Not about Angels

Гет
NC-17
В процессе
396
автор
Размер:
планируется Макси, написано 107 страниц, 7 частей
Описание:
«Почему ты не убьешь меня?»

Потому что только в твоём присутствии демоны на ржавых цепях перестают изгрызать меня и скалиться.
Посвящение:
Моим неповторимым читателям, безумно люблю каждого из вас.
Примечания автора:
Обновление меня убило. Я до сих пор под впечатлением. Мальбонте открылся с другой стороны, что не оставило меня равнодушной. Захотелось написать что-то новое, иное, с другим пэйрингом. Работа будет о чувствах Мальбонте и принятии себя.

Не судите строго, очень надеюсь, что вам понравится.

https://vk.com/originals_kovella - моя группа в Вк. Буду рада каждому :3
Саундтрек к работе - Not about Angels - Birdy

20.11.20 - № 34 в популярном по фэндомам.
21.11.20 - № 25 в популярном по фэндомам.
22.11.20 - № 22 в популярном по фэндомам.
24.11.20 - № 18 в популярном по фэндомам.
25.11.20 - № 13 в популярном по фэндомам.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
396 Нравится 119 Отзывы 92 В сборник Скачать

6

Настройки текста
Примечания:
Всем привет, мои дорогие!
Желаю вам приятного чтения, и с нетерпением жду вашего мнения :3
Она смотрела на разбитое зеркало, которое кривыми изгибами отражало её осунувшееся лицо. В каждом осколке она видела свои искаженные глаза, которые глядели на неё со стороны с осуждением и горечью. Пламя керосиновой лампы отбрасывало кривые тени на стены, делая маленькую хижину похожей на зловещий адский чертог. — Надевай. С глухим треском на кровать упал маленький сверток одежды, на который Вики даже не глянула. — Что это? — Ты не слышала? — Саферий, лениво мерящий шагами деревянную хижину, удивленно покосился в сторону Непризнанной. — Наша армия выиграла сегодняшнее сражение. Еще один город взят. Вики вновь обернулась к зеркалу: множество отражений её глаз, разбросанных по осколкам, походили на бесконечную паутину образов и взглядов, каждый из которых глядел на неё по-особенному. Неожиданно перед её взором треснувшие осколки начали собираться воедино, погружая Вики в ворох воспоминаний. Мягкая кушетка просела от веса её тела, когда Непризнанная выгнула затекшую спину и аккуратно легла. Она уже и не помнила такие моменты, когда позволяла себе бездумно лежать на мятой после сна постели, глядеть в высокий потолок и наслаждаться пустотой и молчавшим внутренним голосом. Сейчас, когда половина лагеря отправилось на новое сражение, гомон лазарета стих, оставив в своих покоях лишь тяжело раненных существ и нескольких целителей. Вики была скрыта ветхой ширмой от их взглядов, но всё равно чувствовала себя в безопасности. Безопасность. Это странное, убаюкивающее ощущение так давно не клубилось в её душе, что Вики не могла позволить себе расслабиться. Она чувствовала, как от усталости тяжелеют веки, мышцы расслабляются и наливаются свинцом, медленно клоня её в сон. Она боялась быть застигнутой врасплох, боялась за свою жизнь, боялась за то, что может не проснуться. Но убаюкивающая тишина лазарета, едва слышимое пение пожилого целителя где-то за стеной медленно укутывали Вики в теплый, воздушный кокон. Перья её жемчужных крыльев слабо подрагивали, пока сама девушка, расслабленно растянувшись на маленькой кушетке, тихонько сопела. Когда в её уединенном уголке скрипнули деревянные половицы, она не вздрогнула, не замечая чужого присутствия. Нежданный гость аккуратно ступил вперед, задвигая за собой дряхлую ширму, скрывая тем самым и себя, и Вики от взглядов всего лазарета. Девушка недовольно сморщилась сквозь сон, подминая под себя заплатанную простынь и натягивая её почти до подбородка. Мужчина, всё это время молча наблюдавший за ней, приблизился к окну, облокачиваясь о подоконник. Янтарные отблески восходящего на горизонте солнца охватывали его крепкий силуэт, обрамленный кровавыми крыльями. Когда золотистые лучи просочились сквозь окно и, зазмеившись по полу, коснулись расслабленного лица Вики, та недовольно сморщилась и открыла глаза. Панический возглас, застрявший у неё в горле, вырвался сдавленным хрипением, отчего Вики мгновенно подорвалась, садясь на кушетку. — Ты меня до смерти напугал, — вяло пробормотала она, отбрасывая от себя простынь и стыдливо косясь по сторонам. Что он сделает с ней за то, что поймал её спящей, когда она должна была помогать лекарям и раненным? — Я не хотел, — дернул щекой Мальбонте, не отрывая от взволнованной Вики пристального взгляда. Мальбонте медленно разглядывал её: спросонья белокурые локоны запутались и разметались по острым плечам девушки, а выражение её лица еще не успело принять враждебные нотки и протестующе насупиться. Он был готов остановить этот момент, восход солнца и суматоху, постепенно оживляющую лагерь с приходом воинов. Вики опустила босые ноги на пол, решив не мельтешить и