It's so hard to give you my heart

Гет
NC-17
В процессе
21
автор
Размер:
планируется Макси, написано 157 страниц, 16 частей
Описание:
Джули наконец-то встретила того единственного, который заставил её сердце часто-часто биться. Только вот успешный Чон Чонгук мало того, что не обратил на нее никакого внимания, так еще и посчитал просто наивной девочкой! Джули получит сердце Чонгука и заставит его умолять о взаимности.

— Вроде есть сказка, где мужчина пытается найти девушку, которой подойдет туфелька.
С сияющими глазами Джули кивнула:
— «Золушка».
— А что случится со мной, если эта туфля подойдет?- спросил Чонгук
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
21 Нравится 36 Отзывы 13 В сборник Скачать

Глава 8

Настройки текста
      Оптимизм не покидал Джули в течение всех дней, проведенных в работе, которой оказалось как никогда много. Хосок постоянно был на встречах, необходимо было всё подготовить к ним, зафиксировать результаты договоренностей, прокоммуницировать с другими отделами, забронировать места в ресторанах, подтвердить участие в конференциях, побывать на выставках и оформить документацию. Когда в среду утром Джули между делом узнала от секретаря Чонгука, что он сегодня возвращается из Японии, оптимизм сменился радостным ожиданием. Джули необходимо было съездить в парочку мест по поручениям её босса, и когда она была за рулем, ей позвонил Сокджин. Молодой парень интересовался как у неё дела, хорошо ли ей работается, есть ли какие-то проблемы. Получив от Джули ответ, что всё в порядке и ей нравится работать с Хосоком, Сокджин в итоге спросил то, что его действительно интересовало: — Надеюсь ты не забыла, что у тебя есть важное задание и твоё «теплое» отношение к обязанностям и к твоему боссу не помешает выполнить то, ради чего ты там? — серьезным, но аккуратным тоном заявил Сокджин. Джули, как будто мокнули лицом и указали на её место, но она попыталась скрыть раздражение и неприятные ощущения: -Нет, Сокджин, я хорошо помню чем тебе обязана и что должна сделать для тебя. И я делаю всё возможное, чтобы узнать кто передал конфиденциальную информацию. Но, надеюсь, ты в свою очередь тоже помнишь, что я не шпионить пришла сюда, а просто наблюдать и если я выясню кто именно предатель у тебя, то я просто об этом скажу. Не более. -Да, да, дорогая, всё как договаривались. Просто я волнуюсь, что твое… столь глубокое погружение и удовлетворение от работы замылит тебе глаза и ты отвлечешься от главного. Но я слышу, что ты стараешься. Слушай, давай ты заедешь в ближайшие дни к нам на ужин, жена будет рада тебя видеть. Переговорим, расскажешь, как вы с отцом устроились в доме моей тёти, всё ли хорошо и заодно расскажешь подробнее о своей работе. Вдруг я что-то полезно подозрительное услышу. Разумеется, я не буду заставлять тебя передавать мне какую-либо конфиденциальную информацию, просто вдруг какое-то имя всплывёт… — не сдавался Ким. -Я постараюсь, но пока много работы. — выдавила из себя Джули. Как же она отвратительно себя чувствует между двух огней. С одной стороны, она обязана Ким Сокджину. Он принял её тогда и протянул руку помощи, открыл возможность устроиться на работу, а также любезно предоставил шикарный дом для проживания, хоть и временно. А с другой стороны, она устроилась на работу не благодаря ему, а благодаря Чонгуку, это он «нагнул» своих сотрудников. Но хуже всего то, что люди, у которых она работает, к ней исключительно добры, а она получается, что не честна с ними. Да, она не выдала и не выдаст (!) никакой вредящей компании «Hope & JK Global» информации, но что если предатель Сокджина как-то будет связан с Хосоком или что хуже, с Чонгуком, и это навредит им? Нет, она уж совсем не хочет такого развития событий. Джули возвращалась после выполненных поручений в офис, уже было около 5 вечера, а значит рабочий день близится к концу. Может она встретит Чонгука, он ведь может уже быть в офисе, вряд ли он после прилёта поехал домой, такой трудоголик попрётся на работу. «Какой же он все-таки удивительный», — подумала Джули. «Президент компании мог бы себе позволить отдохнуть и заявиться в офис уже завтра, но не Чонгук». Она подошла к дверям лифта, когда лифт приехал и двери закрылись, Джули достала мобильный из сумки и с облегчением вздохнула: телефон не разрядился. Возможно, Чонгук позвонит или напишет, что он в Сеуле и … На следующее утро Джули сидела за кухонным столом и составляла список затрат на неделю. Ей нужно было оплатить лечение отца, а также выполнить несколько повторных обследований, для чего отцу необходимо лечь в стационар на неделю. Нужно только решить когда, а также успеть купить необходимые продукты. В целом, Джули уже чувствовала себя более уверенно стоящей на ногах, у неё есть работа и финансов должно хватить на их с отцом нужды, к тому же со здоровьем отца уже никаких сюрпризов не намечается, нужно просто выполнять все указания врачей и регулярно следить за состоянием, делать обследования. А еще, ей совершенно необходимо купить какой-то алкоголь, например, джин, на тот случай, если Чонгук возможно придет к ней в гости, а она даже не сможет сделать ему его любимый джин-тоник. Вот будет позор… Взяв сумочку, она взглянула на телефон. А может быть, он никогда и не позвонит, и не напишет? Но она тут же отогнала эту мысль. Чонгук безумно хотел ее в Намисом, он этого и не скрывал. Если ничего больше, то хотя бы сексуальное влечение приведет его к ней. Четверг и пятницу Джули провела в хлопотах, ездила с отцом в больницу, оплатила обследования и договорилась