорее, это подбодряло сражаться до конца. Оставалось еще четыре ДУШИ, которые надо освободить. Моя ДУША откликалась с теми двумя, что бились где-то в темноте, словно ожидали своего часа. Флауи взревел, громко хохоча. Из распахнутых челюстей вырвалась туча огромных жирных мух. Они стаей вырвались изо рта противника и СНОГШИБАТЕЛЬНЫМ толчком повалили меня на землю. Мухи благополучно улетели в теплые края, а на их смену появилась еще туча, только она летела прямо на сияющую ДУШУ. Я резко подорвалась, схватила ее и сунула в карман, отпрыгнув в сторону. Мухи прожужжали рядом с ухом, но так и не смогли попить человеческой кровушки. На экране телевизора вспыхнула новая ДУША синего цвета. Как только монстр отступил, вокруг меня сомкнулась густая темнота. Казалось, что весь воздух высосали из образовавшегося сосуда, что мне стало очень душно. Я подняла глаза и увидела синий силуэт. Он был огромным, крупнее Флауи, но тоньше и изящнее. Это была балерина в позе покоя. Она ждала команды и, получив ее, закружилась в танце. В зале появилась музыка, которая потрясла ДУШУ. Она задрожала, окрашиваясь в красный и дергаясь, что у меня возникла мысль о вызове экзорциста. Огромные пуанты стремительно опустились на меня, но я в последнюю секунду выскользнула из-под ее ноги и заскользила в темноте. Балерина грациозно двигалась под плавные переходы фортепьяно, совершая немыслимые пируэты и движения. Хоть мне и хотелось посмотреть на ее нежный и печальный танец, но желание не оказаться у нее под пуантами было куда сильнее. Я перемещалась наравне с ней, избегая смерти, которая сидела в ногах призрачной балерины. ДУША никак не собиралась приходить в себя, продолжая неистово мигать (кто-нибудь, дайте номер экзорциста, она- Ай! (я потерла ушибленный затылок и поняла, что потеряла два ОЗ) Ну спасибо, подруга, выручила, черт возьми!). Когда начался частый переход, балерина завертелась, сверкая синей пачкой. Из ее накрахмаленных слоев вылетела оранжевая табличка, которая была моим билетом на выход. Моя рука хлопнула ее в полете и активировала «ДЕЙСТВИЕ». ‒ Спасибо за прекрасное выступление, ты свободна! Прошу, помоги мне! – закричала я, поаплодировав балерине. Та в ответ грациозно поклонилась мне и растаяла в темноте, а синяя ДУША вспыхнула пламенем и задергалась на экране. Есть, получается! Из тьмы вынырнул гигантский монстр и в ту же секунду атаковал меня новой порцией огня. ДУША мигнула и повела в сторону от атаки. Я сделала резкий поворот, раскинув руки, и вызвала голубое торнадо, которое успешно поглотило потоки огня. Флауи посмотрел на это изумленным взором, но не отчаялся и, высокомерно хмыкнув, обрушил на голову новую очередь бомб. На экране отразилась кровожадная морда цветка, которая задорно подмигнула мне, высунув шипастый язык. Щелкнув им, Флауи исчез, сменив изображение на человека, бьющегося в неистовых судорогах. После бомбардировки я избежала новый поток из звезд и мух и осталась сам на сам с экраном с изображением фиолетовой ДУШИ. Она печально подмигнула мне, чуть ли не угаснув. Моя ДУША дернулась к ней, желая помочь, и загорелась вместо голубо-зеленого красным светом. На протяжении всей битвы она постоянно меняла цвета, переходя из одного режима в другой. С каждым часом я становлюсь более осведомленной. Я услышала шорох. Монотонный, но приятный шелест страниц заполнил пространство, становясь громче. Мотнув головой, я поднапрягла зрение и медленно просканировала тьму. В ней двигались белые объекты, которые стремительно приближались к нам, обретая четкие очертания. Это были толстенные тетради, издававшие знакомый запах старых книг и пыли. Вдруг ДУША дернулась вперед, спихнув меня с места. Я сделала широкий прыжок и услышала за спиной оглушительный хлопок. Обернувшись, мне попалась та же тетрадь, которую видела вдали. В ту же секунду я отпрыгнула, сбежав от второго журнала, пока не увидела целые полчища книг и конспектов. Мне ничего не оставалось сделать, как пуститься в пляс среди древних, как этот мир, книг. Я не могла уловить спасительной таблички «ДЕЙСТВИЕ», чтобы выбраться из завала книг и тетрадок. Падшие в сражении конспекты больше не могли подняться и с каждым разом гора макулатуры росла, поднимая меня все выше и выше. Замерев, я осмотрелась и оценила обстановку. Со всех сторон надвигались четыре толстенных тома (это случаем не «Война и мир» Толстого?), которые были готовы пришлепнуть на месте, как назойливую муху. Первый том совсем рядом упал со мной, остальные три ползли ко мне, угрожающе шелестя страницами и оттесняя к краю башни. Пятки ощутили пустоту, я успела отступить от края. Мои глаза скользнули вниз, оценивая высоту выросшей книжной башни. До земли далековато будет лететь и вряд ли останусь с целыми костями. Я подняла ладонь с кольцом, чтобы выстрелить огнем по самой близкой книге, как вдруг ДУША рванула вниз, потащив меня за собой. Из-под ног исчезла опора, тело отправилось в стремительный и одновременно убийственный полет. ‒ ДУША, если ты так хочешь моей смерти, так почему сразу не убила меня в Руинах?! – возмущенно завопила я, ругая красное сердце. Оно дернулось ко мне, дав оплеуху. – Ладно-ладно! Больше никаких упоминаний суицида, пока мы не выберемся из этой вселенной! Я поняла, что ДУША уже в сотый раз оказалась права. Падение оказалось недолгим и весьма благополучным. Мы приземлились на витавшую табличку «ДЕЙСТВИЕ». Активировав ее своей ТАЗницей, я завопила, обращаясь к фиолетовой ДУШЕ. ‒ Спасибо за вечер литературы, дружище! А сейчас мог бы ты подсобить мне, пожалуйста? – фиолетовая ДУША замигала, бросая искры, и вмиг исчезла в помехах. Мои ноги мягко коснулись черного пола, но я была готова к атаке со стороны цветка-переростка. Чувства были на