Золотой Берег

Эйнар попытался определить, жив он или уже умер. Холодно ему не было, это уж точно, скорее наоборот. И вой ледяных призраков, которые охотятся на души в мире мертвых, он не слышал. Значит еще не умер. Набравшись смелости, он потрогал то, на чем лежал. Мягкое и гладкое, бесконечное… по крайней мере он так решил, когда рука вытянулась до предела, а его ложе все так же оставалось мягким и гладким без намека на край. Так же края не было и по другую сторону. Потрогав все, до чего дотягивались его руки, Эйнар принялся за обследования своего тела. Кажется, все привычное так и осталось на месте, ничуть не изменившись. Он плохо помнил, что происходило после того, как на него нацепили много украшений и накинули сверху одеяло, под которым было неимоверно жарко и душно, и с каждой минутой становилось все хуже. Лишь ненадолго он оказался в прохладной воде, но потом все вновь смешалось в водоворот ярких пятен и резких запахов, от которых кружилась и болела голова. А затем он окончательно провалился в темноту. Но сейчас он хотел есть. Еще больше хотел пить. Мертвые не хотят ни того ни другого, так что это убедило мальчика, что он все еще в мире живых. Хотя особой радости это и не принесло, так как он помнил все то, что произошло с ним. Лучше бы уж умер. Хотя, немного подумав, он все же решил, что умирать не хочется. В мире мертвых холодно, голодно и страшно. Здесь тоже страшно, но не холодно. А вот есть хочется с каждой минутой все сильнее. Открыв глаза, Эйнар медленно сфокусировал зрение на цветке, укрывавшим его. Лишь через несколько мгновений, после того как протер глаза, он понял это вовсе не цветок, а купол, сложенный из разноцветных стеклышек, красных и желтых. От такой красоты у мальчика перехватило дыхание. Еще больший восторг вызвали стены, окружавшие его. Приподнявшись на локтях, Эйнар с замиранием смотрел на эти бесчисленные лепестки, переплетавшиеся друг с другом, плотной стеной укрывавшие круглую комнату. Конечно не была привычная ему полутемная комната с парой коптящих плошек, наполненных жиром. Это было нечто волшебное, от чего замирало сердце, кружилась голова и разом исчезали все мысли о голоде и жажде. Чтобы убедиться в реальности происходящего, мальчик, перекатившись на четвереньки, пополз по бесконечной постели к красно-золотой стене. Остановившись на самом краю, он потянулся к лепесткам, и… не удержавшись на шелковом покрывале шлепнулся на пол, покрытый мягким ковром. -Ой! — сел, потирая ушибленный нос, так как удариться его угораздило именно лицом. Увлекшись он не рассчитал ни расстояния до мерцающий магическим светом стены, ни того, что постель под ним была слишком скользкой и мягкой. Глупо получилось, хорошо хоть падать было не высоко. -Больно? — хриплый голос, раздавшийся за спиной, заставил подпрыгнуть от страха и метнуться в противоположную сторону, в попытке спрятаться. Опять не рассчитав усилие, Эйнар впечатался в тревожно зазвеневшую стену, развернулся, прижимаясь к чуть пружинящим лепесткам спиной, и выставил полусогнутые руки перед собой, в слабой попытке защититься. Сверр презрительно фыркнул. Он ведь и не думал подкрадываться и пугать мальчика, просто так уж вышло, что двигался он слишком тихо, не смотря на свои размеры, что часто пугало людей. А так как он уже успел сменить броню на штаны и тунику из тончайшей кожи, то и двигался, наверняка, еще тише обычного. Приближаться он не стал, лишь присел на корточки возле входа, давая понять, что не причинит вреда, правда понимая, что сейчас мальчик вряд ли способен что-то соображать. У страха, как говорится, глаза велики. Жуткое существо с желтыми глазами не нападало, и Эйнар, собрав все остатки храбрости, спросил — Кто ты? -Я Сверр — гордо заявил мужчина, демонстрируя в улыбке свои устрашающие клыки. -Ты демон? — осторожно спросил