Бесполезные мечты

— вы так и не рассказали, что с родителями джемина, — увидев поникший взгляд ренджуна, марк решил перевести тему. — а, так его отец ушёл, когда узнал, что сын больной, потому что "от него инвалиды родиться не могут". мама пыталась лечить и заботится, но она быстро загнулась, у неё отобрала ребёнка бабушка джемина, а потом поняв, что все серьезно, передала его в опеку. так вот он с четырёх лет здесь, — всё также резво объяснял хэчан. — а джено..? — марк почему-то боялся спрашивать о нём что либо, как будто но сейчас же накинется на него. — мать без капли сожаления написала от него отказ, когда ему было 6. и тогда он путешествовал по всем интернатам. его постоянно переводили из одного в другой, потому что не справлялись. а когда он попал сюда, в восемь лет, его поведение начало заметно улучшаться. он был первым, с кем я тут познакомился, — пояснил в добавок хуан, состроив кривую улыбку, смотря на двух соседей по комнате. — спасибо за тёплый приём и за этот разговор. я даже забыл о своих проблемах общаясь с вами. марку правда была важна поддержка и общение с ровесниками, оказавшимися в подобных, и даже более тяжёлых ситуациях, нежели он сам. такая эмоциональная встряска, как минимум, даёт понять, что он не один, и таких историй, к сожалению, много. главное не опускать руки и держаться вместе. — а чем вы вообще занимаетесь здесь кроме учебы и походов по врачам? — у нас есть кружки, как в лагерях. я и ченле ходим на вокал, джено с джемином на танцы, и иногда я присоединяюсь за компанию, — ответил ренджун. хэчан прекрасно поёт. это его настоящий талант, но как считает он сам, не его заслуга, а лишь обычные гены от матери, о которой вспоминать не хочется, поэтому практиковался он в физкультурном зале для инвалидов первой и второй степеней, пока никто не слышал не видел. его как-то случайно подслушал джемин, потому что ли забылся и оставил дверь в зал открытой. это было через несколько дней после того, как на поставили аппарат для слуха. и когда на пороге тренировочной стоял джемин, полный восторга и удивления, хёк прервался, заметив друга в зеркале, доковылял до него и виновато промямлил "сделай вид что ничего не видел". ведь абсолютно все, даже технички в этом интернате знают, что джемин до сих пор тяжело переносит свою невозможность говорить, хоть и кажется, что пора уже привыкнуть. младший открыл свой толстый блокнот и быстрым, аккуратным почерком вывел "я ничего лучше ещё не слышал. спой мне, пожалуйста". хэчан посмотрел на младшего, и ничего не ответив, начал петь что-то о том, что никогда не стоит сдаваться. но сейчас донхёк вряд ли будет петь в зале лфк, ведь марк сказал, что серьёзно намерен встать с коляски, приложив все усилия, чтобы это случилось. — врачи сказали, шансов на то, чтоб снова ходить нет. ноги не просто парализованы, они абсолютно бесполезны. но я не намерен всю свою оставшуюся жизнь быть прикованным к этой железяке. они также говорили о родителях, что они выживут и всё будет в порядке, по итогу их обоих нет, а я вынужден проходить через всё один, — парень сжимает ладони на подлокотнике в кулак, озлобленно смотря на свои ноги. ٥٥٥٥٥٥ уже вторую неделю марк практически не выезжает из тренировочной. ему даже еду туда ченле с джисоном приносят, чтоб старший совсем уж не голодал. упорство парня дало бы свои плоды, если бы на то была вероятность, но ли просто отказывается верить врачам. или боится верить. — хён, это уже слишком, — на пороге стоит донхёк, глазами полными сострадания и волнения смотря на марка, — ты собираешься похоронить себя в этом зале?? — не лезь не в своё дело. я знаю, что я делаю, — грубость с его стороны задела младшего. в конце концов варку ведь не смерти