Глава 11
3 марта 2021 г., 01:29
Джули решила, что она постарается как можно меньше думать о Чонгуке, по крайней мере, пока он не вернётся из Италии. Чего зря сотрясать воздух и мучать себя, проводя дни и ночи напролет в раздумьях об этом мужчине, который никак не даёт ей спокойно жить. Он вернётся и тогда посмотрим что будет. Вдруг он там «остынет» снова к ней и на этот раз всё уляжется, так и не начавшись как следует. К чему сейчас терзать свои сердце и голову, они итак вечно спорят друг с другом.
Джули с самой их первой встречи, кажется, что она ходит с ума, ведь на неё на плечах теперь поселились два воображаемых хвостатых «советчика», два подстрекателя. Один из них весь такой белый за справедливость, за честь и гордость, за равноправие, за реализм и трезвость в этой жизни, за рассудительность, за сначала «подумать, а уже потом «делать». Этот белый всегда говорит, чтобы Джули держала хвост пистолетом и не велась на быстро воспламеняющуюся страсть, никуда не спешила, наблюдала, узнавала что да как и только потом принимала решения. Относиться к людям так, как они того заслуживают и помнить, что все наши поступки ведут к последствиям и нам потом воздастся за наши действия. Второй- чёрный, как ночь и непоседливый, импульсивный, он то и трещит без конца, что жизнь у нас одна и нужно её прожить так, как хочется, так, чтобы иногда было стыдно рассказать, чтобы было жгуче приятно от взрывных эмоций, страстных чувств и что нужно не сдерживать свои желания, к чёрту осторожности, предрассудки, кем-то там придуманные и навязанные правила, нарушаем и живём на полную, делаем то, что хочешь здесь и сейчас, дышим полной грудью и радуемся тому, что есть сегодня, а завтра… доживём до завтра и тогда решим что дальше делать.
Сердце, как обычно дурит и говорит, что нужно довериться тому, что происходит. А мозг складывает пазл из событий, из наблюдений, из информации, которую получает, из не большого, но все-таки опыта и говорит, погоди, не всё так просто, осторожно.
Джули осознала, что пора всё-таки думать о будущем не только в плане дел любовных, но также заботиться о рациональных и практичных вещах, смотреть все-таки трезво вперёд, прятать хоть иногда свои розовые очки. Никто на блюдце не принесёт ей ничего, а сама она, мягко говоря, пока не может похвастаться успехами в своей карьере.
Это не для неё работать ассистентом до пенсионного возраста, ей нужно расти и развиваться, чтобы в будущем стать успешной и преуспевающей женщиной, не быть ни от кого зависимой, ходить всегда с гордо поднятой головой и позволять себе и отцу всё, ну ладно, почти всё, чего они бы хотели. А хотелось много, свой родной теплый уголок, уютный дом или квартиру, хотелось попутешествовать и увидеть мир, хотелось бы быть настолько свободным, чтобы ничего не мешало встать утром, позавтракать вкусными тостами и беконом, выпить кофе, сесть в машину и укатить на море, а вечером под звёздным небом насладиться вкусным ужином и прохладным ветерком, вдохнуть свежий воздух полной грудью и чтобы ни одной грустной или черной мысли в голове, никакого бремени на душе, только гармония с собой и этим потрясающим миром… сложно. Сложно, но стоит пытаться.
Так, что Джули проштудировала всё интернет-пространство на предмет обучения менеджменту и ведению бизнеса, и нашла вечерние курсы. Обучение будет длиться год и разделено на четыре этапа, дважды в неделю. По завершению каждого из них будет тест в качестве экзамена и допуска на следующий этап. По завершению курсов получаешь сертификат, который ценится здесь в Корее и выпускникам открыта дорога в стажеры в достаточно приличных компаниях. Так по крайней мере было обозначено на их сайте с отзывами и обратной связью их выпускников, которые сейчас успешно работают руководителями отделов в таких компаниях: банки, транспортные компании, страховые, торговля на внутреннем и внешних рынках и прочее. Старт занятий через два дня, в эту пятницу — как удачно, что она успевает. Цена- цена, которую она может потянуть, а если Ким Сокджин выплатит ей премиальные, тогда и вообще шикардос.
К слову, о Ким Сокджине, завтра ведь среда и состоится встреча с ним. И у Джули есть две проблемы. Ей нужно подумать, как преподнести информацию, которую она обнаружила и озвучить свои подозрения на счет Мин Юнги, а ещё, более важное для Джули, это убедиться окончательно или получить полное опровержение из первоисточника- является ли Ким Сокджин сводным братом Чонгука. Тем самым сводным братом, про которого заходила речь тогда на лодке, в момент их искреннего общения, когда Чонгук приоткрыл дверцу к своему личному.