Эйнар, стараясь не показывать, как ему страшно. Получалось совсем плохо, потому что «демон» рассмеялся». -А что, похож? — что такое «демоны» в понимании северных племен, Сверр знал отлично. Сопровождая принца в его путешествиях, он часто сталкивался со страхом, который испытывали люди, не привычные к его виду. Чаще всего его называли «демоном», или «оборотнем». Но он не был ни тем ни другим. -Очень — пролепетал Эйнар, уже пожалев, что вообще открыл рот, так как улыбка «демона» стала еще шире, зубы — длиннее, а глаза — так и вовсе засветились ужасным огнем. -И много демонов ты видел? — Сверр откровенно радовался их разговору. Хорошо, что мальчик не замкнулся, а охотно идет на контакт, болтая глупости, несмотря на то, что ему сейчас очень страшно. Помотав головой, Эйнар отодвинулся еще немного, насколько позволила прогибающаяся под нажимом стена. Ни одного он не видел, и лучше бы не видел впредь. -Я не демон. Я — эш-та. Человек-волк. — в северных языках не существовало определения народу, к которому принадлежал Сверр, так что пришлось, покопавшись в памяти, выбрать наиболее подходящее слово. -Оборотень? — настоящих оборотней Эйнар не видел, так же, как и настоящих демонов, но по слухам все они были мохнатыми и зубастыми. Именно такими, как тот, кто назвался Сверром. -Нет. Оборотни превращаются, я же таким родился и таким умру — уточнил Сверр, и устав обсуждать свое происхождение, постарался перевести разговор в более нейтральное русло — Есть хочешь? -Я хочу домой! — вряд ли его просьбу исполнят, но попытаться стоило. Вот Эйнар и попытался. Вздохнув, Сверр поскреб подбородок когтями. Эта история повторялась всегда одинаково. Каждый из рабов надеялся, что придет спаситель, и взмахом руки отправит его в родные края, не взяв за это никакой платы. Хотя нет, не каждый. Были те, кто знал, куда попал, и были этому откровенно рады. Вот с ними было проще всего. Но большинство устраивало истерики, делая попытки сбежать или даже покончить с жизнью в отчаянии. Те, кому это не удавалось все же смирялись со своей участью, и в целом его, Сверра, эта ситуация устраивала. Он не заботился о судьбе и благополучии живых игрушек, но преданный всей душой своему господину он желал лишь одного — чтобы принц остался доволен этой ночью, и всеми последующими. И это требовало от него самого некоторой хитрости. — Тебя там ждут? Родители? Эйнар покачал головой. Родителей у него не было. То есть были. Но он их не помнил и даже имен не знал. Наставница рассказывала, что его нашли в корзинке, у опрокинутой на дороге телеги. Ту же историю она рассказывала всем детям, кроме тех, чьи родители были доподлинно известны. -Братья? Сестры? — вновь спросил Сверр, привычно повторяя одну и ту же процедуру убеждения новичка, что здесь ему гораздо лучше, чем за стенами дворца. И судя по реакции мальчика — никого из близких у него не осталось. -Значит ты был ребенком общины? Жил с другими детьми в приюте? Чем ты там занимался? Не особо размышляя, к чему все эти вопросы, Эйнар отвечал, радуясь уже тому, что его никуда не тащат, не запугивают, не сажают в клетку, а просто с ним разговаривают, пусть это даже и оборотень, или демон. Ведь добрый демон гораздо лучше злого человека, верно? -Посуду мыл, коз пас, чистил хлев. Потом еще рыбу ловил, когда погода хорошая. Хозяйка нас в плохую никуда не отпускала, только если очень надо, к травнику… и к гусятнице, за яйцами. -Сколько тебе лет? — Сверр прекрасно знал уклад жизни Холодных Берегов, и потихоньку подводил мальчика к очевидному выводу. -Пятнадцать. Ой, шестнадцать… уже — шестнадцать ему должно было исполниться как раз в тот день, когда его украли, а с того момента прошло ох как много времени, целая вечность. Кивнув, Сверр сел на пол, скрестив ноги. Мальчишка не выглядел на шестнадцать, но северяне взрослели гораздо медленнее