Тридцать секунд

Наруто свалился на свою кровать с тяжёлым стоном. Перебинтованную шею, которую Обито почти перерезал, не только жгло — она ныла и болела, голова же была как деревянная. Так что юноша долго не думал перед тем, как потянуть за повязку, но не успел к ней даже прикоснуться. — Нельзя. — Дей? Тот подошёл и потрепал вроде бы старшего за себя парня по волосам. — Шаринганистый черт велел мне присмотреть за тобой, чтобы не учудил чего. — Но я ни дышать ни думать не могу! И прекрати его так называть. — Даже риннеган не запихнёт твою кровь обратно, а если ты сдохнешь, крайним буду я. А я в Акацуки не нанимался полы отмывать, хм. Несмотря на обсуждаемую тему, ребята легко расхохотались. — Что теперь… с ним будет? — Со вторым шаринганистым чёртом? — переспросил подрывник, игнорируя вновь вспылившего друга. — Где я знаю? Хотя я бы и сам его прихлопнул за то, что он хотел с тобой сделать, хм. — Всё решит дядя Нагато, как всегда, — предположил тот, когда Дейдара шлёпнулся рядом. — Если от второго ша… Обито что-то останется после схватки с братьями зомби, то да. Хотя им приказано его только захватить, но ты же знаешь Хидана. Наруто тихо выругался в лучших традициях вышеупомянутого психа. — Я и подумать не мог, что всё время нас использовал какой-то хмырь, даттебайо. — А я — что такой смельчак психанёт и начнёт шантажировать нас тобой. Джинчуурики только хмыкнул: — Я перепакостил ему все планы, тут любой бы психанул. А хотя… что если мне удастся переубедить и его? Дей удивлённо посмотрел на друга, и паренёк хихикнул: — Я ещё больший псих чем он, знаю. — Задрал мысли читать, хм. Хотя, знаешь… попробуй. Только шари… Итачи скажешь, что сам от меня удрал. Мне проблемы не нужны. Наруто расплылся в жутко хитрой улыбке. — Он сам меня прибьёт прежде, чем я успею тебя прикрыть. Ты драпай на другой континент, а я помогу нашим, пока от Аме ещё что-то осталось, даттебайо. — Так свали, чтоб я тебя не видел. Последнее говорить не стоило. Улыбка парня превратилась в самоуверенную; он ловко стянул плащ с красными облаками и набросил подрывнику на голову. — Ну как, видишь меня? Не успел Дейдара стянуть чёртов предмет одежды, как в двух метрах от него раздался усердно сдерживаемый смех, а тогда и хлопок двери. Юноша со злостью дёрнул ткань и освободил лицо, после чего с минуту пялился на никому не нужную теперь униформу: с появлением Наруто, а затем и с предательством Обито сменилась сама политика Нагато. Теперь он уже уверенно утверждал, что Акацуки — не «красная луна», как того хотел Учиха, а «рассвет», новое начало для всего мира шиноби; более того, он отпустил прошлое, где на Аме пролились «кровавые облака», а значит и плащи теперь были никому не нужны. Дей ещё раз пристально посмотрел на вещь, вытянув руку и смерив её презрительным взглядом на этом расстоянии. — Тц… так бы и подорвал. Тем не менее устраивать взрывы в закрытом пространстве было не лучшей идеей, и несчастная ткань полетела на пол. Она отлично сыграла свою роль, пусть подрывник и не знал об этом, так же как об актёрских способностях милейшего братишки, которому хотелось смеяться только в последнюю очередь. Однако, Наруто и сам толком не знал, чего добивается. Обито. Он был тем, кто лишил парня родителей, из-за него деревня ненавидела джинчуурики долгих тринадцать лет. Он манипулировал Нагато. Он убил родителей Ируки-сенсея и многих, многих, многих… Всё это было частью одного сплошного плана, что пошёл коту под хвост, но парня терзало неясное чувство. Словно и виноват во всём был не Учиха, как то было с дядей. Пейна создали война, Данзо и Ханзо, но какая боль двигала этим? И ведь боль, вне всяких сомнений, имела место: холодный и расчетливый человек не стал бы в отчаянии приставлять кунай к горлу ходячей причины своих неудач… «Серьёзно намылился промыть ему мозги, Наруто?» Парень ничего не ответил. «Разве не хочешь, чтобы он ответил за содеянное? Или одной его смерти тебе будет мало?» Тишина. «Понимаю. Хочешь узнать, что подтолкнуло его к этому? Статуя Гедо, Десятихвостый, Бесконечное Цукиёми, — вся эта информация на дороге не валяется» После этой реплики лиса Наруто резко остановился. А ведь он об этом и не подумал! Раз так, Обито действительно обязан выжить, но с другой стороны… — Помоги мне. — Чего? — Ну, ты ведь не хочешь снова оказаться под его контролем, как четырнадцать лет назад? Сам знаешь, одному мне не хватит силы на длительную битву, даттебайо. Парень прямо чувствовал, как два красных глаза недоверчиво буравят в нём дыру, но находясь рядом с озером уже снимал печать движением руки. Предвкушая возможность надрать зад лже-Мадаре, Кьюби, как и сам Наруто, довольно ухмылялся.