о недельной госпитализации с понедельника. Потом накупила продуктов, оплатила коммунальные счета и прогулялась с отцом в парке. Вечер пятницы она заняла готовкой ужина, а после почти два часа разбирала висевшую в шкафах одежду. Примеряя каждую вещь, Джули выбирала те, которые ей подходили. Пришло время ложиться спать, а Чонгук так и не написал ей, но она успокоила себя мыслью, что он обязательно позвонит в субботу. Следующий день Джули посетила торговый центр и купила отцу и себе немного сменной одежды, остальное время провела за уборкой дома, крутясь около телефона. Отец даже несколько раз отметил, что она постоянно посматривает в телефон и спросил, не ждет ли она от кого-то звонка. На что дочь отнекивалась и просто придумывала отмазки, что ей нужно было посмотреть который час, что написала коллега по работе, что она просто проверяла погоду, что просто листала ленту в соцсетях и делала перерыв от уборки. В воскресенье она села и составила смету своих расходов за последние 2 месяца, чтобы рассчитать, сколько денег ей нужно каждый месяц «железно» выделять на бытовые нужды, машину, страховку, на лечение отца… Казалось, этому списку не будет конца. Останется ли что-то на себя? Десять тысяч долларов - премия-награда, обещанная Сокджином, были, конечно, очень соблазнительны. Она сможет снять на год вперед какую-нибудь приличную квартирку им с отцом. Если только она сможет выяснить имя предателя или узнать что‑нибудь полезное для компании Кима в этом ключе. Последнее Джули точно отбросила. Выдав Сокджину конфиденциальную информацию, она сама будет ничем не лучше предателя, которого собирается разоблачить. Джули видела в магазине ультрамариново-серую пряжу, она точно подошла бы к темным глазам Чонгука и напоминала бы о её глазах, которые так нравятся ему. Джули решила купить ее, чтобы связать шарф, скоро ведь похолодает, как никак осень начинается. Ложась в воскресенье вечером спать, Джули приготовила одежду, которую она собиралась надеть на работу, и решительно подумала: «Завтра он обязательно напишет или может даже зайдет по пути к Чон Хосоку».

***

— Ну что, ты готова уйти или хочешь остаться еще поработать? — пошутил Чон Хосок в пять часов вечера следующего дня. Джули сидела напротив него около стола, её блокнот был весь исписан. Вчера весь отдел юристов переселился на их этаж, совсем рядом с её рабочим местом, было очень шумно и у неё в связи с этим тоже подвалило ещё больше работы. Утром она отвезла отца в больницу на обследования и договорилась, что будет всю неделю каждый день к нему заезжать. Чонгук не позвонил, не написал, но она была так занята, что у нее даже не было времени подумать об этом. —Хосок, вы работаете как одержимый, — рассмеялась Джули. Хосок улыбнулся: — Мы так хорошо сработались, что уже через неделю после твоего прихода я забыл, что ты новенькая. Джули в ответ весело кивнула. Это было правдой, они действительно хорошо сработались. — А что ты думаешь о нашем отделе юристов? — спросил Хосок и, прежде чем она успела ответить, добавил: — Все мужчины здесь пришли к общему мнению, что у меня самая красивая секретарша во всей корпорации. Целый день они расспрашивали меня о тебе. — А что спрашивали? — В основном насчет твоего семейного положения: замужем ли ты, есть ли жених, парень или ты свободна. — Хосок вопрошающе поднял брови: — Ты свободна, Джули? — Смотря для чего — смущенно улыбнулась Джули, но у нее создалось впечатление, что он косвенно спрашивал у нее об их взаимоотношениях с Чонгуком. Она быстро встала, спросив: — Вы хотите, чтобы я закончила работу с этим материалом сегодня, перед тем как уйти? — Нет, это может подождать до завтра. Показалось ли ей это, или Хосок действительно задал этот вопрос для кого-то из молодых парней юристов, а не чтобы просто поближе узнать свою секретаршу? Так думала Джули, убирая бумаги со своего рабочего стола. И уж тем более он сам тоже не интересовался ею и не собирался звать её на свидание. Чон Хосок был довольно симпатичным молодым мужчиной, ему двадцать восемь и у него, наверняка есть какие-то отношения. Но об этом ей не известно да и за всё время работы он ни разу об этом не обмолвился, никто из окружающих тоже не упоминал ничего такого. Но, как раз сегодня за обедом с девочками из соседних отделов, которые работали также помощниками, она услышала, что три его секретарши совершили ошибку, став жертвой его обаяния, и были тут же переведены в другие отделы. Если верить слухам, Хосок был довольно известен в обществе, богат и тоже далеко не монах, но он не любил смешивать дела с развлечениями. «Да, он весьма привлекателен, — без особого энтузиазма подумала Джули. — Высокий, темноволосый, с теплыми карими глазами, неплохо сложён, но… не в её вкусе». Она взглянула на часы и поспешно закрыла свои ящики на замок. Если Чонгук собирался когда‑нибудь позвонить, то он сделает это сегодня вечером. Он позвонит, например, чтобы спросить, как прошла ее рабочая неделя, спустя их последнюю встречу. Если сегодня, после того как прошло уже достаточно времени, он не объявится, значит, это всё. От одной этой мысли ей стало плохо, Джули ехала домой так быстро, как только позволяло движение, и ровно в шесть пятнадцать уже была дома. Сделав себе перекус, она включила телевизор и устроилась на шелковом диване, гипнотизируя телефон, чтобы он зазвонил или хоть появилось сообщение. В половине десятого она поднялась наверх принять душ и оставила дверь в ванную открытой, чтобы услышать телефонный звонок. В десять часов легла в постель. Чонгук не собирался