желают, а очень даже наоборот. — хён, за тебя все волнуются. тебя, кроме как тут, нигде не встретишь, так тоже нельзя. я понимаю, цель, но дай себе отдых. — хэчан, спасибо за заботу, но лучше иди, позаботься о ком-нибудь другом. я и без опеки справлюсь. слова бьют больнее плети. донхёк приходит сюда каждый день, незаметно наблюдая за упрямым марком. его сестра была такой. она всегда была упёртой и ли это нравилось. потому что по итогу получала всегда то, чего изначально хотела. понятное дело, у них практически не было друзей. они научились заменять друг другу всё и всех. поэтому когда хёку, после выхода из комы, сообщили новости сразу о двух потерях, он впервые почувствовал как вся вселенная внутри безвозвратно разрушилась. вот и сейчас, идя по коридору, ли чувствует, как его мир, во второй раз болезненно деформируется. заходя в комнату, он не застает ренджуна. ٥٥٥٥٥٥ марк находит соседа на его спальном месте, свернутым в клубочек, укутанным с ног до головы одеялом. он, подъезжая на коляске вплотную к кровати, поднимает руку над его телом, держа так несколько секунд, не решаясь притронуться. младший чувствуя чьё-то тело возле себя, не шевелится, пока чужая теплая ладонь не ложится на его плечо. — марк? ... хён? — донхёк, извини если я задел тебя, я правда не хотел тебя обидеть. я ещё не привык к такой жизни. всё это случилось со мной относительно недавно, поэтому пока что я пытаюсь отойти. я не буду оправдываться, я сказал глупость, просто я не хочу чтобы ты из-за меня расстраивался. — хён, всё хорошо, я понимаю. только пожалуйста, не переусердствуй с тренировками. это может быть вредно твоему здоровью, — хэчан опустил взгляд вниз, на свое одеяло. смотреть на старшего ужасно стыдно, ведь глаза были красные, а лицо опухшее, но от этого парень не выглядел хуже. марку такой домашний хёк казался очаровательным. — хэчан-а, ты что плакал? — он положил свою ладонь на щеку сонному соседу, что так нелепо пытался проморгаться от слез. — нет, я не плакал, — младшему стало неловко. опять опустив голову, он остановил взгляд на своей ноге, — у меня всё хорошо. — хёки... никогда не скрывай реальных эмоций. хочешь плакать – плачь. но настоящие чувства не прячь, хотя бы от меня. пожалуйста. — ладно... но сейчас всё нормально, правда, — он натянул светлую улыбку. она была настоящей, а на заплаканном лице выглядела особенно мило. марку нравится. — ну вот и отлично. скоро будет ужин, пойдём все вместе? — надо дойти до парней, они в актовом зале. частенько там засиживаются, когда джено себя хорошо чувствует. — актовый зал это который на втором этаже? — да, он там. туда можно на лифте подняться. — пошли этих троих поищем. приближаясь к входу в зал, парни слышат музыку. заходя внутрь они видят на узкой, невысокой сцене, что честно, сценой назвать сложно, своих весёлых друзей. те трое, то ли кривляются, то ли пытаются танцевать, делая картину забавнее, не замечая новых прибывших, пока двое сами не подходят вплотную. — интересно у вас, чего к себе не зовете? — с нотками наигранной обиды марк говорит не задумываясь. — о, марк хён, ты правда здесь? завтра снег выпадет! — также отшучивается джено, с которым новый воспитанник уже успел сдружится. — да, мы решили вас навестить, а то долго вы тут развлекаетесь, ещё и без нас. — на самом деле мы с джемином репетируем танец к выступлению, а ренджун хён иногда подпевает, иногда подтанцовывает, иногда пытается нам мешать, — детально рассказывает джено. — а к чему выступление? — скоро спонсоры приезжают. будут смотреть на нас и распоряжаться своим имуществом. на тех, кто им приглянётся, будут высылать средства для поддержания здоровья, — объясняет джун. — скоты, — сквозь зубы цедит самый