Earthbound

      — Увидимся, — Какаши махнул на прощание.       Он скрылся в коридоре за спинами прохожих так стремительно, что Сакура не успела ничего сказать в ответ. Ну и ладно. Завтра всё равно увидит эту надменную рожу. За весь полёт Хатаке не проронил ни слова, не считая их переговоров, необходимых для пилотирования самолёта.       Быстро выкинув из головы своего напарника, Сакура занялась более важным делом, а именно — поиском своей подруги, которая обычно не пропускала ни одной сплетни мимо ушей. У Ино сегодня рабочий день, а, значит, вероятность найти её в комнате ожидания не равна нулю.       В светлом помещении было малолюдно. На кухне громко жужжала кофемашина, и в помещении маняще пахло бодрящим напитком, что, несомненно, придавало уюта. Сакура бегло осмотрела людей: кто-то дремал на кресле, а кто-то — на диване. К её сожалению, она не заметила блондинистую косу, что обычно спадала на плечо из-под фуражки. Немного расстроенная, Харуно уже собралась уйти, но, поддавшись на провокацию кофейного аппарата, решила остаться и сделать себе капучино. Она очень хорошо запомнила вкус напитка, который сделал ей Какаши пару дней назад.       Ей никогда до этого не приходилось готовить кофе самой. Точнее, она заваривала себе его в кружке, заливая пару ложек молотого кофе кипятком. Поэтому, прочитав инструкцию на стене, Сакура совсем запуталась: смолоть зёрна, спрессовать, вставить под определённым углом, вспенить молоко… Разобравшись с кофемолкой и высунув кончик языка, девушка сосредоточенно утрамбовывала крупинки кофе в холдер.       — Привет, тебе помочь?       От неожиданности Харуно дёрнула рукой, рассыпая кофе на пол. Она не заметила, как рядом с ней оказался молодой человек, одетый в стандартную форму пилота. За три рабочих дня Сакура ещё не успела толком ни с кем познакомиться, но три полоски на рукаве пиджака указывали на то, что перед ней стоит второй пилот.       — Привет, нет. Сейчас уберу всё, что рассыпалось, — смочив салфетку водой, Харуно опустилась на колени и стала собирать чёрные крупинки.       — Ты новенькая? Я здесь никогда не видел кого-то со столь выделяющимся цветом волос.       — А, да, я тут первую неделю. Харуно Сакура, — поднявшись, она протянула руку.       — Приятно познакомиться, Сакура. Меня зовут Саске, — мужчина улыбнулся и ответил на рукопожатие. — Что ты хотела выпить? Давай приготовлю?       — Э-э, капучино, — невзначай оказанный знак внимания немного смутил Сакуру. Она привыкла справляться со всем сама и не рассчитывать на помощь со стороны.       — Сейчас сделаю.       Пока Саске ловкими движениями готовил заветный кофе, Сакуре представился шанс внимательно осмотреть своего нового знакомого. Чёрные, слегка отросшие волосы очень выделялись на белой коже. На его лице не было ни изъяна, но, как ни стараясь Сакура, прочесть в его глазах она ничего не могла. В них был блеск, но не хватало какой-либо истории или эмоций. В целом, он был явно молод и хорош собой, но далеко не в её вкусе.       — Держи, — вместе они покинули кухню и сели на кресла напротив друг друга.       — Спасибо, вкусно, — Сакура сделала глоток. Горячий напиток был неплох, но сильно отличался от того, что приготовил ей командир. Чересчур сладкий.       — Не за что, — Саске хитро улыбнулся. — Как тебе здесь?       — Вроде неплохо, но мне не с чем сравнивать. Я только закончила академию.       — А-а, хорошее время, — отставив чашку, Саске откинулся на спинку кресла, размашисто разложив руки в стороны. — Кстати, ты с кем летаешь?       Сакура набрала воздух в лёгкие чтобы ответить, как во второй раз за это утро её заставили подскочить на месте от неожиданности. Дверь в комнату с шумом распахнулась:       — Тензо, ты здесь? — в помещение зашёл немного запыхавшийся Какаши.       Будучи на испытательном сроке после отстранения, Хатаке часто приходилось навещать администрацию, чтобы передать отчёт и подписать несметное количество бумажек. Для заполнения определённого документа была необходима подпись другого КВС, и выбор пал на Тензо. Мобильник коллеги был недоступен, поэтому Какаши ничего не оставалось, кроме как искать его по периметру аэропорта.       Тензо здесь не было. Зато эффектное появление Хатаке заставило всех в комнате обратить на него внимание и повернуться к двери. Пробегая взглядом по всем знакомым лицам, Какаши невольно остановился на одном из них — на Саске. А заметив рядом с ним Харуно, мирно попивающую кофе, командиру стало не по себе. В груди что-то перевернулось, а под ложечкой неприятно засосало.       Какаши встретился взглядом с Учихой. Он ожидал увидеть там что-то похожее на страх или, на худой конец, испуг. Но в чёрных глазах была усмешка. Командиру показалось, что Саске насмехался над ним. Словно это не он задыхался, прижатый к стене. Словно это не он корчился от боли на полу. В конце концов, это не он не сдержался и нарушил правила, за что и поплатился карьерным ростом. Не желая более играть в гляделки, КВС бросил брезгливый взгляд на Сакуру и поспешил удалиться.       — Это, вот, мой КВС.       — Ты летаешь с Какаши? — рот Саске искривился в улыбке. — Да ладно?       — Ну да, ты с ним хорошо знаком?       — Хм, можно сказать, что у нас были общие интересы.       У Харуно не получалось перевести эмоции, что читались на лице у собеседника. Когда она увидела командира, его поведение изменилось, и он словно принял оборонительную позицию. Что ещё больше обескуражило девушку, так это презрительный взгляд, что достался ей от Хатаке, как всегда, совершенно без причины. Медленно, но верно Какаши начинал её нервировать таким безосновательным отношением к себе.       — Мне пора, спасибо за кофе! — Сакура решила поскорее уйти, чтобы выкинуть из головы этого проблемного мужчину. Вечером её ожидает не менее проблемный мужчина, да ещё и со своими родителями в придачу.