звонить ей. НИКОГДА. Она закрыла набухшие от слез глаза и увидела перед собой его красивое лицо, услышала глубокий страстный голос: «Я хочу тебя, Джули». Очевидно, он уже не хотел ее. Джули прижалась щекой к подушке, из ее глаз потекли слезы. На следующее утро Джули пыталась заставить себя погрузиться в работу, но безуспешно. Она делала ошибки, печатая письма, дважды неправильно набирала телефонный номер и потеряла важный файл. Всё время она под предлогом помощи, приходила к секретарю Миён, которая сидела в аккурат под кабинетом Чонгука и надеялась, что может случайно его увидит или услышит… В обед Джули вышла погулять около здания их офиса, надеясь, что вопреки всему сейчас перед ней возникнет Чонгук. Но это оказалось бесполезным, хотя ради этой прогулки она пожертвовала остатками своей гордости. «Разве девушкам нужны свободные сексуальные отношения?» — с отчаянием думала она, вставляя в принтер новые листы бумаги. Джули обнаружила, что не могла заниматься сексом от случая к случаю. Если бы она не переспала с Чонгуком — сделав это первый раз в своей жизни! — то все равно ей было бы очень горько, но все же не так, как сейчас: как будто ею попользовались и выкинули. — Что, плохой день? — спросил Хосок, когда она принесла ему документ, который пришлось перепечатывать дважды. — Да, извините. Это у меня бывает редко, — сказала Джули с уверенной, как она надеялась, улыбкой. — Не волнуйся. Это бывает со всеми, — заметил он, ставя под документом свою подпись. Затем он взглянул на часы и встал: — Нужно передать этот документ нашему юристу Джингу Бон. Знаешь где он сидит? — Нет, но разберусь. Когда Джули подошла к двери, Хосок обернулся: — Ты, наверное, уже уйдешь, когда я вернусь. Желаю тебе приятно провести вечер. Через несколько минут Джули вялой походкой шла в юридический отдел. Отдел почти полностью состоял из одних мужчин, в котором насчитывалось около двадцати человек. Она кивала и улыбалась, проходя мимо сотрудников, но все время представляла себе лицо Чонгука. Как же она сможет забыть его с растрепанными волосами, когда он поймал эту глупую рыбу? Или как хорош он был в одних теннисных шортах? Отвлекшись от своих мыслей, Джули улыбнулась парню, с которым чуть не столкнулась и спросила где ей найти Джингу Бон. Молодой человек увидев перед собой красоту, по которой пускает слюнки половина их холостого отдела, в том числе и он, сильно обрадовался, что та ищет именно его. -Оу, это я! Чем могу быть полезен милой девушке? — Джулианна… можно просто, Джули. Господин Чон Хосок попросил передать вам этот документ. — девушка вручила парню листок. — О, моя любимая работа — этот проект самый интересный! — сказал он и игриво добавил — Буду называть тебя своей феей! Ты не только очень красива, но и приносишь работу, которую хочется выполнять. Если бы не этот документ, ближайшие два дня я бы занимался нудной задачей по подготовке шаблона договора для партнеров в Японии. — Джингу улыбнулся своей самой широкой улыбкой, на которую только способен и весь светился от счастья. Парень был очень милым и сразу видно, что он достаточно неплохой человек. С ним почему-то Джули было легко общаться, хоть они перебросились всего парочкой предложений. -Приходи завтра с утра на чай, угощу тебя вкусняшками, надо же тебя отблагодарить. -Эм, если будет время и не буду завалена работой, то с удовольствием приду. Спасибо. Джули было очень приятно и даже льстило такое мужское внимание, она слегка смущенно наклонила голову и отвела взгляд тут же поймав заинтересованные и завистливые взгляды остальных коллег юристов. От такого количества внимания девушка еще больше засмущалась и решила быстро уйти, пока её щеки не станут цвета помидоров. Джули шла по коридору мимо двух сотрудниц, которые стояли возле столика со всякими журналами, газетами, которые обычно читают посетители во время ожидания. И если бы не одно имя, которое резко заставило её еще больше прислушаться и слегка притормозить, она бы уже давно была на своем месте. -Взгляни, ну разве не сногсшибательный мужчина? Ах… наш президент Чон Чонгук просто бог! Жаль, что он недосягаем! — говорила одна из девиц. Джули перевела взгляд с улыбающейся Джеки, кажется так звали вторую (как-то она с ней немного пересекалась по поручению босса) на обложку самого известного еженедельного корейского издания «Селебрити», где красовалась фотография виновника её нервного состояния. Через пару минут, когда девушки ушли по своим делам, Джули схватила издание и быстро скрылась. Прибежав обратно к Хосоку в кабинет и закрыв дверь, Джули устроившись в кресле, влажными от волнения руками взяла прессу с его фотографией на обложке, провела пальцем по надменным темным бровям, бледным улыбающимся губам, которые ласкали и целовали ее тогда. Оторвавшись наконец-то от обложки, девушка начала листать к страницам, где судя из оглавления была статья о Чонгуке. Джули медленно развернула страницу на нужной статье и отметила по дате, что информация была недельной давности. Она вышла через пару дней, как Чонгук по идее вернулся из Японии после встречи с «деловым партнером». Заголовок говорил: «Финансовые магнаты со своими бабочками развлекаются в Токио». Большая часть была посвящена описанию вечеринки и комментариям, восторженным и язвительным. В центре страницы была фотография Чонгука на фоне шикарного интерьера с картинами позади. Он улыбался, обнимая уже знакомую для Джули красивую блондинку. Под фотографией была подпись: «Известный корейский бизнесмен из Сеула Чон Чонгук и его постоянная подруга Юки Богом в доме