старший. — что? — недоумевающие переглядываются остальные. — это им цирк что ли?? дети больны, им помощь требуется, а они приходят, как на развлечения смотреть, — марк вскипает всё сильнее после каждого сказанного слова, уже ненавидя тех, кого в глаза не видел. — ну, марк, это их условия, без этого пожертвований не будет. есть конечно люди, которые не приходя на эти мероприятия, все равно вносят свои вклады, но таких очень мало, а наш интернат, в основном, на этом и держится. — это издевательство. я в этом участвовать не собираюсь. и не хочу чтобы вы это делали тоже, — он сурово окинул взглядом свою компанию. — джэмину так аппарат для слуха купили, — скромно влез хэчан. — ну да, он одной богатой даме просто так приглянулся, — подтвердил джено. — и чего вы сейчас от этих животных добиваетесь? — грубо сказал марк. — мне и хэчану нужны протезы механичекие, которые будут полностью встроены в тело и полностью заменять конечности, для удобства жизни, — спокойно и доходчиво начал объяснять джун, — это должны быть такие протезы, которые будут связаны с разумом. чтобы от мозга с подачи сигналов механизм работал, как обычные человеческие конечности, — и снова лицо ренджуна приняло мрачный вид. джемин, желая подбодрить старшего, обнял сзади, руками обводя талию, однако всю атмосферу рушит джено, который оглядывая пару, недовольно фыркнул "может мы есть пойдём?" ؛؛؛؛؛ зайдя в столовую, глазам старших перепадает возможность лицезреть следующую картину : ченле пытается помочь джисону надеть его "фартук-слюнявчик" перед едой, но данный атребут в одежде паку никогда не нравился, от чего сейчас младший брыкается за столом, пока старший упорно лезет к чужому вороту, чтоб застегнуть ее на мальчика. джисон приготовил свой план атаки, в отместку за ненужную тряпку пак зарядил ложкой творога в лоб напротив. — ДЖИСОН, ТЫ СЕГОДНЯ ЗАСЫПАЕШЬ БЕЗ СКАЗОК И ВООБЩЕ БЕЗ МЕНЯ! — яростно завопил ченле, все же стараясь звучать мягче, чтоб если вдруг, не обидеть несмышленного друга. — ну хён, мне не нравится слюнявчик, я уже взрослый! я сам могу кушать и аккуратно! — но увидев неодобрительный взгляд старшего из-под творожной чёлки, сам взял из его рук злосчастный кусок ткани и как-никак нацепил на себя. — вот и стоило оно моих нервов, волос и твоего нытья?? — прости, хён, я больше так не буду, я буду хорошим и послушным, обещаю. ты мне веришь? — он состроил щенячьи глазки. — верю. но этот дуратский фартук нужнен, чтобы нуны не ругались, и даже если ты начнёшь баловаться, останешься чистейшим, — чжон придвинул младшего к себе вплотную, похлопав по спине и предупредил не торопиться. — приятного аппетита, великомученики. — да по другому и не скажешь. леле, ты тут ещё кусочек не убрал, — подшутить над этими двумя является обязательной традицией. джемин наклоняется к волосам младшего, убирая тот самый кусок творога. смешки со стороны старших и привычное донхёково "не торопись, джисон. у тебя еду никто не отберёт, без тебя никто никуда не уйдёт". все всё успешно доели, джемин с джено и ченлэ, как обычно помогают остальным унести за собой свою посуду. время близится позднее, и пора бы уже всем по своим кроватям, пока воспитатели не начали возмущаться и запугивать предупреждениями. поэтому ребята направляются в сторону своего крыла, размещаться по привычным местам. только вот — джено, хён, а можно леле хён сегодня на твоей кровати поспит? я хочу чтобы он со мной сегодня остался, пожалуйста, — жалобно–умоляющие глаза пака смотрят прямо на ли. — а меня тогда куда? на кровать ченле, в одну комнату с джемином? — ну да, ты только нунам не говори, хён, а то они не разрешают. — да знаю я, что они не разрешают, мне больше интересно, с чего ты вдруг решил, что я уйду?