***

— Хината-сама, — тихо позвал сестру Неджи, заслужив недовольный, почти ревнивый взгляд Саске. Юноша нахмурился: это уже ни в какие рамки не лезло. — Неджи-нии-сан, — произнесла совсем тихо, нерешительно подбегая к двоюродному брату. Тот смерил Учиху настороженным взглядом и наконец сконцентрировался на девушке. — Клан обеспокоен, — начал он, ни на миг не выпуская Саске из внимания. — В деревне что-то происходит, и в центре событий — именно этот парень, а сам он не отходит от тебя ни на шаг. Мы не можем позволить его проблемам тебе навредить. Она опустила глаза. — Саске-кун недавно стал джонином, и ему… поручили собрать команду и разобраться с Акацуки. Он сказал, что… не сладит с тобой и… я лучше всего подхожу как носитель бьякугана. — Мы оба лучшие в своих выпусках, — прикрыл глаза юноша, — скорее, гении. Видимо, он просто не хочет вот так ранить своё эго. Быстрый, оценивающий взгляд. — А ещё слепой, как крот. — Нии-сан… — Узумаки Наруто. На сам звук его имени девушка вздрогнула и покраснела, что, пусть и совсем слегка, но удивило Неджи. Сложно было не заметить, что Хината подражает чудному, глупому на первый взгляд пареньку — обладателю железной силы воли и непоколебимого духа, однако он не мог и предположить, что всё настолько серьёзно. — Судя из того, что я видел, ты никогда не пойдёшь против него, даже если он станет врагом. — Но… — попыталась она возразить и снова затихла. — Ты не веришь, что он преступник. Пауза. Секундный, нерешительный взгляд, мигом опущенный в пол. Еле заметный кивок. — Мне кажется, ты права, — признал он тихо, заставив сестрёнку резко поднять голову. — Люди с настолько твёрдыми убеждениями не могут измениться так легко… Получается, ты присоединилась к Саске, чтобы в конечном итоге его предать; хотя, это единственный способ достать Наруто. Снова кивок. — Сколько вас? — Две команды по четверо… как лидеры — Какаши-сенсей и Саске-кун, из остальных я знаю только Сакуру-сан… другие — из Корня АНБУ. Стоило Хинате сказать это, разум Неджи железным кулаком сжало плохое предчувствие. — Маловато для подобной атаки. — Нет, — возразила девушка даже тише, чем обычно; её голос на миг дрогнул. — Они правда сильны и… У Саске-куна очень странные глаза… и странные способности. Это больше не обычный шаринган. Мне трудно даже представить, чтобы он проиграл. — Возвращайся, — резко сказал Неджи, вновь заставив сестру вздрогнуть. — Нельзя, чтобы это чудовище заподозрило тебя в чём-либо. Она быстро сообразила, что имеет в виду парень, и буквально побежала к Саске, заработав уничтожающий взгляд Сакуры. Неджи же недолго думая пошёл к главе клана. Хоть участь Хинаты в этом опасном деле больше нельзя было отменить, ведь к заданию явно приложил руку сам Хокаге, но вот предупредить деревню Дождя (которой, по слухам, управляет именно лидер Акацуки) и сообщить им все подробности Хьюга могли вполне…

***

Что и говорить, жизнь у Акацуки началась весёлая. Предательство Обито Нагато удержал в тайне; как бы то ни было, он даже не числился в организации официально, более того: о его существовании знали только трое. К этим «избранным» относился и Итачи, но он и представить не мог, насколько близко помощник в уничтожении родного клана, «Мадара», был всё это время. Трезво оценить свои силы смог только Зецу, ближайший союзник Обито (как звали мужчину на самом деле) и вслед за ним отступил от прежних планов. Он признал, что ничего не сможет собственными силами и, приняв поражение, продолжил верно служить Акацуки и самому Нагато как единственному лидеру. Это вовсе не значило, что ему поверили, но после сообщения от Хьюга в организации узнали, что имеют проблему покрупнее. — Мне не верится, что они нас атакуют. Голос Наруто был совсем тихим. Итачи знал: он думает о друзьях, одноклассниках, о тех немногочисленных людях, что признали его, урода… монстра, погубившего стольких… боится, что они теперь снова его ненавидят. Учиха и подумать не мог, что когда-либо поймёт его чувства, что кто-либо примет его, запятнанного кровью собственных родителей. Слепого. — Лучшая защита — это нападение. Всё просто; это тактика Данзо. Хотя я не могу его винить. — К чёрту тактику, — прошипел юноша. — Он посмел послать их на смерть. Теперь я уж точно убью его только увижу, и не пытайся меня остановить… Итачи хмыкнул. Не по-детски злой голос, перебиваемый тихими шагами, безостановочно метался из стороны в сторону, и мужчина пока не мог сориентироваться, где находится джинчуурики. Столько лет отчаянно цепляться за зрение… — …уж ты-то точно это можешь. — Ты слишком сильно веришь в мои способности. — Какое там «слишком», — буркнул парень, наконец остановившись, и мужчина почувствовал на себе его взгляд, судя по голосу, обеспокоенный. — Переживаешь из-за глаз? — Это всё равно случилось бы рано или поздно. Пауза. Зная Наруто, сейчас он… — Прости меня, я… …точно начнёт извиняться. — Прекрати корить себя. Орочимару был непростым противником. Защитить тебя гендзюцу было моим решением, здесь нет твой вины. — Я и так в неоплатном долгу перед тобой! — взорвался он наконец, ударив стену кулаком, но его гнев был направлен на самого себя. — Зачем ты столько делаешь ради меня?! — Наруто, ты никогда не был для меня заменой Шисуи или Саске, — заявил Итачи внезапно. — Я знаю, что ты даже не думал о подобном… но я хочу, чтобы ты знал. Теперь же юноша был полностью обескуражен. — О чём ты вообще? — Ты говорил, что остался в Акацуки по собственной воле из-за того, что я признал тебя, но обратное тоже верно. Ты первый, кто увидел во мне человека даже после того, что я сотворил. Вот почему я хочу чтобы ты был счастлив; здесь нет иной причины. После непродолжительной паузы мужчина добавил: — Более того, ты ни на секунду не заподозрил, мол я наложил на тебя гендзюцу или просто солгал. Ты просто верил мне, и как раз поэтому я не посмел так поступить. В том, что ты пережил нашу встречу, есть только твоя заслуга. — Нет, — почти воскликнул юноша, слишком громко для небольшого помещения, в котором они находились. — Ты снова увидишь солнце, всё равно как, но я этого добьюсь. Больше нет смысла терпеть всё это в одиночку. — Нару… — Мы вернёмся в Коноху, как и Саске, — его голос был настолько твёрдым, что Итачи не нашёл, что возразить, — и построим новый мир, где никому не нужно будет плакать. Вот почему, — он сделал паузу, словно подчёркивая свои слова, — я защищу Акацуки. — Ошибаешься, — произнёс другой голос, в котором мужчина опознал Обито. — Мы защитим. — Мы? — Нагато сказал, стоит сделать хотя бы две линии обороны, — голос становился громче, приближаясь, — и я с ним согласился. Я буду впереди, потому что тебе будут мешать чувства к деревне, а ты позади — подстраховки ради. — Разве хватит только вас двоих? — А не должно? — удивился Наруто. — Нагато недооценивает твою привязанность к друзьям, — категорически заявил Итачи. — Ты не сможешь их даже ударить, а если возникнет необходимость убить? — Ударить смогу точно, — парень хрустнул кулаком. — Особенно некоторых. — Я пойду с вами. Парень не поверил собственным ушам. — Но, Ита… — Наруто. Этот тон не оставил всем присутствующим повода для сомнений. — И раз ты так настаиваешь на этом… стань моими глазами. Увидев всё ещё недоверчивое, но уже счастливое лицо парнишки, Обито расплылся в улыбке: видимо, теперь конфликт был исчерпан.