пределе, руки горели магией, которая вот-вот готова сорваться с ладоней и сжечь все дотла. Но Флауи, как назло, не показывался мне на глаза. Струсил? Вряд ли. Он бы так просто не отступил, желая добить своего врага. Я увидела, как под ногами и по всему полу начали зажигаться красные окружности. Они плавно набирали интенсивность горения, превращаясь в раскаленный металл. От них шел нестерпимый жар, и я решила, что будет разумным выйти из кольца… и кстати правильно сделала! Как только мне довелось покинуть кольцо, оно охватилось рыжим огнем, которое взметнулось к бескрайней темноте. Пламя ревело, трещало, как проголодавшийся зверь, и тянуло свои лапы к красной ДУШЕ. Весь черный периметр окрасился красными окружностями, которые выплевывали столбы огня, как настоящие гейзеры. Я уносила ноги с горячих точек, ДУША пихала меня в стороны, где не было опасности. Иногда я следовала за ней, но в основном действовала сама. Красные окружности заполонили почти все поле, кроме одного черного маленького квадратика, в который я в мгновение ока перенеслась и вытянулась в струнку, стараясь не выходить за его границы. Пространство заходило ходуном, картина слилась в красно-черный цвет, пока мощнейший рев не ударил меня по голове, словно кувалдой. Я зажала уши руками, пытаясь хоть как-то уберечь себя от контузии, но это мало помогло. Ослепительный огонь взял в кольцо, ревя и танцуя по кругу, и жадно трещал, протягивая языки, как руки попрошайки. Воздух накалился, что я не чувствовала его и начала задыхаться. По лбу катились крупные капли пота, разум начал темнеть от невероятной жары. Огонь подступал ко мне со всех сторон, сужая спасительный черный участок. ДУША прижалась ко мне, мелко дрожа от страха. Я сжала ладони в кулаки и сделала глубокий вдох, сосредоточившись. Рев пламени сбивал с толку, жадные языки лизнули кроссовки. Во мне появился невероятный холод, который сменился на дурманящий жар, рвущийся на волю. Из рук вырывались голубые искры магии, вот-вот готовые броситься в бой. Пора! Я замахнулась и описала вокруг себя окружность. Голубые потоки, как настоящее цунами, выплеснулись в реальный мир, с завыванием сражаясь с поступившим огнем. Они охватывали рыжие вспышки, поглощая и разрастаясь дальше. На меня хлынул морской бриз и холод. В голове всплыло море, которое видела в последний раз на колокольне в ночь своего дня Рождения. Неужели эта магия так близка с энергетикой моря? Все это время в моем кольце жила его частица? Теперь понятно, почему я при касании чувствовала себя умиротворенной. Море целебно. Магия, сидящая в груди и плечах, легко вытекала из ладоней, снимая груз внутри. Адского жара больше не было, он сменился на приятную прохладу. В венах не бурлила раскаленная лава, в легких пропала пустыня Сахара. Мне стало легче дышать, разум светлел. Руки наливались свинцом, я с трудом держала их и выпускала накопившуюся во мне магию. Если бы она осталась во мне, был риск, что я могла взорваться от ее энергии. Я ощущала, как с секундами мне становилось легче. Рев смолк вместе с яростным треском, жара сгинула. Как только магии не осталось от слова совсем, я посмотрела на побоище. Небольшие голубо-зеленые лужи растеклись по темноте, поглощая остатки пляшущего красного пламени. Легкий дым вздымался над ними. Никаких тревожных колыханий и шорохов не раздавалось за спиной. На меня навалилась усталость, которая чуть ли не придавила к полу. Я встряхнулась и, медленно шагая, сошла с места в поисках кнопки «ДЕЙСТВИЕ». ДУША обратилась в глыбу льда и окрасилась голубым цветом с переливом зеленого. Сейчас она в состоянии покоя, но ровно до того момента, когда придется сразиться в очередном уровне с Флауи. Краем глаза я поймала кнопку и без раздумий прыгнула на нее. На экране вспыхнула зеленая ДУША и она тут же исчезла за помехами. Неприятный колючий звук заполнил темноту, врезаясь в уши. Экран искрился, шипел, плевался. ДУША легонько билась, медленно наливаясь кровью. Я скривилась от помех, заскрипев зубами, но постаралась следить за изменениями в пространстве и начала с самой себя. Кнопка испарилась, а на ее месте горело изображение прицела. Я выпрыгнула из красной окружности, отбегая на безопасное расстояние. За моей спиной раздался ошеломляюще громкий выстрел, словно выстрелили из пушки. Во мне включился инстинкт самосохранения и, как лань, начала носиться по полю, огибая красные окружности. Там, где они были, летела огромная серебряная пуля, которая с хлопком разрывала пространство. Каждый раз оно сотрясалось от громких выстрелов, темнота рвалась на куски. Выстрелы следовали за мной по пятам, заставляя сердце и ДУШУ больно сжиматься от страха. Я резко затормозила и отпрыгнула в сторону в тот момент, когда на меня неслась очередная пуля. Она пронеслась совсем рядом и едва не задела меня. Серебряная молния с треском порвала черную материю, образовав в ней красную дыру. В лицо хлынул жар из образовавшейся прорехи. ДУША заметалась, не зная, куда податься, я же на секунду подняла голову и встретилась с дулом револьвера. Раздался звенящий выстрел. Пуля пронеслась рядом с головой и попала в цель, нарисованную за моей спиной. На экране была желтая ДУША. Мне осталось спасти только ее. Я скользила по полю в поисках кнопки. Она не хотела проявляться в пространстве, полностью изрешеченном пулями. Из отверстий вырывался обжигающий поток воздуха, который легко и стремительно подбрасывал ввысь. Я использовала эту возможность и, как ракета, взлетела. Мне открылось поле, украшенное в красный горошек. Выстрелы частой очередью раздавались в пустоте, эхом раскатываясь к самым краям небытия. Я цыкнула: нет той треклятой кнопки! Уже прошло достаточно много времени, чтобы наконец заявить о своем