***
В среду, уже под конец рабочего дня, в отделе менеджмента и пиара, Джули остановила Бриэн Лу. — Ты же в курсе, что на следующей неделе, во вторник, — день рождение твоего босса Чон Хосока. У нас здесь традиция — приносить торт, — сообщила она и, усмехнувшись, добавила: — Кофе и торт — прекрасный повод, чтобы закончить работу на пятнадцать минут раньше. — Я принесу торт, испеку сама — заверила ее Джули. Взглянув на часы, она попрощалась с Бриэн и заспешила к своему столу. Сокджин Ким пригласил ее на ужин в ресторан в совсем неизвестном ей месте, и Джули совсем не хотелось опаздывать. По дороге домой, где она собиралась переодеться, Джули думала, как говорить Сокджину о Мин Юнги. Однако это совсем не легко… Прежде чем портить чью‑либо репутацию или, хуже того, лишать человека работы, она должна быть хоть как-то уверена. Этот Мин Юнги по сути ничего плохого ей не сделал, он даже помог ей на вечеринке, выслушал, пока Чонгук где-то бродил, ей было легко с ним, ну и что, что она напилась с ним… это ведь не он вливал в неё бокалы, сама виновата. Однако это совсем не легко… как же она спросит у Сокджина о Чонгуке и их «родстве». Она же не может просто в лоб спросить: «Слушай, Сокджин, а ты случайно не тот сводный брат Чонгука, которого он терпеть не может?» И вообще… боже, что же она будет делать, что же она должна делать, если это окажется правдой? Получается она помогает «врагу» Чонгука. Как она должна поступить тогда, отказаться от договоренностей с Кимом, срочно уволиться, пока не натворила дел и пока никто не узнал правды? Правды о том, почему она оказалась в этой компании, что она хорошо знакома с человеком, которого Чонгук терпеть не может всей душой, что она получается за его спиной «шпионит» для его конкурента до оскомы на зубах? Чем дальше она уходила в размышления, тем хуже ей становилось, тошнота подступала к горлу, а руки трусились. Чёрт, Джули, ты же хотела вообще забыть о Чонгуке на эти дни, а как ни крути всё равно страдаешь и вляпалась по самые уши в события. События, из которых выпутаться будет ой как нелегко и даже не понятно насколько всё плохо. Девушка постаралась успокоиться и взять себя в хоть и в дрожащие, но руки. Джули остановилась на том, что просто озвучит то, что узнала о Юнги и на этом всё, а Сокджин сам будет решать что с этим делать дальше. А по поводу родства с Чонгуком, если представится удобная возможность, тогда она спросит. Если момента подходящего не будет, то … пока не решила. К концу своих раздумий Джули уже подъехала как раз к восьми вечера в назначенное место и зайдя в ресторан, сразу обнаружила за столиком Ким Сокджина. Нервно теребя край своего правого рукава от простого и скромного, длинного платья, Джули поздоровалась и присела. Сокджин сразу заметил, что она немного не такая, как обычно и отметил себе, что она либо очень устала, либо нервничает. Сокджин сходу спросил Джули, нравится ли ей работа в «Hope & JK Global» и Джули ответила, что да. — Хорошо. Значит тебя никто не обижает и ты уже там «прижилась». Это радует. Ну как не обижает… разве что немного… один душегуб мучает. — пролетело в голове у Джули. -Джули, ты нервничаешь, я вижу. Давай ты сделаешь глоток вина, глубоко выдохнешь, начнешь кушать и постараешься расслабиться. Я- твой друг, забыла? Я не хочу, чтобы тебе было некомфортно. — начал Сокджин, понимая, что в таком состоянии их сегодняшний разговор может непонятно чем завершиться. Сокджин уже не раз ловил себя на мысли, что эта наивная и вся такая порядочная с головы до ног Джули может не выдержать и сорваться с крючка, отменить их договоренность и он останется снова ни с чем в попытках выяснить кто же ему мешает победить Чонгука. — Да…немного, прости. Я … всё это непривычно для меня — ответила Джули после секундного колебания. Сокджин разочарованно вздохнул: — В этом квартале заключаются очень важные контракты для меня. И крайний срок, когда я могу предложить конкурентную цену потенциальному партнеру, наступит уже через пару недель. Моя компания и компания Чон Чонгука снова конкурируют здесь. До этого времени мне необходимо узнать, кто передает информацию в «Hope & JK Global». Мне необходимо это узнать, иначе всё полетит к чертям и я потеряю самого выгодного партнера в этом году и мне придется многое наверстывать заново. — он старался сделать свой вид как можно больше страдальческим. — Джули, ты по телефону говорила, что у тебя что-то есть для меня… Девушка почему-то почувствовала вину за то, что до сих пор не может начать нормально разговор. Она разрывалась между обязательствами перед Сокджином и стремлением делать «правильные» вещи. Разрывалась между неизвестностью — братья ли они? Может Ким не такой, каким кажется, ведь Чонгук