Досуг благородной леди

      История с драконом кажется ей типичной провокацией — как часто встречалось в разных детективных фильмах, когда человека ловят на каком-то нарушении, пусть даже и мелком — и вынуждают к новым преступлениям, все более крупным. Тут, конечно, не преступление, а вроде бы как раз наказание за проступок, но… Джори морщится, пытаясь уловить смутную разницу, и наконец понимает — это не наказание, а приключение. По крайней мере, для мальчика Гарри. Он просто не осознает всей опасности магического леса, не чувствует чужих внимательных глаз, не верит, что может умереть, сделав неосторожный шаг… что ж. Такой уж получилась его личность. Простенькая и удобная…       А потом становится больно. Так странно — больно лишь Гарри. А Джори, притаившись в глубине души, пытается понять, в чем дело — болит голова, болит дурацкий шрам, будто к нему приложили раскаленное железо…       И это правда — сквозь ночную тьму и застилающие глаза слезы она смутно видит странный изогнутый нож, раскаленный в пламени. Нож держит сухая старческая рука…       А потом появляется тень, пьющая кровь убитого единорога и Гарри кричит — больше от неожиданности и испуга, и Джори невольно вскрикивает вместе с ним.       К счастью, помощь быстро приходит в лице и копытах кентавра. Видение руки с ножом пропадает, но голова всё ещё гудит и побаливает, так что общение с представителем дивного народа выпадает на мальчика, пока девочка приходит в себя.       Позже она обязательно подумает об этом. И о тени, что бежит от смерти, навлекая на себя ещё более страшную участь, и о старце с ножом — где-то живёт уверенность, что рука эта директора, а не кого-то другого, и о кентавре, который болтал ерунду, как и все, поминая будущего врага и внутренне забавляясь.       Как ей всё-таки не нравится в этом «сказочном» месте… квиддич, который лично ее раздражает, Снейп, который то ли проклинает, то ли спасает, навязчивые друзья, нелепый квест, Фламель…       Вот последнее достойно просто оды идиотизму. Потому, что даже она, не слишком увлекавшаяся историей в обычной школе, слышала о знаменитом алхимике. Идеальный показатель того, насколько Гермиона «действительно» умна — знания сами по себе ей не нужны, а нужны оценки и похвалы учителей и звание самой умной. Впрочем, это уже давно было понятно…       К сожалению, её ума хватает на то, чтобы сделать какие-то свои выводы и выдать идею о происках Снейпа. Джори закатывает глаза и вспоминает мистера Филча — вот уж действительно, розги по Грейнджер плачут. И не только по ней. Может хоть так кто-нибудь, что-нибудь поймёт.       «Не поймут», — понимает она, когда маска в компании друзей лезет в запретный коридор.       Хотя пару очков за попытку поговорить с деканом она бы им дала.       *       Дети бегут по игрушечной полосе препятствий, воспринимая её как настоящую, полную смертельных ловушек тропу, защищающую драгоценное сокровище от злого профессора. Их подстёгивает страх, и уверенность в своей правоте, и непонятно откуда взявшееся чувство, что они «должны» спасти камень, что они смогут. И сердца сладко замирают от азарта…       А Джори за маской смеется. Ну правда, ведь это действительно весело, и напоминает фильмы об Индиане Джонсе, где храбрый кладоискатель обязательно найдёт искомое, преодолев все древние ловушки… только ловушки не древние и рассчитаны на программу первого курса, куда им остановить взрослого мага? А ещё всё это откровенно пахнет подставой, даже больше, чем с драконом. В отличие от троицы приключенцев Джори замечает, как довольно сверкнули глаза Мак-Гонагалл, когда дети пришли к ней. Глупые дети. Глупый, неугомонный мальчик Гарри. Весь в своих родителей. И закончить должен так же, как и они.       Цербер, силки, ключи и шахматы… уже в тот момент, когда Рон «жертвует» собой, говоря искромётную фразу: «Ты Избранный, Гарри!» — Джори всё понимает. Это же так просто.       Так что, загадка в последней комнате не удивляет, как и необходимость идти в одиночку… герой должен быть один. Это как будто фильм, и каким-то странным (магическим) чувством она ощущает, что за ними наблюдают, как за картинками на экране. Ждут решения, азартно потирая руки.       Мальчик глотает волшебное зелье и делает шаг в огонь.       *       И конечно же, все оказывается не так, как они предполагали. Конечно, в отличие от мальчика Гарри она уверена, что там, куда она идёт, не будет профессора Снейпа — это же главное правило детектива, самый подозрительный тип всегда невиновен. Но вот именно его она не ожидала…       Действительно — кто бы мог подумать? Заикающийся, дрожащий, боящийся собственной тени профессор Квирелл. Нет, она не думала о нем не потому, что он такой великий актер, а потому, что ей казалось, что… ну, не будет человек в таком состоянии соваться в явную ловушку. Ему бы в больницу… может, успеют спасти, хотя, ее внутреннее чутье ясно говорит — дни этого человека сочтены. Его как будто обволакивает какая-то склизкая гадость. Словно черный слизняк, питающийся ещё живым человеком и медленно убивающий его. Наверное, так выглядят проклятия. Ей кажется, что она могла бы как-то снять и уничтожить эту дрянь, но… честное слово, Квирелл — взрослый маг, и наверное, он сам способен позаботиться о себе. В конце концов, в магическом мире есть больница, а в школе есть великий светлый волшебник. Почему она должна навязываться чужому человеку?       Да и вообще, он даже не любимый преподаватель.       *       «Здравствуй, страшный Тёмный лорд. Мы встретились раньше, чем я думала».       И Темному лорду, конечно же, нужен философский камень. Вот забавно — он верит, что он здесь есть. И несмотря на то, что ситуация должна, как минимум, пугать… Джори весело. Она, в отличие от троицы приключенцев, сильно сомневается, что великий алхимик мог отдать свой залог вечной жизни директору на поиграться. Это же попросту глупо. У магов, конечно, с логикой какие-то очень странные отношения, но не настолько же?       А мальчик Гарри боится и удивляется, мальчик Гарри злится, гнев на убийцу родителей мешается со страхом…       А Темный лорд почему-то верит, что мальчик Гарри может тот камень достать из волшебного зеркала, раз у него самого это не получилось. Возможно, так сказывается на разуме бытие тенью, возможно, он с самого начала такой альтернативный — кто ж его знает, если взрослый человек искренне считает ребенка своим врагом.       Джори наблюдает.       Она уверена, что их не убьют сейчас. Слишком рано. К тому же… уж слишком все театрально. И страшный Темный лорд напоминает тряпичное чучело на ниточках, которое говорит словами кукловода, грозно рычит и пугает разве что трехлетних малышей.       И то, что случается потом… да, что-то такое должно было случиться.       Позже она разберется, что это было. Рассмотрит получше это странное плетение, старое, окутывающее ее и ее маску, пахнущее гарью и кровью, но явно предназначенное защищать.       Квирелла немного жалко. Все же живой человек был.