не идти за сапогами, которые оставила за ширмой. Она подняла к Мальбонте взгляд из-под полуопущенных ресниц, смущенно разглядывая его фигуру. Только сейчас она заметила его боевое обмундирование: черные штаны и мундир, кожаные ремни, закрепленные на рукавах и груди. Ткань мундира стянулась, когда Мальбонте скрестил руки, отчего выделились его широкие плечи и рельеф мышц. На шее мужчины виднелись кровоподтеки, кое-где ткань одежды скатывалась, открывая изрезанные участки его тела. — Тебя ранили, — прочистив горло, прошептала Вики, чувствуя несвойственные ей вину и смущение. Мальбонте лишь лениво дернул щекой, навалившись всем телом на деревянный подоконник. Поток утренних лучей озарил своим светом всю маленькую комнатку, заставив Вики сощуриться. Он внимательным взглядом обвел выражение её лица, с неким удовлетворением подмечая то, как старательно она отводит взгляд или смотрит на него из-под ресниц. Её спина была сгорблена, а руками Вики судорожно сминала металлический край кушетки. Все эти повадки взбудоражили в теле Мальбонте обжигающую волну жара, завязавшуюся тугим комом в области бедер. Мужчина рвано выдохнул через зубы, ладонью откидывая со лба слипшиеся пряди, и отвёл взгляд в сторону. Ощущения, клубившиеся в его теле, сбили Мальбонте с толку: он, вернувшийся с битвы, принимающий поздравления и дань с очередной победы, должен был направиться в свою хижину, чтобы смыть с себя алые пятна чужой крови и грязь, въевшуюся под кожу. Но несмотря на чудовищную усталость, одолевавшую его, несмотря на налитые свинцом ноги и ничего не соображающий разум, он оказался в лазарете. Таращился на сонную, смущенную и такую же уставшую Уокер, чувствуя, как желает коснуться её прямо сейчас. Вплести пальцы в её растрепавшиеся волосы, огладить очертания обветрившихся губ. Скользнуть ладонью ниже, кончиками пальцев ощущая её позвонки сквозь тонкую ткань рубашки. Спустить с неё грязную, смятую одежду, привлекая абсолютно нагое девичье тело к себе. Привлекая, впитывая, растворяясь в нем и не позволяя отстраниться. Вики аккуратно поднялась с кушетки, потянувшись к кожаной сумке. Выудила оттуда переливающуюся ярко-голубым цветом мензурку и обернулась к Мальбонте. Он лишь выжидающе приподнял бровь, наблюдая за движениями Непризнанной. — У меня мощная регенерация, — нахмурившись, произнес Мальбонте, когда Вики с мензуркой в руке двинулась ему навстречу. — Да, но… — она замешкалась и отвела взгляд, становясь в нескольких шагах от мужчины, — я проспала тот момент, когда вы вернулись со сражения, а потому хочу выполнить свою обязанность в качестве лекаря — помочь кому-нибудь с восстановлением. Ядовитые слова о том, что он справится со своими ранами без чужой помощи, застыли на кончике языка, так и не вырвавшись. Мальбонте сглотнул, несколько секунд смиряя Непризнанную взглядом. — Здесь холодно, — кивнул Мальбонте на её босые ноги. — Я не чувствую, — отмахнулась Вики, игнорируя тот факт, что от волнения мороз пробрал её до костей, мешая сосредоточиться и позволить своей внутренней силе согреть себя. Мальбонте, не проронивший ни слова, шагнул к Вики навстречу. Она почувствовала, как по спине пробежала волна колкого электричества от осознания его власти и своей полной беспомощности. Мальбонте, возвышающийся над ней своей крепкой фигурой, обрамленной кровавыми крыльями, приблизился вплотную, аккуратным касанием ладоней сжимая Вики за талию и поднимая над полом. — Что ты?.. — задохнувшись от внезапности, от ощущения касаний его пальцев, от близости его дыхания, прохрипела Вики. Их носы почти соприкоснулись, когда Мальбонте, повернувшись в сторону окна, усадил Вики на подоконник, не убирая рук с её талии. — Так будет удобнее, — спокойно произнес он, но черные глаза его задорно блеснули, пусть и выражение лица было полностью сосредоточенным. — Удобнее для чего? — пискнула Вики, вжимаясь спиной в стекло. Руки Мальбонте всё еще покоились на её талии, и Вики едва не подскочила как ошпаренная, когда указательным пальцем мужчина начал выводить непонятые узоры на ткани её рубашки. Подушечками пальцев он касался её ребер, щекоча девушку и посылая по её телу будоражащие вибрации. — Чтобы ты выполняла те обязанности, ради которых осталась в лазарете, — выдохнул Мальбонте, а дыхание его коснулось губ Вики. Непризнанная растерянно моргнула, крепче сжимая в руках мензурку с целительной жидкостью. Пальцы её дрожали, тело не желало слушаться, терпя касания мужских ладоней. Вики бы ни за что не призналась самой себе, что тепло и крепкость его рук посылали по её телу волну жара. Она распаляла каждую клеточку её кожи, каждый рецептор, посылая мурашки и клубясь пульсирующим комом внизу живота. От нахлынувших эмоций Вики дернулась, сводя ноги и колени, чтобы хоть как-то унять предательски возникшую дрожь. Она проклинала