***

      Какаши сидел в мягком кресле, держа в правой руке бутылку с пивом, а в левой — сигарету. Настроение было больше под стать бутылке виски, но утром его ждал предполётный медосмотр, поэтому приходилось довольствоваться чем-то полегче.       Горький дым сигарет смешался с давящим от пыли воздухом в просторной комнате. Ранние песни Placebo разносились звонким эхом по скудно обставленному помещению, где из мебели были лишь стол с двумя табуретками, старое кресло с выцветшей обивкой и матрас. Вдоль стен неряшливо стояли стопки книг разных размеров и цветов. Хатаке был заядлым любителем литературы, но за последние два месяца он не притронулся ни к одной корочке. Не хотелось. Вообще желание делать что-либо помимо работы отсутствовало напрочь.       Опустошив лёгкие от дыма, Хатаке прищуренным взглядом наблюдал, как серые клубы расходятся по комнате. У него из головы никак не исчезали чёрные, как у ворона, глаза и перламутрово-розовая макушка. Чёрт бы побрал этот дурацкий, такой запоминающийся цвет волос. Когда он увидел Саске, он мысленно пожалел о том, что не завершил начатое. Когда он увидел Сакуру, ему молниеносно пришла мысль, что она общается с Саске ему назло. До неё наконец дошла история о его прошлом, и она, как и подобает настоящей представительнице женского пола, использует информацию в корыстных целях. Ответов на такие логичные вопросы, как «Зачем ей причинять ему боль?» или «Какую она преследует цель?», естественно, не было. Вместе с необоснованным обвинением у Какаши внутри сидело навязчивое чувство, отдалённо напоминающее колющее ощущение, которое испытывают во время предательства.       Слабый алкоголь и доза никотина от уже неизвестно какой по счёту сигареты немного отрезвили затуманенное сознание командира. Беспочвенные обвинения сошли на нет. Ни Сакура, ни теперь уже Саске не имели ни малейшего отношения к его жизни. Две параллельные, которые по определению не пересекаются.       Закинув бычок в горлышко пустой бутылки, Хатаке встал, потягиваясь, и осмотрелся вокруг. Из-за плотных штор просачивались лучики послеобеденного солнца, а в желудке досадно ныло от голода. Дома, естественно, ничего съестного не было. Поэтому весь остаток дня мужчина посвятил походу в магазин за продуктами, готовке, а после — уборке. Монотонное занятие, но всё же требующее некого творческого подхода, хорошо справлялось с заданием отвлечь хозяина от дурных мыслей.