***

Спустя два дня пути командам наконец удалось впритык подобраться к Аме. Вода была везде. Она не переставала падать с неба и больше не могла впитываться в землю. Селение словно окружал океан, и они не имели малейшего представления о его глубине. По всей видимости, во времена его создания чей-то безумный разум приказал вырыть широкий, глубокий ров вокруг селения, с какой целью — неизвестно: для шиноби, умеющего контролировать чакру, вода не была помехой. Разве что подмогой для выполнения техник — как для врагов, так и для союзников. В любом случае, странное решение. Всю дорогу Саске не прекращал думать о всякой ерунде вроде этой и начисто игнорировал Сакуру. Видя положение дел и жаждущие крови глаза друга, она быстро сдалась и переключилась на Хинату, к которой его немного ревновала. Какаши наблюдал за мелким дурдомом молча, свято веря, что скоро это закончится, ребят из Корня же, казалось, вообще ничто не обходит. Тем временем на землю опустился вечер, намного быстрее, чем должен был: в Конохе в это время всегда кипела жизнь, здесь же повисли непроглядные сумерки. С закатом подоспела и дилемма: атаковать сейчас или дожидаться рассвета? И вариант «сейчас» жутко не нравился всей восьмёрке: весь обзор помимо темноты завлёк густой туман. — Хоть глаз выколи, ни черта не видно, — плюнул мужчина средних лет, судя по количеству шрамов, побывавший во многих битвах. — Словно Техника скрытого тумана. Саске был бы рад спросить, но воспоминания о битве с Забузой всё ещё были слишком яркими. Нахлынувшая лавина не позволила ему сохранять хладнокровие и юноша сам не заметил, как активировал шаринган. Увидев, что глаза ученика расширились от мимолётного потрясения, Какаши и себе сдвинул повязку на лоб. О, теперь стало понятно, что заставило бесстрастного Учиху в коем то веке показать эмоции. Вопрос о времени атаки отпадал сам по себе: тут и там, прямо в воздухе висели рассеянные скопления чакры. Туман и впрямь являлся техникой, и это могло значит только одно. Их уже ждали. Отражая неведомый свет, облака и наполненный капельками жидкости воздух окрасился багрянцем. Почему-то стало теплее. Гораздо. Какаши среагировал инстинктивно, создав предельно большую стену из воды, и в воздух поднялись целые тучи пара. Это сильно усугубляло положение, но ведь всяко лучше, чем сгореть заживо… Цвет никуда не делся. — Не трать чакру! — внезапно рявкнул Саске, активировав мангёке. — Её не сравнить с предыдущей!!! Эту, вторую атаку неизвестной огненной техникой, пережили лишь пятеро. Удар. Какаши бывал во многих боях, видел войну, знал вкус смерти; знал прикосновение липких рук страха и засасывающую безысходность. Часто стыкался и со смятением, не раз ощущая полную кашу из мыслей и выживая на инстинктах. Однако, он впервые чувствовал, что не сможет спасти даже себя. В его сознании не своим голосом кричало отчаяние. Чем, черт подери, думал Хокаге, посылая обычных шиноби противостоять этим чудовищам? Из всей группы шансы на выживание были только у Саске — и то весьма призрачные… Трещина черепа Сусаноо оборвала и без того беспорядочную цепочку мыслей. Сакура закричала. Ударная волна от контратаки Саске сбила с ног Хинату; девушка не издала и звука. Из ниоткуда пришло понимание, что действия юноши были совершенно бесполезны. Понимание того, что пора шевелиться. Хотя бы обезопасить… перенести в другое измерение хотя бы девушек… — Камуи! И, прямо над ухом, совсем тихое: — Не смеши меня, Какаши. Этой техникой тебе никому не удастся помочь. Тело вдруг отказало, и джонин попросту рухнул оземь, благо, чакра, не будучи заблокированной, удержала его на поверхности воды. Фокус техники давно сместился, но это было уже не важно: кто-то нивелировал её своим, подозрительно похожим джуцу. Обито не мог выжить… но неужели нашёлся некто настолько бездушный, чтобы вырвать глаз у мёртвого ребёнка? Мужчина отказывался в это верить. Тем временем бой, грозясь быстро закончиться, набирал обороты. Мимолётная, слишком быстрая тень одним ударом в основание головы вырубила Сакуру, но утонуть ей так и не дали: нетронутая врагом Хината обняла подругу и присела над ней, закрывая собой. Последнего выжившего из Корня, Сая, поглотило Камуи врага, а Сусаноо окончательно проломил ударом ноги молодой темноволосый мужчина. — На три часа! — выкрикнул некто, чей голос на секунду показался Какаши знакомым, но у него не было времени думать: мужчина снова начал действовать. Ещё один замах — и Саске просто летит, полностью беззащитный, не в состоянии остановиться… — Обезвредь глаза, — прозвучало достаточно тихо для той неразберихи, что ещё секунду назад творилась вокруг, и на этот раз Хатаке узнал в темноволосом Учиху Итачи. — Понял, даттебайо! — больно резануло по сердцу. Парень лет двадцати собственным телом остановил Саске и придавил лицом к поверхности воды. Не в состоянии помочь, Какаши просто наблюдал за уверенными движениями такого знакомого с виду юноши. Наруто вывернул руку бывшему сопернику, вырвав из его горла крик боли, и протянул длинную, глубокую царапину вдоль вен на внутренней её стороне, практически до локтя. Вода вокруг окрасилась в красный, и парень прокусил собственный палец, смешивая свою кровь с его. — Печать шестнадцати смертей.

