Earthbound

      Это утро у Сакуры не задалось с самого начала. Взглянув на себя в зеркало, девушка обнаружила налившийся прыщик, который расположился на самом видном месте — на лбу. Он досадно ныл и никак не поддавался маскировке тональным кремом. Затем Сакуре пришлось отскрёбывать с плиты пригоревшее молоко, которое сбежало, стоило ей только отвернуться. А вишенкой на торте был закрывший свои двери автобус перед самым носом девушки. В итоге ей пришлось минут двадцать зябнуть от каждого дуновения бодрящего позднеавгустовского ветра.       Подъезжая к аэропорту, Харуно достала телефон. Она поставила мобильный в авиарежим, чтобы никто не отвлекал во время работы, и засунула устройство в самый глубокий карман рюкзака. Девушка обычно не отключала звук так заблаговременно, но сегодня была ещё одна причина — интервью. Сакура заранее позвонила в компанию и вежливо отменила собеседование, однако она не сказала об этом семье Узумаки. Поэтому она ожидала, что где-то около полудня ей станут настойчиво трезвонить, а портить настроение посреди рабочего дня не входило в её планы.       Сегодняшний день не был сильно загружен: два коротких обратных полёта, каждый не дольше часа. На таких маршрутах пилоты тратят намного больше времени на подготовку, чем на сам перелёт. Но Сакуру данный распорядок не очень расстраивал. Её работа — единственное, что на данный момент доставляло ей истинное удовольствие и давало какую-либо мотивацию просыпаться по утрам.       Из-за пропущенного ранее автобуса Харуно немного опаздывала. Обычно она приходила на минут пятнадцать пораньше, чтобы насладиться кофе и собрать свои мысли в кучку, настраиваясь на полёт. К сожалению, этот ритуал сегодня пришлось отменить и довольствоваться растворимым кофе, который им, по обычаю, после взлёта занесут стюардессы. Когда второй пилот, слегка запыхавшись, зашла в комнату, экипаж сегодняшнего рейса был уже в сборе. Сакура быстро обежала коллег глазами: командир Тензо и три бортпроводницы. С двумя из них она уже летала. Это были приятные девушки примерно одного возраста с Харуно. Пару раз они даже заводили беседы на отвлечённые темы.       С третьей бортпроводницей Сакура не была знакома. На вид она была старше и наверняка работала в компании не один год. Когда Харуно смотрела на стюардессу, у неё в глове автоматически всплывали все черти, напоминающие о давно позабытых комплексах девушки. Незнакомая женщина была выше второго пилота по крайней мере на голову, отчего взгляд Сакуры упирался прямиком в полную грудь стюардессы. Её волосы, аккуратно уложенные в низкую кичку на затылке, отливали на свету, а передние локоны, что плавно спадали вниз, подчёркивали безупречную овальную форму лица. Рядом с ней Сакура почувствовала себя бесформенным подростком, но, вспомнив, что это именно у неё на рукаве пиджака вышиты три золотые полоски, постаралась выкинуть навязчивые и неприятные мысли из головы.       — Доброе утро, Сакура, — поприветствовал вошедшего второго пилота Тензо. — Мы как раз ждали тебя, чтобы начать предполётный инструктаж, — он перевёл взгляд на бумаги с планом полёта и последней метеосводкой, что держал в руках, но затем посмотрел на стоящих рядом женщин и, спохватившись, добавил: — Сакура, а ты знакома с бортпроводниками?       Харуно не успела ответить, как незнакомая женщина представилась:       — Меня зовут Мей Теруми, — она протянула Сакуре руку и хищно улыбнулась, предвкушая реакцию девушки.       — Харуно Сакура, — второй пилот ответила на рукопожатие.       