***

      «Приезжай на час пораньше. Поболтаем».       Сакуре наконец удалось достучаться до Ино, и теперь она, засыпая на автобусном стекле, ехала в аэропорт до восхода солнца. Хотя, солнце вряд ли порадует лучами этот город сегодня. Вместо этого затянутое небо и нарастающие порывы ветра предвещали летний шторм.       Встретившись и взяв по стаканчику кофе с собой, девушки решили не обсуждать командира в комнате ожидания и перебрались в зону вылета к одному из пустующих гейтов.       — Ну, как тебе работается? — сказала блондинка, отпивая маленькими глоточками чёрный кофе.       — Хорошо, вроде. Слушай, можешь рассказать подробнее о Хатаке?       — А что, он что-то не так сделал? — Ино напряжённо подняла правую бровь.       — Нет, нет, что ты. Просто он очень странный, а его настроение меняется уж слишком часто. Причём без какого-либо повода!       — Хм, ну ладно. О нём такие истории ходят, что не хочешь, а забеспокоишься…       — Ну, он сказал мне, что разведён. И всё, после этого полный игнор с его стороны.       — Да, он был женат на Мей. Она у нас стюардессой работает, эффектная такая.       — Она работает у нас? — Сакура стала припоминать имена бортпроводниц, с которыми она летала последние три дня, но имя Мей ей точно не встречалось.       — Ага. Ирука-сан волшебник, если что. Так составляет график работы, что эти двое никогда не пересекутся. И с Саске, кстати, тоже.       — Саске? — Харуно немного призадумалась, так как это имя было на слуху.       — Мей переспала с Саске, это и послужило причиной для развода, — Яманака ненадолго призадумалась, пытаясь выудить из памяти все подробности, которые ей были известны. — Хотя, наверное, это было всего лишь последней каплей.       Когда Харуно вспомнила, что вчера после смены она распивала капучино, приготовленный именно Саске, реакция Хатаке обрела некое объяснение.       — Вообще, после того, как вся эта история с Мей и Саске всплыла, по компании ходили очень пикантные слухи, — если Ино начала свой рассказ, то остановиться, не выдав всех подробностей, для неё уже было невозможно. — Кто-то говорил, что Хатаке заставлял её заниматься всякими развратными штучками, вроде секса втроём. Другие говорили, что он наоборот бесполезен в постели. А иногда речь заходила о физическом насилии, якобы он избивал Мей и вообще контролировал по любому поводу, — девушка поморщилась. — Поэтому и спрашивала, приставал ли он к тебе.       Сакура старательно осмысливала услышанное, держа в руках остывший кофе. Вспоминая блондинку в отеле, Харуно очень сомневалась, что у командира проблемы с сексом. Уж слишком он самоуверенно себя вёл тогда. Скорее, хотя бы с виду, ему подошла бы роль извращенца. Про то, что Какаши — абъюзер… Кто знает, какой бес скрывался в этой голове.       Переваривая довольно противоречивые чувства, Сакура решила быстро попрощаться с подругой и поспешила в комнату ожидания. Почему-то ей не терпелось поговорить с Какаши. С одной стороны, ей было неловко за всю ситуацию с Саске, а, с другой стороны, она не знала, какой сплетне верить и верить ли вообще. Ну, а в конце концов, какое ей дело, если её с Хатаке связывали чисто рабочие отношения. Эту черту ей переходить было незачем.