себя за слабость, за бездействие. Так просто поддалась навстречу его властному порыву, не проронив ни слова. Но пуще того, она ненавидела себя за то, что до сих пор не могла смахнуть его рук со своего тела. — Я жду, — произнес Мальбонте, своим хриплым тоном выводя Непризнанную из лихорадочного водоворота мыслей. Вики капнула мерцающую голубым переливом жидкость себе на ладонь, растирая её меж пальцев. Затем, не говоря ни слова, потянулась к глубокой царапине на шее мужчины, подушечками пальцев втирая ультрамариновую жидкость в его кожу. Вики заметила, как слабо дернулся Мальбонте, как напряглись мышцы его плеч и как выступили сухожилия. Мальбонте прикрыл глаза, концентрируясь на тепле её рук и на массирующих движениях. Он знал, что Вики разглядывает его, чувствовал её взгляд на своем лице, ощущал её сбившееся дыхание и её запах. Запомнил наизусть очертания её приоткрытого рта и пухлых губ, которые Вики без конца облизывала. Мальбонте почти зажмурился, стараясь игнорировать пульсацию в своем теле, постепенно доводящую его до безумия, и неосознанно крепче сжал тоненькую талию Вики, впиваясь пальцами в ткань рубашки, ощущая под ней её ребра и теплую кожу. Вики смахнула засохшую грязь с его оголенных ключиц, на секунду залюбовавшись тем, как сияющая жидкость впитывается в смуглую кожу Мальбонте, делая её блестящей. — Готово, — шепнула Непризнанная, отставляя мензурку с мазью на подоконник. Мальбонте распахнул глаза, встречаясь с серым взором Вики и замер, так и не убрав ладоней с её талии. Пульсирующие волны жара затуманивали ему взор, подбивая Мальбонте скользнуть руками выше, очерчивая плавные изгибы её тела. Пленительного, тоненького тела, находящегося сейчас в его всеобъемлющей власти. Вики прикусила нижнюю губу, слегка морща брови. Мальбонте неотрывно глядел на неё, мысленно ликуя и гадая, почему она не выбивается и не отталкивает его. Сидит, смиренно давая ему возможность касаться её, затуманивая мужчине разум. От него не укрылось и то, как она сжимала ноги и ёрзала на месте. Мальбонте с ликованием, вкусом победы на языке отметил, как изменилась её энергия: из ледяного течения превращаясь во взвивающиеся языки пламени, грозящегося спалить всё вокруг. Ему бы притянуть её ближе, коснуться языком мочки уха, намотать белокурые локоны на пальцы, впитывая её запах. Кончиком языка прочертить дорожку по шее, опускаясь к ключицам, а после коснуться пухлых, открытых губ, сбивая ей дыхание. Он мог взять её прямо сейчас. Никогда прежде женщина не вызывала в нём такой жажды. Никогда прежде женщина не давала ему такого яростного отпора, а потому его желание овладеть ей подпитывалось с каждым разом всё сильнее. Моменты их касаний были мимолетны, но с каждым новым касанием волны колкого электричества парализовали тело, грозясь всем томящимся чувствам вырваться наружу. — Сегодня будет пир по случаю победы, — прохрипел Мальбонте, когда разум его прояснился. Лучи рассветного солнца коснулись макушки Вики, охватывая и подсвечивая золотистым сиянием её силуэт. Делая её похожей на мифическое существо, нечто нереальное и бесконечно далекое от него. — Я хочу, чтобы ты была на нём. — Зачем? — нахмурилась Вики, кладя ладони поверх ладоней Мальбонте, намереваясь оттолкнуть его, но замерла, так и оставшись сидеть с переплетенными с ним пальцами. — Я больше не намерен делить лагерь на плененных и своих, — Мальбонте нависал над ней, смотря в глаза. — Все пленники по-своему желанию могут явиться на пир, не боясь за свою жизнь. Тех, кто не примет сторону, я пошлю в захваченные города, как рабочую силу. Тем же, кто примкнет к нам сегодня, будет позволено остаться и жить в лагере, трудясь на благо нашего будущего. После того, как я смогу убедиться, что они не совершат попытки бегства, то смогут спокойно передвигаться по лагерю без стражников. — То есть во мне ты еще не убедился, раз я всё еще хожу под надзором Саферия? — Нет, — спокойно произнес Мальбонте, а на губах его заиграла мальчишеская улыбка. — Не тяни моё время, Уокер! Тебе велено прийти, — Саферий чопорно поджал губы. — По случаю победы каждый раз в лагере организовывается пир, — стражник оглядел её насмешливым взглядом и добавил: — проигрышей у нас ведь не бывает. — Поддерживающая другую сторону пленница будет присутствовать на пиру… — прошептала Вики, когда пелена недавних воспоминаний спала, вновь возвращая её в реальность. Саферий расправил свои темно-синие крылья и подлетел к замершей у стены Вики. Он грубо ухватил её под локоть, привлекая к себе так, что его смрадное дыхание пахнуло девушке прямо в лицо. — Надевай эту чертову одежду и делай то, что я говорю, — процедил он сквозь зубы, ненавидящим взглядом скользя по лицу Вики. Непризнанная резко дернула руку, вырываясь из хватки стражника, сделав пару шагов назад. Она подхватила с постели