***

— Саске-кун! Что? Кто она? Кого зовёт? — Саске-кун, очнись… Где я? Что происходит? — Саске-кун, пожалуйста… открой глаза! Этот голос откуда-то издалека начинал доставать. Саске… это же я… а этот крик… Сакура? Глаза… глаза. Медленно приходило осознание. Воспоминания. Ощущения. И холод. Черт подери, как же холодно. — Где я? — повторил парень вслух. Получилось просто жалко — тихо и хрипло, совершенно обессиленно, но до неё, похоже, долетело. — Саске-кун! Ты в порядке??? Не это, ох не это он хотел услышать. — Что произошло? — повторил он, вложив в голос больше силы, но безрезультатно. Тяжёлыми казались даже пальцы; он не мог их поднять, не то что открыть веки или повернуть голову. — Мы… мы в тюрьме. Нас взяли в плен. Точно. Задание. Акацуки. Итачи. Наруто. Атака. Битва… Битва. Чакра. Я не чувствую… — Что он… со мной сделал? — Я… я не знаю. — Запечатал, — прозвучало бодро. — А ещё рамена вам принёс. Ничего другого я готовить не умею, а остальные заняты. Итачи, — сказал прибывший уже тише, — я с ними посижу, а ты отдохни. Извини, что снова рамен. — Не беспокойся, — во втором голосе прозвучала улыбка. — Спасибо. В этот раз Саске таки заставил себя открыть глаза. Первым, что он увидел, была толстая решётка, тогда ещё одна. За ней, прямо на полу сидела Сакура, не сводя глаз со странной парочки у третьей стены: судя по всему, они находились то ли в большой комнате, то ли в конце коридора. Светловолосый, в котором легко было узнать Наруто, как раз уселся рядом со вторым и сосредоточенно принялся распаковывать тщательно замотанную длинную коробку. Наконец вынул одну из мисок и бережно поставил на выпростанные ноги сидящего на небольшой подушке Итачи. А на колени положил ложку. Как вообще возможно есть рамен ложкой? — совершенно не к месту всплыло в голове парня. Больше не было ничего, даже ненависти. Ничего. Ничего. Очнись наконец, придурок, — сказал он самому себе и вгляделся в лицо брата, надеясь, что тьма в душе снова начнёт шевелиться. Однако, по всей видимости в его расчётах произошла ошибка: это самое лицо сейчас было таким миролюбивым и добрым, точно как в те дни, когда… Саске не позволял себе вспоминать, но… Итачи расслаблено, мягко улыбался, прикрыв глаза. Взял ложку и не спеша принялся есть принесённый Наруто рамен. — Осторожно, горячее. — Само собой. — Можешь научить меня готовить? — Почему именно я? — поинтересовался Итачи, так и не открыв глаза, и юноша начал понимать, что что-то не так. — Ну… ты ведь всё умеешь! Учиха только усмехнулся: — Ребят накорми сначала, тогда и поговорим. Тот заколебался и удручено глянул на друга: — И ведь точно… Саске же не сможет есть сам. И от меня вряд ли что примет. Сакура-чан, — обратился он к девушке, — я могу просить тебя посидеть с ним? Она уставилась на него — то ли недоверчиво, то ли отчаянно. — Ты сказал, что запечатал Саске-куна… что ты сделал? Почему он… в таком состоянии? Лицо Наруто странным образом одновременно смягчилось и напряглось, стоило ему увидеть её слёзы. — Печать шестнадцати смертей… эту технику я разработал против джинчуурики и шиноби высокого уровня. Ею я полностью подавляю чакру человека путём блокировки тенкецу, потому он не сможет даже двигаться. К сожалению, это для его собственного блага. Я скажу ему причину… когда он будет готов. — Почему ты предал деревню? — видимо, её нервы сдали окончательно. — Зачем стал преступником? Почему мы встретились вот так?! Я не хотела с тобой сражаться… — Поешьте сначала, — уверенно отрезал он, улыбаясь, и впихнул ей в руки сразу две порции. — Поговорим, когда всё устаканится, даттебайо. Пока побудь в одной камере с Саске, а я что-нибудь придумаю. Сам юноша лишь отрешённо наблюдал, как она не отводит поражённого взгляда от его уверенного лица. Сакуру успокоило само его поведение. Наруто совершенно не изменился и, казалось, Итачи тоже. Чертовы Акацуки явно не собирались их убивать… так ли всё было плохо, как ему казалось? Девушка даже не попыталась атаковать своего надзирателя, пока тот, совершенно беззащитный, открыл двери её камеры. Она просто поднялась и последовала за ним, не отрывая взгляда от пола. — Всё будет хорошо, Сакура-чан.