мисс Богом в самом сердце Токио». Постоянная подруга… дом мисс Богом… Жгучая боль пронзила сердце Джули. Значит Чонгук улетел в Японию к Юки, он был в её доме, явно не скучал и развлекался там с ней! — Вот чёрт… Как же так, — прошептала она, и ее глаза наполнились слезами. Он занимался с ней любовью, а затем оставил одну в доме своих друзей, потому что ему нужно было присоединиться к другому веселью в Токио. Словно для того, чтобы еще сильнее себя помучить, Джули перечитала еще раз подпись, не пропустив ни одного слова. Затем перешла на саму статью, посвященную ему и занимавшую целую страницу. Когда она окончила чтение, бумага выпала из ее дрожащих рук. Неудивительно, что тогда на вечеринке Кинха не особо была рада тогда с ней знакомиться и была настроена высокомерно! Как было написано в статье, Чонгук и Кинха пару лет назад состояли в любовной связи, которая была замечена до тех пор, пока Чонгук не бросил ее ради другой какой-то корейской кинозвезды, а потом какой-то супер-модели. Также автор статьи отметил интересным тот факт, что Кинха является лучшей подругой Юки Богом, с которой Чонгук сейчас достаточно в близких отношениях. Джули истерически засмеялась. В то время как она вернулась домой в Сеул и работала в ожидании хотя бы сообщения от него, он скорее всего занимался сексом со своей подружкой. Вот значит какая у него была встреча в Токио с «деловым партнером», у которого форс-мажор и встречу нельзя было упустить. Когда она днем и ночью сидела и гипнотизировала свой мобильный и вязала ему шарф, он успел также побывать с Юки на благотворительной выставке в Токио, а затем здесь на вечеринке в Сеуле засветиться и вовсе с незнакомой ей топ-моделью из Филиппин. Каков кобель! Джули почувствовала такое унижение и такую боль, которых не испытывала, кажется, ещё никогда в своей жизни. Она обхватила голову руками, и ее плечи затряслись от неудержимых всхлипываний, а затем плотину прорвало и слезы просто текли нескончаемым потоком. Она оплакивала свою глупость, свои разбитые иллюзии и несбывшиеся мечты. Ко всем ее мукам примешивался еще и стыд — она отдала себя мужчине, с которым была знакома всего ничего! Для полного счастья ей не хватало бы ещё беременности, но хоть здесь слава богу, она была уверена, что судьба была благосклонна к ней. У Джули уже пару дней, как началась менструация, так что беременность можно откинуть. Джули вспомнила, как жалела Чонгука, когда узнала, что мать бросила его маленьким мальчиком. Слезы еще сильнее брызнули из ее глаз. Да его стоило бы утопить! — Джули? — раздался за ее спиной голос Хосока. Она усилием воли подняла голову. — Что случилось? — спросил он с чрезвычайно испуганным лицом и тревогой. Джули смотрела прямо перед собой невидящим взглядом. На ее длинных ресницах блестели капельки слез. — Я думала, — невнятно проговорила она, — я думала, что я ему интересна. И он позволял мне так думать! Он позволял мне! Сострадание, отразившееся на лице Хосока, было настолько явным, что Джули не могла этого терпеть. Она встала. — Можно мне выйти отсюда так, чтобы меня никто не увидел? Все уже ушли? — Да, но тебе не следует садиться за руль в таком состоянии. — Нет, спасибо. Я в порядке. Я вполне могу вести машину. — Ты уверена? Наконец полностью совладав со своим дрожащим голосом, Джули твердо ответила: — Абсолютно. Я просто была очень поражена и немного смущена. А так все в порядке. — Ты уже закончила? — спросил Хосок, показывая на издание «Селебрити», открытое на фотографии с Чонгуком. — Нет, я еще не все прочитала, — рассеянно ответила Джули. Он поднял его с пола и передал девушке в руки, а Джули сразу поспешно вышла из кабинета. Ей казалось, что она опять расплачется, когда сядет в машину, но этого не случилось. Она не плакала и в течение следующих трех часов, снова перечитывая статью. У нее не осталось больше слез. Джули сделала для себя еще одно важное открытие из прочитанной статьи. Оказывается, автор уделил несколько абзацев для знакомства читателей с Юки Богом, если кто её не знает. Описал о бизнесе, которым она владеет, чем занимается, а также добавил пару слов о её ближайшем окружении. Светская львица и бизнесвумен Юки Богом уже долгое время дружит с Мин Юнги, который занимает не последнюю должность в компании «Ким Индастриз». Вместе они часто появляются на различным мероприятиях. И вот тут-то Джули бросило еще больше в жар, как будто ей мало было того, что она узнала о Чонгуке. Мин Юнги- тот самый парень, с которым она напилась и пофрендилась на вечеринке, которому она рассказала о её влечении и чувствах к Чонгуку… Весь пазл сложился у неё в голове. Ужас! Вот она вляпалась, так вляпалась! Конкретно вляпалась, ведь она излила душу лепшому другу Юки и теперь наверное они все потешаются над ней, над наивной дурочкой и просто падают со смеху! А еще это и есть тот самый предатель, которого так сильно пытается обнаружить Ким Сокджин. Мин Юнги работает в его компании — «Ким индастриз», он лучший друг Юки Богом, которая спит с Чон Чонгуком. Ну что- сюрпрайз! Джули припарковалась около знака с надписью «Только для сотрудников Hope & JK Global». После того, что она прочитала вчера вечером, всё приобрело для неё новый смысл. Она вышла из машины и направилась в офис. Выходит, что Чонгук построил империю и поддерживает ее, «сотрудничая» со служащими своих конкурентов. Может таких как Мин Юнги у него много. «Неужели, в бизнесе он также бесчестен, как и в личной жизни», — подумала она с горечью. Проходя мимо приветливо улыбавшихся ей сотрудниц, Джули словила себя на