существовании! Держащий порыв ветра ослаб, а после исчез совсем. Волосы взметнулись вверх, я полетела вниз. Кольцо сверкнуло в темноте, говоря о готовности выпустить магию. Я сложила ладони над головой и рубанула ими воздух. Голубая волна удлинилась и скользнула под ноги, превращаясь в доску для серфинга. Кроссовки скрипнули и приклеились к гладкой поверхности. Новый порыв ветра ударил по голубой платформе, взметая меня ввысь. Я твердо стояла на возникшей доске и, наклонившись вперед, молниеносно сдвинулась с места, лавируя на потоках. Сильные порывы ветра держали меня на весу, доска легко скользила с одного потока на другой, паря в воздухе. Я стремительно неслась в пространстве, огибая свистящие пули. В венах бурлил адреналин, у меня перехватывало дыхание от скорости, а в голове возникла картинка, которая вернула в светлые времена. На моем лице появилась улыбка, а восторженный вой, ничем не отличимый от того, который был и тогда, вырвался на волю. Он зазвенел, как хрусталь, и заставил темноту сменить свой гардероб на ослепительно голубой цвет неба в полдень. Ко мне возвращались воспоминания, которые я пыталась забыть. Которые причиняли неимоверную боль. Но сейчас… Они сделали меня сильнее и РЕШИТЕЛЬНЕЕ. Раздался очередной выстрел. Время словно замедлилось, стук сердца стал медленным и глухим. Я увидела, как воздух исказился вокруг оранжевой искры, принимавшей знакомые очертания. Вот она. Я максимально пригнулась, с вызовом смотря вперед. Ноги уперлись в доску, а руки отвелись назад. Меня захватил азарт и невероятный прилив адреналина. ‒ Давай! – закричала я с вызовом. Во мне снова горело неконтролируемое пламя, в нос бил запах дыма. В груди распирало от нетерпения. По времени мы должны пересечься, главное – момент. Оставались считанные секунды. Я вытянула руку и приготовилась. Доска близилась… близилась… Сердце в нетерпении и волнении билось, перекрывая доступ кислорода. Вытянутая ладонь окунулась в синее шипящее пламя, но я не чувствовала его жара. Звон стекла и яркая вспышка ударили в лицо. Порыв горячего ветра лизнул нос и исчез, приведя в чувство. В глазах запрыгали пятна, в голове звенело, но, слегка тряхнув волосами, собранными в косу, я осмотрелась. На миг все стихло. Ни одного выстрела. Это заставило меня напрячься, но горевшая красным цветом ДУША ткнулась в щеку, отгоняя тревожные чувства. Я слегка погладила и вызвала ее мирное мурлыканье. Мы плавно спустились на землю и уже уверенно стояли на целом полу. На экране ничего не было. Но вдруг он задрожал и на нем появились шесть ДУШ. Они водили хоровод и, выйдя из телевизора, ринулись к нам. Моя ДУША подпрыгнула и поднялась вверх. Шесть ДУШ взяли нас в кольцо и лихорадочно закружились, как планеты вокруг солнца. Их сияние слилось в сплошную линию, я зажмурилась, не в силах больше вынести такого освещения. Тело пробралось легкой дрожью, неведомая сила наполнила грудь, заряжая новой порцией энергии. Красная ДУША светилась, принимая положительные волны от других ДУШ. «Защита Флауи понижена до 0!» ‒ сообщил охрипший голос. Я распахнула глаза и встретилась с сущим кошмаром всей БИТВЫ. Омега Флауи злобно сверлил меня, щелкая челюстями и свища лианами. Но я не чувствовала страха перед ним. Я была готова к последнему рывку. Флауи выпустил нерушимую волну из звезд, я легко махнула рукой. Голубая волна отразила атаку и направила на противника. Мега-цветок охнул, теряя ОЗ. Я замахнулась правой рукой и выпустила новый поток магии. Она молнией выстрелила из ладони, ослепляя своим светом. Тело загудело, как колокол, гул пробирал до костей, что сердце затрепетало, как крылья колибри. Искры и ошметки огня летели во все стороны. Могучее тело цветка охватили тонкие нити молний, которые сковали его движения. Он не мог и лапой пошевелить, чтобы как-то помешать мне. Теперь БИТВОЙ управляла я. Шкала ОЗ Флауи стремительно падала к нулю. Магия вытекала из меня, холод сменялся тяжестью, тело ломило так, словно в нем поломали каждую кость. Я стиснула зубы до онемения, но упрямо держалась. Я не сдамся. Я. Не. СДАМСЯ!!! Большой сгусток белой магии выстрелил из ладони и со свистом врезался в экран. Пучки искр и огня брызнули в стороны, визг и рев смешались в невыносимую какофонию. Огромные лапы монстра поднеслись к раздробленному зомбоящику и попытались сделать хоть что-нибудь. Флауи задергал культяпками, впадая в припадок. Я посмотрела наверх. Шкала ОЗ была на нуле. ‒ Нет… НЕТ!!! – ревел Омега Флауи. С него сыпались искры, лианы хлестали воздух, шипя как змеи. – Этого НЕ могло произойти!!! Ты… ТЫ… Цветок крупно задрожал, пространство сотряслось. Я едва устояла на ногах, но продолжала неотрывно следить за противником. ДУША прижалась ко мне, моя ладонь взяла ее и спрятала в карман. Она не сопротивлялась и решила пока отсидеться в безопасном местечке. Вдруг все стихло. Я оглянулась. Все было тем же: Флауи сидел на месте, лианы, как щупальца, шевелились в воздухе, лапища хрустели и шуршали, как мертвая листва осенью. Погодите, а почему Флауи все еще здесь? Я же сбила все его ОЗ! Как только мои глаза поднялись наверх они тут же округлились, а в горле заклекотало от неверия и необъятного разочарования. Если вы услышали крик позади вас, знайте, это не искусанный волками пьяный сосед ходит под окнами и завывает очередную заунывшую песню. Это была я. ‒ Ты ИДИОТ, ‒ простодушно обозвал меня Флауи, держа лик Тролля. Я сверлила его прожигающим взглядом, что могла реально оставить дыру на злополучном экране зомбоящика. У меня не хватало слов, чтобы выразить эмоции. Скажем, во мне стоял невероятный гул лесного пожара вперемешку с ревом цунами, которое может снести Австралию. Всего лишь там, пф. Вокруг меня сомкнулось кольцо из серебряных пуль. Я даже не дернулась, продолжая буравить взором нагло ухмыляющегося Флауи, злорадно хохотавшего над моей ничтожностью. ‒ Хи-хи-хи, ‒ препротивненько заржал Омега Флауи, скалясь. Я дернула губой, оголив верхний ряд зубов. – Ты ВСЕРЬЕЗ думаешь, что можешь одолеть МЕНЯ?! Я БОГ этого мира. А ТЫ? Ты БЕЗНАДЕЖНА. Безнадежна и одинока… ‒ Катись к черту, ‒ прошипела я. – Я не одинока! У меня есть те, кто любит и ценит меня! Я люблю их! ‒ Черт побери, ведь точно! – воскликнул Флауи, словно он вспомнил об экстренно важном деле. – Твои НИКЧЕМНЫЕ друзья теперь не смогут помочь тебе. Кричи о помощи. Попытайся. Реви во тьме! – он тошнотворно засюсюкал, нагнувшись ко мне. Меня чуть не вывернуло наизнанку от его тона. Ладони сжались в кулаки, ногти больно вонзились в кожу. – «Мамочка! Папочка! Кто-нибудь, помогите!» Видишь, никакой пользы! Я усмехнулась, оголив ряд зубов. ДУША вылезла из кармана и повисла перед грудью, ярко сияя. Я чувствовала, как остальные шесть ДУШ бились в такт с моей, отзываясь приятной волной в теле. Во мне цвела и благоухала НАДЕЖДА. Моя рука, сжатая в кулак, вознеслась над головой, а из горла вылился призывной мотив любимой песни. ‒ Rise! Rise! – громко пела я. ДУШИ отзывались моим словам, громче стуча в груди. ДУША окрасилась в ослепительно красный цвет. – Rise in revolution! Everybody one for call, sound off, this is the call: tonight we rise! Rise! На моем лице играла улыбка, полная уверенности. Флауи на секунду растерялся от такого воодушевления, но, поведя взглядом за моей спиной, растянулся в злорадной ухмылке. ‒ Но никто не пришел, ‒ сочувственно вздохнул Флауи, подмигнув мне. Я держала улыбку. ДУША чувствовала, как остальные шесть набирались сил и ждали нужный момент. – Да уж! Как жаль! Никто… Не увидит, как ты УМИРАЕШЬ!!! ‒ А я никогда не нуждалась в зрителях. Мой театр жизни закрыт на невозможную реставрацию, ‒ я пожала плечами, хоть издевательский ржач мега-цветка оказался громче моих слов. – Но никто не отменял, что найдутся правонарушители, которые с радостью поддержат выступление депрессивного актера! Серебряные пули были готовы вонзиться в меня, но они замерли, и неведомая сила отбросила их. С каждым мгновением присутствие шести ДУШ становилось сильнее, я кожей ощущала их колыхание. От такого у Флауи в прямом смысле слова отвалилась челюсть. ‒ Что? – потрясенно воззрился цветок. Я не скрывала ликующей улыбки и гордо демонстрировала ее противнику. – Как ты..? Что ж, я просто… ‒ Омега Флауи попытался ПЕРЕЗАПУСТИТЬ ФАЙЛ, но в ответ получил дулю с маком. На экране появилась нервная испарина. – Чт… Где мои силы?! ‒ Пусть ты в самом начале украл то, что тебе никогда и не принадлежало, но запомни одну вещь, приятель, ‒ я подняла объятую синим пламенем правую руку. Все шесть ДУШ, ярко переливаясь цветами, вышли из тьмы. Я видела, как вокруг них вырисовывался силуэт их бывшего обладателя. Это были дети, которые когда-то давно попали в Подземелье. Они рассекали воздух и брали противника в кольцо. Флауи занервничал еще сильнее. – Справедливость восторжествует, и она аукнется в облике каждого из нас. ДУШИ вспыхнули огнем и выпустили мощнейший поток магии. Во мне заколыхалась магия, превратившись в самый настоящий шторм. Я не сдерживала себя и выпустила ее, направив прямо на противника. Омега Флауи завопил так, что пространство снова заходило ходуном. ‒ НЕТ!! – вопил он, переливаясь всеми цветами радуги. ДУШИ беспощадно жалили своей магией. – НЕТ!!!!! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЭТОГО СДЕЛАТЬ!!! ВЫ ДОЛЖНЫ ПОДЧИНЯТЬСЯ МНЕ!! ПРЕКРАТИ!!! ПРЕКРАТИ ЭТО!!!!! ПРЕ-Е-Е-ЕКРАТИ-И-И-И!!!!! Темнота тонула в возникшем белом свете, ДУШИ на невероятно огромной скорости вертелись вокруг Флауи, который истошным голосом умолял остановить атаку. Даже если бы я хотела сделать это, мне не удалось бы остановить магию ДУШ и свою. Белая пелена застлала мой взор. Звуки БИТВЫ, достигшие невероятных высот, тут же оборвались, сменившись на звенящую тишину. Я стояла в оцепенении. Меня била мелкая дрожь, ноги едва держали. Хотелось упасть замертво. Голова раскалывалась так, словно я не спала уже около двух недель. Усмиренная ДУША опустилась и немного потыкала меня в ребра, призывая к жизни. Все стало черным, но теперь передо мной были две таблички: «БИТВА» и «ПОЩАДА». Подняв глаза, я увидела жалкого на вид Флауи. Он был весь в ссадинах, потрепан до неузнаваемости. От него вился легкий дымок. В моем сердце что-то защемилось. Моя рука потянулась к кнопке «ПОЩАДА». Раздался звук принятия выбранного варианта. Флауи задрожал, с силой поднял голову и хриплым, надорванным голосом произнес. ‒ Что ты делаешь? Ты всерьез думаешь, что я что-то извлек из этого? Нет, ‒ грубо произнес он и повесил голову. Я никак не отреагировала на слова. Моя рука беспрекословно нажала ту же кнопку. Цветок с иронией посмотрел мне в глаза. – Эта пощада ничего не изменит. Убить меня – единственный путь покончить с этим. Новое упрямое нажатие «ПОЩАДЫ». Цветок цыкнул и медленно повернул ко мне кровоточащее лицо. Его глаза безразлично взирали на меня. Я не собиралась убивать его. Я не хочу этого делать. ‒ Если ты позволишь мне жить… ‒ с некой угрозой произнес он. – Я вернусь. ‒ О’кей, ‒ я пожала плечами и выбрала тот же вариант действий. ‒ Я убью тебя, ‒ прохрипел он. Я фыркнула на это и выдала. ‒ Да пожалуйста. Убивай меня сколько тебе влезет, мне плевать. ‒ Хорошо, тогда… ‒ он распахнул пасть, полную острых как бритва зубов. Меня не впечатлил этот набор и приготовилась нажать кнопку. Но моя ладонь замерла, как только услышала следующее. – Я убью всех. Я убью всех, кого ты любишь. Я задумалась на пару мгновений. Мои глаза даже не смотрели на вторую кнопку, успешно игнорируя ее присутствие. Я