скомканную тряпку, с вызовом глянув на мужчину: — Убирайся отсюда. — Нет, — лишь самодовольно мотнул головой Саферий, а в глубине его черных глаз проскочил недобрый блеск: таким взглядом на неё всегда смотрели существа, знающие и чувствующие своё превосходство, пусть оно и было мнимым. — Ты заносчивая дрянь, Уокер, которая скоро расплатиться за все свои выходки. — И за какие же? — Вики хмыкнула, поворачиваясь к стражнику спиной и расправляя сложенное в сверток платье. — Ты унизила меня на глазах у всего лагеря, — дрожащим от злости тоном прорычал Саферий, становясь позади девушки. — Унизила меня перед ним. — Может быть, ты действительно не справляешься со своими обязанностями? — Самодовольная сука! — горячая рука Саферия легла девушке на плечо и сжала с такой силой, что у Вики подкосились ноги. — Не смей ко мне прикасаться! — зарычала она, вскидывая ладонь вперед, как тут же на её коже засияли сгустки алого марева. — Думаешь, я боюсь тебя? — Стоило бы. Глаза Саферия яростно вспыхнули, но он так и остался стоять на месте. Нервно дернул рукой, сметая с деревянного стола несколько книг и графин с водой, отчего тот со звонким треском разбился на несколько осколков. — Ты за всё заплатишь. Будешь на коленях вымаливать у меня прощение, пока я буду иметь тебя, вдалбливая весь твой яд обратно в твою глотку, — проскрежетал Саферий, а после выскочил из хижины, захлопнув за собой дверь, отчего та чуть не слетела с петель.

***

Долина, в которой расположился лагерь, была охвачена яркими огнями. В каждом шатре, натянутом на сооруженные шесты, сияли блики факелов, отовсюду раздавался смех и свист. Откуда-то приглушенно слышалось звучание инструментов, и музыка лилась тихой, плавной волной. Вики на секунду замерла, давая глазам привыкнуть к яркому обилию красок. Никогда прежде она не видела лагерь таким: живым, пылающим позитивной энергией, создающей некое поле с высокими, чистыми вибрациями, от коих захватывало дух. Существа радовались новой победе, новому шагу на пути к совершенству. Лагерь, затаившийся в тени, вместивший в себя отбросов и грязь, ненавидящую Цитадель и мечтающую ей отомстить, сейчас мерцал яркими переливами, и Вики на секунду почувствовала, как тепло расплывается в области солнечного сплетения, а неожиданная улыбка расцветает на её губах. Лагерь, являвшийся для неё тюрьмой, а все его обитатели — врагами и ненавистниками, сейчас преобразился в нечто солнечное, отчего Уокер стало не по себе. Она тайком глянула на темную, покрытую грязью тропинку, ведущую к клеткам и камерам с заключенными. Этот затаенный угол освещал лишь один единственный настенный факел, отбрасывая алые тени на глубокую, уходящую вдаль аллею, которой, казалось, не было конца и края. — Шевелись, — подтолкнул её Саферий, пружинистым шагом устремившись вперед туда, где у огромного костра, зажженного в самом центре поляны, собрались множества существ. Женщины были разодеты в красивые наряды, казалось, их они берегли с самого первого дня, как началась бойня, и теперь, наконец, нашли возможность снова надеть свои излюбленные платья. Мужчины сидели у костра на поваленных наспех бревнах, глотая глифт из деревянных кружек. Кто-то так и не переоделся со сражения, оставшись сидеть в доспехах и кольчугах, с гордостью принимая поздравления и воздыхательные взгляды в свою сторону. Существа кружились в такт мелодии, льющейся со струн невиданного Вики инструмента, глифт лился рекой, а служанки только и успевали таскать на подносах новые кружки. Вики почувствовала слабый толчок по ребрам, и устремила взгляд на Саферия, который раздраженно кивнул ей в сторону бревна, расположившегося поодаль от всеобщего веселья. Стражник, довольный тем, что избавился от Непризнанной, резво зашагал вперед, на ходу вырывая из рук служанки кружку и делая несколько больших глотков. — Привет, — на бревне, теребя в руках сорванную с земли травинку, сгорбившись сидел Энди. — Привет, — Вики опустилась на бревно, оправляя на коленях подол своего шерстяного платья. Рядом с ними в танце кружились несколько существ. Девушки придерживали руками юбки, чтобы те не мешались под ногами, и резко отплясывали босиком невиданные пируэты. Волосы их развевались по ветру, улыбка украшала запыхавшиеся и порозовевшие лица. Вики наблюдала за танцующими существа, мысленно прикидывая, что видела нескольких из них раньше: будь то в коридорах Школы или в городе. — Как прошло сражение? — Вики прочистила горло, стараясь говорить тише. — Я оставил письмо в нужном месте, если ты об этом, — Энди воровато оглянулся по сторонам и подсел ближе к Непризнанной. — Они знают, что Восточный город захвачен, а значит, Мальбонте всё ближе к Цитадели. Вики прикрыла глаза, сквозь закрытые веки мелькнули ярко-красные вспышки света. Пред взором в момент предстал школьный двор, куст