***

— Не хотела… сражаться, да? — спросил Саске сухо, повторив её слова. Его самочувствие улучшилось, стоило ему подкрепиться, отдохнуть и просохнуть, но чертова печать как будто высосала его жизненные силы, не позволяя даже сесть. — Д-да, это правда. Я всё время чувствовала, что мы поступаем неправильно, что Данзо-сама неправ, но эти чувства даже не обретали чёткой формы в моих мыслях. Сейчас это кажется мне странным. Если подумать, ты тоже берёг имя Наруто несмотря на пытки, а потом исчез и вернулся совсем другим… у тебя появились эти глаза и ты стал всей душой ненавидеть Акацуки; потом то внезапное повышение… думаю, мы были под действием гендзюцу. — Исчез? Я помню, я два дня отдыхал дома… Данзо-сама советовал ничего не делать некоторое время, ведь скитания и тюрьма не способствовали здоровью. — Но, тебя не было две недели, даже дома. Юноша пристально взглянул на напарницу, правда, её лицо отчего-то расплывалось. Из-за печати, должно быть, — подумал он. — Ты вообще уверена, что это твои собственные воспоминания? — А как же! — возмутилась Сакура. — Чьи же тогда? — Итачи вполне мог их тебе подсунуть чтобы ты усомнилась в деревне и предала её. — Он не смог бы этого сделать! — Не смог? — парень ушам не поверил. — У него есть такие же глаза как у меня. В способностях сомневаться не приходится. — Да о чём ты? — поразилась девушка. — О каких глазах может идти речь? Не могу поверить, что ты не заметил… Итачи-сан совершенно ничего не видит! — Ч…то? — Он ни разу их не открыл. И та ложка для рамена… К тому же, Наруто постоянно заботится о нём, смотрит с такой болью, что даже наблюдать тяжело. А говорит всегда весело, бодро, будто не хочет его волновать, и… Итачи-сан реагирует на его тон, а не на взгляд. — Ты бы помалкивала, Сакура-чан. Оба едва не вздрогнули: они даже не заметили, как открылась дверь. — Хотя бы стучись, усуратонкачи, — не удержался от едкого замечания Саске. Парень поморщился: — Вообще-то, это моя комната. — То есть? — тупо переспросил тот, не представляя, как можно жить в таких условиях: одна жёсткая кровать, одна тумбочка и едва ли пол метра свободного пространства — кладовка, а не комната. — То, что Акацуки гребут за миссии бешеные деньги, ещё не значит, что мы шикуем, как феодалы, — буркнул джинчуурики, уже привычно грубоватым жестом тыкнув в руки Сакуре две порции сразу. — Никакой, блин, благодарности. Я вас переселил в нормальные условия под собственную ответственность, ещё и в свою комнату, а он мне тут возникать будет. Жри, скотина. — Что это? — спросил Учиха, настороженно рассматривая новое блюдо: последнее три дня Наруто приносил только рамен. — Взрывной омлет Дейдары... правда, он сказал, это традиционное блюдо Камня, но я ему не верю. Даже пробовать страшно, даттебайо. — А что там? — поинтересовалась Сакура, напуганная такой рекламой. — Васаби, перец чили и какая-то приправа из Долины Огня, это к северу от деревни... Передёрнуло даже Саске, который со дня битвы научился шевелить только глазами и языком. — Ты уверен, что там не отрава? — Я сам готовил, — обиделся Наруто и медленно заглотил свою порцию целиком, широко ухмыльнувшись под конец. Челюсть отвисла обоим. Саске еле собрал мысли в кучу и, запинаясь, попытался пролепетать имя бывшего учителя, да так и замолк на полуслове, Узумаки же рассмеялся и вылил в себя целую бутылку воды, которую принёс для ребят. — Пойду за водичкой сгоняю, — выдавил он, всё ещё посмеиваясь, но несмотря на такое потепление в отношениях запер дверь на ключ. Ребята уже знали, что не стоит и удивляться: хотя все трое притворялись, будто событий прошедшего года не было, реальность оставалась неизменной. Впрочем, Сакуру, по всей видимости, это больше не волновало. Она не только приняла своё положение, но и снова начала воспринимать Наруто как друга, отвечая на тепло, что он им подарил несмотря на сложившуюся ситуацию. Саске же больше не знал, что делать и что думать, особенно если слова Сакуры — правда. Смутное чувство подсказывало, что до всего этого он и вправду не держал этого усуратонкачи за предателя. Было это, должно быть, до заключения и после возвращения в Коноху, а значит длилось считанные минуты. Парень более или менее представлял, что тогда чувствовал. Он хотел дождаться следующей встречи и буквально выбить из обоих всё, что хотел знать. И не мог снова дать себя обмануть, пусть даже Наруто начал рассказывать душещепетильные истории, свою и других членов Акацуки. Вернувшись в комнату через десять минут он начал новую — ту, которая убедила его присоединиться к организации, — историю Нагато. На части со смертью Яхико, Сакура просто молча роняла слёзы, когда же история подошла к последствиям техники воскрешения, оба сидели, как на иголках. — Я бы кричал, если бы только мог, — признал Узумаки, потупив глаза в пол. — Моё тело начало быстро взрослеть и разрушало само себя. Что хуже, я отлично это чувствовал, но не мог пошевелиться, а Итачи рискнул и проник в моё сознание, помог победить Кьюби и забрать его чакру. С ней моё состояние пришло в норму, но его зрение... В общем, если он узнает, что я всё ещё корю себя, точно разозлится. От меня тогда мокрого места не останется, даттебайо. — Ты в своём уме? — со внезапной холодностью спросил Саске. — Не думал, что после всего ты так просто сдашь его слабое место. Сакура попыталась возмутиться, но голубые глаза остались удивительно спокойными: — Я же говорил, что не позволю тебе. — На это я и рассчитывал. В последнее время юноша просто поражался способности Наруто перевоплощаться из умного и крутого в полного идиота и наоборот за считанные секунды. Вот как сейчас: мгновенье назад его взгляд пробирал до костей, а теперь он был куда больше похожим на того усуратонкачи, коим являлся ещё в прошлом году. — ...