***

      Поднявшись над толстым слоем облаков, Харуно невольно зажмурилась от внезапно появившегося солнца. Посмотрев на командира, который медленно опустил на нос чёрные очки, она мысленно отметила, что неплохо бы и ей приобрести такие. Естественно, не авиаторы, а то уж больше клишированные.       Во время предполётной проверки и самого взлёта Сакура так и не осмелилась начать разговор с Хатаке. Вместо этого она постоянно переводила взгляд на командира, который, казалось, демонстративно не обращал на неё внимания. Девушка перебирала в голове более тактичные варианты для начала беседы, но ничто не приходило на ум.       — Харуно, засматриваться на чужих мужиков не подобает невесте.       — Я не… Я не засматриваюсь, — от такой бестактности у Сакуры дёрнулась бровь. — Что вы вообще думаете о себе?       — Неужели до тебя наконец дошли сплетни, Харуно?       — Можно и так сказать, — отнекиваться было поздно. Да и незачем. — Вы вчера разозлились из-за того, что я общалась с Саске?       — Хм. Не скрою, личная неприязнь к Саске у меня есть, не зря же меня отстранили, — Хатаке поправил очки на переносице. — А вот с кем общаешься ты, мне без разницы.       — Ну и хорошо, — Сакура уже хотела закончить этот не самый приятный разговор, но осознала, что Ино забыла ей рассказать причину отстранения командира. А любопытства у второго пилота было не занимать. — За что вас отстранили?       Её прямой вопрос заставил Какаши обернуться к ней лицом. Сакуре было обидно, что из-за проклятых линз авиаторов она не могла точно увидеть его реакцию.       — Твои сплетницы забыли рассказать тебе самое главное, — на лице у мужчины расплылась нездоровая улыбка.       Не желая, чтобы эта часть разговора оказалась записанной чёрным ящиком, Какаши пальцем указал Сакуре снять один наушник и подвинуться к нему поближе.       — Я чуть не придушил Саске, — горячее дыханье обожгло девушке ухо.       Хатаке, как ни в чём не бывало, вернулся в своё кресло, а Сакура на секунду замерла в неловком положении.       «Неужели и правда насильник…» вертелось у неё в голове, но продолжать эту тему моментально расхотелось. Меньше знаешь — крепче спишь.

***

      Шёл шестой и финальный полёт за день. От такого ритма дня Сакура ощущала каждую косточку в своём теле, что устало ныло и требовало сна. Разговоры с Какаши, как обычно, были сведены до минимума и касались исключительно управления полётом.       Утреннее предчувствие о шторме не подвело девушку. Ещё до вылета метеорологическая сводка сообщала о возможности гроз и, что самое неприятное, переменчивых порывов ветра. Вдобавок, продолжительный ливень заметно ухудшал видимость, понижая её чуть ли не до лимита, с которым мог бы справиться юный второй пилот. Борт уже очертил несколько кругов вокруг аэропорта, ожидая возможного улучшения. Поэтому, когда появилась возможность, пилоты приняли решение садиться, а то пришлось бы уходить на запасной аэродром.       Этот полёт выполняла Сакура. С непривычки она подустала за целый день, а сложные условия посадки только повышали уровень адреналина в крови.       — Обращай внимание на датчики ветра, — голос Хатаке оставался спокойным. — Если что, я подстрахую.       Сакура с благодарностью взглянула на напарника. Несмотря на их личные неувязки ранее днём, в кабине экипажа на него можно было положиться.       Только остановившись напротив гейта, второй пилот смогла спокойно выдохнуть. Получилось. Сердце только начинало замедляться, но радостная мысль, что она прошла это испытание, грела ей душу. Ещё и Наруто обещал утром встретить её на машине! Иначе пришлось бы ей мокнуть на остановке, ожидая автобус.       — Тебя подвезти? — задумчиво произнёс Хатаке, смотря на капли дождя, что активно сползали по лобовому стеклу.       — Меня встретят, спасибо.       — Ну, тогда беги к своему женишку, пока не поздно.       Вот только этого саркастического тона не хватало. Какаши мгновенно затмил хорошее настроение девушки. Хоть и необдуманно, но Сакура не могла не ответить:       — Я не знаю, что вам такого сделала и чем заслужила ваше предвзятое отношение, но не только у вас в жизни происходят неудачи. Перестаньте переносить свои проблемы на меня!       Раздражённо хлопнув папкой с последним чек-листом, второй пилот покинула кабину экипажа и направилась на выход.       — Наруто, ты где?       — Ой, Сакура-чан, я на работе!       — В полдесятого?       — Ну, да! Нас задержали из-за организации Дня города. Я же тебе написал?       — Разве?       — Не злись, Сакура-чан! Буду поздно.       — Куда ещё позднее. Пока.       Сначала Хатаке со своим замечанием, теперь Узумаки. От хорошего настроения не осталось и следа. Только настойчивый дождь стучал по макушке, а холодные капли стекали по лицу, смывая тушь с ресниц. Ей ничего не осталось, как, замерзая, ждать автобуса, который, кстати, только что ушёл.       — Тебя подвезти? — перед Сакурой остановилась тёмно-синяя машина. За рулём сидел Хатаке.