луноцвета, плетущийся по стенам, радостные улыбки учеников. Стоило ей распахнуть глаза, как всё мигом исчезло. — Люцифер жив и здоров, — заговорил Энди первым, освобождая Вики от тягости начинать эту тему. — Школа активно разрабатывает план и отправляет закаленных учеников в ряды Цитадели. Люцифер среди них. При произнесении его имени в груди Вики что-то вспыхнуло, а после разлилось по телу тянущей волной, доставившей ей почти физическую боль. Она вспомнила его силуэт, улыбку, тепло шершавых ладоней, а после болезненно сморщилась. Чувства, всколыхнувшиеся в её душе, больше не напоминали ей страдание от разлуки — лишь сожаление о неминуемом. Сожаление о том, что те, кто так яростно борется за свою правду, те, с кем она бок о бок сражалась, сейчас разделены от неё бесконечной пропастью, пока сама Уокер изо дня в день проживает в лагере. Пока корни оплетают её тело, разум кричит о помощи, а Вики понимает, что не хочет быть спасена. — Кричат о том, что мы с ними равны, а сами посадили нас в стороне, — презрительно фыркнул Энди, отбросив в сторону соломинку, кою он катал меж пальцев. — Они не доверяют нам так же, как и мы им. На это нужно время и лишь после того, как он убедится в нашей надежности… — Он? — глаза Энди удивленно расширились, и он обернулся к Непризнанной. — Кто он? Мальбонте?! Откуда ты знаешь, что будет потом? Вики мысленно чертыхнулась, устремляя взор на высокое пламя костра, отбрасывавшее искры на затянувшийся чернотой небосвод. — Я не знаю. — Но ты говоришь его словами, — взгляд Энди изменился, смотря на Вики теперь по-другому так, будто что-то внутри него надломилось. — Они держат существ в клетках, морят голодом, убивают наших родных. — Наша сторона тоже убивает их родных, — Вики сжала челюсть, встречаясь с Энди взглядами. — Такова суть войны. Каждый смотрит через свою призму понимания. — Ты оправдываешь их?! — Нет, — качнула головой Вики, сохраняя ледяное спокойствие, в отличие от чуть ли не визжащего Энди. — Если бы тебе отрезали пальцы рук и выкололи глаза, тебе было бы плевать на их призму, — прошептал Энди севшим голосом. — Суть войны — это ненавидеть другую сторону и биться за свои идеалы, а не оправдывать противника. Неожиданно музыка начала звучать громче, разливаясь вибрациями по всей поляне. Кто-то затянул песню, и несколько голосов подхватили её, и звучание это взвилось ввысь золотистыми искрами вместе со всполохами костра. — Я видела огонь и дождь, — развивалось громкое пение сидящих у костра существ. — Ты должен помочь мне выстоять. Ты просто обязан вести меня к новому дню. Вики молча глядела вперед туда, где в нескольких метрах от неё на ветру играли языки пламени, а голоса поющих тем времен становились громче. Сквозь спины сидящих, сквозь черную пелену, опустившуюся на лагерь, она видела его силуэт. Мальбонте сидел в центре, широко расставив согнутые в коленях ноги, и не спеша пил из деревянной кружки. Вики скорее почувствовала, чем увидела то, что он смотрел на неё. Сквозь множества снующих существ, сквозь суматоху, царившую вокруг, его пристальный взгляд смоляных глаз был прикован к ней. — Моё тело болит и время близко, — распевно взвились голоса, разносясь эхом по бескрайнему полю. — Я повидала одинокие дни, когда не могла найти тебя. Ты просто обязан вести меня к новому дню. И по-другому мне никак не справиться. Вмиг всё стихло. Ночную тишину разрезало громкое звучание хохота и голосов. Лагерь ожил, являя для Вики нечто новое, то, чему она могла бы довериться, но никак не решалась. Ты просто обязан вести меня к новому дню Строки, рвущие душу наизнанку, холодящие тело, заставляли её смотреть только вперед, перенимать ощущение его спокойной энергии и пропускать по своим рукам, упиваясь этой скрытной связью, доступной лишь им обоим. — Пошли танцевать! — пред Вики возникла высокая девушка, с широкой улыбкой протягивающая ей глиняную кружку. Вики непонимающе покосилась на Энди, но тот лишь вздернул плечами. Никому не было дела ни до Вики, ни до захмелевшей девушки с порозовевшими щеками, тянущей её танцевать. Её серые крылышки трепетали, подол белой сорочки развевалась по ветру и цеплялся за высокие травинки, а в длинную косу был вплетен венок из лазурных цветков. — Ну же, давай! — улыбнулась девушка. И от этой улыбки Вики почувствовала нечто, что вспыхнуло в её душе. Страх куда-то исчез, ненавистные и презирающие взгляды стражников не терзали её, а вдогонку никто не кричал слова проклятия, как это было раньше. Все слились в единое скопление голосов, танцев и пения, забыв о войне, о крови и о вечной угрозе смерти, дышащей каждому в затылок. Мальбонте смотрит как она принимает из рук девушки увесистую кружку, как делает глоток ультрамаринового глифта и как выражение неуверенности и робости спадает с её лица. Существа, играющие на