явно дал понять, что его сводный брат та еще сволочь… «Как только меня угораздило связаться со всем этим», — подумала Джули и зажмурила глаза. Досчитала до пяти про себя, ведь ей в детстве это помогало сосредоточиться, когда она волновалась. Стараясь оправдаться, Джули сказала: — Прошло слишком мало времени. Как ты знаешь, я работаю с вице-президентом Чон Хосоком. В ходе своей работы, я ни разу не слышала ни одного имен, что ты мне называл. К тому же пару дней назад, меня дополнительно направили работать над специальным проектом к самому президенту компании Чон Чонгуку. Но по этому проекту я пока вообще мало что знаю, только начала вникать, но он связан с Италией и никак не связан с бизнесом в Корее. Так, что и здесь я могу сказать, совершенно точно, что никого из твоих имен не фигурирует и вряд ли всплывёт. Но… Имя Чонгука как током пронзило воздух вокруг Сокджина, глаза восхищенно заблестели и он несдержанно перебил девушку: — Джули, ты просто чудо! Как тебе удалось попасть к нему? Чёрт, у тебя же теперь есть доступ ко всякого рода… — Ничего особенного, — перебила его Джули. — Я оказалась там только потому, что написала в анкете, что говорю по‑итальянски. А мистеру Чону временно был нужен ассистент со знанием итальянского для работы над проектом. — А что это за проект? — снова не выдержав спросил Сокджин. Джули взглянула на молодую парочку за соседним столом, а затем снова перевела взгляд на мужчину напротив. — Сокджин, ты обещал мне, что если я соглашусь работать в «Hope & JK Global», то все, что ты просишь меня сделать, — это постараться узнать имя шпиона. Пожалуйста, не спрашивай больше ни о чем. Если я расскажу тебе хоть что-то о проекте, то шпионкой окажусь я! — Конечно, ты права, прости, — мгновенно согласился Сокджин. Про себя уже в который раз разочаровался, что она такой крепкий орешек и фиг её собьешь с выбранного пути. -Но, всё-таки кое что я могу тебе рассказать. — тяжело сглотнула Джули, ведь горло снова начало сушить и каждое слово кололо где-то внутри. — Мин Юнги. -Что?! Мой главный юрист?! — раскрыл рот Сокджин. -Подожди, не торопись. Скажи, ты знаешь что-нибудь о дружбе Мин Юнги и некой Юки Богом? — парень напротив отрицательно замахал головой. -Я кое что вычитала в… прессе. Поэтому, сразу скажу, что ни в чём не уверена, но есть подозрительные сходства. Мин Юнги — твой работник. Юки Богом —она… в общем она как пишут, хорошая подруга Мин Юнги. -И? К чему ты … — перебивает снова Сокджин, мысленно отчитывая себя, что сидит как нетерпеливый подросток, а не как деловой опытный мужчина. -К тому, что Юки Богом близка с президентом компании Чон Чонгуком. И прочитав всё то в статье, я подумала, что здесь возможно есть та связь, которая потенциально может быть тебе интересна. Пожалуйста, прошу тебя, прими во внимание, что про Мин Юнги и Юки Богом я узнала из статьи, а это как по мне не очень надежный источник… Но я точно уверена в близком общении этой женщины с Чон Чонгуком. — выдохнула Джули, почувствовав легкое облегчение, что смогла таки высказать первую часть из планируемого на сегодня. — Так… Интересно… Твою мать, как же так. Юнги со мной почти с самого начала. Вот же ж! — заторможенно проговорил Ким. — Сокджин, ты действительно ничего не слышал об их знакомстве? Я ведь узнала это не на работе, это журналисты издания «Селебрити»… Может это всё вранье, а может и нет, но это известно по сути многим. — Нет, я не знал об этом. Я знаю Юки Богом только вскользь, как-то пересекался на одном из приёмов с ней. Она вроде бы дочь нашего крупного корейского магната. Издания всякого такого рода вообще не читаю, нафиг оно мне сдалось. — Ты думаешь, стоит на это обращать внимание в интересующем тебя вопросе? Сокджин раздраженно посмотрел на Джули: — Несомненно, это может быть очень важно. И после паузы добавил: — Если нам удастся выследить их, то это будет просто победа! У меня предчувствие, что Чонгук устроит скоро какую-то западню мне и что он работает над чем‑то крупным, чтобы утереть мне нос. — Сокджин, я кажется так больше не смогу. Я не смогу никого выслеживать, это не для меня. Я сделала, что смогла, так что дальше разбирайся сам и решай, что делать. И… — Джули вдруг ощутила правильность того, что только что импульсивно сказала и уверенность в том, что нужно выяснить всё, что её беспокоит. — И, пожалуйста, ответь мне честно на один вопрос. — Погоди, стоп, ты не можешь так. -Сокджин, прошу — умоляла девушка. -Хорошо, задавай свой вопрос. — Ким решил все-таки отступить на пару минут и удовлетворить девушку, которая, он чувствовал, он знал, может сильно ему помочь. -Ты и Чон Чонгук — сводные братья? — нервно выдохнула Джули и упрямо посмотрела своими голубыми глазами на Сокджина. Кажется