***

      Первый километр пути прошёл в тишине. Убирая с лица капельки дождя, Сакура пыталась согреться. До дома её подвозил совсем не тот, кого она ожидала, но ехать в тёплой машине всё же приятнее, чем на автобусе.       — Ты где живёшь? — Хатаке был сконцентрирован на дороге.       — Недалеко от футбольного стадиона.       — Хм, далеко.       — Вы сами предложили, — фраза, сказанная Сакурой, прозвучала грубее, чем казалось в голове.       — Вбей адрес, — он передал ей свой телефон.       Чтобы избавиться от неловкой тишины, Какаши включил музыку, продолжая смотреть вперёд.       — Извини, — он пробормотал так тихо, что Сакура сначала не совсем поняла, откуда доносились звуки. Хатаке откашлялся и заговорил громче: — Кхм, извини, если иногда перегибаю палку.       Слова командира заставили Сакуру удивиться.       — У меня не самая блестящая репутация, как ты смогла уже убедиться. И у меня не всегда получается себя контролировать, когда сталкиваюсь со всем этим, — Какаши взглянул на слегка ошарашенную девушку. — Извини, что и тебя засосало в эту грязь.       Немного ранее Харуно решила для себя не поддерживать беседы с командиром, если это, конечно, не касалось работы. Чем меньше слов, тем меньше вероятность, что в её адрес полетит очередная колкость. Но сейчас Хатаке, как назло, шёл на контакт и, словно кот, вернувшийся с долгой прогулки, требовал внимания.       — Мм, ничего. Вам, наверное, нелегко работать с… Саске и бывшей женой в одной компании, — Харуно продумывала каждое слово, чтобы не сказать лишнего и не спровоцировать водителя.       Опять тишина.       — У тебя что-то случилось?       — Что? С чего вы взяли? — Сакура напряглась.       — Ну, во-первых, ты сейчас в моей машине. Во-вторых, ты сказала, что не только у меня в жизни происходят неудачи.       — Так с чего вы взяли, что у меня что-то не так? — Сакура обидчиво поджала губы. — Я говорила обобщённо. У меня всё хорошо, — последняя фраза вылетела, словно заученная.       Какаши громко вздохнул.       — Ты голодна?       — Нет.       — Не ври, — он с укором посмотрел на свою напарницу. Конечно, он заслужил такое отношение к себе. Но в то же время он знал, что иногда раздражительность можно уменьшить просто накормив собеседницу. Поэтому мужчина резко свернул на следующем выезде с трассы и остановился у круглосуточной забегаловки. — Выбирай, — Какаши кивнул на меню, висящее у окна для заказов.       Как только опустилось стекло, машину заполонили соблазняющие запахи еды. Внезапно ощутив острый голод, Сакура с недовольством отметила, что Хатаке был прав. Ей очень хотелось кушать, и, когда в руках оказался бумажный пакет с горячими лакомствами, девушка жадно набросилась на жареный картофель.       — Спасибо, Какаши-сан, — посмотрев на напарника, девушка немного пристыдилась от скорости, с которой поглотила свой ужин, ведь Хатаке ещё не успел расправиться и с половиной.       — Не за что.       Голод отступил, а вместе с ним ушло и раздражение, что у Сакуры плохо получалось скрывать. Злилась она, в основном, на Наруто. Но не в меньшей степени она была зла на себя за то, что опять повелась на его обещания. Какую-то долю агрессии Хатаке, конечно, заслужил, но не стоит выплёскивать на него свои проблемы. Или стоит?       — Его родители хотят, чтобы я бросила работу после свадьбы, — Харуно избегала визуального контакта с Какаши, но откровения лились сами собой. — Вчера приходили в гости. Сначала осмотрели всю квартиру, придирались к каждой пылинке, блин. Как это я их сыночка в грязи содержу! «Видимо, Сакура-чан, из-за работы времени на семью совсем нет», — высоким голоском девушка передразнила будущую свекровь. — Полетала и хватит!       Теперь настал черёд командира молчать и выслушивать накопившееся на душе у Сакуры.       — И Наруто, хрен собачий, всегда на их стороне. Конечно, не дай бог перестанут ему деньги переводить на выпивку и бесконечные вечеринки. Или квартиру отберут. Как же бесит! — Пустой пластиковый стаканчик от газировки хрустнул, сжавшись в руке. — Бросить летать… Хрен вам!       Сказав всё буквально на одном дыхании, Сакура пыталась отдышаться и только сейчас заметила, что вывалила она это всё на своего командира.       — Ой, извините, что-то меня занесло.       — Бывает, — поддерживать разговор или, чего хуже, впутываться в чужие отношения не входило в привычку у Какаши. — И перестань выкать — я, конечно, стар, но не настолько.       — Мм? Ладно…       — Тогда, поехали дальше? — Хатаке скомкал свой пакет от еды и вытер руки влажной салфеткой.       — Ага.       И опять — пестрящие огни фонарей, танцующие капли дождя и музыка. Каждый сидел молча, обдумывая что-то своё. Сакура не ожидала, что Хатаке заведёт более-менее человеческую беседу. Более того, она не ожидала, что сама начнёт изливать ему душу, но именно от этого, в совокупности с горячей едой, стало легче. Какаши оказался хорошим слушателем. Он, как положено слушателю, молчал.       — Можно вопрос? — кое-что терзало Сакуру с самого утра.       — Ну, давай.       — Мне рассказали несколько сплетен… — начинала легко, но почему-то запнулась.       — И ты хочешь узнать, какая из них правда? — с ухмылкой, он посмотрел на второго пилота. Та только кивнула в знак согласия. — Ну-ка, расскажи, что тебе наплела женская половина нашего коллектива.       — Ну-у, — она замялась, пытаясь сформулировать всё как можно тактичнее. — Что вы расстались не только из-за, эм-м, измены. Что ты либо извращенец, либо в постели не очень, либо… ты избивал свою жену, — стыдясь саму себя, Харуно говорила очень тихо.       Хатаке оторвал свой взгляд от дороги, слегка ускоряя ход машины. Девушка заметила отрешённый блеск в его глазах. Сморгнув, мужчина улыбнулся, и снова уставился вперёд.       — Не бойся, я не убью тебя в подворотне. Я всего лишь ничтожество в постели, — Хатаке пытался вложить в эти слова как можно больше безразличия, но вышло наоборот. — Мы приехали. Хорошего вечера, Сакура.       — Спасибо, — девушка поспешила уйти от этого неловкого разговора. Когда она уже вышла из машины, Какаши окликнул её:       — Не переставай летать, Харуно.