мысли, что она одна из немногих, а может и единственная, кто думает, что президент «Hope & JK Global» нечестно добывает себе контракты, играет «грязно» против своих конкурентов, таких как компания Ким Сокджина. Как, минимум, один такой контракт он получил, судя из рассказов Кима. С другой стороны, неужели Чонгук настолько низко играет? После его рассказа о детстве и его трудностях, которые он преодолел самостоятельно, неужели это тот самый человек, который не стесняется никаких методов, чтобы добиться успеха? Джули на секунду остановилась около кабинета Хосока. А её босс? Знает ли он, что также и его компания «Hope & JK Global» сотрудничает с предателями? Она не могла поверить, что он одобрил бы такое. Ведь она каждый день тесно общается с боссом и уже порядком узнала его отношение к бизнесу и людям в нём. Хосок был очень порядочным и честным человеком, он во всём любил порядок, правильность и справедливость. — Спасибо, что разрешили мне сегодня позже прийти. Нужно было перед работой заехать и проведать отца, — тихо сказала Джули, входя в кабинет. Хосок поднял голову от бумаг и взглянул на ее бледное лицо: — Как ты себя сегодня чувствуешь? Джули опустила руки в глубокие карманы своей юбки. — Я чувствую себя полнейшей дурой. — Может, ты мне расскажешь в двух словах, чем Чонгук так тебя обидел? Ведь ты не стала бы плакать только из‑за того, что он оказался богатым и преуспевающим человеком с обложки «Селебрити». Джули почувствовала острую боль, вспомнив, с какой охотой она дала ему соблазнить себя. Но ей нужно как‑то объяснить своему боссу вчерашнюю истерику. И, стараясь казаться безразличной, Джули ответила: — Я представляла себе его одним, а он оказался другим. Напридумывала себе много всего и позволяла себе делать такие вещи, о которых мне сейчас неловко даже вспомнить. — Понятно. И что теперь? — Я собираюсь полностью погрузиться в работу и научиться всему, чему только смогу, — честно ответила Джули. — Я имею в виду, что ты будешь делать, когда увидишь Чонгука? — Я собираюсь больше никогда в своей жизни с ним видеться и не общаться! — резко ответила Джули. Хосок слегка улыбнулся, но тон его был официальным: — Джулианна, в следующую субботу намечается частная вечеринка в ресторане «Цветы сакуры». Ожидаются ведущие партнеры и клиенты нашей компании, все руководители отделов со своими ассистентами и ведущие сотрудники. Цель этой вечеринки — поделиться успехами, собрать вместе всех, пообщаться в неформальной обстановке, отпраздновать высокие финансовые показатели и прибыль нашей компании за последние полгода. Ведь весь персонал причастен к этому и это его заслуги. У тебя будет возможность познакомиться с другими коллегами, с которыми тебе придется сотрудничать в будущем. Чонгук — инициатор данной вечеринки. — Если вы не возражаете, то я лучше не пойду. — Я возражаю. Джули почувствовала себя пойманной в ловушку. Хосок был не из тех, кто позволял личной жизни вмешиваться в работу. Поэтому она не должна позволять, чтобы её личные проблемы смешивались с работой и влияли на её работу. — Рано или поздно, но тебе придется столкнуться с Чонгуком лицом к лицу, — продолжил Хосок. — Не лучше ли, если это случится, когда ты будешь к этому готова? — Видя ее нерешительность, он жестко сказал: — Я заеду за тобой в семь тридцать.

***

Джули дрожащими руками провела по губам помадой и подвела глаза темным карандашом, который очень выгодно подчеркивал её выразительную голубую глубину. Мазнув на скулы немного румян как завершающий штрих, она взглянула на часы: Чон Хосок будет здесь через пятнадцать минут. Подойдя к одному из зеркальных шкафов, она достала коктейльное платье из струящегося шифона, которое выбрала вчера в магазине специально для этого вечера. Чтобы не ударить в грязь лицом и выглядеть, как минимум, не хуже остальных, она выложила достаточно круглую сумму за него. Теперь, когда она знала, каким на самом деле беспринципным, лживым и самонадеянным козлом был Чонгук, он совсем не должен казаться ей привлекательным, уговаривала себя Джули. Но гордость требовала, чтобы сегодня вечером она выглядела красиво. Закрыв шкаф, Джули отступила на шаг назад, чтобы полностью рассмотреть себя в зеркале. Длинная юбка переливалась благодаря чередующимся бирюзовым и мятным полосам шифона. Верх платья был скроен из двух полосок, которые пересекались на груди, а застегивались сзади на шее, оставляя открытыми руки, плечи и верхнюю часть спины. Выглядела она действительно шикарно. В другой раз это обрадовало бы ее. Но не сейчас, когда она собиралась встретиться с мужчиной, который провел с ней ночь, а затем попросил сообщить, если она забеременеет. «Просто поразительно какой она была слепой и как могла сама себя так обмануть, наивная дурочка! Ты действительная неопытная и глупая девчонка по сравнению с ним и его многочисленными подружками», — подумала Джули, ища в шкатулке свои любимые серьги, доставшиеся ей от матери. Она на секунду задумалась, представив, как будет себя вести с ним сегодня вечером. После того, что произошло, Чонгук, наверное, будет избегать её и ожидает увидеть оскорбленную и жалкую девочку. Вместо этого перед ним появится красивая и независимая Джулианна Лин, для которой уик‑энд в Намисом был, как и для него, не больше чем просто веселым времяпрепроврождением. Она не будет с ним подчеркнуто холодной, потому что это выдаст ее чувства. Даже если это убьет ее, она отнесется к нему с безразличием, словно к совсем малознакомому ей человеку, будь то охранник или официант на этой вечеринке. «Это возможно заденет