её глаза сверлили в самую глубину и не было возможности спрытаться. Как она это делает? -Эх… — тяжело вздохнул Сокджин, — зачем тебе это? -Просто ответь! — голос Джули прозвучал как-то строго. — Да, чёрт возьми. У нас одна мать. Но это не твоё дело Джули, так что не суй свой нос куда не следует! — молодой человек напротив резко ощетинился и мгновенно взгляд его стал каким-то враждебно предупреждающим. Всегда, когда речь заходила о их никчёмной связи с Чонгуком, Сокджин заводился с полоборота и был готов послать всех к чёрту, так его это всё раздражало и злило. Почему постоянно все докапываются об их «семейной» истории, нет, твою мать, ничего общего у него с этим отбросом, мать не зря его бросила в детстве и начала новую жизнь. -Хорошо. Спасибо, что ответил. — выдохнула девушка и вдруг окончательно для себя поняла, что ей нужно сейчас делать. — Ким Сокджин, я хочу отменить нашу с тобой договоренность. Я не хочу продолжать дальше выяснять какую-либо информацию для тебя, разбирайся сам с Чонгуком. Никаких премиальных мне не нужно, просто давай забудем обо всём этом. -Что? — зашипел раздраженно Джин. -Ты не можешь, какого черта, Джули? Мы так не договаривались. Какая муха тебя укусила? — лепил на ходу раздраженный парень. И тут он вдруг его осенило. — О, кажется я знаю… Это Чонгук, он тебя затянул в свою чёрную дыру! Ты с ним спишь? Он всех использует и добрался до тебя. Вечный сердцеед, он тебя скушает и не подавится. Это он придумал и тебя подговорил рассказать мне о Мин Юнги? А? Признавайся, неблагодарная! — глаза Джина наполнились кровью, мелкие сосуды напряглись так, что кажется повылазят наружу. Джули пару секунд была в шоке и пыталась прийти в себя, тяжело дыша. Столько эмоций за такое короткое время, не к добру это. Сначала она была в шоке, затем пришла ответная злость и желание ответить грубостью на грубость, но потом вдруг на горло наступила горечь и разочарование, очередное разочарование в людях, от которых она не ожидала такого. Каким-то чудом она смогла спокойно, но с уверенным и безаппеляционным тоном заявить: — Извини, что так вышло. Я не хотела и не желала такого. Я благодарна тебе за то, что ты тогда меня принял и протянул руку помощи, по-своему. Но я не могу так. Я сейчас встану и уйду, больше никогда тебя не побеспокою. Мы забудем, что знаем друг друга и каждый пойдёт своей дорогой. Прошу, дай мне пару дней и мы с отцом съедем из дома твоей тёти. Всего доброго. — резко встав, Джули поклонилась в знак приличия и благодарности за то, что он все-таки успел помочь ей до этого. Взяв сумочку, девушка гордо вышла из ресторана и уже сев в машину, расплакалась. Чёрт, да что же за чёрная полоса такая, как бы она не пыталась всё наладить и обустроить их с отцом жизнь здесь в Корее, всё валилось из рук и выходило как-то криво. Джули почувствовала дикую усталость и просто не знала, как сейчас вернется домой к отцу и как объяснит всё. Как объяснит ему всё, что произошло у неё с сыном его старой знакомой, как объяснит ему что им нужно срочно съехать из дома. Но у неё нет других вариантов, как рассказать отцу правду. Он поймёт, это ведь он её учил быть честной, порядочной и справедливой в этой жизни ни смотря ни на что. Он поймёт. Она должна будет выяснить у отца, как так сложилось, что он долгое время дружил с женщиной, что смогла бросить маленького сына одного и создать свою новую жизнь без него. Знал ли об этом отец и что он скажет теперь? Но об этом она подумает позже, сейчас у неё проблема посерьезнее и она очень срочная- нужно быстро найти новое жилье.***
Оставшуюся часть недели Джули провела как белка в колесе. В четверг с утра она воспользовалась отсутствием Чонгука и ничего не делала по новому проекту, а Хосок уже привык, что его ассистента «временно» отобрали и большую часть времени она совсем не может уделять его делам. Девушка вкратце рассказала своему боссу о срочной проблеме с жильем, которую нужно решить и попросила выходной, чтобы если посчастливится, найти новое жилье. И то ли кто-то там наверху среди облаков сжалился над ней, то ли все-таки жизненная полоса не всегда может быть однотонной, но по рекомендации Хосока, она смогла за день увидеть свет в конце тоннеля. Джули наведалась к его знакомой, у которой своё агенство по недвижимости. Девушка сходу объяснила, что она по рекомендации от Чон Хосока и что она ищет совсем-совсем скромное жилье и очень- очень срочно в этом нуждается. Пихё Мун, так зовут низкого роста и слегка пухленькую женщину, внимательно выслушала Джули, распросила для кого жилье и какие места чаще всего посещает. После сразу же смекнула как действовать и вызвав свою сотрудницу, которая занимается такого рода бюджетными секторами жилья, предоставила Джули два варианта. Первый из них — двухкомнатная квартирка на десятом этаже высотного здания на окраине Сеула, где девушка вместе с отцом неплохо может разместиться и стоимость более, чем адекватная. Из существенных минусов то, что уж очень это далеко от работы Джули и клиники, в которой необходимо каждые две недели появляться отцу для осмотра. Ей придется добираться по 2 часа через весь Сеул в часы пик утром и вечером, стоя в пробках. Второй вариант — два отдельных жилья; небольшой домик в частном секторе тоже на окраине Сеула, но все-таки со стороны, что ближе к клинике для отца, а также маленькая однокомнатная квартирка-студия для Джули на втором этаже небольшого здания в всего двадцати минутах от её работы. Жирным минусом было то, что они с отцом будут жить в разных местах, что слегка непривычно для Джули, она ведь будет совсем одна в квартире, а также будет переживать за отца как он там один и ей придется часто к нему мотаться. Но плюсом является расположение, оно более удобное, а также стоимость на удивление получается ниже за два жилья, чем за одно из первого варианта. Чёрт, как же сложно выбрать, подумала Джули. Окончательно определиться с вариантом ей помогла Пихё, сказав: -Джулианна, в виду того, что вам нужно найти жилье и заселиться в ближайшие 2 дня, наиболее подходящим для вас будет второй вариант. Видите ли, та двухкомнатная квартира сдаваться будет только через 2 недели, так как прежние арендаторы не успеют так быстро её освободить. А по второму варианту, оба жилья уже свободны и вы можете хоть сейчас, внеся предоплату за месяц, заселяться. Если бы не такая срочность, мы могли бы подобрать еще другие варианты для вас, но в виду текущих реалий, увы — это лучшее из предложений на рынке по вашему запросу. У вас… — замялась, женщина, — у вас весьма скромные возможности, поэтому что есть, то есть. Что ж, подумала Джули, выбирать не приходится, значит будет, как будет. По крайней мере в ближайшее время, а потом она что-то придумает. Главное, что сейчас она нашла таки решение проблемы и наконец-то разорвёт все связи с Ким Сокджином и не будет от него зависеть. -Хорошо, согласна. Пихё Мун, спасибо вам огромное! Вы даже не представляете, как вы меня выручили! — заулыбалась Джули и несколько раз поклонилась. -Не стоит благодарностей, знакомым Хосока я готова всегда помочь, чем смогу. Ну что ж, договорились, вносите предоплату и мы вручаем вам ключи. -Да! Супер! — пожала руку Джули. Работая в офисе всю пятницу в поте лица, ведь дел накопилось знатно за время даже однодневного отсутствия, обновив свой домашний адрес в отделе кадров- так положено по правилам, забрав отца из клиники после удачно пройденных плановых обследований и курса лечения, труженица вспомнила, что у неё же сегодня ещё первое занятие на курсах по ведению бизнеса, а она уже валилась с ног. Около 5 вечера её мобильный замигал сообщением в мессенджере, подумав, что это может быть от отца или же коллег по работе, девушка устало разблокировала экран и перешла в сообщения. Вялость и малая заинтересованность быстро сменились удивлением, ведь отправителем был «Засранец». Да, да, тот самый засранец, он один единственный для Джули в этом мире, по крайней мере пока что. Руки начали слегка подрагивать, нет, не от усталости и изнеможенности, хотя конечно не без этого, а от нервов, которые в эти дни уж сильно натянуты. Вот же ж, ну что за наглец, пристал и нет спасу от него, а Джули ведь собиралась не думать и не вспоминать о Чонгуке в его отсутствие. Но похоже у парня другие планы на этот счет. Вот почему так всё происходит, когда больше всего ждала и надеялась на его сообщение, он гад ничего не писал и забыть забыл тогда про неё, а теперь вот на тебе, написал что-то. Точно засранец! — Не буду читать, итак дел по горло, не хватало ещё теперь им голову забивать… Блин, а может он реально по работе написал? Он же в Италии и может ему что-то нужно, если буду молчать — отгребу! Работу сейчас терять мне ой вот совсем нельзя! — думала Джули, пока пальцы дергались от экрана к экрану в растерянности что делать. Девушка открывает сообщение и понимает, снова попалась на крючок: -Привет, детка! Соскучилась? -Наивная дурочка, как же, по работе он! Ну вот что ты такая глупая, — корит себя Джули. Теперь вот сообщение прочитано и не скроешь, ну и ладно. -Не буду отвечать, пусть теперь он сидит без ответов и чувствует, какого это, когда тебя игнорируют, -усмехнулась Джули и спрятала телефон в карман. Завтра у неё дел ещё больше, нужно перевезти все вещи в два разных места, накупить продуктов, наготовить отцу кушать хотя бы на пару дней и самой приготовиться к новой рабочей неделе. Отец чувствовал себя очень неплохо, но нужно быть аккуратными и беречься, чтобы не допустить ненужных обострений, поэтому на все попытки отца самостоятельно обустроиться в его новом домике, дочь резко его отругала, не позволив даже вещи самостоятельно упаковать. Мужчина горевал, что в своём еще не таком пристарелом возрасте, а не может толком помочь дочери и всё взвалилось на её хрупкие женские плечики. К тому же, он не дурак и знает свою дочь, у неё явно какие-то сложности помимо хлопот с их жильем, что-то еще мучает её и сильно. Но сейчас не время её выводить на чистую воду, пусть немного уляжется их переезд и потом он всё узнает, поговорит с дочерью как следует по душам. После вечерних курсов Джули вернулась домой совсем без сил и голова гудела как рой пчёл, завтра нужно было рано вставать, так что телефон был успешно откинут на столик возле кровати. Так сообщения остались не прочитанными, а ведь засранец таки написал ещё: — Прочитала и молчишь… Типо занятая вся, что нет времени ответить… -Нужно по возращению переговорить с Хосоком, что-то он тебя сильно нагружает работой, хотя ты сейчас больше мой ассистент — Я соскучился, детка -Сижу один… ОДИН, ужинаю -Чёрт, только о тебе думаю -Ну же… не молчи, сжалься -Жестокая и безжалостная -Моя холодная королева… -Так, вернусь и серьезно тебя накажу -Я не шучу, Джулианна!***
Джули взглянула на маленький термометр за окном своего нового жилья и надела желтый свитер со спортивными домашними штанами. Несмотря на солнечный воскресный осенний день и свою скромную квартирку-студию, которая была достаточно уютно обставлена, было грустно и одиноко. Ноги и руки, казалось, отпадали из-за усталости, после вчерашнего то, но лежать и спать Джули почему-то не могла, в голову лезли разные мысли. Пообедав, позвонив отцу узнать как он переночевал на новом месте, затем перемыв совсем немного посуды после себя, Джули задумалась чем бы заняться. Чем заняться, чтобы развлечь себя как-то и скоротать остаток дня, а было всего полпятого вечера. Было решено отправиться на поиски подарка Хосоку, ведь день рожденье уже во вторник. Но не успела придумать ничего подходящего, как ее мысли прервал внезапный звонок в дверь. Она не ждала гостей и тем более не ждала того, чья высокая фигура заполнила почти весь дверной проем. Джули не была низкой, но и её 165 см нельзя было назвать высоким ростом, так что 178 см Чонгука были для неё ощутимы. В темно-зеленой рубашке с открытым воротом и чёрном замшевом пиджаке, Чонгук был так хорош, что Джули чуть не расхныкалась. Но она заставила свой голос звучать спокойно и слегка удивленно: — Привет. Откуда... откуда ты знаешь где я... - О, милая, ты серьезно, думаешь, что твой босс не узнает твой адрес? - Что ты здесь делаешь? — Если бы я знал, — нахмурился он. Не в силах сдержать улыбку, она сказала: — В таких случаях обычно говорят, что случайно проезжал мимо и решил заглянуть. — Почему я не подумал об этом? — усмехнулся Чонгук. — Ну, ты собираешься меня впустить? — Не знаю, — честно призналась Джули. — Думаешь надо? Его взгляд заскользил по ее телу, затем поднялся к губам, и наконец Чонгук посмотрел ей в глаза: — На твоем месте я бы этого не делал. В этом была такая откровенная чувственность, что Джули чуть не задохнулась. Но она решила избегать личных отношений с ним. И намерена придерживаться своего решения. А причина его присутствия здесь явно очень личная. Неохотно, но она все‑таки сделала выбор. — Тогда я сделаю так, как ты советуешь. Пока, Чонгук, — сказала она, закрывая дверь. — Спасибо, что зашел. Он выслушал ее, слегка нагнув голову, и Джули заставила себя до конца захлопнуть дверь. На негнущихся ногах она отошла от двери, напоминая себе, как опасно было бы впустить его. Но, пройдя несколько шагов, она не выдержала. Крутанувшись в своих теплых мохнатых носках, она заспешила к двери и, щелкнув замком, наткнулась прямо на его грудь. Чонгук стоял, одной рукой опираясь о дверной косяк, и смотрел вниз на ее пылающее лицо с понимающей, широкой и удовлетворенной улыбкой. — Привет, Джули. Я случайно проезжал мимо и решил зайти. — Что ты хочешь, Чонгук? — вздохнула она. — Тебя. Она начала было снова закрывать дверь, но он остановил ее: — Ты правда хочешь, чтобы я ушел? — Я сказала тебе уже в прошлый раз, что то, чего я хочу с твоим «хочу» не совпадает. Он прервал ее с озорной улыбкой и подмигнул: — Я обещаю, что ты никогда не будешь со мной падать и разбивать себе коленки в кровь. Джули не могла сдержать улыбку. — И если ты перестанешь игнорировать мои сообщения, я уж точно не буду кусать тебя, как тот кролик из зоомагазина! Она отступила, давая ему войти, затем взяла его пиджак и повесила на вешалку. Когда она повернулась, Чонгук стоял прислонившись к дверце шкафа в маленькой прихожей и скрестив руки на груди. — Я только что подумал и решил взять часть своих слов обратно. Я с удовольствием буду тебя кусать… но очень нежно и чувственно… — усмехнулся и снова подмигул Чонгук. — Извращенец! — сказала она шутливо. Ее сердце билось так сильно, что она не очень понимала, что говорит. — Иди ко мне, я покажу тебе настоящее извращение. Джули предусмотрительно отступила на шаг назад: — Ага, щаззз! И не подумаю! Ты хочешь кофе или кока-колу? — Да, с удовольствием, всё равно что. — Я сделаю кофе. — Сначала поцелуй меня. Джули убийственно посмотрела на него через плечо и пошла в зону, что служила кухней. Делая кофе, она чувствовала на себе его взгляд. — Я плачу тебе так мало, что ты можешь позволить себе только эту конуру? — небрежно спросил он. — Эй, полегче! Это не конура, здесь очень уютно и это моё новое жилье, я всего лишь второй день здесь! Она почувствовала, что он приближается к ней, и, поспешно повернувшись к столу, стала доставать чашки и сахар, ища спасения хоть в этом. — Ты скучала? — спросил он. — Как ты думаешь? — Она считала, что говорит достаточно спокойно, но, видимо, он думал иначе, потому что усмехнулся: — Хорошо! Очень хорошо. Сильно? — Тебе что, нужно потешить свое самолюбие? — Да. — Зачем? — Затем, что я уложен на лопатки двадцатитрехлетней красоткой и не могу выбросить ее из головы. — Да, не повезло тебе, — пробормотала Джули, безуспешно стараясь скрыть появившееся веселое настроение и… надежду? — О да! — усмехнулся он. — Она сидит во мне как шип от колючей розы, как заноза на пятке. У нее глаза ангельски сине-голубого цвета, тело богини любви и страсти, сердце снежной королевы, а язык как скальпель. — Кофе почти гото…-начала было Джули. Руки Чонгука осторожно и нежно легли на ее плечи, он стоял уже почти впритык. — А ещё характер, ну такой несносный, ммм. Его губы медленно приближались и Джули беспомощно ждала, когда он коснется ее губ. Но вместо этого он начал целовать ее плечи и шею, его язык ласкал чувствительную кожу, затем медленно двинулся к уху. Прижатая к кухонному столу, Джули не могла ничего сделать и только дрожала от множества меняющихся ощущений. Его рот, проложивший по ее виску горячий путь поцелуев, начал медленно двигаться к губам. Но не дойдя до них совсем чуть‑чуть, он остановился и повторил: — Поцелуй меня, Джу. Джу? Чёрт, зачем так сладко и нежно… -простонал кто-то в голове у Джули. — Нет, — прошептала она неуверенно. Чонгук пожал плечами и начал медленно целовать другую щеку, пошел вверх, его язык обследовал изящную ушную раковину. Он слегка укусил мочку уха, и Джули, застонав, прильнула к нему. Между ними как будто пробежал электрический разряд, и они застыли, пораженные. — Чертовски…! — пробормотал Чонгук, переходя к плечам. — Чонгук, пожалуйста, — слабо защищалась Джули. — Пожалуйста — что? — пробормотал он. — Прекратить это…? — Нет… — Нет, — медленно повторил он, поднимая голову. — Ты не хочешь, чтобы я целовал тебя, раздел и мы занялись сексом? Его чувственные и требовательные губы были совсем рядом, и у Джули почти закружилась голова от желания снова почувствовать их на вкус. Но Чонгук хотел не только ее тела, но и ее согласия. — Пожалуйста… поцелуй меня, — хрипло проговорил он. — Я никогда не забуду, как ты целовала меня в Намисом, какой сладкой и теплой ты была в моих руках… Да, да, Джули сдалась, ну, а что вы сделали бы на её месте перед ним, под такой сбивающей с ног волной цунами и вскружившим голову тайфуном? Ее ладони заскользили по его мускулистой груди, а губы раскрылись ему навстречу. Она почувствовала пробежавшую по его телу дрожь, затем руки Чонгука сомкнулись вокруг нее, и он впился в ее губы. Её пожирали настойчиво глубоко и влажно, потом как будто смаковали как выдержанное годами красное вино. Джули стремительно таяла как мороженное в сорокаградусную жару, её губами полностью завладели и управляли как хочется, проникая то глубоко и прогибая всё тело назад, то нежно, отпуская и слегка покусывая за нижнюю губу, а потом снова резко углубляясь до предела и орудуя на полную страстно и влажно. К тому времени, когда Чонгук смог наконец поднять голову, желание у обоих переросло в настоящую бурю. — Стол или кровать? — прошептал он хрипло. Джули слегка откинулась назад и посмотрела ему в глаза. Его лицо потемнело от желания, а чёрные глаза как будто приказывали ответить. Так же он смотрел на нее в Намисом на яхте, когда она уступила его страсти. В ее голове проносились мучительные воспоминания: он занимался с ней любовью так, как будто не мог насытиться ею до конца, а затем холодно отослал в Сеул и улетел с другой. На свою погибель Джули поняла, что физическое удовольствие для него не обязательно предполагает чувство, хотя бы