Чё? — Этот новый мир, о котором ты говоришь... я хочу его увидеть, даже если придётся сотрудничать с Итачи. В любом случае, сражаться с ним нынешним я не собираюсь. Увидев лица собеседников, парень засомневался, что его вообще поняли: и Наруто, и Сакура глядели на него, как бараны на новые ворота. Таким образом, сохранить серьёзное выражение у себя Учихе стоило немалых усилий, и в конце концов на лице Узумаки отобразилось понимание. Но он не смог удержаться: — В смысле «с нынешним»? Так ты не в курсе, кто проломил твоё Сусаноо? Теперь челюсть отвисла уже у Саске и Наруто рассмеялся. — «Командная работа», помнишь? — Я всё не решалась спросить, — встряла Сакура, о которой парни чуть было не забыли, — как вы так ловко нас повязали? Или вы знали всё заранее? И где остальные? — После всего, что Данзо сделал с дядей, я не могу ему доверять, — парень подошёл к ответу со странной серьёзностью, — а это равносильно слову «враг», хотя больше информации у нас нет, даттебайо. К счастью для нас, клан Хьюга посчитал примерно так же и они сдали нам данные в обмен на то, что Акацуки не тронут Хинату. Не обращая внимания на поражённые лица друзей парень продолжил: — Я единственный знал, кому из вашей экспедиции можно оставить жизнь, и так мы и сделали. — Вы последние, до кого так долго доходило, что у нас нет плохих намерений: Какаши-сенсей ещё позавчера отправился на миссию вместе с Обито; они вроде как давным-давно знакомы. А Кисаме Сая прихватил. Но, Саске, — он пристально заглянул в чёрные глаза, — я в любом случае не сниму с тебя печать. Ты любишь злоупотреблять силой, а с мангекьё такое не прокатит. — Когда это я... — попытался возмутиться парень, но тут же умолк, осознав всю суть сказанного. — Подумай об этом, даттебайо, — тихо посоветовал Наруто напоследок, открыв дверь. — Если хочешь, пройдись деревней, Сакура-чан, только протектор сними, — он внезапно улыбнулся. — Здешние шиноби точно не оценят. И уже в проходе добавил через плечо: — Имей в виду, что дверь я не запираю, Саске. Сакура, конечно же, не двинулась с места. Помогла другу поесть, потом подкрепилась сама. «Странно, но получилось очень даже ничего, — думала она, довольно пережёвывая. — Он сказал, чей это рецепт? Дейдары? То есть, того парня, кем он назвался, когда проник в деревню? Да ладно, послышалось, наверное». Главное было не забывать запивать. Однако насладиться едой как следует бедняжка не успела: вскоре Наруто с настоящим грохотом вломился в дверь. Выглядел он уже иначе: одежду из жёсткого чёрного материала скрывал серый водонепроницаемый дорожный плащ, на руках были перчатки без пальцев с накладками из металла, как у Какаши, а к правой ноге он прикрепил сумку с оружием. — Собирайся, Саске, — произнёс задорно. — Мы выступаем. — …Что? Парень упал на кровать рядом с другом, словно и не замечая удивлённых глаз Сакуры, которая просто не нашла, что сказать. — Сейчас сниму твою печать. Вытяни руку. Всё ещё находясь в полной прострации, Учиха послушался. Правда, рука по-прежнему не слушалась. Вообще ничто не слушалось. — Но в чём дело? Полчаса назад… — Я ходил советоваться с дядей, — тон джинчуурики внезапно стал серьёзен. — В общем, так как внутренние враги исчезли, осталось позаботиться о тех, что снаружи. Коноха уже сделала свой ход вашей атакой, а мы уже на целых пять дней с ответом опаздываем, даттебайо. Остальные команды сейчас за работой, так что тебя определили ко мне, поскольку раньше мы уже работали вместе. — Но… — издала Сакура и запнулась: всё было слишком внезапно дабы она могла адекватно среагировать. — Не беспокойся, Сакура-чан, — улыбнулся Наруто, на миг стрельнув в неё глазами, после чего прокусил палец. — Найдёшь Хинату, она сейчас с дядей, помогает чем может. Тебя вроде бы определят к Дейдаре, моему другу. Девушка уставилась на него поражённо, пока юноша складывал печати. — Дейдара? Но я думала… он существует?! — Конечно! — казалось, он искренне удивился, что в этом факте можно было сомневаться. — Не должен что ли? Распечатывание шестнадцати смертей. Наблюдая, как трескают и испаряются оплетавшие тело Саске кроваво-красные татуировки, девушка напрочь забыла, о чём шла речь. — Да что это за техника такая? — не удержалась она. — Её формирует кровь самой жертвы… идею мне подал Хидан, — скривился Наруто. — Но Дей — хороший парень, подбешивает правда иногда. У меня не так много фантазии, чтобы притвориться перед вами несуществующим человеком, даттебайо. Саске слушал его краем уха, поражённо уставившись на свои руки. Казалось, зрение немного улучшилось по сравнению с первыми сутками, когда его только взяли в плен. Старые шрамы затянулись, пропала даже рана, оставленная самим Наруто. Мышцы же были полны сил: он никогда не чувствовал себя столь потрясающе, в том числе после хорошей еды и длительного отдыха. Словно не было пяти дней полного оцепенения, а перед тем — ужасной, пусть и короткой, битвы и долгих дней изнуряющих тренировок. — Да что за? — только и произнёс он, добела натянув кожу на месте, где была глубокая рана. Ни следа. — Запертая в теле чакра начинает его излечивать, да так что даже шрамы и дырки в зубах пропадают, вот такой приятный побочный эффект, — к удивлению обоих ответил Наруто. — Я и сам не знал что создаю, а получилось неплохо. — Так что с заданием? — отвлёк его Саске, чтобы и себе не думать о всех этих странностях. Тот прочистил горло. — Мы одна из четырёх команд, но в дипломатических миссиях на нас далеко не заедешь. На нас страны поменьше: Рисовых Полей, Травы и Мороза. — И это твоё «далеко не заедешь»? — нахмурил брови Саске. — Здесь три страны. Три. Что от нас требуется вообще? — Убедить феодалов и лидеров деревень поддержать цели Акацуки. Двигайся уже. — Погоди, как «уже»? — Сакура окончательно впала в ступор. Наруто её перебил: — Дядя сказал выдвигаться на закате. Это как раз сейчас. — Сейчас? — не поверила ушам девушка. Ведь час назад они проснулись, через полчаса позавтракали… какой к чертям закат? — Мы нарочно сбили ваши биологические часы, чтобы вы могли беспрепятственно передвигаться ночью... от твоей пропажи весь мир на ушах стоит, Саске. Хмурый взгляд встретился с недоверчивым и Учиха сдался: поднялся на ноги и без слов направился на выход. Как он и думал, Наруто ему поверил.