всех остальных народов, разве что за исключением горных и лесных обитателей, знакомых с магией жизни, продлевающей их годы. -А что было бы после? Эйнар задумался, вспоминая, что должно было быть после и не успел ответить. За него это сделал «демон». -Тебя бы отдали в рабство к фермеру, или ремесленнику, верно? -Не в рабство! — возмутился мальчик, но тут же притих, испугавшись грозного взгляда. Впрочем, Сверр и не думал осаживать малыша — А ты мог уйти от него по своему желанию? Северянин помотал головой. -Значит ты должен был бы работать на него, как там у вас это называется? Возвращая долг общине? За то, что тебе не дали погибнуть и немного подрастили, верно? Выполнять все его приказы. А семью ты бы смог завести, выбрав полюбившуюся тебе женщину? Нет? И голоса у тебя бы не было на общем сходе. У не имеющих рода голоса не бывает. Только руки, чтобы работать. Возразить Эйнару было нечего. «Демон» говорил истину. А о том, что после нескольких лет работы «за долг» он мог получить свободу, и даже стать родичем, мальчик не знал. Сверр об этом умолчал, либо не знал так же, как и он. -Здесь тебе не придется работать в поле или ловить рыбу. Еда, питье, постель — для наглядности Сверр похлопал по шелковому покрывалу, на которое падали разноцветные блики от витражного купола — Развлечения. Все, что твоей душе пожелается. Сказанное звучало как сказка. Ну кто бы отказался пить-есть и ни о чем не заботиться. Но в свои юные годы Эйнар уже знал, что ничего просто так не дается. За все придется заплатить. И поэтому недоверчиво прищурившись спросил — А взамен? Сверр улыбнулся. Приятно ведь иметь дело со знающим человеком. -Взамен ты будешь выполнять все маленькие прихоти своего господина. От услышанного бледное лицо мальчика залилось краской. Пунцовая маска затронула даже уши, делая его бесконечно милым в невинном смущении. Пусть ему не так много лет, но что такое «маленькие прихоти господина» он догадался без дополнительных разъяснений. А Сверр лишь рассмеялся — Ну, ну, не пугайся. Ничего ужасного тебе делать не потребуется, если будешь вести себя хорошо. Со временем тебе даже понравится. А теперь одевайся и идем, тебе надо поесть и познакомиться со своими… — волк замялся, не зная, как правильно назвать остальных наложников принца, и кем они будут приходиться Эйнару, но быстро подобрал наиболее подходящее хоть и далекое от истины слово — новыми друзьями. Знакомиться с кем-либо сейчас Эйнару совсем не хотелось, но возразить он не посмел, и поднявшись, добрался до угла бесконечного ложа, на котором лежала стопка одежды. Не зная, что выбрать из этих цветастых кусков ткани, он вопросительно глянул на демона, который раздраженно фыркнув, дотянулся до разворошенной горы одежды и вытащил наугад первый попавшийся предмет. Натянув на себя предложенную одежду, Эйнар попытался как-то собрать слишком длинный подол платья, чувствуя себя еще более неловко чем когда был абсолютно голым. -Это же женская одежда — робко пискнул он, пытаясь одновременно и подтянуть подол и слишком широкий ворот, который сползал с плеча. Проворчав что-то о глупых щенках, Сверр поднялся на ноги и скомандовал — Повернись. Ловко складывая слоями двухцветное платье, он привел его к нужному порядку, так, чтобы темно-синий внешний слой едва приоткрывал внутренний, персиковый. Слишком свободное в талии он подхватил широким металлическим поясом, выполненным в виде переплетающихся перьев, серебряных, с темно-синими «глазами». -В следующий раз ты это будешь делать сам- предупредил мужчина, подталкивая северянина к выходу. Ступив за пределы стеклянного купола Эйнар зажмурился от яркого света и на мгновение задержал дыхание, так как в нос ударил целый букет сладких запахов. Корица и лотос, жасмин и сандал. Но не зная всех этих названий, Эйнар мысленно сравнил их с запахами самого жаркого летнего дня, охапки полевых цветов, свежей выпечки и меда. Пока он привыкал к запахам и свету, демон куда-то ушел, оставив его одного на полукруглой площадке. Потоптавшись немного на месте, не зная, ждать ли возвращения Сверра, Эйнар наконец решился, и начал осторожно спускаться по круто изогнутой лестнице, состоявшей из парящих в воздухе ажурных золотых ступеней. С непривычки было страшно, хорошо хоть с одной стороны этой опасной лестницы имелись такие же ажурные перила, правда все так же парящие в воздухе без какой либо поры и слегка пружинящие, стоило на них опереться чуть посильнее. Ступив на твердую землю Эйнар вздохнул с облегчением. Обратно его уж точно никто не заманит. Это же надо было такое учудить… хотя удивился он еще больше, увидев, что тот купол вовсе не купол, а целый шар, сотканный из красно-желтых стеклышек, который, как и лестница, висел в воздухе без какой-либо опоры. Подивившись мощи мага, способного создавать такие диковинки, Эйнар оставил парящее сооружение в покое и повернулся к цветущему саду, раскинувшемуся во все стороны от шара. Он никогда не видел ни деревьев ни растений, подобных этим. Осторожно ступая по дорожке из отполированного светлого камня, он приблизился к ближайшему дереву, ветви которого сгибались под тяжестью бело-розовых плодов, по форме напоминавших репу. -Не все красивые плоды — съедобны. Тревожно обернувшись на голос, Эйнар отвел руку с едва не надкушенным плодом, который пах уж слишком соблазнительно чтобы оказаться ядовитым. Поодаль стоял юноша, едва ли старше его самого. Выше на целую голову, смуглый, черноглазый, с длинными, достававшими до пояса черными волосами, сплетенными в несколько тугих кос и богато украшенных золотыми нитями, одетый лишь в свободные шаровары из белого шелка, с разрезом от пояса до щиколотки. -Но эти ты можешь есть безбоязненно — незнакомец блеснул ослепительной улыбкой, и подойдя ближе сорвал один из плодов. Разломил его на две половины, выковырнул косточку и впился в одну из половинок белоснежными зубами. Эйнар последовал его примеру, жмурясь от удовольствия. Плод, так похожий на горькую и сухую репу, оказался сладким и настолько сочным, что липкая влага хлынула потоком, пачкая его красивое платье. -Я Эйнар — представился мальчик, покончив с нехитрой трапезой и обтерев липкие ладони о платье. -Я знаю. Ты же с Севера? Добыча пиратов Аз-Манзора? — улыбнулся незнакомец, умудрившийся совершенно не испачкаться липким соком — А я — Назир. Из Травяного Моря. Что такое «Травяное Море» Эйнар не знал, но все же кивнул. Травяное так Травяное. Собеседник выглядел довольным и уверенным, так что он спросил — Ты здесь главный? -Я? — Назир рассмеялся — нет, малыш, я всего лишь один из рабов господина Ордана. Такой же, как и ты. Ну разве что я здесь чуть дольше многих, но главным меня это не делает. Идем. Нечего тут торчать. -А откуда ты знаешь мой язык? — спросил Эйнар, стараясь не отставать. -Здесь можно умереть со скуки, а у меня способность к языкам. Поэтому господин позволил мне посещать библиотеку и брать уроки у ее хранителей — пояснил Назир, ведя новенького в центр сада — Господин настолько добр, что позволил мне покидать гарем. -Тогда почему ты не убежал? — вновь задав вопрос, Эйнар едва не налетел на внезапно остановившегося провожатого. -Зачем? — повернувшись, Назир смерил удивленным взглядом северянина — Работать в поте лица за миску похлебки, а ночью спать на подстилке из гнилого сена? Эйнар не нашелся что ответить, ведь и правда спать на мягкой постели, подобной той, на которой он недавно пробудился, гораздо приятнее, чем на гнилом сене. А Назир кивнул — Хорошо, что ты это понимаешь. Так будет легче. Они прошли еще немного, и мраморная тропинка, петлявшая меж цветущих кустов, вывела их к мраморному бассейну, в котором плескалось несколько юношей, еще несколько расположились в тени дерева на низком диване, а еще двое чуть поодаль лениво перекидывали друг другу большой белый мяч. -Добро пожаловать в нашу скромную обитель — усмехнулся Назир, отходя и занимая свободное место под деревом, оставив Эйнара стоять в одиночестве. -Новенький? Это о нем ты говорил? — один из юношей бросил на траву раскрытую книгу и поднялся с ложа — Почему он в моей одежде? -Твоего здесь ничего нет, Закриос, даже то, что у тебя между ног, принадлежит господину. -Особенно то, что у тебя между ног — вынырнувший из изумрудной воды светловолосый юноша оперся о бортик бассейна, разглядывая новичка. Вся компания весело рассмеялась, словно он рассказал презабавнейшую шутку. -Милый Закриос считает, что ты взял вещь, принадлежащую ему — перевел для Эйнара Назир. -Я надел то, что мне приказали — нахмурился Эйнар. Он бы в жизни не прикоснулся к чужому, но демон не дал ему особого выбора. Назир так же перевел эти слова на свой, красивый, певучий язык, понятный остальным. — Когда тебе прикажут броситься вниз со стены, позови нас, мы посмотрим — названный Закриосом вальяжно проследовал мимо него едва не задев плечом и скрылся в пышных зарослях на краю поляны. Назир поманил новичка к себе, а когда тот сел, наполнил из стоявшего на низеньком столике кувшина большой бокал, передавая его Эйнару — Не обращай внимания. Я же говорил, что здесь очень скучно? У кого есть ум находят себе развлечение. Но не все… — последнюю фразу он так же сделал понятной для остальных. Юноши опять дружно рассмеялись, а те, что находились в бассейне, начали вылезать и по очереди подходили к Эйнару, познакомиться и рассмотреть поближе новенького. В итоге вокруг него образовался полукруг из любопытных зрителей, желавших непременно потрогать северянина и убедиться, что его кожа действительно такая белая по своей природе, а совсем не из-за слоя белил. Кто-то даже предложил бросить его в бассейн, чтобы убедиться в реальности такой изящной бледности. -Ну-ка кыш все. Найдите себе забаву в другом месте — по мановению руки Назира вся стайка дружно разбежалась, оставив их вдвоем. -А говорил, что ты здесь не главный — устало улыбнулся Эйнар, вытягиваясь на мягком ложе и закрывая глаза. -Может быть я солгал, ты же этого не знаешь -И зачем тебе было лгать? — удивился Эйнар. -Не знаю — Назир пожал плечами глядя куда-то вдаль — просто так. Потому что скучно. А может быть я хотел извлечь из этого выгоду. Эйнар хотел спросить, какую же выгоду можно извлечь из столь бесполезной лжи, но собеседник цыкнул на него, видимо устав от разговора. -Запомни одно правило, по которому живет это место — немного помолчав, Назир первым нарушил тишину — Здесь все лгут, изворачиваются и вредят друг другу как могут, с одной лишь целью — вновь стать фаворитом нашего господина. Поэтому, это ты тоже запомни, у тебя здесь не будет друзей. Каждый из нас — твой соперник, который желает тебе худшего, даже если в глаза будет улыбаться и говорить красивые слова. Повисла недолгая пауза, которую Эйнар потратил на раздумья. Вот как оно иногда получается. А ведь ему показалось, что все, кого они здесь видел, добрые друзья. -Даже ты? — наконец спросил он, приподнимаясь на локте. -Даже я — подтвердил Назир, а затем горько усмехнулся — Вот только шансов попасть в постель господина у меня нет. Он скорее призовет туда своего орфа чем старого наложника. Но это не значит, что ты можешь мне доверять. В голове северянина пока что не укладывалось все, что он узнал. Ладно, подумает об этом позже, когда будет время. -Ты совсем не старый. -О, поверь, для наложника я намного старше чем надо. И хватит об этом. Ты, наверное, умираешь от голода. Они все вновь собрались, но теперь уже за несколькими низкими столиками, размещенными под натянутым шатром, дававшим причудливую узорчатую тень. Пораженный обилием пищи, Эйнар быстро наелся до отвала, надеясь перепробовать все, что имелось на столе перед ним. Его никто не останавливал и даже не смеялся. Многие из присутствовавших еще помнили, что такое голод, так что новичку позволили насладиться пиршеством, хотя на самом деле это был всего лишь легкая трапеза, подходящая для первой половины жаркого дня. Разговоры становились все тише, шум листьев и пение птиц постепенно вытесняли их, заставляя усталую голову клониться на большую круглую подушку. Сквозь дрему он слышал звуки певучего языка. Последней мыслью, перед тем как окончательно заснуть, было попросить Назира обучить его местному наречию. Проснувшись и даже не успев осмотреться, Эйнар потянулся к стоявшей на столе плоской корзине, полной разнообразных фруктов. -Если ты будешь так есть, то проведешь ночь не в постели господина, а в отхожем месте. Насмешливый голос, принадлежавший без сомнения Назиру, заставляя окончательно проснуться. -Не торопись съесть все, здесь ты никогда не будешь голодным. Лучше идем, прогуляемся, и я покажу тебе гарем.по крайней мере его мужскую половину. -А есть еще и женская? — все еще сонный, Эйнар спустился с туго набитой подушки и поправил растрепавшееся платье, как мог, хотя гармония цвета все равно была безнадежно нарушена. -Разумеется есть, но ты туда никогда не попадешь, даже и мечтать не стоит– Назир кивнул, приглашая следовать за собой. Они вновь миновали уже знакомый Эйнару бассейн, правда теперь он был пуст. Прошли по той части сада, где обсыпанные крупными белыми цветами кусты, источали особенно сладкий запах, и наконец скрылись под тенью высокой крыши, дававшей прохладу. -Здесь мы живем — Назир довел Эйнара до квадратного дворика с журчащим фонтаном посередине, в который выходили резные ворота, по семь с трех сторон. Часть из них была распахнута, часть же закрыта. -Если господин пожелает, ты тоже получишь здесь собственные покои. Но радоваться этому не советую. Это будет означать, что ты ему больше не интересен. Мысленно Эйнар пожелал себе немедленно стать неинтересным и поскорее заполучить собственные покои, чтобы пить-есть и больше ничем не заниматься. Особенно тем, о чем упоминал демон. Увлеченно разглядывая и резные ворота, створки которых напоминали тот же сад, только выполненный искусными руками, и колонны, поддерживающие крышу, сделанные из странного красного, похожего на кровь, камня, пронизанного черными реками прожилок, Эйнар тихо ойкнул, когда Назир вдруг резко дернул его за собой, пряча за ближайшую колонну. -Очень некстати — быстро выглянув, он повернулся к Эйнару — Слушай и быстро запоминай. «Да, господин». Повтори. Эйнар послушно повторил фразу на незнакомом языке, не понимая, к чему такая спешка. -Хорошо. Сейчас мы встретимся с главным хранителем гарема. Что бы он ни сказал, обращаясь к тебе, ты будешь отвечать только одно –» да, господин», и смотри при этом в пол. -Но если я не пойму, что он говорит? -Не важно. Сейчас тебе меньше всего нужен враг, а его лице. Поэтому «Да, господин», глаза в пол, и руки сцепи перед собой. Не поднимай голову. Все понял? Эйнар кивнул. Наверное так надо. Пусть Назира он знал всего лишь недолгое время, но уже испытывал к нему доверие, даже не смотря на предупреждение. -Выглядишь ужасно — одернув изрядно помятое платье и кое как пригладив непослушные волосы мальчика, Назир кивнул, в целом одобряя то, что видел. Они оба вышли из-за колонны и встали возле, в тех позах, как и говорил Назир. -А.тебя то я и ищу -приблизившийся к ним полный мужчина в многослойных шелковых одеждах подозрительно прищурился, осматривая обоих наложников. Назиру он привычно уделил мало времени, а вот новенького осмотрел пристально, правда поднять взгляд не потребовал, удовлетворённый покорной позой. -Я должен объяснить нашему новому сокровищу правила — пухлые пальцы небрежно коснулись пряди волос, падавшей на лицо, затем подергали за ворот платья, за чем последовал неодобрительный вздох. -Да господин — отозвался Назир, чувствуя, что взгляд хранителя теперь направлен только на него одного. -И показать ему, что здесь находится. -Да господин. -Но я вижу, ты уже справился с этой задачей, поэтому мне остаётся лишь проследить за тем, чтобы он был правильно подготовлен. Назир ответить не успел. -Ты и пальцем его не коснешься, почтенный, пока принц того не пожелает. Из полумрака словно злой дух, появился Сверр, державший в руках свёрток с одеждой. -Но как же…- нахмурился хранитель, совершенно не приветствовавший нахождение эш-та в гареме. Но изменить что-либо было не в его силах. Телохранитель принца имел уникальные привилегии, и мог совать свой нос в любые дворцовые дела, даже самые интимные. -Господин Ордан желает видеть его нетронутым — глухой рычащий голос отражался от сводчатого потолка, создавая эхо. На звук из открытых ворот начали появляться обитатели покоев. -Нечистым? Немыслимо! — возмутился хранитель, стиснув пухлые пальцы и выдавая свой страх заметно потерявшим в цвете, лицом — если ты ошибся, будут наказаны все. -И когда же я ошибался, передавая тебе приказ твоего господина, почтенный? — в голосе Сверра отчётливо сквозило презрение, и он очень старался, чтобы это презрение было заметно. Уж кто кто, а жирный евнух не сможет ему навредить, как бы ни старался и не плел свои интриги. -Я должен сам у него спросить… -Господин Ордан занят. Гостями. Господин Аларт и госпожа Изаль почтили нас своим присутствием. И принц желает видеть свое приобретение — рявкнул волк, придавая своим словам еще больше веса. Еще не хватало, чтобы почтенный тратил время принца на ожидание, бегая туда-сюда. -А ты переодевайся, и побыстрее -Сверр впихнул Эйнару в руки свёрток — Сам! — добавил он, не собираясь вновь возится с красивым тряпьем. -Я помогу — вызвался Назир, быстро отводя Эйнара в сторону, к одной из мраморных скамей вокруг фонтана. -О чем они говорили? — спросил северянин, скидывая с себя чужое платье и разворачивая свёрток, в котором оказалась совсем лёгкая туника из серебристой ткани, сандалии и тонкий серебряный поясок. -О том, что господин хочет тебя видеть. Прямо сейчас. Ну что ты возишься. Дай я сделаю — Назир опустился перед Эйнаром на колени, и быстро завязал кожаные шнурки. -Ты научишь меня вашему языку? — не ко времени спросил смущенный Эйнар. -Ради всех богов…да, научу. Если ты постараешься и вернёшься целым. Все. Идём. Покончив с сандалиями и поясом, Назир проводил Эйнара к эш-та. -Я передам это хозяину -он показал Сверру аккуратно свернутое двухцветное платье, чем заслужил одобрительный кивок. Маленькая оплошность с чужой одеждой была деликатно разрешена. -Следуй за мной — бросил Сверр. Они покинули квадратный дворик другим путем, нежели которым пришли с Назиром. Эйнар поначалу пытался запомнить путь, но очень скоро сдался. Слишком много коридоров, лестниц, дверей, перед одной из которых они и остановились. За этой, большой и тяжелой дверью их ждал на первый взгляд тот же сад что и раньше, но пока они шли по каменной дорожке Эйнар понял, чем это место все же отличается. В том саду было много плодовых деревьев, а все цветы были белого цвета. Здесь же плодов на деревьях не было совсем, а усыпаны они были цветами всех оттенков красного, правда при таком изобилии практически не имели запаха. Последнее ему очень понравилось, так как от сильных ароматов здорово болели нос и голова. Посреди сада находился шатер, скрывавший от высоко поднявшегося солнца своей тенью, отдыхавших. Уже издалека Эйнар услышал приятную музыку и звонкий женский смех. Остановившись под входом-аркой, Сверр почтительно поклонился и подтолкнул Эйнара внутрь, сам оставаясь снаружи.