слабое и только-только зарождающееся. Сейчас он хотел ее сильнее, чем тогда. Джули это знала. Она также подумала, что он наверное испытывает по отношению к ней что-то большее, чем просто желание страстно её снова нагнуть и разложить на столе или кровати. Но в этот раз она хотела быть абсолютно уверенной. Ее гордость не позволяла ей быть брошенной еще раз. Нет, хватит, она не шлюха, не одноразовая подстилка, не ветренная потеряшка по жизни, не бездушная игрушка для интимных игр. — Чонгук, — нервно проговорила она, — нам сначала нужно получше узнать друг друга. — Мы уже узнали, — напомнил он, — и довольно близко, -подмигнул он и снова наклонился к её губам. — Я говорю о том, что… что лучше, если мы узнаем друг друга до того, как начнем… — Мы уже начали, Джули, — нетерпеливо прервал ее Чонгук. — И я хочу довести дело до конца. Кончить. И чтобы ты тоже кончила, выстанывая моё имя — Нет, я… Она глубоко вздохнула, она не сможет продолжить, нет. Руки Чонгука каким-то образом уже оказались под свитером и добрались на ходящую ходуном от тяжелого дыхания грудь, проскользнули под тонкий кружевной лифчик и начали медленно и настойчиво слегка сжимать, сминать правую упругую половинку, ласкать уже такой отвердевший сосок. — Я чувствую, как сильно ты хочешь меня, — прохрипел чувственным шепотом он. Затем притянув максимально близко второй свободной рукой Джули за бедра, он крепко прижал ее к себе, чтобы она тоже почувствовала как он напряжён до предела, ощутила его вставший напряженный член. — Чувствуешь, как я хочу тебя. Что еще нам нужно знать друг о друге? Что еще имеет значение? — Что еще имеет значение? — грустно прошептала через силу Джули, освобождаясь из его рук. — Кое‑что имеет. Я говорила тебе, что не могу отдавать только тело. Что ты пытаешься сделать со мной? Его взгляд стал тяжелым. — Уложить тебя… И забыть всё, что мучило нас в течении нескольких недель. Я хочу секса, ладно, хочу заниматься любовью с тобой весь вечер и ночь, пока мы оба не выдохнемся от нашей страсти. Нужно еще конкретнее? — Нужно! — горячо выкрикнула Джули. — Я хочу знать правила игры, чёрт тебя возьми! Сегодня мы занимаемся любовью, а завтра только здороваемся в офисе, если случайно столкнемся, да? — Но, Джули… — Завтра ты можешь, если захочешь, переспать с другой женщиной, а я не должна об этом переживать? Завтра я могу заняться любовью с другим, и тебе будет пофиг, да? — Ну… Джули получила "недо" ответ, но этого достаточно: ему так же наплевать на нее, как и раньше. Ему нужно ее тело, но не она сама и её душа, чувства. — Кофе готов, — устало произнесла она. — И я готов, — напирал он. — А я нет! — взбунтовалась Джули. — Я не готова быть твоим воскресным развлечением. Если тебе скучно, вали к своим моделям, кинозвёздам, подругам по сексу! — Какого черта ты от меня хочешь? — холодно спросил он. «Я хочу, чтобы ты любил меня», — подумала Джули. — Ничего я от тебя не хочу, — сказала она вслух. — Уходи. Чонгук посмотрел на нее с какой-то оскорбительной снисходительностью и раздражением? — Ладно, я уйду, но дам тебе один совет, — бросил он холодно. — Вырасти наконец-то, девочка! Джули почувствовала себя так, как будто ей дали пощечину. Разъяренная, она вскинула руку с пальцев вверх и замахала перед его носом: — О, ты прав! Это то, что я собираюсь сделать. С сегодняшнего дня я буду воплощать в жизнь твои взгляды! Спать со всеми мужчинами, которые попадутся под руку. Но только не с тобой, ты слишком потаскан другими. Проваливай, нахрен, отсюда! На лице парня заиграли желваки, губы сложились в тонкую линию, а сам он достал из кармана маленькую черную коробочку и положил на стол. — Я должен тебе пару сережек, — сказал он, выходя. Джули услышала, как за ним захлопнулась входная дверь, и, взяв дрожащими руками коробочку, открыла ее. Она ожидала увидеть маленькие золотые колечки своей матери, но вместо них там лежала пара огромных светящихся жемчужин в тонких золотых ободках. Джули захлопнула коробку. «Какая из его любовниц потеряла их в его постели? — со злостью подумала она. — Или он привез их из Италии?» Она бросилась к шкафу, чтобы взять сумочку и накинуть тонкую ветровку. Она пойдет искать подарок для Хосока, как и собиралась, а предыдущий час навсегда выкинет к чертовой матери из головы. Чон Чонгук больше не сделает ей больно. Она открыла шкаф и застыла, глядя на висящий красивый и мягкий сине-голубой шарф, который связала для… для этого негодяя, засранца, козла, кобелины! Вот же, вот он — подарок для Хосока! Ему, наверное, понравится вещь, связанная собственноручно Джули. Чонгуку бы, наверное, тоже понравилась. При этой мысли она почувствовала острую боль в груди, но тряхнула головой и решила не обращать на нее внимания.