инструментах, выдают новый мотив, отчего несколько ангелов и демонов тут же подскакивают, кружась в примитивном танце. Так танцуют люди, когда разум над ними не властен, а их душа и тело принадлежат мелодии, уносящей их далеко за пределы всего мирного. Вики берет девушку-ангела под локоть, они кружатся, когда на поляну выходят и другие существа. Все смешиваются, меняются партнерами, сплетают руки, подбрасывая и кружа друг друга в порывах холодного ветра. Вики слегка подворачивает юбку своего длинного, заштопанного платья, оголяя лодыжки и босые ступни, описывая круги по влажной от росы траве. Мальбонте наблюдает за ней, пригубливая пенящийся глифт, и чувствует, как стальные цепи, сдерживающие его ноги и руки, распадаются. Как тело освобождается от оков, как разум проясняется, а всё вокруг становится легким и таким правильным в этот момент. Блондинистые волосы Вики выбиваются из собранного наспех пучка, растекаясь волнами по прямым плечам. Она вращается по траве вместе со всеми, дыхание застревает в горле, а щеки розовеют от прилившей к ним крови. Дикая, вольная душа, вырвавшаяся на свободу. Огонь в её глазах разожжен, дыхание звучит в унисон с порывами ветра, сердце бьётся в такт с каждым всполохом огня. Невероятно дикая в своей первозданной красоте. — За нашу победу! За Мальбонте! — ввысь устремляются переполненные кружки, и стражники кричат, и крик их сливается в единое буйство разрастающегося на поляне безумия. — За нашего предводителя, — раздается сбоку тихий, мурлычущий шепот. Мальбонте оборачивается и видит пред собой Вайолет, у которой в руках две кружки: из одной она делает маленький глоток, другую протягивает Мальбонте. Он принимает глифт, пригубливает, чувствуя, как постепенно затуманивается сознание, а всё вокруг замедляется. — Стражники рассказали мне о сегодняшней битве, — Вайолет робко топталась подле бревна, смотря на Мальбонте из-под полуопущенных ресниц. — Они рассказали о твоих подвигах, как ты казнил серафима. — Подвиг не в том, что я его казнил, а в том, за что я это сделал, — произнес Мальбонте, внимательным взглядом обводя девушку. — Я не убиваю никого просто так. — Конечно, — Вайолет широко улыбнулась, мягко опустившись на бревно подле мужчины, принимая его ответ за согласие. — Это меня и восхищает. Напротив них, к бревну, на коем расположились стражники, подошла Ости, усаживаясь меж мужчин. Их взгляды с Вайолет пересеклись, и блондинка воровато улыбнулась, косясь на Мальбонте, на что Ости лишь одобрительно кивнула. — Когда вы возьмете Цитадель, господин, представить не могу, какой тогда устроится пир, — прочистив горло, аккуратно начала Вайолет. — Но на том пиру все будут почитать вас, и ни у кого больше не останется сомнений, кто их истинный бог. — Я не стремлюсь стать богом, — прорычал Мальбонте, крепче сжав кружку с глифтом. — Я стремлюсь открыть всем глаза на правду и научиться эту правду принимать. — Ох, конечно! — хихикнула Вайолет, закинув ногу на ногу и прижавшись ближе к мужчине, словно её телесная близость могла заполнить то недопонимание и слова Маля, что девушка пропустила мимо ушей. — Ночь сегодня просто чудесная, господин, — мечтательно вздохнула Вайолет, нервно косясь на Мальбонте. — Каждую ночь я лежу в своих покоях и думаю о вас. Сильному предводителю нужна сильная женщина рядом. Мальбонте устремил взгляд вперед туда, где возле огромного костра стояла Вики, сжимая двумя руками увесистую кружку, и пила глифт. Жидкость потекла по её губам и подбородку, и Вики наспех утерла лицо тыльной стороной ладони. Когда их с Мальбонте взгляды пересеклись, и мужчина отметил её затуманившийся от глифта взгляд, Вики, стойко вытерпев его внимание и вскинув подбородок, аккуратным движением указательного пальца стерла капли глифта с уголков рта, неотрывно смотря Мальбонте в глаза. Мальбонте прочистил горло, чувствуя, как внутри него разгорается пожар, готовый сжечь её заживо за такие выходки. Что она, черт возьми, себе позволяет? И откуда в ней, нежелающей иметь с ним ничего общего, проснулись такие порывы? В области бедер нестерпимо закололо, когда Вики, как ни в чем не бывало, зашагала прочь от костра. Её покачивающийся силуэт проглядывался сквозь темноту, пока тени домов и шатров не поглотили её. — Господин? — пальчиками Вайолет огладила его предплечья, отчего Мальбонте резко дернулся. Он резко поднялся, отбрасывая кружку к глифтом в сторону и, не говоря ни слова, двинулся прочь от гудящего веселья и празднества. Стражники даже не обратили внимания, лишь склонили головы, когда Мальбонте проскользнул мимо них. Веселье было в самом разгаре, и никто из существ прекращать его не хотел. Лишь Вайолет долго глядела Мальбонте в спину раздосадованным взглядом, проклиная белокурую Непризнанную, что несколько минут назад испарилась с празднества той же тропинкой.

***

Лепестки влажной травы приятно щекотали босые ступни, и Вики нарочито медленно шагала по поляне. Вечерние сумерки плавно опустились на лагерь, расползаясь по его окраинам, не трогая лишь центр, в котором разгоралось веселье и, подобно янтарному солнцу, пылало алое пламя огня. Тропа, ведущая к хижинам, погрузилась в сумерки, и лишь блики жемчужной луны освещали соломенные крыши и деревянные крыльца. Вики сделала круг, выходя на маленькую поляну позади своего домика, где в овраге разлилось озерцо, отсвечивающее блеск мерцающих на небосводе звезд. Маленькие стебли, неизвестных Вики растений, пробивались сквозь землю прямо под окном её хижины. Вики аккуратно опустилась на траву, прикрывая платьем голые ноги. Она вскинула ладонь, и по той мигом пробежал отсвет серебряных бликов. Чувство насыщения энергией разлилось по девичьему телу, когда Вики, направив энергию на стебли, взмахнула рукой, отчего те витиеватыми, дрожащими листьями потянулись навстречу её ладони. Растения выпрямлялись у неё на глазах, походя на какое-то сказочное явление. Искры энергии, сорвавшиеся с ладони Вики, переметнулись на бутоны, и те мигом раскрылись, являя взору сияющие лазурные лепестки. Вики завороженно глядела на необычайные цветы, сейчас распустившиеся для неё одной. — Почему ты ушла? Вики вздрогнула, как от порыва ледяного ветра, и мигом повернула голову к замершему в тени деревьев Мальбонте. Он плавно перевёл взгляд с неё на распустившиеся цветы. — Для меня веселье подошло к концу, — дернула плечом Вики, подолом платья прикрывая обнажившиеся ноги. Мальбонте ничего не ответил. Спокойным шагом двинулся к Вики, опускаясь на траву рядом с ней. В нос Вики тут же ударил его аромат: запах глифта, пота и мускуса. Вики невольно вздохнула поглубже, возвращая своё внимание к цветам. — Оказалось, твоя энергия может не только разрушать, но и созидать, — Вики мягко провела ладонью по распустившимся бутонам и те, будто повинуясь какому-то магическому явлению, потянулись к ней навстречу своими лепестками. — Моя энергия не разрушительна, Вики, — шепнул ей Мальбонте. — Когда я борюсь за равноправие — она смертоносна, беспощадна к моим врагам. Но она не всегда такая… Вики казалось, будто она превратилась в одно сплошное скопление нервных окончаний, и как только дыхание Мальбонте коснулось её обнаженного плеча, Вики вздрогнула. — А какая она может быть? — мельком глянула на него Вики, пока искры энергии, срывавшиеся с её пальцев, продолжали подпитывать растения. — В зависимости от того, на кого она направлена, — Мальбонте расправил плечи, выставляя руки чуть назад и облокачиваясь ими о землю. Неожиданно Мальбонте вскинул свою широкую ладонь, направляя её на цветок. С кончиков его пальцев сорвались несколько искр, посыпавшихся на синие лепестки, как те мигом приняли алую окраску, разрастаясь пуще прежнего. Вики наблюдала за его действиями, как детская, восторженная улыбка зазмеилась на её личике. Душу нужно удобрять, как цветок, и тогда она потянется к тебе навстречу своими стеблями Слова, еще недавно произнесенные Вики, вспомнились им обоим. Она почувствовала, будто нечто всколыхнулось в её душе, тянясь навстречу искрам, срывающимся с ладони Мальбонте. Монстр, коего боялись все три мира, наводящий ужас на всю Цитадель, сейчас сидел, беззаботно разглядывая черный небосвод, развалившись на траве. Вики застыла, пытаясь свыкнуться с той переменой в нём, кою наблюдала. Ощущение его спокойствия передалось и ей, и потому Вики так же опустилась на траву, наслаждаясь тем, как верхушки травинок щекочут ей спину. — Ты так спокоен, — начала Вики, нарушая воцарившуюся над ними тишину, в обрывках которой раздавались лишь стрекотания насекомых. — Еще один город взят, ты на один шаг ближе к Цитадели. — Я завоевываю города для того, чтобы показать их жителям, в каком изобилии они могут жить. — Да, но… — Вики тяжело вздохнула, убирая со лба растрепавшиеся волосинки, — что ты делаешь с теми, кто не желает принимать твоё изобилие? — Я убиваю лишь тех, кто несет угрозу. — Но других используешь, как рабов! — Ты делишь мир на черное и белое, Вики, — Мальбонте повернул к ней голову, лежа на траве, и в его черных глазах отразилось мерцание звезд. — Так жить, конечно, легко, но долго ты не продержишься. Она молчала, глядя ему в глаза, и на секунду Малю показалось, будто она походит на сказочное видение, окруженное лунным сиянием. Волосы её разбросаны по земле, платье обрамляет изгибы точенного