нажала «ПОЩАДА» и выдала. ‒ Тогда я готова снова сразиться с тобой. Флауи изумленно уставился на меня. Это прозвучало холодно, отчужденно. Если так, если мы снова столкнемся в схватке… Тогда смертельных последствий не миновать. Я не позволю кому-то умереть. Мне снова предстал выбор, и моя рука нажала ту же клавишу. На лице Флауи отразилось негодование. ‒ Почему? – закипая, бросил он. – Почему ты так… добра со мной? ‒ Знаешь, ‒ вздохнула я, нажимая «ПОЩАДУ». – Там, откуда я пришла, больше нет места для доброты. Ее нет, понимаешь? Возможно, она осталась в людях, но доброта погибнет, будучи отравленной ненавистью других. Я не хочу быть той, кто будет убивать всех на своем пути. ‒ Я не понимаю… ‒ в глазах появились слезы. Его подбородок задрожал, как и голос, которым он говорил. – Я не понимаю! – у него начиналась истерика. Я хотела подойти к нему и остановить этот плач. – Я просто не могу понять… Я сделала первый шаг к нему, но ватные ноги подкосились, не выдержав. Резкая боль пронзила все тело. Цветок попятился от меня, всхлипывая и шепча одну и ту же фразу. Я от бессилия опустилась на землю, измождение гирей село на спину. Все темнело, шум крови заполнил уши, отрезая от реального мира. Мои глаза уловили, как что-то желтое растворилось в темноте, а голос, уже гаснувший в изможденном разуме, прошептал. Флауи убежал.

***

Моя милая… Я с трудом открыла глаза, услышав голос. Вокруг была та же темнота. Она взяла в свои объятья и держала на руках, скрыв от суеты жизни. Я все еще здесь? Или это уже другое место? Но… жива ли? Да, я жива. Разве в другом мире чувствуется невероятная боль, что просто КОСТИ сводит? Я попыталась пошевелиться, но тут же прекратила, скрипя от сильного дискомфорта. Черт, у меня так тело не болело с тех пор, как пошла на первый урок фехтования. Кажется, я должна зарубить на носу, что частое высвобождение магии приводит к ломке КОСТЕЙ. Что-то меня прорвало на каламбуры с костями. Неудивительно, ведь почти всю мою жизнь меня с ним и сравнивали. «Высушенный труп» ‒ гласил учебник по биологии. Что ж, с этим я согласна. Раздался звонок. Я не могла поднять руку, чтобы принять его. Моя ладонь в бессилии потянулась к бедру, но так и не смогла вызвать доску с содержимым карманов. Черт… Отвратительное чувство беспомощности… ‒ Хей, ‒ на телефоне включилась функция принятия сообщений. Что ж, ладно, но мне было бы приятно поговорить с… Стоп. Санс?! Мои глаза округлились от этого факта. – Меня кто-нибудь слышит?.. ‒ в трубке повисло молчание, после которого последовал ровный голос старшего скелета. – Что ж, я просто оставлю сообщение. Итак… Прошло много времени. Королева вернулась и теперь правит ПОДЗЕМЕЛЬЕМ. Она установила новое правило: все люди, которые упадут сюда, будут считаться не врагами, а друзьями. Стоп... Что происходит? Санс рассказывает о событиях, произошедших после моего... ухода? Я похолодела. Ториэль – королева? Ваушки… На ее плечи легла огромная забота, но я верю, что она будет мудрым правителем. И ее правило… Мудро с ее стороны. Но как тогда они выберутся из Подземелья? Это же все монстры останутся в ловушке навсегда… ‒ В любом случае, это изменение к лучшему, ‒ подытожил Санс, на что я молча кивнула, подтверждая этот факт. – Человеческие ДУШИ, которые собрал король, кажется, исчезли. Так что, эм, этот план в скором времени не осуществится. Черт… Я тяжело вздохнула и закрыла глаза. ‒ Но несмотря на то, что народ убит горем из-за короля, а в будущем мы можем так и не получить свободы… ‒ в глазах запекло, я сделала рваный вдох. Мне было нестерпимо больно. Черт, черт, черт!! – Королева все же пытается дать нам надежду и не дает сдаваться. Так что, эм, эй, даже если мы тут внизу не сдаемся… то и ты не смей сдаваться, где бы ты ни была, о’кей? ‒ О’кей, ‒ всхлипнув, хрипло произнесла я. ДУША подала первые признаки жизни, заворочавшись. Она тоже не чувствовала особой бодрости после всего, что мы преодолели. ‒ Кто знает, сколько времени нам понадобится, но мы выберемся отсюда. ‒ САНС!!! – беспардонно закричал очень высокий голос. Я тут же узнала его обладателя и радостно улыбнулась. – С КЕМ ТЫ ТАМ РАЗГОВАРИВАЕШЬ??? ‒ О, ни с кем, ‒ озорно ответил Санс. Я тихо хохотнула, слыша возмущенный тон младшего скелета. ‒ ЧТО?! НИ С КЕМ?! – повисла выжидаемая пауза, которая сменилась детским желанием. – МОГУ Я ТОЖЕ С НИМ ПОГОВОРИТЬ??? Я фыркнула и почувствовала улыбку на губах. Черт, вот с Папирусом мне бы очень хотелось поговорить. Я соскучилась по нему и его компании, ведь с ним так легко, как и с Катей. ‒ На, развлекайся, ‒ добродушно сказал старший брат и передал трубку младшему. Тот откашлялся, настроив голос на более важный тон, и приготовился говорить. ‒ ПОГОДИ СЕКУНДУ… ‒ с подозрением протянул Папирус. – Я УЗНАЮ ЭТОТ НОМЕР!!! – он значимо повысил голос, давая понять, что следующее требует особого внимания. – ВНИМАНИЕ, ЧЕЛОВЕК. Я, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС… ТЕПЕРЬ КАПИТАН КОРОЛЕВСКОЙ СТРАЖИ! Я ликующе улыбнулась, хрипло выкрикнув торжественное «ура». Молодец, Папс! Меня переполняла гордость и радость за друга, что ДУША в ответ забилась в груди, вызывая жуткий дискомфорт. ‒ ЭТО ВСЕ, О ЧЕМ Я КОГДА-ЛИБО МЕЧТАЛ… НУ КРОМЕ ТОГО, ЧТО МЫ ВМЕСТЕ ПРОСТО ПОЛИВАЕМ ЦВЕТЫ, А НЕ БЬЕМСЯ. ТАК ЧТО ПОЧТИ НИЧЕГО НЕ ПОМЕНЯЛОСЬ. Я не смогла сдержать смешок. Ну, если так подумать, то теперь КС не нужна в Подземелье, закон-то уже другой. ‒ А ЕЩЕ МЫ ПОМОГАЕМ ДОКТОРУ АЛЬФИС С ИССЛЕДОВАНИЯМИ! – поделился еще одной не менее радостной новостью. – ОНА СОБИРАЕТСЯ НАЙТИ СПОСОБ ВЫТАЩИТЬ НАС ОТСЮДА. АНДАЙН ТОЖЕ ЕЙ ПОМОГАЕТ! ПРАВДА, ТО КАК ОНА ПОМОГАЕТ… ‒ собеседник понизил голос до шепота, но я могла его прекрасно слышать из кармана джинсов. – НЕМНОГО… ВЗРЫВООПАСНО. НО Я ДУМАЮ АЛЬФИС НРАВИТСЯ, КОГДА ОНА РЯДОМ. ХО-ХО!!! ‒ Эй! – послышался еще один боевой голос, который я тоже узнала. – Чем занимаешься, сопляк?! Ар-р-рг-г-гх-х-х-х! – я услышала звуки борьбы за телефон. Папирус всеми силами пытался защитить телефонный аппарат от немного агрессивной пираньи. ‒ ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ТРОГАЙ ТЕЛЕФОН, ‒ с мольбой обратился Папирус, но Андайн осталась непреклонной. ‒ Эй! Ты забыл, кто здесь главный?! – напомнила о своих правах девушка. Я закатила глаза, но не спрятала улыбки. Андайн такая Андайн. ‒ Я, ‒ протянул Папирус. В трубке послышался неловкий смех воинственной девушки. ‒ Ох… да, точно! – Андайн все же отвоевала право поболтать и начала свой рассказ. – Я оставила свою работу в качестве руководителя Королевской Стражи. Ну, на самом деле, так как нам больше нет нужды сражаться, Королевская Стража была полностью расформирована. Теперь, эм, здесь только один ее член. ‒ НО ОН ЭКСТРЕМАЛЬНО ХОРОШ, ‒ заметил Папирус. ‒ Да!! – хохотала рыбеха. – Он хорош!!! Иди-ка сюда!! Я услышала, как Андайн, фыркая, надвигалась на бедного скелета. Блин, Папс, тебе следует бежать на край Сноудина, желательно через окно! Папирус немного испуганным голосом заговорил. ‒ ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ТРОГАЙ СКЕЛЕТА, ‒ взмолился Папирус. Андайн, помявшись, сдалась и продолжила повествование. ‒ Как бы то ни было, теперь я помощница в лаборатории Альфис. Мы пытаемся найти способ свалить с этой свалки раз и навсегда!!! ‒ Я бы хотела примкнуть к вам и помочь с этим, ‒ я слабо улыбнулась. ДУША ободряюще коснулась ребер, что ее касание было СЛИШКОМ ободряющим. ‒ Ах, да, еще я работаю учителем физкультуры в новой школе королевы. Интересно, спортзал еще цел после особенных тренировок бывшей главы КС? Что ж, Ториэль не допустит, чтобы в школе была катастрофа. ‒ Ты знала, что я могу поднять семь детей?! Здорово, правда? – поделилась ошеломляющей новостью Андайн. Блин, да ты и камни неплохо так поднимала, чтобы ими пришибить меня! – Эй. Я сожалею о том, что случилось с АЗГОРОМ. Внутри больно сжалось, что у меня просто КОСТИ свело до неконтролируемой судороги. Я поджала губы при виде ужасных картин в голове. В мыслях крутилась заезженная пластинка: «Это моя вина, это моя вина, это моя вина…» ‒ Ты просто сделала то, что должна была. Это не твоя вина, он… ‒ ее голос дрогнул и замолк. Мне стало еще больнее, что чуть ли не задыхалась от сковавшей боли. Мне хотелось, чтобы в меня кто-то выстрелил и прекратил мои страдания. – Ах, черт возьми. Я скучаю по здоровяку. Я понимаю тебя, Андайн. Мне очень, очень жаль, что по моей вине утопила весь ваш народ в унынии. И я не знаю, как мне исправить это. Боюсь, что это невозможно. ‒ Блин, Андайн! – собравшись, воскликнула Андайн. Она убрала дрожь в голосе, но грусть все так же читалась в нем. – Завязывай с этим! Хм, я полагаю, что мне следует рассказать тебе, как поживает Альфис. Ну, у нее все так же, как и всегда. Но после того, что она рассказала… Ох, нет… Я поледенела. ‒ Наша связь стала крепче! Она стала больше доверять и делится со мной своими тревогами и переживаниями. Я конечно стараюсь подбадривать ее!! С нами она сможет пройти через это! – с верой воскликнула рыбеха, держа кулаки за подругу. – Для этого и нужны друзья, верно? Я облегченно выдохнула и кивнула. Хорошо. Это хорошо. Лучше иметь кого-то, чем быть одному. Альфис последовала моему совету, и все обернулось довольно положительно. ‒ В общем, где бы ты ни была, я надеюсь, что там лучше, чем здесь. Не сказала бы. Тут пусто. Тут безмолвно. Здесь нет надежды на выход, а у вас она имеется, хоть и очень маленькая и слабая. Но НАДЕЖДА… Она всегда умирает последней. ‒ Ведь тебе пришлось многих принести в жертву, чтобы добраться туда… В общем, где бы ты ни была… Постарайся быть счастливой, хорошо?! Ради нашего общего блага! По щеке покатилась теплая слеза. ‒ Мы будем чувствовать себя лучше, зная, что наши беды того стоили, ‒ бодро вымолвила пиранья, поддерживая боевой дух. Ее слова согревали заледеневшее сердце. – Мы все с тобой! Все! Даже королева! ‒ Спасибо огромное, ребят. ‒ Э-Э-ЭЙ! – протянула Андайн, скалясь. – ПОГОДИ секунду! ТОРИЭЛЬ! ТОРИЭЛЬ! – пиранья словно гналась за кем-то и, настигнув, спросила. – Ты хочешь?.. ‒ повисла пауза. Я радостно заулыбалась. Мам! МА-А-АМ!!! Я ХОЧУ ПОГОВОРИТЬ С НЕЙ!!! Но следующее вмиг стерло улыбку с лица. – Хех, она говорит, что занята. ‒ НО ЕСЛИ БЫ ОНА ЗНАЛА, С КЕМ МЫ СЕЙЧАС ГОВОРИМ, ‒ вкрадчиво заметил Папирус. ‒ То мы бы не получили телефон обратно в ближайшие пару часов, ‒ продолжил Санс, полностью подтверждая мои слова. Это так, черт возьми! Я так давно с ней не разговаривала… Мне хотелось услышать ее, просто узнать, что так и как там у нее. Я успела соскучиться по ней, по всем ребятам! ‒ МЫ ИМЕЕМ МИЛОСТЬ СПАСТИ ТЕБЯ ОТ НЕЕ!! – гордо заявил Папирус, точно встав в героическую позу. Я фыркнула. ‒ Но ты звони в любое время, хорошо?! – мило попросила Андайн. – Она любит поболтать! ‒ Ой, упс, ‒ заговорил Санс. – Похоже, у этой штуки почти закончилась батарея. Так что, ненавижу прерываться, но… Еще увидимся, хорошо, приятель? ‒ ПОКА-ПОКА! – жизнерадостно попрощался Папирус в трубку. Мне не хотелось расставаться с ними. В груди застонало. ‒ Увидимся, мелкая! – бодро бросила Андайн. ‒ Прощайте, ребят, ‒ нехотя выдохнула я, когда повисла тишина. Я с неимоверным усилием поднялась, не стесняясь в выражениях. Тело горело и вытягивалось, грозясь треснуть напополам. Вот теперь я точно запомню этот урок магии. Ею попробуй еще совладать! Как только мне удалось более-менее сесть, я осмотрелась и убедилась, что темнота осталась той же. И что теперь? Что мне делать? Мне