его, а если повезёт, то и побесит слегка», — решила Джули, продолжая искать серьги. «Но где же они?» — испуганно подумала она через некоторое время. Не могли же они потеряться — она всегда обращается с ними очень бережно! Ведь это единственная память о матери! Она вспомнила, что надевала их в ту бедовую для неё вечеринку … и оставила их на следующий день прогулки по озеру. И той ночью, когда Чонгук целовал ее, он снял их, чтобы не мешали… Серьги ее матери остались в постели на яхте Юки, любовницы Чонгука! Джули уронила голову на руку, задыхаясь от боли и ненависти. В это время раздался звонок. Джули резко выпрямилась. Глубоко вздохнув, она спустилась вниз и открыла. В дверях стоял Хосок в строгом темном костюме и галстуке — преуспевающий бизнесмен перед важной деловой встречей. — Пожалуйста, проходите, — пригласила Джули. Он вошел в прихожую. — Я только возьму сумочку, и мы можем идти. Или вы сначала хотели бы что‑нибудь выпить? — Не дождавшись ответа, она обернулась к нему: — Что‑нибудь не так? Его взгляд скользнул по совершенному лицу и густым темным волнистым волосам, которые мягко рассыпались по плечам. Затем он восхищенно оглядел фигуру в соблазнительном шифоне и стройные длинные ноги. — Ничего… Никакого «не так» я не заметил, — ответил Хосок с улыбкой. — Хотите что‑нибудь выпить? — повторила свой вопрос Джули, удивленная, но не обиженная его откровенно оценивающим взглядом. — Нет, если только тебе не нужно немного для смелости перед встречей с Чонгуком. Джули покачала головой: — Мне не нужно смелости, мы никто друг другу и он мне уже не интересен. Когда они садились в его темно‑зеленый «ягуар», Хосок бросил на Джули удивленный и изучающий взгляд: — Я так понимаю, что ты хочешь убедить его в том, что больше не испытываешь к нему никаких чувств? — спокойно и тепло взглянув на Джули, спросил Хосок и добавил, — И ещё, сегодня неофициальная вечеринка, так что можешь обращаться ко мне на «ты». Джули почувствовала, что Хосока не обмануло ее внешнее безразличие и он заметил маску на её лице. — Да, — согласилась она. — Тогда, — Хосок переключил передачу, выезжая на главную дорогу, — я дам тебе один совет. Тебе следует поговорить с ним несколько минут о вечеринке или о твоей работе, а потом, улыбнувшись своей красивой улыбкой, уйти к кому‑нибудь другому, например, подойти ко мне, а я постараюсь быть поблизости? «Неплохая тактика», — согласилась Джули с намеченным планом, а вслух сказала: — Огромное спасибо за поддержку, Хосок. Ты слишком добрый ко мне. — Брось. Я хочу снова видеть своего ассистента радостной девушкой. К тому же, Чонгук всё-таки бывает жутким засранцем, хоть мы и друзья. Он любит показывать всем свою доминантность и показывать «прелести» реальной жизни, но ему также не помешает дать встречный жизненный урок. — поднял палец вверх и тепло улыбнулся уголком губ, Хосок. Почувствовав уверенность и спокойствие, Джули расслабилась. Но когда двери лифта открылись на двадцатом этаже, где на крыше расположился ресторан, и Джули взглянула на оживленную толпу гостей, то почувствовала, что ей трудно дышать. Где‑то среди них был Чонгук. Почти сразу она увидела его. Он стоял посреди зала, смеясь над какой‑то шуткой, темноволосая голова была откинута назад. У Джули защемило сердце, когда она взглянула на его привлекательное лицо. Рядом с Чонгуком улыбалась та самая красивая блондинка, и ее рука властно лежала на рукаве его пиджака. Резкая боль обожгла Джули. Конечно же была Юки Богом, женщина с фотографии в «Селебрити» и которая уже предупреждала её на вечеринке не зариться на Чонгука. На ней было откровенное кремовое платье, которое мягко говоря еле-еле скрывало грудь … Она отвернулась от них и заговорила с Хосоком, но, увидев, как тот смотрит на Юки, шокированно замолчала. На его лице было написано то же, через что она сама прошла минуту назад, глядя на Чонгука: отчаяние, злость, беспомощность. Джули тут же сделала вывод, что Хосок влюблен в Юки. — Нам нужно выпить, — сказал наконец-то Хосок, протягивая Джули бокал. — Пора начинать наше маленькое представление. Со хитрой улыбкой он взял Джули под руку и направился к Чонгуку и Юки. Джули потянула его назад: — Нам, наверное, не стоит сразу же бежать к ним. Хосок понимающе подмигнул ей и некоторое время помолчал, затем согласился: — Хорошо, мы подождем, пока они сами не подойдут к нам. Чонгук в любом случае поздоровается и поприветствует гостей на вечеринке, которую решил устроить. В течение следующего получаса Джули окончательно убедилась, что ее босс пытается заставить ревновать обоих — и Чонгука и Юки. Стоило только Юки взглянуть в их сторону, Хосок тут же начинал улыбаться Джули, поддразнивал ее или выразительно смотрел на ее грудь и ноги. Джули подыгрывала, стараясь отвечать как можно радостнее. Но она делала это не ради себя, а ради Хосока, потому что чувствовала, что Чонгуку наплевать на нее и ее возможных мужчин. А может чуточку и ради себя, доказать, что она красива и интересна его другу и партнеру... Она потягивала вторую порцию Дайкири, как вдруг Хосок крепко обнял ее за талию. Джули была так удивлена, что не заметила его многозначительного взгляда. — Вон та группа — члены совета инвесторов, — сказал Хосок с легкой улыбкой. — Все — богатые толстосумы. Мужчина слева — отец Юки, Хорун Богом. Уже несколько поколений Богомов занимаются нефтяным бизнесом и тесно сотрудничают с Арабскими Эмиратами. — Тогда у него должен быть костюм в радужных разводах с жирной пленкой, — пошутила Джули. Бросив на нее веселый взгляд, Хосок продолжил: — Рядом с ним — Клод Джоналли. Он и его жена тащат за собой длинную цепочку серьезных международных связей с Европой. Они итальянцы и ужасно болтливые, постояв с ними минут пять, чувствуешь себя морально истощенным, как будто они вампиры и высосали с тебя всю кровь. Видишь, прямо как Хорун Богом, он выглядит явно уставшим. — Интересно, почему же никто его не спасёт? — развеселилась она. — Потому что все они опасные дяди и никто не хочет, чтобы они сорвались с цепи и напугали маленьких девочек, — раздался сзади до боли знакомый смеющийся голос. Джули вся напряглась, услышав глубокий баритон Чонгука, но все же заставила себя повернуться. Взглянув в его удивленные темные глаза, она собрала себе на помощь всю свою гордость, чтобы преодолеть эту боль. Хотя у нее разрывалось сердце, она нашла в себе силы, чтобы улыбнуться, протягивая ему руку: — Привет, Чонгук. Его пальцы сжали ее тонкую и изящную ладошку. — Привет, Джули, — сказал он с улыбкой. Она осторожно высвободила руку и с выжидающей улыбкой повернулась к Юки. — Я весь вечер восхищаюсь твоим платьем, — сказала Юки. — Красивое, потом расскажешь между нами девочками где купила. — Как и твоё, — сделала ответный комплимент Джули и не глядя на Чонгука, добавила: — Я заметила его сразу, как только вошла сюда. Казалось две девушки безобидно беседуют и обмениваются любезностями, на деле же это была битва двух красоток в попытке утереть друг дружке нос. Затем она повернулась к Хосоку. — О, я вижу господина Минхо. Он весь вечер пытается поговорить с тобой, Хосок. Я обещала, что приведу своего босса к нему— И, подняв на Чонгука невинные глаза, Джули вежливо спросила: — Вы нас извините? Сразу же после этого Хосок оказался вовлеченным в разговор с их вип-клиентом, и Джули пришлось, используя все свое очарование и остроумие, справляться как‑то самой. Вскоре она была окружена группой восхищенных парней, многие из которых работали в том самом юридическом отделе, а самый ярый её «фанат» Джингу Бон просто не отлипал от неё. Джули улыбалась всем и всю оставшуюся часть вечера тщательно избегала смотреть в сторону Чонгука. Дважды она, случайно повернувшись, ловила на себе его пристальный взгляд и оба раза делала вид, что не замечает этого. Но по истечении трех часов такая игра стала просто невыносимой. Она так устала держаться… ведь что бы она себе ни говорила, её сердце всё ещё умирало по нему. Ей просто необходимо было скрыться и побыть наедине, хотя бы небольшая передышка от постоянного ощущения его присутствия. Глоток воздуха. Она поискала глазами Хосока: он стоял у стойки бара в компании нескольких мужчин. Джули дождалась, пока он обратил на нее внимание, и слегка кивнула головой в сторону стеклянных дверей. Он улыбнулся, словно говоря, что сейчас подойдет к ней. Повернувшись, она выскользнула из шумного помещения в прохладную вечернюю тишину и подошла к каменным перилам. У ее ног лежал ночной Сеул. Казалось, что огни внизу горят в честь ее маленькой победы. Она справилась, ей удалось вести себя с Чонгуком с вежливым безразличием. Никаких обвинений и упреков по поводу того, что он не позвонил и не написал ей после. «Он наверное удивился моему спокойствию», — довольно отметила Джули, поднося к губам свой бокал. Девушка услышала, как открывается стеклянная дверь, и приготовилась расстаться с так необходимым ей сейчас одиночеством. Это Хосок наконец освободился от своих собеседников. — Ну что, как я справилась? — Супер, — услышала она ленивый и насмешливый голос Чонгука. — Ты почти убедила меня в том, что я невидимка. У Джули так затряслись руки, что она чуть не выронила бокал. Она медленно повернулась, стараясь собрать вместе обрывки мыслей, которые вихрем кружились в голове. Джули напомнила себе, что она должна быть безразличной и вежливой, как будто то, что между ними произошло, значило для нее не больше, чем для него. Она заставила себя взглянуть прямо ему в лицо. — Очень милая вечеринка, — проговорила она. — Ты скучала? Джули удивленно выпучила глаза: — Я была очень-очень занята. Чонгук, облокотившись на перила, молча изучал ее. Его взгляд скользнул по ее роскошным волосам, пряди которых падали на обнаженные плечи. Чонгук давно уже в бизнесе среди акул и гиен, он давно умеет скрывать истинные свои намерения и чувства. Он не может позволить себе быть слабым, открытым для окружающих. Это опасно, если не ты, то тебя. Всегда нужно быть на шаг впереди, а думать на два или три шага вперед, имея несколько вариантов действий. Только вот с этой девушкой у него что-то плохо это получается. Думает он уже только после того, как сделает то, от чего себя так усиленно старается сдерживать. Непонятно каким образом, ещё с той первой встречи эта молодая особа может отключать его бдительность и умение держать себя в руках. Она буквально топит его в своих голубых водах — эти глаза… Когда она рядом, как будто появляется ветер в голове и его несёт по течению бурной реки. Чонгук знает, что не стоит снова с ней связываться, она другая, она будет хотеть и рассчитывать на большее. Её никогда не устроит делить его ещё с кем-то, он знает таких… таких наивных и правильных девочек, они созданы для семьи. А он не верит во всё это и ему это не нужно. Он не сможет ей дать всего и она будет страдать. Подчиниться ей и дать то, чего она захочет — нет, он не допустит этого. Быть зависимым от женщины, желать её внимания — нет. Больше нет, никогда в своей жизни. Избегать Джули в последнюю их встречу у него не получилось, его таки снесло это чистой воды цунами. Потом он сбежал от неё, постарался забыться в другой стране, рабочие встречи, -не особо помогло, потом он снова спутался с Юки в постели. Заглушил пожирающую его страсть к Джули количеством внимания и секса от Юки, потом той настойчиво предлагающей себя, модели. Но вот Джули снова рядом с ним. Чонгук, держи себя в штана… в руках! — мозг повторял это как мантру. Но… Она такая… такая сегодня, хочется снова прикоснуться. — Хм, то есть, — он изобразил недоверие, — ты совсем не скучала? — Я была занята, — повторила Джули более сухо и по-деловому, а потом не выдержав, зло добавила: — С какой радости мне скучать по тебе? Ты не единственный мужчина в Корее. Его темные брови поднялись в насмешливом удивлении. Она сама нарывается! — Ну да, я вижу, ты решила свести с ума всех наших юристов. Хочешь сказать, что после того, как ты попробовала секс со мной, тебе так понравилось, что ты решила расширить свой… сексу… эм.свой любовный опыт? Да как так-то! Как?! Ему совершенно пофиг спала она с другими мужчинами или нет. Джули кидало из стороны в сторону. — Теперь можешь сравнить? И как думаешь, я лучший? — дразнил Чонгук. — Что за детский сад? — презрительно ответила Джули. — Ты права. Пошли. Одним глотком опустошив свой бокал, он поставил его на перила и схватил ее за руку. Их пальцы сплелись, и Джули настолько опьянела от его прикосновения, что ничего не могла сказать, пока они не обошли сбоку ресторан и не остановились перед узкой дверью. Когда он протянул руку, чтобы открыть ее, Джули пришла в себя и отступила назад. — Чонгук, стой! У меня есть всего один вопрос. Будь добр, ответь мне честно. — Договорились. — прищурился Чонгук. — После того, как ты улетел в Японию, ты когда‑нибудь собирался снова встретиться со мной, я имею в виду не как с секретаршей твоей компании? Посмотрев на нее нечитаемым взглядом, Чонгук ответил: — Нет. Она все еще приходила в себя после его чёткого, недвусмысленного ответа, когда он открыл дверь. — Куда мы? — Ко мне или к тебе, это не имеет значения. — Почему? — спросила она с болезненной настойчивостью. — Для умной девочки это довольно глупый вопрос. И тут Джули взорвалась, вся та колючая и зверская энергия, которая копилась в ней всё это время и до этих минут, наконец-то вырвалась из границ: — Ты! Ты — самый самоуверенный, эгоистичный, равнодушный… Козёл! — Она остановилась перевести дух и твердо сказала: — Я не занимаюсь случайным сексом и, более того, не выношу тех, кто занимается им, — а значит, терпеть не могу тебя и таких как ты! — По‑моему, две недели назад я нравился тебе больше, — ледяным тоном ответил Чонгук. Ее щеки загорелись, а глаза потемнели от гнева и стали синими. — Две недели назад я думала, что ты особенный, неповторимый! Две недели назад я не знала, что ты распущенный плейбой, который меняет девушек, как перчатки! Особенно я в тебе ненавижу твою циничную способность использовать людей в своих целях! Ты жестокий и эгоистичный. И если бы я тогда знала, кто ты на самом деле, то не провела бы с тобой ни одной минуты! Поедая глазами стоящую перед ним дерзкую красоту, еще более соблазнительную в своем гневе, Чонгук спросил опасно мягким голосом: — И теперь, когда ты сложила себе наконец мой образ, ты не хочешь иметь со мной ничего, да? — На 100%, — тихо, но уверенно проговорила Джули. — И я… Одним решительным движением он притянул ее к себе и зажал ей рот наглым и настойчивым, но таким… таким чувственным поцелуем. Как только Чонгук прикоснулся к ней, все тело Джули ожило, стремясь вновь ощутить его мужскую силу. Обвив руками его шею, она изогнулась, прижавшись к его бедрам. Чонгук глухо и чувственно застонал, а поцелуй стал еще более жадным и в то же время нежным. — Схожу с ума, — пробормотал он, продолжая страстно целовать ее. — Нас могут увидеть здесь. Затем его губы исчезли. Он отпустил ее, и Джули в изнеможении прислонилась к перилам. — Ты идешь? — спросил он. Она из последних сил покачала головой: — Нет, я же сказала тебе… — Избавь меня от своих нотаций, — холодно и раздраженно оборвал ее Чонгук. — Для них найди какого‑нибудь дурачка, такого же наивного, как и ты. Будете возиться с ним в темноте, как сопливые школьники. Ты же этого хочешь? — он был зол, зол как чёрт. Боль от глубокой раны возникает не сразу, а через несколько секунд, сначала Джули почувствовала только яркую злость. — Стой! — догнала она Чонгука, когда тот уже возвращался внутрь зала. — У твоей подруги или любовницы, в общем, кем бы ни приходилась тебе твоя Юки, у нее серьги моей матери. Я оставила их в ее кровати, в той каюте, на той яхте, с ее любовником. На тебя я вовсе не претендую, я никогда не беру то, что не моё! Предоставляю тебя целиком и полностью твоей взрослой и опытной Юки, и остальным… Но! Но серьги я хочу получить обратно. Боль постепенно начала просачиваться, становясь просто нестерпимой, пока ее голос не задрожал. — Я хочу обратно эти серьги… Тени на потолке над кроватью были такими же мрачными и тяжелыми, как и состояние Джули после встречи с Чонгуком. Он привел с собой на вечеринку Юки, но уйти‑то хотел с ней! По крайней мере сегодня вечером он желал ее сильнее, чем её, постоянную и опытную любовницу. Возможно, она сделала глупость, что не пошла с ним. Джули яростно повернулась на живот. Где ее гордость?! Как она могла даже подумать о том, чтобы иметь какие‑нибудь поверхностные, убогие отношения с этим самонадеянным, беспринципным бабником? Она никогда больше не вспомнит о нем, просто выкинет его из головы. Навсегда! Выкинет к чертовой матери!
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты