momentary

Это был худший момент. Джину было запрещено выходить из бункера до тех пор, пока он не сможет защитить себя, пока ему не исполнится шестнадцать. Ради Бога, он был ещё ребёнком, не более чем бесплатной готовой едой для гулей. Не время было бросать всё в огонь, Джин! — Ты хочешь погнаться за ним? — Чонгук пробормотал Намджуну на ухо. Тот вздрогнул. Он быстро повернулся к Чонгуку, его глаза горели яростью. Это разожгло огонь внутри Чонгука, который уже смеялся от веселья и возбуждения, он нашёл себе отличную игру. — Ну-ну, теперь посмотрим… Кто его первым поймает. Молодой следопыт улыбнулся, обнажив свои острые клыки, и исчез со скоростью света, оставив за собой только пыль в качестве доказательства своего присутствия. Блядь, нет, нет, НЕТ! — Намджун, ты не должен играть с ним в его игры. — Тэхён знал о серьёзности своего коллеги, поэтому был ещё больше удивлен его молниеносным исчезновением. Он не понимал, почему Намджун так быстро отреагировал и принял участие в игре Чонгука. Странно, для него это было слишком странно. Тэхён быстро последовал за двумя гулями, или, скорее, он начал искать ребёнка, поскольку он был единственным, кто мог точно определить его местонахождение. Миллионы мыслей танцевали в голове Намджуна, заставляя его беспокоиться, заставляя его внутренности болеть, как будто он проглотил тысячу игл. Ощущение было настолько неприятным, что его вырвало. Единственный ребёнок, о котором он мог думать, который мог свободно гулять в этом лесу, был Джин. Намджун отсутствовал всего два дня, неужели мальчик потерял терпение? Вот дерьмо. Теперь ему нужно было быстро найти мальчика и также быстро спрятать его, это была единственная мысль, которая была громкой и ясной в его голове. И всё же передвигаться в этом лесу было тяжело. Земля была неровной, легко можно было упасть из-за какого-то корня. Хотя Чонгук превратил это всё в игру в кошки-мышки, чтобы насмехаться над Намджуном, он так же знал, что ребёнок был редкой добычей, чрезвычайно желанной гулями, это было чистейшее сокровище, которое можно было найти. Ребёнка можно было поймать и обучить, чтобы его страх и стресс исчезли. Его будут заботливо воспитывать, а затем однажды, когда он станет подростком, его зарежут, прежде чем он сможет понять, что происходит. С этого момента подростки стали лучшим блюдом из возможных, предназначенными для самых высокопоставленных и богатых гулей. Намджун знал Джина достаточно, чтобы признать тот факт, что он был достаточно умён, чтобы не поверить никому, кто попытается поймать его, говоря, что он вырастит его в роскоши. Намджун знал, что Джин поймёт, что, если его поймают, смерть — это единственное будущее, которое его ждёт. Темп Намджуна ускорился до боли при каждом выдохе. Тем не менее, он чувствовал запах белой лилии…тот самый запах, который он почувствовал от Джина пи их первой встрече. Его сердце сжалось, его зубы вонзились в губы, кусая их и заставляя кровоточить. Кровь текла по его подбородку, когда он ругал себя ещё больше. Но вдруг что-то случилось. Внезапно запах и звук ребёнка исчезли Его голова затихла, и он снова смог дышать, освободившись от запаха. Он прошёл ещё немного и увидел Чонгука, который неподвижно стоял посреди деревьев, подняв руку к скрытому небу. Значит, он тоже потерял след ребёнка. Для команды это было довольно тревожно, но Намджун почувствовал облегчение. Чонгук всё ещё оглядывался, ища ответы в этом тёмном лесу. Как мог этот ребёнок растворится в воздухе? После минутного молчания два следопыта обернулись, внезапно осознав присутствие Тэхёна, который, как обычно, прибыл изящно. Он поднял голову и с закрытыми глазами принюхался. — Вроде пропал ребёнок. У Тэхёна было потрясающее обоняние, более развито, чем у большинства существ на земле, даже среди гулей. — Какая жалость, от него пахло мясом отличного качества. Кровь Намджуна застыла в его жилах. По натуре он обычно