***

В стране Травы они пробыли полторы недели. Два дня сидели за решёткой в деревне, ещё три под домашним арестом. Саске даже не ворчал: ну переехал из тюрьмы в другую, с кем ни бывает. Зато с парня, который исполнял здесь ту же должность, что была у Ибики, он мог и посмеяться, ведь их и сравнивать было нечего. В общем, на второй день их таки навестил лидер деревни, а на шестой и вовсе выслушал, как полагается. Отчего-то показав неспособность принять решение самостоятельно, заставил их объясниться с чуунинами и джонинами. Ещё через три дня пришёл ответ от даймё страны с требованием устроить ему личный разговор с делегатами. Последний день парни провели во дворце, удивляясь, как их вообще туда допустили, но в конечном итоге (Саске подозревал, что это только благодаря Наруто) миссия таки увенчалась успехом. К селению Звука они двигались напрямик, вдоль границы страны Огня. На путь ушли целые сутки и парни остановились у большого озера прямо на границе. Вода вытекала с него на десятки метров вниз узким водопадом и продолжалась куда более узкой, неглубокой рекой, на берегах которой возвышались колоссального размера статуи Учихи Мадары и Сенджу Хаширамы. — Не пойдёт, — сам до себя тихо сказал Наруто, оглядев великолепную равнину. — Мы здесь как на ладони. Спускаемся к реке. Саске смерил его совершенно опьянелым взглядом, но, видимо, мог и удержаться: Узумаки и сам на ногах еле стоял. Вот только, как оказалось впоследствии, с осторожностью он переборщил — или надеялся на то, что у друга не будет силы спорить? — Ты не мог выбрать места лучше этого, правда? — вяло ворчал Учиха. Чувство было таким, мол на него снова наложили печать шестнадцати смертей. Ведь как бы то ни было, природу не обманешь: после целой ночи бега, в этот раз они не сумели уснуть на рассвете и были вынуждены продолжить путь днём, пока усталость и сон не свалили их с ног. — Здесь невозможно спа-ать, — широко зевнул он, без малейшей надежды пытаясь улечься поудобнее на холодных сырых камнях. Парень искренне сомневался, что на место их лагеря свет солнца попадал хоть иногда, но в одном был уверен: кроме Наруто никто не додумался бы устроить ночлег под ногами Первого Хокаге. — Заткнись, даттебайо, — потянул носом тот. В ответ Саске промычал что-то невнятное, отметив на задворках сознания, что им только простуды в походе не хватало, и притворился спящим.

***

Возвращение в Аме было далеко не столь радостным, как Наруто себе представлял. Парень не знал и знать не хотел, что нашло на Саске, и все же отдавал себе отчет: ему определенно не стоило так крепко засыпать. Засранец банально слинял под покровом ночи, видимо, присоединившись к селению Звука. Планировал ли он это с самого начала, или просто окончательно запутался, кто бы знал. Разве что Итачи мог предполагать. — Он не сможет простить меня, хотя, должно быть, до определённого момента он сам так не считал. Рано или поздно что-то толкнуло бы его действовать. Нагато всего лишь надеялся, что рядом с тобой этого не произойдёт. — Мне жаль его разочаровывать. Прозвучало совсем приглушенно, и Учиха даже повернул голову в сторону ученика. — Возьми себя в руки. И его всегда ровный голос действовал на парня лучше любого успокоительного. — А ещё я провалил задание, даттебайо. — Это уже не столь важно. В этот раз тон был другим, и Наруто взглянул на друга и учителя с любопытством. — Пока тебя не было, Яхико и Конан прислали извещение. Лицо парня тут же просияло и он вскочил с пола, на котором секунду назад бесцельно валялся с обречённым видом. — Они возвращаются?! — Да, — в голосе прозвучала улыбка, хотя на лице она так и не отразилась. — Яхико также добавил, что твоя странная информация принесла свои плоды. Они прибудут завтра. — Вместе с Джирайей-сенсеем. Итачи не стал говорить ничего, так как это был не вопрос. Но если Наруто был просто счастлив, остальные в организации пребывали в глубоком шоке. Ведь согласно информации парня, искать саннина следовало либо в «странных домах для взрослых», либо у рек или на горячих источниках. Желательно в крупных городах. А до этого троица Дождя и подумать не могла, что их учитель... ну... именно «такой»? В Акацуки у них не было времени на чтение всяческих романов... — В случае, если окончательные переговоры пройдут успешно, вы отправитесь на поиски ещё одного из Легендарных Саннинов, Принцессы Цунаде. — Она нам ещё зачем? — поинтересовался юноша, по привычке пытаясь заглянуть в невидящие глаза. Как бы то ни было, в прошлом году они тоже искали какую-то Цунаде, правда, для самого Узумаки путешествие закончилось в самой высокой башне Амегакуре. Слухи летели за ним куда медленнее. Поговаривали, Цунаде предложили пост Хокаге, но она решительно отказалась, и только недавно организации удалось выяснить, кто занял его вместо той женщины — под руководством Данзо Коноха начала целенаправленно ограждать себя от остального мира. — Поймёшь, увидев её способности. Но по пути, — Учиха сделал паузу, дабы удостовериться, что нерадивый подопечный не пропустит его слова мимо ушей, — он может научить тебя технике Четвёртого Хокаге. — Откуда он может знать… нет, стой, я припоминаю, он собирался меня научить, до того как… Затих. — Ты только не подумай, что я жалею об этом. Кто знает, что могло бы быть… — Это легко. Мы были бы врагами. — Не говори об этом так просто. По звукам Итачи понял, что парень снова плюхнулся на пол, наверняка с тем же обречённым видом. С Наруто можно было обойтись и без зрения: он не умел ни врать, ни сдерживать слова и эмоции, так что угадать его реакцию смог бы любой, вплоть до минимальных изменений мимики. — Вообще, я немного удивлён, что ты не продолжил миссию в одиночку, — заявил Учиха, решив сменить тему. — Это было бы на тебя похоже. — Ты же сам говорил, — в голосе юноши проскользнуло крайнее удивление, будто речь шла о чём-то очевидном. — Один в поле не воин. Итачи пришлось сделать паузу чтобы отыскать на просторах памяти нужный момент. Точно ведь, было такое. А Наруто запомнил. На самом деле, он не мог понять, чем заслужил подобное отношение со стороны парня. Как бы то ни было, они виделись всего несколько раз. Первый повлёк для него предательство друзей и деревни, второй приключился через полтора месяца, когда он лежал при смерти. Почти через год, третий — когда команды Итачи и Сасори (который поневоле таскал паренька за собой) встретились для обмена информацией и устроили получасовой совместный привал. После того, Наруто досталось путешествие к руинам Узушиогакуре длиною в три недели, а сразу по возвращении ему пришлось заняться нападением Конохи. Но и тут отдохнуть не дали, не то что поговорить со своим похитителем по-человечески. Либо он был слишком наивен, либо имел очень большое сердце. Мужчина поднялся с насиженного места на балконе и по-наитию направился к пареньку. Присел рядом, у проёма, и наугад взъерошил золотистые волосы. Удивились оба. Итачи даже не надеялся, что попадёт, самому джинчуурики подобное проявление тепла болезненным, приятным уколом напомнило отца. — Что…? Шёпот едва не утонул в рассекающем воздух дожде. — Ты молодец, Наруто. Ты тот, кто сумел вернуть мне желание жить после всего, что я натворил. Никогда не меняйся.