тела, а серые глаза, поддетые дымкой, смотрят на него внимательно и, черт бы его побрал, изучающе. Так, как не смотрели еще никогда. — А я мешаю краски, не деля этот мир, — Мальбонте сглотнул, отметая от себя воспоминания об удушающей боли, когда его душу — душу маленького, ни в чем неповинного мальчика, — разделили надвое, одной отдав всё, а другой — ничего. Изгнав его темную сторону, исказившуюся в скопление черных всполохов, в самые недра земли. — Если бы у тебя забрали твою темную часть, смогла бы ты продержаться? Смогла бы чувствовать себя полноценной? Вики сглотнула, а в глазах её отразился ужас и сожаление, когда она, прочистив пересохшее горло, глухо шепнула: — Нет. — Поэтому и у моих действий, несущих свою правду, есть своя порочная тень. Блондинистый локон упал Вики на щеку, и ладонь Мальбонте дрогнула, мигом пресекая попытки потянуться и смахнуть локон с её лица. Вики замерла, сердце её забилось чаще, грозясь вот-вот переломить ребра, с придахынием ожидая дальнейших движений Мальбонте. — Легче всего, Вики, распоряжаться тем, что тебе не принадлежит, — выдохнул Мальбонте, неотрывно смотря ей в глаза, когда всё вокруг погрузилось в тишину. Дыхание Вики застряло в горле, она прикрыла глаза, и под веками засияли яркие вспышки света. Она не знала, что с ней происходит, почему она превратилась в сплошной комок нервов, будучи рядом с ним. — Тем, кто тебе принадлежит, ты не распоряжаешься, — сипло прошептала Вики. — Не можешь… — В этом-то и проблема.

***

— Милый Саферий, — девушка кокетливо улыбнулась, опускаясь на бревно рядом со стражником. — Что же принесло нашу куколку ко мне? — самодовольно усмехнулся стражник, гордо оглядевшись, и толпа других существ заулюлюкала им. — Почему же мир так несправедлив, Саферий? — надув губки, начала Вайолет, смахивая невидимые пылинки с кафтана мужчины. — Кто-то из кожи вон лезет, служа своим идеалам, а кто-то так и остается ходить безнаказанным. Ости, сидящая напротив, непонимающе покосилась на блондинку, но та даже не глянула на неё. — К чему ты клонишь? — глотнув из кружки, спросил Саферий, пахнув на лицо Вайолет своим смрадным запахом изо рта. Девушка на секунду сморщилась, но быстро смастерила печальное выражение лица, прижимаясь плечиком и грудью к Саферию. — Каково это, когда тебя не оценивают по заслугам? — склонив голову набок, продолжала девушка. — Приставляют нянькой к какой-то дряни, когда ты должен возглавлять легионы. Саферий промолчал, но рука его судорожно сжалась на кружке, а желваки выступили на скулах. — А дряни всё сходит с рук, и она не несет никакого наказания, — Вайолет устало пригладила волосы и усмехнулась. — Уж не знаю, кто у неё покровитель, но кем бы он ни был, никакой пленник не имеет права так себя вести в нашем лагере! — Ты права, — злобно дернул головой Саферий. — В то утро в шатре она опозорила меня перед всеми из-за какой-то служанки. — Вайолет… — тихо шепнула Ости, пытаясь поймать взгляд блондинки, но та упорно игнорировала её. — Ты видел, как обошелся Уилл со своей подопечной, когда та ослушалась его? — девушка понизила голос, склоняясь ближе к Саферию. — Уилл выпорол её, изорвал одежду, грозился переломать ноги, и теперь та ходит, как шелковая. Сбоку от них раздался взрыв смеха сидящих на бревнах существ, а мимо проскочило несколько служанок, несших кружки. — Уилл насилует её каждую ночь, как только караульные выступают на службу. Её крики слышит вся северная часть и никто никогда не скажет ему ни слова. Потому что пленные — жалкая падаль, грязь под нашими ногами, обслуживающий персонал, который живет лишь в угоду нам. Саферий обернулся к ней, а в его мышиных глазах проскользнули дьявольские искры. — Но Вики Уокер мнит себя выше тебя, вытирает об тебя ноги, — Вайолет отодвинулась, невзначай бросая: — уж не думала я, Саферий, что такой воин, как ты, позволит какой-то потаскухе так издеваться над собой. — Почему тогда ей выделили отдельную хижину? — Потому что она козырь в рукаве, а козырь не должен сдохнуть на цепях в камере раньше финальной битвы, — голос Вайолет стал тверже. — Многого понабралась у своей мамаши Ребекки. Вайолет подтолкнула ему кружку, заставляя Саферия хлебнуть еще глифта. Взгляд того покрылся серой пеленой, лицо исказилось яростной гримасой. Вайолет наклонилась к самому уху мужчины, шепча: — Её нужно проучить, Саферий. Показать, как стоит вести себя с теми, под кем она ходит.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты