Watchdog

Я зажёг свечи. Не думал, что когда-нибудь ещё ступлю на порог этого дома. Тело мистера Ахоута уже убрали. Я слышал, что оно находилось в полицейском морге, пока велось расследование. Что станет с телом после, я не знал. На полу все ещё оставались следы крови, хотя было заметно, что часть их пытались стереть. Внутри царил беспорядок. Неужели все это устроил я? Я не мог вспомнить, в каком состоянии оставил дом. Я почти ничего не помнил. Всё было как во сне. Как я обыскивал ящики и шкатулки, как прятал травы в рюкзак. Кое-где ещё лежали остатки трав. Определенно, полицейские видели их. Тот коп, Вайл, без всяких сомнений знал, что я забрал из этого дома. Я опустился в кресло, как делал это всегда в гостях у мистера Ахоута, огляделся. На стенах все еще висели амулеты и фетиши. Интересно, внутри оставались духи или они покинули свои пристанища после смерти индейца? Чувствовали ли они хоть что-то? Были ли такими же, как Алек? Сожалели ли о смерти мистера Ахоута? Ждали ли они его возвращения? - Что с ними будет? - спросил я, зная, что Алек меня услышит. Он не мог ответить. Я не понимал шифр нашего с ним общения. Слышал ли мистер Ахоут своих духов-хранителей или так же, как я, постоянно мучился от неопределённости? Он никогда не рассказывал о духах, обитавших в его фетишах. Сколько бы я ни спрашивал. - Наверное, им очень грустно от того, что они не смогли защитить мистера Ахоута, - пробормотал я. Я понимал, что этот дом не сможет защитить меня, но здесь хотя бы я не стану причиной смерти кого-то из своих друзей. Даже если меня убьют... "Нет!" ...на этом все закончится. Даже после сна, пусть и короткого, меня все ещё штормило. Я уже начал догадываться, что дело совсем не в озере. И, может быть, даже не в дожде. Я чем-то заболел. Подхватил какой-то странный вирус. И меня это пугало. Так как уходить отсюда я пока не собирался, я решил сделать отвар из оставшихся трав на газовой горелке, которая хранилась в одном из ящиков. Я постарался вспомнить, как это делал мистер Ахоут, какую посуду использовал и т.д. Вспомнил, что делала Мэг в доме у озера. Я сомневался, что получится что-то дельное, но когда-нибудь мне нужно было начать учиться. Пока отвар готовился, я пару раз вышел на улицу, чтобы осмотреться. Стояла мертвецкая тишина, и я даже подумал, а не случилось ли с остальными индейцами то же, что с мистером Ахоутом. Но, на самом деле, индейцы, скорее всего, просто покинули деревню. Я сделал бы именно так. Я чуть не рассмеялся от своих мыслей. Я уже сделал все не так, я сделал все ровно наоборот. Вот что я сделал. Я долго курил, глядя на фетиши мистера Ахоута. Они казались одинокими и брошенными. Раньше мне не приходили в голову мысли о том, что случается с духами, когда владелец фетиша умирает. Что случится с Алеком, когда я умру? Я не знал, приготовился ли отвар, но он определённо закипел, и ждать, что он выкипит окончательно, я не собирался. Так что я выключил горелку и перелил отвар в одну из пиал. Всё было почти как в старые добрые времена, только на полу все еще оставались следы крови мистера Ахоута, а Алек был похоронен за деревней. Я осторожно сделал глоток, чтобы распробовать. Если бы что-то во вкусе показалось мне неправильным, я тут же отставил бы пиалу, но отвар был... обычным. Как у мистера Ахоута или Мэг в тот раз. Так что я отпил еще. И ещё. И ещё. Пока в голове не начало пустеть, а руки не наполнились приятной слабостью. Я отставил пиалу и откинулся на спинку кресла. Впервые за последнее время мне стало достаточно спокойно, чтобы я мог сказать, что мне хорошо. Я как будто оказался в пустоте. Свет свечей пропал, следы крови на полу тоже. - Алек? – услышал я женский голос. Сначала я даже решил, что мне показалось. Но, обернувшись, я увидел ее. Я не знал, каков на вид типичный дух, ведь я видел только Алека, но она совсем не походила на дух. Впрочем, как и Алек. Казалось, она была измучена. Я не знал, что духи могут выглядеть измученными. - Вы тоже ищите Алека? – спросил я. – Вы знаете, где он? Она кивнула, как-то странно глядя на меня, подошла и взяла мое лицо руками, рассматривая его очень сосредоточено. - Что же ты наделал? - пробормотала она с сожалением. Мне захотелось спрятаться, а лучше исчезнуть. Если бы в этом астральном мире существовал пол, то я провалился бы под него. - Две души никогда не станут одной, как два человека не сольются воедино. Я вспомнил слова мистера Ахоута о том, что наши с Алеком души разрушаться из-за «привязки», что я сделал. Я вспомнил ритуал, после которого Алек умер опять. Я почувствовал себя таким виноватым. А вдруг мы все сделали неправильно? Ведь мистер Ахоут говорил, что не знает, как разрешить ситуацию. Мы тыкались вслепую, плыли по течению. - Он в порядке? – спросил я. – Его душа в порядке? Мне стало так страшно! Очень страшно. А вдруг я не мог связаться с Алеком потому, что его душа разрушилась, а все эти ощущения, внутренний голос и тому подобное – это всего лишь воплощение моей глупой надежды на то, что Алек не ушел окончательно? Я видел его во сне, но вдруг это только сон? - А ты? – спросила женщина. – Ты в порядке? Я помотал головой. Алек, мистер Ахоут, мои родители, родители Мег. Я не был в порядке. Я не знал, сколько еще человек должно умереть. Я не был готов к этому. - Мой бедный мальчик, - она обняла меня и погладила по спине. Это было, как напоминание из прошлого. Будто смотришь старое семейное видео, где ты маленький, и родители вместе и счастливы, потому что ты еще не успел натворить дел. - Я не знаю, чем могу помочь вам обоим, - сказала женщина мне на ухо и отстранила на расстояние вытянутых рук, продолжая держать за плечи. - Твоя душа так повреждена. Даже сильнее, чем его. - Я умру? - спросил я. Она слабо улыбнулась и ничего не ответила. - Ясно. Она подняла мою голову, взяв лицо обеими руками, и серьёзно посмотрела на меня. - Ничего тебе не ясно. Даже я не могу ответить на этот вопрос, а ведь я повидала куда больше твоего. Дело не в том, станет ли причиной твоей смерти распад души. У тебя предостаточно причин беспокоиться за свою жизнь и без этого. Я кивнул. Конечно, она была права. Я мог не дожить до того момента, когда моё тело разрушится из-за распада души. - Алек встал на опасный, неизведанный путь, - предупредила женщина. - Одна его ошибка может стоить тебе всего. Впрочем, как и ему. - Что он сделал? Из-за этого его убили? Она покачала головой. - Нет, умер он из-за моей ошибки, - в её голосе слышались неприкрытое сожаление. - Почему вашей? - спросил я. – Кто вы? Она посмотрела на ожерелье, висевшее на стене. Я тоже посмотрел на него. А когда перевёл взгляд обратно, ее уже не было. Я даже не заметил, как она исчезла. Словно сбежала. Или я произнес кодовую фразу. Или раскрыл её сущность, и она больше не могла говорить со мной. Что бы это ни было, но она пропала. Я хотел позвать её, но понял, что не знаю даже её имени. "Сэм". Голос Алека звучал в моей голове, как мой собственный. Будто я бодрствовал, а не пришёл в астральный мир, чтобы встретиться с ним. Он прятался от меня нарочно? Он не хотел, чтобы мы встретились? Я уже ничего не понимал. Внезапный звук заставил меня вздрогнуть. В голове стоял шум. Горели свечи. Следы крови у входа возвращали меня к реальности. На полу лежало ожерелье. Прямо под тем местом, где оно висело раньше. - Сэм, - произнес я. "Думаю, все матери похожи друг на друга". - Так вот она какая - твоя мама, - пробормотал я. Грусть затопила меня. Я уже не понимал, была ли она моей. Я вспомнил маму. Вспомнил её тело, лежавшее у меня на коленях. Внутренности, на которые я старался не смотреть. Я хотел, чтобы мама всегда оставалась мамой. Живой, целой. Но в памяти всплывала только картина её выпотрошенного живота. Я испугался, что теперь всегда буду помнить ее именно такой. Я очень хотел поговорить с Алеком, но не знал, есть ли смысл пытаться. У меня не получалось. Была ли в этом моя вина или Алека? Травы ещё оставались, но как-то раз индеец сказал, что пить больше одной порции отвара за раз опасно. Он не уточнил, чем именно это опасно, однако я даже не думал сомневаться в том, что это действительно так. Только вот оставаться в деревне надолго я тоже не мог. Рано или поздно полицейские начнут искать меня - ведь мои родители мертвы. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы допустить, что я могу скрываться здесь. В ближайшее время мне не следовало возвращаться домой. Я не знал, когда смогу, но не сейчас. Посчитав все "за" и "против", я все-таки решил сварить напиток. Я должен был предпринять хоть что-то. Так что я подготовил травы и поставил кипятиться воду. Рассвет уже вовсю разгорался. Я сидел на крыльце и курил. После дождя погода будто задремала. Стояла такая тишина, что, клянусь, я слышал, как где-то в кустах шуршит мышь. Справа капала вода с листьев. Слева гудели тишиной пустые дома индейцев. Я был один посреди леса. Один в целой деревне. Несмотря на то, что солнце уже поднялось, птицы не пели. Они даже не перелетали с ветки на ветку. Я затушил сигарету и пошел в дом, но отчетливо услышал хруст. Я напрягся. В нос ударяли разные запахи. Хорошо знакомые, такие как запах травы и мокрой земли, сладковатый аромат пыльцы неизвестных мне цветов, запах моей сигареты, дерева, смолы, гнили и паров отвара, что начинал закипать в доме. И незнакомые. Будто смутно узнаваемые, но не имеющие ассоциаций. И вот именно эти, отсутствовавшие в моей базе данных, запахи вызывали у меня тревогу. Я обернулся и всмотрелся вдаль. Я не знал, что ищу, но мое сердце билось слишком часто. Настолько часто, что адреналин жег мне вены. "Без паники". Я попятился. Закрыл за собой дверь. "Не поддавайся страху". Я запер дверь и закрыл ставни. Мне не нужно было видеть, чтобы понимать. И вообще, было бы неплохо спрятаться под одеялом с головой. В детстве это срабатывало. Я напомнил себе, что я больше не ребёнок. Родители мертвы - меня некому защитить. Осознав это, я вдруг понял, насколько я заблуждался все это время, всю мою жизнь. Я казался себе сильным и независимым. Я думал, что уже вырос, что во мне есть все, что нужно, чтобы оставаться тем человеком, каким я себя считал. Но на самом деле я не знал, что мне делать даже сейчас, не говоря уже о том, что делать всю оставшуюся жизнь. Я больше не мог спрятаться под одеялом, чтобы этот решило проблемы. Этого недостаточно. Страх начал превращаться в ужас. "Кейси". Я схватил рюкзак и засунул туда остатки трав и фетиш мистера Ахоута. "Слушай свое тело". Внутренний голос звучал не достаточно убедительно. Недостаточно по сравнению со страхом. У страха был громкий голос. "КЕЙСИ". Я застыл, будто оглушенный. Голос Алека звучал так, будто доносился сквозь наушники, будто Алек стоял рядом со мной. Я глянул на отвар. Он ещё не закипел. Я не мог его пить, но очень хотел. Так я смог бы слышать Алека. Так мне не было бы одиноко и страшно. Хруст усилился. Шаги. Это были звуки шагов. Осторожных, медленных, вдумчивых. "Вдыхай". Я глубоко вдохнул, и что-то внутри меня, будто какая-то заметка на полях тетради, подсказывало, что нужно делать. Я раскладывал запахи на составляющие, я старался отыскать в своей голове соответствия. "Человек". Запах принадлежал человеку. Запах кожи, который раньше я ощущал едва ли. От Алека, родителей, Ребекки. Металлический, отдававший солоноватым во рту, запах чего-то ещё. Как качелей после дождя. Запах давно не стираной, пропитавшейся пылью и потом, одежды. Запах чужих сигарет и бензина. Я не представлял, откуда я все это знал. "Информация". Я понял. Я должен собирать информацию. Я должен искать совпадения. "Слушай". Движение суставов. Боже, именно так это и звучало. Дыхание, будто шелест листьев. Шуршание одежды. Звон металла. Почва хрустит под тяжестью тела. "Один". Один человек, который крался к дому. Он знал, что я здесь. "Никакой паники". Страх не покинул меня. Но вместе со страхом я чувствовал что-то ещё. Что-то возбуждавшее. Что-то дававшее силы. Я схватил кочергу из очага и отпер дверь. Лучшая защита - нападение? Черта с два! Предупреждён – значит вооружён? Уже ближе к истине. Я притаился слева от двери. Снаружи скрипнула половица. Человек замер. Я слышал биение его сердца. Чувствовал, как менялся его запах. Почему его запах изменился? Новая информация чуть не сбила меня с толку. Ещё скрип. Равное дыхание. Ручка повернулась. Дверь приоткрылась, а затем резко распахнулась. Я замахнулся и огрел офицера Вайла по руке. Он едва успел подставить её. Я узнал его слишком поздно. Вайл вскрикнул и согнулся пополам, схватившись за руку. Пистолет упал на пол между нами. - Вот черт, - пробормотал я. - Оуэлл, ты за это ответишь, - прошипел Вайл. Я бросил кочергу, будто это могло облегчить ситуацию. Ну да, сделаем вид, что ничего не было. - Какого хрена вы крадётесь? - возмутился я. - Я думал, это чертов убийца! Вайл посмотрел на меня снизу вверх самым мерзким из всех своих взглядов. Даже в таком положении он умудрялся бесить меня. Он закатал рукав рубашки, и моему взору предстала жуткая гематома. Я невольно поморщился. Наверное, было пиздец как больно. Я затолкал Вайла глубже в дом и на всякий случай закрыл дверь на замок. Усадил его в кресло у окна и бросился к одному из ящиков, в которых мистер Ахоут хранил снадобья, до которых не добралась моя рука. В этом просто не было смысла. Эти травы ничего не давали мне. - Что ты делаешь? - с подозрением спросил Вайл. - Пытаюсь, блять, вам помочь, - выплюнул я. - Нет, что ты тут делаешь? Я достал мешочек с толчёными травами и залил их водой. - Что это? - поинтересовался Вайл. Когда содержимое мешочка превратилось в однородной массу, я подошёл к Вайлу и нанёс одну щепотку на его гематому. Он схватил мое запястье второй рукой, заставив остановиться. - Что это? - спросил он уже настойчивее. - Обезболивающее. Вайл внимательно всматривался мне в глаза, а затем отпустил мою руку. Я нанёс снадобье на всю гематому. - Откуда ты знаешь? - спросил Вайл, когда я убирал мешочек обратно в ящик. - Вы же и так в курсе. Зачем эти идиотские вопросы? Я прямо чувствовал раздражение, исходившее от него. Запах его кожи снова изменился. Так вот как это работает. - Это наркотик? - Хотите арестовать меня? Мы с Вайлом раздраженно переглянулись. Я не собирался сдаваться. - Ты не ответил на мой вопрос. - Какой именно? - Что ты здесь делаешь? - Ну, вы же знали, что я здесь. Может, вы знаете, и почему? Вайл нахмурился. - Я предполагал, что ты можешь быть здесь. Но это мог быть и не ты. - Поэтому вы размахивали своей пушкой? Вайл сжал зубы. На его скулах заиграли желваки. Я подобрал пистолет и протянул его Вайлу. Он растеряно уставился сначала на пистолет, потом на меня. - Что? - Ничего, - ответил он, выхватил у меня пистолет и спрятал его за пояс. Пока мы базарили, отвар закипел, и я выключил горелку. - Что это? - снова спросил Вайл. Я не знал, что мне делать. Теперь он не уйдёт отсюда, а я не мог выпить отвар, пока полицейский оставался здесь. Он поднялся и, прижимая раненую руку к себе, подошёл. - Это наркотик? - Вам не надоело задавать одни и те же глупые вопросы? - выдохнул я. - Я перестану их задавать, когда начну получать ответы, - заявил Вайл. - Да, это наркотик, - заявил я. - Такой же, как зелёный чай, который вы пьёте на ночь, чтобы крепко спать. Вы же, наверняка, брали образцы трав для экспертизы или как это называется? Значит, знаете, что это. На самом деле, мне даже было интересно узнать, что же это за травы и какое именно действие они могу отказать на нервную систему. Теперь я нуждался в большом количестве информации, потому что помочь себе мог только я сам. - Почему ты пришёл сюда? Я сел в кресло, умирая от усталости. Пока я был один, то не чувствовал это так сильно. Но все эти дурацкие вопросы совсем не прибавляли сил. - Все ещё думаете, что я убил мистера Ахоута? - спросил я. Вайл промолчал. Но я заметил изменения в нем. Ему было... не по себе? - Вы такой упрямый, что не привыкли отступать от своего, да? - До тех пор, пока я не поймаю убийцу, под подозрение попадают все. - Ясно. Тогда поймайте его поскорее, - пробормотал я. Между нами повисло меганеловкое молчание. Что-то должно было произойти, но не происходило. Я догадывался, что Вайл ждал, что я буду делать дальше. Я же ждал, чтобы он свалил уже куда-нибудь. Но, понятное дело, Вайл не собирался оставлять меня здесь одного. - Машину водить умеешь? - спросил он. - Нет, - на всякий случай соврал я. Меньше знает - крепче спит. Он поежился. - А придётся, - он указал на прижатую к телу руку. Снадобье уже должно было подействовать, а это значило, что руку Вайл скорее всего уже не чувствовал. А ещё он явно не любил просить о помощи. Я не мог вернуться в город. Да я и не собирался. Но Вайл ведь не отступит просто так. Так что мне придётся снова его расстроить. Или выбесить. Похоже, у нас это взаимное. Всегда любил взаимность в отношениях. Я покосился на отвар. Если я оставлю его здесь, то смогу нагреть, когда вернусь, но будет ли он иметь такое же действие, что и свежий? - Это мы возьмём с собой, - сказал Вайл, заметив мой взгляд. - "Для экспертизы или как это называется". Вот теперь он начинал реально бесить. Почему ему обязательно нужно было всюду совать свой нос? Он поискал в доме посуду, в которой можно было унести отвар. Я не собирался ему помогать. А когда он все-таки нашёл, я неожиданно даже для себя перевернул чашу, в которой делал отвар, прежде, чем Вайл успел перелить её содержимое. Вайл чуть не взвыл. - Упс, - сказал я без всякого сожаления. Вайл буравил меня убийственным взглядом. - Что? - невинно спросил я. - Ничего, - прорычал он, схватил меня и выволок из дома.