ничего не приходило в голову, идеи иссякли, как и силы куда-то идти и стремиться к поставленным целям. Эта реальность, в которой не было меня, очень сильно ранила. Как и понимание, что в том мире, где живут те, кто мне был дорог, не подозревали о моем приключении, которое вполне вероятно закончится летальным исходом. Я сжала челюсти, да так, что начало сводить челюсть. Только сейчас ко мне пришло чистое, незамутненное эгоистичностью осознание. Если это случится, я неизбежно вызову своим уходом ту же реакцию, как и здесь – боль, горе, отчаяние, вину и потерянную надежду в лучшее. Но они... Мои новые... Друзья? Они даже после того, как поддерживали и верили, что смогу выбраться из Подземелья, но оставив их там, искренне желали мне счастья. Это еще сильнее ударило по мне, и появившиеся слезы скатились по холодным щекам. Я не смогла выдержать это и разразилась рыданиями. Этот разговор напомнил о моем длинном, опасном, но увлекающем и поучающем путешествии. Я встретила немало монстров, среди которых оставили новый след в моей душе. Новые друзья были отражением меня, моих страхов и мечтаний, моего прошлого и даже моих родителей и подруги. Ториэль напоминала мне мою маму, которая любила заботиться и наводить в доме уют. Несмотря на всю внешнюю мягкость, внутри нее был стальной стержень, не дававший ей согнуться перед какими-либо трудностями и испытаниями. Из-за этого сходства я часто по случайности называла Ториэль «мамой», но ей было это приятно слышать и осознавать, что она может вновь о ком-то позаботиться. Также и Азгор напоминал мне моего отца, мудрого и опытного. Однако поступки короля очень противоречивы, хоть он и сожалеет о многих из них, что говорит о его осознанности и желании остановить это. Папирус и Санс были теми, кого я хотела бы видеть в качестве своих братьев, хех. Однако судьба распорядилась иначе, и я являюсь единственным ребенком в семье. Только на протяжении жизни мне удалось найти малочисленных, но друзей, которых я могла с гордостью назвать своими «братьями и сестрами». Из двоих скелетов ближе всего мне был Папирус. Я это поняла, когда мы перед БИТВОЙ разговаривали о его месте попасть в Королевскую Стражу ради обретения друзей. По нему было заметно, как он нуждался в общении (настоящий экстраверт, в то время как Санс был истинным интровертом), и это не могло не вызвать мои воспоминания с горьким опытом. В детстве я была точно такой же, как и Папирус – общительной, активной и любознательной. Во мне было огромное желание найти друзей, но фактически никто не хотел играть, не говоря уж о дружбе. Я поняла это сейчас, когда у меня выдалась свободная минутка. Вспомнив и сопоставив все, я почувствовала, как внутри что-то заболело, как нечто натянутое лопнулось, как струна, и очень сильно задело живое во мне, что на глазах выступили новые слезы. Санс... Он в некоторой степени напоминал меня. Не говоря о наших вкусовых предпочтениях, он, несмотря на расслабленный вид, всегда был начеку. Санс мог по-прежнему не доверять мне, что и логично. Я точно такая же и могу держаться на расстоянии до тех пор, пока не буду уверена в человеке и внутренне предчувствие скажет «отбой тревоги». Даже Андайн была напоминанием! Не меня, конечно, но тренера, который учил меня фехтованию. По ним обоим видно, что у них довольно высокие требования и будут выжимать все соки, чтобы выбить желаемый результат, но должна заметить, что милосердие все же имеет место быть. Только благодаря дисциплине и упорному труду из меня получилось что-то толковое в плане спорта и привычек в целом. Альфис... Ее постоянная ложь, чтобы казаться лучше в глазах других или даже во благо, а порой и во вред, окутала ученую липкой паутиной, сковывая движения и парализуя страхом. Она по-настоящему запуталась, как бабочка в ловушке паука. Так бывает, когда очень часто и много выдавал ложь за правду, и теперь не знаешь, как выбраться из этой вереницы обмана. Я знала это как никто другой ,так как сама много врала и скрывала. Сейчас мне стыдно, что обманывала близких людей в том, что со мной все «хорошо», хотя на самом деле это было не так. Вы думали, что я забыла про гламурного робота Меттатона? Как бы не так! Его очень сложно забыть и легко потерять! – вот так я бы описала его любимой фразой моей лучшей подруги Кати. Да-да, именно в нем я увидела некоторые черты моей названной сестры, которая тоже не отставала от него: неотразимость, уверенность, чувственность и желание стать настоящей звездой – это то, что их объединяет. Они вполне себе могли стать неплохими приятелями или даже зажигательной парой во время выступлений. Невероятный голос Кати Певуньи и невообразимые танцы Меттатона готовы покорить весь мир! Я утерла слезы и выдохнула, пытаясь выровнять дыхание. После рыданий на лице появилась странная улыбка, схожая с тем, как после проливного дождя из темных облаков выходит яркое солнце. Я не прятала эту улыбку, которая появилась, когда вспоминала их всех – всех, кто стал значимым для меня. В каждом из новообретенных друзей я видела себя и тех, кого любила больше всего на свете. И поняла, ради чего мне нужно дойти до самого конца. Не только ради выполнения изначальной задачи, не только ради самопожертвования, но и ради лучшей жизни тех, кто в кои-то веки не видел во мне врага. Кто правда пытался заботиться обо мне, завести дружбу и поверить, что не все из рода людского плохие существа. Как насчет меня? Что ж, мне пора взять себя в руки и начать меняться. Теперь, после осмысления, я почувствовала, как внутри что-то маленькое, начавшее жить в начале моего нового пути, вновь забилось и с каждым разом ускоряло темп. Я не собиралась здесь сидеть. Во мне затеплилась НАДЕЖДА, что есть выход из этого места. ДУША поддержала мои соображения легкими касаниями в ребра. Я не должна сдаваться. Я буду идти до конца ради тех, кто мне дорог. Посидев пару мгновений, я собралась и поднялась на ноги. Это требовало еще больше усилий, чем на первом этапе, но, преодолев это с криками, с хрустом встала во весь рост. ДУША посылала прохладные волны, чтобы успокоить напряженные мышцы. Это снимало боль, но она еще хорошо откликалась в теле. Ради пробы я сделала пару шагов, а потом медленно устремилась вперед. Я не знала, куда мне идти. Просто шла в неизвестность. Может, в ней что-то и найдется. Вдруг передо мной выросло знакомое лицо. Я отпрянула на шаг, но потом узнала прибывшего товарища. А, это ты. Цветок все еще грустно взирал на меня, как на многострадальную фигуру. ‒ Почему? – прошептал он. – Почему ты отпустила меня? Ты разве не понимаешь, что быть хорошим… это очень больно? Ох, чувак. Я это ПРЕКРАСНО понимаю и знатно ощутила на своих костях. ‒ Взгляни на себя, ‒ Флауи оценил мое состояние. Я обратила на себя внимание. Одежда подожжена в некоторых местах, вся в саже. На руках были мелкие царапины. Коснувшись лица, я ощутила еще парочку и нашла синяки. М-да, БИТВА была хорошей. – Ты завела здесь столько отличных друзей. Но теперь, ты, возможно, никогда не увидишь их вновь. Не говоря уже о том, как сильно они привязались к тебе. В груди возник осиновый кол. Я вспомнила их, вспомнила свою семью. У меня задрожал подбородок, я прикусила губу. Стало еще противнее и больнее. Что же я сделала? Во что я только ввязалась?.. ‒ Больно, не так ли? – догадался он. Я тяжело кивнула, сминая руки. Они были холодными, как у трупа. В них никогда не было тепла, как у живого существа. – Если ты только что прошла через это все, не заботясь ни о ком, тебя не должно ничего не тревожить. «Соберись. Ты сможешь. Ты все сможешь. Ты выберешься отсюда. Ты все исправишь. Верь в себя. Верь в себя!» ‒ призывала я. ДУША завертелась в груди, гоняя кровь по венам. Я вспыхнула и почувствовала себя живее. ‒ Так что, я не понимаю, ‒ честно признался цветок, вздыхая. – Если ты действительно сделала все верно, то почему все закончилось именно так? Жизнь действительно так несправедлива? ‒ По большей части это так. Но справедливость живет в некоторых людях. Я… Изначально я поступила совсем неправильно и несправедливо. Там, в другом мире… Я оставила свою настоящую семью. Я поняла, что своим поступком сделала больно не только друзьям и семье, но и… себе. Я хочу исправить свои косяки не только там, но и здесь. По моей вине умер король, монстры в западне. Я не хочу такого финала и мне нужно перемотать ровно до битвы с тобой, Флауи. Флауи молча слушал мою краткую исповедь. Он не выглядел тем самоуверенным ехидным растением, которое готово съесть на месте. Флауи все же кое-что понял. Я заглянула ему в глаза. Он не был простым цветком… ‒ Слушай, – вздохнул Флауи, выровнявшись. Он тверже посмотрел на меня. – Что, если я скажу… Что я знаю, как получить концовку получше? У меня лишился дар речи. Стоп, серьезно? ДУША ликующе закипела в груди, скача по костям. Все же есть выход! У меня есть шанс все исправить! ‒ Но как мне ее получить? ‒ Тебе нужно загрузить твое СОХРАНЕНИЕ, ‒ лютик раздавал мне указания. – И, между делами, почему бы тебе не повидать Др. Альфис? Тогда бы можно было завести лучших друзей. «Точно, я же обещала Альфис, что позырю с ней аниме», ‒ вспомнила я про свое обещание. Надо его сдержать. К тому же, отдых мне не помешает, а то уже разваливаюсь на части, как ржавая железяка. Приключения – это круто и захватывающе, но всего понемногу. ‒ Кто знает… может, у нее есть ключ от твоего счастья? ‒ намекая, задал риторический вопрос цветок. При этих словах ДУША замерла, прислушавшись. Флауи слегка улыбнулся мне, но это не была улыбка радости. – Увидимся. ‒ П-постой! – я хотела остановить его, но от него и след простыл. Из меня вырвался вздох. – Пока, Флауи. Хорошо, у меня есть шанс все исправить. Теперь, мне нельзя ни в коем случае лажать, если не хочу расплачиваться за последствия. Надо придумать другой вариант с освобождением. Я посмотрела на кольцо и в голове возникла одна мысль. Что если использовать его магию для уничтожения Барьера? Он был создан людьми, а значит, я смогу его снять. Магии должно хватить для этого. И тогда, все будут живыми, в том числе и я. А потом… все станет как прежде. Я почувствовала легкое дуновение ветра. В нем чувствовался запах цветов с Руин и свежести. Он странно двигался, не так, как природный ветер. Дуновение крутилось вокруг меня, а потом, вскинув толстую косу, запетляло в темноте. Мне показалось, или я слышала его шепот? Он звал меня следовать за собой. Я заколебалась, но ДУША доверительно подтолкнула вперед, говоря послушаться своих чувств. Я побежала. Ветерок усиливался, набирая силу. Я видела, как в его потоках мелькала тонкая фигура, которая махала мне и влекла за собой. ДУША звонко билась, как ручеек, чувствуя сладкий запах и приятное дуновение. Я услышала тихий смех. ‒ Скорее, он ждет, ‒ прошептала фигура. Кто? Я не понимала, но продолжала бежать, не чувствуя под ногами опору. Было чувство, что у меня выросли крылья и летела над землей. Дыхание стало медленным, едва ощутимым. Впереди забрезжил свет. С каждым мгновением он становился ближе и ярче. Это и есть выход? Я чувствовала запах свободы, она стала явной, что могла легко прикоснуться к ней. Я ускорилась, ДУША забилась быстрее. Сильный порыв ветра толкал меня к свету, звонко хохоча и шепча. Мне почему-то стало тепло и приятно, словно я почувствовала что-то очень родное. Словно это была потерянная часть меня. Один шаг – и свет поглотил меня.

……… …… … Где бы ты ни была, милая Оставайся РЕШИТЕЛЬНОЙ … Луна СОХРАНЯЙ НАДЕЖДУ