Уроки перевоспитания.

Дорогие читатели. Приношу извинения за задержку главы, у меня были проблемы с другом и с собственным здоровьем. Надеюсь, глава оправдает Ваши ожидания с: После небольшой ссоры с Фрэнком я стал воспринимать мир иначе. Молитва за ужином стала меня раздражать, все разговоры родителей о Господе дико бесили, и я скрежетал зубами, уходя к себе в комнату. Я забил на хор и не появлялся там целую неделю. Когда я появился в школе, то компания Айеро взяла меня под своё крыло, а один из самых популярных парней пригласил меня на вечеринку в честь Хэллоуина. Я не понимал, откуда такие разительные перемены в моих одноклассниках по отношению ко мне, но, признаться, мне это нравилось и безумно льстило. Вернувшись со школы, я вытряхнул свою копилку, куда бросал деньги на протяжении всей своей жизни, и отправился в магазин, чтобы обновить свой гардероб сорокапятилетнего девственника. Нет, я, конечно, и был девственником, но мне всего семнадцать, и содержимое моего шкафа можно спокойно везти в дом престарелых, не боясь, что старикам не подойдет по стилю. Вооружившись тремя тысячами (я был несказанно удивлен таким количеством денег), я поплелся в торговый центр, располагавшийся неподалеку от парка. Войдя в огромное здание, я растерялся, но вовремя взял себя в руки и стал опустошать магазины с мужской одеждой. Одевшись, как подобает обычному подростку, я двинулся домой, где уже была мама. Сжав губы в тонкую полоску, она осмотрела меня с ног до головы, затем хмыкнула и вновь вернулась к чтению. Я поднялся к себе и стал примерять только приобретенные вещи. Это занятие очень вымотало меня, поэтому я устало упал на кровать, пытаясь хоть как-то остановить слипающиеся глаза. Но, как это часто бывает, наши желания часто расходятся с возможностями, и я провалился в беспокойный сон. Время от времени я вздрагивал, один раз чуть не упал с кровати, а все потому, что мне снилось моё пребывание в аду, где всем руководил Фрэнк. Тряхнув головой, чтобы забыть этот странный сон, я поднялся с кровати и приступил к выполнению домашнего задания. С каждым днем я замечал, что мне все труднее и труднее сконцентрироваться на чем-то одном. Когда я читаю, мои глаза перескакивают со строчки на строчку, я уже не могу посчитать без калькулятора, сколько будет двенадцать на тринадцать. Меня это злило, я ломал ручки от досады, рвал бумажки. Я стал засыпать на уроках, моя активность ужасно понизилась, хоть и никогда не была высокой, в журнале появилось несколько двоек, из-за которых мама отругала меня. Я думал бросить все, вернуться к прошлой жизни и забыть эти дни, как страшный сон. Но одно событие перечеркнуло все мои планы и желания. В пятницу, когда одноклассник устроил вечеринку в честь Хэллоуина, я забежал после школы домой и, переодевшись, побежал навстречу развлечениям в огромный особняк своего нового друга. Громкую музыку было слышно за два квартала, а небольшие компании подростков с пластиковыми стаканчиками и бутылками в руках стояли по всей улице. Я подтянул немного широкие джинсы и бодрым шагом зашагал в центр событий. Я почувствовал себя некой звездой, когда каждый человек жал мне руку в знак приветствия, громко кричал мое имя, пытаясь обратить на себя моё внимание. Уже изрядно выпившие девушки вешались на меня, а я незаметно сбрасывал живой балласт, пытаясь отыскать взглядом Фрэнка. Я уже и не помню, как в моих руках побывало три бутылки с неизвестным напитком, несколько стаканчиков со смесью сока и водки. Я поднял взгляд на большие часы, которые показывали половину десятого. Ну, я не буду долго тут задерживаться. В моё поле зрения попал хозяин дома – Джейк. Он махнул мне рукой, призывая подойти. Я отлепился от стены, которую подпирал все это время, и поплелся сквозь прыгающую в такт музыке толпу к парню. - Как настроение, Джерард? – хмыкнул он. - Все хорошо. – Я недоуменно