О предназначении

Король Нарнии Каспиан X был вполне доволен жизнью. Дела в государстве шли неплохо, хоть и не так гладко, как хотелось бы. Все еще возникали конфликты между нарнийцами и тельмаринцами, которые никак не желали становиться единой нацией. Впрочем, эти вспышки носили все больше локальный характер, и усмирять подданных с помощью оружия не приходилось. Зато требовалось заново налаживать контакты с соседними странами, обескураженными резкими политическими переменами в Нарнии. Но и эта задача была почти решена. Иначе король не позволил бы себе путешествия к Краю света на Покорителе зари – путешествия, из которого он вернулся месяц назад. Теперь Каспиан вновь с удовольствием перебирал впечатления. Откровенно говоря, это был своеобразный отпуск: после выматывающих государственных дел так хотелось бросить все и плыть навстречу приключениям. И уж в чем-в чем, а в приключениях во время путешествия недостатка точно не было. И Каспиан ни капли не жалел об этом. Он встретился со старыми друзьями и обрел новых. Они опять боролись со злом и победили. Он встретил Аслана. Он выполнил миссию, с которой корабль был снаряжен в это путешествие – отыскал семерых пропавших лордов. А главное – он нашел любовь. Да и какому еще правителю Нарнии довелось увидеть то, что видел он? Даже Верховный король Питер так далеко не плавал… Каспиан усмехнулся, вспомнив Питера – не могущественного правителя, а самоуверенного подростка, мальчишку, в словах и поступках которого, впрочем, начинал угадываться великий король древности. Питер Великолепный. Что ж, Аслан знал, кого возводить на престол. Каспиан хорошо знал историю и не подвергал сомнению заслуги Верховного короля. Что до их соперничества… Он понимал, что вел бы себя абсолютно так же на месте Питера. Тяжело возвращаться в страну, которой правил много лет, чтобы посадить на престол другого. Питер справился. Когда няня в детстве рассказывала Каспиану истории о древних королях и королевах, именно Верховный король был его любимым героем. И еще королева Люси, веселая и мудрая. Двое средних оставались несколько в тени. Но все изменилось, когда он увидел их воочию. Впрочем, Питер и Люси оказались примерно такими, какими он их себе представлял. Теперь Каспиан понял, отчего именно они нравились ему: оба были однозначно положительными героями – идущими вперед без колебаний и сомнений. В детстве все таких любят. Казалось, их характеры были сформированы изначально и с возрастом почти не менялись. Но теперь Каспиана заинтересовал и их серьезный, задумчивый и саркастичный средний брат. Эдмунд был умен и не склонен к авантюрам. И еще он острее других видел зло и лучше ему противостоял. Выстраданное качество: предательство оставило неизгладимый отпечаток в душе этого мальчика. И совсем непросто все оказалось со Сьюзен. В детстве он едва ли обращал внимание, когда в рассказах упоминалось ее имя. Да и говорилось о ней в древних летописях не так уж много. Он помнил лишь, что она была очень красивой и что один тархистанский принц развязал из-за нее войну. И вот королева Сьюзен стоит перед ним – еще не совсем взрослая, еще почти девочка – и Каспиан понимает, что его мир переворачивается. Она оказалась красивой, да. Очень красивой. А еще очень сдержанной и собранной, с колчаном, полным острых стрел, и столь же острым языком. С сильным и непростым характером. И еще в ее глазах была затаенная горечь. Кажется, только она осознавала, как ненадолго они вернулись и какой болью все закончится. Судя по всему, Сьюзен решила для себя, что она отвечает за обоих своих братьев и за сестру. Это для Нарнии они были королями и королевой, для нее же – неразумными детьми, которых надо оберегать. И они к ней прислушивались – даже Питер, который вообще мало кого слушал. В чем-то она была взрослее своего старшего брата. И уж точно серьезнее. В историях о легендарной четверке практически не упоминалось о том, что королева Сьюзен – хороший воин. Каспиан помнил только о ее пристрастии к балам и о частой смене кавалеров. Но вот она рядом с ними на поле боя – быстрая, неустрашимая, готовая отдать жизнь за Нарнию. Каспиан помнил, как хотел произвести на нее впечатление стрельбой из арбалета и как ловко она утерла ему нос. Отец Рождество не ошибся с подарками. Они идеально подходили обладателям. Сьюзен не зря достался именно лук: у нее было горячее сердце, но холодный рассудок. И еще ей подарили рог, и именно он, Каспиан, вызвал с его помощью королей и королев. Тогда он находил это символичным. Если бы она осталась… Судьба распорядилась иначе. Он вспомнил глубокий, всепонимающий взгляд Льва и полный боли – Сьюзен. И ее слова: «Мы не вернемся». И ее прощальный поцелуй… А потом она ушла. Как хорошо, что у него было тогда столько дел, не терпящих отлагательства. Они не позволяли много думать об утрате. Он погрузился в них с головой, нарочно вникая в каждую мелочь. И боль со временем притупилась, а народ полюбил его как чуткого к нуждам государства короля. Сколько было радости, когда возникшие из ниоткуда люди за бортом его корабля оказались Эдмундом и малышкой Люси! Хотя уже совсем не малышкой… И король, и королева заметно повзрослели. Было так приятно их видеть. И все же сердце ёкнуло, когда Люси, проницательно взглянув на него, спросила, нашел ли он себе королеву. Он ответил тогда честно и исчерпывающе, твердо положив выбросить из головы старшую сестру своих гостей. Каспиан сдержал данное себе слово. Он нашел Лилиандил. Она была совсем не похожа на Сьюзен: кроткая, с мягкой улыбкой, лучащаяся неярким светом. Коронованная именем Лучезарного Южного Солнца, Сьюзен и просияла в его жизни подобно солнцу. Но это было давно. Теперь он нашел себе звезду. Их свадьба должна была состояться через месяц. Пока же Лилиандил привыкала к жизни во дворце, а народ привыкал к будущей королеве. Нельзя сказать, что все подданные были в восторге: кое-кто (особенно из тельмаринцев) искренне не понимал, зачем брать в жены столь чуждое человеку существо. Однако Каспиан был уверен, что его избранница сумеет покорить все сердца. Когда он встретил Сьюзен, чувства захлестнули его с головой. Он даже не понимал толком, что делать с этой бурей в груди. С Лилиандил все было не так. Благоговейное восхищение, охватившее его, когда она впервые спустилась с неба, быстро прошло: звезда оказалась девушкой с простым и милым характером. Она была вроде Люси – ясная и спокойная. Бушующих страстей не было – только умиротворение и нежность. «Так и нужно, – думал Каспиан. – Я взрослый мужчина, я король. Я не должен терять голову». Он подошел к окну и взглянул на усеянное тысячей звёзд нарнийское небо. «Скоро мы породнимся», – сказал он им мысленно. Затем вновь вспомнил, как выросли Эдмунд и Люси. «Интересно, – подумалось ему. – Как теперь выглядит их сестра? Королева Сьюзен времен расцвета, о красоте которой до сих пор ходят легенды…» С неба упала звезда – куда-то за море. Должно быть, один из бесчисленных сородичей его невесты отправился в страну Аслана. «А впрочем, – подумал он, – я и сам сильно изменился с тех пор». Он подошел к зеркалу – и нахмурился. С зеркальной гладью что-то происходило. Поверхность шла мелкими волнами, а с той стороны вырисовывался до боли знакомый силуэт… изумленные голубые глаза… - Королева Сьюзен? – сказал он, еще не веря себе. - Каспиан? – произнес такой родной когда-то голос…