Уроки перевоспитания.

С самого начала идея со спором мне не понравилась. Уж слишком глупая была затея. Фрэнк будет менять меня под стать себе, а это значит… Не знаю я, что это значит. Посмотрим. После занятия в хоре я пошел домой. Я люблю ходить в одиночестве, в такие моменты можно насладиться красотой природы, дарованной нам Богом. Зачем уничтожать дары природы, когда можно ими наслаждаться? Я улыбнулся солнцу, которое почти спряталось за серой тучей, обещая в скором времени пустить на землю живительные капли. Я шел по улице, с обеих сторон, словно солдаты, выстроились разноцветные дома. Ну, как разноцветные, много оттенков белого. Напротив дома старушки миссис Дэвидсон лежал перевернутый мусорный бак. Я вздохнул, сбросил портфель с плеча и заходился поднимать металлический цилиндр с мусором. Я люблю помогать людям просто так, не получая взамен ничего. Для меня это – лучший способ самоутвердиться. В то время, как мои одногодки показывают свою крутость, выпивая с каждым днем все больше алкоголя, я занимаюсь саморазвитием, которое в будущем важнее, чем умение не пьянеть от двух бутылок виски. Мелкие капли дождя стали падать на меня, асфальт и газоны, принося давно ожидаемую влагу. Я засмеялся и побежал домой, пытаясь спасти волосы от намокания. Я боялся заболеть. - Мам, я дома, - я забежал в дом, разуваясь и аккуратно складывая свою обувь. – Папа еще не вернулся? - Джерард, к тебе пришли. – Мама показала взглядом, что гость ждет меня в моей комнате. – Это Фрэнк. Что Фрэнк забыл у меня дома? Тем более, почему мама впустила его, ведь сама говорила, что он выглядит и ведёт себя неподобающе для моего друга. Я поднялся по ступенькам, на ходу расстегивая рубаху. Глубоко вздохнув, я толкнул дверь. Фрэнк стоял спиной ко мне, рассматривая книжный шкаф. Услышав звук открывшейся двери, он повернулся, и я увидел у него в руках «Маленького принца». Когда-то бабушка пришла ко мне и протянула эту книжечку. Я перечитывал сотню раз историю о маленьком мальчике, замечая всё новые для себя вещи. Например, что нельзя изменить жизнь, не потеряв при этом чего-нибудь. Когда я уже был в более сознательном возрасте и прочитал почти все произведения этого автора, я вновь открыл горячо любимую книгу и на первой странице заметил подпись самого писателя. Это стало для меня огромным сюрпризом, и с тех пор я запрещаю кому-либо трогать эту книгу. - Привет, Джи, - улыбнулся Фрэнк, а меня слегка передернуло. – Прости, что без приглашения. Я не должен терять ни минуты нашего месяца. - Нашего месяца? – я достал из шкафа желтую футболку и надел её. Фрэнк кивнул. - Хорошо, - я сел на кровать, подбирая под себя ноги. – Рассказывай свой план. Айеро положил книгу на место и сел рядом. - Я хочу показать тебе, что мои изменения никак не влияют на того меня, что внутри. Я фыркнул. - Да, я ругаюсь матом, плохо себя веду, в твоём понимании, но я всё тот же человек, с которым ты дружил много лет. Я отвел взгляд. А что, если он прав, если он действительно тот застенчивый мальчик, каким был и раньше? - Пообещай мне, что будешь слушать меня и выполнять мои задания. - Только если твои задания не будут перечить моим взглядам. – Я скрестил руки на груди, всем видом показывая, что тверд в своём решении. - Поверь, они будут перечить твоим взглядам. Просто так я бы не затеял всё это! – он взмахнул руками, очерчивая большой круг и показывая, что «это» - нечто грандиозное. – У тебя есть последний шанс отказаться. Я нахмурил брови. С одной стороны, это казалось мне чем-то вне правил, будто я стану преступником и проведу всю оставшуюся жизнь в бегах. А если посмотреть с точки зрения юношеского максимализма, то это – приключение, авантюра. Мне семнадцать, я совершенно не азартен и не понимаю, к чему подростки нарываются на проблемы. Но не нужно бояться, что жизнь должна окончиться, нужно бояться того, что она может не начаться. Итак, сегодня я попробую начать жить. Пусть это будет так глупо, как может показаться на первый взгляд. - Я не отказываюсь. Давай, вещай! – я махнул рукой, готовясь слушать моего бывшего друга. Айеро хлопнул в ладоши и достал из рюкзака папку. Он подготовился, не то, что я. - Смотри, чтобы наглядно показать, что никаких изменений со мной не произошло, я сделал вот что. Он извлек из папки свою голову, вырезанную из фотографии. Честно говоря, это выглядело жутко. Смотреть, как в руках Фрэнка находится его собственная физиономия – не самое приятное зрелище. После головы из папки был изъят листок с нарисованными от руки разными телами: школьная форма, обычный вид Фрэнка, костюм космонавта, повара и футболиста. Фрэнк упал на мою кровать. - Я – примерный школьник. – Он приставил голову к первому телу. – Я хорошо учусь, никогда не грублю родителям, не гуляю, просиживая вечера за книгами. Кто знает, что у меня в голове? Может, у этого доброго ученика зреют мысли об ограблении или убийстве? Я с опаской покосился на него, но Айеро продолжил, передвигая голову к другому телу: - А теперь, я – это обычный разбойник и двоечник. Но, может, у этого двоечника есть доброе сердце, и втайне от всех он подкармливает бездомного котенка, который забегает к нему во двор по вечерам? Так продолжалось до последнего тела, пока Фрэнк не начал трясти бумажной головой у меня перед глазами, пытаясь донести до меня главную мысль сегодняшнего собрания: не нужно ограничиваться внешним видом человека. - Я всё понял, Фрэнк. – Я ничего не понял. Вернее, я не понял, к чему тот цирк с головами и телами, но ладно. Может, потом додумаюсь. - А теперь, - Фрэнк поправил одеяло и встал напротив меня, сидящего в легком шоке. – Азы моего поведения. Он театрально закатал рукава. - Блять. Айеро выжидающе посмотрел на меня. Я изогнул бровь. - Что? - Скажи это. - Я не буду материться в собственном доме. – Я краем глаза посмотрел на небольшую икону, стоящую на столе. Перехватив мой взгляд, Фрэнк подошел к столу и положил икону изображением вниз, для надёжности накрыв её парой книг. Моё сердце чуть из груди не выскочило от увиденной картины. Затем Айеро телепортировался к двери, плотнее закрывая её. - Хорошо, - он снова оказался возле меня. – Начнем с простого. Блин. - Б-блин. – Неуверенно повторил я. - Отлично. Козёл. - Козёл. Еще пару минут «простых» бранных слов, и Фрэнк довольно потёр руки. - А теперь «блять». Я вдохнул и прошептал: - Блять. - Джи, твоё «блять» никого никогда не испугает. Громче! Зачем моему слову кого-то пугать, я не знаю, но, уже немного прибавив громкости, снова повторил его. - Ебать. - Фу, Фрэнк. Мне кажется, что я буду сидеть с зубной щеткой во рту до конца своих дней после наших с тобой занятий. – Я поморщился, пряча лицо в подушку, которую обнимал всё время. - Повтори. - Ну, ебать, и что? – вымучено прохрипел я в подушку. - Отлично. Сука! – заорал Фрэнк. Что-то прогремело. Я вытянул лицо из укрытия и увидел распластавшегося на полу Айеро. Он зацепился за свой рюкзак и упал. - Мальчики, у вас все в порядке? – за дверью послышался мамин голос. - Все отлично, Фрэнк немного запутался в ногах. – Хихикнув, ответил я. В тот же момент в меня полетел шарик из бумаги, на котором были художества моего бывшего друга. - Ладно, урок иностранного языка окончен. – Фрэнк сел на стул, положив ногу на ногу. – Ставлю тебе тройку. На мой возмущенный взгляд он пожал плечами. - Я думаю, ты сам понимаешь, что тебя тяжело учить матерным словам. Ладно, - он встал со стула и подхватил рюкзак. – Я пойду. - Пошли, проведу. – Я тоже встал, но, как только я открыл дверь, в проходе выросла мама. - Пойдем, покушаете. Там как раз отец вернулся. Фрэнк хотел отказаться, но я предупреждающе посмотрел на него, и он покорно кивнул. Мы сидели за столом, Майки помогал маме накрывать на стол, а отец пристально изучал татуировки Айеро. Фрэнк, заметив этот взгляд строгого орла, спрятал руки под стол. Расставив перед каждым тарелки, мама и Майки сели. Все склонили головы для молитвы, а я тайком поглядывал на Фрэнка, мне было интересно. Сначала он пару секунд сидел, ничего не предпринимая, затем взял в рот палец, обгрызая и без того короткий ноготь. После он хлопнул в ладоши, сложив их вместе, и улыбнулся. - Приятного всем аппетита. – Сказал отец перед тем, как мы взяли в руки приборы. Мы всегда ужинаем в тишине, но на этот раз ситуацию разбавил Айеро. - А у вас ничего не изменилось в доме, - пробубнил он с набитым ртом, яростно размахивая вилкой. – Я думал, что вы будете строить себе дом больше, чем раньше. Спагетти из тарелки друга попали на белую скатерть, вызвав у мамы возмущенный вздох. - Упс, прошу прощения. – С этими словами Фрэнк зачерпнул вывалившуюся из тарелки массу руками, бросая вновь в белую тарелку. Майки прыснул со смеху, давя ухмылку и пряча взгляд от родителей. Я был просто в шоке. Помню, мама вечно встречала Айеро с объятьями, а отец всегда жал ему при встрече руку. Далее мы трапезничали в тишине. Тарелка Фрэнка была пуста, когда он, громко отрыгнув, поблагодарил маму за ужин и стал собираться домой. - Всё было офигенски круто, я прямо-таки обомлел от вашего гостеприимства. Да и стрепня у Вас, - он повернулся к маме, – просто офигенчик. А теперь, разрешите откланяться, я иду восвояси! С громким хлопком дверью Айеро покинул мой дом. Что это было?! Я моментально покраснел, извинился за поведение своего друга и ушел в комнату. Поведение Фрэнка было странным и одновременно смешным. Да уж, такую комедию поломать может только искусный актер. Но мне не понравилась реакция моих родителей. Главное, чтобы они теперь не запретили мне ходить прогуливаться вечером. Вдруг злой Айеро подстерегает меня под дверью? Я старательно почистил зубы, пытаясь избавиться от тех слов, что заставлял меня говорить Фрэнк. Благо, я всегда делаю уроки на неделю вперед и уже сейчас могу ложиться спать. Слишком много впечатлений за этот день. Я достал книжку в надежде почитать, но был слишком вымотан, поэтому решил не идти на ночное чаепитие с семьёй и попросту уснул, забыв помолиться перед сном. Думаю, Господь меня простит.