взглянул на него. - Сейчас будет еще лучше. – Джейк усмехнулся, ощупывая меня взглядом. – Бери. Он протянул мне кулак, намекая на то, чтобы я поставил ладонь. В руку мне упала небольшая белая таблетка. - Что это? – я поднял глаза на парня. - Ешь и веселись. – Бросил он и растворился в толпе. Я знал, что это не аспирин и уж явно не но-шпа, но моя рука сама поднесла это маленькое зло ко рту. Я перебирал все «за» и «против», взвешивал все варианты развития событий после того, как эта таблетка попадет в организм и растворится. Не знаю, что заставило меня это сделать, но я положил таблетку на язык, а затем отправил за нижнюю губу. Таблетка исчезла, я почувствовал горький вкус во рту и поморщился. Когда-то мама давала мне лекарство, от которого мой желудок выворачивало. Сейчас я ощутил подобное чувство. Я стоял посреди комнаты, вокруг меня танцевали люди, их руки хаотически двигались, то и дело задевая остальных. Но никому не было до этого дела. Все были слишком увлечены собой. Я резко повернулся, но моя голова закрутилась, и я оперся рукой на небольшую тумбочку. Время словно замедлилось, и теперь толпа двигалась, будто в желе: медленно, плавно. Звуки громкой музыки доходили ко мне словно через вакуум. Неожиданно я почувствовал прилив сил, вдохновение и стал покачивать головой в такт музыке, присоединяясь к остальным. Все мои чувства удвоились или утроились. Каждое прикосновение к моей оголенной коже было похоже на прикосновение лезвия, оно обжигало и вызывало легкую дрожь. Я возбуждался. Мне было весело и хотелось танцевать до рассвета, кричать на весь мир. Я увидел лестницу и побежал к ней, карабкаясь на перила. Выхватив у мимо проходящего парня из рук бутылку, я закричал, пытаясь перебить музыку: - Я хочу, чтобы вы веселились! Толпа одобрительно загудела, девушки запищали, а я грохнулся с перил лицом вниз. Видно, я переоценил свои возможности, окрестив себя Человеком Пауком. Меня подняли на ноги, а я растолкал всех, не обращая внимания на боль в руке. Я прыгал, бегал, махал руками, целовался с разными девушками, разливал пиво и водку по всему дому. Но, когда я увидел ошеломленного Фрэнка, смотрящего на меня, я отпил немного жгучего напитка, выбросил бутылку через плечо и направился к своему другу, благодаря которому я нахожусь в такой прекрасной, как мне тогда казалось, компании. Я видел, что губы Фрэнка зашевелились, видимо, он что-то говорил мне, но музыка словно выстроила стену возле моих ушей, и я не слышал ни единого слова Айеро. Максимально приблизившись к нему, я взял его лицо в ладони, наклонился и, выдохнув «спасибо», впился в его губы поцелуем. Я – Бог, я – король, я – повелитель. Я самый лучший. Фрэнк положил руки мне на плечи, пытаясь оттолкнуть, но я слишком крепко держал его, продолжая целовать. Он начал мне отвечать, а я резко отстранился от него и потянул за руку наверх. На втором этаже музыка была намного тише, и я уже слышал недовольное сопение Айеро. Толкнув дверь, я ввалился в комнату, затаскивая с собой друга. - Джерард. - Тсс, - я приложил палец к его губам, словно какой-то профессиональный соблазнитель. – Ты можешь помолчать? Фрэнк недоуменно посмотрел на меня, а я потянул его за собой на кровать. Я поцеловал его, совершенно не думая о том, что Айеро – парень, что это неправильно. Мне было все равно, потому что мне это нравилось. Чертовски нравилось. Я немного испугался, когда руки Фрэнка стали блуждать по моему телу. Но потом я расслабился и просто получал удовольствие. В голове взрывались салюты от незнакомых ощущений, я дрожал, закрыв глаза. Кажется, у меня поднялась температура. Я запомнил эту ночь. Всё, что произошло. Каждое прикосновение, каждый вздох, горячий шепот над ухом. И тот факт, что я лишился девственности с парнем, совершенно не заботил меня. Я не любил Фрэнка, он мне даже не нравился. Но эта ночь дала мне ясно понять, что Айеро – мой самый лучший друг. Каким бы он ни был, я всегда попрошу его о помощи, а он всегда поможет мне. Странно, конечно, спать с другом. Но другому человеку я бы не доверился. А если бы и доверился, то для этого понадобилось слишком много времени. Действие наркотика прошло, я почувствовал усталость, боль в пояснице и пронзающую боль в руке. Кажется, я вывихнул её, упав с лестницы. Моя голова раскалывалась, а ноги не слушались. Встать с кровати было очень тяжело. Но, переборов себя, я выглянул в коридор. На полу спало несколько человек, возле которых стояли бутылки и стаканчики. Да, эту вечеринку запомнят надолго. Я поднял с пола свои вещи и стал тихо одеваться, но, задев руку, я зашипел. На кровати послышалось движение и сонный голос Фрэнка: - Что случилось? - Я, кажется, руку вывихнул. – Я сел на кровать, потирая запястье. Пружины заскрипели под весом Айеро, и я услышал его дыхание у себя над ухом. Он сел рядом, свесив ноги, протянув руку ко мне. - Давай посмотрю. Он бережно взял мою руку и немного прижал припухлость. Я сжал губы, чтобы не закричать от боли – уж слишком сильной она была. - У тебя перелом, Джерард. – Фрэнк поднял на меня обеспокоенный взгляд. – Собирайся, пойдём в больницу. Он поднял и натянул на себя футболку, а наверх натянул толстовку. Немного подумав, он снова разделся, надел толстовку, а своей футболкой стал перевязывать мою руку. Я аккуратно оделся, Фрэнк буркнул «пошли», и мы, переступая спящие тела, покинули дом Джейка. Пустынная улица встретила нас туманом. Было почти пять утра, по всей дороге валялись фантики от конфет, пакеты. Я вспомнил, что вчера был Хэллоуин, и дети бегали по домам, собирая сладости в обмен на жизнь. Что-то щелкнуло в моей голове, и я посмотрел на молчаливого Айеро. - С прошедшим Днем рождения, Фрэнк. – Да, я забыл вчера поздравить своего друга. Он удивленно посмотрел на меня, а затем расплылся в счастливой улыбке. - Спасибо. Джерард, эта ночь… - Начал он, но я пресек его попытки говорить о том, что случилось. - Давай не будем об этом сейчас? - Я просто хотел сказать, что она была лучшей в моей жизни. – Он равнодушно пожал плечами, вновь рассматривая свои кеды. Черт, почему я думаю, что все вертится вокруг меня? В больнице мне наложили гипс, странно посматривая в глаза. Фрэнк сказал, что у меня сильно расширены зрачки, и мы поспешили уйти оттуда. Когда мы завалились ко мне домой, я увидел нервную маму и злого отца. Сейчас что-то будет… - Джерард Артур Уэй. – Выделяя каждое слово, отчеканил отец. – Где тебя носило всю ночь?! Как ты выглядишь? И что с твоей рукой?! - Я был у Джейка на вечеринке, выгляжу я, как подросток после бурной ночи с алкоголем и наркотиками, а руку я сломал, падая с лестницы. – Протараторил я, снимая с себя кеды и куртку. Мама побледнела еще больше и отхлебнула воды из стакана, который держала в руках. - Ты пил?! Как ты посмел? - А еще я лишился девственности с Фрэнком. – Как бы между прочим, сказал я. - Что?! – воскликнул отец. - Мам, пап, я – гей. – Победно пожав им руки, я потянул Фрэнка за собой в комнату. Они были настолько ошеломлены, что даже не остановили меня. Я закрыл дверь на замок, чтобы хоть немного пожить ещё на белом свете. Я снял с себя одежду и юркнул под одеяло, ожидая тех же действий от Фрэнка. Я хотел еще поспать перед тем, как родители вытрясут из меня всю дурь. Я был готов к этому, я знаю, что поступил ужасно и готов понести наказание. Фрэнк лег ко мне, и я укрыл нас обоих. Мы смотрели друг на друга, а затем начали негромко хохотать, пожирая подушки, чтобы заглушить смех. - Ты, правда, гей? – успокоившись, прошептал Фрэнк. - Нет, не знаю, зачем я это сказал. - Спи, Джерард. – Айеро поправил мою челку и по-матерински поцеловал в лоб. Два раза повторять ему не пришлось, потому что я мгновенно отключился. Закрой глаза, Поцелуй меня на ночь, И засыпай. Просто спи.