оставался каменным и бесстрастным, но с самого начала его сердце билось довольно быстро. Он не мог позволить себе бежать к бункеру прямо сейчас, хотя было огромное желание лететь туда. Если бы он ушёл сейчас, он подогрел бы любопытство своих коллег…и это было явно не лучшей идеей. Единственное, что он мог сделать прямо сейчас, можно было представить так: проявить терпение и скрыть свои чувства, к счастью, он был опытен в данной области…но недостаточно, чтобы обмануть всех. Тэхён положил руку Намджуну на плечо, одновременно приказав Чонгуку вернуться, а затем повёл Намджуна глубже в лес. Но самый молодой следопыт проявил сомнение и сблизился с коллегами. Внезапно Тэхён протянул руку и приложил палец к губам Чонгука. — Этот разговор личный. — Прямо как ваша задница, не так ли? Быстро рука оторвалась от губ и, казалось рассекла воздух. Кровь текла по шее Чонгука. Он оставался неподвижным, но был готов напасть на Тэхёна, который осмелился поднять на него руку. С пальцев Тэхёна капала кровь, кровь Чонгука. Возможно он не был бойцом, но он мог хладнокровно убивать. Когда его терпение кончалось, это не значило ничего хорошего, и Намджун знал это. Чонгук зашёл слишком далеко. Тем не менее, блондин вовремя вмешался, заблокировав запястья этих двоих. Хотя Тэхён и был начальником Чонгука, он не получал должного уважения. Чонгук всё ещё был молодым следопытом, которого нужно было обучать, даже если его навыки были высокого уровня. — Чонгук, возвращайся немедленно, это приказ. — твёрдо сказал Намджун, глядя на молодого человека, чтобы оказать на него давление. Чонгук был многообещающим новичком и имел потенциал стать одним из самых сильных следопытов, но в этот момент он всё ещё был не более чем пешкой для Намджуна и Тэхёна. Он мог подчиняться только своему начальству. Он яростно высвободил своё запястье из хватки Намджуна, а затем ушёл с потоком оскорблений, вырывающимися из его рта. -Жаль, ты даже не сможешь попробовать кровь, которую заставил меня пролить своей собственной рукой, мудак… — сказал Чонгук, облизывая свой большой палец, который был весь в крови. Тэхён был в ярости. Ему следовало просто проигнорировать его, но в глубине его сознания оставалось одно желание: разрубить Чонгука на куски, чтобы наказать его за такую грубость. Он снова обратил своё внимание на Намджуна. — Я дважды видел, как ты странно себя ведёшь со времени последней охоты. Намджун молчал, пока Тэхён вёл его, любуясь тёмными пейзажами. — Ты что-то скрываешь от меня. Он знал, что у Тэхёна был очень хороший инстинкт, он был тонким инстинктивным типом, когда Чонгук был более жестоким. Намджун зарычал и вырвался из рук своего начальника. — Ничего особенного, в прошлый раз я просто упустил добычу. Тэхён молчал, ожидая большего. — У него был тот же запах, что вы описываете. Крайне необычный запах. Намджун явно соединил свою ложь с правдой. Он пытался убедить не только Тэхёна, но и себя самого, он хотел поверить в свою ложь, чтобы сбежать от реальности. — Так просто… — Тэхён вздохнул, пожимая плечами. — Я не знал, что ты можешь быть так возмущён. Ты был похож на второго Чонгука. — Что это значит? — Слишком много гордости и сильной ярости только ради потерянной добычи. Хотя я знаю, что он был действительно качественным. Намджун почувствовал, как его губы растянулись в лёгкой и эфемерной улыбке. Благодаря ответу Тэхёна у него был прекрасный повод заняться самой большой проблемой. Но Сокджин был в опасности, он должен был что-то делать. — Я позволю тебе вернутся с командой. Я собираюсь ещё немного патрулировать на случай, если снова найду его, вся эта история меня слишком сильно беспокоит. Переплетённая правда и ложь исходили из уст Намджуна, он больше не знал, куда идёт, но он слепо бежал по этому пути. Тэхён кивнул и наблюдал, как Намджун уходит быстрым шагом, пытаясь избежать той части земли, которая была хрупкой и могла рухнуть в любой момент.