Она не сразу поняла, почему это имя ей показалось знакомым. Только через несколько мгновений до девушки дошло, где она могла слышать об этой женщине — это бывшая жена Какаши. Когда все факты встали на свои места, по коже девушки пробежал мороз. Ей очень не понравилась ядовитая улыбка, которая образовалась на лице у Мей, как только Сакура поняла, кто перед ней стоит. Так как до этого второй пилот летала с Хатаке, им в бортпроводники никогда не ставили Теруми во избежание конфликтных ситуаций. Теперь, летая с Тензо, никаких проблем в сотрудничестве с бывшей женой Какаши не ожидалось. По крайней мере, с точки зрения администратора, составляющего графики полётов.       — Приятно познакомиться, — сказала Мей, смотря сверху вниз на второго пилота. Ей явно доставляли удовольствие эта неловкая ситуация и озадаченное выражение лица Харуно. После вчерашнего наглого, по её мнению, отказа со стороны Хатаке, Теруми очень хотелось взглянуть на его бывшую напарницу. Ничего особенного, как оказалось, Сакура из себя не представляла, отчего чувство досады внутри Мей заиграло с большей силой.       Тензо, не заметив образовавшегося напряжения между старшим бортпроводником и вторым пилотом, вернул свой взор к бумагам и начал монотонно зачитывать сводку погоды. Сакура очень старалась внимательно слушать командира, но его слова, как назло, проходили мимо ушей. Сейчас все её мысли были заняты Мей.       Не в силах контролировать себя, Сакура представляла Какаши с Мей. Вместе они наверняка смотрелись очень хорошо: статный мужчина, который всегда щепетильно относился к своему внешнему виду, и высокая, жгучая шатенка, от которой исходило столько женственности, что Харуно невольно становилось стыдно за свою простоватую внешность. У неё в голове проносились воображаемые сцены, где Какаши и Мей вместе, начиная с утренних пробуждений, заканчивая прогулками по ночному городу, а также их совместные полёты. И что самое главное, у девушки в голове не укладывалось, как такая красивая женщина могла наделать столько глупостей по отношению к своему мужу. Или наоборот именно такие и совершают подобные поступки?..       Мало-помалу в раздумьях Сакуры всплыл поцелуй Какаши, который она успешно начинала забывать. По её мнению, она ни в какое сравнение не шла с бывшей Хатаке. Так почему же он поцеловал её? Девушке совсем не верилось, что у него к ней были какие-то чувства. Скорее всего, ради галочки? Но зачем идти на такое, если Сакура наверняка не в его вкусе? Вероятно, на тот момент она была самой лёгкой добычей, ведь они уже были в одном номере...       — Сакура, вы о чём-то задумались? — приторно-заботливым голосом спросила Мей, когда весь экипаж направился на медицинский осмотр.       — Э, нет, — пробурчала Харуно в ответ, пытаясь взять поток своих мыслей под контроль, и поспешила за остальными.

***

      Во время первого полёта Сакура была напряжена. После их встречи с Мей у неё остался паршивый осадок, который упрямо не исчезал. Девушка старалась лишний раз не выходить в салон самолёта, чтобы ненароком не столкнуться с Теруми. Харуно даже отказалась от кофе, когда бортпроводницы учтиво предложили напитки. Однако с каждым следующим полётом ей становилось легче. Второй пилот полностью концентрировалась на управлении самолётом, и даже не заметила, как её мысли переключились с Мей на Тензо. Неосознанно она сравнивала каждое движение нового командира с Хатаке.       Как и вчера, Тензо был немногословен. От него вообще было невозможно услышать что-либо на отвлечённые темы. Более того, его лицо не выражало практически никаких эмоций, что, после нескольких часов, проведённых в одной кабине, начинало немного напрягать девушку. Сакура иногда бросала заинтересованный взгляд на командира, следя за движениями его рук и за действиями в свободное время. Она быстро отводила взор, так как его выражение лица иногда просто пугало. Вероятно, это было вызвано тёмными кругами под глазами Тензо. Они, если смотреть под определённым углом, придавали хозяину слегка зловещий вид.       — Я выйду ненадолго, — Сакура встала с кресла и потянулась. Во время предыдущей посадки пилоты были слишком заняты, отчего времени пройтись и размять косточки совсем не было. Естественно, про поход в туалет тоже пришлось забыть.       Командир кивнул в знак согласия. Выглянув за дверь, Сакура позвала одну из знакомых бортпроводниц, чтобы та побыла в кабине в её отсутствие.       В туалете девушка немного задержалась, разглядывая себя в зеркале. Она поворачивалась то правым боком, то левым, внимательно изучая свой вид и невольно сравнивая себя с Теруми. Освежив камуфляж на злосчастном прыще, Сакура смиренно улыбнулась отражению — внешность обмену не подлежит — и направилась обратно в кабину экипажа. Выйдя, она услышала голоса двух стюардесс, что общались в кухонном отсеке. Несмотря на шум двигателей, который был ощутим везде, Харуно могла разобрать диалог.       — Тебе не страшно летать с Сакурой? — в этом голосе второй пилот узнала Мей и сразу напряглась.       — Да нет, с чего ты взяла? — отвечала другая стюардесса.       — Выглядит как школьница! Такой разве можно доверить самолёт? Вот у Тензо забот поприбавилось!..       — Ну, я с ней уже летала. Вместе с Какаши. Вроде ничего… А ты не знаешь, чего они больше вместе не летают? Я удивилась, когда её с Тензо поставили!       — Ой, а ты не знаешь? Они же переспали, — с азартом в голосе заявила Мей, отчего Сакура чуть не вскрикнула от неожиданности.       — Да ладно?       — Ага, я ему как-то звонила и услышала их вместе, в отеле. Чем, думаешь, они там занимались?       — Так твой же полная беда в сексе?       — А ей, думаешь, много надо? Совсем доска, даже жалко, — Теруми театрально вздохнула и, чтобы добавить огонька, заметила: — А ещё ходит, сверкает своим обручальным колечком. Шлю-ха.       — Да-а, ты вот подумай. С виду вроде ничего, а на самом деле…       — Вот-вот, кто кого не ублажил, я, конечно, не знаю. Но если разбежались, то неспроста! — хмыкнула старшая стюардесса. Мей обладала уникальной способностью разводить сплетни. Даже если они были крайне неправдоподобны, окружающие всё равно слепо верили её словам. — Посмотрим, как скоро от неё откажется Тензо, когда она начнёт и до него домогаться!       Сакура стояла оцепеневшая, не в силах шелохнуться. От услышанного на глаза без приглашения навернулись слёзы, а на душе стало неимоверно противно. Харуно давно так не обливали грязью, тем более, без повода. От этого грузного чувства несправедливости хотелось заорать. Ей хотелось разгромить здесь всё своими сжатыми кулачками, выйти к Мей и высказать всё, что она думает о бывшей жене Хатаке. Но единственное, что могла сейчас сделать Сакура — это закусить нижнюю губу до крови, чтобы слёзы перестали без спросу стекать по щекам.       Кое-как отдышавшись и стерев ручейки солоноватой жидкости с кожи, второй пилот на ватных ногах вернулась в кабину и рухнула в кресло. С каждой минутой чувство обиды ослабевало, а взамен приходила злость. Девушка гневалась на Теруми, за то что она распускает грязные сплетни, на Какаши, за то что сама связалась с ним, на себя, за то что струсила и промолчала.       — Всё хорошо? — её отвлёк Тензо. Сакура взглянула на командира и немного позавидовала ему. Наверняка он не вляпывается в такие дурацкие передряги, раз держит всех коллег на расстоянии. Может, и ей пора закрыться от посторонних?       — Да.       — Пора начинать готовиться к посадке.       — Да, свяжусь с диспетчерами.

***

      Домой Сакура ехала, как обычно, на автобусе. Настроение у неё было довольно мрачное, что было неудивительным после подслушанных сплетен, которые зачинала Теруми. Наблюдая за мелькающими деревьями и яркими вывесками, Харуно вспоминала, какие слухи ходили по коллективу, когда она только начинала работу. Тогда они все были посвящены Какаши, который напускал на себя вид полного безразличия. Однако Сакура знала, что лживые слова Мей надолго засели в его мозгу и оставили довольно глубокие раны на его сердце, которые до сих пор кровоточили и давали о себе знать. Единственное, что оставалось второму пилоту — это набраться сил и пережить надвигающийся шторм. Не уходить же с работы из-за таких недоразумений?       Выйдя из автобуса, Сакура окинула взглядом здание, в котором находилась их с Наруто квартира. Она очень удивилась, когда увидела свет на кухне. В кои-то веки её жених пришёл домой раньше и не успел смотаться в бар до её возвращения! Тут до Сакуры дошло, что она так и не выключила авиарежим на телефоне и не проверила сообщения. Быстро выудив из рюкзака смартфон, девушка нетерпеливо ждала, пока он подключится к сети. Когда она увидела оповещения о двенадцати пропущенных звонках и пяти сообщениях, Харуно поняла, что грядут неприятности.       Чтобы отсрочить встречу с Наруто, Сакура решила подняться наверх по лестнице. Шагая по ступенькам, она перебирала в голове аргументы в оправдание своему поступку, при этом пытаясь не забывать о списке накопившихся провинностей жениха. Харуно знала, что, упоминув собственные косяки парня, можно будет умерить его пыл. Однако открыв входную дверь, девушка никак не ожидала увидеть там двух представителей семейства Узумаки вместо одного.       У входа на кухню стояли Наруто и Кушина. Последняя грозно скрестила руки на груди и с ощутимым укором смотрела на невестку. Только сейчас Сакура заметила, что будучи внешне похожим на своего отца, Наруто унаследовал повадки и темперамент матери.       — Проходи, — сказала Узумаки-старшая.       От её голоса Сакура поёжилась и переступила порог квартиры. Видимо, разговор будет непростой. Более того, от неожиданного присутствия будущей свекрови девушка напрочь позабыла все аргументы, которые хотела донести до жениха. Пока Харуно разувалась, Кушина продолжила:       — Ты почему не явилась на интервью?       — Я его отменила, — Сакура пыталась поддерживать ровный тон.       — Это я тоже узнала! Но не до, а после! Когда пришла поддержать тебя, а мне сказали, что тебя не будет!       — Извините, я не думала, что вас надо предупреждать заранее.       — И Наруто ты ничего не сказала, а ведь он так переживал! — парень, стоящий рядом с грозным видом, кивнул в подтверждение словам матери. — Ты что, хочешь и дальше корпеть на этой скучной работе? Какой позор!       Как только Кушина затронула тему профессии, бровь Сакуры начала нервно подёргиваться. Её очень бесило, что свекровь заявилась домой в пятницу вечером, да ещё и отчитывает её как провинившегося щенка. Эта ссора должна была быть между ней и Наруто и никак не включать в себя Кушину.       — Кхм, Кушина-сан, извините меня, конечно, но моя профессия — это мой выбор. Мне она нравится, — низким голосом сказала Харуно. — И я не собираюсь отказываться от неё из-за того, что вам так захотелось!       Сакура не верила, что эти фразы слетали у неё с языка так просто. До этого, когда Узумаки-старшая заводила эту тему, ей было боязно противоречить женщине, поэтому она всегда решала промолчать.       — А я-то тут причем? — от удивления Кушина развела руками, чуть ли не подпрыгивая на месте. — Это всё для Наруто! Зачем ему жена, которой никогда дома нет?       — Простите, но я дома бываю уж почаще, чем ваш сын!       — А почему тогда здесь всегда такой срач стоит?! И холодильник пустой?       — Мам, не начинай, — понимая, что мать заносит не туда, Наруто попытался остудить её пыл, но влезать в полноценный разговор он тоже не спешил.       — Нормально у нас всё в квартире. Наруто вот никогда не жаловался! — парировала Сакура.       — Конечно, тебе скажешь! Ты ведь упрямая, никогда других не слушаешь, — громкий голос Кушины разлетался по всей квартире. — Наруто, ты чего молчишь? Скажи уже ей, что ты на самом деле хочешь? — она решила перевести стрелки на сына.       — Э-э, — Узумаки-младший застыл, ощутив взгляд двух разгневанных женщин. — Ну-у, я не против, чтобы Сакура ушла из авиации, — он виновато почесал затылок и улыбнулся, как ни в чём ни бывало. — Сакура-чан, тебе ещё не надоело? Это ведь так скучно, каждый день одно и то же…       Где-то глубоко внутри Харуно надеялась, что в последний момент Наруто встанет на её сторону. Ну не верила она, что поддерживающий её всю учёбу парень сейчас начнёт выступать против её мечты. В груди защемило, а в горле словно ком застрял — наверное, так ощущается предательство. Наруто, воспользовавшись её заминкой, продолжил:       — Сакура-чан, не горячись, давай всё обсудим! И ты поймешь, что была не права.       — Послушай своего мужчину, Сакура, — вставила свои пять копеек Кушина. — Надо иногда слушать, а не делать, что вздумается!       — Это вы, Кушина-сан, меня никогда не слышите, — кажется, страшая Узумаки перешла черту, после которой Харуно уже не старалась сдерживать свои слова. — Да вы слышите себя? Вы постоянно встреваете в нашу жизнь. Мне это надоело! Дайте нам с Наруто самим решать свои проблемы.       — Да, как ты смеешь… — Кушина на миг запнулась от такой вседозволенности невестки. — Ты не права!       — Я? Неправа? — кажется, теперь они оба перешли черту. — Вы хотите, чтобы я отказалась от того, кем являюсь!       — Ты чего? Это всего лишь работа, — сказал Наруто, честно не понимая такого недовольства со стороны Сакуры.       — Для меня это важно. И я люблю летать больше всего на свете.       — Но тебя постоянно нет, да и ночуешь по всяким отелям непонятно с кем, — парень упрекнул девушку.       — Ты это сейчас на что намекаешь? — Сакура вопросительно подняла одну бровь.       — Ну, ты же останавливаешься в отеле, когда рейс ночной? Откуда мне знать, что ты там делаешь, — Узумаки нахмурился и, понизив голос, сказал: — И с кем спишь?       От такого обвинения девушка потеряла дар речи, ведь она никогда ему не изменяла, даже мысли не допускала. И то, что Наруто мог так подумать о ней, основательно ранило.       — Ты вообще думаешь, что говоришь? — Сакура была настолько унижена, что её слова стали звучать угрожающе.       — А что, как будто я не знаю!       — Раз уж ты затронул эту тему, то, может, объяснишь наконец, где сам пропадаешь?       — Не обо мне речь, Сакура, — Наруто не понравился тон розоволосой. — Я же тебя ни в чём не обвиняю. Ну, переспала пару раз, с кем не бывает?       — С кем не бывает?.. — тут в голове у Харуно что-то щёлкнуло, и внезапно всё стало предельно ясно. И долгие посиделки Узумаки в баре, и пропущенные звонки, и возвращения домой под утро… — Наруто, с меня хватит.       Когда была затронута такая щепетильная тема, молчавшая до этого Кушина решила скрыться на кухне подальше от всего напряжения, что витало в воздухе.       — Сакура, ты о чём?       — Я больше так не могу, — она не хотела дальше задавать вопросы и узнавать подробности скрытой личной жизни жениха. — Нам лучше расстаться.       — Эй, ты чего? Ты серьёзно? — на лице у Наруто застыло искреннее недоумение. — Ты не перебарщиваешь?       — Нет. Я не брошу свою работу ради тебя, также как и ты не изменишь свой образ жизни ради меня, — она прикладывала огромные усилия, чтобы не разрыдаться на месте, выговаривая каждое слово медленно и вымученно.       Сакура ожидала, что Узумаки остановит её. Или хотя бы будет уговаривать не уходить. Но он просто стоял, словно вкопанный, и наблюдал, как девушка доставала из шкафа большую спортивную сумку и складывала свои вещи. На глазах у Сакуры застыли слёзы, отчего она старалась не дёргать головой, дабы они не потекли ручьями по щекам. Более того, она до боли сжала зубы, чтобы ненароком не всхлипнуть.       Девушка порылась немного в сложенных вещах: ванные принадлежности, косметика, лекарства, часть одежды, документы… На первое время должно хватить.       — Я заеду на днях за своими вещами, — набравшись сил, сказала Сакура.       Наруто и выглядывающая из кухни Кушина молча наблюдали за действиями девушки. Никто из них не остановил её или не поинтересовался, куда она пойдёт на ночь глядя. Ничего более не сказав, Харуно побежала по ступенькам вниз на улицу. Оказавшись на свежем воздухе, девушка не могла остановиться и бежала, пока в лёгких не защемило с непривычки. Она остановилась посреди двора у одной из многоэтажек. Опустив на скамейку тяжёлую сумку, Сакура села и наконец дала волю эмоциям.       Растоптана близким человеком, ещё и без крова над головой — отличная пятница вышла! Когда она шла домой, то была готова к подобному разговору, но никак не ожидала, что узнает такие подробности о своём женихе. Точнее, она догадывалась, и теперь ругала себя за излишнюю доверчивость. В этой ситуации Сакура винила только себя и рассчитывать на кого-либо ещё она не могла. Поэтому, без конца шмыгая носом и вытирая сопли рукавом, девушка достала мобильный телефон и начала размышлять, где бы ей переночевать.       К родителям она ехать точно не хотела. Сейчас причитания матери были бы последним, что Сакуре хотелось услышать. Женщина бы опять завела свою любимую тему о том, что «Она же говорила!». А ведь она и вправду говорила, что не надо съезжаться с Наруто и покидать свою квартиру, что всегда нужно иметь запасной вариант. А Сакура не верила, думала, что всё обойдётся.       Харуно набрала Ино, но той сегодня не было в городе. Похожие ответы она получила от остальных своих знакомых: у кого-то не было места, а кто-то просто не хотел возиться с эмоционально нестабильной девушкой. Прокручивая на экране список контактов, Сакура зацепилась взглядом за имя Хатаке. В принципе, вариант неплохой: живёт один, не считая баб, что он цепляет в барах, и наверняка он сейчас дома. Да и адрес его она уже знает… Пару дней назад Сакура бы не задумываясь попросила его о помощи, но не сегодня.       Перебрав все варианты в голове и не найдя ничего подходящего, Сакуре ничего не оставалось, как поехать обратно в аэропорт и переночевать в комнате ожидания для пилотов. Не самое подходящее место, но там есть несколько диванов, кухня и душ. Больше всего сейчас девушка хотела оказаться под струёй горячей воды, чтобы смыть с себя этот отвратительный день, который она явно запомнит надолго. А поиском более стабильного жилья она займётся завтра, как раз выходной.

***

      Вернувшись в аэропорт, Сакура с облегчением обнаружила комнату ожидания пустой. Словно совершая незаконный проступок, девушка зашла в помещение и положила сумку, от которой уже начинало тянуть шею. В правилах не было указано, что пилоты не могли провести ночь в комнате ожидания. Наоборот, в некоторых бюджетных авиалиниях, которые не оплачивали своим лётчикам ночёвку в отеле, это место часто использовалось именно для этой цели.       Первым делом Сакура решила принять душ. Она до сих пор была одета в форму пилота, и ей не терпелось снять одежду после долгого дня, который с самого утра пошёл наперекосяк. От потоков горячей воды, что минут десять стекали по телу, стало чуть легче. Эмоционально Сакура пребывала в каком-то ступоре, отчего все действия, казалось, она выполняла на автомате, а её мысли хаотично сменялись одна за другой.       Всего за один день на Харуно обрушилось множество проблем, которые она была не в состоянии решать сейчас. Ей было боязно от мысли, что придётся всех оповестить о разрыве помолвки. Сакура уже с опасением предвкушала слова сочувствия и взгляды, наполненные укором, которые будут без конца сыпаться на девушку. Страшнее всего было сказать всю правду матери, ведь скрывать такой факт было бы невозможно.       Вытирая руки, Сакуры заметила обручальное кольцо, про которое она напрочь забыла. Недолго думая, она сняла колечко и положила в косметичку. Второй пилот оставила все вещи в квартире Наруто, так что встреча с ним была неизбежна, поэтому она ещё успеет вернуть кольцо первоначальному владельцу.       Задумавшись о предстоящей встрече с теперь уже бывшим женихом, Сакура досадно вздохнула — сейчас она очень сильно сожалела о том, что решила съехать со своей съёмной квартиры. Мама как всегда оказалась права. Конечно, дополнительные деньги, которые обычно уходили на оплату аренды, никогда не были лишними. Но теперь ей было просто некуда пойти, и Сакура оказалась практический бездомной. Сейчас у Харуно не было своего маленького уголочка, где она могла бы почувствовать себя в безопасности. Так что, помимо душевных терзаний, Сакуре предстояли бытовые проблемы, связанные с поиском новой квартиры и переездом.       Закончив с принятием душа, девушка направилась на кухню. Она периодически ощущала боль в желудке, так как с обеда ничего не ела. Шансы найти что-то съестное на ужин были невелики, но Сакура была бы рада и паре конфет, чтобы утолить нестерпимый голод. Проверив содержимое кухонных полок, Харуно по-детски обрадовалась, когда нашла пачку солёного печенья. Судя по упаковке, это была стандартная закуска, которую подавали пассажирам на более длинных рейсах. Рядом с крекерами стояла небольшая коробка, наполненная маленькими бутылочками с алкоголем, тоже явно принесёнными из самолёта.       Поначалу Сакура очень скептически отнеслась к идее выпить что-нибудь крепкое, ведь она и так не должна была сейчас находиться в аэропорту. Алкогольное опьянение только бы добавило проблем и несообразности сложившейся ситуации. Однако самобичевание, которое шло бок о бок с назойливыми мыслями об Узумаки, отнюдь не прекращалось, подогревая желание девушки разреветься. Поэтому, держа в руке бутылочку с коньяком, Сакура подумала, что немного выпить для храбрости — не такая уж плохая идея.       Харуно достала из коробки две бутылочки и, вернувшись в комнату, устроилась поудобнее на диване, что был повёрнут спинкой к двери. Таким образом, даже если бы в помещение зашли, то спящую Сакуру заметили бы не сразу. С шумом раскрыв упаковку съестного, девушка положила солоноватый крекер в рот. Её лицо опухло из-за чрезмерного потока слёз, и из-за этого вкусовые ощущения заметно притупились. Еда не приносила Сакуре никакого удовольствия. Впрочем, сейчас её желудку было наплевать на то, что именно он получает в качестве топлива, ведь главное — это заполнить пустоту.       Следом за печеньем Сакура сделала один большой глоток виски, опустошая почти половину маленького фунфырика. Холодная жидкость обожгла гортань, что было крайне непривычно, так как девушка редко пила крепкое. В последний раз она пила виски с Хатаке, и после того вечера осталось очень мало воспоминаний. Как только Харуно начала ощущать разливающееся по телу тепло, она закинула в рот ещё один крекер и откинулась на мягкую спинку дивана. Она редко пила крепкий алкоголь. Чувствуя во рту привкус горького алкоголя, в памяти непрошено начали всплывать какие-то образы, которые до этого были покрыты мраком и ютились где-то глубоко в подсознании девушки. Перед глазами мелькали обрывки: ощущение сбитого дыхания на изгибе шеи, помутневшие от влечения серые глаза, мурашки от прикосновения пепельных волос, горячие объятия, и чувство безумного спокойствия и защищённости… Сакура наконец вспомнила, что произошло в тот злосчастный вечер.       В один миг всё встало на свои места. И поцелуй Хатаке, и его бурная реакция по возвращении, и его отказ видеть Харуно в правом кресле самолёта. Её одолевали крайне противоречивые ощущения. Сакура почувствовала чудовищную вину перед Какаши. Только сейчас она догадалась, что он мог и не подозревать о её краткосрочной алкогольной амнезии, поэтому его действия, в каком-то смысле, были даже логичными. Ей было крайне стыдно за все те слова, что она ему наговорила в сердцах. Конечно, по пьяни можно было наделать много глупостей, но никто не освобождал от ответственности за свои поступки. Более того, Хатаке спокойно мог воспользоваться ситуацией, однако он этого не сделал. С другой стороны, она чуть не изменила Наруто. Точнее, тем вечером Харуно была готова переступить черту, и от этого где-то в груди всё сжималось. Ведь в какой-то мере Узумаки был прав — она проводила ночи с незнакомыми людьми в разных отелях…       На глазах второго пилота опять выступили слёзы. На этот раз — от отчаяния и невероятной злобы к себе. Одним своим необдуманным поступком она разбила что-то похожее на дружбу с Какаши. А ещё она дала повод Наруто усомниться в ней, в то время как это он наворотил делов. Конечно, Наруто об этом никогда не узнает, а вот груз на душе Сакуры останется с ней надолго.       От досады, чувства голода, которое так и не проходило, и самобичевания девушка укрылась с головой покрывалом, что нашла на одном из диванов, и свернулась калачиком. У неё завтра выходной, который придётся провести в поисках нового жилья.       И надо бы извиниться перед Какаши…